Текст книги "Нотнерт (СИ)"
Автор книги: Malvada Reina
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 23 страниц)
========== ○ РУЛ ГОРМ ==========
Подушка набросилась на меня всем своим мягким весом и дала ощутимую оплеуху где-то в районе темечка. Я сонно протянула руку к пододеяльнику, пытаясь создать своеобразную хлопчатобумажную баррикаду, но он сбежал от меня, словно вода меж пальцев. Подушка набросилась ещё раз, и я ощутила щекой крепкий поцелуй наволочки. Медленно адреналин вытеснил меланин из моего организма, и я резко проснулась. Понимание происходящего пришло ко мне не сразу. Подушка ещё пару раз повторила свое нападение прежде, чем я схватила ее рукой и дернула на себя.
− Руби, прекрати!
− Я вся извелась! Телефон бросила дома, ни ответа, ни привета, как тебе не стыдно, Белль?!
− Прости, Руби, я вчера немного увлеклась…
Подруга вскочила с кровати и скрестила руки на груди.
− Я. Жду. Объяснений.
− Можно я хотя бы умоюсь? − я натянула пододеяльник до носа и умоляюще посмотрела на Руби, которая, словно, волчица, завидевшая жертву, готовилась к нападению.
− Нельзя. Рассказывай. Живо!
− Ладно, ладно, только не бесись, − я выставила руки перед собой, принимая поражение, и уселась на кровати, стараясь сохранить серьезное выражение лица, − я пошла на пристань посмотреть на закат…
− …и, наверное, уснула там же? Потому, что ничто другое не объясняет почему тебя не было дома до утра!
− Нет, Руби, я познакомилась с одним человеком.
Руби сразу изменилась в лице и плюхнулась в кресло, скрестив ноги.
− И как его зовут?
Я прикусила губу, меня вдруг страшно заинтересовала собственная кутикула. Со всеми этими тайнами и интригами я забыла, когда в последний раз делала маникюр.
Руби повторила вопрос еще раз. Второй раз пропустить его мимо ушей уже не вышло:
− Я не знаю, Руби.
− Это как так вышло?
− Мы говорили об искусстве, о фильмах, мне было не до его имени…
− Белль, ты меня удивляешь! А если это какой-то беглый преступник, не дай Бог маньяк?
− Нет, он хороший человек.
− Ну хоть что-то о нем ты знаешь?
− Да, у него антикварная лавка здесь. Там собрана целая коллекция интересных книг и картин. Ты бы видела это место, Руби! Я глаз не могла оторвать. Некоторым фолиантам несколько сотен лет!
Руби вздохнула и покачала головой.
− Мне нужно пойти помочь в кафе. Постарайся не вляпаться во что-нибудь за этот короткий период. И на случай, если ты забыла, мы здесь не просто так.
Гордо встав с кресла и тряхнув черной шевелюрой, Руби была такова. Я еще пол часика позволила себе понежиться в теплой постели и повспоминать вчерашний вечер. Закат был потрясающим, компания не менее удивительной, но Руби права… Как я могла так налажать при знакомстве?
Позанимавшись самобичеванием остаток часа, я начала готовиться ко встрече с Рул. Наскоро расчесав волосы и собрав их в аккуратную мальвинку, я впрыгнула в любимый сарафан с цветочным принтом и спустилась в кафе, чтобы позавтракать.
Запах здесь стоял настолько невероятный, что рот тут же увлажнился, а желудок ухнул в радостном предвкушении; я с удивлением поняла, что готова съесть абсолютно все меню. Руби подошла ко мне с блокнотом и терпеливо ожидала пока я выберу очередной бургер с колой. Пока мой заказ был в очереди, выдалась минутка хорошо разглядеть местных завсегдатаев.
Утром в кафе было не так уж и людно. Пара человек здесь, пара там. За стойкой сидел незнакомый мне мужчина, чуть поодаль за столиком у окна расположилась шумная компания работников. Они очень громко обсуждали события прошлой погрузки, видимо, занимались шахтными работами. Я перевела взгляд в другую сторону и улыбнулась.
Вчера в ходе экспресс-экскурсии по Сторибруку мы познакомились с одной прекрасной девушкой, стройной блондинкой с волосами средней длины. Если мне не изменяет память, ее звали Эшли Бойд. Увидев меня, она тут же пригласила меня за свой столик и я, недолго думая, пересела.
С ней было невероятно легко вести разговор обо всем и ни о чем, мы то и дело похихикивали над какими-то событиями из жизни. У Эшли была маленькая дочь Александра и сегодня у молодой мамы выдался единственный выходной день − с малышкой остался сидеть папа. Эшли была на седьмом небе от счастья и довольно потягивала какой-то молочный коктейль.
Вдруг колокольчик издал звонкое «дзынь!». Я тут же обернулась на звук. Дверь распахнулась и два паренька − один постарше, один на вид лет двенадцати − кубарем залетели за ближайший столик с отметкой «забронировано» и потянулись к меню. За ними вошла длинноволосая блондинка, которая о чем-то увлеченно спорила с последовавшей за ней брюнеткой, одетой в костюм небезызвестной марки. Блондинка была одета попроще: на ней были джинсы и белая майка, женщина эмоционально жестикулировала, видимо, пытаясь что-то доказать собеседнице, но та лишь поджимала губы в тонкую линию и упрямо качала головой из стороны в сторону. Они обе уселись рядом с мальчишками, Руби тут же подскочила к ним принять заказ.
− Лазанью, пожалуйста, − блондинка улыбнулась и в мягком, успокаивающем жесте, взяла брюнетку за руку, переплетая пальцы. Та некоторое время буквально воплощала собой молчаливую ярость, но позже сдалась и удобно устроилась в объятиях блондинки. Видимо, мое любопытство не скрылось от Эшли, потому что она лукаво улыбнулась и кивком указала на парочку:
− Ты еще не знакома с ними?
− Нет, а должна?
− Та, которая брюнетка − наш мэр. Нрав у нее тот еще. Лучше не попадать к ней под горячую руку. Та, которая блондинка − наш шериф. И, мне кажется, только она может спасти задницу тех несчастных, которые попали в мэрскую немилость. Это их сыновья − Роланд и Генри.
− Красивая пара, − я улыбнулась и буквально заставила себя отвернуться от семейства, хотя, откровенно говоря, они приковывали к себе взгляды какой-то невероятной теплой семейной атмосферой, несмотря на то что между двумя взрослыми явно разгорелся нешуточный конфликт.
− Белль, твой бургер. − Руби поставила передо мной заказ и налила мне в стакан колы, − в котором часу ты освободишься? Мне бы очень хотелось прогуляться по лесу, желательно, до того, как наступит закат. − Подруга недвусмысленно на меня посмотрела.
− Мы договорились с Рул встретиться в два часа пополудни, Руби. В любом случае, к концу твоей смены здесь я буду свободна, − я ослепительно улыбнулась, натянув самое невинное выражение лица и сделав вид, что я не уловила ее намеков. Руби кивнула и уже отвернувшись кинула через плечо:
− Телефон возьми с собой. Ну знаешь, та вещь, которая звонит, когда тебя ищут.
Я вздохнула, подняв глаза на Эшли:
− Мы повздорили вчера.
− Я заметила.
− Ничего, Руби быстро отходит. Тем более, я ничего такого не сделала…
Аппетит у меня пропал, я кое-как сжевала бургер и, попрощавшись с Эшли, вышла на улицу.
Сегодня в Сторибруке было пасмурно. Серые облака клубились над башней с часами, напоминая сказочную сцену о надвигающимся проклятье. С моря дул отнюдь не нежный ветер, растрепывая мои волосы и сводя на нет все усилия по сохранению товарного вида. К монастырю я пришла изрядно потрепанная. Кое-как проведя по волосам пальцами, я нажала на кнопку звонка у ворот.
− Монастырь Сестер Святой Меиссы, чем можем помочь?
− Здравствуйте, меня зовут Изабелла Френч. Мне назначена встреча с Матерью-Настоятельницей.
Замок щелкнул, и из-за ворот показалась дама, одетая в синие платье с белым воротничком. Ее рыжие кудрявые волосы были аккуратно уложены в замысловатую ракушку, она приветливо мне улыбнулась и протянула руку.
− Здравствуйте, Изабелла.
− Стало быть, Рул?
Женщина улыбнулась и аккуратно подтолкнула меня в сторону парка при монастыре:
− Да, приятно, наконец, познакомиться с Вами.
Некоторое время мы просто прогуливались по парку, Рул рассказывала о деятельности монастыря, о том, какие чудесные растения растут здесь и какие истории с ними связаны. Наконец, когда другие темы для разговора были исчерпаны, мы устроились на лавочке под большой яблоней с невероятно крупными красными плодами. Улыбка спала с лица Рул и она достала из сумочки фотографию, на которой были изображены она и Оливия. На снимке они были феями − одна голубая, другая зеленая.
− Это последний Хеллоуин, который мы устраивали вместе. Лив была невероятно талантливым и активным ребенком, всегда стремилась к справедливости и помогала даже тем, кому, казалось бы, уже ничего не поможет.
− Когда вы познакомились?
− В начальной школе. Она училась в моем классе. Потрясающая девочка с удивительно богатой фантазией. Она росла в семье работяг, они редко могли позволить купить ребенку что-то, чем баловали других. И Лив занимала себя совершенно другими заботами. Я всегда удивлялась как ей хватает часов в сутках. − Рул улыбнулась приятному воспоминанию, − с ней в классе учились близнецы из довольно сложной семьи. Они часто голодали, нередко что-то крали в местных лавках. Лив отдавала им всю еду, которую родители давали ей в школу. Она была невероятно добрым человеком. Заступалась за них во время подростковых стычек…
− Кажется, вы были довольно близки…
− Когда Лив исполнилось тринадцать, ее родители решили открыть собственный бизнес. Взяли кредит у какого-то ростовщика. И времени на ребенка стали уделять катастрофически мало. Однажды я застала ее в парке у школы, всю в слезах, когда она прогуливала уроки. Она долго не хотела делиться со мной, но по итогу рассказала, что влюбилась в мальчишку, по которому с ума сходили все девочки в школе. Он был отпетым негодяем и часто втягивал ее в какие-то свои авантюры, а Лив не к кому было обратиться за советом. Потом она стала чаще бывать у меня дома, приходила за советами. Ей, наверное, не хватало материнского тепла.
− Когда она попала в больницу?
Рул нахмурилась, перебирая в пальцах край юбки.
− Ей было шестнадцать. Диагностировали шизофрению.
Некоторое время мы молчали, Рул глубоко дышала, пытаясь сдерживать слезы.
− Однажды она просто не пришла в школу. Я позвонила родителям, мне сказали, что она серьезно заболела и лежит в больнице. Но все мои попытки увидеться с ней пресекались на корню. О том, в какой именно больнице она лежит, я узнала спустя месяц. Родители были в отчаянии, они устали лгать всем вокруг, к тому же бизнес терпел упадок. Но… − Рул глубоко вздохнула и на одном дыхании выдала: − У нее не было никакой шизофрении, Белль. Она часто сбегала в мир фантазий в детстве, но в подростковом возрасте это прошло. Я была одной из тех, кто давал ей характеристику. Она была совершенно здоровой милой девочкой.
− Почему тогда она попала в «Нотнерт»?
− Про эту больницу ходят множество слухов и все они настолько омерзительны, что верить в любой из них жутко. − Рул передернуло, − мне кажется, туда свозили родственников всех должников этого ростовщика в качестве наказания или гарантии возмещения. Он был другом Джейкоба Коттона, который долгое время управлял лечебницей. К тому времени, как туда попала Лив, больницей уже руководил его сын. Не знаю… Возможно, смена руководства не изменила вектор деятельности клиники и всё продолжалось в том же духе.
− А полиция?
Рул подняла на меня глаза и быстро вытерла непрошеные слезы:
− Кто знает? Они не предпринимали никаких действий в отношении больницы. Говорили, мол, то ли у них нет полномочий, то ли отсутствуют доказательства преступной деятельности.
− Вы видели ее в последний раз перед тем, как ее забрали туда?
− Нет, мне удалось однажды выбить посещение. Это было за пару месяцев до ее смерти.
− И какой она была?
− Другой. Она не узнавала меня, была, словно в бреду. Несла какую-то околесицу. Мне было больно видеть, что с ней сделали там. Она, словно, постарела. Волосы выпадали, зубы крошились. Лицо было в кровоподтеках.
− Вы говорили об этом кому-нибудь?
− Да я весь город на уши подняла! Но из меня сделали дуру, убеждали, что она сама себе увечья наносила, находясь в каком-то припадке и что я просто не могу смириться с тем, насколько серьезно она больна. Она плакала в тот последний день. Просилась домой. И я ничем не смогла помочь.
− Вы знаете причину смерти?
− По всем заключениям у нее случилась остановка сердца. Возможно, так оно и было. Лив просто не выдержала такого ужаса. Незадолго после этого в автокатастрофе погибли ее родители. Мне стало невыносимо там жить, я переехала в Нью-Йорк. Уже там я услышала о том, что «Нотнерт» закрыли, что там был какой-то пожар, сгорел цокольный этаж, но эту историю быстро все забыли. А потом я узнала о Сторибруке и перебралась сюда. Это все, что я могу рассказать Вам, Белль. Как видите, знаю я немного и в основном могу поделиться разве что догадками.
− Но я это очень ценю, Рул. Спасибо большое, − я отдала Рул ее фотографию с Оливией. Несколько мгновений мы молча сидели под большой яблоней в абсолютной тишине. Потом к Рул подошли девчушки, одетые, как и она, в синее платье с белым воротничком и пожаловались на какие-то внутренние проблемы.
Рул извинилась передо мной и быстро попрощалась, пожелав удачи в расследовании этой истории.
Я шла домой в абсолютно подавленном состоянии. И вопросов у меня было еще больше, чем до разговора с Рул. Я абсолютно забыла и о дневнике в моем кармане, и о том, что я собиралась отдать его наставнице Лив. С Руби по лесу я прогуливалась практически молча, а подруга проявила несвойственное ей понимание и не выпытывала подробностей.
========== ○ БУРЯ ==========
После разговора с Рул Горм я долгое время не могла собраться с мыслями. Моя комната превратилась в самую настоящую крепость, в которой я проводила сутки напролет. Я исписала несколько листов к ряду, испещрив их всей информацией, которую я только знала. Получился своеобразный борд с журналистским расследованием, над которым я корпела практически неделю, едва ли отрываясь для удовлетворения базовых человеческих потребностей.
Шестеренки в моей голове крутились с невероятной скоростью. Теория Рул о каком-то преступном сговоре больше не казалась мне сюрреалистичной. С этой больницей явно было что-то не так.
Пару раз в кафе на первом этаже заглядывал Роберт, и я спускалась вниз попить с ним кофе. Наши первые встречи здесь проходили весьма напряженно: мне было дико видеть то, как трепещут жители городка, обращаясь к нему не иначе, как «Мистер Голд» и чуть ли не падали ниц, а его раздражал тот факт, что он не мог просто побыть со мной наедине (честно говоря, моя одержимость работой его тоже не особо радовала).
Некоторое время я смущалась, но, в конце концов, спросила, чем же вызван такой пиетет со стороны общественности. Оказалось, что этот город принадлежал ему: он построил его с нуля, но отказался им руководить, предпочитая позицию стороннего наблюдателя. И вот спустя много лет он ни разу не пожалел об этом решении, их мэр справлялась со своими обязанностями на должном уровне.
Погода в Сторибруке соответствовала моему хмурому настроению в эти дни. За окном резко похолодало, шли непрекращающиеся дожди. В конце концов, даже Руби-любительница-мерзкой-погоды-Лукас перестала бегать по лесу, сетуя на то, что почва настолько размякла, что пройти там может разве что вездеход.
Дороги перекрыли. Вернуться в Нотнерт стало задачей со звездочкой. И мы решили переждать.
Ночью я проснулась от страшного холода. У меня ужасно замерзли ноги, а одеяло почему-то абсолютно не грело. Включив в комнате свет и укутавшись в хлопчатобумажный кокон, я кое-как добралась до настежь раскрытого окна, быстро закрыла его и повернула ручку. На улице творился какой-то Армагеддон: невероятно сильный ливень буквально затопил поляну, на которую выходили окна моего номера, а ветер дул с такой силой, что с невероятной легкостью, словно бумагу, гнул многовековые ели. То тут, то там сверкали стройные молнии, а гром с оглушительным «бам!» грохотал чуть ли не каждую минуту.
Периферийным зрением я уловила яркую вспышку слева от меня и вздрогнула, восприняв ее за очередную молнию. На деле это был всего лишь мой телефон, сообщивший о новом сообщении.
«Белль, надеюсь, с тобой все в порядке, и ты уже в безопасности?» − гласил текст, в котором можно было уловить легкий флёр волнения.
«Да, Роберт, со мной все хорошо, спасибо. Надеюсь, с тобой тоже все в порядке?».
Долгую минуту экран не радовал меня ответом, поэтому я постаралась занять себя разглядыванием природного ужаса, ставшего частью моего вида из окна.
ВЖУХ! − глубоко в лес улетело нечто, похожее на дорожный знак. Мне стало еще больше не по себе. Всунув ноги в туфли, я пулей выскочила из комнаты и столкнулась носом к носу с Руби.
− Руби!
− Белль, слава богу, ты не спишь! − только сейчас я заметила, что люди толпами покидают свои номера и о чем-то взволнованно перешёптываются.
− Что происходит?
− Объявили штормовое предупреждение. Зафиксировали большую волну, она уже обрушилась на Филадельфию, теперь движется к нам. Мэр приказала всем подниматься повыше и собирает весь городок в библиотеке, это самая высокая точка в городе, даже при самых плохих прогнозах, мы должны обойтись без жертв.
Я в ужасе посмотрела на подругу, которая цепко схватила меня за руку и уже тянула в сторону выхода.
− Руби, подожди, я не могу вот так уйти! В моей комнате находится все необходимое для расследования! Я столько работала над этим, я не могу просто бросить это там!
− Можешь и именно это мы сейчас и делаем! − Руби выпихнула меня за дверь и выскочила следом.
Мы оказались в центре толпы, тянущейся от кафе «У Бабушки» к городской библиотеке. Городок действовал на удивление быстро и слажено: люди в мгновение ока выстроились в шеренгу и стройным рядом поднимались в гору. Никто не кричал и не плакал, жители абсолютно безмятежно реагировали на все, что происходило вокруг: рядом упало дерево? Немного сменим траекторию движения. Сверкает молния? Да пусть сверкает, кто ей помешает? Две дамы преклонного возраста, идущие перед нами с Руби, как ни в чем не бывало обсуждали новые сплетни, папа играл с белокурой малышкой в слова. Казалось, никого не смущает ни холодный ветер, ни проливной дождь.
− Почему они так спокойно на это все реагируют? Руби пожала плечами, окидывая взглядом толпу:
− Возможно, это не в первый раз? Для городка на берегу океана шторм – дело обычное, наверное.
Мы поднялись к библиотеке, перед дверным проемом под навесом с какими-то бумагами в руках стояла та самая брюнетка из кафе. По бокам от нее, словно застыли блондинка-шериф и мистер Голд, с такими же списками в руках. Колким взглядом мэр пробежалась по толпе и открыла папку. Ее голос прозвучал громко, будто через микрофон.
Невероятно красивый, глубокий, бархатный и очень властный голос:
− Пожалуйста, постарайтесь действовать максимально быстро: разделитесь на три шеренги перед каждым из нас, по наступлению своей очереди, назовите свою фамилию мне, Эмме или Мистеру Голду, мы отметим вас в списках, и вы сможете пройти вовнутрь, где вас встретит Мать Настоятельница. У Сестер есть все, что вам может пригодиться: полотенца для того, чтобы обсохнуть и чистая сухая одежда. Переодеться можно в читальном зале − правые стеллажи для женщин, левые − для мужчин. Спальные принадлежности можно найти у стеллажей о путешествиях, чай, и буфет организован на стойке приема. Будьте добры, передайте эту информацию тем, кто находится сзади и мог ее упустить. Это максимально облегчит процедуру. Благодарю.
Люди тут же принялись поворачиваться назад и вкратце передавать распоряжение дальше, а перед Могучей Троицей тут же начали образовываться три колонны людей. Я шагнула в ту, которую принимала мэр, в надежде повнимательнее разглядеть ее вблизи, но Руби потянула меня в колонну Эммы и мне пришлось смириться.
− Добрый вечер, ваши имя и фамилия, пожалуйста? − Эмма отлистала назад список имен и приготовилась отмечать.
− Изабелла Френч, − я облизнула пересохшие губы.
Эмма в замешательстве подняла на меня глаза, будто мое имя было ей знакомым, хотя я уверена, что меня ей еще никто не представлял. Я толком не успела проанализировать ее реакцию, она быстро вписала мое имя в конец списка и махнула рукой в сторону холла:
− Пожалуйста, проходите, мисс Френч. Сестры предоставят вам все необходимое.
Я кивнула и сделала несколько шагов по направлению к стойке приема. Несколько Сестер сразу же окружили меня, укутывая в полотенца, отдавая сухие вещи и направляя в сторону читального зала. Руби догнала меня почти сразу, мы быстро переоделись и устроились за небольшим столиком в глубине зала.
− Надолго мы тут?
− Говорят, пока не пройдет угроза, − Руби пожала плечами и помахала рукой кому-то в глубине зала. К нам тут же присоединилась Эшли и большую часть времени мы просто болтали не о чем.
Весь городок собрался в стенах библиотеки за считанные часы. Честно сказать, я поначалу скептически восприняла сообщение об эвакуации, боялась, что мы просто не влезем в маленькую библиотеку и будем ютиться там, словно шпроты в банке. На деле все было совсем не так. Власти обеспечили горожан всем необходимым, а библиотека внутри оказалась гораздо больше, чем снаружи. Это было удивительной красоты помещение, в интерьер которого, несомненно, были вложены и душа, и значительные средства.
Когда все более-менее устроились, мэр выступила с новой красивой подбадривающей речью; слушать ее было не просто приятно, ее голос буквально гипнотизировал. Мне, наконец, удалось ее нормально рассмотреть: блестящие черные волосы каскадом спадали до плеч, глаза были подведены темным и блестели такой уверенностью, что хочешь-не хочешь, но безоговорочно поверишь каждому произнесенному ей слову, каждому, изданному ею звуку.
Госпожа мэр была невероятно красивой женщиной, которая, несомненно, знала о том, какое впечатление она производит на людей и умело этим пользовалась. А Эмма кружила вокруг нее, словно Луна вокруг Земли. Казалось, она была готова в любой момент прыгнуть перед брюнеткой и защитить от всех опасностей.
Ближе к утру все, кому не улыбнулась удача заснуть после напряженной ночи, собрались в круг в читальном зале и тихонько беседовали на самые разные темы.
− В наше время достаточно иметь хорошенькое личико, чтобы добиться желаемого, − настаивала Эшли, − без смазливой мордашки будь ты хоть гением, дорога тебе закрыта.
− Потому что помимо симпатичного лица у человека должен быть ум и талант, не находите? − Роберт криво усмехнулся, перебирая в пальцах мою прядь.
− Внешность − не панацея к успеху, − вставила я свои пять копеек, − есть гендерно-нейтральные особенности, которые коррелируют на любом поприще.
− Например? − Руби скрестила руки на груди и скептически на меня посмотрела, − если ты говоришь про толщину кошелька, то я, конечно, подписываюсь под каждым словом.
− Красота, деньги… − Рул поставила на тумбу поднос, на котором стройными рядами были выставлены стаканчики с чаем, − Это все пустое, если в мире нет человечности. Жители этого города должны это знать, как никто другой, верно, Мистер Голд?
Роберт на секунду замер и поднял на нее глаза. Казалось, между ними завязался безмолвный диалог, случайными свидетелями которого стали все присутствующие.
− Человечность, верно…
Рул улыбнулась и раздала каждому по стаканчику:
− Еще во времена моей педагогической практики, я всегда говорила детям, что мир имеет двойственную природу. Иногда то, что одним кажется гарантией успеха, для других становится проклятьем. И, наоборот.
− Это вы об истории Мадам мэр?
Рул строго посмотрела на Эшли и та быстро сменила тему разговора, но мое журналистское нутро уже нацелилось на сенсацию. Терпением я никогда особо не отличалась, но в этот раз я проявила просто чудеса самообладания и дождалась, пока наши ряды постепенно начали редеть: Рул помогала Сестрам в другом крыле библиотеки, Роберт отошел в сторону поговорить по телефону, а Руби, наконец, уснула, в обнимку с книжкой о Красной шапочке.
− Эшли, что за история? − я аккуратно подсела поближе к блондинке и подарила ей одну из самых невинных улыбок в моем арсенале.
− Просто история, печальная, такая есть у всех в этом городе, − Эшли пожала плечами.
− И все же…? − настаивала я, − расскажи, мне очень интересно. Эшли вздохнула, качая головой:
− Это было много лет назад. От нее ничего не зависело, по большей части, она не понимала, что с ней происходило, и не могла ничего исправить.
− Эшли?
− Ты, наверное, заметила, что наша мэр исключительно красивая женщина. В общем, некоторые этим пользовались… − Эшли резко замолчала и опустила глаза вниз. Мне стоило обратить на это внимание, но на тот момент, мне не было до этого дела, любопытство полностью овладело мной:
− В смысле пользовались?
− В прямом смысле, миссис Френч. − Бархатный альт, словно кнут, ударил меня откуда-то сбоку, я от неожиданности подскочила на добрый метр. − На протяжении многих лет я подвергалась сексуальному насилию со стороны людей, которые должны были оказывать мне помощь. День за днем, неделя за неделей. − Ее карие глаза вцепились в меня намертво, − они приходили ко мне и брали силой. Неважно спала я или бодрствовала, хотела того или нет, − подведенные сливовой помадой губы изогнулись в саркастическую усмешку, − Иногда они устраивали настоящую охоту, загоняли меня, словно какое-то животное… Когда помимо воли в тебя вторгаются снова и снова… в такие моменты ты перестаешь воспринимать внешность, как преимущество. − Ее рука скользнула мне на плечо, длинные пальцы больно вцепились в плоть, − и единственное, чего ты хочешь − отделиться от тела и убедить саму себя, что это происходит с кем-то другим, а не с тобой.
− Довольно! − Роберт резко одернул от меня ее руку. Она немного пошатнулась, но устояла на ногах. В этот момент к ней подлетела Эмма и мягко приобняла за плечи:
− Джина! Какого черта здесь происходит?!
Сливовые губы изогнулись в подобие улыбки, такой холодной, что у меня по коже пробежал холодок. Мадам мэр заправила за ухо несколько прядок и, наконец, оторвала от меня ледяной колючий взгляд:
− Ничего, мы с мисс Френч обсуждали некоторые факты из моей биографии. Ей было безумно любопытно, что со мной происходило задолго до того, как я стала мэром.
− Эмма, мне кажется, ей лучше будет некоторое время отдохнуть. − Роберт сцепился взглядами с брюнеткой, но та лишь так же холодно улыбнулась и пожала плечами:
− Прошу прощения, если я вас напугала, Белль, тема щепетильная, сами понимаете…
Эмма окинула меня взглядом, но не сказала ни слова. Я пискнула что-то похожее на «да, конечно» и они уединились в другой комнате.
Некоторое время адреналин все еще бушевал в моей крови. Роберт пытался отвлечь меня, но выходило у него из ряда вон плохо. Я проигрывала произошедшее в голове и мысленно сравнивала эту картинку с тем, какой я представляла Мадам мэр еще буквально пару часов назад.
− В нее словно демон вселился, − я подняла глаза на Роберта, − слово она и та женщина, которая приветствовала жителей после эвакуации − два абсолютно разных человека.
Роберт обнял меня и мягко погладил по волосам:
− О, Белль, каждый в этом мире борется со своими демонами.
Бесспорно. Только почему-то мое чутье подсказывало, что именно эта борьба имеет ко мне непосредственное отношение.
А чутье меня не обманывало.
Никогда.
========== ○ СОЛНЦЕ И МОРЕ ==========
Я проснулась от достаточно интенсивной боли в ноге, казалось, будто мою несчастную пятку запихнули в какое-то средневековое орудие пыток и сжали изо всех сил. Не открывая глаз, я потянулась рукой к зоне дискомфорта и наткнулась на что-то очень мягкое, невероятно пушистое и довольно гладкое.
− Ой! − я резко одернула руку и услышала тихое ворчание где-то в области ног. Глаза мне все-таки пришлось открыть, и как только мир вокруг меня принял четкие очертания, я с удивлением уставилась в пару не менее удивленных карих глаз.
− Ты кто? − глупо спросила я, глядя на незнакомца.
− Ууу? − раздалось в ответ.
Я аккуратно протянула к нему руку. Мокрый нос удостоверился, что моя конечность не представляет для него угрозы, и мягко уткнулся мне в ладошку. Так, аккуратно поглаживая по морде неизвестного мне далматинца, я медленно достала из-под ужасно тяжелой собачки мою бедную ногу и осмотрелась по сторонам.
Вся библиотека тихо и мирно прибывала в царстве Морфея: Руби все так же обнимала книгу, Эшли свернулась в клубочек в своем спальном мешке, а Роберт мирно спал рядом со мной. Почему-то его ногам пес предпочел мои.
− Где твой хозяин? − тихонько шепнула я, почесывая пса за ухом.
В ответ раздалось невнятное собачее ворчание и с чувством выполненного долга наглый далматинец забрался в мой мешок. Прекрасно. Роберт будет рад. Я тихонько прыснула в кулачек при этой мысли и вдруг поняла, что меня мучит жажда. Во рту пересохло так, будто я вечность воды не видела, и, решив, что самое время раздобыть себе бутылочку питательной влаги, я отправилась на охоту за пластмассовым Источником. Тихонько лавируя на носочках между спальными мешками, я добралась до стойки со снеками и ловко утащила последнюю оставшуюся пол-литровую бутылку газировки.
Тихонькое «пшик» и бутылки не стало буквально за несколько глотков.
− Не спится?
От испуга последний глоток воды пошел мне не в то горло. В последний раз я так кашляла, когда впервые попробовала сигарету. Мне казалось, что еще чуть-чуть, и я либо выплюну легкие, либо просто умру.
− Что ж вы такая пугливая… − пара довольно жестких ударов по спине и приступ асфиксии прекратился.
− Какого черта?! − злобно прошипела я, поворачиваясь к злодейке со слезами на глазах.
Эмма виновато улыбнулась мне, пожав плечами:
− Извините, я думала, вы слышали, как я подошла.
− Мне, наверное, стоит остерегаться вашей семейки. Одна вчера напугала до чертиков, вторая чуть не убила сегодня.
Эмма хмыкнула и уселась на стойку:
− И за вчерашнее тоже извините… Вы затронули не самые приятные воспоминания, а наша Мадам мэр иногда бывает резкой. В любом случае, она не подразумевала ничего плохого. Мне жаль, что так вышло. Надеюсь, вы не держите на нее зла.
− Забудьте, − я нахмурилась, − не могу сказать, что со всеми бывает, но кто я, чтобы судить? В городе ее любят, так что, думаю, этот случай был исключительным, и я действительно неосознанно ее задела. Так что, примите обратные извинения. Здорово, что мы все выяснили.
Некоторое время мы просто молчали, Эмма внимательно разглядывала меня, склонив голову на плечо. Я вдруг почувствовала себя каким-то причудливым музейным экспонатом.
− У меня что-то не так с волосами?
Эмма тихонько засмеялась и отрицательно покачала головой:
− Простите мне мое любопытство. Мистер Голд очень волновался за вас. Буквально каждые пять минут спрашивал, не видели ли мы невысокого роста шатенку с зелёными глазами. Мне вчера так и не удалось, как следует Вас рассмотреть. Сколько его знаю, вы − первая девушка, на кого он запал. Так что считайте себя звездой.
