Текст книги "Капкан паучьей лилии (СИ)"

Автор книги: Лили Крайн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 29 страниц)

Сезон 3
Серия 41

Давид Флорес поправил галстук и отвернулся от зеркала. В беспроводных наушниках играла успокаивающая мелодия авторства Людовико Эйнауди – он всегда её слушал перед работой. Раздался тихий писк, Давид сделал последний глоток кофе и вышел из лифта, на ходу выбрасывая ненужный биоразлагаемый стаканчик. Он прошёл по коридору мимо множества однотипных дверей и подошёл к той, на которой красовалась металлическая табличка с чёрным тиснением и надписью «Доктор Д.Флорес, психолог-консультант, психотерапевт».

В приёмной за столом возле входа уже ждал его секретарь Брук. Тот взглядом указал в сторону одной из двух дверей, намекая, что первый пациент пришёл раньше положенного. Молча Давид перегнулся через стол, заглядывая в монитор. Камеру слежения в комнате ожидания установили якобы в целях безопасности, но ему она нужна была по другой причине. С этической точки зрения не самый правильный подход, но на некоторые нюансы доктор предпочитал закрывать глаза во имя эффективности лечения.

Увидев на экране посетителя, Давид вздохнул: совсем забыл, кто будет первым. Вообще, он старался избегать предвзятости и в суждениях, и в работе, но как же его достал этот актёришка! Все проблемы пациента высосаны из пальца. Все, кроме одной конкретной, и вот с этим можно работать. Взглянув ещё раз на наручные часы, Флорес кивнул, скорее сам себе, и прошёл через вторую дверь в кабинет. Ему предстояло не самое лёгкое утро и только мысли о вечернем свидании со старой знакомой успокаивали душу.

Убрав наушники и сверившись ещё раз со своими записями, он уселся в кресло перед столом и нажал на кнопку. В этот момент лампочка в комнате ожидания загорелась зелёным. Дверь открылась, на пороге показался Сонни Хейтс. Поприветствовав Флореса, он прошёл в кабинет, присел на край дивана напротив и вздохнул точно так же, как сам доктор буквально пару минут назад.

– Как ваши дела с нашего последнего сеанса? – мягким тоном поинтересовался Давид.

Сонни опустил руки, сцепив их перед собой в замок – закрылся, – и снова вздохнул. Ясно. Флорес не торопил, ожидая, когда тот начнёт говорить. Так случалось каждый раз: сначала затяжное молчание, вздохи, потом несколько общих фраз и только после они подбирались ближе к проблеме. Но, видимо, случилось что-то непредвиденное, так как Сонни начал прямо:

– Она меня избегает.

– Вы уверены, что дело именно в вас, а не загруженности по работе?

– Не знаю. – Сонни нервно повёл плечом и согнулся сильнее. – Я никогда не могу быть уверен на все сто. Знаю, что у неё и правда много дел, но мне кажется, что проблема именно во мне.

Ну вот опять, что ни сеанс – пациент уверен, что во всём виноват сам. Эта установка корнями уходит в детство, к которому они успели подобраться, но так и не обсудили – Сонни всеми силами избегает конкретики, как бы Флорес не старался навести его на нужную стезю.

– Неделя прошла, как она вернулась, а встретиться никак не может. Сколько бы я ей не звонил – вечно занято, а дома не застать. Я и голосовые оставлял, но бестолку.

Да, девица – не промах. В принципе, Флорес понимал причины её поведения, но объяснять это напрямую не собирался, иначе вышло бы всё слишком быстро. Ему нужно было наводить пациента на верные мысли, давать пищу для размышления и поисков истины, а не расставлять всё по полочкам.

– Вы не думали дать ей время? Девушка пережила потрясение. Вероятно, там, куда она отправилась, всё тоже прошло не слишком гладко, и ей необходимо побыть наедине с собой.

Сонни отрицательно покачал головой.

– Она не из тех людей, кто зацикливается на проблемах.

– У всех нас есть хорошие и плохие дни. Иногда даже мелочь способна вывести человека из равновесия.

Казалось, Сонни задумался. Он откинулся назад, прислонившись к спинке дивана, обычно такое происходило не раньше, чем на середине сеанса.

– Просто мне хотелось бы обсудить с ней произошедшее. В то утро я даже не сразу понял, что происходит, и слова вставить не успел, как она сбежала. А надо бы поговорить, сказать, что ночью случилось невообразимое…

– Вы считаете тот случай ошибкой? – Флорес немного напрягся, ожидая услышать прорыв.

– Конечно!

Нет, прорыва не случилось. Слишком уверенное заявление для того, кто осознал и принял случившееся. Оно и к лучшему – потребуется больше сеансов.

– И я бы хотел, наверное, извиниться. Ведь она тоже так считает.

– Почему вы так в этом уверены?

– Секс по пьяни с лучшим другом – кто может считать подобное нормальным? – Сонни потёр лицо ладонью и продолжил уже тише: – Тем более, учитывая другие, хм, обстоятельства.

Про «обстоятельства» Флорес тоже был в курсе. Истинное затруднение крылось лишь в том, что одно из них было надуманным. Сам Сонни до правды не добрался, но это только пока.

– Вы не думали, что она могла отпустить этот случай и даёт вам возможность сделать то же самое? – Давид знал, что таким предположением может ввести пациента в заблуждение, но это было необходимо, чтобы тот наконец отвлёкся от подруги и переключился на собственные реальные проблемы.

– Нет, – Сонни хмыкнул. – Хотя… Это, в принципе, в её характере, но всё же… Неужели ей настолько плевать?

Ага! Вот оно. Флорес сдержал улыбку и спокойно поинтересовался:

– Вас волнует её безразличие или невозможность обсудить свои чувства после произошедшего?

– Я… – Тот судорожно выдохнул и сдался. – Я не знаю.

Наконец их разговор принял правильное направление. Каждый раз, когда речь заходила об этом, Сонни моментально переключался на что-то другое, но в этот раз Флорес не даст ему соскочить.

– А что вы почувствовали после той ночи?

Сонни закатил глаза.

* * *

Вот уже две недели каждые три дня чёрная BMW останавливалась возле высотки, где находилось несколько дюжин арендованных помещений: от кабинета частного зубного врача до туристической фирмы. И всякий раз Патрик гадал: что же могло понадобиться тут Сонни? Спросить напрямую он, конечно, пробовал, но внятного ответа так и не получил. Неужто у Рэд нахватался?

Патрик как раз собирался откусить кусок от только что купленного хот-дога, когда открылась дверца со стороны пассажира, и Сонни забрался в автомобиль. Опять не удалось нормально поесть – дома только здоровая еда – неохотно Патрик убрал хот-дог в пластиковый пакет и перекинул на заднее сидение.

– И как оно?

– О чём ты?

– Ну как прошло то дело, которое ты никак не можешь закончить?

– Нормально, – отмахнулся Сонни, нахмурившись.

– Знаешь, иногда тоже нужно отдыхать там… – Многозначительно намекнул Патрик. – Отвлекаться.

О чём это он? Сонни проигнорировал слова, углубившись в собственные мысли. Казалось бы, визиты к психологу должны помочь, всё расставить по полочкам, а получалось с точностью да наоборот: эмоции, чувства, предположения перемешались, в голове творился настоящий сумбур. Вообще, стало только хуже. Сонни окончательно запутался и никак не мог найти нужную дорогу, которая привела бы к правильному решению. Если бы это касалось только его, то было бы гораздо проще, а так… Так в этом замешаны трое: он, Рэд и Мэт. Да, от Мэта в данной ситуации невозможно откреститься, как бы там ни было, он тоже причастен к ситуации, пусть и косвенно. А ещё Сонни до жути надоели эти вопросы: что вы почувствовали той ночью, как отреагировали утром, какие эмоции вызывают у вас воспоминания о произошедшем, что сказали ваши родители узнав об ориентации и какие чувства вы испытали в этот момент? Тьфу! Определённо, каждый новый сеанс – это хождение по раскалённым углям, приятного мало.

Вообще, Сонни не планировал обращаться к психологу, но, когда на третий день с отъезда Рэд он снова проснулся после сна – или воспоминания? – о той ночи, решил, что всё-таки придётся с кем-то это обсудить. А больше, в принципе, и некому было такое рассказать. Ну не будет же он признаваться Мэту, верно? Да и Патрику тоже, хотя тот явно что-то подозревал, ведь не впервые Сонни уходит в себя сразу после исчезновения Рэд.

– Что ты сказал? – Краем уха Сонни уловил какое-то предложение, но не расслышал его.

– Говорю, может, сходим куда-то завтра? В бар, например. Нашей компанией чисто.

Чисто нашей компанией? Это означало, что Рэд тоже там будет, и Сонни без раздумий сразу согласился:

– Конечно. Заедешь?

– Не вопрос.

Наконец Патрик улыбнулся, видимо удовлетворённый положительной реакцией. В последнее время весь такой позитивный Патрик стал на удивление понурым. Сонни и сам удивлялся, что заметил перемену, раньше он не интересовался состоянием окружающих. Ему даже хотелось поинтересоваться в чём дело, но никак не мог на это решиться. Вряд ли Патрик стал бы с ним делиться чем-то личным, разве что с Рэд, но всё возможно. Хотя… Не попробуешь – не узнаешь, так?

– У тебя всё в порядке?

Вместо ответа Патрик немного нахмурился, кинул на Сонни осторожный взгляд и снова переключил всё внимание на дорогу. Он медлил, но в конце концов решился.

– Ну, как сказать… Странно, что ты спрашиваешь.

– Просто сложно не заметить, – парировал Сонни.

– Дома небольшие неурядицы.

– Какого толка? – Сонни догадывался, что несколько перегибает палку, но ведь он и не знал, как сделать это деликатнее.

– Да вроде как всё снова повторяется. – Патрик вздохнул. – Кэтрин опять за своё, продохнуть не даёт: дети, дом, никаких развлечений, здоровый образ жизни, понимаешь?

Сонни такое мог понять лишь частично, детей ведь у него не было, а в целом – да. Практически такую же жизнь он вёл до знакомства с Рэд: всё было затёрто бытом, непрекращающейся игрой – бесконечный день сурка.

– Ну, на отдых-то вы с нами поехали.

– А толку?

И в голосе Патрика прозвучала такая тоска, что Сонни мгновенно вспомнил их мини-отпуск в отеле, когда Мэт тоже поехал просто из необходимости. Ничего эта поездка в отношениях не изменила, возможно, стало даже хуже. Видимо, у них с Патриком в разы больше общего, чем ему казалось изначально.

– Иногда мне хочется сбежать, – признался неожиданно Патрик. – Вот куда-то далеко, в горы, например, где только я и дикая природа. Там такая свобода…

Свобода – хорошее слово, похожее на счастье. Вопрос лишь в том, какой именно свободы он жаждал. Для Патрика это – единение с натурой, а для Сонни? Он задумался, пытаясь найти ответ. Как назло, в голову приходили лишь сказанные гадалкой слова: свобода, сравнимая с бурной рекой. Сонни поёжился и решил переключить внимание на что-нибудь другое.

– Если всё так, почему ты вернулся?

Патрик замялся на мгновение, потом тяжело вздохнул.

– Понимаешь, Кэтрин была больна, ей нужна была поддержка и… Это сложно, в семье такое случается, просто так сложились обстоятельства.

Отчего-то Сонни показалось, что его друг не до конца откровенен, причём не столько с ним, сколько с самим собой, будто пытается найти оправдание.

– Мне казалось, так будет лучше, – закончил Патрик, всем своим видом давая понять, что тема исчерпана.

Только для Сонни это не было концом. Он более чем понимал, что именно испытывает в данный момент Патрик. В некотором роде, он тоже был жертвой обстоятельств, и всеми силами пытался доказать обратное, что это – его личный осознанный выбор. Выбор вопреки устоявшимся стереотипам, вопреки мнению семьи. Может, именно это имел ввиду Флорес, когда говорил ему про вину? Это было на прошлом сеансе, и доктор, как бы невзначай, намекнул, что нужно перестать винить себя. Но если выбор – это не его вина, то чья же тогда? Сонни прикусил губу, стараясь удержать новый поток мыслей и самокопания болью.

– Так в какой клуб мы пойдём?

– О, тебе понравится. – Патрик снова стал собой. – Это новое заведение.

– Они тут каждый день открываются, – фыркнул Сонни.

– В этот раз мы пойдём в «Радугу»!

– Думаю, Рэд оценит иронию.

В общем-то, Сонни тоже её оценил.

* * *

Удар под углом в 90 градусов – на груше отпечатался след кулака, который, в отличии от предыдущих, никак не выпрямлялся. Карин покачал головой и громко крикнул:

– Перерыв!

Вспотевшая и запыхавшаяся Рэд остановила покачивающуюся грушу, отошла в сторону и принялась разматывать бинты, чтобы было удобнее забрать бутылку из рук подоспевшего тренера.

– Ты какая-то агрессивная в последнее время, куколка.

Тот подал ей воды, предварительно открутив крышку, а она только фыркнула.

– В тебе накопилось очень много ярости с нашей последней тренировки.

– Много всякого произошло.

– Расскажешь?

Карин взял Рэд под руку, потянув в сторону скамейки и присаживаясь. Рэд последовала за ним, умещаясь поудобнее на деревянной поверхности и прислонившись спиной к стене за ними.

– Мы с Тадео расстались.

– Кошмар какой. – Карин искренне ужаснулся. – Как так? Красивая же пара, вроде всё у вас было нормально.

– Я тоже так думала. – Она хмыкнула. – А он взял и уехал.

– А ты что?

– А что я? Поехала за ним.

Карин показал «класс», якобы одобряя её действия, и в нетерпении даже наклонился поближе, чтобы услышать продолжение истории.

– Приезжаю значит к его родне, выслушиваю уйму… – Рэд осеклась, развела руки, намекая на объём. – Всякой нелицеприятной чуши в свой адрес.

– А Тадео?

– Его не было. – Она пожала плечами. – И никто не знает, где он сейчас.

– Сбежал, так сбежал, – ахнул Карин.

– Вот именно.

– Так ты на него злишься?

Рэд поджала губы, качнула головой задумчиво.

– Нет, у меня и без него много проблем.

– Это ты о том мужике?

– Каком мужике? – Она мгновенно напряглась.

– Да вон наши ребята рассказывали, что ошивался тут на днях один, всё о тебе спрашивал, интересовался когда у тебя тренировки.

Она сощурилась, опустила ладонь Карину на плечо, приблизилась совсем вплотную и шёпотом поинтересовалась:

– Как давно?

– Да пару дней назад. – Карин недоумённо нахмурился.

– И как он выглядел? – Сквозь зубы практически прошипела Рэд.

– Понятия не имею. Я лично его не видел, тоже занят был. Вон у наших поспрашивай.

Рэд резко отстранилась, махнула рукой и уставилась в одну точку. Что-то ей подсказывало – вероятно, внутреннее чутьё – кем может оказаться этот таинственный мужчина. Предположения о возможной личности незнакомца-тире-преследователя совсем не радовали. Если он вмешается, то всё пойдёт по… Короче, ничего не получится. Ощутив прилив нервозности, она завозилась, доставая из-под скамейки сумку и выуживая оттуда пачку сигарет. Карин удивлённо на неё посмотрел.

– Ты разве не бросила?

– Бросаю. – Рэд отмахнулась, прикурила сигарету и глубоко вдохнула дым. – Слушай, Карин, – протянула она слащавым голосом, – может, повременим немного с тренировками, а?

Карин склонил голову набок и совсем тихо спросил:

– Что-то серьёзное?

– Надеюсь, что ошибаюсь, но лучше так.

Он кивнул в знак согласия. Рэд потушила сигарету, поднялась с места и отправилась в душ. Уже на выходе из зала телефон завибрировал. Взглянув на номер, она едва заметно улыбнулась и приняла вызов.

– Привет, сладкий!

– Приятно, когда тебя узнают. Тут у нас есть предложение.

– У нас? – Сказано было с осторожностью.

– Как насчёт завтра пойти в клуб? Оторвёмся, помянем былые деньки.

Не такие уж они и былые, но отказаться от возможности немного развеяться Рэд не могла.

– Договорились. Где? Во сколько?

Патрик назвал место и время, и Рэд скинула вызов. Учитывая новость об этом мужчине, название клуба ей совсем не понравилось. Всю ночь она провела за работой над новым произведением, нужно было закончить как можно скорее. Уже утром она отключилась прямо перед компьютером и очнулась только когда телефон снова завибрировал, оповещая, что через час нужно быть на встрече. По-быстрому искупавшись и натянув первое попавшееся платьей из стрейчивого бархата – Рэд убедилась, чтобы края прикрывали татуировку, – она отправилась по указанному адресу. На парковке неподалёку от клуба уже дожидался Патрик. Присмотревшись, Рэд заметила и второго из компании.

– Сладкий!

– Рэд!

Пока они обнимались, Сонни оторвался от бока машины и тоже подошёл поближе, не зная, как её поприветствовать.

– Привет, принцесса.

Ну вот. Он кивнул в сторону дороги, ведущей к клубу.

– Пойдём?

Они едва успели выйти с территории парковки, как кто-то окликнул Рэд по имени. Она резко остановилась и уж слишком нарочито, медленно обернулась. Сонни мог поклясться, что буквально за секунду на её лице проскочило столько эмоций, сколько он ни разу не видел за всё время их знакомства. Но это было так быстро, что могло показаться мороком. Рэд широко улыбнулась, раскинула руки и кинулась в сторону мужчины позади них с громким:

– Кристи!

Незнакомец подался вперёд, перехватывая её на ходу, сжал в своих объятиях, оторвав от земли, и в таком виде донёс до Сонни с Патриком. Всё ещё обнимаясь, они с добрую минуту смотрели друг другу в глаза, а затем Рэд обернулась, не переставая улыбаться:

– Ребят, знакомьтесь, это Кристи – мой лучший друг.

Серия 42

Сонни недовольно покосился на парочку по ту сторону стола: Рэд с Кристи всё смеялись, изредка о чём-то переговариваясь, и, казалось, не могли оторваться друг от друга ни на минуту, так близко они сидели. А вот Патрика эта ситуация вроде как не волновала. Кто же, чёрт побери, этот Кристи? Нет, Рэд, конечно, объяснила, что они дружат вот уже пятнадцать лет, вместе основали Линксмайн, а потом их дороги разошлись, но всё же. Как-то ему не верилось в эту непоколебимую дружбу.

– Вот так я и понял, что хватать за задницу любовницу главы итальянских мафиози – не лучшая идея. – После этих слов Кристи рассмеялся, а остальные подхватили.

– И как вы выкрутились? – Заинтересовался Патрик.

– Как-как… – Кристи вздохнул. – Бегом!

– Ага, у меня даже шрам от пули остался. – Рэд закивала.

– Покажи! – Глаза у Патрика загорелись, он даже перегнулся через столик. Рэд ему подмигнула.

– Потом, наедине.

– А если серьёзно, – продолжил мысль Кристи, – нам удалось убедить их, что произошло недоразумение, и я просто перепутал девушку с Мартиной.

– Тем более, они реально были похожи со спины, – встряла Рэд.

– После этого случая мы, на всякий пожарный, перебрались в Англию, тем более, моя тётка умерла и оставила завещание.

– Так ты богат?

– Конечно. – Кристи улыбнулся. – Правда для этого пришлось жениться на Рэд.

– Что? – Тут уже не выдержал Сонни и уставился удивлённо на подругу.

– Какой в штате срок давности по мошенничеству?

Рэд пихнула Кристи локтём под рёбра и фыркнула:

– Не слушай его, мы не женаты.

– И не были никогда? – Усмехнулся Патрик, но ответа не получил.

Сонни всё ещё пытался уловить суть их слов, уж слишком его шокировала новость о женитьбе, но, вроде, этого не было. Однако это не мешало ему продолжать беситься, ведь Сонни считал себя её лучшим другом, а не вот этого… Этого…

– Так ты тоже из Литвы? – Пришёл на выручку Патрик.

– Нет. – Кристи покачал головой. – Из Румынии.

– А как вы тогда познакомились?

– Не поверишь. – Тот усмехнулся. – В клубе. Она заехала мне по голове подносом.

– Ты назвал меня толстой, – фыркнула Рэд, отпивая коктейль.

– А так и было. – Кристи пожал плечами. – Ты тогда была такой пухленькой. – И он сделал вид, будто пытается что-то пощупать, за что получил очередной тычок.

Патрик с трудом сдерживал смех, наблюдая за их перепалками. Сонни энтузиазма не разделял. Его вообще раздражало всё вокруг, в особенности эти двое. Они были совсем, как сам Сонни с Рэд, только более открытые, весёлые и непринуждённые.

– Я просто попросил её подвинуться. – Кристи указал пальцем на Рэд.

– Ага, матом.

– Времена такие были. – Попытался он оправдаться.

– О времена! О нравы! – Влез Патрик.

– В общем, после этого помирились, поцеловались, разговорились. – Кристи украл вишенку из коктейля Рэд и элегантным движением отправил в рот. – Оказалось, что во многом наши взгляды совпадают. Договорились о следующей встрече, и завертелось.

– Я всегда говорил, что клубы сближают людей. – Патрик кивнул в подтверждение своим словам. – Во всех смыслах.

– Выпьем же за сближение!

Рэд потянулась бокалом к центру стола, остальные последовали её примеру, даже Сонни, хоть и с натугой. В этой истории было много недомолвок, и ему это не нравилось. К примеру, что делала Рэд в клубе? В какой вообще стране это произошло? Насколько правдива история про итальянскую мафию? Что вообще происходило на самом деле? Интуиция подсказывала: тут много загадок и тайн. Уточнить ничего из этого ему не удалось. Кристи поднялся, подал руку Рэд:

– Зажжём, как в старые добрые?

Она усмехнулась и поднялась, опираясь о предложенную ладонь. Патрик проводил их восхищённым взглядом и повернулся к Сонни.

– Вот почему её всегда окружают такие классные люди? Тадео, Кристи, я, – начал он перечислять.

Сонни фыркнул, едва не подавившись напитком на последнем пункте в списке. На танцполе запустили радужную подсветку, заиграла The Roop «Discoteque». Забавно, эта песня, как нельзя лучше подходила двум фигурам в центре, увлёкшим всех присутствующих своим танцем. На мгновение Сонни тоже пропал, наблюдая за их слаженными движениями. Сколько лет они не виделись? Откуда взялась эта идеальная синхронность? Из раздумий его снова вывел голос Патрика.

– Как думаешь, между ними что-то было?

– Нет. – Слишком резко получилось. Патрик вскинул вопросительно бровь, и Сонни поспешил объяснить. – Это вряд ли, не думаю, что Рэд стала бы смешивать работу с личным.

Патрик неопределённо пожал плечами, уткнувшись в бокал. Это движение заставило Сонни насторожиться. Он склонился к плечу менеджера и громким шёпотом в самое ухо спросил:

– А что, думаешь, было?

– Не знаю, – отозвался Патрик спокойно. – В конце концов, про Рэд и Альва тоже всякое говорили, но там всё ровно.

Сонни облегчённо выдохнул, отстранившись. Взгляд вновь упал на танцпол, скользнул по Кристи: достаточно высокий, но ниже Сонни, крепкий, мускулы отчётливо выделяются даже под рубашкой, кожа отливает бронзой, необычные синие глаза, тёмные волосы… В чём-то Патрик всё же прав: Рэд действительно окружают классные люди, точнее, красивые. И как же его это раздражает. Сонни отставил бокал, боясь, как бы не разбил. Песня закончилась и Рэд с Кристи вернулись за столик. Тот закатал рукава, и Сонни сразу разглядел такой же браслет, как у неё – наручники на толстой нитке. Партнёры по преступлению, связанные навек, без надежды на освобождение, потому что ключа от наручников нет ни у кого.

– А как вам пришло в голову организовать Линксмайн? – Сонни ещё не потерял надежды выяснить больше подробностей.

– Я тогда уже занимался танцами, а Рэд как раз заканчивала музыкалку. Сначала это были просто удачные совместные тренировки, а там уже начал учить и её, тем более, мы были не одни.

– Мартина? – Буквально сорвалось с языка.

– Вообще, да, идея назвать группу радугой появилась именно у неё. – Рэд резко перехватила инициативу в разговоре. – Мы постепенно набирали участников, важно было, чтобы все подходили не только в плане техники, но и разделяли наши жизненные позиции.

– Ну да, – согласился Кристи. – В то время мы мечтали о путешествиях, никто не собирался оставаться на одном месте. Вот и подобрали ребят из разных уголков Европы. Было весело.

– А как же языковой барьер? – Видимо Патрик не выдержал и решил хоть как-то внести свою лепту в беседу.

– О, это не сложно. – Кристи махнул рукой и развалился на диване, обхватив одной Рэд за плечи. – У нас имелся универсальный язык для общения.

– Английский, конечно же? – Не оставлял попыток Патрик.

– Русский. – Рэд хмыкнула, заставив его сразу помрачнеть. Она улыбнулась. – Ничего личного, так сложилось. В моей стране большинство людей свободно говорят на двух языках, и на английском, кстати, тоже. Примерно та же ситуация у Кристи.

– В то время почти так и было, – подтвердил тот. – Это сейчас не пойми что, – и вздохнул, словно его действительно волновала языковая проблема.

Сонни этому вздохну не поверил ни на йоту.

– Вообще, это неважно, – продолжил Кристи. – Язык танца универсален.

И вот очередной тост, и снова они пьют. Затем решили отправиться на танцпол всей компанией, Патрик даже уломал Сонни. Вновь алкоголь… Сонни потерял счёт сменившимся коктейлям. Говорили о танцах, о музыке, в процессе выяснилось, что полностью имя нового знакомого звучит как Кристиан. Опять звон бокалов и танцы. История, случившаяся в Бангкоке, которую Сонни практически не понял, так как уши уже закладывало. Патрик смеялся, Рэд тоже хихикала, изредка одёргивая Кристи, а тот казался самым трезвым в компании. Когда пришло время расходиться, Патрик вызвал машину, загрузился туда вместе с Сонни, но Рэд ехать отказалась, сославшись на необходимость пообщаться со старым другом. Машина отъехала, мигнув фарами возле пешеходного, и вскоре скрылась за поворотом.

Рэд рывком развернулась, схватила Кристи за ворот расстёгнутой рубашки и дёрнула на себя так, что едва не оторвала оставшиеся пуговицы. Пристальный взгляд: зелёные глаза, горящие адским пламенем, против синих омутов, полных покоя и безмятежности.

– Какого чёрта? – Прошипела она. Кристи легко улыбнулся. – Что за игры? Зачем ты следишь за мной?

– Успокойся. – Он накрыл её ладонь своей, но убирать не торопился. – Просто хотел узнать, как ты живёшь.

– Спустя столько лет? Чего тебе на самом деле надо?

– А ты неплохо справляешься. – Кристи посмотрел в ту сторону, куда уехал автомобиль, вновь повернулся к ней. – Не волнуйся, я не собираюсь вмешиваться. Подожду, когда ты закончишь, тогда и поговорим.

Кристи отцепил от себя Рэд и отошёл в сторону. Она кинулась следом, преграждая путь.

– Сейчас.

– Слишком рано.

Он подвинул Рэд одной рукой, обогнул её с равнодушным видом, кинув через плечо:

– Я подожду, когда ты закончишь своё величайшее творение. Хочу увидеть, чем оно закончится.

Рэд осталась посреди улицы неподалёку от бара в полном одиночестве. Эмоции били через край, заставляя всё тело подрагивать от охватившей её злости. Чёртов Кристи! Столько лет прошло, и вот он заявляется, чтобы всё испортить. В то, что он не собирается вмешиваться, она, конечно же, не поверила. Так не бывает. Предчувствие не обмануло – беда явилась откуда не ждали, а значит не врёт и насчёт него. Проблемы только начинаются. Чертыхнувшись ещё раз, Рэд вынула из клатча телефон и набрала номер Мартины. Звонок остался без ответа, и она пнула ближайшую стену, сломав каблук. «Времени совсем не осталось», – думала Рэд, разглядывая поломку: – «Нужно заканчивать и валить из города». Скинув туфли и оставив их прямо на тротуаре, она босиком отправилась ловить такси.

* * *

Сонни разбудило странное чувство, будто по лицу проводят влажным полотенцем. С трудом разлепив веки, он понял, что этим чем-то был язык Вафли. Сонни опустил ладонь собаке на макушку и мягко потрепал шелковистую шкурку. Состояние, мягко говоря, было не ахти: мало того, что голова раскалывалась, так ещё и во рту появилось ощущение будто он всю ночь, подобно Вафле, лизал песок. И тошнота… Да, тошнота, определённо, была худшей из всех свалившихся на него с утра проблем. Именно на этой мысли в комнату вошёл Мэт, и Сонни понял, что ошибся: только что явилась та самая, основная проблема.

– Проснулся, – зло процедил Мэт, кинув на постель какую-то тряпку.

Присмотревшись, Сонни определил, что это нечто ещё вчера было его свитшотом. Глухо застонав, он прикрыл глаза, боясь даже предположить, что могло произойти такого, чтобы довести одежду до подобного состояния.

– Весело вчера было, да? – Не отставал Мэт. – Хорошо, видимо, отдохнули, верно, Сонни? Сонни? Не смей отключаться!

А ведь так хотелось обратно уснуть и не чувствовать ничего, и, что главное, не слышать.

– Представь моё удивление, когда ты уходишь без предупреждения, а в четыре утра раздаётся звонок в дверь. Причём не простой, а будто в него давят тупым предметом, не отрываясь. Я, значит, открываю, а на пороге твой друг менеджер, прислонил тебя к стене, сам на ногах едва стоит и говорит: «Принимай».

– И что ты от меня хочешь? – Еле выдавил из себя Сонни.

Ох, не стоило ему этого говорить. Мэт мгновенно взвился, выдернул из под него подушку и ею же влепил по животу. Мутить стало вдвойне сильней. Увернувшись от следующего удара, Сонни сполз на пол и начал медленно подниматься.

– Ты совсем обнаглел? – Тем временем наседал Мэт, с таким голосом впору заняться озвучкой сирен. – Мы же не пьём, помнишь?! Я терпел, когда ты начал шастать со своими друзьями, – тут он изобразил пальцами кавычки, – по всяким местам, но это уже ни в какие ворота!

Сонни дотащился до кресла в углу комнаты, буквально упав в него, и попытался сосредоточиться на словах партнёра.

– Ты вообще о карьере своей думаешь? Что, если тебя увидят в таком состоянии? Эти папарацци везде! А ты в усмерть пьяный шляешься по каким-то барам.

– Не барам, а клубам.

Видимо этого тоже не стоило говорить, так как злополучная подушка полетела прямиком в Сонни. К счастью, он успел её перехватить, опустил углом себе на колени и обнял.

– Это ты опять с ней, да? Это ты всё со своей любимой Рэд где-то ходишь? Она не просто на тебя глаз положила, так ещё и решила опустить до своего уровня!

Спорить не хотелось, да и сил на это не было. Сонни стойко выдержал длительную тираду на тему их с Рэд дружбы, вреде алкоголя и необходимости быть более ответственным, а также про то, что бросать своего парня таким образом вообще запрещено законом. Когда Мэт выдохся, Сонни сглупил, попросив воды, за что получил в лицо ещё одну подушку. С видом уязвлённой гордости Мэтью вышел из комнаты, а он наконец смог выдохнуть. Вафля, всё это время притихшая под кроватью и напуганная криками, тоже высунула мордочку. Сонни поманил её к себе, погладил нежно и покачал головой, обращаясь уже к собаке:

– Ну и что тут можно сделать?

Во взгляде Вафли промелькнуло нечто, напоминающее осуждение. Ладно, пришлось согласиться, что он тоже поступил не самым лучшим способом, но скажи Сонни вчера Мэту куда собирается – скандал был бы не меньше. Плюсом ко всему у него было бы испорчено настроение. Хотя… Настроение в итоге и без того испортили. Этот Кристи. Слишком уж мутным он показался Сонни. Точно ли тот из Линксмайн? В голове всплыли обрывки прошлого вечера: такой же браслет, как у Рэд, и да, кажется, он припоминает, было ещё кое-что – маленькая татуировка на левом запястье. Её практически не было видно из-за цвета, а на танцполе в неоновых лучах вполне можно было разглядеть контуры жёлтого куба. Вот цвета и сложились: Рэд – красный, Мартина – зелёный, Кристи – жёлтый. Однако. И зачем всем участникам танцевальной группы делать похожие по значению тату? Хотя, в актёрских кругах тоже водилась такая традиция, особенно, когда речь шла о каком-то масштабном и популярном проекте.

Наряду с этими воспоминаниями всплыли и другие: то, как ворковали Рэд с Кристи, как они обнимались, смеялись вместе, говорили о прошлом. Неприятное чувство. Сонни и правда считал, что теперь он является её лучшим другом, а этот Кристи появился и одним своим присутствием доказал его неправоту. За весь вечер Рэд толком и слова ему не сказала, все обсуждения сводились к историям из другого времени, другой жизни, той, что была ещё до него. А вот у Сонни с момента их знакомства как раз началась новая. Вот они, две дороги – какую выбрать?