Текст книги "Вкусно – Кусь или Попаданка с пирогами (СИ)"
Автор книги: Тиро Томое
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 21 страниц)
Глава №42
Глава 42
– Что, прям любое-любое можно?
Алиска недоверчиво глянула на меня и перевела взгляд на плотные ряды нарядов.
– Любое, – подтвердила я.
Алиска снова огляделась и ткнула пальцем в бело-розовое зефирное платье, висящее особняком.
– И даже это?
– Эм-м, и даже это.
Роза защёлкала языком. То ли неодобрительно, то ли удивлённо.
– Света, оно не дешёвое совсем. Там одних кружев на половину золотого…
– И что? – остановила я Розу, – у ребёнка день рождения. Одиннадцать лет не каждый год исполняется.
– Как будто другие годы прямо ежегодно повторяются! – возмутилась Роза.
– Ну, да. Всем женщинам, с определённого времени, только восемнадцать с небольшим хвостиком, – засмеялась я и показала пальцами хвостик.
Получилось, что хвостик тянулся максимум на пару лет, такой он был маленький.
– Правда твоя, Света, – рассмеялась Роза, – пойдём, егоза. Платье мерить будешь.
Роза сняла пышное платье с вешалки и передала Алиске. Девочка радостно взвизгнула, развернулась на месте и скрылась в примерочной.
– Я сама! Я большенькая, – раздался оттуда возглас.
Роза покачала головой, вернулась и встала рядом со мной. Выглядела она озабоченной.
– Не слишком балуешь её, а?
– Нет, Роза. Девчонке досталось пинков от жизни. Стараюсь немного компенсировать.
– Не перегни палку, – Роза заглянула мне в глаза, – а то знаешь, как оно бывает…
– Знаю, Роза. Я разберусь с её воспитанием, – резко одёрнула её, – не надо лишних нравоучений. Это не твоё дело.
– Как знаешь, – поджала губы Роза.
Она отошла от меня и уселась за небольшой прилавок. Отвернулась и замолчала.
Надо же, какие мы обидчивые! Как лезть не в свои дела – так не переживаем о чувствах других, а как остановишь – так сразу губки поджимаем и обиду лелеем.
Внутри меня полыхнула злость.
– Ладно, извини, – всё так же отвернувшись, сказала Роза, – это и впрямь не моё дело. Чё лезу, спрашивается?
Действительно, сначала лезем, а потом думаем. Злость коварно поскребла по душе, требуя развести холивар, но я не поддалась. Нет смысла идти в бой и ломать копья. У многих людей таким образом выражается забота. Не умеют они по-другому. Обязательно подводные камни нужно найти. Разглядеть пороки. А если их нет, то придумать в срочном порядке.
Я отогнала злобного духа мщения. Выдохнула и сказала:
– Принимаю извинения.
Роза повернулась ко мне. На её губах гуляла виноватая улыбка.
– И ты меня прости за резкость, – в свою очередь извинилась я.
– Да, ладно, – махнула рукой Роза, – правильно ты меня. Ты знаешь, на меня иногда находит – чёт начинаю всех поучать, ко всем придираться. Потом сама себя ругаю, кляну, на чём свет стоит, но всё равно продолжаю лезть.
– Бывает, – я улыбнулась, присела на прилавок, – слушай, Роза. У меня тут…э-эм, проблема, как раз по твоей части.
В глазах Розы взметнулось неудержимое пламя любопытства. Она облокотилась на стол и наклонилась ко мне, а потом торжественным шёпотом произнесла.
– Платье свадебное надо пошить?
Чего?
– Нет, ты чего Роза. Какая с-свадьба? С чего ты взяла?
Пламя в глазах Розы обиженно угасло.
– А я-то думала, – она откинулась на спинку стула, – а тебе что-то простенькое надо. Говори. Помогу.
Тьфу! Можно выдыхать. Я уж решила, что по городу слухи поползли о ночных визитах его светлости. Не готова я пока к такого рода публичности. Мне и так хорошо. Счастье оно ведь нежное. Тишину любит. Таинственность.
– Ну, не совсем простенькое, – прикусила я губу, – мне нужно ещё парочку кружевных комплектов.
Роза нахмурилась.
– А с теми что стало? Не подошли? Швы разошлись? Кружево не качественное? Хотя, к кружеву претензий не должно быть…сама покупала. Да и швы проверяла…
Она в упор посмотрела на меня. Я потупила взгляд.
– Да нет, Роза, успокойся. К твоей работе претензий нет. Бельё замечательное, – я ощутила, как заполыхали мои щёки, – просто, в связи с некоторыми обстоятельствами…непреодолимой силы…у меня остался только один комплект.
Обстоятельства непреодолимой силы, в порыве страсти, ночью разодрали на мне бельё. В хлам. Воспоминания о прошедшей ночи заставили меня довольно улыбнуться. Комплектик, конечно, жалко, но всё остальное вполне компенсировало утрату белья. С процентами.
Подвеска среагировала на мои воспоминания и обдала жаром. Хорошо, хоть не полыхнула яркой вспышкой. Как она мило это проделала ночью, окрасив всю комнату и наши тела в пошленький красноватый оттенок.
– Это какие-такие обстоятельства?
– Ну-у, – протянула я и подняла взгляд на Розу, – такие…
Роза моргнула. Замерла. Открыла рот, размышляя. Снова моргнула и выпалила:
– Мужчина, да? Ох-х, вот это страсть…и сила! Разорвал, да?
Пф! Началось.
– Тип того. Роза, давай ты просто пошьёшь мне новые комплекты, а всё остальное останется моей маленькой тайной. Договорились?
Роза не хотела договариваться. Роза очень хотела узнать тайну. В её глазах уже не просто любопытное пламя полыхало, а демоны хороводы водили.
– Кто он? Расскажи, иначе я лопну!
Ха, ты лопнешь, если я расскажу.
Меня спасло возвращение Алиски. Она выпорхнула из примерочной, подлетела к нам и закружилась. Взметнулись пышные юбки и Алиска стала похожа на маленькое рассветное облачко.
– Красиво, да? – сказала девочка.
Она перестала кружиться и уставилась на меня. Ждала приговора.
– Очень! Мы берём. Переодевайся…– я оглянулась на красную от досады Розу и моментально передумала, – хотя не надо. Пойдём так. Дома переоденешься.
Роза мгновенно раскусила мой манёвр и хищно нависла над прилавком.
– Переоденься, деточка. А то измараешь по дороге. А нам с доной Светой ещё поговорить надо.
– Не измараешь, – я подтолкнула Алиску к примерочной, – быстренько забери своё платье и пошли. Нам в обувную лавку надо заглянуть и ещё много куда. Сколько с нас, Роза?
Алиска, не замечая нашей борьбы, метнулась в примерочную.
– Роза, опять на те же грабли наступаешь, – прошипела я негромко.
– Ну и ладно, – таким же шёпотом ответила Роза, – расскажи.
Лёгким облачком вернулась Алиска и положила своё платье на стол.
– Заверните его, пожалуйста, дона Роза, – попросила она.
– Да, заверни, – облегчённо выпалила я, – и посчитай, сколько мы должны. И про бельё не забудь.
Надутая Роза резкими движениями замотала алискино платье в бумагу, перетянула бечёвкой. Брямкнула передо мной и мстительно произнесла:
– Четыре золотых, – потом прищурилась, и многозначительно добавила, – но, если вы хотите скидку…
– Нет, всё нормально. Спасибо, Роза. Жду новые комплекты. Кружевные.
Я выложила на стол монеты, подхватила свёрток, взяла Алиску за руку и направилась к выходу. На самом пороге обернулась и сказала.
– Завтра у нас праздник. День рождение будем отмечать. Если хочешь, приходи. После шести вечера.
И мы вышли из магазина.
– Света, я лопну! И моя смерть будет на твоей совести!
Вопль Розы разнёсся по магазину и выскочил на улицу, вспугнув прохожих. Я хмыкнула и прокричала в ответ.
– Нет у меня совести.
Негодующее рычание было мне ответом.
– Чего это она? – Алиска обернулась на рычание.
– Устала дона Роза. Вот и рычит. Не забивай себе голову. Пойдём, лучше, по магазинам.
Алиска моментально забыла и про Розу и про её вопли. Она радостно заскакала по дороге – вперёд к покупкам. Прохожие, глядя на нарядную и сияющую Алиску, улыбались и сворачивали шеи. Что только добавляло самодовольного сияния девочке.
По рынку, магазинам и прилавкам мы прошли как следует.
Я пополнила закрома пекарни тройными запасами. Кто его знает, что в очередной раз придумает Вито? Придётся бежать сломя голову и в срочном порядке закупаться сырьём.
Набрала продуктов к праздничном столу. Решила наделать фаршированных перцев, несколько салатов и маленьких закусок. На сладкое приготовлю шарлотку по одному любопытному рецепту. Может, компота ещё наварю.
В обувной лавке мы подобрали подходящие под обновку туфельки. Нежного розового цвета. На носках туфлей поблёскивали маленькие прозрачные камушки, очаровательные бантики украшали застёжки.
Дольше всего мы проторчали в кукольной лавке.
Товар был на любой вкус. Деревянные простые игрушки, мягкие зверьки, фарфоровые красавицы куклы, несколько домиков с мебелью.
Алиска на мгновение замерла, а потом несмело заходила по магазинчику. Она всё время поглядывала на одну особо выразительную красавицу – с длинными завитыми локонами, голубыми глазами-пуговицами, ресницам-стрелами и глупым ртом.
У куклы было богатое приданное. Великолепный двухэтажный дом с полным комплектом мебели и яркая коробка с нарядами.
Я такое видела только в музее. Как-то выставлялись игрушки прошедших времён. Очень похожая кукла – в неплохой степени сохранности – принадлежала какой-то княжеской дочери. Не чета нынешним пластиковым куклам, разрекламированного розового бренда.
Алиска подошла к кукле-мечте, робко потрогала её кончиками пальцев…вздохнула и отошла к другой. Попроще.
– Вот эту куклу хочу, – она вымученно улыбнулась мне.
Понятно. Стесняется. Что ж, сыграем в игру. Пусть добрая фея принесёт мечту, а я ей помогу.
– Хорошо, – согласилась я с ней, а потом повернулась к продавцу, – сколько с нас?
– Один серебряный, – мило улыбнулся круглолицый мужчина, похожий на престарелого эльфа.
– Детка, забирай игрушку и беги в повозку. Я сейчас рассчитаюсь и подойду. Скажи дону Николо, что теперь домой.
Алиска кивнула, бережно сняла куклу с витрины, нежно прижала к себе и вышла, напоследок бросив прощальный взгляд на свою мечту.
Я положила монету на прилавок, мило улыбнулась продавцу и спросила.
– Сколько стоит вот это кукольное хозяйство? – указала пальцем на куклу.
Эльф расплылся в понимающей улыбке.
– О! Девочка очень заинтересовалась этой игрушкой. – он выскочил из-за прилавка, подлетел к кукле и принялся расхваливать товар, – посмотрите…вы видите какая тонкая работа? Какая детализация? А этот носик, губки. Тончайшая работа!
– Вижу. Так сколько вы хотите за этот набор?
– От сердца отрываю, светлая дона! – эльф в притворном горе заломил руки.
– Цена?
– Четыре золотых! – выдохнул эльф.
Жадный, собака.
– Скидка?
– Какая скидка? – обиделся эльф, – тонкая работа… детализация…
Эльф даже слезу пустил от расстройства.
– У вас эта кукла явно не первый год стоит на витрине. Вон, даже кружево выгорать начало. Вы её не продадите совсем, дороговато будет, или она сама сопреет. От времени. Даже с такой детализацией.
Слёзы на глазах эльфа высохли моментально.
– Хорошо, два золотых и пять серебряных.
– Отлично. Я добавлю три серебрушки за доставку. Вечером, но не раньше девяти часов, привезёте вот по этому адресу.
Я положила монеты на прилавок, вытащила из сумки блокнот и ручку. Крупно вывела адрес, оторвала лист и протянула продавцу.
– И запакуйте получше. Нарядно как-нибудь. Это подарок.
Продавец взглянул на адрес, пожевал губами, снова прочёл адрес…а потом вскинул на меня взгляд и расцвёл счастливой улыбкой.
– О! Я знаю вас! Вы же кудесница, которая хлеб в кувшине печёт!
Ещё один!
– Не в кувшине, – начала объяснять я, а потом устало махнула рукой, – да это я. Пеку хлеб в кувшине. Получается отлично.
Как говорится, всем не объяснишь. В кувшине так в кувшине. Куда деваться?
Глава №43
Глава 43
– Кефир жидкий! – выругалась я и пошла мыть руки.
Опять.
Я пыталась сделать основу для шарлотки, но творила какую-то ерунду. Яйца, вместо того, чтобы послушно разбиваться ровно посредине, вдруг превращались в маленькие бомбы. Стоило только прикоснуться ножом к скорлупе, как раздавался лёгкий треск – похожий на разряд от электричества – и мои руки оказывались в смеси белка и желтка. Скорлупки просто рассыпались на мелкие осколки, налипали на пальцы и раскладывались мозаикой по столу. В результате, из десятка яиц в чашке оказалось только шесть.
И высокохудожественное свинство, в стиле абстракционистов, по всему столу.
Я вздохнула, собрала скорлупки и снова вытерла липкую жижу со стола. Пахли яйца как обычно. Да и как иначе они должны были пахнуть, если я их купила только вчера! Свежайшие продукты! Проверено уже много раз. Старая дона Альба не стала бы мне подсовывать залежалый товар. Не в её интересах терять оптового покупателя.
Тряпка полетела в раковину. Я снова ополоснула руки и вернулась к столу. Подозрительно посмотрела на яйца.
– Вы зачем так делаете? – спросила я у них.
Яйца промолчали. С опаской потянулась за очередным яйцом…и покачнулась.
В глазах на секунду потемнело. Тонкий хрустальный звон заполонил всё пространство, отразился от кухонных стен и болью отдался в черепной коробке.
– Что за…– прошипела я, зажмурила от боли глаза.
Нащупала стул и медленно села. Опустила голову на дрожащие руки. Сжала ладонью лоб, помассировала. Переключилась на пульсирующие виски.
Боль стала отступать.
Хрустальный звон постепенно угасал, уходя на задворки сознания. Медленно открыла глаза, чтобы тут же зажмуриться.
Покрутила головой, отгоняя видение, и осторожно приоткрыла один глаз.
Не показалось.
По кухне радостно кружили магические потоки. Тонкие разноцветные нити вспыхивали яркими красками, сплетались в толстые тяжи, стекались в полупрозрачное полотно радужной ткани. Стены кухни плыли и плясали, то и дело норовя соскользнуть в небытие – становясь на мгновение прозрачными и приоткрывая странное шевеление, которое пряталось за ними.
– Жуть! – прошептала я и спрятала лицо в ладонях.
Посчитала до десяти и осторожно, словно от этого зависела моя жизнь, опустила ладони.
Всё было нормально. Стояли крепкие кирпичные стены, в солнечном луче плясали золотистые пылинки, на площадке возле печей что-то громко рассказывал Вито и смеялась дона Миро. Одуряюще пахло свежим хлебом.
– Это вот что сейчас было? – спросила я сама себя.
Кажется, поняла.
Бессонные ночи – вторая подряд – плохо на мне сказывались. Плюсом наслоилось переутомление и нервное истощение. Слишком много сил я вложила в дом, в обустройство маленького бизнеса, в налаживание связей.
Вчера вечером я уже себя чувствовала странно. Внезапно навалилась необъяснимая тоска, сжала сердце тревогой и враз исчезла без следа. Предметы в этот момент – столы, стулья, диваны, стены и всё остальное – потеряли плотность и сделались словно ненастоящими. Я сжимала рукой спинку стула, а ощущала что-то ватное, мягкое, нереальное. Как во время высокой температуры или во сне – то ли руки становились чужими, то ли вещи ненастоящими.
Но это быстро прошло. Так же быстро, как и появилось. Поэтому не придала значения. А потом и вовсе выкинула из головы, потому что приехал посыльный из игрушечной лавки и привёз мой подарок для Алиски.
Раньше, чем нужно на целый час!
Божечки-кошечки! С выпученными глазами я затащила довольно тяжёлый домик в сад и спрятала в кустах. А потом молилась, чтобы Алиска не выскочила во двор или мой подарок не облюбовал какой-нибудь из выселенных пауков.
Как назло, Алиска, взбудораженная предстоящим праздником, никак не хотела идти спать и всё тараторила без умолку. Несколько раз сбегала в свою комнату, чтобы проверить, как себя чувствует новое платье и нарядная пара туфелек.
Танцевала в гостиной и рассказывала своей кукле, как теперь им будет здорово вместе жить. Потом, в конец утомившись, присела возле меня на диван, прислонилась к моем плечу и опять начала в подробностях представлять завтрашний день рождения. И так и уснула на полуслове.
Пришлось осторожно выбираться из под спящей девочки.
За этим милым занятием меня и застал Диего. Он ехидно посмеялся, наблюдая за моими телодвижениями, а потом просто подхватил девочку на руки и отнёс в её комнату. Алиска даже не пошевелилась. Продолжила спать, крепко вцепившись в игрушку.
Правда его светлости пришлось поработать грузчиком ещё раз. Я вывела его в сад и попросила отнести подарок в комнату к Алиске. Диего хитро улыбнулся и просто щёлкнул пальцами. Домик исчез.
– Читер! – обозвала я его.
– А кто это? – спросил Диего.
Но объяснения ему особо были не нужны.
Снова было тягучее вино, кроваво-красного цвета, жаркий шёпот, обжигающе-мятные поцелуи и смятая постель в розовых лучах рассвета.
Поспать мне не удалось совсем.
Если сначала я об этом и не печалилась, то теперь горько сожалела. Надо было хоть полчаса вздремнуть. Перезагрузиться, так сказать.
Но, нет! Дело ведь не ждёт.
Я наскоро искупалась, переоделась, что-то съела на ходу. А тут уже и мои работники подошли. И начались трудовыебудни.
Работа ждать не будет, а уж клиенты тем более.
Загрузив в печь батоны, я вернулась на кухню, чтобы начать готовку для праздника…а тут вон какое дело. Дрожащие руки разбивают в хлам яйца. Не отдохнувший мозг пытается взорвать мою несчастную черепушку и показывает странные видения, похожие на горячечный бред.
Нет, с этим определённо надо что-то делать. Нельзя так загонять себя. Нужно отдых устроить. А то свистнет моя кукушечка и поминай, как звали.
И будет дона Света – кудесница и попаданка – бегать по острову и хихикать.
Поднялась и решительно пошла на площадку. Вито таскал противни из печи и выгружал батоны. Дона Миро раскладывала их по чистой ткани.
– Ребят, – я остановилась возле стола, – тут такое дело…
– Что, случилось, дона Света? – спросил Вито и выгрузил очередную порцию батонов.
Я автоматически выложила батоны на ткань и только потом сказала.
– А можно мне завтра выходной?
Дона Миро непонимающе обернулась ко мне.
– А почему вы у нас отпрашиваетесь?
Вито глумливо хохотнул.
– А потому что у светлой доны новый начальник. Её работа!
– Н-да, – я невесело хмыкнула, – моя работа это мой начальник. Так что? Если я завтра выходной возьму, справитесь без меня? Что-то я переутомилась немного. Надо отоспаться.
– Какой разговор, дона Света? – Вито натянул енгича и вооружился ковшиком на длинной ручке, – справимся. Чай, многому научились.
– И кто-то, не будем тыкать пальцем, – я уставилась на Вито, – не будет проворачивать свои аферы. Да, Вито?
– Клянусь! – честно ответил Вито и отсалютовал ковшиком, – разве я когда …
– Не начинай, Вито, – прервала его дона Миро, – все мы знаем, на что ты способен.
– Я ж для всех стараюсь, – обиделся Вито, – а вы не цените.
Он театрально повёл плечами, гордо отвернулся от нас и нырнул в недра тандыра. За лепёшками.
– Вам и вправду отдохнуть не помешает, – участливо произнесла дона Миро, – что-то вы схуднули и как-то с лица спали. И бледная какая-то. В глазах блеск лихорадочный. Не заболели?
– Ох, не знаю, дона Миро. Может и продуло где-то. Скорее всего, просто устала. Вы завтра за главную остаётесь. А то Вито опять чего-нибудь провернёт. Где все запасы, вы знаете. Что, сколько и куда – тоже.
– Конечно. Всё будет в порядке, – дона Миро ободряюще мне улыбнулась и положила руку на плечо, – второй замес на сегодня когда делать будем?
– Как только весь товар разберут. Мне сегодня печи нужны. Готовить много нужно.
– Я помогу! – отчаянно прокричал Вито и вынырнул из тандыра.
Он перевернул ковшик и на ткань выпало несколько пышущих жаром лепёшек.
– Я помню.
Оставив их работать, вернулась на кухню.
С опаской глянула на яйца, выдохнула и без проблем вбила оставшийся десяток.
– Вот так бы сразу, а то лопаются они тут у меня. Капризничают, – поворчала на яйца и потянулась за сахаром.
Всыпала к яйцам чашку сахара. Стручок ванили выскребла и отправила следом. Досыпала щепотку соли и капнула немного сока лимона. И приступила к нудному и долгому труду. Взбиванию массы до густой пены.
Дома оно как – взял миксер и вперёд. Только успевай скорости переключать. А тут приходится по старинке – венчиком, убогой формы. Хорошо хоть такой нашёлся. Иначе бы просто вилкой бултыхала.
За этим занятием меня и застала Алиска.
Она медленно, словно во сне, зашла на кухню и села на стул.
– Привет, детка. С днём рождения, – не прерываясь, поздравила её, – выспалась?
Алиска сощурила глаза, наклонила голову на бок, а потом спросила странное.
– А я точно не сплю?
– Точно. А что такое?
Девочка замерла, посмотрела на потолок и загадочным шёпотом попросила.
– Дона Света, а пойдём со мной в комнату.
Я остановилась и непонимающе глянула на девочку. Подарок ей не понравился, что ли?
– Что-то не так?
– Пойдём. Пожалуйста.
Я отложила венчик, вытерла руки и ответила.
– Пойдём.
Мы медленно поднялись наверх и остановились у плотно закрытой двери Алискиной комнаты. Я протянула руку и толкнула дверь.
– Пошли?
Алиска вцепилась в мою руку и отчаянно замотала головой.
Мы шагнули в комнату одновременно. Осмотрелась.
Комната как комната. И подарок стоит не распакованный. Только слегка надорван угол, из которого торчит край крыши домика.
Алиска несмело подвела меня к подарку и дрожащей рукой указала на него.
– Дона, он взаправду тут стоит? А? Мне не кажется?
– Стоит. Взаправду, – подтвердила я.
Алиска мгновенно отцепилась от меня, подлетела к подарку и в считанные секунды распаковала. Очень осторожно, словно боялась сделать больно, подняла куклу-мечту, всмотрелась в её лицо, поправила выбившийся из причёски локон. Так же осторожно положила её на пол и дрожащими пальцами прикоснулась к домику. Погладила его по крыше, раскрыла створку. Бережно поправила съехавшую с места кукольную кровать.
– Откуда он здесь? – голос девочки звучал восторженно.
– Фея на крылышках принесла, – хитро ответила я и присела рядом с Алиской, – нравится?
– Ещё бы! Я знаешь, сколько о нём мечтала? Сто тысяч лет!
– Тебе всего одиннадцать. С утра.
– Всё равно, – Алиска повернула ко мне своё сияющее от счастья лицо.
– Теперь он твой. И кукла тоже.
Девочка кивнула, а потом замерла на секунду, и выпалила.
– Это ты сделала! Не фея! Ты купила!
– Что ты! Разве я могу феячить? Я же обычная женщина.
– Можешь! – Алиска кинулась ко мне и крепко обняла, – ты вон, сколько всего сделала. Ты настоящая фея и волшебница. Спасибо тебе, дона Света.
– Пожалуйста, детка!
Слезы сами потекли из глаз. Я шмыгнула носом, вытерла солёные капли и отстранила Алиску.
– Вот, осваивай своё новое хозяйство. А я пойду готовить тебе праздничный пирог. И прочие-остальные угощения.
Алиска кивнула и тут же позабыла обо всём, кроме мечты-игрушки. Я на цыпочках вышла из комнаты, тихонько затворила за собой дверь и спустилась вниз.
Вот для этого и нужно исполнять детские мечты. Чтобы видеть, как ребёнок начинает верить в исполнение желаний. Он пока не понимает, но потом – в отдалённом будущем – сбывшаяся мечта подарит ему силу. Силу, чтобы справиться со всеми сложностями, которые встретятся на его пути.
Маленький игрушечный домик станет большим домом, в котором всегда будет гореть свеча надежды.
Улыбаясь, снова принялась взбивать яичную смесь. Дело пошло гораздо быстрее. Вскоре пена стала густеть, потом окрепла. Значит, пора переходить к следующему этапу.
Досеяла муки, насыпала разрыхлителя и медленно, стараясь не угробить пену, размешала, добиваясь густоты хорошей сметаны. Получилось.
Начищенные и нарезанные дольками яблоки пересыпала сахаром и корицей, выложила на дно толстостенной сковородки, огромных размеров. Сверху вылила тесто. Аккуратно разровняла ложкой. И понесла на площадку. Пока печка свободна, надо успеть приготовить шарлотку.
Вито и дона Миро уже торговали. От ворот слышался приглушённый говор, громкие взрывы смеха. Я сунула пирог в печь, прикрыла крышку и снова вернулась на кухню.
От приготовления фаршированных перцев решила отказаться. Мясорубки тут нет, а кромсать мясо на фарш по старинке, что-то боязно. Рукам не доверяю. Если с яйцами не с первого раза справилась, то чего я могу натворить, когда начну стучать двумя острейшими ножами по деревянной доске? Пальцы нашинкую к превосходной говядине или чей-нибудь любопытный нос?
Поэтому, решила обойтись простым рецептом. Запечённым на углях мясом. Цельным куском. А из перчиков приготовлю ароматнейшую закуску – перцы по-татарски с чесноком. Так что не пропадут мои закупки.
Нужно успеть замариновать мясо, пока не пришлось бежать на второй замес.
Для начала смешала специи: зёрна кориандра и горчицы, черный перец горошком, пару зёрен душистого перца, немного мускатного ореха, совсем чуть-чуть зиры. Всё сложила в ступку, досыпала соли и тщательно растёрла до однородной смеси. Здоровенный кусок вырезки очистила от плёнок, уложила в чашку и тщательно втёрла в мясо смесь специй. Подождала немного, прямо на мясо налила немного растительного масла и снова растёрла по всей поверхности. Теперь можно и позабыть про вырезку на несколько часов.
Красивые крепенькие перцы помыла, вытерла насухо. На плиту поставила глубокий котелок и налила масла. Нужно очень сильно нагреть масло, довести его прямо до появления лёгкого дымка.
Пока масло нагревалось, приготовила начинку для перцев. В этом деле главную роль играют тоненькие кружочки спелых помидоров, ароматный базилик – или райхон, как его называют в Средней Азии – и чеснок.
В глубокую миску нарезала немного укропа, петрушки, большой пучок базилика. Несколько зубчиков чеснока раздавила ножом и мелко-мелко нарубила, а затем отправила к зелени. Досыпала соль, чёрный перец. Капнула несколько капель сока лимона и немного растительного масла – прям с чайную ложку. Хорошенько перемешала, чтобы все ингредиенты переженились и дали сок.
А тут и масло в котелке нагрелось.
Высушенные перцы стала по одному опускать в горячее масло. Перцы отчаянно зашипели и попытались плюнуть в меня раскалёнными брызгами. Но я девушка не промах. Успела отскочить. Ничего, пошипят пару минут, а потом надуются и зарумянятся. Вот тогда я их и вытащу. Положу на тарелку, чтобы слегка поостыли.
Через десять минут вся куча закупленного перца уже важно отдавала пар, лёжа на большой тарелке.
Неспешно нарезала помидоры, придвинула ароматно-пряную смесь зелени и принялась к заключительному этапу.
Каждый перец разрезала ножом вдоль, вынимала семена, а вместо них закладывала внутрь по помидорному кружочку и чайной ложке зелени. Закрывала перец, убирала на блюдо и принималась за следующий.
К моменту, когда последний перец, нафаршированный зеленью и помидором, лёг на горку других, в дверях возник любопытный Вито.
Он шумно втянул воздух и спросил.
– А чем так необычно пахнет?
– Вечерним угощением, – ответила я и пошла мыть руки.
– А можно уже сейчас угоститься?
– Неа, я жадная, – засмеялась я, – да ладно, не обижайся. Просто перцы должны настояться хотя бы пару часов. Иначе не будет вкуса.
– Понятно, а я было подумал, что вы и впрямь жадина, – улыбнулся Вито, – мы закончили. Пора второй замес делать.
– Ну, пошли. Тем более там шарлотка уже готова. Надо вынимать.
– А, вот чем от печи пахнет. Яблоками и сдобой. А пирог можно?
– Нет, Вито. Это точно вечером. Пошли работать.
Я вышла на площадку. По улице расползался неповторимый аромат шарлотки из спелых яблок. Вмешивался легкий запах корицы и дымка.
Открыла печь. Шарлотка поднялась, раза в три увеличившись в размерах. Натянула варежки и с огромным трудом вытащила сковороду с пирогом.
Восторженное «Ух-ты»! от Вито стало мне наградой за утренние мучения. Хотя, все «ух-ты» ещё впереди. Пирог мало обонять и видеть, его попробовать надо и тогда на восклицания даже слов не будет. Останутся только стоны восхищения.
