Текст книги "Холод родных берегов (СИ)"

Автор книги: Likitani

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц)

Глава вторая. Нежданные гости

Проснулся Лейф как обычно ни свет, ни заря. У печи чем-то шуршали сестра и мать, переговариваясь в полголоса, явно готовя завтрак. Дверь в комнату дяди были приоткрыта, тот похоже уже проснулся. Парень тоже не стал разлеживаться и сполз с лавки, натянул штаны. Позевывая, вышел на улицу, чтобы умыться из бочки.

Солнце еще не взошло из-за холмистого горизонта, хотя небо уже алело во всю. Летний день долог, использовать его приходилось по максимуму. Чтобы потом зимой не выть с голоду.

Дядя появился из сарая, неся с собой рыбацкие принадлежности. Лейф взглянул на него с тоской, ему тоже хотелось выйти в море, пускай и недалеко от родного берега. Хвельгрин понимающе глянул на племянника, улыбнувшись одними глазами:

– И хотел бы тебя обрадовать, да не могу. С соседом подменишься, пускай и за нашей отарой приглядит. Надо на нашем участке траву косить начать, погода сухая стоять должна.

– Хорошо, дядя, – кивнул парень, вздохнув про себя.

Косить даже на одну корову и теленка придется немало, а ведь есть еще овцы. За лето еще раз, другой свой участок убрать придется. И обязанность эта ложиться именно на Лейфа, потому что брат пропадает в лесу, а дядя в море. Вселенская несправедливость.

Умывшись и принеся воды скотине, парень отправился завтракать. Пища была немудреной, но сытной – вчерашняя рыбная похлебка, немного сыра и хлеб. Запить все можно было домашним квасом, по крепости почти сравнимым с легким пивом. Но это так, к слову.

Овец выгнать пришлось самому, уже на холме передав наблюдение за ними соседскому сыну, парнишке на тройку лет младше Лейфа. Между делом немного поболтав с приятелем, рыжий вернулся домой за косой, подправил заточку и только затем отправился на покос к делянке их семьи.

Трава на относительно ровной верхушке холма вымахала высокая, почти по пояс Лейфу. Еще немного и станет грубовата после высыхания, тянуть с сенокосом было нельзя. Вздохнув, парень перехватил инструмент и с сочным свистом в первый раз провел лезвием вдоль земли.

Особо усердствовать рыжий не старался – лишь быстрее забьешь плечи, да взмокнешь на вышедшем из-за горизонта солнце. Работа при этом никуда не убежит, уж лучше работать размеренно. Почти как на веслах грести, даже движение чем-то похоже. Лейф сделал вид, что гребет косой и усмехнулся – почти зеркальное отражение. Получается моряк – полная противоположность землепашца, уже кто бы мог подумать! А Лейф хотел бы быть мореходом, значит занимается сейчас абсолютно не тем делом. Какие же «неожиданные» выводы»! Парень невесело усмехнулся, продолжая косить траву.

Солнце вскоре начало хорошенько припекать, в траве скрипели кузнечики, жужжали пчелы, на утесах кричали чайки, а из лесу им отвечали тамошние птицы. Со склонов блеяли овцы и козы, иногда слышались голоса людей, шумел прибой в скалах. Лейф думал о чем-то своем, не обращая внимания на то, как шаг за шагом продвигается по полю. Трава ложилась за ним ровными слоями, подставляя свои сочные стебли солнцу. Пару раз прочь бросались мыши, вырывшие свои норы в не самом удачном месте, но рыжий не обращал на них внимания.

Лишь раз его отвлекла от работы какая-то суета – на ближней к лесу части деревни, отдаленной от парня, произошло какое-то оживление. Вглядываться Лейф не стал, лишь утер пот рукавом, и продолжил работу. О причинах столпотворения его оповестила сестра, в обед принесшая еду:

– Халкон с другими охотниками вернулся, – поливая брату на руки из кувшина, сообщила Фрита.

– Жалко, – хмыкнул Лейф, за что заработал легкий подзатыльник.

– Не язви! Я же знаю, ты любишь Халкона. Мы ведь все одна семья.

– Но братец, если ему свой дом выстроим, от на съедет. Может его стоит любить не так сильно? – маленькая ручка сестры вновь прошлась по затылку, заставив рыжего снова рассмеяться.

Вытянув ноги, Лейф с наслаждением расселся на скошенной траве, заглянув в корзинку с обедом. Хлеб, немного сыра, кувшин кваса и пара вездесущих рыбешек, поджаренных с зеленью. Впрочем, работнику было без разницы, чем обедать, на еду он накинулся с охотой. Сестра сидела рядом, слушая луговые звуки и в пол глаза наблюдая за братом.

К концу обеда девушка напомнила:

– В общем приведи сегодня себя в порядок после работы. Брат с невестой придут ужинать. Наверное, и семья ее будет. Уж не расстраивай маму, она сильно переживает.

– Ладно, сполоснусь в реке. Рубаху почище мне достань не забудь только, дома переоденусь, как приду.

– Обижаешь, – фыркнула сестра. – Уже достала. Ту синюю, с вышивкой по воротнику и рукавам. И пояс с бронзовой застежкой в виде змея, который тебе дядя подарил.

– К нему бы сакс хорошо и ножны расшитые, – заметил Лейф.

– С семьей за столом при оружии сидеть нехорошо, – пожурила Фрита. – Мама расстроиться, если его достанешь. Да и перед кем тебе ножом красоваться?

– Да будто я не понимаю, пошутил просто, – отмахнулся парень, вновь берясь за косу.

Боевой нож ему тоже подарил дядя, несколько лет назад, но доставал его Лейф не очень часто. Работать было сподручнее небольшим ножичком, который всегда висел в ножнах на поясе. Сакс был слишком тяжелым, самое то, чтобы прокалывать кольчугу врага, рубить его плоть или искать уязвимые места в броне. Но в обычной деревенской жизни под рукой всегда был более подходящий инструмент. Потому для парня сакс стал лишь еще одним напоминанием, о размеренности и предсказуемости его судьбы. Лежать ему и лежать в сундуке, рядом со старым снаряжением дяди.

За весь день парень успел скосить около половины их участка. Было бы славно, помоги ему кто-то, удалось бы закончить за день, но о подобном оставалось только мечтать. Рабочих рук всегда не хватало, даже в больших семьях. Как раз, потому что они большие. Поди всех прокорми.

Ближе к вечеру, когда солнце уже начало клониться к горизонту, обещая вскоре упасть в бескрайнее море, Лейф побрел прочь с участка. Сделав крюк, рыжий заглянул на реку, с огромным удовольствием искупавшись и смыв пот. Хорошо бы в бане попариться, но и топить посреди седмицы ее придется самому. Хотя может брат ее подтопил? Надо было заглянуть домой, прежде чем идти на реку, но Лейфу туда, если честно, совсем не хотелось. Снова эти тягомотные посиделки с «дорогими» гостями, которым до парня совсем не было до них дела. Впрочем, рыжий отвечал на это взаимностью.

К тому времени как Лейф вернулся домой, все уже почти собрались. Большой стол вынесли во двор, вокруг него расставили скамьи и стулья, накрыли скатертью. Рядом суетились мать с Фритой и Ауд, невеста брата, вместе с ее матушкой и младшей сестрой. Мужчин где-то не было, возможно пошли на берег встречать дядю, рыбаки как раз должны были вернутся.

Поздоровавшись со всему, Лейф отнес косу на место и между делом поинтересовавшись у матери, отлучавшейся в дом, куда пропал брат. Его предположение оказалось почти верным:

– Ушли на пристань, хотят у рыбаков узнать про корабль.

– Какой еще корабль? – удивился рыжий.

– С юга идет, под парусами. Большой, даже больше боевых фотов. Вряд ли рыбаки видели знают нашего, но еще до ужина корабль будет мимо нас проходить, сами все увидим.

Лейф вышел из дома и вгляделся в горизонт, с удивлением обнаружив там паруса. Как он не заметил их с холма? Видимо совсем ушел в работу или корабль появился пока он плескался в реке. Все что пока можно было сказать точно, так это то, что у неизвестного судна было две или три мачты. Очень серьезно! На севере почти никто не ставил больше одной, полагаясь на весла, в случае необходимости.

Поразглядывать море ему не дала сестра, с тихим ворчанием загнав обратно в дом и заставив переодеваться в чистую и праздничную одежду. Упрямится Лейф не стал и к приходу мужской части гостей уже был приодет.

Братья поприветствовали друг друга сдержанными кивками, но под строгим взглядом матери все же обнялись, хорошенько сдавив друг другу ребра. Пару мгновений казалось, что еще немного и кто-то полетит в пыль, брошенный через бедро другим, но все обошлось и парни разошлись, довольно улыбаясь.

– Неплохо, неплохо, – фыркнул Халкон, поправляя рубаху. – Я уж боялся, что ты тут в одиночестве совсем захирел и расслабился.

– Не дождешься. Я еще и состарюсь позже тебя, успею отыграться за то, как ты гонял меня в детстве, – хмыкнул Лейф.

– До вашей старости, я успею вам обоим всю дурь из голов вытрясти, – дядя отвесил хорошего подзатыльника младшему и ткнул кулаком старшему под ребра да так, что Халкон аж согнулся. – А ну хватит мать злить, прекратили лаяться.

– Мы еще не начинали, – не удержался Лейф и отскочил в сторону, чтобы не заработать еще одну оплеуху, тут же постаравшись перевести тему. – Дядь, а что за корабль с юга идет?

– Почем мне знать, скоро сами рассмотрим. А через пару дней и узнаем, как с Тирхолла вести придут.

В Фармонте всегда было так. Хоть поселение и стояло на берегу моря, крупные суда редко здесь приставали, выбирая для стоянки устье более крупной реки, возле которого и стоял Тирхолл, некогда крепость местного ярла, а теперь ладный торговый городок.

Стали рассаживаться за столом. Во главе посадили Халкона с невестой. Лейфу это все немного напоминало всамделишную свадьбу, хотя до той было еще несколько седмиц. Чем-то происходящее походило на ее репетицию. А говорили ведь, что обычный ужин будет!

Место рыжему досталось возле дяди и сестры, матушку пропустили поближе к старшему сыну. Лейф был совсем не против подобной расстановке. Хвель хорошо к нему относился и с ним можно будет поболтать, когда важные, но такие нудные на взгляд юноши, разговоры за столом прекратятся. А пока парень предпочел налечь на еду, все же мясо даже их семья готовила редко, не смотря на охоту брата. Дичь может и была жестче домашней скотины, но в сравнении с набившей оскомину рыбой, это было что-то безумно вкусное. Хотя даров моря на столе тоже хватало и нос от них никто не воротил, нечего добру пропадать.

За ходом разговора юноша почти не следил, там обсуждали детали свадьбы, строительства будущего дома и налаживание хозяйства для новой семьи. Дядя пока тоже был занят, к его мнению прислушивались и постоянно им интересовались, потому болтать приходилось с сестрой, а заодно вглядываться в паруса на море. Неизвестный корабль был все ближе, теперь Лейф отчетливо видел, что у того было три мачты. Вскоре стали различимы крохотные человеческие фигурки на палубе и снастях, можно было примерно оценить размеры судна. И те впечатляли! Раза в два длиннее фота и куда выше его палубой, из-за чего Лейф даже не пытался найти на нем весельную оснастку. Ясно как день, что такая махина ходит лишь под парусами.

– Дядь, а это не южанский корабль? – в полголоса уточнил парень, улучив момент затишья в разговоре.

– У соседнего Гертона есть парочка таких, – пожал плечами Хвельгрин. – Но в основном да, их Редалия и Балакия делают, хотя в Брихольме верфи тоже налаживать начали, скоро и у нас что-то кроме фотов появиться.

– А раньше, чего не делали?

– А зачем? Меж наших островов проще на фотах ходить, с востоком торговать на них же сподручнее, потому что из Солы в Орию надо волок пересекать. На такой махине далеко в океан уйти можно, да только опасное это дело.

Тут Лейф даже не пытался спорить. Все, кто жил на побережье знали, что далеко в море, когда лот переставал цеплять дно, вода кишела морскими тварями, которые даже Слуг не слушались, на столько были древни и неуправляемы.

А неизвестный корабль тем временем приближался, привлекая к себе все больше внимания собравшихся за столом. Почему-то судно шло довольно близко к берегу, по самому краю отмелей. Еще и паруса на нем начали спускать, будто собирались приставать.

– У них хороший лоцман, – задумчиво протянул Хвель. – Местные воды знает.

– Приставать будут?! – восторженно воскликнул один из младших братьев Ауд, невесты брата.

– Берег на позволит, нет у нас толковой бухты для такого судна, – буркнул Хвельгрин. – Спустят шлюпку скорее всего.

Так и оказалось, на воду опустилась небольшая шлюпка, человек на пять от силы, и споро направилась к гавани, где, видимо, кого-то высадила и сразу вернулась. Корабль вновь начал набирать ход, явно направляясь в сторону Тирхолла, чем вызвал новую волну обсуждений. В Фармонте судно никто не узнавал, так какой смысл здесь высаживаться незнакомцам?

– Пап, а можно мы на берег сбегаем? Посмотрим кто приплыл? – начали канючить младшие братья и сестры Ауд.

Мельник думал не долго, махнув ребятне, тут же унесшейся прочь со двора. Лейф с сестрой остались на месте, хотя Фрите явно было любопытно. Но брат, к ее огромному удивлению, остался на месте, о чем она и спросила его в полголоса. Лейф заговорщицки прошептал в ответ:

– На дядю посмотри. Он явно что-то подозревает, лучше тут останемся.

Хвельгрин и правда сидел в состоянии крайней задумчивости, больше не принимая участия в разговоре, который вскоре плавно сошел на нет. Бывший Охотник задумчиво смотрел на побережье, будто чего-то ожидая. И видимо не зря, потому что вскоре на дороге к их дому появилась пара незнакомцев, сопровождаемая на небольшом удалении целой толпой из ребятни и прочих зевак.

Первым был мужчина, явно северянин, с длинной светлой косой и выбритыми висками. Обветренное морскими ветрами добродушное, но волевое лицо, украшала ухоженная борода и усы. Ростом тот весьма удался, а лет незнакомцу на вид было примерно столько же сколько Хвелю. Разве что одет светловолосый был не в пример лучше не только бывшего Охотника, но вообще всех в деревне. Его легкий кафтан был расстегнут, под ним виднелась рубаха из какой-то тонкой материи, на расшитом поясе висел меч с богатой рукоятью и в дорого украшенных ножнах, на запястьях побряцывали золотые и серебряные витые браслеты.

Под локоть с мужчиной шла девушка или молодая женщина, может на десяток лет младше матери Лейфа. Волосы у нее были светло-русые, чуть темнее чем у спутника, мягкими волнами ниспадающие до пояса. На весьма красивом лице особенно выделялись пушистые ресницы и чуть пухлые губы, с которых не сходила полуулыбка. Она была ниже мужчины почти на голову, оставаясь при этом вполне обычного, среднего роста. Зато ее фигуру с тонкой талией, назвать обычной язык точно не поворачивался. В богатстве одежды девушка тоже не отставала, облачившись в приталенную рубашку из той же мягкой материи, а поверх нее курточку с воротником их меха черной лисы. Приемлемо для начала холодного северного лета, особенно поздним вечером. Вместо юбки или платья незнакомка носила штаны, чем явно привлекала к себе дополнительное внимание у мужской части зевак, и полусапожки. Из оружия девушка могла похвастаться лишь саксом в богатых ножнах. И да, она тоже была северянкой.

Хвельгрин встал из-за стола, когда наконец-то сумел разглядеть гостей, и двинулся к открыты воротам. Разглядев кряжистую фигуру бывшего Охотника, светловолосый радостно воскликнул:

– Хвель, сколько лет сколько зим! Боялся, что не застану тебя!

– Да куда я денусь, Вест, – хмыкнул Охотник, шагнув на встречу старому знакомому.

Мужчины крепко обнялись и перебросившись парой фраз направились к столу, за которым все с нескрываемым любопытством разглядывали нежданных гостей.

– Надеюсь я не сильно помешал? Вижу у вас тут и без меня был повод собраться, – догадался незнакомец-Вест, разглядывая накрытый стол.

– Обсуждали планы на свадьбу племянника, но думаю Эрна не будет против, если вы к нам присоединитесь? – Хвель вопросительно глянул на сестру.

– Не против, сейчас накроем и на гостей тоже, – женщина начала подниматься из-за стола.

– Погоди, дай я хотя бы своих старых друзей представлю, – придержал сестру Хвельгрин. – Это Вестгейр Йоргенсон, мой старый товарищ, имя которого в последние годы много у кого на слуху. И Вигдис Агмунддоттир, давнишний член его команды, в последние годы не слишком любимая Церковью.

– И это еще мягко сказано, – улыбнулась Вигдис, поправляя волосы.

Лейф во все глаза смотрел на гостей, наконец-то их вспомнив. По крайней мере мужчину, которого в последний раз видел в детстве, когда он навещал дядю. Но даже без этого в последние годы тот и правда приобрел определенную известность, прославившись как удалой купец и пират по прозвищу Вестгейр Мореход. Даже в Формонте слыхали про его дерзкие походы на восток, к Лунному архипелагу, прямо во время кипевших на юге войн.

– Ладно тебе, Хвель, не вздумай нас расхваливать. Сам ведь сказал, что мы здесь как твои друзья, а не как прославленные особы, – хмыкнул Вест, усаживаясь на выделенное ему место на одной стороне с семьей Ауд. – Да уж, а ведь и правда сколько лет прошло! Уже и племянников своих женишь. Халкон ведь, кажется?

– Да, герр Йоргенсон. Вы меня помните? – удивился брат, чувствовавший себя немного не по себе, как и все за столом.

– Просто Вест, – замахал ладонями Мореход. – Конечно я вас всех помню, хотя за годы вы, конечно, сильно изменились. В лучшую сторону, само собой. Да и невеста тебе под стать красавица, так что грех не выпить за скорую свадьбу!

Ауд зарделась, зато ее отец довольно расправил плечи и закивал, оглаживая бороду. А потом всем ненадолго стало не до комплиментов, над столом вновь взметнулись кружки с пенными напитками.

Вестгейр тем временем перевел свой взгляд дальше, наконец-то посмотрев на Лейфа и Фриту, тоже вспомнив их имена:

– Да уж, вы то еще больше брата изменились. Фрита, помнится, тогда говорила все больше на своем, дитячьем языке, когда я в последний раз у вас был.

– Лет десять считай прошло, – кивнул Хвель. – И я так погляжу торговля с востоком деньжат немало приносит.

– Но и голову снять могут легко, – пожал плечами Вест. – Знал бы ты как во время первой войны, еще только с Редалией, мы иной раз обратно по Соле возвращались с трюмами под завязку гружеными! Свои то на нас косо поглядывали, а уже если с южанами столкнуться доводилось… Хальрадский купец для них, что для тебя рыбка в море. Уж если попадется, то не отпустят. По ночам идти приходилось, повезло, что реку полностью не перекрывали, боялись еще, что в ней пакость какая осталась.

– А вы не боялись? – не удержался Лейф.

Мореход только усмехнулся и закинул в рот кусочек мяса:

– Некогда было. Хотя, по правде сказать, тварей там еще хватало, что на берегу, что в реке. Может потому и проскочили. А еще у Редалии флота толкового в Соле не было, устье то мы держим. Там, где у них граница с Балакией по реке проходит, какие-то суденышки они на воду спустили, но нас такой мелочью не удержать было.

– Слыхал я, что в другой раз южане уж вместе за нас взялись и Редалия и Балакия, – заметил мельник.

Вестейгр кивнул и недовольно цыкнул:

– Ну это уже через пару лет после первой войны было. Но на реке всех ловили, это да, она же через балакийские земли петляет. До Брихольма тогда никак не спуститься было, пришлось со знакомыми купцами все по суше отправлять, хотя и не скажу, что уж совсем дешево тогда распродались. А сами обратно отправились, на архипелаге немного «отдохнули», знакомствами новыми пообзавелись, а ближе к концу войны обратно двинулись. Последние четыре года спокойно торгуем, хотя южане точно еще одну заварушку затевают, не нравится им, что Солу север контролирует.

Многие за столом согласно закивали, прекрасно понимая, что северянский Брихольм стоит костью в горле Редалии, которой де-юре и принадлежит. Ульфа II, покойного тогда еще только конунга Хальрада, не зря прозвали Подлым, за то, как под шумок Похода он ловко присвоил себе южные земли.

– А сейчас-то ты куда направляешь? – вернулся к разговору Хвель. – Корабль явно не для речных путешествий взял, на таком в Соле делать нечего.

– Верно мыслишь. Да только появились тут вести, что кайзеру Ингвальду Ульфсону захотелось славы сравнимой с отцовой. А для того ему нужны отчаянные ребята на лучших кораблях, которые только можно сыскать. В торговле я преуспел, деньги имеются, а вот от славы и сам бы не отказался.

– И что наш владыка задумал? – нахмурился Хвельгрин.

– Сущую мелочь, – улыбнулся Вест. – Всего-то покорить Океан Одного берега.

Глава третья. Предложение

Свежие новости вызвали за столом нешуточное оживление. Конечно, что-то предвещавшее данное событие намечалось уже давно. Даже в Формонте слыхали про то, что в столице нечто готовиться. Большинство считало, что скоро быть новой войне и корабли собираются как раз для нее. Звучало логично, ведь если снова придется сражаться с Редалией, надо было чем-то блокировать ее порты.

Особо известие заинтересовало Лейфа и без того слушавшего Веста со всей внимательностью.

– На сколько я знаю главным над всей армадой встанет герр Рерик Йонсон. Он хороший моряк, участвовал в обоих недавних войнах, да и возраст еще позволяет отправиться в долгое путешествие, – продолжал Мореход.

– Слыхал про него, – кивнул Хвель чуть нахмурившись. – Товарищ детства Инглейва – бывшего главы хальрадских Охотников. Не последняя фигура при кайзерском дворе.

– Угу. Я отправил ему письмо с голубем, о своем желании учувствовать. Ответа, естественно, ждать не стал. Сорвался с верфей в Брихольме, как только мой «Длинный змей» оказался достроен. Думаю, еще успеваю, лето только началось, так что вряд ли армада уже вышла.

За столом вновь загомонили. Приятно было хотя бы так приобщиться к чему-то столь знаменательному. Дурная слава западного океана пугала многих, но об неудаче и опасностях морского пути сейчас вспоминать не хотелось. Всем казалось, что они уже сидят рядом с человеком, покорившим неизведанные воды.

Лейфа чуть ли не трясло от возбуждения. Мыслями он тоже был где-то там, на палубе огромного корабля, бороздил бескрайние моря и океаны. Вот это жизнь! Он бы все отдал, ради того, чтобы хоть ненадолго почувствовать этот дух приключений, о котором так долго мечтал. И следующие слова Веста лишь сильнее разожгли это желание:

– Но, если честно, с кораблем пока не все гладко. Точнее с его командой. Я забрал своих толковых ребят со старого фота – «Алого угря». По итогу, как бы смешно это не звучало, мне не хватает простых матросов! Есть и старпом и боцман, кок родом с архипелага, Вигдис в качестве судового врача, толковый баталер и знающий лоцман. Немного умелых ребят, кто разбирается в корабельной оснастке, а не только на веслах сидеть горазд, тоже прихватил с собой. Но все равно не хватает обычных матросов, пускай даже таких, которых придется учить уже на ходу. Готов и на это! Лишь бы парни были смекалистые.

– Успеешь набрать до того, как придет пора отправляться в плавание? – осторожно спросил Хвельгрин.

– Мои ребята для того и направляются дальше, в Тирхолл, начнут искать матросов там. А я, как ты уже догадался, не только похвастаться к тебе заскочил.

– Нет, Вест, – скривился Хвель. – Я устал от путешествий и приключений.

– Десять лет прошло, – тихо заметил Мореход. – Хватит сидеть в берлоге, как медведь по зиме. Мне нужны толковые ребята на новом корабле.

– Именно, десять лет... А желания покидать свою уютную берлогу у меня так и не появилось, – бывший Охотник покачал головой. – Меня устраивает моя нынешняя жизнь, а в чужую я и не лезу. Хочешь покинуть родной берег – валяй, буду молиться за тебя Богам и искренне радоваться, когда вернешься знаменитым человеком. Но меня даже не зови. Мне хватило приключений в молодости…

За столом повисла неловкая тишина. Насупившийся Вестгейр выглядел немного обиженным и разочарованным, хотя явно не хотел что-то высказывать старому другу. Хвель вновь, как это с ним иногда бывало, ушел в себя, мало обращая внимания на то, что происходит вокруг. Собравшиеся гости старались особо не пялиться на обоих мужчин, а вот Эрна смотрела на брата с ничуть нескрываемым облегчением и одобрением. Лейф знал, что мать никогда не одобряла то, как в юношестве ее брат покинул дом, став Охотником. Сейчас она явно радовалась, что Хвельгрин бесповоротно изменился и уже давно взялся за ум. А вот Лейф был разочарован. Как можно отворачиваться от подобного предложения судьбы?!

Вестгейр тяжело вздохнул, но все же не стал наседать на старого товарища и спокойно ответил:

– Ладно, я понял тебя. Жаль, конечно, мне бы не помешал еще один опытный товарищ на нелегком пути. Сам понимаешь, что это будет трудно.

– Прости уж, Вест, – Хвель дернул плечами.

Дурацкая мысль уже давно крутилась в голове Лейфа, возможно с той самой секунды, как шлюпка спустилась с величественного корабля и поплыла к их деревне. А уж теперь, когда дядя отказался, она стала лишь сильнее. Конечно, мать будет недовольно, да что уж говорить, никто не одобрит его предложения, но хотя бы попытаться то стоит?! Если он сейчас этого не сделает, то остаток жизни так и будет корить самого себя.

Парень, чувствуя, как у ноги чуть не отнимаются от волнения, собрался с духом и разом выпалил:

– Я бы хотел отправиться с вами, герр Йоргенсон!

Мертвая тишина после его слов продлилась лишь мгновение. Уже в следующую секунду мать Лейфа Эрна грозно воскликнула:

– Нет! Ты не отправишься даже Боги не ведают куда! И думать об этом забудь!

– Герр Йоргенсон, я неплохой матрос и быстро учусь, – рыжий даже не смотрел на мать, понимая, что его время уходит.

Эрна вскочила из-за стола и подлетела к сыну, ухватив его за плечо:

– Лейф, ты никуда не поплывешь, слышишь?! Хвель, останови его!

– Я? – опешил мужчина.

– Ты! Кто старший мужчина в доме, в конце-то концов?!

Хвельгрин замялся, на секунду напустил на себя грозный вид, но тут же снова обмяк:

– Мне ли кого-то учить?..

– Хвель! – неверяще воскликнула его сестра, на мгновение отступив в сторону.

Лейф воспользовался этим и тут же вскочил из-за стола, за которым и без того уже царила какая-то неразбериха, люди даже не шептались, а говорили во весь голос, перекрикивая друг друга. Как оказалось толпа у плетня рассосалась на вся и в общую суматоху примешивались еще их крики, из первых рядов наблюдавших за самыми свежими новостями их небольшой деревеньки. Ну и устроил он представление… Во всей этом шуме только Вестгейр и его подруга сохраняли невозмутимость.

– Герр Йоргенсон…

– Лейф, даже и не думай! – мать вновь подскочила к сыну. – Халкон, чего ты сидишь? Хоть ты своего брата усмири!

Старший неуверенно начал подниматься из-за стола, но всю суматоху прервал Вест, молча поднявший руку. Все собравшиеся замолчали почти сразу, ожидая вердикта капитана судна.

– Лейф, я с радостью принял бы тебя на своем корабле, мне нужны такие парни как ты, желающие учиться и рвущиеся вперед. Но я не могу пойти против воли матери, так переживающей за сына, – покачал головой Мореход, глядя только на рыжего.

– Хоть у кого-то здесь осталось немного сознательности в голове, – с облегчением выдохнула Эрна. – Спасибо, герр Йоргенсон.

– Просто Вест и не за что. Кто я такой, чтобы забирать детей против воли родителей? – усмехнулся мужчина.

– Садись за стол, Лейф, и упаси тебя Боги еще хоть раз заикнуться о подобном, – шикнула сыну на ухо мать, легонько подталкивая к его скамье.

Парень нехотя опустился на старое место, сестра тут же ухватила его под локоть и Лейф почувствовал укол совести – она явно успела испугаться, судя по легкой дрожи в сжимавших его руку пальцах. Для него Фрита так и не выросла, оставшись таким же пугливым ребенком, как и десяток лет назад. Расстраивать сестру Лейф не хотел, но и отказаться от своей мечты… как же сложно угодить всем!

Остаток вечера прошел относительно спокойно. О морском походе больше никто не заикался, все пили и ели, обсуждали какие-то мелочи. Ближе к концу, когда мать немного оттаяла, Лейф даже сыграл пару песен на флейте. Халкон танцевал с Ауд, Вестгейр с Вигдис, мельник со своей женой и даже Фриту пригласил кто-то их братьев невесты. Всем вроде как было весело, один только Лейф, перебирая пальцами по отверстиям на флейте, не особо спешил присоединяться к остальным. Парень думал над словами Морехода, все уже для себя решив. Вест прямым текстом сказал, упомянув об это даже пару раз, что он против воли его матери пойти не может. Ну что ж, так тому и быть, рыжий сделает это сам.

На сердце от таких замыслов скреблись кошки. Никто его не поймет, может только дядя, сам в юношестве поступивший так же. Больше того – это точно расстроит маму и сестру, брат тоже не обрадуется. Хотя бы, потому что работы на него с дядей свалиться куда больше, а ему скоро свое хозяйство подымать. Но о Лейфе то кто-то подумал? Может хоть раз в жизни он поступить так, как желает сам? Пускай в одну глотку твердят, что он дурак и совершает глупость, парень хочет на своей шкуре все это испытать. Своим умом понять, что он дурак и глупец. Лейф горько улыбнулся этим мыслям, не отрывая флейту от губ.

Посиделки во дворе не заканчивались до самой ночи. Разговоров у взрослых накопились достаточно и без великих замыслов Веста. В гости наведались и соседи, раз уж семейные посиделки все равно перешли в нечто большее. Так что разошлись все уже затемно.

Вестгейру и Вигдис было предложено переночевать в доме старосты, где места было куда больше. Отказываться те не стали, все же в доме Эрны и Хвеля было немного тесновато. Так что незваные гости ушли, пообещав зайти завтра попрощаться перед отправкой.

Лейф ворочался всю ночь, занятый собственными мыслями. Кое-как уснул лишь под утро, продремав до зари, после чего его, не выспавшегося, с гудящей головой, разбудила каждодневная суета, начавшаяся в доме.

Дядя сегодня остался дома, чтобы попрощаться с товарищем, когда тот явиться. Так что в море отправился Халкон. В иной день Лейф бы расстроился и уж точно попытался напросится на место брата, но сегодня был этому даже рад. Его обязанности были теми же, что и вчера – поле нужно было докосить.

Наскоро перекусив, парень отправился на их участок, но на околице свернул и легкой трусцой добрался до дома друга. В кузнице Скёльда еще не горел горн, возможно, работы пока не предвиделось. Хотя под навесом возился Сван, нагребая уголь в корзину, так что звон кузнечного молота вскоре все же огласит округу.

– Эй, Сван! – Лейф в полголоса позвал парнишку.

– Чего? – мальчишка вскинул голову, утерев лоб грязной от угля рукой.

– Финн далеко?

– С отцом пошли до старого Калле. Есть у него какая-то работенка.

– Ладно. Как явиться передай, что я его искал. Будет свободен, пусть заглянет на наш участок, я там косить буду.

– Хорошо.

Закинув косу на плечо, Лейф поспешил на холмы. Не хотелось бы попадаться на глаза дяде, который должен был выгнать овец на пастбище.

Работа сегодня шла споро, хотя солнышко припекало еще сильнее чем вчера. Уже скошенную траву не только прогревало сверху, но еще и обдувало ветром и всего за день она хорошенько подвялилась. «Надо Фриту с граблями сюда прислать, пусть в валки завтра сгребает, уже убирать можно будет,» – подумал Лейф и тут же тряхнул головой. Даже решившись на безрассудный поступок, вроде побега из дома, он нет-нет, да думал о каких-то бытовых мелочах. На душе снова стало совестно. Имеет ли он право так поступать?