Текст книги "Кольцо Олимпа (СИ)"
Автор книги: Lela Taka
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 26 страниц)
Они справятся. Они со всем справятся.
====== Глава 22 ======
– Хей, Тротл, вставай давай! Там у нас кое-кто очнулся!
Эти слова едва затекли в еще сонное сознание, но обнимавший ее в спальнике рыжий, шумно вздохнув, уже принялся расстегивать молнию и искать свои очки, сразу поняв, о чем идет речь. Теллур! Очнулся?
Мадлин торопливо выбралась вслед за Тротлом, на ходу накидывая на плечи теплую кофту, и поспешила к черному марсианину, у которого последним дежурил Винни. Все остальные еще спали, хоть через оконные проемы уже начал заползать рассеянный утренний свет.
Теллур лежал все в той же позе, но Мадлин с облегчением сразу заметила, как слегка шевелятся его покрытые испариной уши. Значит, он действительно пришел в сознание! Тротл опустился на колени рядом с братом и склонился к нему, спрашивая что-то на марсианском. Теллур медленно приоткрыл глаза и, хрипло выдохнув, почти закашлялся, едва справляясь с пересохшим горлом и чудовищной слабостью, но все же шепнул пару слов в ответ. Тротл кивнул и достал из стоящего рядом контейнера с лекарствами баллон с соком ципулы. Чуть приподняв голову брата, он дал ему напиться, параллельно что-то тихо объясняя и рассказывая, и едва заметно улыбнулся уголками губ на удивленный и вопросительный взгляд Теллура, направленный на баллон. Марсианин немного отдышался, пытаясь собраться с силами, и снова зашептал, иногда все же срываясь на тревожный хрип, а потом протянул к Тротлу свои едва розовые, но ожившие антенны. Рыжий, не мешкая, приблизился и соединился с ним в ментальной связи, считывая ту информацию, которую черный был уже не в состоянии передать словами.
Мадлин с тревогой наблюдала за братьями, попутно озираясь в поисках Лантан, которую увидела спящей в дальнем углу.
– Он давно очнулся? – тихо спросила она Винни, стоявшего рядом.
– Да только что, – шепотом ответил тот. – Спросил, все ли живы, и позвал братика. Я и пошел будить. Извини, не знал, что вы спали вместе.
Мадлин лишь отмахнулась. Все равно уже пора было вставать.
– Главное, он хоть в себя пришел, – покачала головой девушка.
– Да уж, – пробормотал Винни. – С Тером даже во время войны ничего подобного не случалось. А тут какой-то вшивый выродок пожег! Но хоть боли сейчас не чувствует. Кое-кто знатно постарался, – и он не удержался от многозначительного взгляда, направленного в дальний угол.
Мадлин удивленно на него покосилась. Неужели, он тоже заметил ту симпатию, что яркими искорками проскальзывала между Теллуром и Лантан?
– Да ладно, – пихнул ее в бок Винни. – Сама ж все видела.
– Видела, – с легкой улыбкой вздохнула Мадлин.
Почему-то от этого ей стало неожиданно тепло.
Тротл, между тем, отлепился от плотных антенн брата и, заботливо убрав с его лба взмокшую прядь волнистого загривка, поправил одеяло и поднялся на ноги. Кивнув на дверной проем, он вышел вместе с Мадлин и Винни наружу, чтобы не будить разговором спящих.
– Как он? – спросила девушка, замечая, что разгладившаяся было складка между палевых бровей снова начинает явственно обозначаться.
– Терпимо, – выдохнул Тротл, принявшись растирать свои антенны и прищуренным взглядом под очками оглядываясь по сторонам. – То, что он пришел в сознание, хороший знак. Организм начал бороться с повреждениями. Он просил поблагодарить тебя, Лин. Я, конечно, не одобряю твое эпическое сражение с ципулой, но… Это спасло ему жизнь.
– Хорошо, что пригодилось. Хоть очень хотелось просто выбросить этот сок и никогда его не использовать, – покачала головой Мадлин.
– На войне так не бывает, к сожалению, – пожал плечами белый и пнул ботинком ближайший камень под ногами.
– Но, как я и предполагал, – продолжил Тротл, – Тер здесь оказался не случайно. Последние три дня он с ребятами из разведки выслеживал те автобусы, на которых увезли наших погибших из Сэто. След оказался путанным, похитители заезжали еще в несколько южных поселений, что-то там выискивали. Но все жители уже находились в укрытиях, поэтому автобусы продолжили путь и направились по той же трассе, по которой мы ехали к Корпусу надежды. Тер вычислил их возможный маршрут по краю Тарсис, и все сходится на высоком плато, что в получасе езды от нас. Но туда он просто не успел. Почувствовал опасность и свернул к нам в долину. Вот так…
– Но зачем тащить тела марсиан на какое-то замшелое плато в горах у черта на рогах? – скривился Винни, почесывая за белым ухом. – Или Карбункул теперь специализируется на ритуальных обрядах и черной магии? Я как-то читал о подобном на Земле. Колдуны же чокнутые психи!
– Вот это я и собираюсь узнать, – решительно поднял голову Тротл. – Скатаюсь до ущелья и выясню то, что не успел найти мой брат. А вы пока продолжайте поиски любой сохранившейся информации. За пару часов я обернусь, и мы подумаем, что делать дальше.
– Ты поедешь один? – с беспокойством спросила Мадлин, не зная, чем может закончиться эта одиночная вылазка Тротла.
– Конечно. В Корпусе остаются три девушки, включая тебя, и один тяжело раненый. Логично, чтобы вас могли защитить хотя бы двое мужчин.
– Ты, как всегда прав, командир, – вздохнула Мадлин. – Будь осторожен.
– Всегда осторожен, куда ж я денусь, – улыбнулся ей в ответ Тротл и скрылся в здании, чтобы собраться и двинуться в путь, не дожидаясь ни завтрака, ни пробуждения друзей.
После быстрого перекуса все разделились на две группы. Лантан осталась ухаживать за Теллуром, который то проваливался в тяжелый сон, то приходил в себя и просил воды. Она, не обращая внимания ни на суету вокруг, ни на задувающий в Корпус ветер, сосредоточенно хлопотала рядом с раненым и даже умудрилась напоить его легким бульоном из сухпайка. Видимо, истощенный борьбой и повреждениями организм отреагировал на питательную жидкость благодарно, ибо Теллур надолго вырубился, лишь изредка и скорее рефлекторно подергивая ушами и чуть слышно шипя. Модо остался исследовать не осмотренные с вечера помещения Корпуса и охранять девушку и черного марсианина.
А вот Мадлин последовала за Винни и Чарли в здание лаборатории, где ребята вчера успели разгрести лишь основной зал, и то поверхностно. Когда она увидела большое помещение с проваленной крышей, которая местами еще держалась на массивных опорах, а местами свисала длинными плитами до самого пола, она даже растерялась. Вся эта конструкция выглядела хлипкой и ненадежной, и, казалось, стоит лишь потянуть за какой-либо из камней, как все эти детали рухнут на них с адским грохотом, как поломанный игрушечный домик. В лаборатории длинными рядами все еще стояли однотипные столы, на которых, судя по всему, располагались какие-то приборы или механизмы, о чем говорили торчащие повсюду оборванные провода. Но сейчас на столах не было ничего, кроме фрагментов стен и потолка.
Однако Винни уверенно провел девушек в обход и углубился в неплохо сохранившийся коридор, из которого расходились бесконечными отростками небольшие комнаты, все еще не разрушенные и вполне уцелевшие, сейчас освещаемые лишь тусклым светом, проникающим через пустые окна.
– Как я понял, здесь были рабочие кабинеты ученых, – кивнул на дверные проемы Винни, включая свой фонарь. – Начинаем отсюда. Осматриваем один, переходим в следующий. Берем все, что может содержать в себе информацию. Ну или что полезненькое. Хотя в такой-то разрухе даже сомневаюсь… Будьте осторожны!
И Винни решительно шагнул в первый кабинет, пока девушки немного неуверенно заходили следом. Здесь на удивление стояли почти целые железные шкафы и стеллажи, однако сколько они не прочесывали все поверхности, те каждый раз оказывались пустыми. Полки, ниши, ящики, столы – все было покрыто лишь строительным мусором, нападавшим сюда во время то ли взрывов, то ли обстрелов. Никаких бумаг, чертежей, компьютеров, планшетов, аппаратов, да хоть микроскопов – или чем там еще пользовались эти ученые! Только бесконечные куски камней, обрушенных стен, пластиковых дверей, хлопья краски, запыленные и пустые контейнеры. Переходя из кабинета в кабинет, Мадлин все отчетливее понимала, что искать тут, наверное, нечего.
В одном из помещений обнаружился длинный обгоревший стол, видимо, служивший для приема пищи трудившихся в лаборатории ученых. Тут же рядами располагались железные ящики, которые, судя по всему, предназначались для личных вещей.
– Как удивительно, – пробормотала Чарли, осматривая один ящик за другим, – только сейчас поняла, что мы никогда не говорили о вашем доме. Мне даже как-то стыдно, что я не спрашивала.
– О чем ты, милая? – удивленно отозвался Винни из-под стола, прощупывая какую-то пыльную проводку.
– Ну где вы с братьями жили до войны или после. Где ваш дом?
Ха! А вот тут Чарли права! Прекрасно понимая, что родного дома для каждого из марсиан после войны могло попросту не существовать, девушки никогда не затрагивали эту тему. Их временным, но таким понятным и безопасным домом стал Чикаго, особенно после поимки Лимбургера, и никому не хотелось возвращаться в прошлое в праздных разговорах. Но Мадлин действительно не имела представления, остались ли в живых их родители, в каком поселении они провели свое детство, и как тогда вообще выглядели марсианские города.
– А, вот ты о чем! – протянул Винни и поднялся на ноги. – Ну как… Мы с братьями родились и жили в столице. Был такой вполне себе большой город Алойа. Все оттуда. И Стокер, и даже Карабин, и все наши товарищи, кого с нами уже нет. Ну а потом и городов не стало, как и наших домов. Мерзкие плутаркианцы все сравняли с землей. Пунктик у них какой-то был – оставить всех без крыши над головой. Думали, что так марсиан легче перебить. Ну да не на тех напали, твари! Мы все ушли в пещеры, устроили там временные укрытия, которые позднее переделали в укрепленные бункеры. Теперь вот они и пригодились. А потом, после победы пришлось заново строиться по всей планете. Вы видели Сэто. Это, собственно, типичное поселение для нынешнего Марса. Никаких тебе городов, технологий, инфраструктуры. Все по-простому, как сотни лет назад. Стены, крыша, еда, порядок и работа. Ну а что до наших домов, – и Винни вздохнул со слабой улыбкой, – то после войны никого не оставили без крова. Кому дом, кому комнату дали, смотря сколько в семье было марсиан. У Модо вот матушка жива, да сестра с племянниками. Они так и продолжили жить в новой Алойе, которую отстроили на месте прежней, в небольшом домике. У Тротла братик был всегда на хорошем счету в разведотряде Борцов, тоже в столице жил вместе с лихачом. На двоих им дали две комнаты. Ну а я то у тетки кантовался, то у ее сыновей. Как это у вас называется, кузены? Слово смешное какое… Так что, милая моя Шарлин, даже и в гости тебя позвать не смогу на Марсе. Ну и с родителями уже не познакомлю.
И Винни, неловко передернув плечами, взялся за неподдающуюся дверцу металлического шкафа.
– Прости, не стоило спрашивать, – опечаленно помотала головой Чарли и сделала глубокий вдох. – Не лучшие воспоминания.
– Да ладно, детка, – криво усмехнулся белый. – Я уже давно не живу прошлым. Для меня главное, чтобы будущее хотя бы было. И пока в нем есть ты, значит, все не зря. Не случись войны и Лимбургера, никогда бы я не оказался в ветреном Чикаго на далекой для меня Земле.
– Не окажись ты в Чикаго, не было бы и меня сейчас на Марсе, – и Чарли как-то пространно обвела взглядом полуразрушенное помещение, явно потерявшись в своих мыслях.
– Да, милая, не так я себе представлял нашу с тобой первую поездку на мою родную планету, – удрученно пробормотал Винни и с остервенением отодрал, наконец, дверцу.
– Нашу? – приподняла брови Чарли, откидывая с лица упрямую каштановую прядь непослушных волос. – Ты никогда и не звал.
– Вообще-то я ждал марсианского лета, хотел сделать тебе сюрприз после нового года, – мрачно отозвался Винни, выметая с полок пустые контейнеры. – Но… Ни сюрприза, ни мирного Марса…
Мадлин ясно увидела, как Чарли смутилась, явно не ожидавшая от Винни таких слов, которые явились для нее откровением. Неужели она действительно думала, что так долго не решавшийся ей открыться и так бережно относящийся к обретенной радости рядом с ней Винни захочет куда-то уехать без нее и разрушить то, чего с таким трудом дождался? Эх, Чарли, Чарли, и правда что – не доверилась еще.
Подруга, между тем, виновато вздохнула и подошла к белому, обнимая его со спины и прижимаясь щекой к его запыленной толстовке на плече. Тот замер, повернув к ней голову и ожидая от нее хоть какого-то ответа, который все никак не шел. Наконец, Чарли подняла на него глаза и произнесла:
– Когда мы победим Карбункула, предложение все еще будет в силе? Хочу посмотреть на вашу столицу.
Винни рвано выдохнул и, извернувшись, прижался губами к ее виску.
– На все посмотришь, мое невыносимое существо!
Мадлин невольно улыбнулась и пошарила рукой по полкам, а потом и под шкафом на всякий случай. Пусть останутся потом на Марсе хоть на полгода, только бы не спорили и не терзали друг друга сомнениями. И так-то жизнь непредсказуема и, вероятно, коротка. Ладонь нащупала на грязном полу какой-то металлический предмет, и Мадлин вытащила оттуда небольшую округлую пластину размером с футбольный мяч, на которой под толстым слоем грязи в свете ее фонарика блеснула гравировка непонятного рисунка. Девушка оттерла ее и, присмотревшись, увидела странные линии, круги, стрелки, мелкие изображения каких-то не то зверушек, не то персонажей и краткую марсианскую вязь, продублированную неожиданными на этом фоне латинскими буквами, которые складывались в незнакомые ей аббревиатуры.
– Винни, что это такое, не знаешь? – спросила она у белого, протягивая ему пластину.
Тот, оторвавшись от Чарли, подошел к ней и взял странный предмет в руки.
– Честно говоря, без понятия, – нахмурился он. – Вижу только указания на определенные марсианские часы. Может, это какое-то расписание? Захватим с собой, надо будет тщательно изучить! Ну хоть что-то отыскалось в этом глобальном бардаке!
Однако большего они так и не раздобыли. Лишь бессмысленная хозяйственная мелочевка, не имеющая отношения к цели их приезда. Поэтому, когда спустя несколько часов тщательного пересмотра всех доступных помещений они, наконец, вышли на улицу, настроение было не фонтан. От десятилетней работы ученых не осталось и следа, и как теперь справиться с невидимым врагом, вооруженным инфразвуковыми установками, было не понятно. Потрачено столько времени и сил, а они ни на шаг не приблизились к ответам на бесконечные вопросы.
Они уже вернулись к Корпусу надежды, когда из долины послышался шум мотора, и вскоре через ворота заехал Тротл на своем «харлее». Он остановился перед входом, явно не собираясь закатывать мотоцикл внутрь, и задумчиво стянул шлем и перчатки.
– Ну? Что нашел? – спросил Винни, подходя вместе с девушками к командиру.
– Всё нашел, – вздохнул тот, слишком уж озадаченно почесывая подбородок. – Погибших из Сэто, угнанные автобусы и земную соль в сорока шести фурах, стоящих на дальнем плато.
– Что? Фуры с солью все-таки здесь? – воскликнула Чарли и тревожно переглянулась с Мадлин, которая почувствовала холодок от того, что эта странная процессия действительно прорвалась на Марс.
– К сожалению, да, – как-то особенно тяжело вздохнул Тротл и поправил темные очки. – Они перевезли на нашу планету больше четырехсот тонн хлорида натрия. И теперь, девушки, у меня к вам вот какой вопрос… – рыжий явно подбирал слова, не решаясь сказать прямо то, что увидел или узнал. – В процессе погребения умерших на Земле как-нибудь используется соль? Как вообще все происходит?
– Соль на похоронах? – еще больше удивилась Чарли. – Нет, зачем она там нужна? Тех, кто умер, обычно или закапывают в землю в деревянных гробах, или сжигают в крематории, а прах тоже закапывают в землю. Ну или развеивают над горами или морем, если умерший придерживался экстравагантных взглядов. Но уж точно без соли. А почему ты спрашиваешь?
– Я не знаю, у меня нет объяснений, – ссутулил плечи Тротл. – То, что я обнаружил на плато, для меня полный абсурд. Все пространство было заполнено рядами высоких металлических шестов, насколько хватало глаз. Каждый погибший марсианин висел на своем шесте без одежды, со вспоротым животом и изъятыми внутренностями, покрытый толстым слоем соли и обмотанный какой-то полупрозрачной тканью. Если я правильно понял идею, это же они собираются сделать со всеми, кого найдут на Марсе мертвым, а может быть, и живым. Заготовки там колоссальные. Но я не понимаю, зачем. На нашей планете нет хлорида натрия, и я не знаю, для чего он нужен в данном случае.
– Я знаю, – хрипло отозвалась Мадлин, у которой даже перехватило дыхание от мысли, резанувшей сознание от произнесенных Тротлом слов. – Боже, я даже предположить не могла… Это… чудовищно!
И она обессиленно присела на седло «харлея», пытаясь собраться с духом.
– Объясни, Мадлин, – нахмурился Тротл, предчувствуя плохие вести, хотя хорошими они и так быть не могли.
– Если все так, как ты рассказал, – подняла на него глаза Мадлин, – то есть лишь единственное объяснение. Ты говоришь, каждый труп был обвалян в большом количестве соли, покрыт тканью так, чтобы до него не добрались летающие насекомые, и подвешен под южным солнцем и на вольном ветру, верно? Тротл, таким способом на Земле готовится вяленое мясо. Это естественная консервация органики и белка. Благодаря соли и солнцу они не требуют термической обработки и не подвергаются процессам разложения. И вяленое мясо будет годным в пищу очень долгое время.
– Ты хочешь сказать, – прокашлялся Винни, – кто-то решил настрогать вяленых марсиан???
– Шая-та… – невольно вырвалось у Тротла сквозь зубы на марсианском. – Какого черта??? – уже более привычно поправился он.
Мадлин лишь сокрушенно покачала головой и развела руками. Верить в подобное не хотелось, но описанная рыжим картина не оставляла никаких сомнений. И теперь становилось ясным, зачем на Марс с таким упорством пытались притащить огромное количество соли. Чтобы включить установки инфразвука, убить ими всех жителей планеты и сделать из них вяленую белковую пищу. Которую потом можно было запасать, продавать, потреблять. От чудовищности этого плана у Мадлин зарябило перед глазами, и она на несколько мгновений прикрыла их, пытаясь справиться с подкатывающей дурнотой от отвращения к тем врагам, кто это все затеял. Убивать, мучить, издеваться, пленить, ломать – все это оказалось не пределом извращенной фантазии завоевателей. Потому что делать из умерших жертв вяленые консервы, это было… уже слишком!
Несколько минут никто не решался заговорить, пытаясь осознать услышанное. Первым отмер Тротл, потерев под очками глаза.
– Так, ясно, – вздохнул он и как-то раздраженно взмахнул хвостом, рассекая им воздух коротко и хлестко. – Девушки, побудьте пока в Корпусе надежды вместе с Модо и остальными. А мы с Винни выполним наш долг. Погребем наших сородичей, как полагается, и разворошим этот консервный притон к чертовым бесам! – и он не удержался от тихого рыка, сорвавшегося с его тонких кофейных губ.
– Я за любой кипиш! – выплюнул Винни, презрительно дернув носом. – Прихватим побольше оружия. Покажем им вяленых марсиан… – и далее последовало совсем незнакомое ругательство на тягучем марсианском, за которое Тротл его даже не упрекнул.
Пока Винни выкатывал наружу свой спортбайк и одевался для поездки, Мадлин достала их находку из рюкзака и показала Тротлу.
– Вот что нам удалось отыскать в лаборатории. Посмотришь потом повнимательнее?
Рыжий взял из ее рук металлический диск с гравировкой и пристально его оглядел.
– Отлично. Хоть что-то, – пробормотал он и отдал ей пластину. – Здесь есть, над чем подумать. Вернусь, и все детально обсудим. Хорошо? Вы молодцы.
Мадлин кивнула и привстала с седла его «харлея», чтобы не мешать ему собираться.
– Тротл, ты так и не покушал, – с досадой произнесла она, переживая за рыжего. – Может, тебе собрать что-нибудь в дорогу?
Тот покачал головой и, тепло улыбнувшись, протянул к ней руку и сжал ее ладонь.
– Ничего не надо, Лин, я не голоден. Но если к нашему возвращению будет чего пожевать, не откажусь.
Мадлин вздохнула и подумала о том, какое непростое задание предстоит Тротлу в этот раз – достойно проводить в последний путь тех сородичей, чья смерть была осквернена чудовищными махинациями врага. И хорошо, если на том плато не появятся охраняющие это отвратительное место выродки или кто похуже.
– Ладно, командир, – вздохнула Мадлин, – но в окрестностях Городка ученых не растет ни одного суккулента, так что, боюсь, меню будет небогатым.
Тротл несколько мгновений раздумывал о чем-то, а потом, обхватив ее лицо руками, прижался лбом к ее лбу, щекоча выбивающимися из-под банданы прядками палевой челки.
– Эй-эй, будь благоразумной, моя юная натуралистка! – совершенно серьезно пробормотал он.
Братья уехали быстро и решительно, вооружившись всем, что имели в своих походных рюкзаках. Дождавшись, пока бурая пыль, поднятая их колесами, смешается с рваными вихрями, которые кружил по долине взволнованный ветер, Мадлин вернулась в Корпус надежды, чтобы помочь друзьям с поисками чего-то полезного в этом высоком здании.
Но внутри они с Чарли обнаружили Модо, который тщательно изучал пол под винтовой лестницей на первом этаже и методично простукивал каменную поверхность раздобытым где-то обломанным железным штырем.
– Что там, какой-то подвал? – заинтересовалась Чарли и включила свой фонарик, чтобы получше осмотреть пространство.
– Да вот не пойму, – почесал затылок серый. – Тут звук глухой, а тут гулкий. Явно же прямо под лестницей что-то есть. Полость, ход, подвал, пока не разберусь.
И он продолжил исследовать пол на предмет каких-либо выступов или граней, ибо навскидку он казался монолитным и ничем не примечательным. Мадлин склонилась над каменными плитами и внимательно пробежалась глазами. Если внизу действительно находилось скрытое пространство или подвал, может быть, там что-то спрятали? И оно могло уцелеть от взрывов и пожаров в городке ученых.
– Есть! – довольно крякнул Модо и, повозившись ножом рядом с одним из камней, с силой надавил на какой-то скрытый рычажок.
Тот сухо щелкнул, и небольшая плита под их ногами с надрывным скрежетом начала подниматься вверх, заставляя их поспешно расступиться, затаив дыхание. Откинувшись в сторону с помощью металлических стержней, не давших ей упасть, плита обнажила абсолютно черное пространство под полом, откуда повеяло разительным холодом и затхлостью.
– Ох, мама, – протянул Модо, направляя вниз свой фонарь и выхватывая лишь бурые стены, покрытые толстым слоем пыли, и уводящую в невидимые недра железную лестницу, на удивление не тронутую ни временем, ни влагой.
Серый попытался достать лучом света до дна, но мощности не хватило, и пятно фонаря потонуло в черной бездне. Тогда он, прихватив небольшой камень, бросил его вниз. Лишь спустя несколько долгих секунд тот ударился о далекую поверхность с кратким эхом.
– Судя по всему, там какой-то ход, – пробормотал озадаченный Модо. – Пожалуй, надо сходить на разведку. Только лучше дождаться братьев. Мало ли, что там внизу. Вас тут одних не оставлю.
И он уже хотел было выключить свой фонарик, как внезапно из черной непроглядной тьмы полыхнул белый луч света, заскользивший по стенам лаза и заставивший серого и девушек в тревоге отшатнуться от мрачного проема.
Комментарий к Глава 22 Всех желающих поболтать о творчестве и не только приглашаю в свою группу
https://t.me/+W-2xTq1J7_Y2ZmZi
====== Глава 23 ======
Серая рука Модо мгновенно выхватила лазерный пистолет, и марсианин кратким кивком головы подал знак девушкам отойти ему за спину и не издавать ни звука. И пока собственные пальцы Мадлин невольно тоже сжали обтекаемый корпус небольшого оружия, в голову закралась мысль о том, что еще можно захлопнуть эту каменную створку в непонятное и пугающее пространство под землей, особенно, пока не было рядом Тротла и Винни, а Теллур лежал с тяжелым ранением. Но Модо решительно направил дуло на черный проем и, прищурив единственный глаз, напряженно ждал дальнейших действий от обладателя яркого фонаря.
Однако тот обнаруживать себя не спешил. Белый луч метнулся отблесками по глубоким стенам проема и погас. В относительной тишине, разрываемой шумом порывистого ветра за стенами Корпуса надежды, были слышны лишь непонятные далекие шорохи, долетающие из подвала. И когда Модо уже был готов все же закрыть крышку, снизу раздался короткий и громкий вопрос на марсианском. Серый нахмурился и, подумав пару мгновений, ответил. Следующий вопрос оказался более развернутым.
– Да, я говорю на земном языке, – внезапно перешел серый на английский, пока Лантан, до этого беззвучно сидевшая рядом с Теллуром, медленно переместилась поближе, с удивлением навострив уши.
– Давно не слышал родную речь, – раздалось снизу. – Что вам здесь надо, марсиане и земляне? Зачем пришли?
– Я представился, а вы всё еще нет, – уклончиво ответил Модо, не сводя своего пистолета с проема. – Я должен знать, с кем говорю. Тем более я вас не вижу.
– Это место принадлежало нам долгие годы. Считайте, что я один из его обитателей.
– Вы ученый этого городка? – брови Модо поползли вверх.
– Я тут жил, – уклончиво отозвался голос снизу.
Мадлин и Чарли переглянулись. Неужели им улыбнулась удача, и они нашли того, кто имеет отношение к Корпусу надежды?
– Но почему вы находитесь там, под землей? – серый невольно приблизился к проему и осторожно заглянул туда краем глаза.
– Слишком много вопросов для непрошеных гостей, юноша, – строго крикнул мужчина. – Если вас привело сюда праздное любопытство, то наша с вами беседа окончена.
– Нет, мы ехали за помощью, – твердо возразил Модо. – Мы искали хоть кого-то, кто остался в живых, или хотя бы результаты работ ученых. Над Марсом нависла большая опасность, мы на грани очередного уничтожения.
– Вы не единственный, кого беспокоит этот вопрос, – пространно бросил мужчина из тьмы. – Но мне вам нечего сказать.
Да как же так-то? Они добрались до этого далекого вулканического края, победили выродков ценой здоровья Теллура, нашли заброшенный Городок и даже случайно наткнулись на кого-то живого, а он совершенно не расположен к диалогу!
– Может быть, мы все же побеседуем? – настойчиво произнес серый. – Я готов к вам спуститься, если вы не хотите подняться наверх.
– Не имею никакого желания! – отрезал мужчина. – Как и тратить свое время на пустые разговоры. Вы слишком зачастили сюда!
– В каком смысле? – напрягся Модо. – Мы здесь впервые и прибыли к Корпусу надежды вчера вечером.
– Для меня не имеет значения, вы или кто-то другой. Вы все оттуда, сверху! Пару дней назад уже приходил один такой ищущий. Передайте остальным, чтобы нас никто больше не беспокоил!
– Подождите! – воскликнул Модо, уже открыто заглядывая в проем и направляя туда свет своего фонаря. – Кто к вам приходил? Что спрашивал?
– Юноша, я на допросе? – строго одернул его незнакомец. – Один из марсиан интересовался проектом ученых. Я удивляюсь вашей наивности! Вы ничего не понимаете в прикладной науке! Если решения нет за столько лет, значит, его нет.
– Но кто это был? – несколько взволнованно настаивал серый. – Что вы ему рассказали?
– Он мне свой идентификатор не соизволил показать, – холодно произнес мужчина, которого сильно утомлял этот ненужный ему диалог. – А сказал я ему то же, что и вам: не беспокойте нас. Закройте люк и возвращайтесь домой. Если Марс погибнет, значит, так тому и быть.
И снизу послышался шорох, похожий на удаляющиеся шаги, но в этот момент к проему бросилась Лантан и, склонившись над темнотой, почти срывающимся, но громким певучим голосом крикнула:
– Астат! Вы знали Астата?
Шаги замерли и нехотя возвратились.
– Я не думал, что с вами леди. Да, пожалуй, знаком.
– Он живой? – у марсианки даже перехватило дыхание, и Модо предусмотрительно взял ее за предплечье, боясь, как бы она не упала в проем. – Я его дочь, Лантан.
Мужчина пару мгновений помолчал, а потом едва слышно пробормотал:
– Лучше позову. Опять суета на мою голову!
В этот раз он все же ушел, и Лантан растерянно опустилась на пол, не в силах внятно трактовать его столь краткий и расплывчатый ответ.
– Какой неприветливый, – задумчиво произнесла Мадлин. – Как ты думаешь, Модо, ему можно доверять? Мы ведь не знаем, кто это, и что вообще находится там, внизу.
– Если кто-то прячется, значит, им есть, что скрывать, – отозвался серый, не сводя взгляда с черного проема. – Но надеюсь, нам все же удастся поговорить. И не так вот… Через темную шахту. Будьте начеку.
Потянулись долгие минуты ожидания то ли возвращения мужчины, то ли прихода кого-то другого. Сейчас как никогда было важно понять, остался ли шанс, был ли он одним из выживших в городке, и захочет ли он помочь им спасти Марс. Или задача создать защищающее от врагов оружие – это лишь утопическая мечта древних марсиан, которые высекли на стенах старой кальдеры вовсе не схему, а свои пожелания потомкам или только им ведомым божествам?
Наконец, снизу снова послышались шаги, на этот раз торопливые и взволнованные, и чьи-то ноги и руки с усилием заскользили по прутьям железной лестницы. Модо навострил свои завибрировавшие антенны, но, судя по тому, что ладонь с оружием все же опустилась, снизу поднимался не враг. Над поверхностью пола показалась голова марсианина, покрытая шерстью цвета крепкого чая с заметной проседью на макушке и блеклых ушах. Его сосредоточенные медовые глаза под густыми бровями метнулись по присутствующим и замерли на Лантан, которая тихо ахнула и приложила обе дрожащие руки к сердцу, не отрывая от марсианина своего пылающего взгляда.
– Тало рра-х… – чуть слышно прошептала она. – Астат…
Мадлин только успела сопоставить произнесенное имя и то, о чем Лантан всего пару минут назад спрашивала у таинственного мужчины, как Астат уже поднялся на поверхность и поспешно шагнул к марсианке, с трудом вставшей на ноги, настолько она была взволнована. Еще один миг, и он, обхватив ее лицо большими мохнатыми ладонями, прижался лбом к ее макушке, прямо поверх защитной банданы, а ее ладони легли ему на грудь.
– Наи, наи Лантан, – пробормотал Астат слабо различимым и сильно осипшим голосом.
Мадлин едва сдержала предательский спазм в горле от охвативших ее эмоций. Отец Лантан оказался жив и был не менее удивлен видеть свою дочь в этом далеком и покинутом жизнью краю Тарсис. Она выглядела настолько потрясенной, что с трудом могла произнести связные слова. Каково это после нескольких лет примирения с мыслью, что ты теперь остался один, снова найти своего родителя живым и иметь возможность слышать его голос, чувствовать его родной запах, ощущать его тепло и видеть до боли знакомую улыбку? Каково это – теряться в мыслях и не знать, о чем спросить или что рассказать, ведь теперь вновь было можно – говорить, делиться, слушать, знать. Каково это – снова видеть любящие глаза, смотревшие на тебя с самого рождения, радовавшиеся твоим первым шагам и словам, хмурившиеся от каждой твоей слезинки? И мочь сказать то, что не успел, сделать то, на что почему-то никогда не хватало времени?
