Текст книги "Капкан паучьей лилии (СИ)"

Автор книги: Лили Крайн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 29 страниц)

Несмотря на усталость, Сонни не хотелось снова оказаться наедине с собой и своими мыслями, да и присутствие Мэта ничем не помогало. Однако выбора у него особо не было. Войдя в дом, он сразу направился на кухню, чтобы выпить чего-то прохладительного. Рука сама потянулась к банке с пивом, которое он загрузил в холодильник против воли Мэта. К чёрту правила насчёт алкоголя в доме. Прижавшись губами к банке и сделав первый глоток, Сонни судорожно выдохнул, прислоняясь к столешнице и прикрывая глаза. Неподалёку раздался тихий скрежет когтей по паркету и уже через несколько мгновений на кухню, заливаясь лаем, выскочила Вафля. Сонни наклонился к ней, почёсывая мягкую ухоженную шёрстку, и рефлекторно улыбнулся. Вафля стала единственной в его жизни вызывающей улыбку константой.

Следом показался Мэтью, Вафля тут же увильнула от руки Сонни, размахивая хвостом и утыкаясь носом в чужие ноги. Кажется, она полюбила Мэта даже больше, чем собственного хозяина. А ведь это его собака! Хотя ладно, Сонни никого в этом не винил, кроме себя. В конце концов, он настолько ушёл в работу, что именно Мэт всё время занимался Вафлей, даже вернулся в тот приют, чтобы оформить новые документы и забрать спаниэля к ним уже навсегда. Видимо, их любовь стала взаимной. К слову о взаимности… Мэт недовольно поморщился, замечая, чем он занимается, и открыл было рот, чтобы высказаться, но Сонни его опередил:

– Как прошёл твой день?

Мэт, не ожидая такого поворота, сконфуженно пожал плечами.

– Как обычно. А твой?

Вот как мы заговорили. Раньше, спроси он Мэта о таком, тот пустился бы в долгие объяснения почему у него всё идёт через пятую точку, да так, что Сонни и слова вставить не смог бы. В принципе, ему и не очень хотелось.

– Аналогично, – отозвался Сонни, не желая вдаваться в подробности.

– Ты в последнее время очень много работаешь.

«Кто-то ведь должен», но Сонни успешно подавил чуть было не сорвавшуюся с языка колкость. После возвращения Мэта из Кении, он вообще старался не поднимать эту тему, так как все прогнозы партнёра относительно прорыва в карьере после участия в таком проекте оказались не то, чтобы неточными, а откровенно провальными.

– Сонни… – Мэт вздохнул. – Что-то случилось, да? – Он замялся, явно не зная, как сказать то, что хотел. – Ты ведь понимаешь, что можешь мне рассказать?

Нет, Сонни этого не понимал. И дело тут было вовсе не в том, что раньше Мэтью никогда не просил его поделиться проблемами, просто он не знал, как именно объяснить всё произошедшее. Как сказать Мэту, что он не очень-то и ошибался на тему Рэд? Как донести всю ситуацию таким образом, чтобы тот не взорвался? Это всё куда сложнее, чем могло показаться на первый взгляд. Вместо нужного ответа Сонни покачал головой.

– Нормально, правда. Работа с Юханссоном действительно принесла свои плоды, вот и всё.

Мэт сощурился недоверчиво, но согласно кивнул. Было ясно, что он не поверил этой отговорке. Тем не менее, Сонни всё равно не собирался ничего ему говорить. Это было слишком личным и никак не касалось Мэтью.

– Может, съездим куда-нибудь на следующие выходные? – Неожиданное предложение. – Только вдвоём.

– Не знаю. Не думаю, что получится. У меня много дел.

– Сонни, нам надо, – и он так выделил это «надо», что Сонни заподозрил неладное. На что это Мэт намекает?

– На неделе будет премьера, как раз в пятницу. – Сонни развёл руками. – Скорее всего на выходные я буду в состоянии овоща, не до активного отдыха.

– Мы можем поехать куда-нибудь на спа-курорт, – предложил Мэт. – Там тоже можно поваляться в состоянии овоща, причём с пользой для тела.

– Не получится, – отрезал Сонни. Он и сам не понимал, почему не хочет ехать, ведь, в принципе, идея неплоха. Но мысль о том, чтобы остаться в тишине и покое, пугала его, ведь это значило, что тогда он будет думать о ней. Без вариантов.

– Ты даже не хочешь попытаться.

А вот теперь Мэт стал привычным: злым и обиженным. Он подхватил Вафлю, странно трепетно прижимая её к груди, и удалился с кухни. Сонни выдохнул с облегчением, допил пиво и направился в гостевую комнату. Идти сейчас в спальню казалось не лучшей затеей, ведь тогда придётся смотреть Мэту в глаза и терпеть его недовольство. Увольте. Ему и своих тараканов хватало с лихвой. Он переоделся, раскинулся на кровати и уставился в потолок. Несмотря на усталость, сон не шёл. Сонни повертелся ещё немного на кровати и сдался. Встал, выйдя из комнаты и ступая, как можно тише, пробрался в библиотеку. На столе лежал свёрток – недавно купленная им книга. Сонни остановился напротив, с опаской глядя на своё приобретение. Не стоило этого делать, не нужно было её покупать, но соблазн был так велик…

Он потянулся к свёртку, медленно и осторожно разворачивая бумагу, скрывающую книгу. Светлый переплёт с зелёными разводами, на обложке размытые очертания женского лица и надпись: «Я не сошла с ума… Просто немножечко Loco», и автор – Лили де Лирио. Новинка, совсем недавно взорвавшая общественность своей противоречивостью – это Сонни прочёл в какой-то статье. Там же говорилось, что история рассказывает о безответной любви девушки-сталкера, которая в попытках заполучить парня доходит до крайне опасных и далёких от морали способов. Концовку в статье скрыли, и Сонни стало интересно, что она придумала на этот раз? Так эта книга оказалась в его руках.

Ещё немного посомневавшись насчёт своей затеи, Сонни уселся на диван и открыл роман. Ему предстояла долгая ночь, но главное – никаких мыслей об авторе книги, только сюжет, взволновавший ещё до того, как он начал читать. В конце концов, Сонни не мог признаться даже себе, что эта книга была его последней возможностью снова пообщаться с лучшей подругой, пусть таким необычным образом. Отбросив последние сомнения и больше не медля ни секунды, он целиком погрузился в новую историю ненавистной писательницы.

Серия 31

– Какие взаимоотношения вас связывают с автором книги?

Юханссон обворожительно улыбнулся, прикрывая слегка глаза и выдыхая простое: «Без комментариев» – тем самым только подогревая ажиотаж вокруг слухов об их отношениях с де Лирио. Вообще-то, такое не принято спрашивать перед премьерой, так что и ответ был соответствующим. А Юханссон тем временем спокойно прошёл мимо окликающей его журналистки и зашёл в зал. Сонни вздохнул, натянул одну из своих лучших улыбок, попозировал, покивал и, оставив всех без ответа, поспешил следом.

– Что у нас с пресс-конференцией? – поинтересовался он осторожно, склонившись к Патрику.

– Не будет. – Тот отрицательно покачал головой. – Юханссон наотрез отказался от этой затеи, сказал, что если и будет отвечать на вопросы, то только в том случае, если фильм провалится.

Сонни хмыкнул. Интересно, это решение режиссёра связано с его абсолютной уверенностью в успехе картины или как раз наоборот? Сам он пока не решил, как относится к «Ликорису». Ах да, в прокате фильм называется «Под сенью кровавых цветов». Жутковато как-то. Тем не менее, ему, как ведущему актёру, всё-таки придётся толкать речь перед показом, как и Юханссону, и Хейли в том числе. Что можно сказать о фильме? О том, как он снимался? О героях? Ничего хорошего. Но в том-то и вся суть: независимо от личного отношения – ври, искусно да побольше. Если, конечно, охота заработать и получить новые предложения.

Сонни занял место в отведённом ряду, дожидаясь, когда зал наполнится. После этого должна последовать речь режиссёра, затем уже выступят они с Хейли. Её, к слову, Сонни в последний раз видел только на съёмках. Он оглянулся, не сразу узнав главную актрису, – она кардинально сменила имидж: короткая взъерошенная стрижка, агрессивный макияж, брючный, но женственный костюм. Либо это влияние де Лирио, либо всё же состоявшийся брак такое с ней сотворили, но выглядела она, как ходячий труп: слишком явные тени залегли под глазами, что никакой косметике не под силу их скрыть. И в таком-то состоянии на сцену? Хотя, разве кто-то её спрашивал.

Когда наступил его черёд, Сонни врал, как бог: удивительные люди, потрясающая атмосфера, замечательный сюжет. Этому он давно научен. Зал в очередной раз взорвался аплодисментами, он ответил улыбкой, поклонился и вернулся на своё место. Начался показ. И тут у Сонни перехватило дыхание: результат поражал воображение. Юханссон воистину чёртов гений! Одно дело, когда ты просматриваешь отснятый материал на зелёном фоне, и совсем другое – видеть его после финальных обработок. Сам трейлер к фильму Сонни не смотрел, поэтому впечатления оказались ещё более яркими. Цветовая гамма действительно была подобрана идеально, навевала на нужные эмоции, одновременно нагнетая обстановку и вдохновляя. Себя Сонни тоже не узнал. Когда он играл, то не задумывался об этом, просто жил персонажем, был им, и это сработало. Несмотря на мрачность сюжета, фильм вышел действительно необычным, живым, неожиданно прекрасным – это была история любви, скрытая за множеством тайн, боли, страха и смерти. Выделялся и сценарий, настолько гармоничный, прописанный до мелочей. Во время съёмок этого не было заметно из-за разбросанных сцен.

Сонни настолько погрузился в историю, что даже не расслышал многочисленные хлопки, бездумно глядя на потемневший экран. Они это сделали! Они воплотили нечто невообразимое! Оглянувшись, Сонни заметил, как довольно усмехается Юханссон. Кажется, он ожидал именно такой реакции, на меньшее и не рассчитывая. Сложно даже представить было, сколько сил ушло на постпродакшн, хотя собственных заслуг Сонни тоже не уменьшал, как и стараний всей съёмочной команды. Независимо от обстановки, от вечных склок режиссёра с продюсерами, от непредвиденных обстоятельств и сложностей они всё-таки справились. Юханссон встал, поднял руку, призывая всех к молчанию – неужели пресс-конференции быть? – и объявил о следующем этапе. Теперь приглашённые могли подойти к актёрам, взять автографы, задать свои вопросы – обычная рутинная работа.

Когда всё закончилось, актёры и верхушка команды в виде продюсеров отправились на афтепати. Сонни приходилось бывать на разных мероприятиях подобного толка, и он ожидал чего-то беспокойного и сумбурного, но в этот раз, неизвестно с чьей подачи, организовали традиционный фуршет под софт-джаз в отеле неподалёку. Сонни как раз беседовал с одним из представителей очередного рекламного агентства, когда Патрик с милейшей улыбкой извинился перед агентом и отвёл его в сторону.

– Где Юханссон?

– Разве не здесь? – Сонни окинул взглядом помещение, силясь выявить режиссёра в толпе.

– Нет. – Патрик нахмурился. – Он куда-то исчез после премьеры. И если сейчас не появится, нам придётся отвечать на неприятные вопросы.

– Думаешь, он нас кинул?

– Ага, подставил. – Менеджер фыркнул. – Или просто задумал какую-то выходку.

– С чего ты взял? – Сонни сощурился. Когда это Патрик успел так хорошо узнать Альва?

– Это в его характере. – Тот пожал плечами, этой простой фразой подтверждая догадки. – Хейли, кстати, тоже вот-вот уйдёт, посмотри на неё.

Сонни проследил взглядом куда указывал Патрик. И правда, Хейли была слишком напряжённой и настороженной, не пила и стояла слишком близко к выходу, с трудом выдавливая из себя улыбку. Ей некомфортно – это сразу видно, но вовсе не значит, что она собирается сбежать.

– Думаешь, нам надо опередить её? – в голосе Сонни прозвучал неприкрытый сарказм, но Патрик, кажется, этого не заметил.

– В идеале, да, – прозвучало слишком серьёзно.

Сонни закатил глаза, вздохнул и сделал глоток шампанского. Мысль о том, чтобы подставить Хейли, казалась нереально привлекательной, но поступить таким образом он не мог. Странно, но ему было жалко актрису. Разве она мало настрадалась в связи с этим фильмом? Внезапно разговоры в помещении затихли, только мягкая мелодия саксофона наполняла пространство. Сонни понял: произошло нечто очень важное. Он обернулся через плечо и вздрогнул. В широком проёме позади него прямо напротив двери стояла пара: высокий мужчина в классическом костюме и при бабочке – Юханссон, под руку с ним – женщина… Шелковое платье в пол жемчужного оттенка с открытыми плечами и рукавами, прикрывающими запястье, золотистая вышивка в тон, длинные прямые фиолетовые волосы, чёлка, спадающая на светло-карие глаза, лишь слегка подведённые карандашом, насыщенная пурпурная помада, перстень с чёрным камнем на тонких пальцах ставший единственным украшением – она казалась ирреальной.

– Мисс де Лирио! – Раздалось где-то в стороне.

Один из продюсеров поспешил поприветствовать новоприбывших. Он склонился, касаясь губами тыльной стороны поданной ему ладони. Женщина едва различимо улыбнулась в ответ, слегка наклонила голову.

– Мы думали, вы не придёте.

– Разве я могла такое пропустить? – И голос её звучал совсем иначе, мягче, но при этом более звонко, чем обычно. Сонни уже слышал его, когда застал Рэд спорящей с Юханссоном в трейлере.

– Где я мог её уже видеть?

Патрик, стоявший рядом с Сонни, нахмурился. Он явно не понял в чём подвох, но это и неудивительно, ведь они были так похожи… Только теперь Сонни понял к чему линзы – так проще лавировать между двумя персонажами. У Рэд была одна яркая черта – её глаза, необычайно выразительные и большие. Де Лирио же отличалась цветом волос и губами. Таким образом она делала акценты на разных особенностях внешности, что сбивало с толку. Плюсом ко всему был макияж, с которым Рэд практически не увидишь, а вот де Лирио выделила скулы, нос и подбородок. Не проведи Сонни с ней столько времени и не знай он про зелёные линзы, тоже терялся бы в непонятках.

Сонни судорожно выдохнул, отведя взгляд. Стоит ли ему сказать Патрику правду? Или оставить это на усмотрение Рэд? Однако тот факт, что менеджер тоже не знал истины, грел ему душу.

– Такое ощущение, – продолжил Патрик, – что я её где-то видел. Хотя… Может, и правда видел на каком-то мероприятии, всё-таки она популярна.

Ну да, в этом-то вся проблема. Сонни хмыкнул, боясь снова посмотреть в сторону Юханссона и де Лирио. Вот тебе и первая встреча после долгого перерыва. Не так он себе это представлял, но понять причину такого появления тоже мог. Она просто дождалась, когда не будет камер, и соизволила всё же заявиться фактически на свой праздник. В зале вновь зазвучал тихий гул голосов, звон бокалов.

– Сонни, Патрик, позвольте представить вам… – это голос Альва. – Мисс Лили де Лирио.

– Приятно позна…

Патрик застрял на полуслове, сжимая в руке хрупкую ладонь и уставившись с глупым видом на женщину напротив. Она улыбалась ему так знакомо…

– Твою же!

– Тшш, – выдохнула де Лирио, отняла ладонь и поднесла палец к губам. – Привет, сладкий.

Юханссон усмехнулся и отошёл, оставляя их втроём.

– Но… – Патрик запнулся. – Как так-то, а? – Тут он повернулся к Сонни. – Ты знал?

Тот не ответил, отпил ещё шампанского, упрямо глядя в сторону.

– Так было надо, – мягко пояснила Рэд. Или де Лирио? Кто разберёт, как её теперь называть.

– Надо, не надо, – парировал Патрик. – Но совсем не по-братски. Ты нарушаешь кодекс.

– Я его написала, могу себе позволить.

Он тихо рассмеялся, ткнул Сонни локтём в бок, призывая проявить чуточку такта и следовать этикету. Пришлось податься. Сонни вынуждено развернулся.

– Шикарно выглядишь. – Патрик улыбался.

– Вы тоже. Как премьера?

– Превосходно! Знаешь, глядя, как вы это снимаете, я и подумать не мог…

Пока Патрик рассыпался в объяснениях и комплиментах, Сонни пристально смотрел прямо ей в глаза. И хотя она повернулась лицом к менеджеру, её взгляд также был направлен на него. Сонни так много хотел сказать, но все слова испарились, просто исчезли из головы, будто он вообще не умел разговаривать или даже мыслить. Все его заготовленные речи, обвинения, упрёки – они канули в лету под внимательным взглядом, проникающим едва ли не в самую душу.

– Прошу прощения. Мисс де Лирио, не окажете ли мне честь…

Один из присутствующих подал ей руку, Рэд очаровательно улыбнулась в ответ, принимая её.

– С удовольствием.

Кивнув им напоследок, она удалилась вместе с мужчиной куда-то вглубь зала. А Сонни никак не мог поверить: и вот это Рэд? Жеманничает, всем улыбается, кокетливо прикасаясь к другим людям. Он продолжал наблюдать за каждым её шагом, всё больше сомневаясь в собственной адекватности. Она не только внешность изменила, но и голос, повадки, манеру держаться, стиль общения, даже походку! А говорила, что не актриса. Самая большая лгунья из всех людей, которых он когда-либо встречал.

– Поверить не могу, – сетовал Патрик. – Я, конечно, догадывался, что она не из простых, ну, ты понимаешь, но чтобы такое… – Он покачал головой. – Как ты вообще узнал? Когда она тебе сказала?

– Она не говорила, – отрезал Сонни.

– Так вот почему вы поругались! – Патрик догадался. Он опустил ладонь Сонни на плечо. – Слушай, ведь это такие глупости. Не будь мелочным, помиритесь уже.

Вот только обвинений в мелочности ему не хватало. Ведь Патрик понятия не имеет, как всё происходило, что именно кроется за этой историей, не знает про женщину в красном. Сонни скинул его ладонь с себя и нахмурился. Вечер, начавшийся на вполне себе положительной ноте, скатился для него в полный мрак, и виной тому была одна конкретная личность. Та самая, что сейчас стояла, окружённая толпой мужчин, делала удивлённое и наивное выражение лица, широко распахнув глаза в ответ на какое-то замечание, мелодично смеялась, слегка прогибаясь в плечах, что взгляд невольно падал на декольте… Что она творит вообще?! Это и есть Лили де Лирио? Роль легкомысленной профурсетки?!

Патрик аккуратно вынул бокал из его руки. Сонни этого не заметил, продолжая наблюдать за де Лирио и злясь всё сильнее. Когда его потянули в сторону, пришлось отвлечься.

– Дыру протрёшь, – прошипел ему на ухо Патрик. – Знаешь, будь у тебя способность, как у Супермэна, воспламенять одним лишь взглядом, Рэд уже горела бы, похлеще любого факела. К тому же, это становится неприличным. Прекращай.

Он прав. Нужно было остановиться, пока не поздно, пока кто-то не надумал чего лишнего. Остаток мероприятия Сонни только то и делал, что одёргивал себя. Забавно, даже желающая поскорее уйти Хейли осталась. Теперь она вместо Сонни следила за де Лирио, а он – за ней, чтобы по реакции определить происходящее в другом углу зала. Патрику вновь пришлось вернуть его на землю, напоминая об устоявшихся правилах этикета.

– Сонни, – предупредил Патрик, когда он невольно снова посмотрел на Рэд. – Пойдём лучше, с тобой хочет познакомиться один человек. Давай-давай, – и потянул Сонни в противоположную от де Лирио сторону. – Это Марк Уиггинс, директор «Энью Пикчерз». Он хочет запустить новый проект… Ты меня слышишь?

– Да, слышу, – отозвался Сонни, наконец выныривая из сумрака размышлений. Пора возвращаться к работе.

– Так вот, сегодня речи о работе не пойдёт, но нужно назначить встречу. И это тебе не какой-то там представитель. Хотя что я объясняю? Ты знаешь.

Сконцентрировавшись на новом деле, Сонни стал собой. Так было проще, так отступала злость. Когда они закончили беседу, он оглядел зал – де Лирио и Юханссона уже не было – и облегчённо вздохнул. Хорошо, что ему не придётся с ней сегодня больше разговаривать. Почему-то общаться с Рэд в этом образе было невероятно тяжело, всё равно, что противиться штормовому ветру.

Мероприятие закончилось далеко за полночь. Садясь в машину, усталый Сонни пообещал куда-то съездить с Патриком в понедельник, но уже и не помнил на что соглашался. Наверняка очередная работа. Поэтому, когда настал назначенный день, он сильно удивился, увидев перед собой вместо очередного ресторана, отеля или студии больницу.

– Ты издеваешься?

– Тебе надо к врачу, – слишком уж упорствовал Патрик. – Это просто осмотр, на всякий случай.

Только его слова расходились в значениях: настойчивое «надо» и незначительное «просто осмотр» как-то не вязались между собой. Решив не надоедать с расспросами, Сонни направился в указанный им на ресепшене кабинет. Патрик, оставив его у врача и убедившись, что его подопечный не сбежит, вернулся к машине. Как Сонни и предполагал, ничего этот визит не дал. Доктор просто выписал какие-то успокоительные и ряд витаминов, но зачем они ему? Сунув бумажку с рецептом в карман, Сонни спустился на пару этажей ниже, решив, что небольшая физическая активность куда лучше банального использования лифта.

На площадке между этажами из лифта выскочила женщина в белом халате и пронеслась мимо прямиком через двери в длинный коридор. Сонни на минуту опешил, решив, что ему показалось. Он проследил за ней взглядом. Нет, это точно она, но что Мартина тут делает? Табличка над дверным проёмом гласила, что это корпус интенсивной терапии. Любопытство было слишком сильным. Сонни пошёл следом. Он добрался до приёмного отделения, замечая, как Мартина свернула за угол, и направился за ней, не задумываясь, зачем ему это.

Однако Мартину он потерял из виду. Немного помаявшись в череде нескончаемых проходов и сторонясь персонала, который и без того смотрел на него исподлобья, Сонни хотел было плюнуть на это дело, но внимание привлекла странная сцена в непривычно тёмном для данного места коридоре. Сонни замер, пригляделся… Возле одной из палат на скамье, озарённой слабым светом из большого окна, совершенно точно сидела Рэд. В этот раз такая привычная: в любимой кожаной куртке, джинсах и массивных кроссовках. Она широко расставила ноги, упираясь локтями в бёдра, пальцы были сцеплены в замок перед лицом, а пятка нервно постукивала по полу. Дверь напротив раскрылась, из палаты вышла Мартина с каким-то врачом. Тот что-то сказал женщинам, но Сонни не мог расслышать что именно, слишком далеко находился. Он только видел, как нога Рэд на мгновение замирает, затем снова заходится в новом нервном движении, а Мартина скрывает лицо в ладонях.

Врач прошёл мимо, окинул Сонни недоверчивым взглядом, но ничего не спросил. За ним кинулась Мартина, даже не заметив, кто перед ней, – всё её лицо было залито слезами. Сонни окончательно запутался. Он ещё немного постоял на месте, глядя Мартине вслед, а когда обернулся – в коридоре Рэд уже не было. Что здесь только что произошло? Он должен узнать! Следуя первому порыву, Сонни поспешил за Мартиной, нагоняя её возле приёмной.

– Мартина! – позвал Сонни, быстро приближаясь.

Она вздрогнула, явно пребывая в раздрае, затем спохватилась и развернулась, кивнув.

– О, это ты, Сонни. Здравствуй.

Всего пара месяцев прошло с тех пор, как они виделись, а уже было заметно, что она беременна. Сонни постарался улыбнуться как можно дружелюбнее.

– Что ты тут делаешь? Работа? – Это было ясно по её халату.

– А? Да. Да, я медсестра. – Мартина выглядела растерянной, она вынула небольшой платок из кармана и промокнула кончики глаз, что было абсолютно бесполезно, ведь слёзы уже покрывали щёки.

– Что-то случилось? – Сонни не собирался навязываться, но желание узнать о произошедшем только что в том коридоре не отступало.

– Это… – Она всхлипнула, встряхнула головой, стараясь взять себя в руки. – Знакомый только что умер.

– Соболезную, – и это было искренне. – Кто-то очень близкий, да?

– Друг, – исправилась Мартина, сглотнула снова проступившие слёзы. – Мы вместе выступали. Один из первого состава «Линксмайн».

Так вот почему Рэд была тут. Ситуация прояснилась, и Сонни стало как-то грустно. Вот у неё умирает один из старых друзей, а он даже не может её поддержать, потому что дуется из-за глупой лжи. Перед глазами всплыло видение: взвинченная, нервная Рэд, постукивает ногой по полу, не в силах остановиться, такая уязвимая и одинокая.

– Мне правда жаль, – пробормотал Сонни, потупившись. Ему было стыдно за своё поведение.

– Мартина, тебя ждут в приёмном покое, – сказала женщина за стойкой, словно не замечая, в каком та состоянии.

– Извини, я… – Мартина махнула дрожащей рукой.

– Да, конечно.

Сонни отстранился, давая ей проскользнуть мимо. Не дело это, нельзя так… В какой бы ссоре вы не были, нельзя оставлять друга в беде. Решение было принято ещё до того, как он осознал, что нужно делать дальше. Выбравшись из больницы, Сонни сел на водительское сидение вместо менеджера и завёл мотор, направившись по другому маршруту, чем вызвал удивление со стороны Патрика.

– Мы куда-то спешим? – Патрик неодобрительно посмотрел на спидометр.

– У нас ведь сегодня никаких дел, да?

– В принципе, кое-что можно и перенести, но… Эй! – Авто вильнуло на дороге, резко вписавшись в поворот. – Объясни мне, в чём дело?

– Давай ты перенесёшь всё, что нужно, а потом отдыхай, ладно?

Сонни резко затормозил возле какого-то кафе и кивнул Патрику на дверь.

– Вот так выставляешь… – Тот полез наружу. – Хоть бы объяснил!

Но Сонни его уже не слышал, снова дав по газам. Может, ему повезёт. Вряд ли Рэд после такой новости захочет веселиться и отдыхать, скорее всего она дома. Оставив машину прямо перед знакомым зданием, Сонни быстро взобрался по ступенькам, очутившись возле нужной двери. Звонка тут не было, поэтому он принялся стучать, но ответа так и не последовало. Спустя десять минут, сдавшись, он снова садился за руль. Следовало позвонить ей, но… Да, она не ответит. Тогда оставался лишь один вариант. Куда могла отправиться Рэд, если не домой? Где она не будет одна и получит поддержку?

Вдалеке показались массивные кованные ворота. Подъехав поближе, Сонни помахал на камеру, в надежде, что его узнают и впустят. Пришлось подождать. Створы медленно начали отворятся, пропуская машину на частную территорию. Проезжая до дома мимо каменного сада, Сонни думал, что ему сказать. Кого позвать: Рэд или де Лирио? Остановив авто, он вышел на улицу, подошёл ко входу и уже намеревался воспользоваться зловещим молотком, когда дверь распахнулась. Седовласый мужчина восточной наружности, отошёл вбок, жестом приглашая его пройти.

– Госпожа сейчас спустится.

Получается, и не было нужды никого звать, ведь по камере было видно, кто приехал, – ничего удивительного. Сонни прошёл в указанную дворецким гостиную, отказался от чая и поёжился. Этот особняк и снаружи выглядел зловеще, что уж говорить о внутреннем убранстве. Статуи в полный рост, массивные картины, дорогие вазы – дом скорее напоминал музей, погребённый в полумраке. Но что особенно выделялось, так это мертвецкая тишина, словно он находился в склепе. Теперь понятно, почему книги де Лирио отличаются мрачностью и обречённостью – в такой-то обстановке вряд ли на ум придёт что-то позитивное. Сонни принялся рассматривать модульную картину высотой практически во всю стену: красно-чёрные разводы, разделённые секциями, складывались в причудливые силуэты. В переплетениях угадывалась некая борьба, но он никак не мог уловить её сути. Сзади послышался тихий вздох, в тишине дома показавшийся раскатом грома. Сонни обернулся.

– Привет.

Она стояла там, закутавшись в тёмно-синий бархатный халат, обнимая себя за плечи и склонив голову так, чтобы волосы скрывали выражение лица. Сонни выдавил улыбку, хотя улыбаться не хотелось, и ответил:

– Привет.

– Интересная вещь, правда?

Рэд плавным шагом приблизилась к нему, становясь рядом, и тут Сонни понял, почему не услышал шагов, – она была босиком.

– Устрашающая.

В ответ Рэд хрипло рассмеялась, натужно так, через силу.

– Я передам твоё мнение автору.

– Вы знакомы?

– Это его дом.

Вот оно как. Ну да, почему бы де Лирио не иметь в друзьях художника. Вероятно, именно на любви к жутким вещам они и сблизились. Сонни перевёл взгляд на картину, силясь вспомнить, видел ли он нечто подобное раньше, затем снова посмотрел на притихшую Рэд.

– Соболезную твоей утрате.

– Откуда знаешь?

– Я был сегодня в больнице, встретил случайно Мартину.

По её лицу скользнула тень недовольства. Что ж, он правильно сделал, не сказав всей правды и не упомянув обстоятельства встречи. Это выглядело бы, как преследование.

– Спасибо, – наконец выдавила из себя Рэд.

– Тяжело терять друзей… – Сонни просто не знал, что ещё сказать.

– Смерть вообще тяжела для тех, кто остался жить.

Повисло неловкое молчание – впервые настолько гнетущее. Необходимо было что-то срочно предпринять, потому что долго выносить такое Сонни был не в силах. Но что сделать? Сказать, что понимает её поступок и прощает? Это неправда. Тогда что?

– Я просто…

– Ты умеешь играть в бильярд?

Сонни растерялся.

– Ласло обожал бильярд… – Задумчивым тоном произнесла она, но тут же вернулась к обычному. – Так умеешь?

– Да. – Он кивнул.

– Замечательно. – Рэд цокнула языком. – Подожди, я скоро. Ты за рулём? – и она удивлённо вскинула бровь.

– Да. – Снова, как болванчик.

– Удивительно.

Хмыкнув, Рэд развернулась, поспешив к лестнице, и вскоре скрылась из поля зрения. Так просто… Господи, как же это оказалось просто! Сонни с облегчением выдохнул. Он и забыл, что нет нужды объясняться, ведь она и так его понимает. С лёгкой улыбкой он вышел в холл, дожидаясь, когда Рэд вернётся. Теперь всё вновь наладится, они заново друзья, всё будет хорошо. И на душе у Сонни воцарился уже почти что позабытый покой.

* * *

Кончик пальца несколько раз постучал по слову «Loco», выпуклым шрифтом выделяющемуся на обложке. Мужчина сжал крепче книгу, свободной рукой проведя по имени автора, и резко откинул её на стол. Голос, раздающийся в динамиках круг за кругом, твердил: «Oh my love, stay my love».

Музыка замолкла, пустившись по новой. Заиграла гитара, и тот же голос начал песню: «Oh come with me forever my love, under the darkening sky». Темнеющие небеса… Мужчина подошёл к окну, глядя, как грозовые тучи заволакивают небо. Символично. От зрелища начинающегося шторма отвлёк зазвонивший телефон. Он, не глядя на абонента, принял вызов.

Его слова перекликались с голосом солиста:

– Да. Слушаю. Вот как. Понятно. Когда похороны? Спасибо. Да, я приеду.

«I'll dig this hole as deep as my love, and bury her memory away», – заканчивал свою грустную повесть фолк-певец.

– Выезжаю сегодня же. – Он отключил звонок.

Начался финальный проигрыш. Мужчина невесело усмехнулся, повторяя последнюю фразу уже на родном языке: «Я раскопаю эту дыру на такую же глубину, как та, в которой лежит моя любовь, и похороню память о ней».