Текст книги "Капкан паучьей лилии (СИ)"

Автор книги: Лили Крайн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 29 страниц)

– Who ya gonna call?!

Сонни, лёжа в земле, рассмеялся, просто не смог сдержаться. Рэд смотрела на него точно так же, как и этим вечером, улыбаясь широко и весело. Отсмеявшись, он вновь посмотрел на мрачный особняк в попытке разглядеть призрак де Лирио. Дымка в окне, где та всегда появлялась, медленно растаяла, так и не приняв человеческих очертаний. Следом за ней исчез и сам дом, и цветы, и Хейли вместе с Рэд. Кошмар отступил, сменившись лёгким и безмятежным забытьем. Словно этот глупый жест прогнал все его страхи или дело было в самом смехе?

Оставшиеся часы до пробуждения, Сонни провёл в полном покое, больше не видя снов про странных привидений, про женщин в красном и про грядущую смерть. Волнение утихло, сменившись сильной усталостью и пониманием, где-то на краю сознания, что петь и веселиться вместе со всеми Сонни всё же нравится. Действительно, не попробовав – не узнаешь.

Серия 16

Садясь в машину, Сонни не обратил внимания, что сидение не пустует, поэтому, ощутив неудобство, даже удивился, вынув из-под поясницы книгу. Он скользнул взглядом по яркой обложке с розовыми цветами и фигурному шрифту, затем посмотрел вопросительно на Рэд.

– Роман?

– Извини, забыла убрать. – Рэд завела мотор и направила автомобиль вдоль по мощённой дорожке к трассе.

– Нет, я не об этом. – Он нахмурился. – Ты читаешь романы?

– По-твоему, мне нельзя читать ничего, что писала не Лили? – усмехнулась Рэд. Сонни весело фыркнул.

– Просто не ожидал… Такого.

– У меня большая библиотека.

– Вряд ли больше моей.

Рэд сощурилась, переводя на него взгляд, хмыкнула, вновь обратив внимание на дорогу.

– Поспорим? Не о величине библиотеки, а о содержании.

Сонни расплылся в улыбке.

– У меня богатый выбор.

– У меня тоже. – Она вернула улыбку. – Отвезу тебя после работы, посмотришь на мою коллекцию.

Что ж, теперь ему точно будет чем заняться, кроме как слоняться по дому без дела или повторять сценарий. Сонни даже был рад отвлечься на что-то кроме работы, особенно после прошлого вечера.

– Как спалось? – поинтересовалась Рэд, и этот вопрос застал его врасплох. Сонни уже и думать забыл о кошмаре.

– Вообще-то, неплохо. После вчерашнего спал сном младенца.

– Отлично. – Она кивнула. – А в чём была проблема?

Сонни замялся. Теперь все его страхи казались абсурдными, стоило ли об этом говорить? Он задумался, а затем выдохнул неуверенно:

– Знаешь, вообще-то именно прошлая ночь помогла мне справиться с кошмарами. Мне снились призраки, а та песня…

Внезапно Рэд рассмеялась, видимо, вспомнив их танцы. Она покачала головой.

– Так часто бывает. Музыка, веселье – это помогает. – Не дождавшись ответа, продолжила: – Тебе разве не знакомо?

– Нет. – Сонни вздохнул. – Я как-то не очень по этому всему. – Он взмахнул рукой. – Такому.

– Почему?

– Да как-то не удавалось, – Сонни разоткровенничался. – Сначала мотало по закрытым школам, а там такое не приветствуется. Были, конечно, те, кто умудрялся обойти запреты, но я не входил в их число. Вообще-то я был тем ещё ботаном.

– Серьёзно? – Рэд удивлённо на него посмотрела, но тут же сконцентрировалась на дороге. – Ты? С такой-то внешностью?

– Я носил очки, – доверительным тоном начал Сонни, специально понизив голос, будто вверяет ей какой-то страшный секрет, – и заикался.

– Вот уж не подумала бы.

– Правда потом выяснилось, что заикание проходит, стоит мне оказаться на сцене.

– Так ты поэтому решил стать актёром?

Сонни пожал плечами, провожая взглядом проносящиеся мимо деревья. Это был объездной путь, но зато без пробок и шума других автомобилей. Времени дорога занимала больше, зато какой вид!

– Не сразу. Первая роль мне досталась в школьной постановке Шекспира.

– Дай угадаю, «Ромео и Джульетта»?

– Классика, да? – Он усмехнулся. – Так всегда бывает. Но школа была для мальчиков, и там… – Тут Сонни запнулся.

– Только не говори, что тебе досталась роль Джульетты, – как ни странно, прозвучало это без сарказма, хотя именно такую реакцию ожидал Сонни.

– Вообще, да.

– Действительно. – Рэд громко фыркнула. – Классика.

– Так вышло, что ещё на пробах заикание просто исчезло, – продолжил он рассказ, – а потом я втянулся, влюбился в это дело.

– Но с вечеринками так ничего и не вышло?

– Как и говорил, я был ботаном: учёба, игра в театральном кружке – это всё, что мне было нужно. Ну а после начались эти тусовки с актёрами, сама знаешь, как там происходит, но мне никогда не было интересно.

– Почему?

– Пытался держать лицо.

– То есть. – Рэд нахмурилась. – Ты играл практически всегда.

– Можно и так сказать, – кивнул Сонни. – А потом отношения, все дела, встречи с друзьями не были похожи на отвязные вечеринки, скорее, на посиделки дома у бабушки.

– А что, тоже неплохо.

Сонни тихо рассмеялся, устроился поудобнее и снова посмотрел на книгу в своих руках. «Когда я падаю во сне» гласило название. Сонни было такое слишком знакомо, ведь и ему сны не давали покоя.

– Ты мне, кстати, тоже снилась, – очередное откровение.

– В кошмаре? – Рэд сделала вид, что обиделась, надув губы.

– Всё не так плохо, – поспешил разуверить её Сонни, сдерживая смех. – Там была ты, Хейли, де Лирио, а Освальд становился мной… И этот сад из того дома.

– Из книги? – без задней мысли, просто, чтобы поддержать диалог.

– Нет, тот, где мы снимали финальную сцену.

– То есть?

Резкая смена тона с дружелюбного на холодный и отстранённый мигом привела Сонни в чувства. Он понял, что сболтнул лишнего. Если Рэд не знает о той съёмке, значит его предыдущие догадки насчёт де Лирио были верны. Вот только теперь ему не отвертеться.

– Два дня назад, когда у меня был выходной, среди ночи позвонил Юханссон и сказал собираться. Мы поехали к какому-то дому, чтобы отснять финальную сцену.

В салоне повисла такая гнетущая тишина, что Сонни показалось, будто сам воздух сгустился и наэлектризовался, как перед сильной грозой или даже бурей. Он ожидал взрыва, но вместо этого всё тем же ледяным тоном Рэд спросила, глядя ровно перед собой и не моргая:

– Что за дом?

– Странный такой. – Сонни сглотнул, думая, как бы смягчить новость и потянуть время перед признанием. – Трёхэтажный, бетонный… С небольшим садом на заднем дворе, засеянным ликорисом.

– Юханссон сказал кому он принадлежит? – неожиданный вопрос. Сонни нахмурился.

– Нет. А кому?

Рэд, ожидаемо, промолчала, и впервые её молчание действительно вывело Сонни из себя. Он не на шутку разозлился. Сколько ещё это будет продолжаться? Сколько тайн и секретов скрывается за этим фильмом? Ведь именно из-за этой скрытности, из-за невозможности узнать, кто такая де Лирио, из-за странных персонажей ему начали сниться кошмары. Так больше не может продолжаться. Последнюю мысль он озвучил вслух, но Рэд его вновь проигнорировала.

– Чей это дом? – пошёл ва-банк Сонни. – Скажи мне. – В ответ – тишина. – Рэд! Кто там живёт?

Она не отвечала, напряжённо сжимая руль с такой силой, что костяшки побелели. Это только сильнее раззадоривало. Сонни ударил раскрытой ладонью по панели и развернулся к ней всем корпусом.

– Кто живёт в этом доме, Рэд?! – Прозвучало слишком громко и злобно.

– Я там живу, – ощетинилась Рэд, сцепив зубы, а Сонни едва не поперхнулся воздухом от такого заявления.

– Стоп. – Он замотал головой, не понимая. – То есть? – Глубоко вдохнул, откинулся обратно на сидение, пытаясь осмыслить услышанное и сопоставить со своими предположениями. – То есть, как ты? Эту книгу де Лирио написала о тебе?

– Не глупи.

Рэд выглядела не менее разозлённой, чем Сонни несколько секунд назад. Но от этих слов ему почему-то полегчало. Не о ней – уже хорошо. Значит всё в порядке, Рэд – не та женщина, мысли о которой скоро доведут его до ручки. Она вздохнула, ослабила хватку на руле и передёрнула плечами, как обычно, когда ей что-то не нравится – это Сонни уже успел понять.

– Не только я. Точнее, я живу там иногда.

– Когда? – решил идти до последнего Сонни. Редкая удача – добиться от неё правдивых ответов, и он собирался выжать максимум из ситуации.

– Когда де Лирио пишет очередную книгу, – неохотно всё же отозвалась Рэд.

– А это значит…

– Боже, Сонни! – Она закатила глаза. – Там живёт де Лирио. – И добавила задумчиво: – Думаю, ты и сам уже догадался.

У Сонни появилось ощущение, будто сердце ухнуло куда-то вниз. Та тень, скользнувшая в окне, когда они снимали сцену – ему не показалось… В ушах зашумело и он едва не пропустил следующую фразу:

– Это дом её близкого друга, она живёт там временно.

– Временно, – эхом повторил Сонни. – И как давно?

– Давненько.

Опять это слово. Значит не временно. Банальная отговорка. Дом близкого друга, в котором де Лирио явно живёт дольше положенного… Что их связывает? И Рэд, которая оказывается там каждый раз, когда писательница начинает новую работу. Это может продолжаться годы. Машина сделала резкий поворот, Сонни посмотрел в окно – приехали. Выбравшись из автомобиля, он обернулся – Рэд всё также сидела на месте.

– Ты идёшь?

– Надо позвонить. – Она даже не взглянула в его сторону.

Сонни кивнул и отошёл. Не нравилось ему это, но зато теперь понятно о ком говорили тогда в костюмерной Рэд с режиссёром. Человек, которого Юханссон сам хотел о чём-то попросить, и внезапные съёмки в том доме – хоть какая-то часть головоломки сложилась, только легче не стало. Дом де Лирио… Она была так близко. Если, конечно, тот силуэт в окне действительно принадлежал писательнице. Будь это так, то и Рэд была бы в курсе произошедшего, но новость о съёмках финала явно была для неё неожиданной. Значит, вряд ли в тот день он видел де Лирио. Однако, даже такая простая ошибка сказалась на его состоянии не лучшим образом. Не зря же говорят, будто сны призваны донести до человека какое-то знание, скрытое в глубинах его подсознания. Интересный эффект. Может, ему стоит расспросить кого-то, сведущего в теме, о том, что означают другие элементы его кошмара?

С этими мыслями Сонни принялся за работу. Джил, конечно, посетовала из-за кругов под глазами, но больше никак это не прокомментировала. В остальном день складывался вполне удачно для него, даже Юханссон не бесился, ну, не больше обычного. Видимо, ещё не говорил с де Лирио. В том, что писательница ему позвонит после такой новости Сонни был уверен. Не подставил ли он режиссёра? В любом случае, правда всё равно вышла бы наружу. Решив, что больше не будет заморачиваться на эту тему, Сонни отпустил ситуацию. Пусть всё идёт своим чередом. Однако, когда пришло время отправляться домой, а вместо Рэд его ждал один из временных сотрудников, Сонни всё же заподозрил неладное. Оставалось надеяться, что его предчувствие окажется ложным.

Вернувшись в дом, первым делом Сонни набрал Мэта – тот опять не ответил. Уже третий раз подряд. Мэтью только слал смс, обычно рано утром, что не слышал звонка или был занят – это странным образом напрягало. Будто происходит что-то недоступное ему, но разве не так оно и было? Сонни не раз слышал, особенно в диалогах в фильмах, где ему также доводилось сниматься, что отношения проверяются расстоянием. Вот и им досталась такая проверка. Только к чему она приведёт?

Тишина в доме и одиночество давили, заставляя всё больше погружаться в размышления. И Сонни думал: о том, правдиво ли предсказание; о том, что произойдёт, когда он встретится с де Лирио; о его безразличном отношении к окружающим; о дружбе и Рэд; о том, что надо бы действительно найти что-то интересное ему лично… Обычно на последнем пункте его мысли прерывались. Было слишком много вариантов, но ни один из них не казался первостепенным.

В конце концов, Сонни определился. Самое важное сейчас – избавиться от пустоты вокруг. И кто, если не домашний питомец поможет в этом? Твёрдо решив завести собаку, Сонни подумал, что лучше этим заняться с кем-то ещё. Завтра после работы он попросит Рэд съездить с ним в питомник, как только появится свободное время. Немного успокоившись, Сонни направился к домашней библиотеке. У неё больше выбора, как же! Этот раунд определённо будет за ним.

Серия 17

Уже неделю Рэд не появлялась на площадке. Сонни четыре раза порывался ей позвонить, но каждый раз клал телефон обратно. Вполне вероятно, что после той новости де Лирио завалила её работой. Или же отсутствие Рэд – часть некого извращённого плана? Всё может быть. Но на фоне всего происходящего, Сонни признавал: он скучает. Поездки с работы и домой уже не были такими весёлыми, никто не звал его среди ночи в бар, не тащил на каток, не включал музыку, от которой шли мурашки, не пытался споить, не спорил и не подначивал. Пожалуй, впервые он понял, каково иметь друга и, вместе с тем, быть вдали от него.

Это странное ощущение тоски совсем не нравилось Сонни. Даже присутствие Патрика не помогало, хотя тот определённо стал более открытым и дружелюбным, несмотря на их профессиональные отношения. Просто чего-то не хватало, какого-то сцепляющего элемента, кого-то третьего. Сонни так и не стал заниматься поисками любимца, ведь он решил, что сделает это только вместе с Рэд, а вот она его подставила. Было глупо злиться на неё, ведь Рэд ни о чём не знала, но Сонни не мог контролировать обиду. Он действительно был обижен, ведь его практически бросили. Бросил человек, который, как он привык, всегда был рядом.

Как-то Сонни даже попытался выяснить у Патрика, не знает ли тот, куда подевалась Рэд? Но тот был не менее удивлён её исчезновением, чем он сам. На следующий день после их разговора незадолго до съёмок, когда Сонни едва успел переодеться, Патрик начал неожиданный разговор.

– Ты спрашивал вчера о Рэд. – В ответ Сонни кивнул, и Патрик продолжил. – Так вот, кое-что мне всё-таки удалось узнать.

– Что же? – Теперь он сгорал от нетерпения. Что, если Рэд окончательно отозвали с этой работы? Почему она ему не позвонила?

Патрик подсунул ему свой телефон, где было открыто приложение инстаграма, и ткнул пальцем на значок. На экране мгновенно высветился чужой профиль: маленькое круглое фото вверху с какой-то надписью и миниатюры опубликованных фотографий. Сонни тут же углубился в изучение снимков. Теперь всё становилось понятным. Рэд не просто нет на съёмках, она в другой стране. С чего бы это?

На последней фотографии виднелось поле, посреди которого спиной к камере бежала девушка в белом платье – точно Рэд. Дальше виноградники и Рэд с какой-то женщиной в обнимку держат спелые гроздья в ладонях и улыбаются в объектив. На следующей запечатлено бунгало, украшенное круглыми гирляндами, на веранде трое: пожилая пара и Рэд. Именно последнее фото и привлекло внимание Сонни, было в мужчине что-то ему знакомое, но он не понимал пока что именно. Вообще от этого снимка веяло странным теплом несмотря на сумерки, быть может, это её родители? Посмотреть, что дальше, Сонни не успел, его прервал Патрик:

– Судя по всему, гостит у Понтедро.

– Понтедро? – опять это ощущение, что он знает кто это.

– Ну да. – Патрик нахмурился удивлённо. – Это же известный итальянский автор детективов. – Он указал на мужчину на фото.

Тут Сонни вспомнил: три года назад он проходил кастинг на роль в фильме Понтедро, тот сам выступал и автором сценария, и режиссёром. Роль Сонни не досталась, о чём он жутко сожалел. Вот почему лицо показалось ему знакомым.

– Странно, – выдохнул Сонни, – с чего бы ей там быть?

– Не знаю. – Патрик пожал плечами. – Может, поехала туда с де Лирио в качестве сопровождения?

– Может быть, – отстранённо.

Сонни вздохнул и вернул телефон Патрику. После работы он сам отыщет её в инстаграм и просмотрит фото, хоть и не понимал пока зачем. Вот только обида после увиденного нахлынула с новой силой: могла бы предупредить! Или её слова о дружбе были ложью? На самом деле, Сонни догадывался, что его злость вызвана не тем, что Рэд умолчала о поездке и не соизволила позвонить. Дело было в том, что она явно хорошо проводит время, вон улыбается на всех фотографиях, будто ей всё равно, что происходит с ним. И это после откровения о кошмаре. Вот кто так делает? Точно не друзья.

Ещё и съёмки в этой гнетущей атмосфере… Ни разу Сонни не доводилось присутствовать при столь странной обстановке на площадке: ребята не шутили, не смеялись над оговорками, старались держаться как-то обособленно друг от друга, будто атмосфера книги, созданная де Лирио, перекинулась на всех. Это выматывало даже сильнее, чем сам процесс. С трудом закончив рабочий день, Сонни, как и прежде, отправился домой с ассистентом.

Вернувшись, первым же делом, даже не переодевшись, Сонни уткнулся в телефон. К счастью, он успел запомнить имя пользователя. Но какого же было разочарование, когда он понял, что аккаунт вовсе не Рэд, и эти три фотографии – единственные, на которых она присутствует. Страница принадлежала некой Мишель, фамилию выяснить не удалось. Почему они там вместе? Неужто, эта Мишель – настоящая де Лирио? Хотя нет, Рэд упоминала, что писательница старше Сонни, а этой девушке едва можно было дать двадцать пять. Вздохнув и отложив телефон, Сонни пришёл к выводу, что снова в тупике. Единственная возможность выяснить хоть что-то полезное провалилась. Оставалось только ждать, когда Рэд вернётся из поездки.

Приготовив ужин, он уселся за сценарий, с трудом осилив завтрашнюю сцену. Сконцентрироваться на чём-то ещё не удавалось, мысли постоянно возвращались к тем снимкам и счастливому лицу Рэд. Вот почему он так не может? Просто веселиться, отдыхать, будто весь его мир – тут, в этом доме, с Мэтом, и нет больше ничего. Почему-то Сонни вспомнил дом, где снимали финал, и окна с единственным видом на сад ликориса. Тогда он подумал, что это жестоко – так ограничивать чью-то жизнь, а теперь проводит аналог со своими буднями. Даже больше, он сравнивает жизнь де Лирио со своей. Она слывёт затворницей, живёт в этом доме, скорее всего – так он решил – на том самом этаже, нигде не появляется, не попадает в объектив папарацци и только пишет. А вот он – актёр, живущий исключительно съёмками, в такой же клетке.

На фоне Рэд, которая является посредником де Лирио с реальным миром, и её ярких будней, они с писательницей явно проигрывали, становясь кем-то вроде охотников, попавших в свою собственную ловушку. Сонни встряхнул головой, стремясь поскорее избавиться от подобных сравнений. Женщина, идеально ему подходящая… А ведь, если задуматься, так оно и было. Они с де Лирио похожи, хоть ни разу не встречались. Именно эти размышления занимали его вплоть до ночи.

Уже в постели, Сонни охватило странное предчувствие. Такое случалось и раньше, но очень давно, когда он был подростком. Предчувствие чего-то хорошего. И первой в голову пришла мысль о том, что, наверняка, утром его будет ждать Рэд. Улыбнувшись, Сонни закрыл глаза. Надо будет её как-то подколоть, не злиться, как днём, а прозрачно намекнуть на проступок. На этом он провалился в сон, а с утра его ждало новое разочарование – у дома стояла другая машина.

С трудом подавив обиду, Сонни всё же приготовился к работе. Первые несколько часов съёмок прошли, как по маслу, а потом Юхассон решил, что ему не нравится как смотрится в кадре наряд Хейли, а значит, нужно будет переснять. Сонни закатил глаза: лишние часы на площадке. Неужели, нельзя было сразу определиться? Судя по всему, Хейли тоже не особо радовалась новости, ведь им предстояло повторить довольно интимную сцену. Как бы то ни было, снова прикасаться к этой женщине Сонни не хотелось, она вызывала ярую антипатию у него как личность в принципе. И ведь не пожалуешься никому, это работа.

Сонни опустился на стул, ожидая, когда подберут подходящий наряд и можно будет поскорее закончить с этим. Со спины повеяло терпким, непривычным ароматом, но он не спешил оборачиваться. Справа прямо возле лица возник стаканчик, от которого пахло кофе. Сонни нахмурился и всё же повернулся.

– Привет. – Рэд подмигнула. – Тяжёлый день? Я бы зажигалку поднесла, знаешь, как бармены, но, думаю, меня тут не поймут, – и она улыбнулась.

А Сонни всё смотрел на неё и никак не мог сформулировать в единую связанную фразу все мысли, которые одолевали его не один день. Одного «Привет» тут было недостаточно, поэтому выпалил первое, что смог:

– От тебя пахнет по-другому.

Рэд нахмурилась непонимающе, затем опустила голову, оглядывая себя, будто это могло чем-то помочь, и только затем тихо фыркнула:

– Это парфюм подруги.

– Ааа, – только и смог протянуть Сонни и забрал у неё стаканчик.

Странно, что это вообще пришло ему в голову. Но ведь так и было: обычно Рэд пахла исключительно кофе, даже её машина насквозь пропиталась этим ароматом. Он не помнил ни одного случая, чтобы она использовала какой-то парфюм. И с чего вообще об этом думать?

– Как оно тут? – Рэд подтянула ещё один стул, усаживаясь рядом.

– Как обычно. – Обида нахлынула с новой силой и желание тонко намекнуть на её поступок забылось. Сонни насупился, отпивая из стаканчика.

– Ты в порядке?

Отвечать он не собирался, пусть она помучается, пытаясь добиться ответа. Глупое поведение для взрослого человека, но Сонни сам не понимал почему так себя ведёт. Неужели этот отъезд действительно так его задел? Но добиться желаемого не получилось, позади Рэд возник Патрик и резво заключил её в объятия со спины.

– Явилась, пропажа! – В ответ Рэд рассмеялась и похлопала его по рукам. – Как там у Понтедро?

– Откуда знаешь? – Она сощурилась, продолжая при этом улыбаться.

– Я на многих подписан. – Патрик и не думал разрывать объятий.

Это совсем не нравилось Сонни, вот абсолютно. Зачем так зажимать человека? Ну обнял в знак приветствия, так отпусти уже! Никакого уважения к личному пространству. Но, судя по всему, Рэд вовсе не была против. Интересно, обними он её таким образом – она тоже не возражала бы? Как глупо.

– У меня билеты на Disturbed, пойдёшь? – внезапно предложила Рэд, запрокинув голову и глядя на Патрика.

– Без шуток? Откуда? – у того глаза засияли.

– От друга, – уклонилась от прямых объяснений Рэд. – Если не хочешь, я позову кого-то другого.

– Хочу! – поспешил переубедить её Патрик. – Когда?

– Через… – Она скривила губы, вспоминая. – Три дня. Свободен?

Патрик пожал неопределённо плечами и наконец отпустил её, отступив в сторону. А Сонни недоумённо наблюдал за ними, пытаясь понять, почему Рэд пригласила сначала менеджера, а не его? Они явно давно вместе отдыхают, но разве он тоже теперь не входит в эту компанию? Или Патрик ей лучший друг? И чем больше Сонни об этом думал, тем сильнее злился. Видимо эмоции отразились на его лице, так как Рэд совсем неожиданно заявила:

– Ну смотри, мы с Сонни можем отлично повеселиться без тебя, но билетик я придержу на всякий случай.

– А меня уже не спрашивают? – возмутился Сонни такому решению.

– Сонни. – Рэд повернулась к нему. – Ты не соизволишь найти время в своём плотном графике ничегонеделания на концерт рок-группы?

Сонни уже хотел было высказаться на тему столь откровенной язвительности, когда его окликнул ассистент режиссёра. Сцепив зубы, он поднялся, на ходу вручив Рэд стаканчик, и направился к декорациям. Что за человек она такой? Решила всё за него! Ещё и умудрилась одновременно сделать приятное и сразу опустить его. Умеет же довести всего одной фразой. Злость окутала его целиком, и непонятно было, как теперь играть любовь в таком-то состоянии. Предчувствуя, что сцену они не снимут даже к следующему утру, Сонни постарался обуздать ярость и приступил к повторным съёмкам.