Текст книги "Дневник матери (СИ)"

Автор книги: KJIEO

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 66 страниц)

– Неправда, – выкрикнул Гарри, все-таки не совладав с эмоциями.

– Гарри, не надо, – остановил его Блэк, предупредительно сжав его плечо и отодвинув себе за спину. Директор вопросительно поднял брови, делая вид, что не понимает суть такой реакции со стороны юноши, но мысленно он ликовал. Может, он и проиграл опекунство над Избранным, но еще оставался шанс, что ему удастся посеять семя раздора между ним и его крестным. А там можно и попробовать вновь вернуть его под свой контроль. – Благодарю за участие и заботу, директор, – продолжил Сириус, смотря на светлого мага. – При необходимости я обязательно воспользуюсь вашей любезностью. А теперь, если у вас больше нет ко мне вопросов, мы с Гарри все же пойдем.

– Конечно, – кивнул головой Дамблдор. – Кстати, Гарри, – окликнул он своего студента, когда тот вместе со своим крестным предприняли вторую попытку покинуть здание Министерства. – Тебе будет приятно узнать, что в следующем году профессор Люпин вернется на должность преподавателя в Хогвартс, – Поттер с Сириусом перевели взгляд на вышеназванного мужчину, и тот кивнул им. – Он будет вести Дуэльный Клуб. Как ты помнишь, по моей договоренности с Министром Магии, начиная с шестого курса обучения, все желающие студенты могут записаться на посещение этого занятия. Тебе особенно будут полезны эти уроки.

– Я буду рад, Гарри, снова стать твоим преподавателем, – улыбнулся Ремус, подходя ближе. – Наши прошлые занятия на твоем третьем курсе были очень плодотворными и интересными, как для меня, так, надеюсь, и для тебя. И твои родители так же хотели бы, чтобы ты совершенствовался. У тебя огромный магический потенциал.

– Мы на пороге новой войны, – снова заговорил директор. – И каждый из нас должен быть готов бросить вызов врагу, несмотря на страхи. Всего хорошего, – попрощался он, растянув губы в улыбке и озорно подмигнув студенту.

– И вам, – коротко бросил Сириус и, все еще обнимая крестника за плечи, повел его в сторону лифта.

Дамблдор, победно улыбаясь, смотрел им вслед, а Ремус обреченно вздохнул, отведя взгляд. Конечно, он был рад вернуться в Хогвартс. И еще больше он был рад снова иметь возможность общаться с сыном своего школьного друга. Потому он не замечал очевидного: он был для Дамблдора лишь рычагом давления на Гарри, чтобы попытаться настроить его против Блэка. Директор знал, что в позапрошлом учебного году Поттер с Люпином сблизились, потому что оборотень завоевал его доверие путем разговоров и рассказов о родителях Избранного. И сейчас светлый маг снова делал ставку на располагающий характер Люпина, тем более что ему удалось вбить клин между Мародерами, и оборотень сейчас полностью верит Дамблдору и осуждает бывшего товарища. Ремус не скрывал, что очень сожалеет, что в свое время поверил Сириусу, а теперь Гарри, возможно, в еще большей опасности, попавший под опеку бывшего заключенного. И пусть тогда обвинение было ложным, но все же он был уверен, что столько лет, проведенных в одиночке Азкабана по соседству с дементорами, не могли пройти бесследно для разума и психики Бродяги. Адекватный человек никогда бы не свершил самосуд, пусть и над Пожирательницей Смерти, на глазах у ребенка.

– Не могу поверить, что сейчас мы вынуждены смириться с тем, что Фадж отдал Гарри на воспитание такому, как Сириус, – сокрушенно покачал головой Ремус, когда Блэк и Поттер исчезли с поля зрения. – Это огромная ошибка. Неужели ничего нельзя сделать, господин директор?

– Увы, мой мальчик, – шумно выдохнул Дамблдор. – Ты сам все слышал. Доказательства неоспоримы, закон на стороне Сириуса. И даже его ужасная расправа над своей кузиной сошла ему с рук. Но это не значит, что мы сдаемся, Ремус, – заверил бывшего студента директор, беря мужчину за плечи. – Я верю, что однажды Гарри увидит, что образ доброго любящего крестного не подходит Сириусу. Пока он видит в нем лучшего друга его родителей, Сириус завоевал его любовь тем фактом, что они с Джеймсом были, как братья. Это застило бедному мальчику глаза, и он простил Сириусу все его прегрешения. Не стоит винить в этом мальчика, ведь в силу своего возраста он не понимает, что именно его слепая любовь к, как он думает, единственному оставшемуся у него близкому человеку, может обернуться для него ужасными, если не фатальными последствиями. И потом будет поздно сожалеть о своем ошибочном решении. Именно потому я прошу тебя, Ремус, быть рядом и показать, что Сириус не единственный друг его родителей. В тот раз вы сблизились, и я верю, что Гарри будет рад снова иметь возможность проводить с тобой время. Я надеюсь, что ты станешь не просто наставником Гарри, но и его другом, старшим братом. Вместе мы сможем помочь Гарри и выведем его из-под влияния темной натуры Сириуса. Увы, я до последнего сомневался, но мне кажется подозрительным исчезновение мистера Петтигрю.

– Я тоже над этим думал, господин директор, – закивал его словам Люпин. – Сириус утверждает, что получил от Питера воспоминания и подтвердил их клятвой на магии от него самого, но почему он не сдал Питера в руки авроров под суд? Без сомнения его бы осудили на заключение в Азкабан, а то и сразу на поцелуй дементора, но Питера нигде не могут найти. Я боюсь, что бедняги Пита больше нет в живых, и Сириус расправился с ним так же, как со своей кузиной. Он свершил самосуд, на который не имел права, потому что Питер точно не Блэк.

– И, если бы могли выяснить судьбу мистера Петтигрю?.. – проговорил светлый маг, с намеком смотря в серые глаза оборотня.

– То это преступление ему точно с рук не сойдет, – правильно понял его Ремус. – Мне больно это осознавать, но я должен отринуть мое прошлое расположение и любовь к Сириусу. Сейчас он опасен. Не известно, на что он способен, и сколько еще неугодных погибнет от его руки. Мы должны защитить Гарри от его тлетворного влияния. В память о Джеймсе и Лили, мы должны позаботиться об их единственном сыне.

– Я попытаюсь выяснить судьбу бедного мистера Петтигрю, – кивнул головой Дамблдор. – А ты заслужи полное доверие Гарри и сблизься с ним. А потом мы, как бы мне не прискорбно это делать, покажем ему, что он хочет видеть того, чего нет. И будем молить Мерлина и Святое Провидение, чтобы мы не опоздали в своем стремлении.

– Я сделаю все, что от меня зависит, – горячо пообещал Люпин. – Мне тоже больно разбивать сердце и светлые мечты Гарри, но Сириус слишком опасен. Ради самого Гарри и ради общего блага.

– Я вижу, как ты любишь Гарри, Ремус, – по-отечески улыбнулся директор мужчине. – И я уверен, что Гарри так же поймет, что все, что мы с тобой для него делаем, лишь для его блага. И блага всех нас. К тому же Гарри не понимает, какая на нем ответственность. Думаю, нам с ним предстоит откровенный разговор, который я оттягивал до конца, но дальше тянуть нельзя. Мы на пороге войны, и должны сделать все, чтобы победить в ней. Я оберегал Гарри, давая ему право на нормальное детство, но Волан-де-Морт полностью восстановил свои силы, окружил себя многочисленными сторонниками среди волшебных существ, и готов объявить войну всему магическому сообществу. Нам так же нужно срочно собраться с силами и выступить против тирании Волан-де-Морта. И Гарри должен быть на нашей стороне, быть впереди и внушать смелость в ряды наших союзников. Мы победим, Ремус. Обязательно победим.

– Да, – закивал головой Ремус.

Дамблдор тепло улыбнулся ему и, похлопав его по плечу, направился к лифту. Оборотень последовал за ним. Его слепая вера в светлого мага, а так же его безграничная преданность и благодарность еще сыграет с ним злую шутку, приведя к смертному часу в решающем поединке с силами зла, но пока он не ставил под сомнение ни единое слово или поступок директора Хогвартса. И светлый маг это знал, радуясь, что таких верных последователей, как Люпин, МакГонагалл и прочие, у него достаточно, чтобы одержать победу над всеми несогласными с его бесспорным лидерством среди других волшебников. Но он слишком верил в свою способность располагать к себе людей, ведь к этим «прочим» он причислял и Северуса Снейпа, не зная, что его ненависть к Гарри и Сириусу изменилась на прямо противоположное отношение, а вот Дамблдор теперь стал врагом номер один, скинув с пьедестала даже Темного Лорда. Верховный Чародей Визенгамота знал, что Северус Снейп незаменимый шпион во вражеском стане, но он даже представить себе не мог, что однажды его шпион выберет другую сторону.

========== Дом, милый дом ==========

Комментарий к Дом, милый дом

Дисклеймер: это чтиво для развлечения, а не для анализов, философии и прочего. Просто легкое чтиво. Автор не несет ответственности за возможный вызванный в процессе прочтения негатив и “а у меня не так”, “я считаю иначе”, “а вот мне лучше виднее, что..” и т.д. Это сугубо субъективное авторское восприятие сюжета, характеров героев и истории, поэтому навязывание своих взглядов здесь – неприемлемо и наказуемо. Надеюсь, все друг друга поняли, а теперь приятного чтения!

Выйдя из здания Министерства Магии, Сириус взял Гарри за руку и аппарировал с улицы. Юноша уже начинал привыкать к подобному рода перемещениям, а оттого неудобства его уже не сильно беспокоили. Осмотревшись, он понял, что крестный перенес его прямо в свое родовое поместье.

– Да, плотно Рем сидит под влиянием Дамблдора, – с нотками грусти в голосе проговорил Блэк. – Знаешь, когда мы сдружились, Рем скрывал от нас то, что он оборотень. Боялся, что мы испугаемся правды и не захотим с ним дружить. У него не было друзей, кроме нас, и он очень не хотел терять нашу дружбу. Мы с твоим отцом случайно узнали. Это произошло в конце четвертого курса. Мы поздно возвращались в башню своего факультета, и увидели, как Рем быстро направлялся куда-то в сторону Запретного Леса. Мы с Джейми решили за ним проследить и, скрываясь под мантией-невидимкой, пошли за ним. Он привел нас к Дремучей Иве. Там, подняв с земли какой-то камушек, он замахнулся им в сторону Ивы и попал в какой-то сук. Ива словно замерла, и Рем быстро побежал к ней, а потом исчез в лазе под ее корнями. Мы уже хотели проследовать за ним, но Ива вдруг «ожила» и ни в какую не хотела нас пускать. Когда она чуть не пришибла Джеймса, мы решили оставить наши потуги попасть внутрь, а потребовать у Рема ответы наутро. Сначала он не хотел признаваться, но мы ему пригрозили, что у лучших друзей нет друг от друга тайн, и он сдался. Так мы узнали, что он такой с детства. Его покусал Сивый, оборотень, что потом со своей стаей перешел под знамена Темного Лорда. Отец Рема очень грубо высказался об оборотнях, и Сивый решил ему отомстить, покусав его сына. Родители Луни скрывали его «мохнатую» проблему, и, конечно, не о каком обучении в школе магии не могло быть и речи. Но к ним пришел Дамблдор и сказал, что сможет устроить Рема к себе в школу на обучение, сохранив в тайне его животную ипостась. Он и предоставил Луни Визжащую хижину, где можно было бы переждать полнолуние. Рем думал, что мы не захотим его больше знать, но твой отец предложил помочь ему, и мы стали анимагами, ведь оборотень не трогает зверей, он нападает только на людей. Все остальные полнолуния мы проводили в хижине вместе, перевоплощаясь в свои животные ипостаси. Рем никогда не скрывал, как он благоволит Дамблдору и как ему благодарен за то, что тот дал ему возможность обучаться волшебству, как другим магам. И директор это всегда знал.

– Сириус, мне очень жаль, – проговорил с сожалением Гарри.

– Да, вот так сложилась судьба четверых лучших друзей, – усмехнулся бывший Мародер. – Но ладно, не будем о грустном, – встрепенувшись, он озорно подмигнул крестнику. – Мы же хотели праздновать мое долгожданное оправдание. Кричер, – позвал он домового эльфа, и тот сразу появился на зов, склонившись в учтивом поклоне перед мужчиной. – Почему меня до сих пор не приветствуют в моем доме?

– Кричер просит Господина простить его, – снова склонился в поклоне дух. – Кричер просто не хотел мешать Господину общаться с его гостем.

– Гарри теперь не просто гость, – улыбнулся Сириус, кладя ладонь на плечо Поттера. – Он твой новый хозяин, Кричер, и с этого момента будет жить здесь.

– О, Кричер счастлив приветствовать нового хозяина в доме благороднейшего и уважаемого Рода Блэк, – улыбнулся домовик и поклонился юноше.

– Спасибо, Кричер, – вернул ему улыбку Гарри, отмечая изменение в поведении духа по сравнению с прошлой встречей.

– И твоим первым приказом от Гарри, как от хозяина, будет снятие с него следящего заклинания, – приказал Лорд Блэк.

– С превеликим удовольствием, Господин, – с готовностью ответил Кричер и повернулся к гриффиндорцу.

Подняв свою морщинистую ручку, он взмахнул ею, обрисовав круг перед телом Гарри. Потом он сделал жест, словно сбрасывает что-то со своей ладони и с довольной улыбкой отряхнул руки друг об друга.

– Готово, – отчитался он.

– Вот и прекрасно, – обрадовался Сириус. – А теперь накрой нам в гостиной столик с вином и закусками, а я пока покажу новому хозяину дом.

– Слушаюсь, Господин, – поклонился дух и исчез.

– Так просто, – восхитился способностями слуги Поттер, идя вместе с крестным по коридору.

– У домовых эльфов отличается магия от нас, простых волшебников. А Кричер еще и не простой домовик, а дух этого дома.

– Дух? – удивленно распахнул глаза юноша. – Наподобие привидений, но осязаемые? Как Пивз в школе?

– Да, материальное воплощение способностей этого дома. Кричера питает магия этого дома, и пока имение существует, то существует и сам Кричер. Он живет, чтобы служить хозяевам этого дома.

– Герми бы расстроилась, что этого домовика нельзя освободить из-под гнета волшебников, – усмехнулся Гарри.

– Да уж, – рассмеялся Сириус, представив себе подобное развитие событий. – Для того чтобы освободить Кричера, придется сравнять с землей этот дом, но сам Кричер, думаю, не обрадуется такому счастью. Кстати, я открыл для твоей девушки возможность сюда приходить, так что, если захочешь, и она сама не будет против, ты можешь пригласить ее погостить у нас дома на каникулах.

– Отличная мысль, – обрадовался Гарри. – Я обязательно с ней поговорю.

– Ну, что ж, – произнес Блэк, когда они миновали длинный коридор и остановились у портрета бывшей Леди Блэк. – Матушка, Вы будете рады узнать, что меня оправдали, а еще назначили опекуном этого молодого человека. Так что Гарри теперь один из хозяев этого дома.

– Добрый день, Леди Блэк, – первым поздоровался с матерью крестного Поттер, учтиво наклонив голову.

– Что ж, – неопределенно произнесла Леди Вальпурга, и по тону ее голоса нельзя было понять, рада она тому, что в ее доме будет проживать потомок Поттеров или нет. – Добро пожаловать.

– Ну, идем, посмотришь дом, – улыбнулся крестнику Сириус в ответ на его удивленный взгляд. Гарри еще раз посмотрел на портрет, недоумевая с сухости ее приветствия, а потом последовал за мужчиной. – В гостиной ты уже был, а тут кухня, – указывая на помещение напротив проема, ведущего в гостиную. – Еще на кухне есть проход в подвал, который мои предки использовали как Ритуальный Зал. В смежной с ним комнате находится помещение, оборудованное под варку зелий. Далее на втором этаже находится библиотека и кабинет Главы Рода – как понимаешь, теперь он мой. На третьем этаже находятся спальни хозяев дома и гостевые комнаты. А также в конце коридора проход на чердак, где раньше хранился всякий хлам, но я там немного навел порядок, – надо было как-то коротать время в заточении – теперь там хранится наследие моей семьи в виде артефактов и амулетов. А теперь позволь тебя познакомить с Генеалогическим Древом Рода Блэк, членов которого ты по праву можешь считать своими родственниками.

– В смысле? – удивленно переспросил крестного Поттер, заходя следом за ним в комнату, где находилось минимум мебели, состоящей из камина, двух кресел и журнального столика, а на стене у входа висел гобелен Древа Рода с изображением членов семьи. Внизу гобелена на французском языке был гордо написан девиз “Toujours Pur”, означавший: «Всегда чисты».

– Вот смотри, – ответил Сириус, подходя к гобелену и указывая на одну из представительниц своего Рода. Гарри подошел ближе и прочитал имя женщины. – Дорея Блэк, – принялся объяснять мужчина. – Вышла замуж за Чарльза Поттера, что приходился Флимонту Поттеру братом, а сам Флимонт в свою очередь являлся отцом для Джеймса. Таким образом, Дорея Поттер, в девичестве Блэк, приходилась тебе двоюродной бабкой.

– Ну, надо же, – улыбнулся юноша.

– На самом деле все чистокровные семьи приходятся друг другу какими-то там родственниками, – ответил Блэк, недовольно при этом поморщившись. – С большинством из них я бы не хотел иметь ничего общего, но, сам понимаешь, приходится. Кстати, Уизли, как чистокровная семья, также приходятся нам родственниками. Как и Лонгботтомы. Знаешь, я, когда узнал, что тебя отдали в дом твоей тети, очень удивился этому. Ведь любая из чистокровных семей могла взять тебя на воспитание. И, если уж Дамблдор так хотел свести тебя с Уизли, то странно, что он сразу им тебя не отдал. Нет, ты не подумай, крестник, – рассмеялся он, отметив испуганное лицо Поттера, представившего такую возможность – конечно, хорошо, что не отдал, но все же странно. Да, нам наверно никогда не понять мотивов нашего доброго дедушки. Ну, что, пойдем праздновать? А потом ты выберешь себе любую комнату, в которой будешь жить.

Гарри с готовностью кивнул и вместе с мужчиной вышел из комнаты с гобеленом и направился в гостиной, где уже закончил с сервировкой стола Кричер. Увидев зашедших в помещение хозяев, дух низко поклонился.

– Надо только сообщить Гермионе, что я останусь ночевать здесь, – вспомнил Поттер. – Чтобы она не волновалась.

– Кричер, – обратился к слуге Сириус, усаживаясь за столик. – Отправляйся в Хогвартс и сообщи мисс Грейнджер, что с Гарри все хорошо, и он вернется завтра утром. А потом сходи к мистеру Снейпу и пригласи его к нам. Он, наверно, захочет присоединиться к нашему небольшому празднику.

– Слушаюсь, Господин, – дух низко поклонился и исчез, спеша исполнить приказ.

Гарри устроился на диване рядом с мужчиной и с удовольствием потянулся к закускам, как и в прошлый раз с изобилием предоставленные духом этого дома. Глава Рода в этот момент разлил по бокалам вино.

– Знаешь, Сохатик, ты произвел настоящий фурор этим интервью, – произнес Блэк, когда они с юношей приступили к угощениям.

– Ох, Мерлин, Сириус, ну, хоть ты не веришь, надеюсь, что все было так, как написала Скитер в своей газете? – взмолился Гарри.

– Конечно, не верю, – фыркнул Сириус и, откинувшись на спинку дивана, закинул ногу на ногу и облокотился одной рукой о подлокотник дивана. – И, конечно, Дамблдор знал, что Скитер все так перевернет, потому и затеял это бредовое интервью. Меня очень беспокоит, какой ажиотаж сейчас развернется вокруг твоей персоны. И, как понимаешь, я не о твоих многочисленных поклонницах. Думаю, Темный Лорд уже полюбопытствовал и, когда отойдет от шока, прочитав заголовок, должен рвать и метать, ненавидя тебя пуще прежнего.

– Да уж, – скривился Поттер. – Теперь уж Пожиратели в очередь за мной выстроятся.

– Да, и… – начал было отвечать мужчина, но его прервал хлопок, когда вернулся Кричер, держа за руку мастера зелий. – О, Северус, – приветственно улыбнулся хозяин дома. – Рад, что ты к нам присоединился.

– А был выбор? – недовольно покосился на домовика Снейп. – Меня как-то не спрашивали.

– Кричер? – удивленно перевел взгляд на слугу Сириус.

Тот замялся, боясь поднять на мужчину взгляд.

– Господин приказал Кричеру привести к нему мистера Снейпа, – пролепетал дух. – Кричер привел. Кричер просит простить его, Господин, если Кричер неверно понял приказ Господина.

– Полагаю, я упустил тот момент, что ты должен был сначала спросить мистера Снейпа, согласен ли он прийти к нам, – задумчиво проговорил Блэк. Гарри, смотря на недовольного преподавателя, весело смеялся, представляя себе, как Кричер появился в кабинете Зельеварения и фактически выкрал оттуда декана факультета Слизерин. – Ладно, Кричер, принеси нам третий бокал, а потом можешь быть свободен. Присаживайся, Сев, – указал Сириус на кресло рядом с диваном, когда дух исчез.

Снейп еще раз скривился, но смирился со своим пребыванием в доме друга и устроился на предложенном месте. Домовик, снова появившись, поставил на столик третий бокал и, еще раз виновато поклонившись, исчез. Блэк наполнил бокал товарища вином и, подняв свой фужер, произнес тост:

– За свободу и справедливость.

Его с готовностью поддержали Гарри с Северусом и так же пригубили свой напиток.

– Ну, как все прошло? – поинтересовался Снейп, с удовольствием угощаясь закусками. – Судя по тому, что Дамблдор вернулся с недовольным выражением лица, ему не очень понравилось, что тебя реабилитировали, Сириус.

– Да, опекунство над Гарри я у него отвоевал, – довольно ответил товарищ. – Еще и следящее заклинание с моего крестника сняли. Но директор не сдастся так просто. Он подключил Ремуса. Вернул его на должность преподавателя.

Услышав новость, зельевар подавился закусками. Откашлявшись, он поднял взгляд на друга, подумав, что тот шутит.

– Опять? – переспросил Снейп. – Замечательно просто. Как директору удалось договориться с Попечительским Советом? В прошлый раз Люпин вылетел из Хогвартса, только пятки сверкали.

– Ага, с твоей легкой руки, – с намеком проговорил Сириус, пряча улыбку за бокалом с вином.

– А я не собираюсь за то извиняться, – вспылил Северус. – Я для чего варил ему акконитовое зелье перед каждым полнолунием? Чтоб он его благополучно забыл выпить? Между прочим, он подверг опасности жизнь учеников, один из которых твой крестник. И оттого, что ты был вынужден отвлекать Люпина от студентов, вы прошляпили свой шанс схватить Петтигрю. Если бы все получилось еще тогда, то и тебя оправдали бы гораздо раньше.

– Сев, я прекрасно знаю, чтобы произошло, – вздохнул Блэк. – И не собираюсь оправдывать Рема за его забывчивость. Я сообщил тебе эту замечательную новость с другой целью.

– Слушаю.

– Дамблдор теперь будет пытаться вернуть Гарри под свой контроль, – проговорил Сириус, переводя взгляд на крестника, что внимательно слушал разговор мужчин, налегая на закуски. – И он сделал ставку на Рема, помня, как тот сдружился с Гарри в позапрошлом году. Луни сейчас считает меня плохим, наверно, так же, как и сам директор, не радуясь моей свободе. Полагаю, в следующем году Рем попытается вернуть былое расположение Гарри, аккуратно настраивая его против меня.

– Будто я собираюсь его слушать, – фыркнул Поттер.

– Да нет, крестник, слушай, – улыбнулся Блэк. – Слушай и поддакивай.

– В смысле? – одновременно переспросили Гарри и зельевар.

– В самом прямом, друзья, – непринужденно ответил Мародер, опустошая остатки своего бокала и обновляя свой и бокал Северуса. – Ты будешь внимательно слушать то, что говорит тебе Рем, – принялся наставлять юношу крестный. – Показывай ему свое расположение. Только не явно, а сначала с неохотой, ведь тебе неприятно, что твой любимый крестный показал себя не с лучшей стороны в эпизоде, скажем, с Беллой. Уверен, что Рем будет давить именно на это.

– Кстати, да, – подключился к обсуждению Снейп. – Тогда, когда я отправился вместо Гарри к директору, он также интересовался, как Гарри отреагировал на сцену казни Беллы.

– Ну, вот, – кивнул Сириус и продолжил. – Не знаю, что еще там припомнит Луни, но он подойдет со всей ответственностью к тому, чтобы настроить тебя, Гарри, против меня и снова вернуть на путь света. Думаю, Дамблдор его подробно проинструктировал. В общем, слушай, поддавайся на уговоры, чтобы Дамблдор не сомневался, что у него все под контролем. Теперь, когда Темный Лорд готов развязать новую войну, нам совсем не нужно ссориться с директором больше, чем есть. Наоборот, нужно убедить его в твоей к нему лояльности и готовности делать все, что он скажет. Если кто и сможет бросить реальный вызов Темному Лорду и его зарвавшейся шайке Пожирателем, то это Дамблдор и его Орден.

– Судя по пророчеству, вызов ему должен бросить я, – горько усмехнулся Гарри.

– Один ты точно не будешь, Сохатик, – ответил мужчина, обнимая юношу за плечи и привычным жестом взлохмачивая ему волосы на затылке. – У тебя есть друзья, что не оставят тебя наедине с врагами. Будем мы с Северусом. Возможно, Дамблдор и внушил всем уверенность в твоей Избранности, и они уверены, что ты и сам прекрасно справишься с миссией, но есть те, кто разделит с тобой эту ношу. Мы вместе победим, Гарри. И нам нужно, чтобы директор думал, что ты на его стороне. Он и сам понимает, что война неминуема, и начнет тебя готовить к исполнению пророчества.

– Я понял, Сириус, – вздохнул Поттер.

– Нам нужно знать план директора, – догадался Снейп.

– Ага, и расскажет он его только Гарри, – кивнул головой Сириус. – И тогда, когда поймет, что Гарри готов его исполнить. Ну, еще с тобой может по секрету поделиться, Сев. Он также уверен, что ты его незаменимый шпион в стане врага.

– Не уверен, что получится, Сириус, – с сомнением проговорил юноша. – Я не смогу играть роль послушной марионетки Дамблдора. Я ненавижу его. Профессор потому и пошел тогда вместо меня на разговор к директору.

– Именно поэтому Северус продолжит с тобой занятия летом.

– Вот я так и знал, – недовольно скривился зельевар, опрокидывая в себя все содержимое бокала.

– Ну, или догадывался, – переглянулся Блэк с крестником и весело подмигнул ему. – Сев, ты и сам понимаешь, как это важно. А я Дамблдору обещал высококвалифицированного специалиста.

– Я польщен, – отозвался Снейп. – Ладно, будем заниматься через день. И больше я не буду таким добрым, Поттер, – предупредительно прищурил он глаза, смотря на студента. – И блок держать всегда, даже ночью. Не волнуйся, лютовать, как раньше не буду, – флегматично продолжил он, а Гарри удивленно распахнул глаза, ведь он именно об этом только что и подумал.

– Уверен, что ваши уроки будут проходить хорошо, – улыбнулся Сириус, смотря то на крестника, то на друга.

Разлив по бокалам остатки вина в бутылке, он поднял свой фужер, и Северус с Гарри отсалютовали ему своими бокалами.

– Ладно, зови своего домовика, пора мне откланяться, – отправив в рот еще одно канапе с сыром, декан Слизерина поднялся со своего места. – И в следующий раз пусть он спрашивает, а не просто хватает меня и доставляет, словно я предмет.

– Ну, неувязочка вышла, извини, – миролюбиво улыбнулся Блэк и, позвав духа, попросил его вернуть мастера зелий обратно в кабинет зельевара. – Ну, что ж, Сохатик, можешь пока выбрать комнату, а мне нужно отправиться к твоим родственникам-маглам. Порадую их, что ты более к ним не вернешься.

– Дядя Вернон по этому поводу вечеринку закатит, – усмехнулся Гарри. – Это его заветная мечта. Как и моя, кстати.

– Как хорошо, что мечты иногда сбываются, – ответил Сириус и поднялся со своего места. – Я быстро, крестник, – сказал он и аппарировал прямо посреди гостиной.

Поттер не сдержал завистливого вздоха, надеясь, что однажды и сам так сможет. Потом отправил в рот еще одну канапе и, пережевывая закуску, покинул гостиную, решив воспользоваться предложением крестного и выбрать себе комнату. Проход на верхние этажи находился в стороне от гостиной, и юноша прошел по коридору, минуя комнату с гобеленом. Поднявшись на второй этаж, он сразу попал в библиотеку, а в сторону уходил коридор, ведя к лестничному пролету на третий этаж. Решив осмотреть библиотеку, Гарри медленно двинулся вдоль высоких шкафов, наполненных снизу доверху всевозможной литературой. Пожалуй, размерами помещение могло конкурировать со школьной библиотекой.

– Герми оценит такое богатство, – улыбнулся он, уже представляя, что, появившись в этом доме, девушка непременно захочет изучить это место вдоль и поперек.

Правда, когда он заметил, что половина предоставленной литературы значилась в категории темной магии, у него по спине пробежался неприятный табун мурашек. Некоторые названия книг внушали настоящий ужас, и юноша припомнил слова крестного, когда тот объяснял, какое истинное наследие у его семьи. Пообещав себе, что не позволит возлюбленной изучать библиотеку в одиночестве, Поттер вернулся к коридору и поднялся на следующий этаж, где находились спальни.

Удивляясь размерам дома, юноша насчитал более десяти дверей, ведущие в просторные спальни с необходимым набором мебели. Осматривая комнаты, Гарри заметил отличительную особенность. Каждая из них имела разный вид из окна. Сначала эта особенность шокировала его, но потом он вспомнил слова крестного о том, что дом на Гриммо Плейс находится в меж-измерении, не имея конкретного места. Один вид открывался на лес, другой на самый настоящий пляжный берег моря, третий на проезжую часть, где юноша с удивлением увидел людей. Выбор был на любой вкус. И он не ограничивался магической Британией. За окном одной из первых комнат, что он исследовал, Поттер с восхищением узнал вид на улочку Монмартр, что находится в самом сердце Парижа. Юноша даже припал к окну, смотря на художников, что творили свои произведения, и прохожих, что останавливались, чтобы на них полюбоваться. И вдалеке сияла огнями высокая Эйфелева Башня. Как-то Дурсли отправились в Париж, естественно не взяв с собой тогда девятилетнего Гарри, но Поттеру удалось полюбоваться проспектами, которые приготовила тетя Петуния, стремясь посетить все достопримечательности “города любви”. В следующей комнате на Гриммо был предоставлен даже вид на деревеньку Хогсмид. Но больше всего поразил гриффиндорца вид из окна, где за стеклом разливался зеленоватый свет. Побывав в прошлом году на дне Черного озера, Поттер с удивлением узнал это свечение и подошел ближе к окну. Да, теперь он точно мог сказать, что эта комната, будто находилась под толщей воды. Ему даже на мгновение показалось, что где-то вдалеке мелькнул рыбий хвост русалки. Взмахнув волосами, юноша смахнул наваждение и повернулся к проходу. Там стоял Сириус, прислонившись плечом к дверному косяку и скрестив на груди руки.

– Вот уж не ожидал, Сохатик, – не скрывая недоумения, протянул он. – Тебе приглянулась эта комната?

– Нет, – замотал головой Поттер, отходя от окна. – Просто интересно стало. Напоминает Черное озеро в Хогвартсе.

– Это оно и есть, – спокойно ответил Блэк. – Эта комната принадлежала моему младшему брату Регулусу. Он, как и большинство членов моей семьи, заканчивал факультет Салазара Слизерина, и захотел даже дома иметь вид из окна, как в родной гостиной. Никогда не понимал этого предпочтения. Мне вот приглянулся вид на магловскую улицу.

– Знаешь, что я никак не ожидал? Все виды из окон открываются на улицы Британии, пусть то магловский или магический мир, но вида Парижа я никак не ожидал.