Текст книги "Холод родных берегов (СИ)"

Автор книги: Likitani

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц)

– Тоже не против. Бьерн, Вигдис? – Мореход приподнял бровь.

Ведунья молча кивнула, старпом, неловко переступив на негнущуюся ногу, хмыкнул:

– Почему нет? Тем более как бы парнишка не натворил чего безрассудного, если мы ему откажем.

Все это время почти не дышавший Лейф, наконец-то выдохнул:

– Спасибо, герр Йоргенсон! Я не подведу!

Финн радостно хлопнул его по плечу, Нэрья едва заметно улыбнулась. «Все было не зря!» – облегчением подумал парень. А Вест, чуть скривившись, тем временем продолжал:

– Говорил же – просто Вест. Привыкайте, мы тут все по-простому общаемся, по именам, да прозвищам. К вам тоже что-нибудь скоро прицепится. А теперь надо бы их чем-то занять на сегодня. Бьерн, займешься?

– Такая уж у меня работа, – проворчал старпом.

– Девчонку я заберу, возьму под свое начало, – Вигдис вступила в разговор. – Заодно и расположу в своей каюте, не хватало еще, чтобы она спала там же где остальная команда. Врачевать умеешь?

Пиромантша неопределенно повела головой:

– Пламенем да. Без него не особо.

– Значит будешь учиться, это тебе точно пригодится. Да и пользы от еще одного лекаря будет больше, чем от рядового матроса.

Поманив девушку пальцем, Вигдис направилась вниз с полуюта, пиромантша отставать на стала. Под шумок слинял и Вестгейр, явно не спешивший принимать участия в распределении задач для новичков.

– Паук, к себе их возьмешь? – поинтересовался Арнбьерн, разглядывавший парней.

– Завтра, сегодня в порту стоим, я пойду еще желающих искать. Потом всех на деле учить и начну. Отправь их к Салконцу, пускай с ним по городу походят. Может грузить чего придется, лишние руки ему не помешают.

– И то верно, – кивнул Арнбьерн. – Тогда ждите на причале, познакомлю вас с нашим баталером, с ним прогуляетесь. Он мужик деятельный, так что походите сегодня немало, готовьтесь.

– Если грузить что-то надо будет, то и разгружать придется, – нахмурился Финн. – Может я на корабле останусь, потом с этим помогу?

– Чего так? – нахмурился Бьерн.

Дагфинн кивнул на свои ноги, на что старпом лишь тяжело вздохнул, а лысый Кнуд недовольно заворчал:

– Понабирают кого попало, ладно хоть не безрукий. Учти, салага, если в шторм на своих лапах косых не устоишь и за борт вывалишься, я за тобой прыгать не буду.

– Буду падать в вас вцеплюсь, хватка у меня сильная, – фыркнул Финн, за что тут же заработал затрещину.

– Говорливый больно? Пошли я тебе ведро дам, пока Салконец телегу не прислал надо ж тебе чем-то заняться?

***

На причале Лейф прождал недолго, очень скоро на палубе вновь появился Бьерн в компании какого-то худощавого мужчины, южанской наружности. Кивнув на сидевшего внизу парня, старпом ушел по своим делам. Южанин же сбежал по сходням и оценивающе взглянул на Лейфа. Тот ответил тем же.

Мужчине на вид было около тридцати, роста в нем было столько же сколько в Лейфе, разве что в плечах рыжий, пожалуй, был даже пошире. Лицо у незнакомца было умное, с чуть блуждающим, задумчивым взглядом. Хотя в те моменты, когда он на чем-то сосредотачивался становилось заметно на сколько внимательные и цепкие у него глаза, пронзительного, серо-стального цвета. Щеки и подбородок мужчина были гладко выбриты, русые волосы собраны в хвост. Высокий, крупный лоб без залысин лишь укреплял образ явно неглупого человека.

Одет баталер был в серый камзол из плотной ткани, без каких-то изысков, хотя и без того он выглядел довольно неплохо. По крайней мере необычно, Лейф редко видел подобные одежды у земляков. Хотя он почти всю жизнь провел в небольшой деревне, может в этом дело?

– Здравствуй, – первым заговорил мужчина и протянул руку. – Грегор Кэмиллус. Можешь просто Салконцем звать, не обижусь.

– Лейф Ойвиндсон, – парень ответил на рукопожатие. – А много у кого на борту есть прозвища?

– Да считай у всех. Так проще запомнить человека, это укрепляет боевой дух, в важный момент ты скорее сообразишь, кого звать на помощь и далее, далее, далее… – Грегор явно кого-то передразнивал. – На самом деле это тянется еще с пиратского прошлого Веста, когда он ходил в команде Хархильда Вероломного. Он обожает всем придумывать клички, а остальные в этом деле не отстают. Не удивляйся, если скоро и тебе придумают. Причем, что Вест, что остальные редко проявляют особую изобретательность. Угадай, за что меня прозвали Салконцем?

– Думаю, все очевидно.

Баталер фыркнул и задумчиво покрутил перстень с печаткой на пальце. Лейф присмотрелся, но изображение на нем разобрать не смог, а просить посмотреть поближе было как-то неловко.

– Ладно, раз уж ты попался в мои руки, то пойдем, дела ну ждут, – собрался с мыслями мужчина. – Надо переговорить с парой не последних людей в Бьярге, желающих передать послания в Аульфтау, договориться с одним купцом, собравшися сбагрить нам партию янтаря и пушнины. А еще я узнал, где можно купить несколько бочек неплохой солонины, а также пару бочонков местного горячительного, который у нас на юге зовут аквавитом.

– Я так погляжу дел у нас полно, – вздохнул Лейф.

– О, мой друг, это запланировано только на первую половину дня, – усмехнулся Салконец.

Глава седьмая. Новые знакомства и старые истории

Лейф и вправду таскался за Грегором весь день. Хотя грех было на это жаловаться, учитывая, что все оказалось довольно интересно. Парень и так не отказался бы прогуляться по Бьяргу, который был куда оживленнее Тирхолла или сонного Фармонта, а вместе с таким экскурсоводом как Грегор, это оказалось вдвойне занимательно.

Как оказалось мужчина знал удивительно много, причем в самых разных областях. Лейф с интересом и даже каким-то азартом наблюдал за тем, как тот торгуется, прекрасно понимая все тонкости производства солонины или аквавита, выделки пушнины или обработки янтаря. Салконец сходу разбирался в документах и накладных, которые требовал на любой мало-мальски ценный товар. Но это было мелочью. Куда интереснее было слушать Грегора, когда они шли от какого-нибудь купца к следующему важному человеку.

Салконец хорошо разбирался в истории, знал множество легенд и сказаний, в том числе местных. Он, совсем не отвлекаясь от своих дел, походя рассказал Лейфу об истории основания Бьярга, его знаменитых людях и событиях, сотрясавших округу задолго до рождения их обоих. Как оказалось на той самой скале, где сейчас стоит замок, когда-то приносились жертвы Авгрун, с целью задобрить морскую Богиню. В местных лесах еще несколько десятилетий назад водилась какая-то жуткая тварь, убивавшая местных жителей с особой жестокостью, развешивая их выпотрошенные тела на ветвях деревьев. В половине дня же от бухты, вокруг которой так удобно раскинулся город, вроде как лежал фот какого-то старинного пирата, досаждавшего этим берегам три сотни лет назад. На борту затонувшего судна находилась огромная партия жемчуга, привезенного откуда-то с юга и захваченного тем пиратом. На его горе, подлые южане наложили на сундук с жемчугом Чудеса Нависа и Вентериуса – Богов моря и грома. Именно их силы и потопили корабль, когда не знавший поражений капитан решил заглянуть внутрь.

Одним словом, гулять по Бьяргу оказалось интересно, даже не смотря на погрузки, которые случались не так уж и редко. Причем Салконец и сам не чурался таскать ящики, тюки и бочки к нанятым подводам. Не смотря на худобу, мужчина оказался довольно жилистым.

А еще баталер на свои деньги угостил Лейфа обедом в одной из местных харчевен, где кормили безумно вкусно. Парню казалось, что уж дарами моря его не удивить, но с каким же удовольствием он съел полную тарелку похлебки с какими-то устрицами, запив это все вином, которое рыжий пробовал впервые в жизни. Сыр, который подали к напитку, тоже был очень хорош. Или просто Лейфу так редко доводилось попробовать подобные угощения, что он слопал бы что угодно?

На вопрос о том, сколько он теперь должен Грегору, тот только отмахнулся:

– Табе хорошо готовит, но корабельная пайка совсем не то, что блюдо в хорошем заведении. Угощайся пока можешь. Когда подкопишь деньжат, просто тоже угостишь меня чем-нибудь вкусным.

– А Вест вообще платит жалование? – вдруг задумался парень.

– Только сейчас решил это выяснить? – усмехнулся Грегор. – Платит, не боись. Ты же пока рядовой матрос? Крону в седмицу получать будешь, неплохо для начала.

На взгляд Лейфа это было не просто неплохо, а очень даже хорошо. За всю свою жизнь он денег в руках считай и не держал, так что даже не представлял, как много можно купить на одну серебряную монету.

– А наш обед во сколько обошелся? – решил уточнить рыжий.

– Шестнадцать эре с учетом вина. Оно пускай далеко не элитное, но вполне неплохое.

В одной кроне было сорок медных эре. При учете, что питаться можно и в более дешевых местах, выходило не так уж и плохо. Но вот об ответном угощении расщедрившегося баталера пока можно было и не думать.

– Не забывай про долю от добычи, – Салконец заметил, что его собеседник погрузился в раздумья. – Десятая часть найденных богатств отходит короне, еще десятая Рерику Йонсону, как адмиралу армады. Оставшаяся часть распределяется Вестом. Себе он решил взять две доли, с обещанием награждать отличившихся именно со своей добычи. Еще четыре доли он поделит меж людьми, занимающими важные посты на «Змее». Как понимаешь на команду приходиться две – не так уж и мало, при учете, что обычно выделяют лишь одну долю.

– Да деньги меня не так уж и волнуют, – пожал плечами Лейф. – Мне интересно само путешествие. Если удастся на этом заработать – отлично, хотя бы вернусь домой не с пустыми руками. Нет – ну и Забытые с ними!

Грегор усмехнулся и допив вино встал из-за стола:

– Значит ты здесь ради идеи? Похвально, но не удивительно в твоем-то возрасте. Тебе ведь еще нет двадцати?

– Восемнадцать будет в конце лета, – подстраиваясь под шаги собеседника, ответил Лейф.

– Да уж, в твоей возрасте я тоже грезил, пускай и не путешествиями, но… Деньги меня волновали не больше твоего. Вестгейр другой.

– Разве? Я думал он плывет за океан, чтобы найти земли, на которых еще не бывала нога человека.

– Ну да, – легко согласился Салконец. – Плывет, чтобы ступить на них и начать владеть. Деньги у Веста есть, они начали водиться в его карманах примерно в твоем возрасте. Есть даже власть, какая-никакая, но вот земли… Он ведь простолюдин, такой же рыбак, как и ты, вроде бы даже родом с твоей стороны.

Для Лейфа это было открытием. Он никогда не задумывался о детстве Вестгейра, о том, как тот пришел к тому, что имеет. До недавнего времени Вест был для него полулегендарной фигурой, которая казалось чуть более реальной чем остальные лишь благодаря дяде, который был с ним лично знаком. Не от того ли, что знал Веста еще в детстве? Как иначе объяснить, что бывший Охотник и прославленный купец так запросто общались друг с другом?

– Почему бы Вестгейру не купить земли здесь? – спросил Лейф вообще не о том, о чем думал, явно немного сбитый с толку.

– Думаешь все так просто? Даже на севере живет не так уж и мало людей. А сколько из них имеет хоть какую-то родословную? И ведь каждому пятому сыну, четвертого бастарда самого занюханного ярла или барона хочется владеть хоть чем-то, хоть махонькой деревушкой. Деньги решают много, но кровь, как частенько говорят, не водица. Вест мог бы жениться на какой-нибудь баронской дочке или вроде того, но Вигдис его не отпустит, – Салконец усмехнулся. – Сдается мне, хоть они и не женаты, их клятвы друг другу заверены Богами.

Вновь поболтать удалось лишь ближе к вечеру, когда с делами в Бьярге было покончено и парочка направилась обратно в порт. Сумка Грегора пополнилась несколькими посланиями и документами, а к «Змею» за день уехала не одна телега различных грузов. Салконец не брезговал даже малейшими услугами и возможностями, заключая сделки и просто знакомясь с различными людьми.

– Слушай, Грегор, – не смотря на разницу в возрасте, Лейф обращался к старшему товарищу на ты с его разрешения. – Если Вест в прошлом обычный рыбак, как он смог подняться так высоко?

– Ну, история там долгая. Возможно, не всё он сам желает рассказывать, – задумался Салконец. – Я точно знаю, что жизнь свою с приключениями Вест связал очень рано. Лет в десять, когда рыбацкий кнорр с ним, отцом и еще несколькими людьми унесло в океан во время шторма. Они уж думали им конец, твари, жившие на глубине, их сожрут. Но все оказалось еще хуже – судно кинуло на скалы возле крохотного скалистого острова. Те, кто выжил, вскоре поняли, что есть им нечего и даже воду добыть неоткуда. А кнорр дал сильнейшую течь, уплыть не получиться. Уж не знаю, сколько они провели на том острове и чем питались. Не удивлюсь, если друг другом. Но выжил только Вест, хоть и находился на последнем издыхании, когда его подобрал случайно проходивший мимо фот Хархильда Вероломного.

– То есть к пиратам он попал уже в десять? – удивился Лейф.

– Ну да. И за следующие шесть лет на «Горьких слезах» – фоте Хархильда, неплохо наловчился работать веслом и мечом. Свой, скажем так, стартовый капитал он сколотил именно там. И сумел его сохранить, потому что уже тогда любил, как воины древности, украшать свои руки браслетами. Когда «Слезы» атаковали два гертонских фота – одному тамошнему ярлу они в тот раз сильно насолили – Вест бросился за борт почти со всем своим богатством. А заодно клинком Хархильда, к тому времени уже мертвого.

– Это его меч Вест носит на поясе?

– Угу, Хладный укус, переименовывать меч Вестгейр не стал.

– И что он выплыл со всем этим добром? – рыжий немного засомневался.

– Не веришь? – усмехнулся Салконец. – А если бы твоя жизнь зависела только от того, удастся ли выгрести к не такому уж и далекому берегу? К тому же Вест до сих пор своей силы не растерял. А уж в шестнадцать лет, шесть из которых он провел на весле, мощи в нем, наверное, было как в диком туре.

Лейф уважительно кивнул, почувствовав легкую зависть. Он и сам был парнем неслабым, пускай ему иногда и говорили, что было бы не лишним немного жирка нагулять, а то уж больно он сухой, но Вестгейр и в правду внушал уважение. А уж в его то возрасте тот, пожалуй, дал бы десять очков форы Лейфу. Потому рыжему и было до жути завистно, хотелось доказать, что он тоже чего-то стоит. «Вот если бы я пол жизни не овец пас, а упражнялся с мечом и ходил по морю на фоте, тогда мы бы еще посмотрели, кто кого,» – вздохнул парень.

Возможно, Грегор рассказал бы юноше еще много чего интересного, но они уже добрались до порта и из-за шума и толкотни стало немного не до разговоров. На встречу им попался прихрамывающий Арнбьерн, видимо направлявшийся в какой-нибудь кабак. Завидев Салконца, старпом помахал тому рукой, приветливо улыбнувшись:

– Ну как, закончил со своими делами?

– В Бьярге да, – кивнул Грегор, на что собеседник лишь рассмеялся.

– Ну я и не сомневался. Парнишку-то не загонял?

– Ему вроде наоборот понравилось.

Лейф тут же закивал, вызвав у старпома еще одну улыбку:

– Ладно, шагайте. А я выпить схожу, сегодня за старшего Паук, так что не балуйте там.

Насвистывая какую-то мелодию, мужчина попрощался и неторопливо поковылял вглубь порта. Грегор и Лейф же направились на корабль. Рыжий, оглянувшись по дороге, поинтересовался:

– А у Бьерна какое прозвище?

– Арнбьерн Стальной, потому что Охотником он именно до такого жетона дослужиться сумел. Успел еще с Редалией пободаться, когда война с ними началась в Брихольме. А потом ушел, как закон «О национальных Охотниках» приняли и к Весту присоединился, тот как раз в устье Солы тогда околачивался.

О законе Лейф слышал, но понимал его смутно. Что-то о том, что Охотники больше не являлись нейтральной силой, вхожей куда и когда угодно. Теперь страна регистрации четко определяла политическую принадлежность Охотника. Никто не хотел повторения Брихольма, когда де-юре территория Редалии оказались захвачена хальрадскими Охотниками, после чего передана тогдашнему королю Хальрада. Проделано все было нагло, просто на правах сильного и пришедшего первым.

Кроме того, закон запрещал Охотникам вступать в войны на чьей-либо стороне, под угрозой утраты жетона. Видимо потому Арнбьерн и покинул Гильдию, показав немного патриотизма.

На корабле вроде как прибавилось народу, на сколько Лейф мог судить. Распрощавшись с Грегором он растерянно замер, не зная куда податься. На счастье Финн ждал его на старом месте и помахав привлек внимание друга.

– Ну как город?

– Зря ты с нами не пошел, Салконец столько интересного рассказывал, – Лейф с облегчением растянулся на палубе рядом с другом, только теперь сообразив, как устал. – Да и с самим городом даже Тирхолл ни в какое сравнение не идет.

– Да я прогулялся немного, когда время свободное было, – пожал плечами Финн. – Да и меня гоняли недалеко, по поручениям всяким. Новеньких набрали, кстати, человек пятнадцать. Еще в Аульфтау столько же наберем и хватит вроде как.

– Это сколько всего будет?

– Под сотню человек команда выходит. Вест с обоих фотов своих самых опытных людей снял, но все равно добирать приходиться. Но хотя бы не все новички как мы будут.

– За себя говори, – хмыкнул Лейф, но товарищ его приспустил на землю.

– Ну на веслах ты, положим, получше меня ходишь. Узлы там знаешь и все такое. Но с местным такелажем управишься? Мачт тут аж три штуки, да и побольше они, чем на фотах будут. С ними тоже разберешься? Тут опытные-то моряки, уже ходившие с Вестом, учиться вынуждены, что уж о нас говорить.

– Ладно, твоя правда, – вздохнул рыжий.

Друзья еще какое-то время посидели на палубе, обсуждая прошедший день, пока из трюма не поднялся здоровенный парень или уже молодой мужчина в жилете на голое тело, даже выше Веста ростом и заметно шире Финна в плечах. Хотя лицо при этом у здоровяка было довольно доброе и немного мечтательное, не смотря на здоровенную челюсть, которая придавала ему квадратную форму, и густые темно-рыжие бакенбарды.

– Коваль, лопать иди! – гаркнул парень, завидев Финна, и добавил, глянув на Лейфа. – И друга своего рудого тоже бери.

– Идем! – Дагфинн с кряхтением поднялся на ноги.

– Это кто?

– Бруни, все его Троллем зовут. Он у Вестгейра рулевым был, на «Змее» им же остался. Сильный, зараза, на руках с ним боролись, левой он меня сделал.

Бруни ждал их у спуска в трюм, крепко пожав Лейфу ладонь, когда тот подошел. Хватка у него и вправду оказалась крепкая, что не удивительно с его-то ручищами, но при этом держался и вел себя он довольно добродушно и приветливо.

Новый знакомый показал Лейфу общую каюту для рядовых матросов, где расположили всех новичков, после чего проводил на камбуз. Про то, что коком на «Змее» был выходец с архипелага, рыжий уже знал, но все равно удивился, встретившись взглядом с совсем не привычными чертами лица местного повара. Впрочем, восточник к чужому интересу отнесся спокойно:

– Мурио Табе. Табе – это имя. Будем знакомы, – коротко представился он, на довольно чистом северном наречии.

Ростом кок был примерно с Финна, может чуть пониже, но на фоне широкоплечего кузнеца смотрелся совсем несерьезно. Уж больно худым казался, особенно из-за чуть вытянутого, узкого лица, на котором заметно выделялись скулы и раскосые глаза. Волосы у восточника были черные как смоль, самые темные, которые Лейф когда-нибудь видел за жизнь. Кок собирал их в пучок на затылке, чтобы не мешались во время готовки.

– Ого, вы хорошо по-нашему говорите, – одернул себя рыжий, перестав пялиться на мужчину и принимая из его рук тарелку.

– Быстро учусь, – пожал плечами Табе. – Да и времени полно было. С Вестгейром я с его первого плавания на мою родину.

– Немало, – удивился Лейф и замолчал, не зная, что еще сказать.

Занятый раздачей пищи Табе видимо и сам был не особо настроен на разговор, но намекнул на это довольно вежливо:

– Ступай, поешь. Салконец, наверно, загонял тебя за день.

Благодарно кивнув, рыжий вслед за товарищем слинял обратно на палубу, предпочтя поужинать там, а не в темноте трюма. Здоровяк-Бруни решил составить им компанию.

– Можешь, кстати, не смущаться и его Чужаком звать, – рулевой кивнул на спуск в трюм, явно имея ввиду Табе. – Он не обижается, его так с самого начала прозвали.

– Не больно-то приятное прозвище, – нахмурился Лейф.

– Да говорю же, нормально все, – Бруни пожал плечами, во всю работая своей мощной челюстью. – Хотя, может Чужаку и надоест когда-нибудь… тогда он нас всех отравит, а никто и не поймет.

Хохотнув над своей простенькой шуткой, парень вернулся к еде, снова весьма недурной. В корчме, конечно, готовили получше, но Лейф все равно уплетал горячую похлебку так, что за ушами трещало. Впрочем, между делом он успел уточнить у Финна:

– А Нэрью не видно?

– Она с Вигдис почти весь день в каюте провозилась, я пару раз с ней пересекся, – пожал плечами Дагфинн. – На обеде и потом еще, когда они на палубу поднимались. Вигдис вроде как уже учить ее взялась.

– Вот как, – Лейф не нашелся, что еще ответить и грустно замолчал.

Ему хотелось и Нэрье рассказать о том, что он сегодня видел в городе или слышал от Грегора. Предательская мыслишка кольнула сознание: «Она полконтинента прошла, от Болот и практически до Холодных островов, чего ей твои россказни? Думаешь она мира не видала? Для нее Бьярг – всего лишь небольшой городок».

– Ладно, зато на море я уж точно найду, чем ее удивить, – буркнул себя под нос парень.

– Ты что-то сказал? – Финн отвлекся от разговора с Бруни.

– Да так, устал что-то.

– А, ну ступай в трюм, падай спать. Помнишь, где твой гамак? – участливо поинтересовался Тролль. – Учти только, что Кнуд, это лысый такой, со шрамом на пол хари, за порядком следить уж больно любит. Так что ночью по палубе особо не шляйся.

Благодарно кивнув, Лейф сполоснул тарелку, вернул ее на камбуз и поплелся в общую каюту, искать свое место. Можно было бы заночевать на палубе, как и вчера, радуясь свежему ветерку. На сколько свежим тот мог быть посреди довольно крупного порта, но рыжий решил не лезть на рожон. Вряд ли Кнуд, который являлся боцманом, оценил бы подобное самоуправство.

А еще Лейф немного пожалел, что не узнал у кого-нибудь, где каюта Вигдис и Нэрьи. Не факт, что его были бы рады видеть, но можно же было хотя бы попробовать туда наведаться? Вдруг пиромантша не стала бы его прогонять? Широко зевнув, рыжий удрученно качнул головой. «Завтра узнаю, где ее каюта, а может и так где-нибудь увидимся. Корабль все же не на столько большой, чтобы ни разу за день не встретить человека».