Текст книги "Капкан паучьей лилии (СИ)"

Автор книги: Лили Крайн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 29 страниц)

Шах.

– Конечно можно. – Сдержанно кивнул Сонни в ответ. – Если мы начнём встречаться.

В последний момент он успел увести короля в сторону.

– А может, нужно перестать встречаться и наконец пожениться?

Нет, это не обычные шахматы. Это шахматы на минном поле, где даже обманный манёвр может причинить вред игроку – настоящая игра смертников.

– Я тебе пока не предлагал.

– Предложи Мэту.

Снова началась битва взглядов, и никто не хотел уступать. Сонни знал, что пробиться через её защиту будет сложно, но не настолько же! Каждое его слово отскакивало от неё, будто мяч от стены. Получается, либо он идёт ва-банк, либо остаётся ни с чем.

– Хорошо, я предложу. Давай начнём встречаться?

Сейчас, по идее, Рэд должна была начать новую перепалку, уточнить с кем он хочет встречаться, затем снова вернуться в изначальную точку, и так, пока окончательно его не запутает. В этот раз произошло иначе.

– Слушай. – Она вздохнула и первой отвела взгляд. – Я честно не понимаю, что взбрело тебе в голову и с чем это связано, но, Сонни, это плохая идея.

– Почему?

– Потому что отношения со мной ни для кого не заканчивались чем-то хорошим.

– Попробуй убеди меня.

Рэд тихо рассмеялась: её и вправду забавляла сложившаяся ситуация. Но за этим смехом Сонни уловил кое-что ещё, какую-то горечь.

– У меня ужасный характер.

– Я тоже не сахар, – парировал Сонни.

– Я не умею и не люблю готовить.

– А я это компенсирую.

– Пью, курю, шастаю по барам.

– Будем делать это вместе.

Она замолчала, сощурилась недобро и скривила губы. Судя по всему, сейчас в ход пойдёт тяжёлая артиллерия. Сонни приготовился.

– Я ломаю людям жизни.

– Моя уже сломана.

– Да что ты говоришь. Каким это образом?

– Ещё отговорки будут? – Сонни не пошёл у неё на поводу, и, кажется, ей это пришлось не по нраву. – Хватит пытаться напугать меня. Мы уже достаточно знакомы, чтобы я мог разглядеть все твои минусы.

– Не все. – Рэд тяжело вздохнула, отворачиваясь к окну. – Первый парень, с которым я начала встречаться, после расставания преследовал меня ещё десять лет.

Ладно, это что-то новенькое, но говорит скорее о неадекватности того самого парня. Таким Сонни не проймёшь, он тоже немало психов встречал в своей жизни.

– Второй, – продолжила Рэд, – после разрыва на три года загремел в больницу для душевнобольных.

Опять та же история. Видимо, её просто тянет к нездоровым личностям.

– Третья покончила жизнь самоубийством.

– Третья? – Тут Сонни не выдержал.

– Всякое бывало. – Она отмахнулась. – Потом я встретила другого человека, но о нём лучше не будем. Последним стал Тадео и, как ты знаешь, это тоже закончилось не самым приятным образом.

– Ты ведь поехала за ним.

– Но вернулась одна. Тадео исчез.

Сонни нахмурился. Ладно, было что-то в этой истории странное, но это скорее говорит о неумении выбирать достойных партнёров, чем о плохом характере.

– Я жёсткая, не люблю, когда мне перечат, требую, чтобы всё было по-моему, не терплю лжи и предательства. Ещё или достаточно?

– Ничего нового я от тебя не услышал.

Тут Сонни слукавил, но цель была слишком близка, чтобы идти на попятную.

– Мы можем попробовать, – добавил он.

– Не можем, – отрезала Рэд. – Я не встречаюсь с геями.

Мат. Сонни ещё некоторое время пребывал в ступоре, понимая, что тут ему крыть нечем. Он проиграл. Во рту появился горький привкус с металлическими нотками. Судьба была так близко, нужно было только сжать сильнее, а он упустил её, дав просочиться сквозь небольшую щель. И если сейчас не придумать что-то, шанс будет упущен навсегда.

– У любви нет пола, – подвёл черту Сонни. – Ты либо любишь, либо нет.

– Верно, – неожиданно согласилась она. – Но для этого нужно быть уверенным на сто процентов, а не действовать наобум из-за какой-то случайности.

Ах вот оно что! Рэд считает, будто он так решил после их секса. Как там сказал Патрик? Ему ведь казалось, что реакция Сонни на Рэд является следствием культурного шока. Получается, она тоже так воспринимает ситуацию.

– А если я докажу?

Рэд протянула руку вперёд, коснулась кончиками пальцев его щеки, нежно погладив.

– Если бы ты мог, то не сохранил бы пути для отступления. Ты бы сжёг все мосты, не имея запасных вариантов в случае неудачи со мной. Тогда и разговор у нас сложился бы иначе.

Тема исчерпала себя, не осталось фигур для следующего хода. Она ушла, оставив и свёрток, и Сонни в смешанных чувствах позади. Что Рэд имела ввиду? О каких мостах говорила? Он окончательно запутался. Единственный вывод, который у Сонни получилось сформулировать касался его полного провала. По крайней мере один из пассажиров машины для камикадзе выпрыгнул из неё на полном ходу. Точнее, его вытолкнули прямиком на обочину бесконечной дороги: никаких ориентиров или указателей в этом месте, только двойная сплошная, и пересечь её нельзя.

Глава 29. Признаки грозы

Сонни пятнадцать минут к ряду колотил по двери, но безрезультатно. В очередной раз сверившись с часами, он вздохнул и снова постучал. Его торопливость не была безосновательной: кофе остывало. Наконец раздался тихий щелчок, затем послышалось сонное:

– Да слышу я, слышу, чего шуметь-то, ещё так рано…

Дверь открылась. Сонни протолкнул вперёд подставку с двумя стаканчиками кофе в качестве жертвоприношения. Хрупкая, но цепкая ладонь сходу перехватила один из них, поднесла к лицу… Раздался довольный стон.

– Лаванда… Ладно, прощён. Проходи.

Рэд немного подвинулась, впуская его в квартиру. Всего несколько дней прошло с их памятного разбора полётов, и Сонни не был уверен до конца, что его пустят хотя бы на порог. Пройдя в помещение, он оглядел привычный кавардак и прошёл к дивану, присаживаясь. На столике как обычно были разбросаны какие-то тетради, бумаги с заметками, иллюстрации. Одна из них привлекла его внимание. Сонни подхватил рисунок, ощутив стойкое чувство дежавю, и вгляделся: на листе определённо был изображён мужчина, только в старинной мантии и с длинными чёрными волосами, зачёсанными назад.

– Дракула? – Предположил Сонни.

Рэд кивнула, опустилась на диванчик возле него и тоже посмотрела на рисунок.

– Примерно так я его себе и представляла, ну, в древности. Автор почти угадал.

– А кто рисует тебе эти иллюстрации?

– Подруга.

– У неё отлично получается.

– Она вообще талант.

Рэд довольно улыбнулась, явно гордая своей знакомой – это что-то новенькое. Сонни отложил изображение обратно на стол и повернулся к ней лицом.

– Какие планы на вечер?

– Как обычно. – Она пожала плечами. – Сегодня у нас что? Четверг. Значит нужно будет съездить на каток.

– Ты ещё не забросила эти занятия?

– Я полгода там не была.

Она поморщилась, но очередной глоток лавандового латте был способен исправить любое недовольство.

– Можно было бы сходить на концерт, – как бы невзначай обронил Сонни, наблюдая за её реакцией.

– Что за группа? – Мгновенно оживилась Рэд.

– Да какая-то австрийская… – Он притворился, что не может вспомнить. – Хол, Хал… На «х» как-то начинается.

– Холентон! – Возмутилась Рэд, толкнув его ладонью в бок. – Они же играют в смешанном жанре симфонической музыки и мелодичного дэт-металла, как можно не знать!

– Действительно, чего это я.

Сонни не смог скрыть улыбку, за что получил очередной шлепок, в этот раз по колену.

– Ради такого каток можно отменить, а главу я могу и ночью закончить.

– Много ещё осталось?

Сонни посмотрел на стопку папок у компьютера, на экране которого был открыт документ с текстом на незнакомом языке. Рэд закатила глаза.

– Ты ничего не смыслишь в писательстве.

– Ты могла бы мне рассказать.

– Конечно, – согласилась она. – Но не буду этого делать. Ты и без того считаешь меня зазнайкой.

– Вовсе я не… Хотя да, считаю.

Они рассмеялись в унисон. От её смеха у Сонни защекотало в животе. Как он раньше этого не замечал? Ведь всякий раз, когда Рэд смеялась или улыбалась, появлялось это странное ощущение тепла и лёгкой щекотки. Да он просто слепой и бесчувственный болван!

– Ты не голоден?

Рэд поднялась на ноги, и Сонни напрягся.

– Если готовила ты, то не очень.

– Ну тебя. – Она фыркнула, но совсем не зло. – Как раз одиннадцать утра, а значит в булочной неподалёку скоро будет готова свежая порция круассанов. Можем сходить позавтракать.

Сонни тактично промолчал, что в это время нормальные люди уже готовятся к полднику, а не просыпаются, ненавидя весь мир. Рэд ушла переодеваться, а он подошёл к компьютеру, пытаясь распознать неизвестный шрифт. Ему было интересно на каком языке она пишет, но на глаз определить не удалось. Пожалуй, в своё время ему следовало больше внимания уделять изучению иностранных языков.

Рэд вернулась одетой в обычные джинсы и футболку с изображением чашки кофе – вообще не удивительно – и поманила его на выход. Уже стоя в очереди за круассанами, она что-то вспомнила и потянула Сонни за край толстовки, заставляя наклониться, чтобы не кричать на всю улицу, так как было очень шумно.

– Ты знал, что Патрик уезжает с Альвом? – Её губы практически касались кожи, заставляя Сонни затаить дыхание. – Он сказал, что как обустроится на новом месте будет ждать нас в гости.

– Обоих?

– Да он как-то пространно разъясняется. – Рэд усмехнулась, отстраняясь.

Теперь Сонни пришлось самому наклониться, чтобы продолжить разговор.

– Значит он будет ждать нас вместе, да? Как пару?

– Патрик забегает вперёд. У вас остался последний проект, а он займёт время.

– Не так уж и много, поэтому мы должны успеть. – Он намекал на их отношения.

– Успеете. – Очередное игнорирование с её стороны.

Рэд подошла к кассе, заказывая пару круассанов, расплатилась и повернулась к Сонни, вручая ему покупку. Отойдя от булочной, они прошли к скверу неподалёку, присаживаясь на свободную скамью.

– Когда я говорил «мы», то имел ввиду нас с тобой.

Рэд поморщилась в ответ и откусила кусочек круассана.

– Кстати, как твой друг Кристи?

– Откуда мне знать.

Она и не думала удивляться вопросу, будто ожидала от Сонни чего-то подобного. А вот ему показалось странным, что Рэд не в курсе насчёт своего драгоценного лучшего друга.

– Рэд, – Сонни, понаблюдав, как стремительно исчезает выпечка, протянул ей свою порцию. – По поводу нашего разговора…

– Ты опять об этом? – Она не отказалась, наспех запихнула в рот остатки и взяла второй круассан.

– Эту тему так просто не закрыть. Ты ведь понимаешь, что я серьёзно?

Рэд вздохнула, опустила руки на колени и посмотрела куда-то вдаль. Сонни терпеливо ожидал реакции, представляя самые разнообразные ответы, но она снова его удивила.

– Возможно. Но только возможно. Сонни, так не бывает, чтобы человек по щелчку поменял жизненные ориентиры.

– Я и не говорил, что это случилось мгновенно. Потребовалось больше времени, чтобы что-то понять и разобраться в себе. – Он покачал головой.

– А ты думаешь, что разобрался?

Сонни заметил на её губах лёгкую улыбку, но совсем не весёлую, а… Он просто не мог подобрать подходящего слова. Это не было похоже на грусть или издёвку, скорее так улыбаются ребёнку, который, не понимая правил этого мира, строит свои предположения насчёт того, почему трава зелёная.

– Я разобрался в главном, – подвёл итог Сонни. – И решил поставить тебя в известность.

– Поставил. – Рэд кивнула. – Чего ты теперь от меня хочешь?

– Ответа.

– Что ж. – Она быстро доела круассан, поднялась со скамьи и отряхнула джинсы. – Ты, может, и разобрался, а вот я – нет. Я не знаю, что тебе ответить, потому что всё это слишком странно.

– Дело в том человеке?

Вопрос заставил Рэд заметно напрячься. Она обернулась к Сонни через плечо, и на её лице отразилось недоумение.

– В которого влюблена де Лирио, – уточнил он.

Рэд поджала губы, нервно передёрнув плечом.

– Во сколько начало концерта?

– В десять, – глухо отозвался Сонни, сникнув. – Я заеду?

– Лучше встретимся на месте.

Она неспешно двинулась по направлению к своему дому, и тут до Сонни дошло.

– Ты ведь специально выманила меня из квартиры, – крикнул он вдогонку.

Рэд только помахала ему рукой, а Сонни усмехнулся. Она не хотела оставаться с ним наедине – это неспроста. Видимо, в словах про неопределённость была своя доля правды, а значить они могли только одно: у него был шанс. Знакомый звук вывел его из раздумий. Сонни огляделся, но так и не понял, откуда тот доносился. Было похоже на серию коротких тихих стуков или стрекотание кузнечиков. Этот звук определённо ему известен, но он не мог вспомнить почему. Решив, что показалось, Сонни тоже встал со скамьи и отправился домой готовиться к вечеру.

* * *

– Вот чего-то на этом концерте не хватало.

– Ага. – Сонни хмыкнул. – Патрика.

– И Альва.

– Чтобы нас оттуда вышвырнули?

Рэд рассмеялась и чуть не потеряла равновесие, вовремя схватив Сонни за предплечье. Она вышагивала по узкому бордюру, балансируя на высоченных шпильках, а Сонни выступал в качестве подушки безопасности.

– Тебе совсем не понравилось? – Спросила Рэд.

– На Disturbed было лучше.

– Потому что они лучшие. Ну и Альв, конечно, внёс свою лепту.

В этот раз смех раздался с обеих сторон. Сонни потянуло на признания.

– А вообще я буду по ним скучать.

– Неужто? – Она наигранно удивилась. – По пьянкам или по крикам на площадке?

– По людям, Рэд, по людям.

Улыбнувшись, Сонни осторожно щёлкнул её по носу, отчего Рэд поморщилась и показала ему кончик языка. Забавно, их поведение сейчас ничем не отличалось от того, что было раньше, но воспринималось совершенно иначе. Теперь Сонни явственно мог различить заигрывания и дружбу.

– Хороший вечер.

– Согласен. Люблю весну.

– А мне больше нравится осень.

– Почему?

Рэд снова оступилась, вцепившись в него сильнее, перевела дух и продолжила:

– Многие считают осень порой увядания, предвестием конца года, а для меня она была началом.

– Поэтично, – заметил Сонни. – Это связано с Линксмайн?

– И да, и нет. – Она пожала плечами. – Так сложилось, что каждую осень в моей жизни начиналась новая глава. Не всегда хорошая, но тем не менее.

– Всё к лучшему.

– Пожалуй, ты прав.

– Что я слышу? Ты признала мою правоту?

Рэд недовольно на него шикнула, но спрятать улыбку не успела. Сонни заметил, улыбнувшись в ответ.

– В следующий раз, – начала Рэд, – когда захочешь мне сказать что-то неприятное, постарайся сделать это с менее счастливым выражением лица.

– Ничего не обещаю.

Сонни не переставал улыбаться, отчего-то ощущая себя невозможно, необъяснимо счастливым. Да, она не ответила на его чувства, но и не прогнала – хороший знак. Более того, Рэд была с ним на свидании, пусть и назвала это дружеским походом на концерт. Главное, что весь вечер они были только вдвоём, несмотря на толпу в клубе. Где-то в стороне промелькнула вспышка, но также быстро потухла. Ею могло быть что угодно, особенно в таком большом городе, поэтому Сонни не придал этому значения. Он снова переключил внимание на Рэд.

– Ты планируешь что-то на лето?

– Почему спрашиваешь?

– Да так… Думал, может, в отпуск поедем вместе, хоть к тому же Патрику в Норвегию.

– Куда торопишься? Ещё неизвестно, когда закончатся твои съёмки.

– Как я не смыслю ничего в писательстве, так и ты…

– Хэй, поосторожнее с предположениями.

– Ладно, скажу иначе. Со съёмками всё ясно, если не будет никаких непредвиденных обстоятельств, в июле я уже буду свободен. – Он задумался. – А может и раньше, если поменяют график.

– Или позже, – добавила ложку дёгтя в его идеальный план Рэд.

Дорога подошла к развилке, и им пришлось свернуть. Рэд сошла с бордюра, отпустив руку Сонни, чем вызвала у него тяжёлый вздох. Они приближались к парковке, а значит время, отведённое для двоих, практически закончилось. Сонни не хотел возвращаться домой, а причин задержать Рэд не находил. Отчаянное желание остаться с ней ещё немного захлестнуло его, вынуждая действовать. Рэд как раз отключила сигнализацию на своей машине, когда он решился.

Сонни перехватил её за ладонь, чтобы не увернулась, и потянул к себе, обнимая свободной рукой за плечи. В зелёных глазах промелькнула тень раздражения, но он не обратил внимания. В этом вся Рэд: она игнорирует существенные факты, предпочитая прятаться за недовольством или холодностью. Лёгким поцелуем Сонни коснулся чужих губ, ощущая, как они дрогнули, немного приоткрывшись. Что бы она не говорила – это чувство настоящее. Сонни хотел повторить, но Рэд увернулась, выпуталась из его объятий и отошла в сторону. Ну, хотя бы затрещину ему не влепила – уже прогресс.

– Рэд?

– Увидимся, Сонни.

Больше не сказав ни слова, Рэд села в машину, завела мотор и выехала с парковки. Как бы там ни было, Сонни чувствовал, что выбрал верный путь. Нельзя её торопить, нельзя настаивать. Как там говорила Тэгила? Он напряг память. Кажется, было что-то про побег, про то, что Рэд всегда убегает. Если это правда, значит он действительно делает всё правильно, иначе велика вероятность спугнуть Рэд. Сонни судорожно выдохнул и внезапно рассмеялся. А ведь он впервые за кем-то ухаживает! Думает, как всё не испортить, пытается действовать осторожно. Это так не в его духе… Или дело в том, что он раньше просто этого не знал? В противном случае, сейчас ему было бы не по себе.

Смирившись с окончанием вечера, Сонни тоже отправился домой. Первым, что он увидел, войдя в холл, было расстроенное лицо Мэта. Тот молча протянул ему смартфон. Сонни опустил взгляд на экран, читая заголовок небольшой статьи. Внутри всё похолодело… «Папарацци засняли Сонни Хейтса, известного по роли Освальда в мистическом триллере “Ликорис”, в компании неизвестной. Кто эта женщина?». Ниже была опубликована серия фотографий: он с Рэд в парке утром, они же вместе идут по тротуару, держась под руки, две тёмные фигуры на фоне парковки склонились друг к другу. Какого чёрта? Почему именно сейчас? Почему, когда шли съёмки, никто не охотился за ним? Что происходит?

Мэт как-то весь сжался, развернулся к нему спиной и молча ушёл на второй этаж. Сонни не знал, что делать. Стоит его догнать? А смысл? В кармане завибрировал телефон. Принять вызов Сонни не успел, но вдогонку пришла смс с номера, значившегося, как «Роберт Мишлен». В ней продюсер настаивал на скорейшей встрече. Это удивило Сонни: обычно большие шишки не связываются напрямую с актёрами. Что-то во всей этой ситуации показалось ему подозрительным. Ощущая приближение новой беды, Сонни взял себя в руки и набрал Патрика, шестым чувством понимая, что дальше будет хуже.

Серия 46

Патрик отключил плиту, снял чайник и принялся разливать кипяток по чашкам. Одну он держал в руке, а вторую поставил на стол перед Сонни. Несмотря на то, что день был солнечным, на кухне царил полумрак из-за задёрнутых вплотную штор. Они же мешали разглядеть выражение лица подопечного, но Патрик догадывался, что тот не в лучшем состоянии.

– Это конец, – прошептал Сонни.

– Не надо драматизировать.

Патрик отодвинул стул, присаживаясь за стол и отпивая ещё не настоявшийся чай. Поморщился и отложил чашку.

– Серьёзно? – Сонни фыркнул. – Ты думаешь, я драматизирую, учитывая, что моя карьера вот-вот завершится?

– Рано пока об этом судить. Подожди немного, они перебесятся и забудут об этом.

Сонни застонал, запрокинул голову и принялся мысленно считать до десяти. Не помогло, и он продолжил:

– Мишлен угрожает выкинуть меня из фильма.

– Его можно понять. Студии и проекту скандалы ни к чему, – сдержанно отозвался Патрик.

– Разве это можно назвать скандалом? Ну застали меня гуляющим с девушкой, и что с того?

– Учитывая твою ориентацию… – В ответ Сонни снова устало застонал, но Патрик не отклонился от цели. – Ты никогда не заявлял в открытую о своей гомосексуальности, на этом можно сыграть, конечно, но многое придётся объяснить. Ты вообще читал, что они пишут?

– Ага. – Сонни скривился. – Про меня, про Мэта, про Рэд.

– Кстати о Мэте. Он как всё воспринимает?

– Закрылся в своей лаборатории и не выходит оттуда, даже не разговаривает со мной.

– Ну… – Патрик хмыкнул. – По крайней мере в объектив не попадает.

– Это не смешно. Что мне делать? Я не понимаю, почему вообще они раздули такой скандал из ничего?

– Правда не понимаешь? – Удивился Патрик. – Ты, конечно, не кричал во всеуслышание, что гей, но обществу было известно, что ты живёшь с парнем. Пока твоя слава не разрослась, никто не обращал на это внимания. А теперь им нужны подробности.

– И какие подробности им подавай? В постель что ли пустить?

Патрик покачал головой, мысленно коря Сонни за недогадливость.

– Вот смотри: живёшь с парнем, никаких заявлений не делаешь, а тут фото с Рэд – это интригует. К тому же, насколько мне известно, Мишлен хотел разнообразить каст лицами нетрадиционной ориентации, а теперь выясняется, что один из подобранных актёров мечется от пола к полу.

– Всё веселее и веселее.

Сонни вздохнул. Откуда-то издалека раздался очередной рёв мотора, послышались новые крики. Журналисты на пару с папарацци осадили его дом с раннего утра, и их поток не иссякал.

– Хуже всего то, что Рэд засветилась на этих фотографиях.

– Ты правда считаешь это худшим в данной ситуации? – Патрик мечтательно улыбнулся. – О, лямур.

– Конечно. – Сонни проигнорировал едкое замечание. – Это привлекло немало интереса к её персоне, что ставит под угрозу возможность разоблачения личности Лили де Лирио.

– И то верно.

– Нужно что-то делать.

– Безусловно.

– Что?

Их взгляды встретились. Сонни отвёл глаза первым. Патрик понимал, что без его помощи тут не обойтись, и он знал решение. Проблема заключалась в том, которое из двух наиболее оптимальных решений выберет Сонни. Однако, оба варианта были с подвохом. Патрик набрал побольше воздуха в лёгкие, готовясь скинуть на Сонни бомбу.

– Выход есть, но тебе по-любому придётся чем-то пожертвовать. В первом случае, ты заявляешь во всеуслышание, что являешься гомосексуалистом, а Рэд – твоя давняя и близкая подруга. Во втором – говоришь этим стервятникам, что в поисках себя экспериментировал с мужчинами, но сейчас твой интерес направлен на женщин, коей и является Рэд.

– В первом я теряю Рэд, а во втором – работу, – подытожил Сонни. – А что-то среднее у тебя есть?

Патрик промолчал. Других возможностей избежать куда большего скандала он не видел, но мог добавить ещё одну деталь, которая, вероятно, приведёт Сонни к правильному выбору. Вот только правильному ли?

– Есть один нюанс, так сказать, – медленно начал Патрик. – Если ты признаешь свои чувства к Рэд, то папарацци с неё с живой не слезут. Они докопаются до правды о де Лирио.

– А если скажу, что она просто подруга, то внимание к её персоне будет не столь яростным.

Сонни кивнул, понимая что к чему. Но, если он отступит от Рэд сейчас, то появится ли вообще такая возможность в будущем? Даже если он последует здравому смыслу и объяснит ей всё, какова вероятность, что она согласится подождать? Рэд вообще незачем ждать, потому что эти чувства на деле – только его дилемма. А вдруг, она снова уедет? Вдруг, начнёт встречаться с кем-то другим? Сонни не мог так рисковать. Любовь или карьера?

– Господи, как же это сложно…

Сонни уронил голову на стол, не в состоянии больше сдерживаться. Патрик понимающе похлопал его по плечу.

* * *

Пресс-конференция прошла успешно, Сонни держался молодцом. Патрик заранее обговорил с организаторами, чтобы вопросов об ориентации его клиента не было, но журналисты всё равно нашли способ обойти этот запрет. Сонни тоже сумел выкрутиться, заявив о поисках себя, но не уточняя какие именно исследования своей личности имеет ввиду. Со стороны наблюдать за этой перепалкой было даже забавно, если не знать подоплёку.

Рэд не просто давняя знакомая, а лучшая подруга, с которой и в огонь, и в воду, и на концерт, который они как раз днём обсуждали в парке, и с которого возвращались вечером домой. Мэт? А что с ним такое? Без комментариев, пожалуйста. Причём это «без комментариев» выделялось одним конкретным жестом со стороны организатора конференции, и журналист быстро забирал вопрос обратно. Ответы, естественно, устроили не всех, а отказ от некоторых говорил о том, что скрывать Сонни всё-таки есть что. Однако, несмотря на пару неловких объяснений, страсти немного улеглись: достаточно, чтобы он мог продолжить съёмки в фильме Мишлена, но не чтобы журналисты отступили окончательно.

Теперь перед Сонни стояла другая задача, куда более трудная. Он должен был обсудить всё с Рэд. Патрик подкинул его до нужного дома, предупредив о необходимости быть осторожнее. В этот раз дверь открыли мгновенно. Рэд впустила его в квартиру и жестом пригласила на кухню, где как раз занималась готовкой.

– Не буду даже спрашивать, если ты в курсе. – Сонни стал сбоку от плиты, наблюдая, как на ней жарится мясо. – Скорее всего, интервью ты тоже смотрела.

– Смотрела, – подтвердила его догадки Рэд.

– И что ты думаешь по этому поводу?

Рэд пожала плечами, приподняла стейки поочерёдно лопаткой, проверяя степень прожарки, и опустила обратно.

– Тебе нужно моё мнение?

– Мне оно важно.

– Ладно. – Она задумчиво прикусила нижнюю губу, наконец выдыхая: – Ты поступил глупо.

– Но почему? – Возмутился Сонни.

– Потому что поставил под удар свою карьеру. Ты ведь не думаешь, что они успокоятся после таких расплывчатых ответов?

– И что мне нужно было сказать?

– Не знаю… Правду? – Рэд добавила перца в блюдо и накрыла сковороду крышкой. – Так и сказал бы, что живёшь с Мэтом, у вас всё давно и серьёзно. Что в этом такого?

– Это не спасло бы меня, – заметил Сонни. – Сейчас, конечно, люди более лояльны, но для участия в серьёзных проектах это может стать препятствием. К тому же, я бы солгал.

– Разве? – Рэд усмехнулась. – Ты итак им солгал, причём не очень хорошо.

– Скажи я им правду о тебе, они выяснили бы о де Лирио.

– А причём тут я? Я говорю о другой правде.

– Это единственная правда.

Рэд выключила плиту, делая вид, что не расслышала его слов. Сонни буквально ощущал, как между ними снова вырастает стена. Этого нельзя было допустить.

– Мы должны снова оказаться в центре внимания.

– Тебе не хватило?

– Ты не понимаешь, – заметил Сонни. – Раз ложь была недостаточно убедительной, нужно её подтвердить.

– Вот как. И что ты предлагаешь?

– Можем сходить вместе куда-то, в оперу, например, как друзья. Голливуд обожает истории, когда дружба перерастает в любовь.

– Ты не любишь оперу.

Как и всегда, Рэд акцентировала внимание на мелочи, чтобы не касаться серьёзной темы. Это вызвало у Сонни улыбку. Она переложила мясо на две тарелки, потянулась снова за специями, добавляя на одну из порций ещё перца.

– Так много… – Сонни нахмурился.

– Я люблю с огоньком, – парировала Рэд.

– Дай попробовать.

Не реагируя на её тихий протест, Сонни потянулся за ножом с вилкой, отрезал кусочек и отправил в рот, тут же едва не поперхнувшись.

– Тьфу, какое острое!

– Привыкнешь.

Рэд фыркнула, забирая тарелку из его рук и отходя к разложенному столу. А у Сонни дыхание перехватило вовсе не от остроты. Привыкнешь? На что это она намекает? Если он всё правильно понял, то…

– Пообещай мне кое-что. – Сонни занял соседний стул, уставившись на Рэд немигающим взглядом.

– Ну?

– В нашей семье готовить буду только я.

На этот раз пришёл её черёд подавиться. Откашлявшись, Рэд помахала рукой, не позволяя ему помочь, и потянулась за водой.

– Я не даю глупых обещаний, – прохрипела она.

– Ладно, – согласился Сонни. – Мы придумаем, как разделить обязанности.

Рэд закатила глаза, не ответив. Ещё одна незначительная с виду, но очень весомая лично для него победа. Она вернулась к прерванной трапезе и неожиданно поинтересовалась:

– Так что там насчёт оперы?

Сонни хитро улыбнулся. А может, и не одна.

* * *

– Это платье буквально кричит о том, что ты – Лили де Лирио, – отверг уже пятый наряд по счёту Сонни.

– Они все такие, – ощетинилась Рэд.

Вот уже битый час они пытались подобрать одежду для оперы. На самом деле, Сонни просто нравилось наблюдать за ней, нравилось смотреть, как она перевоплощается из привычного пацанского стиля в элегантную женщину, но признаваться в этом не спешил, раз за разом находя новые «недостатки». Вообще, день для него складывался удачно: интервью прошло в меру успешно, Рэд на него не рассердилась и даже согласилась выйти в свет, они пообедали, обсудили вчерашний концерт и её будущую книгу, а теперь вот готовятся к новому мероприятию – и всё вместе.

– Тебе легко говорить, твой костюм привезли по специальному заказу, – бормотала Рэд, стягивая платье.

Сонни возился в шкафу, предназначенном исключительно для образов де Лирио. Поразительно, как эти вещи, с виду кажущиеся обычными, преображались на ней. Раньше он как-то не особо интересовался в чём ходят окружающие его женщины. Каждый раз, оказавшись на красной дорожке, Сонни отключался от мирского, не обращая ни на кого внимания. Теперь же столь банальный вопрос со стороны – «Что надеть?» – представлялся ему чрезвычайно важным.

– Красное? – Предложил Сонни, демонстрируя платье.

– Перебор. – Рэд, оглянувшись на него, покачала головой.

– Шампань, – снова выдвинул предложение Сонни.

– Уже лучше. – Она кивнула. – Посмотри там во втором ряду сзади.

В указанном ряду оказались более простые наряды. Честно говоря, они ему больше импонировали, так как лучше вязались именно с образом Рэд, а не вычурной писательницы. Сказал бы кто Сонни ещё год назад, что он будет заниматься таким – в жизни бы не поверил.

– Я нашёл. – Улыбнувшись, Сонни достал длинное шифоновое платье оливкового цвета. – Подойдёт к линзам.

– И правда.

Рэд тоже подключилась, рассматривая наряд. Она прижала его к телу, посмотрела в зеркало и, недолго думая, начала надевать. Сонни застегнул молнию сбоку, в тайне наслаждаясь невесомым прикосновением к нежной коже. Приготовления были практически закончены, оставалось только вызвать машину. Пока Рэд разбиралась с обувью, Сонни позвонил водителю. Ему уже было всё равно, успеют ли их заснять у оперы, ведь главное, что они снова проведут совместный вечер, похожий на свидание. Он успел вернуться в спальню ровно к тому моменту, когда Рэд подбирала украшения из подаренной им шкатулки. Как бы она себя ни вела, было ясно, что презент пришёлся ей по душе.

Среди немногочисленной бижутерии Сонни заметил то самое кольцо с чёрным камнем, что постоянно носила де Лирио, но особенно его заинтересовала прозрачная овальная брошь из эпоксидной смолы с мелкими белыми цветами, которая совершенно не сочеталась с другими побрякушками.

– Это откуда? – Он указал на брошь.

Рэд нахмурилась, дёрнула плечом и резко захлопнула шкатулку.

– Да так, старая вещица.

– Не расскажешь?

Телефон зазвонил, оповещая, что водитель уже на месте. Они в тишине вышли из квартиры, Рэд заперла дверь, и Сонни протянул ей руку. На удивление, она не отказалась. Уже сидя в машине, Рэд заговорила первой.

– Это не моё.

– О чём ты?

– Та брошь принадлежала моей старой подруге.