Текст книги "Ретро Бит 3 (СИ)"

Автор книги: Seva Soth

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

– Ты не совсем права. Проблема не в игре, а в платформе, из нее и так много выжали. Помнишь, я рассказывал про ограничение в шесть цветов и упоротое решение с зависимостью цвета от четности пикселя? А про рваную адресацию памяти? Программист тут отлично потрудился и сделал все возможное.

– А ты бы сделал лучше! Наша уточка намного красивее!

А Боромир и вовсе превзошел бы оригинал. Приятно, когда в тебя верят. Но дело тут не столько в моём мастерстве разработчика, сколько в том, что видеочип Вик-20 изначально выбирали с расчетом на игры и настолько упоротых аппаратных ограничений, как у Эппла, у него нет, несмотря на мизерные объемы оперативки.

Фроггер, может быть, и получился бледным подобием первоисточника с аркадного автомата, но я, окунувшись в ад разработки под детище Джобса и Возняка, примерно представляю, через какие препятствия пришлось прорываться разрабам и мысленно жму им руку. Может быть, поработаем еще вместе, поноем над трудностями и поругаем жадных Стивов.

Линда пошла работать, ворча себе под нос про варваров, которых нельзя подпускать к лягушкам, а я продолжил изучать игрушки.

Jawbreaker, то есть «Ломатель челюсти», мне внезапно понравился, несмотря на то, что я не поклонник жанра. Тот же мистер Пэк-Мэн, но с заменой желтого колобка на зубастую вставную челюсть, а призраков – на круглые лица. Но игрался очень даже бодро. Наскучило через полчаса, но я слишком развращен хорошими играми.

Главное блюдо дня: квесты. Начал с порнографического, переключившись обратно на монохромный монитор. Читать буковки приятнее с него.

Игра началась с сообщения:

Я нахожусь в злачном баре. За стойкой сидит бармен. Вывеска над ним гласит: «ПИВО – $100, ВИСКИ – $100». Помещение обставлено не слишком хорошо. На одной из стен висит занавеска, рядом с занавеской находится кнопка. Над головой медленно вращается вентилятор, гоняя застоявшийся воздух. ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ?

Снимать штаны и бегать, блин! Вот он, знаменитый геймплей с угадыванием слов! Набрал в строке ввода «Нажать кнопку»

Голос из-за стены спросил «Какой пароль?»

Попробовал угадать. Ввел PASSWORD, 12345, SOFTPORN и даже заведомо неправильный вариант «SWORDFISH». Увы, пароль нифига не «рыба-меч».

Купил пиво и виски, потратив 200 баксов. Ничего себе цены! И нафига? Они даже в инвентаре не появились! Кому это угадывание правильных глаголов вообще нравится? Однако… я вспомнил – я играл в эту игру! Только она была с рисованной двухмерной графикой и поддержкой мышки. Это же Ларри в выходном костюме! Тот самый юмористический квест о коротышке-неудачнике, которому нужно лишиться девственности! Только в текстовом исполнении. Кажется, для получения пароля следовало пойти в туалет и найти слово где-то в текстурах. Ага… у текстового квеста. Скорее всего, там потребуется написать что-то вроде «Изучить обстановку».

Полчаса на перебор глаголов позволили мне выйти из бара на улицу. Как оказалось, нужно командовать, в какую сторону света пойти. У каждого ведь при себе компас! И снаружи Ларри, который тут еще именем не обладает, сбила насмерть машина. Эти игры точно для развлечения, а не чтобы взбесить игрока?

Глава 11

Знакомство с другими текстовыми квестами оставило примерно те же впечатления, что и альфа-версия Ларри. Ощущение того, что игра тебя ненавидит и желает, чтобы ты совершил роскомнадзор! Я как про сюжетную составляющую, так и геймплей «угадай любимый глагол гейм-дизайнера».

Но одна вещь в квестах, я уже почти что уверен, что будущей Сьерры, меня удивила с лучшей стороны. Графика! Точнее, картинки. Они украли мою идею с векторизацией еще до того, как я ее придумал! Наверное, тоже путешественники во времени!

Каждое изображение в их играх отрисовывалось, как если бы художник создавал его прямо при мне в несуществующем пока Пейнте с графического планшета. То есть карандашные контуры, а следом за ними – заливка цветами, и получалось вполне себе неплохое, хоть и упрощенное, без лишних деталей, изображение. Я иногда смотрел видюшки на ютубе, как цифровые художники рисуют в Фотошопе или Кореле. Тот же опыт. Всего несколько секунд на каждый экран – и готово. Красивое, но не шедевр. Линда нарисовала бы лучше. Если ей дать графический планшет, который стоит дороже, чем вся наша Аркадия вместе с машиной и трейлерным парком. Утрирую, наверное, но игрушка и правда недешевая. Кроме того, примитивный стиль может быть обусловлен главным технологическим бичом начала восьмидесятых – дорогой памятью. Более детальные картинки займут больше места на дискетах. Не так ли появилась игра за сотню долларов на десяти носителях?

– ВАУ! – восхитилась заглянувшая ко мне девушка, увидев, как отрисовывается толпа народа в стиле палка-палка-огуречик. – Я тоже так хочу! Рисовать на компьютере! Это же мечта – объединить рисование и игры.

– Мы с тобой сделаем лучше, когда появятся компьютеры немного мощнее, – пообещал ей. – Главная для меня находка вот в чем: они смешали цвета! Расположили пиксели в шахматном порядке, делая желтый из белого и оранжевого. Я до такого не додумался. Представь только, сколько сочетаний получится из стандартных шести цветов. И раз уж речь зашла о рисовании – нужно сделать три варианта пиксельной Пенни Смит разной степени раздетости. От полностью одетой до белья. Четвертый – блинчик, раздавленный камнем. Мне с таким не справиться, я даже уточку не осилил.

– Я займусь, – пообещала «госпожа арт-директор». И ведь справится! По крайней мере, питаю надежды на это.

А еще стоит заподозрить геймдизайнера Онлайн Системс в садизме. Смерть Ларри под колесами машины стала лишь первой в череде убийств персонажей их квестов в самых непредсказуемых местах.

Пробуешь открыть дверь – она заминирована. Осматриваешь дырку в полу – тебя кусает змея. Съел что-то – умираешь через десять ходов, так как это были не те грибы. Не съел? Тебя ждет смерть от голода или от жажды, если забыл выпить воды. Погибаешь, когда заговорил не с тем персонажем и он убивает тебя за наглость. Пошел налево – упал с обрыва. Нужно ведь смотреть под ноги. Сохраняться на каждом экране стало рефлексом, и не спасало из-за нескольких вариантов отложенной смерти. Подобрал предмет? Через сотню ходов выясняется, что он проклят и убивает тебя.

Иронично то, что гибель персонажей – самая смешная часть игры. Не считая дурашливого Ларри, остальные адвенчуры поданы на серьезных щах и здорово приправлены пафосом. Убей дракона, спаси принцессу и в таком духе. Сюжеты прямолинейные и наивные, но не без искренности, важной для любого произведения. Сложилось впечатление, что в студии два сценариста. Первый выдумывает добрую историю о рыцаре без страха и упрёка, после чего в дело вступает второй и прописывает, сколькими способами отважный герой умрёт в мучениях на своём пути.

Почему люди вообще покупают их игры? Ответ скорее всего в том, что особенной альтернативы пока что нет. Колумб еще не открыл Америке нормальный геймплей, обходящийся без издевательств над игроком. Ну и картинки. Они хоть и простые, но для людей, не избалованных графикой, смотрятся настоящим откровением. Линда и то прониклась, хотя сама в сто раз лучше на бумажке нарисует.

Помыкался еще час-другой и забросил гиблое дело угадывания формулировок. Не хочется себя переоценивать, но, быть может, у меня есть что предложить Сьерре относительно их процедуры векторизации. Курс «компьютерной графики» из нашего воронежского политеха я запомнил более-менее неплохо и, как минимум, кривые Безье и сжатие Хаффмана использовать смогу. То есть сжать десять дискет до пяти, если верно оцениваю.

Дни текли один за другим. Школа, работа, код и снова они же в том же порядке. Без перерывов, праздников и выходных. Повторить! Повторить! Повторить! Неделя, вторая, третья. Хорошо лишь то, что марафон трудоголизма я не в одиночестве проходил. А совместный труд, для моей пользы – он объединяет.

Пенелопа Смит научилась убегать от валуна и перепрыгивать препятствия, но выглядела пока что как пара треугольных скобочек на тонких ножках. Запланированную фишку с освещением пришлось отправить в разряд дальних планов, на другую не тянуло железо. Зато функционал потери персонажем одежды я сделал. Самым примитивным образом – с заменой спрайтов в модельке. Выглядел бесконечный побег Пенни от булыжника пока что стрёмно, но игрался неплохо, почти так же затягивающе, как Флэппи Бёрд.

Мой движок текстовых квестов догнал по функционалу все то, что я увидел у Сьерры: инвентарь, дайсы, позволяющие запускать события с разной вероятностью, отложенные скрипты, глобальные флаги и переменные, условия переходов к новым экранам, включая смерть персонажа. Я даже набросал шуточную демку, которую назвал: «40К способов подохнуть». Способов смерти персонажа там было не сорок тысяч, и даже не ровно сорок, меньше. Не мудрствуя лукаво, украл идею фильма «Пункт назначения» и сделал так, чтобы буквально каждая бытовая мелочь убивала персонажа, попросив помочь с написанием сценария Линду. Должен отметить – эти вьетнамцы и правда знают толк в ловушках. Особенно мне понравились пять вариантов смерти героя от желтых резиновых уточек. Наверное, с нами что-то не так, если по дороге в школу мы увлеченно обсуждали, как еще можно убить при помощи утенка и хохотали над удачными вариантами.

Самое важное: выручка моих автоматов в Аркадии не проседала, несмотря ни на каких пиратов. Очереди к ним, однако, постепенно сокращались и четвертую уточку-каналью я добавлять не стал.

16 апреля 1982-го года, в пятницу, я отдал в школьную канцелярию записку от опекуна о том, что мне необходимо отлучиться по важному семейному делу и мы с Линдой, официально вписанной в страховку форда, поехали сдавать мой экзамен на вождение. По пути девушка делилась подробностями своих попыток.

– Крис, ты как будто десять лет за рулем, водишь лучше меня и у тебя всё всегда получается, но экзаменаторы из департамента транспортных средств… они те еще каброны, ой! Елена и Кармен плохо на меня влияют. А чиновники – они любят поиздеваться. Особенно мистер Кент. Такой, с залысинами и пышными усами. Я два раза ему сдать не смогла, отец потом орал, что я тупая.

– Кларк Кент? – с иронией спросил я.

– Стивен Кент. Его суперсила в том, чтобы придираться к мелочам. Сейчас я тебе расскажу всё, что выяснила за две попытки. В третью повезло и достался другой, адекватный экзаменатор. Начнем с того, что мистер Кент всегда специально забывает пристегнуть ремень, сев в машину. Ты обязан убедиться, что пассажир пристегнут, иначе не сдашь…

Не везет мне со Стивами. Стоило только Линде назвать имя экзаменатора, как чуйка начала меня накручивать – «попадется именно он».

И не ошиблась интуиция. Отстояв очередь и получив номерок, к десяти утра мы с Линдой находились на парковке департамента, где ко мне в окошко постучался лысеющий краснолицый «дядя с большими усами», которому уши я бы пооткрутил, после долгого и обстоятельного рассказа девушки о двух проваленных экзаменах.

– Номер восемьдесят четыре, Кристобаль Колон? Пусть пассажир покинет машину, начинаем осмотр. Мисс Ким? Глаза меня не подводят? – чиновник поправил большие квадратные очки. – Вы не только сумели каким-то чудом доказать, что достойны лицензии, но и берете учеников? Ловите момент. Со следующего года к сопровождающему взрослому наставнику начнут применять возрастной ценз – не младше двадцати пяти лет. Ну, посмотрим, молодой человек, чему вы научились у худшего водителя, что пытался сдать мне экзамен. Предупреждаю вас – с 1978-го никто еще не справился у меня с первого раза. Быть может, заранее возьмете самоотвод и позволите мне выпить кофе? Нет? Хорошо, юноша, начнем с осмотра машины. Включите левый поворотник.

Я поочередно продемонстрировал работу поворотников, стоп-сигналов и клаксона. Каждый пункт мистер Кент отмечал у себя в планшете. Обычном, бумажном. Я уже знал, что скорее всего не сдам, потому что когда препод хочет завалить студента, у того оказывается листок в линеечку или другой фатальный недостаток подготовки. Но сдаваться не собирался!

– Хорошо, машина в порядке. Но покажите, как вы продемонстрируете поворот и остановку ручными знаками.

Еще одна ловушка с экзамена Линды. Ни разу я не видел, чтобы кто-то показывал эту пантомиму с заменой поворотников положением рук. Но владеть ей, оказывается, обязан. И очень хорошо, что по пути мы их повторили. Я почему-то пребывал в святой уверенности, что торможение надо обозначать, подняв высунутую из окна руку вертикально вверх. А оказалось, что нужно наоборот, вниз, согнув в локте. Быть может, опять локальные пендехостанские правила.

Пожалуй, вся эта бюрократия меня не бесит. У нас в воронежском ГАИ экзамен заключался в том, чтобы скинуться деньгами представителю автошколы, а тот, в свою очередь, сунул взятку милиционеру. А тут на вид всё прямо по-честному и официальному.

Хотя, скорее всего, и здесь взяточник коррупционером погоняет, нужно только входы и выходы знать. Не коррупция, а лоббирование! Наверняка Больцман или парни из баррио могли бы всё устроить за малую денежку. Но, во-первых, жаба как-то выжила в кузинатре и душит, во-вторых, не хочется связываться со всяким сомнительным до официальной эмансипации.

– Трогайтесь, мистер Колон, – велел экзаменатор, заняв сиденье по правую руку от меня.

– Сэр, безопасность пассажиров превыше всего. Пожалуйста, пристегнитесь, – попросил я.

– Вижу, мисс Ким хорошо вас подготовила, – прокомментировал тот, выполняя требование. – Начинайте сдавать назад.

И тут мне девушка про ловушку тоже рассказала. «Не верь зеркалам. По правилам мистера Кента ты должен проверить слепые зоны, лично повернувшись назад.»

Так и продолжили согласно списку, названному Линдой. Я не допустил ни одну из ее ошибок. Четко фиксировал стоп-линию, даже если поблизости не находилось ни одной машины, выдерживал дистанцию на светофорах, держался четко в центре своей полосы и прочее, прочее, прочее. Даже вспотел от необходимости удерживать в голове столько переменных, не прекращая управлять автомобилем. Уверен, окажись экзаменатор за рулем лично – не справится с половиной собственных правил.

Мистер Кент никак мои успехи не комментировал, лишь делал отметки в своей планшетке.

– Что же, юноша, давайте разберемся, что именно вы сделали не так и на что вам стоит обратить внимание перед второй попыткой, – с улыбочкой объявил очередной Стив. – Самых грубых нарушений вы, к моему удивлению, сумели избежать, но, казалось бы, незначительные набирают критическую массу. Начнем с вашей техники вращения руля. Вы не держите руки четко на без десяти два, как знали бы, если бы учились водить у лицензированного инструктора, а не мисс Ким.

Список озвученных придирок звучал абсурдно и недоказуемо. Я задерживался у стоп-линии на 2.8 секунды вместо трех, слишком редко и слишком быстро пользовался зеркалами, недостаточно плавно трогался и тормозил…

– И последнее нарушение, лишившее вас критически важных баллов – вы остановились в двадцати дюймах от бордюра, чем создали помеху движению. Правилами предписывается дистанция не более восемнадцати дюймов.

– Поражаюсь вашему опыту и глазомеру, сэр. Вы, не выходя из машины, сумели оценить расстояние, – не стал скрывать сарказма. – Позвольте мне проверить себя.

И достал строительную рулетку из рюкзака, брошенного на заднее сиденье. Часть моего инструментального набора. Конкретно у этой рулетки двойная шкала – дюймы и миллиметры. Увидел, купил и не пожалел.

– Смотрите, сэр – ровно семнадцать дюймов, то есть даже ближе, чем регламентировано, – провел я измерение. – И если именно нарушение дистанции стало в моем случае фатальным – я сдал, не так ли?

– Никто не сдает у меня с первого раза, – сквозь сжатые зубы процедил чиновник. Не иначе как синдром вахтера у него.

– Это очень печальная статистика, сэр. И, откровенно говоря, опасная для вас, – я сочувственно покачал головой. – Четыре года абсолютных провалов? Рано или поздно какой-нибудь дотошный юрист или аудитор обратит внимание на аномалию и вам придется объяснять, в чем отличия между вами и другими экзаменаторами. Любой суд, взяв выборку, обвинит вас в предвзятости. А уж если журналисты узнают… Давайте мы с вами прямо сейчас начнем исправлять возникшую аномалию? Без лишних апелляций и пересмотров.

Усатый тараканище слегка завис. Такое впечатление, что до него только сейчас дошло, какую яму он сам себе выкопал, заваливая всех подряд. Даже если про «никто не сдает» – глупая бравада и не сдает всего половина, любые значимые отклонения в статистике – уже аргумент против него.

– Поздравляю вас, юноша. Вы успешно прошли мой тест на стрессоустойчивость. – расплылся в фальшивой улыбке экзаменатор. – Автострада, особенно в Калифорнии – это не карусель в Диснейленде и потому прежде, чем вас на нее выпускать, мне стоит убедиться, что вы способны выдерживать давление и не попадете в аварию во время первой же самостоятельной поездки, – где-то тут экзаменатор запнулся, – на самом деле у меня проваливаются не реже и не чаще, чем у остальных. Вот ваш бланк об успешном прохождении испытания.

Когда я, довольно улыбаясь, вышел из машины, Линда у меня на шее повисла. Кент неодобрительно на нее покосился, но комментировать не стал. Поправил очки и ушел.

Еще немного очередей и волокиты и я стал обладателем… нет, не пластиковых прав, а справки о том, что они мне положены, достаточной, чтобы сесть за руль.

– Ваша водительская лицензия придет вам домой в конверте по почте, – ответила женщина в окошке, выдавая справку. – Вы… вы что, сдали экзамен Стиву Кенту? С первого раза? Он всех молодых заваливает после той аварии. Неужели вылечился? – тетенька лет пятидесяти так удивилась, что едва сигарету не выронила. А ведь вокруг куча бумажек.

– Наверное, вам не стоило мне это рассказывать, мэм, – улыбнулся я работнице транспортного департамента.

Права я достал из конверта спустя неделю, 24-го апреля, в субботу, когда отправился проверить почту. И в почтовом ящике мне повезло найти еще и второе письмо. Как же долго я его ждал…

ОФИЦИАЛЬНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ О РЕЗУЛЬТАТАХ ТЕСТИРОВАНИЯ

Уважаемый мистер Колон!

Настоящим письмом официально уведомляем вас о результатах прохождения Калифорнийского экзамена на знание программы средней школы (CHSPE).

По итогам проверки ваших экзаменационных бланков сообщаем, что вы успешно преодолели необходимый порог успеваемости во всех дисциплинах. Ниже приведена детализация ваших результатов (шкалированный балл от 250 до 450, где 350 является минимальным проходным баллом):

Математика: 432 баллов – СДАНО

Чтение: 395 баллов – СДАНО

Английский язык: 352 баллов – СДАНО

Поскольку вы набрали проходной балл во всех обязательных секциях, Государственный департамент образования выдает вам Сертификат о профессиональной подготовке, который по закону штата Калифорния является юридическим эквивалентом аттестата об окончании средней школы. Данный документ предоставляет вам право на получение статуса экстерна.

Оригинал сертификата прилагается к данному уведомлению. Примите наши искренние поздравления со значимым академическим достижением.

С уважением, государственный департамент образования штата Калифорния.

Позорище! И с настолько убогими результатами я раздумываю об элитной школе Часворт Хиллз и тем более университете? Формулировка про значимое достижение издевательской показалась.

Да забери Ктулху мой перфекционизм, но по тоненькому же прошел! Всего на два балла выше проходного по английскому. Да, мешалась высокая температура, но с математикой-то я справился хорошо. Не отлично, не на все 450, но с приличным запасом. 352… ниже, чем у Рамона, должно быть. Если он сдал.

Но всё-таки я сделал это!

Глава 12

Надо мною тишина, небо, полное дождя и я свободен!

Насчет дождика – полная правда, кстати, он начал накрапывать едва ли не в ту же минуту, как я получил индульгенцию от школьных занятий и потому пришлось спрятать красивый гербовый диплом обратно в плотный конверт. О великий Ктулху, страшно представить, что моя прелесть вот так вот лежала в почтовом ящике трейлерного парка. Любой малолетний хулиган мог бы взять и украсть. Мне бы потом наверняка выдали дубликат, но сколько потребовалось бы геморроя! И та же самая претензия к пластиковому прямоугольнику водительских прав. А если бы их стырили? Если бы ящики подожгли?

Ворчливый же я старый дед! Плевать на все страхи! Я ведь свободен! Готов к подвигам во славу Императора! Больше ничто не остановит меня! На радостях обнял единственное живое существо, находящееся рядом – Дюке. Мне тут же облизали лицо.

– Приятель, ты понимаешь, что изменилось? Меня как будто из вольера выпустили! Почти! Осталась чистая формальность – эмансипироваться.

– Гав!

– Тоже считаешь что нечего затягивать и нужно сходить к Больцману уже сегодня?

– Гав!

– Да-да, я понимаю, что время раннее, но Глория ведь вот-вот уедет на работу, наверняка уже не спит. Пошли.

Питбуль радостно пометил привычную покрышку недалеко от нашего старого трейлера и облизал лицо еще и адвокату, открывшему дверь, когда я постучал, хотя близкого знакомства с ним ранее не водил.

– Фууу… это негигиенично! – скривился Лео. – Я мог бы засудить тебя несколькими способами за этот эпизод, пацан. Между прочим, я боюсь собак. Да куда ты лезешь, образина!

На футболке, которую сегодня носил Больцман, значилось «Хулио Иглесиас – наш спаситель!».

– Он просто проявляет дружелюбие. Сэр, поздравьте меня, я получил проходной балл на CHSPE. Теперь я могу бросить школу!

– Ни в коем случае, пацан. Запомни раз и навсегда – слова обладают юридическим весом, формулировки имеют значение. Забудь такое слово, как «бросить». Для любого калифорнийского судьи фраза «он бросил школу» переводится как «перед нами трудный подросток, склонный к бродяжничеству, потенциальный наркоман и будущий клиент исправительной колонии». Судьи таких не эмансипируют. Суды отправляют их под надзор социальных служб или в приемные семьи.

Наверное, на лице моём вся гамма чувств, как в раскрытой книге, отразилась.

– А потому, Крис, ты не бросаешь школу. Ты досрочно и успешно завершил программу среднего образования, подтвердив это государственным сертификатом CHSPE. Чувствуешь разницу в звучании? Это музыка для ушей судебной системы!

– Я понял, сэр. Я бросаю учёбу с правильной формулировкой.

– Но здесь есть важный бюрократический нюанс. Если ты с сегодняшнего дня просто перестанешь появляться на уроках – школа автоматически отметит это как злостные прогулы. Они обязаны по закону сообщить об этом в Департамент по делам детей и семьи. А вам с миссис Колон социальные работники, сующие нос в твой трейлер, сейчас нужны меньше всего.

Юристы. Мне всегда сложно давалось общение с ними. Помнится, пытался я согласовать с юридическим отделом питерской конторы, в которой работал, простейший момент, сводящийся к выбору из двух вариантов формулировок в договоре. Почему я, разработчик, вообще этим занимался – отдельный вопрос. Менеджер проекта тогда попал в больницу и кто-то должен был выполнить его обязанности. За день напряженной переписки однозначного ответа я тогда так и не получил. Лишь бесконечные уходы в сторону от обсуждаемой темы и мастерское увиливание от ответственности.

– И наши дальнейшие действия?

– Сейчас ты оставляешь бумаги мне и идешь в школу, чтобы не получить взыскание, но в понедельник я уже отправлю директору заказным письмом заверенную копию диплома и уведомление о прекращении посещений. Со вторника ты полностью свободен и дальше заниматься своими утками.

– Еще одна вещь, – сказал я с интонацией лейтенанта Коломбо. Мне и в самом деле требовалось закрыть один интересующий вопрос. – Мне был обещан грант на обучение в частной школе Часворт Хиллз. Для того, чтобы им воспользоваться, ведь не обязательно доучиваться год в школе Фрэнсиса?

– Абсолютно так, – подтвердил адвокат, – ты уже выпускник, пацан, поступать куда-то учиться и проходить дополнительные курсы – исключительно твоё личное желание, а не требование законодательства. Если элитная школа хочет дать тебе грант – незавершенный год в обычной никак не помешает. Разве что осложнит твою жизнь во время собеседования с приемной комиссией. Но тебя ведь не за академические успехи туда зовут?

– А еще… знаю, что наивно, но лучше спросить глупость, чем промолчать. Могу я уступить свой грант Линде? Ей образование нужнее, чем мне.

– Сам всё сказал. Глупо и наивно. Это тебе не чек на предъявителя. Ты, кстати, в курсе, что сдать тот же экзамен и покончить со школой мисс Ким не сможет? CHSPE – это экзамен для несовершеннолетних. Линде потребуется сдавать GED, его аналог для взрослых, и он станет черной меткой для любого приличного колледжа или университета. Никому не нужны недоучки, не осилившие программу средней школы. Так что мой совет для клиентки – пусть доучивается оставшийся год.

– Понял, сэр, спасибо за участие.

Награда в виде поцелуя прекрасной дамы нашла героя еще в машине, стоило мне поделиться хорошей новостью.

На отработку сегодня явился не кто-то, а сам пропагандист Джонсон, выглядящий необычайно взвинченным.

– Так и знал, что найду тут тебя, Колон, – сказал он, – мне всё не давало покоя твоё появление на телевидении и вчера вечером решил посмотреть то ТВ-шоу, что вы так защищали. И я в полном шоке! Безобидная фантастика про пришельцев и лазерные пистолеты оказалась чистейшей коммунистической пропагандой, завернутой в яркую обертку космических приключений! И правительство позволяет транслировать этот подрывной материал прямо в дома добропорядочных американцев! Подумайте сами – «Объединенная Федерация Планет»… Звучит подозрительно похоже на «Союз Советских Социалистических Республик», не так ли?

– Или на Соединенные Штаты Америки, – парировал я, не удержавшись, но никто меня не слушал.

– А их экономика? В их будущем нет денег. Они отменили доллар! Никакого свободного предпринимательства, частного капитала, здоровой рыночной конкуренции. И ради чего они все работают? «Ради блага человечества»! Вы когда-нибудь слышали более красный лозунг? Ленин рыдал бы от счастья, глядя на этот их «Энтерпрайз»! Посмотрите на их униформу. Одинаковые пижамы для всех. Сплошная уравниловка.

– Точно так же, как в любой армии мира, например, США, – не выдержала уже Линда. – Сэр, Звездный Флот – военизированная структура. А корабль назван в честь американского авианосца.

– Вот видите, мисс Ким, вы уже подверглись опасному влиянию их идей. Неудивительно, учитывая ваше происхождение.

Судя по тому, что девушка стиснула кулачки, как бы она в драку на защиту любимого сериала не бросилась. Но Джонсон ее уже не замечал, продолжая изливать пропаганду.

– Давайте взглянем на их технологии? Машины выдают еду и одежду просто по нажатию кнопки. Изобилие без труда! «От каждого по способностям, каждому по потребностям» – вот как это называется в Москве! Сладкая ядовитая ложь, призванная усыпить бдительность свободных граждан и обесценить американскую мечту, где каждый цент нужно заработать собственным потом! Один из персонажей и вовсе русский, постоянно заявляющий, что все научные открытия сделаны в матушке России!

– Сэр, но ведь мистер Чехов – комический персонаж!

– Вот так, через юмор, и внедряются опасные идеи, мисс Ким. Но хуже всех Спок, которого вы так защищали во время митинга. Его фраза «Потребности большинства перевешивают потребности меньшинства или одного» – это же прямая цитата из учебника по большевизму! Неприкрытое оправдание подавления личности ради безликого государства! Как ваш учитель и наставник в борьбе с Красной угрозой, я категорически запрещаю вам смотреть это подрывное шоу! Я не позволю советским агентам влияния проникнуть в ваш разум через телевидение!

– Сэр, но разве цензура не характерна как раз для противников демократии? – не удержался я.

– Не путай оголтелую коммунистическую цензуру и разумную фильтрацию опасных материалов! Полная анархия, разрешающая смотреть что угодно, пойдет во вред нашей стране! Колон, чтобы ты понял всю глубину заблуждения, у меня для тебя особое задание – эссе на двадцать страниц о патриотическом воспитании на телевидении!

– Будет лежать у вас на столе, как только я приду на уроки, сэр.

О том, что приходить на историю-пропаганду я уже не планирую – умолчал. Пусть о том говорит мой адвокат.

Досидели, перекусили в дайнере у тёти Розы и отправились на работу. Линда – подавать колу. Я – писать код.

В прошлой жизни я ненавидел телефоны, имеющие свойство звонить в самый неподходящий момент и отвлекать меня от кода. Вот и сейчас я был практически уверен, что поймал за хвост мысль относительно инерции, как в Марио, для Пенни Смит, как оглушительно громкий звук сбил меня с мысли. Ну чего тебе нужно, мерзкая железяка? Кто вообще знает этот номер? Елена? Лео? Ковальски? Кен Уильямс? Куча сисопов на BBS, которых я дозванивался? Кто-то еще?

– Алло, – взял я трубку, – Аркадия, меня зовут Крис.

– Привет, Крис, – прозвучал бодрый голос Кена, – ты настоящий негодяй. Каналья, согласно названию твоей студии. Ты хоть представляешь, что ты натворил? – неподдельно рассерженным мистер Уильямс не звучал. – Ладно, ты парализовал работу крупной компании, это мы переживем. Но моя жена со мной не разговаривает. Как ты это исправишь?

– Вам стоит подарить ей букет цветов и пригласить на свидание, – посоветовал я и хлопнул себя по лбу от осознания того, что и мне тоже. Выбираемся мы с Линдой то в кино, то покушать периодически, когда время позволяет, но цветы я ей пока так ни разу и не подарил. Почему я такой идиот? Бросит меня и будет поделом придурку, чуждому нормальной, а не гиковской романтики.

– Боюсь, это не поможет. Роберта прилипла к монитору и пытается получить число 2048. А ведь она прохладно относится к играм, лишенным сюжета.

– Приму как похвалу, сэр. Остальные проблемы тоже из-за моей головоломки?

– Нет, они из-за твоей утки. Сотрудники поделились на два лагеря. Первые пытаются провести птицу через трубы. У нас, знаешь ли, не так много Вик-20 в офисе, всего две машины, и к ним выстроилась натуральная очередь. Я на сегодня записан двадцать пятым, моё время примерно через полчаса. Мне стоит начать брать по доллару за сеанс и я скоро стану очень богатым человеком.

– Я так и делаю, сэр. Четвертак за пять попыток. Доход, по вашим меркам, невелик, но стабилен. И думаю, что вы уже богатый человек. Даже удивительно, что сами тратите время, отвечая на звонки. А чем занят второй лагерь?

– Они поклялись, что за пару часов портируют твою утку на Эппл 2, чтобы не ждать, когда освободится Коммодор, так как игра примитивная. Два дня назад это произошло.