Текст книги "Дневник матери (СИ)"
Автор книги: KJIEO
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 66 страниц)
Стараясь не расплакаться от чувства жалости к лучшему другу, Гермиона смахнула пару готовых сорваться с ресниц слезинок и, уткнувшись в подушку носом, закрыла глаза. Стараясь не думать о печальной участи брюнета, девушка улыбнулась, радуясь, что друг скоро сможет получить ответы если не на все мучающие его вопросы, то, по крайней мере, на большинство их точно. Пожалуй, только Сириус может пролить свет на некоторые подробности жизни Лили Поттер, о которых мало кто осведомлен.
========== Сохатый и Лили ==========
Комментарий к Сохатый и Лили
Дисклеймер: это чтиво для развлечения, а не для анализов, философии и прочего. Просто легкое чтиво. Автор не несет ответственности за возможный вызванный в процессе прочтения негатив и “а у меня не так”, “я считаю иначе”, “а вот мне лучше виднее, что..” и т.д. Это сугубо субъективное авторское восприятие сюжета, характеров героев и истории, поэтому навязывание своих взглядов здесь – неприемлемо и наказуемо. Надеюсь, все друг друга поняли, а теперь приятного чтения!
Еще никогда Гарри так не ждал почты. Утром Золотое Трио держало путь в Главный зал, чтобы начать с завтрака очередной учебный день. Зал постепенно заполнялся студентами, а вот преподаватели приходили самыми первыми, включая директора. Расторопные домовики уже накрыли на столы, и стекающиеся на вкусные запахи студенты спешили наполнить свои желудки перед долгими часами лекций.
Как раз во время завтрака в Главный Зал прилетали совы, разнося своим хозяевам газеты и передавая «привет» из дома в виде разных гостинцев. Услышав звуки рассекающих воздух крыльев, Поттер оторвался от яичницы с беконом и принялся озираться по сторонам. Вот несколько сов сбросили свои ноши на стол Слизерина и Когтервана. На Гриффиндоре тоже кто-то получил посылки, в том числе рядом с Гермионой упал свежий выпуск «Пророка». Девушка отставила в сторону бокал с соком, которым сейчас наслаждалась и, опустив в футляр совы пару монеток, оплатив прессу, развернула газету.
– Фто там? – как всегда с набитым ртом спросил Рон, наклоняясь к газете.
Гермиона только вздохнула. Ей уже надоело вечно одергивать рыжего товарища, пытаясь привить ему нормы элементарного этикета.
– Слава Мерлину, ничего, чтобы вызывало волнение, – ответила девушка, пробежавшись взглядом по строчкам и, прошуршав страницами, открыла новый разворот газеты. Гарри без особого энтузиазма покосился на газету. Он не верил, что Фадж неожиданно «прозреет», а остальное его не интересовало. – Наверно, Министерство пока успокоилось, – озвучила общие мысли Грейнджер.
Завтрак постепенно подходил к концу, и студенты с преподавателями стали покидать свои места, чтобы приступить к рутине учебного дня. Те совы, у кого были посылки к своим хозяевам, также давно улетели, а Гарри все продолжал озираться по сторонам, надеясь, что к нему уже спешит сова с посланием от крестного.
– Гарри, ты идешь? – спросила Гермиона.
Брюнет вздрогнул и перевел взгляд на лучших друзей, что уже поднялись со своих мест. Конечно, девушка понимала, что ждет ее друг, и ей было больно наблюдать, что в его зеленых глазах отразилась грусть, что его надежды не оправдались.
– Да, конечно, – криво улыбнулся Гарри и, встав со скамьи, последовал за друзьями к выходу из Главного Зала.
Все время до обеда юноша не мог сосредоточиться. Конечно, Сириус не сказал, когда именно в «ближайшее время» он сможет прислать порт-ключ, но завтра будет воскресенье, и назначен поход в Хогсмид. А это прекрасная возможность уйти из Хогвартса и, затерявшись на улочках деревни подальше от людских глаз, перенестись в место, где его будет ожидать Блэк. Гарри очень расстроился, а потому ни о каком учебном настрое не могло быть и речи.
От обеда брюнет отказался, сказав друзьям, что не голоден. Рон посмотрел на него, как на сумасшедшего, а Гермиона только вздохнула. Сказав, что захватят что-нибудь, чтобы друг совсем не оголодал, Грейнджер и Уизли отправились с остальными гриффиндорцами в Главный зал. Поттер воспользовался тем, что в спальне он сейчас один и нет смысла прятаться, и, забравшись с ногами на свою кровать, достал дневник матери. Пролистав страницы, он расправил плечи, готовясь к очередному переходу.
27 мая 1975
Гарри оказался на полянке близ Хогвартса. Рядом находилась хозяйка дневника в компании сокурсниц. Юноша даже не стал прислушиваться к девчачьим разговорам, заметив, что и его будущая родительница не очень-то и заинтересована в поддержании беседы. Оглянувшись по сторонам, брюнет с улыбкой заметил разомлевшую в тени какого-то высокого дерева четверку Мародеров. А неподалеку от них, облокотившись о ствол дерева поменьше, сидел Северус. В руках он держал какую-то книгу и, склонившись почти к самим страницам, читал ее. Именно на него и был направлен взгляд рыжеволосой волшебницы. Очень грустный взгляд. Там смотрят, сожалея о чем-то, но не знают, как исправить сложившуюся ситуацию. Гарри предположил, что попал в тот момент взаимоотношения между матерью и ненавистным мастером зелий, когда они поссорились. В ином случае, догадался юноша, мама бы сейчас сидела рядом с другом, а не предпочла компанию сокурсниц, что ее не очень радовало.
Вдруг со стороны, где расположились Мародеры, раздался противный писк. Это Петтигрю, выражая свое восхищение ловким движениям Джеймса, когда тот подбрасывал снитч в руке и снова его ловил. По самодовольному лицу Сохатого, ему очень импонировала такая реакция Хвоста. Гарри подошел немного ближе, насколько это было возможно. Брюнет знал, что находясь в чьем-то воспоминании, он не мог отойти далеко от этого человека. Но, на его удачу, полянка была не очень большая, и спокойно вмещала в себя всех желающих студентов, что решили понежиться под теплыми лучами солнца, отдыхая от уроков.
– Смотри не описайся от счастья, Хвост, – снисходительно усмехнулся Сириус, срывая какую-то травинку и зажимая ее кончик зубами. Питер только зло зыркнул в его сторону, а потом снова зааплодировал Джеймсу, когда тот, отпустив от себя юркий золотой шарик довольно далеко по сравнению с предыдущими разами, ловко поймал его. Ремус, периодически отрываясь от учебника по ЗОТИ, чтобы понаблюдать за манипуляциями очкастого друга, только вздыхал. – Скучно, друзья мои, – едва не простонал от безделья Блэк, забрасывая ногу на ногу. – Давно мы не придумывали что-то этакое, чтобы расшевелить Хогвартс.
– Тогда повеселимся, – воскликнул Джеймс и, убрав снитч в карман брюк, достал из кармана мантии свою волшебную палочку и направился в сторону Снейпа. Друзья двинулись за ним. Слизеринец, ни о чем не подозревая, спокойно читал. – Левиокорпус, – выкрикнул Сохатый и взмахнул палочкой.
Словно какая-то сила подняла Северуса с земли и перевернула вниз головой. Книга и его волшебная палочка, что находилась в кармане его мантии, упали на землю, а мантия черноволосого мага задралась, оголяя его худые голые ноги и старые серые подштанники.
К месту веселья уже стали стекаться остальные студенты и все, некрасиво тыкая в сторону подвешенного волшебника, заливались смехом. Покраснев от злости и стыда, будущий мастер зелий извивался в воздухе, пытаясь обернуться в мантию, чтобы скрыть позор.
– Ой, умора, – хохотал Джеймс, держа заклинанием волшебника.
Гарри в шоке смотрел на своего молодого отца. До этого момента все вокруг говорили ему, каким великим человеком был Джеймс Поттер. Как самоотверженно он сражался против тирании Волан-де-Морта. Что он пожертвовал своей жизнью, чтобы попытаться задержать темного волшебника, и его супруга попыталась спастись с маленьким сыном. Но сейчас, смотря, какое удовольствие Сохатый испытывал, унижая кого-то, юноша просто не мог поверить, что оба этих Поттера один и тот же человек. Гарри перевел взгляд на крестного и удивленно вскинул брови. Блэк с грустью смотрел на мучения Северуса, значит, ему было не безразлично, что испытывает слизеринец. Но вот Джеймс обернулся на него, видимо, ожидая, когда Бродяга присоединится к общему веселью, и тот показательно засмеялся.
– Отпусти его, Поттер, – раздался строгий голос Лили Эванс, которая вместе со своими подругами спешила к месту событий.
– Если ты очень настаиваешь, Эванс, – довольно оскалился Сохатый и отменил заклинание.
Северус, рухнув на землю, быстро вскочил на ноги и, схватив с земли свою волшебную палочку, направил ее на обидчика. Джеймс быстро сориентировался, а рядом с ним так же вытащили палочки Петтигрю и Люпин. Поняв, что силы не равны, Снейп зарычал со злобы и перевел гневный взгляд на подругу.
– Я не нуждаюсь в помощи, – процедил он слова сквозь сжатые зубы. – Особенно, когда она исходит от проклятых грязнокровок.
Лили распахнула в неверии глаза. Она не знала, обиды от чего именно она больше испытала. То ли от того, что это слово прозвучало, то ли от того, кто произнес это обидное слово. Гарри понимал ее состояние. Его подруга Гермиона тоже неоднократно слышала это ужасное оскорбление из уст чистокровного слизеринца Драко Малфоя.
– Немедленно извинись, Нюниус, – выкрикнул Сохатый и, взмахнув палочкой, произнес какое-то заклинание.
И в тот же миг рот Снейпа наполнился пузырями, будто он съел кусок мыла. Студенты вокруг снова взорвались смехом, смотря, как отплевывается слизеринец от мыльной воды в своем рту. Не смешно было только Лили, Сириусу и Гарри, что продолжал наблюдать за издевательствами над своим будущим преподавателем.
«Теперь понятно, почему он меня так ненавидит». Догадался брюнет, с жалостью смотря на молодого мастера зелий. «Я внешне похож на его мучителя. Представляю, какого ему каждый день смотреть на меня и вспоминать моего отца, что был так жесток к нему в школьные годы».
– Я вовсе не хочу, чтобы ты просил его извиняться передо мной, Поттер, – вскинула подбородок Лили. – Каждый человек имеет право на высказывание своего мнения. Мне вообще все равно, что думает Нюниус.
Зная, как ненавидит Снейп свою кличку, что придумали для него Мародеры, девушка хотела этим отомстить бывшему другу за его неосторожное высказывание. Окинув уже отплевавшегося от мыльной пены слизеринца пренебрежительным взглядом, Эванс развернулась на каблуках и быстро поспешила прочь от юношей в сторону замка. Гарри, как привязанного на веревочке, потянуло следом за ней. Оглянувшись назад, он увидел, как Северус что-то сказал Джеймсу и, подхватив с земли книгу, поспешил в противоположную сторону. Люпин, вспомнив, что он все-таки староста, стал разгонять с полянки студентов, заявив, что «шоу окончено».
– Эванс, – услышали Лили и Гарри оклик Джеймса, когда попали во внутренний двор школы.
Развернувшись, девушка недовольно поджала губы и скрестила руки на груди. Поттер, нагнав девушку, вдруг стушевался и смущенно засунул руки в карманы брюк. По его виду можно было сказать, что он заготовил целую тираду, но по какой-то причине напрочь ее забыл.
– Ты что-то хотел, Поттер? – резко спросила Лили, видя, что однокурсник никак не решится сообщить то, ради чего ее остановил.
– Я хотел сказать, чтобы ты не расстраивалась из-за того, что сказал Снейп, – выдавил из себя Джеймс и небрежным жестом взлохматил свои и без того в беспорядке торчащие во все стороны волосы.
– А похоже, что я расстроена? – недоуменно вскинула одну бровь девушка. – Я уже сказала, что мне все равно, что он думает.
– Ну… ладно, – протянул Сохатый и скромно улыбнулся. – Он не имел права так говорить. Уж точно не он. Ведь он сам полукровка…
– Короче, это все, что ты хотел мне сказать? – грубо оборвала его рыжеволосая волшебница.
– Д-да, – немного заикаясь от такого отношения, понурил голову Джеймс. – Прости.
Видя его забитый вид, Лили сменила гнев на милость, и черты ее лица разгладились.
– Если ты думаешь, что твой поступок заслуживает одобрения, то ты ошибаешься, Поттер, – нравоучительным тоном проговорила она.
Гарри смотрел на отца и почему-то в памяти всплыли похожие сцены, только на месте отца юноша представил себя, а на месте своей матери Гермиону. Подруга тоже иногда могла позволить себе отсчитать Гарри за какой-то поступок, когда он нарушал правила и совершал что-то неправильное на ее взгляд. Поняв, насколько двусторонне это можно понять, брюнет пораженно замер.
– Просто этот Нюниус… – принялся оправдываться Поттер-старший, но тут же снова сник, когда Эванс грозно нахмурила брови и поджала губы. – Прости, – снова повторил он.
– Иногда ты несносный, Поттер, и ты это знаешь. Почему тебе вечно нужно выделиться? Северус никому не мешал, а ты выставил его на всеобщее посмешище. Неужели ты сам не понимаешь, какой низкий поступок совершил? Не считаешь, что пора уже повзрослеть? Знаешь, что против вас четверых у Северуса нет шансов дать отпор вашим нападкам, и упиваешься своей властью. Так поступают маленькие дети, желая привлечь к себе внимание. Если хотел меня впечатлить, то ты просчитался. Я не одобряю подобные издевательства.
И, снова развернувшись на каблуках, она взмахнула своими волосами и поспешила к входу в замок. Гарри потянуло следом, но он успел услышать тихую реплику своего будущего отца:
– Я исправлюсь, Лили. Я обещаю, что изменюсь.
Юноша довольно улыбнулся. Видимо, Сохатый выполнил свое обещание, раз Эванс ответила на его ухаживания и сменила свою фамилию, выйдя за него замуж. Да, девушка правильно показала своему сыну это воспоминание. Оно стало переломным моментом в отношениях будущих супругов. Возвращаясь в свое время, Гарри только пожалел, что даже изменение в характере Джеймса Поттера не помогло Снейпу пересмотреть свое к нему отношение, спроецировав его на сына мародера уже после его смерти.
Оказавшись в спальне мальчиков в своем времени, Гарри осмотрелся. Комната была еще пуста, а это значит, что обед еще не окончен. Зато брюнет услышал какой-то стук и, повернув голову на звук, увидел, как в окно клювом стучит какая-то сова с потрепанными перьями. Захлопнув дневник и отложив его в сторону, юноша вскочил с кровати и поспешил открыть окно. Сова быстро влетела внутрь комнаты и спикировала на прикроватную тумбочку. Надеясь, что она принесла долгожданную посылку, Гарри бросился к ней, чуть не напугав птицу. Та недовольно ухнула, взмахнув крыльями. Юноше даже показалось, что она крайне неодобрительно на него посмотрела, но позволила ему достать содержимое футлярчика, прикрепленного к своей лапке. Выполнив свое предназначение, сова взмахнула крыльями и вылетела в окно. Поттер посмотрел на обычный камушек на своей ладони, коих превеликое множество на улицах.
– Мда, шутка, достойная истинного мародера, – усмехнулся Гарри.
В этот момент дверь в спальню открылась, и в комнату вошли Невилл Лонгботтом и Рон. Испугавшись лишних расспросов, брюнет тут же сунул камушек в карман брюк, где будет ждать своего часа до завтрашнего дня. Рыжеволосый волшебник тут же подошел к другу и, достав из кармана какой-то сверток с видом героя, совершившего немыслимый по своей значимости поступок, протянул его брюнету. Тот развернул сверток и чуть не рассмеялся в голос. На тряпочке лежала пышная булочка. Поттер подумал, что это подношение, действительно, стало подвигом для Уизли, что любил поесть. Поблагодарив лучшего друга за столь широкий жест, Гарри с удовольствием вгрызся зубами в булочку. После получения долгожданного порт-ключа, к нему вернулся и голод, и ученический настрой. А главное, завтра он с удовольствием отправиться вместе со всеми в Хогсмид.
На следующий день за завтраком все обсуждали предстоящий поход в деревеньку, где помимо жилых домов волшебников, также находилось множество магазинчиков и кафешек. Гарри с улыбкой слушал своих сокурсников за столом. Когда у него спрашивали, куда бы он предпочел пойти, брюнет отвечал, что побывает везде, ведь он планирует зависнуть в деревеньке на весь день. Рон с широкой улыбкой его поддержал, хотя его больше интересовало, куда бы захотела пойти Гермиона, делая для себя мысленно пометки, где ему нужно ее сопровождать. Джинни, желая помочь брату устроить свидание с подругой, предложила свою кандидатуру на роль спутницы Великого Избранного, так же на каждое высказывание заявляя, что хочет побывать именно там же, где и юноша. Вот ведь совпадение. Гарри, понятное дело, ее энтузиазма не разделял. Ему совсем не нужны спутницы и прочие сопровождающие, ведь он-то не планирует посещать лавки Хогсмида. На выручку, сам того не ведая, пришел Невилл, смущенно попросившись в компанию к Поттеру вместе с девушкой. Брюнет с радостью принял его в команду, несмотря на недовольное лицо единственной дочери Молли и Артура. Впрочем, чтобы не вызывать подозрения, она тут же улыбнулась и подтвердила согласие Гарри. А тот надеялся, что у него получится во время прогулки сослаться на какую-то причину и остаться в одиночестве.
И вот после завтрака студенты стали собираться во внутреннем дворике школы. МакГонагалл и Флитвик, сверяясь со списками учеников, которые получили разрешение своих родителей и опекунов, отмечали проходящих мимо них детей. Гарри был рад, что смог раздобыть подписанное Сириусом разрешение и ему не было нужды, как два года назад, пробираться в Хогсмид тайно под мантией-невидимкой. Компания гриффиндорцев в составе Золотого Трио и Джинни с Невилом бодро и со смехом направилась по тропинке, что вела в сторону деревни. Джинни, словно так и надо, обхватила руку Великого Избранного, заливаясь смехом от очередной шутки Рона. Гарри не стал высвобождать свою конечность, хотя подобное отношение его удивило. Шестой сын рыжеволосого семейства, посмотрев на сестру и решив, что он ничем не хуже, так же взял Гермиону за руку и ослепительно улыбнулся ей. Грейнджер улыбнулась ему и так же не стала противиться, чтобы не обидеть друга.
Войдя на территорию Хогсмида, друзья разделились. Точнее Рон, помахав другу, сестре и Лонгботтому рукой, ненавязчиво потянул Гермиону в сторону ближайшего магазинчика со сладостями. Шатенка только с грустью обернулась на Гарри, и на мгновение их взгляды пересеклись. И в этих взглядах было солидарное желание, чтобы шумных и приставучих друзей сейчас не было. Джинни же потянула Гарри прямо в противоположную сторону, и тот успел обнять за плечи свободной рукой Невилла, потому что скромный гриффиндорец, посчитав, что зря напросился в компанию к «сладкой парочке», уже готов был уйти подальше и не мешать. Это никак не входило в задумку Поттера уйти в процессе прогулки, оставив Джинни в компании Лонгботтома.
Посетив пару магазинчиков со сладостями, Гарри предложил зайти в кафе, но, не дойдя до него, он схватился за лоб.
– Гарри, что с тобой? – обеспокоенно подскочила к нему Джинни. – Шрам?
– Да, – соврал брюнет. Еще когда он жил в «Норе», Поттер понял, что сослаться на свой шрам – прекрасная возможность остаться в одиночестве. – Простите, но я вернусь, пожалуй, в школу.
– Я провожу, – вызвалась девушка.
– Нет, прошу тебя, Джинни, – ласково попросил Гарри, беря ее за руку. – Я вовсе не хочу портить вам прогулку. Невилл, позаботься о Джинни, пожалуйста, – обратился он к Лонгботтому.
– Конечно, Гарри, – закивал головой Невилл, и на мгновение брюнету показалось, что юноша очень даже рад остаться с рыжеволосой волшебницей наедине.
– Но… – попыталась возразить Уизли, но Гарри повторил свою просьбу и, старательно изображая муки боли от шрама, побрел в сторону школы.
Пока он не ушел далеко, до него донесся голос Лонгботтома, когда тот успокаивал Джинни и обещал, что с Гарри все будет хорошо. Девушка вздохнула и, скрывая разочарование от ухода предмета обожания, воспользовалась предложением гриффиндорца продолжить прогулку. Стараясь не скрываться на бег, вдруг Джинни еще смотрит в спину, Поттер брел по тропинке. Наконец, тропинка повернула в сторону, и юноша смог прекратить свое «шоу». Осмотревшись, он нашел небольшой закуток и юркнул в него. Достав камушек, присланный крестным, Гарри сжал его в кулаке и произнес заклинание активации порт-ключа. И в тот же момент он почувствовал, будто все его внутренности скрючивает в узел, а тело будто протаскивают сквозь узкую трубу. Вспомнив свой первый опыт использования портала в прошлом году на чемпионате по квиддичу, Гарри сжимал камушек в ладони, ожидая, когда же неприятные ощущения закончатся, а под ногами восстановится крепкая опора.
========== Гриммо Плейс, 12 ==========
Комментарий к Гриммо Плейс, 12
А вот и новая глава. Спасибо за лайки и ждуны. И не стесняйтесь заваливать отзывами:)) Мне очень важно ваше мнение. Спасибо всем, кто читает.
Дисклеймер: это чтиво для развлечения, а не для анализов, философии и прочего. Просто легкое чтиво. Автор не несет ответственности за возможный вызванный в процессе прочтения негатив и “а у меня не так”, “я считаю иначе”, “а вот мне лучше виднее, что..” и т.д. Это сугубо субъективное авторское восприятие сюжета, характеров героев и истории, поэтому навязывание своих взглядов здесь – неприемлемо и наказуемо. Надеюсь, все друг друга поняли, а теперь приятного чтения!
Гарри оказался в каком-то коридоре довольно мрачного на вид дома. С обеих сторон от юноши тянулись стены, обклеенные темными обоями с каким-то готическим рисунком. Все еще приходя в себя после неприятного перемещения с помощью портала, брюнет сделал вперед пару шагов, когда неожиданно из-за угла вышел Сириус Блэк собственной персоной. Вот только Поттер не сразу узнал крестного. На третьем курсе, когда он видел мужчину в последний раз, тот имел вполне понятный вид человека, заключенного в одиночной камере более двенадцати лет. Его волосы имели спутанный вид, а лицо заросло в длинной бороде и усах. Теперь же Сириус предстал перед сыном лучшего друга гладковыбритым, с опрятно уложенной прической вьющихся волос, достающих ему до плеч. От исхудавшего и изможденного узника Азкабана не осталось и следа, и на его место вернулся симпатичный мужчина немного за тридцать, одетый в строгий отутюженный костюм-тройку. За пуговицу жакета цеплялась золотая цепочка, уходящая в карман, а ворот белоснежной рубашки был повязан платочком бордового цвета.
– Ну, здравствуй, крестник, – с улыбкой поздоровался Блэк, разведя руки в стороны и приглашая юношу в свои объятия.
– Сириус, – счастливо выдохнул Гарри и поспешил воспользоваться его приглашением.
Бродяга весело засмеялся и, обняв юношу за плечи одной рукой, пальцами другой руки озорно взлохматил черные вихры крестника. Поттер довольно зажмурился, прижимаясь к лучшему другу родителей.
– Я так рад тебя видеть, – после этих слов губы юноши растянулись в блаженной улыбке, отнимая голову от груди Блэка и поднимая взгляд на его лицо.
– Я тоже, Сохатик, – улыбнулся ему Сириус и похлопал по спине юноши.
– Где мы? – спросил Гарри, когда с приветствиями было окончено.
– Гриммо Плейс, 12, – ответил мужчина. – Фамильное имение рода Блэк. Полную экскурсию проведу в другой раз, она надолго затянется, а пока по минимуму, – добавил он с лукавой улыбкой, смотря, как от удивления вытянулось у брюнета лицо.
Все еще обнимая крестника за плечи одной рукой, Бродяга потянул его за собой по коридору.
– Только не запнись о держатель зонтов, – неожиданно предупредил он, указывая на уродливый аксессуар мебели, имеющий вид ноги тролля. Впрочем, Гарри и до предупреждения на него бы не наткнулся. – Моя двоюродная племянница вечно об нее спотыкалась, – пояснил свою реплику Блэк.
– У тебя есть племянница?
– Ага, дочь моей кузины Андромеды – Нимфадора Тонкс. Правда, Дора свое полное имя не любит, но мне так нравится ее бесить, потому я игнорирую ее гневные высказывания, – ответил Сириус и озорно подмигнул крестнику, что тот рассмеялся. Все-таки годы не властны над одним из Мародеров. – Меда вышла замуж за маглорожденного волшебника Теодора Тонкс, – продолжал объяснять мужчина, заворачивая за угол этого, казалось бы, бесконечного коридора. – За это пренебрежение родовым устоям моя матушка изгнала Меду из рода и выжгла ее с гобелена. Я его тебе также потом покажу. Матушка и меня выжгла, когда я в 16 лет убежал из дома под крыло к твоему отцу. Но, – сказал он и остановился. Гарри тоже замер и увидел прямо перед собой портрет какой-то женщины. Как и остальные портреты в магическом мире, человек, изображенный на нем, двигался и говорил. Увидев людей перед собой, женщина презрительно сморщилась, будто ей под нос подсунули раздавленного флоббер-червя, – магия вернула мое изображение, – продолжил фразу Сириус, с видом шкодливого подростка смотря в лицо женщине – на гобелен, потому что для нее неприемлемо, чтобы действующий Глава Рода был не указан на гобелене этого самого Рода, – не успел Гарри переспросить, не ослышался ли он, как заговорила женщина.
– Я все ждала, когда ты возьмешься за ум, неблагодарный, – сварливым голосом старухи проговорила женщина с портрета. – Это были вынужденные меры.
– Конечно, матушка, – устало закатив белки глаз под веки, ответил мужчина.
Гарри, смотря на их шутливую, но все-таки семейную перебранку, только тихо хихикал в кулак.
– И не так давно Великое Провидение услышало меня. Хотя до этого ты заставлял меня волноваться, впустив в наш дом недостойных. Не уверена, что это снова не произошло, – сказала женщина и окинула юношу таким взглядом, что тому показалось, будто он совершил какой-то недостойный поступок, всего лишь оказавшись в этом месте.
Встрепенувшись, Сириус вспомнил, что так и не представил матери гостя.
– Гарри, позволь представить тебе Леди Вальпургу Урсулу Блэк. Леди Блэк, позвольте представить Вам моего крестника Гарри Джеймса Поттера.
– Поттер, – скривилась женщина, словно получив подтверждение тому, что Гарри можно смело отнести к категории «недостойных» людей.
– Да, именно, – довольно улыбнулся мужчина. – Сын Джеймса Поттера, моего лучшего друга.
– Приятно познакомиться с Вами, Леди Блэк, – уже привыкший в доме дяди к подобному презрению, здесь, тем не менее, Гарри захотелось наладить отношения с матерью крестного.
– Хм, – пристально хмыкнула Вальпурга. – Стоит признать, что зачатки манер у него присутствуют. Не то, что его отец. Мало того, что не имел уважения к достойным представителям древнейшего и уважаемого Рода Блэк, так еще и выбрал эту поганую гр…
– Да, маглорожденную Лили Эванс, – обрывая родительницу на полуслове, уточнил Сириус. – И это их сын. Теперь ты понимаешь, почему я сбежал отсюда? – добавил он, уже обращаясь к Гарри.
Тот понимающе кивнул головой. Он понял, какое слово чуть не сорвалось с губ женщины. И если бы та не была портретом, а стояла перед юношей воплоти, то он бы, проигнорировав ее почтенный возраст, бросился бы на защиту своей матери.
– Но сейчас мне бежать некуда, а потому я вынужден налаживать быт здесь, – как бы извиняясь, произнес Бродяга. – В том числе и пытаться найти общий язык с матерью, чтобы не выслушивать ее вечные недовольства. Как видишь, я все еще в процессе этого.
Леди Вальпурга на это высказывание громко фыркнула, считая, что это целиком и полностью вина ее неразумного сына. Гарри же улыбнулся, не желая становиться камнем преткновения между постепенно налаживаемыми отношениями матери и сына.
– Кричер, – вдруг крикнула женщина, что брюнет дернулся назад от неожиданности.
Сириус весело подмигнул ему, и юноша обрадовался, что неприятный инцидент при знакомстве был исчерпан. На зов женщины из воздуха появился престарелый домовой эльф, одетый в обноски. Посмотрев на гостя, эльф скривился, как некогда Леди Блэк.
– Опять дом благородного и древнего Рода Блэк осквернен появлением грязнокровок и предателей крови, – проскрипел он.
– Кричер, хочешь, чтобы твоя голова пополнила коллекцию этого Древнейшего и Уважаемого Рода? – не повышая голоса, спросил Сириус. – Пожалуй, я уже готов восстановить эту добрую традицию своих предков.
После его угрозы притих не только домовик, но и портрет Леди Блэк. Поттеру даже показалось, что она с некой гордостью посмотрела на сына. Видимо, эта угроза окончательно убедила женщину, что сын все-таки вернулся в семью достойным человеком.
– Кричер просит простить хозяина недостойного домовика за его неосторожные слова, – низко поклонившись, отчего его огромные уши едва не волочились по полу, пролепетал эльф.
– Как видишь, здесь я тоже нахожусь в процессе, – непринужденно сказал Блэк, снова оборачиваясь к крестнику. Тот едва удержался, чтобы не похвалить мужчину за его «прогресс» в налаживании быта. Еще немного, если верить наблюдениям, то домовой эльф и портрет бывшей Леди Блэк будут бояться дышать без разрешения на то действующего Главы Рода. – Кричер, что у нас с обедом? Мне нужно угощать гостя.
– Кричер еще раз просит его простить за неподобающее поведение и просит подождать еще некоторое время, – видимо, угроза сработала как никогда действенно, и в голосе домовика появились не только испуганные, но и нотки благоговения. – Пока же Кричер готов предложить хозяину и его многоуважаемому гостю напитки и закуски по их желанию.
– Да, накрой столик в гостиной, – распорядился Лорд Блэк и махнул рукой. Домовой эльф еще раз поклонился и испарился, спеша исполнить просьбу хозяина и сохранить голову на плечах. – Мы Вас покинем, матушка, – учтиво наклонил голову Сириус и сделал приглашающий жест рукой в сторону проема неподалеку от портрета.
– Еще раз, был рад знакомству, – повторил за крестным Гарри, кивнув его почившей родительнице.
– Добро пожаловать в дом Уважаемого и Древнейшего Рода Блэк, – выдавила из себя ответную вежливость женщина.
Наконец, брюнет прошел следом за мужчиной в просторную гостиную с необходимой для него мебелью. Посреди комнаты стоял длинный обеденный стол с дюжиной стульев по всем его краям. У одной из стен находился диван и два уютных кресла с подушками. Они окружали столик поменьше своего собрата, и именно к нему направился Сириус. Гарри оценил его выбор, ведь там было заметно теплее из-за горящего камина, по сравнению с прохладным коридором. Если бы юноша провел там еще немного времени, то ему стало бы прохладно в своей мантии, одетой по уличной погоде. Теперь же Поттер с радостью снял мантию и, бросив ее на подлокотник кресла, устроился рядом с крестным на диване. В воздухе материализовался Кричер с подносом, на котором стояла бутылка вина, два хрустальных фужера, огромное блюдо с разнообразными закусками в виде нескольких сортов сыра и морепродуктов. Домовик, выставив все это на столик, исчез, но не успели хозяин и его гость приступить к угощениям, как он снова появился с негромким хлопком, держа в ручках огромную по размерам вазу с фруктами. Когда и она нашла пристанище на столе, свободного места не осталось вовсе.
– Кричер желает приятного времяпровождения хозяину и его гостю, – поклонился Кричер. – Обед скоро будет подан.
