Текст книги "Тортоделка. Истинный шедевр (СИ)"
Автор книги: EvgeshaGrozd
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 34 страниц)
Подставлять девушку под удар грозной матери со своими фобиями не стал. Расплылся в улыбке:
– Видимо, я немного неправильно её понял. Простите, Антонина Григорьевна. Поищу на работе.
– Деньги нажил, а мозги – нет, – прорычала она, зацепив больным взором, и захлопнула входную.
Фух. Несладко Вике с такой матерью и сейчас убедился в этом ещё больше. Шестым чувством знал, что её мать не лгала, она бы не стала прикрывать дочь и меня бы не поскупилась выставить с помощью тапка или клюки.
Вика где-то с ним, но где именно боялся и предположить. Вновь набрал номер телефона соперника и в этот раз абонент уже недоступен. Сердце внутри пребольно сжималось, пока в голове рисовались картинки. Она не сделает этого! Это же Вика! Моя Вика!
Вышел из подъезда и замер посреди дороги, не представляя, что делать и куда идти дальше. Знакомый автомобиль зарулил во двор. Собрался, отслеживая траекторию его движения. Водитель и пассажирка увидели меня сразу. Девушка вылезла из салона и не решалась двинуться в направлении своего подъезда через меня. Обида, испуг, беспокойство отражались в милых чертах лица.
– Вика, пожалуйста, давай поговорим, – как можно мягче попросил я.
Из машины вылез и Савва, смерил меня презрительным взором, оценил её.
– Антонина Григорьевна мне книгу обещала, – сказал он Вике как можно громче. – Пойдём вместе. Заберу за одно.
Вот падлюга! Если я почернел, то Вика побелела. Мужчина обошёл машину и, взяв её под локоть, повёл к подъезду. Ну уж нет! Едва поравнявшись с ним, сталью руки упёрся оппоненту в плечо, сжав в ладони ткань его футболки, которая опасно натянулась.
– Даже не вздумай, – прорычал я, глядя на соперника в упор.
Парень – не хиляк, и тут же резким махом руки скинул мою, а второй толкнул в грудь.
– Грабли убери! – рявкнул на меня.
Вика мгновенно втесалась между нами. Уперлась в меня спиной, а Савве ладонями в торс.
– Успокойтесь! – приказала девушка. – Савва, иди на работу! – рыжий продолжал сканировать меня и мысленно крыть отборным матом. – Ты слышишь?! Майоров, у тебя смена! Иди!
Взор его зелёных глаз опустился на девушку, сбавляя обороты. Не подчиниться своему начальнику он не смел.
– Подумай о чём я говорил тебе, – проронил мужчина моей девушке и, нехотя, направился к машине. Хлопнул дверцей и рванул с места, распугав голубей.
Маленькая, но всё же победа.
– Чего скалишься?! – Вика презрительно окинула меня чернотой взора.
– Вика, пожалуйста, дай мне сказать, – попробовал пленить руку, но она её вырвала и понуро продолжила путь к подъезду.
– Может хватит?! – обернулась у дверей. – За всю свою жизнь я не испытывала столько позора и обид, как за месяц с тобой. К чему мы идём?! Я готова ждать твоей милости, но будет ли она? Способен ли ты? Есть ли смысл?
– Вика, я всегда был честен с тобой. Блядь! Да, видимо, я оказался однолюб. А та сука, взяла самый важный и крупный кусок торта. Но она не потребила его, а размазала по столу самым мерзким и извращенным способом. Прошу тебя, Вика, создай новый! Свой шедевр! Я готов! Скажи, что я должен сделать!
– Герман, это бессмысленно, когда в твоём сердце другая. Ты хотел связать с той женщиной остаток своей жизни, и даже после её предательства продолжал бежать за утехами к ней. Какая гарантия, что ты не пойдёшь через несколько дней снова в её постель, если мы сейчас расстанемся?!
– Мне нужна только ты, – голос панически дрогнул.
– Вот и проверим, – сердито вскинула девушка головой. – Завтра я заберу свои вещи.
– Нет, погоди, – душа полетела глубоко в ад. – Ты бросаешь меня?!
– Нет, потому что люблю, несмотря ни на что, но делать из себя посмешище или тряпку больше не позволю. Я хочу, чтобы ты подумал и принял верное решение, потому что на второй раз, я уйду навсегда.
– Это ультиматум? – слегка скривился.
– Думай, как нравится. Это перерыв, в котором мы оба должны принять окончательное решение. Порознь это будет виднее.
– Не надо, Вик, – жалобно и устало склонил голову. – Это лишнее. Я рядом, хочу тебя, нам хорошо, когда мы вместе.
– Да. И потеряв, как раз убедимся не иллюзия ли это. До свидания, Герман, – отчеканила дрожащим голосом и поспешила в подъезд.
Иллюзия?! Я покажу тебе иллюзию! Настиг в два шага. Впечатал в дверь всем телом. Впился в рот, поглощая в себя без остатка. Оттаяла, обмякла, растеклась, снова сдаваясь в моё рабство. Смелая и решительная Вика тут же ушла в небытие. Целовала в ответ, жадно сливаясь со мной. Если бы не улица, овладел бы ею прямо сейчас. Титаническим усилием оторвался от желанного тела.
– Только лишь потому что ты просишь, – произнёс тяжело дыша. – Я отойду, но, учти, время и срок будет за мной.
С этими словами развернулся и пошёл к машине, затылком ощущая всю тоску в её взгляде. Пусть! Мне тоже интересно к чему это приведёт.
18. Новый заказ
ГЕРМАН
Решил сделать по её воле и, по правде сказать, на данном этапе моей жизни, это оказалось очень кстати. Мне сначала необходимо разрулить ситуацию с бывшей и моим пока ещё псевдонаследником. Делать это в присутствии Вики, было бы гадко и бессовестно по отношению к ней. Пусть лучше девушка побудет в стороне. Ради её душевного равновесия, готов и претерпеть это в одиночку.
На работе Вика была деловитей некуда, отчего вызывала моё восхищение и усмешку. Зажимать себя в уединенных местах она не позволяла, буквально в последнюю секунду выскальзывая от опасности. Втихую, перед началом работы оставлял на её рабочем столе стаканчик с кофе и мелкие приятности: цветы, книги, билеты в кино, сертификаты в женский салон или парфюмерный магазин. Сначала девушка настойчиво отказывалась, но поняв, что отступать не намерен, начала на зло раздаривать сертификаты сотрудницам ресторана, билеты отдавала Татьяне с Антоном, а цветы распихивала по вазам в коридорах отеля. Вот паршивка! Только книги доходили до своей цели, но покоились на окне кондитерского цеха и их местоположение частенько менялось.
Беспокойство по-прежнему внушал Савва. Поняв, что Вика и я в ссоре, мужчина всячески подыскивал лазейки к моей тортоделке. Сцепив зубы, терпеливо наблюдал за его стараниями. Хрен тебе! Вика обходила стороной и этого воздыхателя, ведя себя предельно профессионально и аккуратно.
Пока искал снисхождения Вики, бывшая невеста выполняла данное мне обещание. Назначена дата на приём к перинатологу и УЗИ. Ощущал себя в роли будущего папаши не в первый раз. Однажды, Лика уже была беременна от меня и только тогда был безумно счастлив, но всё закончилось плачевно. Девушка неожиданно заболела ветрянкой и плод погиб. Убитый горем, я забыл обо всем и всех. Пытаясь забыть, ушёл с головой в работу. Бывшая же находила утешение в объятиях других мужчин. Узнав о предательстве, тут же принялся сжигать все мосты. Да, нам обоим было плохо, но, в отличие от неё, я не лез в постель к другим. Пусть и был эгоистичной сволочью и думал лишь о себе, но измена как наказание – слишком ничтожно.
– Всё-таки пришёл? – надменно фыркнула Лика, увидев меня в коридоре перинатального центра.
– А ты думала шутки шучу? – сверкнул оскалом. – Необходимо определить наше будущее.
– В каком смысле? – осеклась рыжая, явно расценив реплику иначе.
– Либо идешь нахрен навсегда и полностью, либо идешь туда же, но без моего ребёнка.
– Хрен тебе! Ребёнок будет с матерью, – зашипела она.
– Тогда алименты будут ниже… Ой, какие алименты?! Мы ж не женаты! – издевательски рассмеялся. – Послушай, крошка, даже если ты и залетела, думаешь, поверю, что ребёнок мой? Ты раздвигала ноги при любом члене из-за угла…
– Хватит! – вдруг резко вскричала Лика и задрожала всем телом. Из глаз покатились слёзы, немного меня шокировав. – Я устала терпеть твои оскорбления. Ты тоже не святоша, Герман. Баба не прыгнет на другого при нормальном мужике. Твои слова когда-то! Не хочешь с нами иметь что-то общее – дверь там. Катись!
Смотрит твёрдо, но сама же испугалась своей гордой прыти. Игра! Хочет, чтобы ушёл и не видел заключение врача, а после сыграет партию заново в свою пользу. Нет уж!
– Черта с два! Я не ради тебя здесь, а ради себя, – буркнул в ответ и отошёл от неё к противоположной стене.
В кабинет врача нас пригласили через десять минут. Акушер-гинеколог, вёл беседу с пациенткой, после уложил на кушетку, придвинул аппарат УЗИ и, смазав живот девушки гелем, приложил датчик. Громкий ухающий звук оглушил кабинет. Я знал – это сердцебиение моего будущего малыша. В груди всё отяжелело то ли от радости, то ли от разочарования.
– Срок – пять недель, сердцебиение плода – сто тринадцать ударов в минуту, в норме. Положение плаценты – по задней стенке матки…
Все слова уходили в вакуум. Это правда! Лика беременна. О том, что ребёнок мог быть от другого, честно сказать, сомневался. Она упёртая и, если решила меня вернуть, то в штаны к другому лезть не станет. Во всяком случае, пока.
Смотрел на монитор, пытаясь разглядеть в тенях и линиях своё несчастное дитя. В какую же жизнь сужденно тебе попасть!
– Вот он, – мило улыбнулся врач, ткнув в тёмное пятнышко на мониторе.
Сказать "спасибо" даже не подумал. Лика лежала на кушетке и довольно улыбалась. Твою мать! Поняв, что на грани срыва, вылетел в коридор. И что теперь с этим всем делать? Одеть на себя костюм осла, простить ей измены и создать счастливую семейку? Нет! Цирк да и только! Но в том, что она залетела виноват не меньше, сам ведь пользовался её услугами. Что ж, в поддержке я не откажу ребёнку, но вновь связывать свою жизнь с бывшей не намерен. Об этом прямо ей и огласил в коридоре, вызвав в девушке тихий гнев. Со словами "Посмотрим" Лика направилась от меня прочь.
Вечером запивал нелёгкую в компании Тохи, появление которого стало редким в стенах моей квартиры после того, как друг обзавёлся девушкой. Узнав о его романе с подругой Вики, не удивился. Эти тортоделки стоили нашего внимание и с лихвой его получили. Девушки были настоящими, простыми, без искусственных частей тела, с обычными потребностями и умением одновременно боготворить мужчину и уважать себя, без капризов, истерик и набивания себе цены. Именно, они предпочтут домашний вечер у телевизора с ужином и бутылкой вина вместо пафосного похода в элитный ресторан. Ужин готовился совместно, вино выбирал её мужчина, а фильм сама девушка. В том и была простота счастья. По своему такому счастью с Викой я дико скучал и уверен она тоже.
– И что теперь? – Антон откинулся на диване, разглядывая голубое пятно на стене и на распакованный, но так и не собранный шкаф. – Доделывай всё, зови сюда Лику и…
– Заткнись, а то я тебе сейчас врежу, – поспешил остановить его дурацкое предложение. – Ребёнок получит от меня всё, что требуется. Я не оставлю его, а будет возможность, заберу его у Лики. Эта шалава рано или поздно поймёт, что всё бесполезно и сама устанет играться. Захочет новизны и свалит к какому-нибудь толстосуму.
– Хорошо бы, – пожал плечами друг. – А потом что?
– Ничего. Воспитаю ребенка сам.
– Круто. В раскладе этом Вики только не хватает, – скривился он.
– Не хватает, потому что не знаю, как к ней подступиться. Что сделать, чтобы она поверила мне.
– А ты загляни в своё будущее, – перебил меня Антон. – Закрой глаза и на секунду представь свою семью. Кого ты видишь рядом? Родных, отца, своих детей… Кто держит твоего ребёнка на руках? Кто смотрит на тебя любящими и счастливыми глазами? Кто восхищается тобой и поддерживает?
В ступоре уставился на него, поняв, что знаю ответ на каждый его вопрос.
ВИКА
Села за рабочий стол и по традиции кинула взор на угол возле ноута. Стаканчик с кофе и лилия в композиции с фарфоровым медвежонком Тэдди. Да, он стал хитрее и по-прежнему не сдаётся, а я уже сдалась и давно, только не знаю, как сказать ему.
Герман затих. Говорит лишь о рабочих делах и не стремиться пересекаться со мной в уединённых местах. От Тани узнала, что он ходил с бывшей к врачу. Лика действительно беременна, и Гера не намерен бросать своё чадо, но это не означало, что он должен сходиться с его матерью, и мужчина чётко дал это понять.
За период нашего расставания, начала тосковать по нему всё больше и едва сдерживала себя, чтобы не послать все предрассудки к чёрту и не прыгнуть любимому на шею.
Сегодня в два часа дня назначена встреча с заказчиком в зале нашего ресторана. Мужчина чуть за сорок был невероятно пунктуален. Тепло поприветствовал меня и даже предложил чашечку кофе. Заказ на торт оказался довольно мил, оригинален и трогателен. Начинка – клубнично-банановая, вес – один килограмм, декор из белого крема, а сверху надпись "Ты выйдешь за меня?"
– В торте нужно как-нибудь сделать углубление для коробочки, и закрыть, чтобы смотрелся целым, – мужчина мягко улыбался.
– Без проблем. Мне нужны будут размеры коробочки. Сверху сделаем красивую шоколадную табличку, которая, как раз скроет ваш сюрприз, – тоже улыбнулась заказчику, по-доброму завидуя его будущей невесте.
– Просто чудесно. Торт нужен через три дня. Завтра я пришлю вам размеры и внесу предоплату. Утром, в день отдачи торта, мой курьер доставит вам кольцо. У вас есть место для хранения подобных вещей?
– Да, подобные "сюрпризы" от заказчиков уже были. Правда не с кольцами, – рассмеялась я, уверенно кивая.
– О, значит я – первый, – засмеялся в ответ мужчина. – Доставка у вас есть?
– Да, конечно. Такие заказы обычно сама доставляю, чтобы потом без недоразумений.
– Ещё лучше. Теперь буду знать, что всё в надежных руках. Привезти торт нужно сюда к семи вечера, – протянул мне визитку с адресом.
– Это за МКАДом? – уточнила я.
– Да, коттеджный посёлок прямо в пяти минутах езды от МКАДа. Вас встретит моя гувернантка и отдаст оставшуюся сумму. Только очень прошу, постарайтесь не опаздывать. Моя невеста должна будет появиться, где-то после вас. Сами понимаете, ей нельзя вас видеть, – снова расплылся в счастливой улыбке. – А то неудобно выйдет.
– Да, буду вовремя, – пообещала чистосердечно. – Всё будет сделано по высшему сервису. Не беспокойтесь.
– Заранее благодарен. С вами приятно сотрудничать, – мужчина поднялся изо стола, галантно поклонился и, пожав мне руку, ушёл.
С тоской посмотрела ему вслед. Почему я не могу повстречать на своём пути кого-то подобного? Нет же, мне нужен Герман с тонной проблем и головняков. Про вредность и упрямство вообще молчу.
К заказу и правда подошла с энтузиазмом и особой заботой. Самолично выпекла и собрала торт. Вырезала нужный размер углубления. Выровняла белым кремом. Табличку переделывала раза три, доводя до идеальности. Господи, если эта особа скажет ему "нет", я самолично одену ей этот торт на голову. Бесплатно, за счёт фирмы. Кольцо вызвало восхищение всей женской аудитории отеля и ресторана. Ещё бы, "Tiffany princess cut" – белое золото, аккуратный почти воздушный бриллиант в один карат, невероятно лёгкое на вид и безумно дорогое по цене. Ладони невольно вспотели, когда вкладывала голубую коробочку в торт. Упаковку для самого торта подобрала самую элитную и дорогую, желательно без оконцев.
– Давай я отвезу или с тобой поеду, – переживая, настаивал Савва. – Кольцо дорогущее, мало ли.
– Тебе другой свадебный торт везти надо. Я справлюсь, не переживай. Тем более, обещала заказчику, что лично прослежу за всем. Мне так спокойней, – отнекивалась я от его общества.
Выехала пораньше, так как в это время самый пик пробок. Предварительно позвонила заказчику, что в пути. На пять минут всё же опоздала, но открывшая мне калитку женщина, успокоила, сказав, что хозяева ещё не подошли.
Однако, войдя в дом немного опешила – он был пуст. Просто голые стены и никакой мебели.
– Хозяин его только купил и пока ещё не обзавелся бытом, – пояснила гувернантка, проведя меня в гостиную, в которой стоял накрытый небольшой столик. У камина простиралась объемная шкура и множество мелких подушек.
Женщина зачем-то зашторила плотные портьеры, лишая комнату последнего сумеречного света. Невольно вздрогнула, когда вспыхнул электрический огонь в камине.
– Я сейчас принесу деньги, подождите секундочку, – улыбнулась гувернантка и поспешила в сторону коридора.
Интимность помещения гнала меня отсюда поскорее прочь, так как боялась попасться на глаза будущей невесте заказчика. Нервно выжидала возвращения женщины, но обомлела, когда в комнату вошла до боли знакомая фигура.
Герман?!
– Привет, – мягко улыбнулся и, не обращая внимание на мой шок, подошёл впритык. Снял крышку с коробки. Надпись смотрела куда-то влево, но мужчина аккуратно повернул её лицом ко мне. – Что скажешь? – его голос напрягся в ожидании и отблеск синих глаз стал для меня целым миром.
Боже…
19. Попытки к счастью
ВИКА
Сердце сделало кульбит, душа вылетела из тела. Торт едва не соскользнул на пол, но Гера успел его перехватить. Зажала рот ладонью, боясь вскрикнуть от шока.
– Ты серьёзно? – молвила наконец дрожащим голосом. – Или это жестокая шутка?
– Виктория Ларионова, ты согласна стать моей женой? – чётко произнося каждое слово, повторил он. – Жить со мной в этом доме и в горе, и в радости? Стать моей верной подругой на всю жизнь? Быть под моим крылом и защитой?
Мне казалось, что я сплю, но сон не закончится моим отказом, потому что слишком сильно хочу быть его и навсегда. Сумасшедшая!
– Да, – уронила робко, и слёзы покатились по щекам. – Я согласна! – сильней проникалась в этот факт.
Герман счастливо и победно улыбнулся и, отставив торт куда-то в сторону, заключил союз жарким поцелуем и потащил меня на подушки к камину.
Наши разгоряченные тела едва не драли друг друга на части в акте любви. Две недели друг без друга сыграли в этом немалую роль. Просачивалась в каждую пору на его коже, ощущала каждой клеточкой его дыхание. Изгибалась в пике неистовой страсти, когда этот мужчина владел мной. Хочу быть его. Слабой жертвой в руках хищника и пусть он сильнее сомкнет клыкастую пасть на моей шее и погубит навсегда. Плевать! Страстно шептала его имя, утопая в караване ощущений, чувств и счастья. Позволяла ему заполнять меня собой, даря свою душу и тело без остатка. Мокрая и уставшая лежала на своём мужчине, слушая, как учащенный стук его сердца становился более размеренным и спокойным.
– Невероятно сильно боялся, что ты скажешь "нет", – тёплая любимая ладонь прошлась по волосам.
Приподняла голову, уткнувшись подбородком в грудь Геры.
– Сказала "да" и не жалею, только теперь отчего-то безумно боюсь, – проронила, лаская взглядом любимый лик.
Герман обнял за плечи и перекатился со мной на бок. Красивое волевое лицо нависло над моим, ладонь гладила волосы и шею, плавно скользя к грудям и сладостно сминая, губы слегка касались виска и бровей.
– Всё будет по-другому. Я обещаю. – Шепот и обжигающее дыхание у виска. – Только ты и я. Все прошлые проблемы и неурядицы останутся за пределами нашего мира. Я буду очень стараться. Главное, верь мне и дай время. В наш дом придут только те, кто всецело с нами и поддерживают. Остальных не будет.
– Даже моей мамы и твоих родных? – горько приподняла уголок рта.
– Мои будут только в моей жизни, за пределами этого дома. Их не подпущу к нам до тех пор, пока не буду уверен, что они уважают мой выбор и будущую жену. Нет смысла держаться за них, пока все против нас. Я хочу, чтобы этот дом стал нашей гаванью, убежищем, куда хочется возвращаться каждый день.
– И я хочу, – ласково поцеловала в краешек губы, покоренная мечтами своего мужчины. – Очень хочу… С тобой.
Герман подмял под себя и снова утопил в неге своей нежности и силы.
Мы были счастливы, здесь, вдвоём, возле камина среди подушек. И я хотела, чтобы это мгновение замерло и навсегда осталось таким, но у любой сказки есть конец, а чувства обязаны проходить испытания.
Первым таким испытанием стала семья Германа. Мои будущие свекровь и золовка устроили мужчине скандал, во время которого я изо всех сил старалась оглохнуть и не смотреть на наглый взор Марата. Жаль, что всё это представление оказалось лишь цветочками. Новость о моём скором замужестве буквально подменила родную мать. Женщина пала в ноги жениха и принялась умолять его бросить меня.
– Грязная она… Чёрная. Не трогай её. Уйди от греха. Погубит она тебя…, – учащенно повторяла мама, цепляясь за шокированного Германа. – Душа тёмная у неё. Проклята она…
– Мама?! – в ужасе не могла понять происходящее.
Да, она всю жизнь нелестного мнения обо мне, но никогда ничего подобного не вытворяла. Наблюдая за ней и слушая все эти слова, мечтала умереть. Кислорода катастрофически не хватало.
Цвет лица будущего мужа приобрёл сероватый оттенок. Мужчина без слов кивнул ей, прощаясь и, сжав мою ладонь, поспешил покинуть мой отчий дом.
На улице кислород разодрал гортань, а телом овладел жуткий тремор. Какой стыд! Настоящий позор.
– Я не знаю, что это было, – виновато смотрела на Германа, всем своим видом извиняясь за мать.
Мужчина приобнял за плечи и чмокнул в висок. Он хоть и пытался сохранить спокойствие, но жуткие фразы будущей тещи явно напрягли его и озадачили. Это даже мягко сказано.
Отойти от шока нам помогли Таня с Антоном и семья моей сестры, явившиеся вечером на помолвку. Мужчины собирали стол, который Герман успел купить к застолью, а дамы готовили праздничный ужин.
– Да фиг с ней, – махнула рукой Нина, помогая Тане нарезать помидоры. – Мама вечно в плане тебя что-нибудь да исполняла. Привыкнуть уже надо. Меня больше волнует другое, сестрица. Не рановато ты под венец собралась?
– Ты вышла за Мишу в двадцать три, – парировала я, уловив её подозрительный взгляд на моём животе. Нет, сестренка, если из-за брюхатости, то уж точно не моей. – И я не беременна, – вздохнула и с тоской посмотрела на Нину. – Мне уже скоро за тридцать перевалит. Не факт, что я полюблю так снова. Герман уважает меня…
– Уважает или любит? – уточнила сестра, и я кинула на Таню молебный взор.
– Герман – хороший человек, – подруга тут же вступилась. – И наша Вика свела его с ума. А в браке, между прочим, важнее уважение, так как у этой самой любви есть свойство заканчиваться.
– Ага, вещают мне две лютые холостячки. Я три года как замужем и не глупее вас, – усмехнулась Нина, скорчив рожицу Тане. – Викусь, я поддерживала всеми конечностями ваши отношения и до сих пор только "за", но эта поспешность мне не понятна. У вас точно всё хорошо?
– У нас всё просто волшебно, – улыбнулась, правда вышло криво.
– Вижу, – кивнула сестра, погружаясь в нарезку закусок.
Узнав о моём грядущем браке с шеф-поваром, Савва написал заявление на увольнение. Найти такого кондитера – ещё и мужчину – в Москве сложно, поэтому очень просила его остаться. Однако, Майоров оставался непреклонен, только к концу второй недели отработки парень всё же сдался. Пожелал мне счастья и просто ушел на двухнеделный отпуск.
Понимая боль парня, попросила Геру не устраивать телячьих нежностей в его присутствии.
– Не думал, что этот рыжий будет диктовать мне условия, – сердито буркнул Герман.
– Это не он, а я прошу тебя. Нам с тобой хорошо известно, что значит любить, но быть отвергнутым, – совестливо посмотрела на жениха, заставив нахмуриться.
Я не хотела пышной свадьбы, хоть Гера и настаивал на торжественной церемонии, банкете и гулянье. В конечном итоге Павел Леонидович в качестве подарка предложил нам зал в отеле и организацию банкета по цене сотрудника. Плеваться такими вещами, не имела права. Приглашенных было немного – наши друзья, моя сестра со своей семьёй, мать и отец Геры. Моя же мама со всей горячностью отказалась.
– За что ты так со мной?! – это было последней каплей наших вечных ссор. – Что я сделала тебе? За что ненавидишь так?! – голос едва не уходил в слёзы. – За то, что отец бросил нас?! В чём я виновата? Скажи, я уже взрослая девочка…
Мать крепко сцепила челюсть, слегка подрагивая головой. Взгляд её смотрел в сторону, но впервые смогла увидеть в нём не презрение и вечную вредность, а душевную боль, какую-то давнюю и горькую, которую она много лет носит в себе и… Боится?!
– Я давно тебе всё сказала, – гордо приподняла подбородок.
– А точней твои дурацкие карты, – фыркнула я, понимая, что в материнское сердце мне никогда не пробиться.
– Мне "черная" выпала на вопрос о вашем союзе, – произнесла она могильным тоном. – Я смерть увидела.
Сей вердикт закрался в душу нотками страха, но я постаралась отреагировать скептически.
– Твои карты порой врут и часто показывают то, что хочешь видеть ты сама…
– Я раскладывала их больше десяти раз – результат всё равно один, – женщина упрямо и капризно поджала губы.
Это без толку. Опять! Я лишь трачу время. Раздраженно махнула в её сторону рукой.
– Я ухожу, – прихватила собранную сумку с оставшимися личными вещами и вышла из квартиры.
На мой этаж лифт приехал с пассажиром. Мужчина лет за шестьдесят. Худой, высокий и весьма жилистый. Наколки на тыльной части ладоней совсем не салонные, это я знала точно. Сидел? Опустила взгляд вниз, стараясь делать вид, что он мне не интересен, но какой-то непонятный страх сковал грудную клетку.
– Вы здесь живёте, девушка? – гнусавый прокуренный голос врезался в слух. Подняла на него глаза и встретилась с искусственной белозубой улыбкой.
– Уже нет, – просипела внезапно севшим голосом, снова отведя от неприятного и пугающего субъекта взгляд.
– Я ищу своего приятеля, – зачем-то начал пояснять он. – Седой с лысиной, довольно толстый. Видимо, съехал?
– Простите, я не знаю здесь никого подходящего, – как можно вежливей покачала головой, стараясь разбавить свою неприязнь улыбкой.
– Ага.
Всем нутром ощутила на себе его колючий взгляд. Нет, не похабный, а оценивающий. Словно, он что-то знает обо мне, чего не знаю я.
Когда кабина достигла первого этажа и открылась, буквально вылетела из неё и подъезда. Собственно, с машиной спешила сделать то же самое, краем глаза видя, как субъект направился в другой конец, продолжая поглядывать на меня.
Фу ты, чёрт! Какой мерзкий тип! Вырулив со двора, теперь спокойно двинула авто к своему новому дому.
В нашей новой обители я чувствовала себя прекрасно. Помимо гувернантки, Герман нанял ещё охрану и горничную. Придомовая территория имела сад, который требовал ухода, поэтому, скорей всего, понадобится и садовник, о чём посоветовала Гере. В сам дом я влюблялась всё больше и больше. Два этажа и цокольный для прислуги, гостиная, обеденная, два кабинета. На втором этаже, куда вела широкая лестница, располагалось аж пять комнат. Одну я уже выбрала для себя с будущим мужем. Остальным необходимо ещё имя.
Поначалу я не понимала, зачем нам вдвоём такой домина, но позже Герман сообщил, что у него в планах перевести сюда отца. Только вот о грядущем потомстве он не пожелал говорить и сразу же перевел тему.
Чтобы ощущать себя счастливой, мне необходимо следовать правилам: не вспоминать о семье жениха, не думать о странном поведении мамы и не спрашивать Германа о Лике и их общем ребёнке. Но…
Бывшая невеста моего жениха весьма непредсказуемо дала знать о себе. И от её персоны скрываться стало всё труднее.
– Кажется, наш Савва провел ночку у Ритки Шестаковой, – довольно шепнула мне на ухо Таня с утра, когда мы пили кофе у бара, пока не открыли ресторан. Герман не смог составить нам компанию, так как пропал в кабинете Павла Леонидовича.
Маленький укол ревности всё же звякнул в груди. Улыбнулась в ответ, но вышло натянуто.
– Рита – неплохая девчонка, только молоденькая ещё совсем.
– Такие, как раз любят взрослых и больших мужчин. Наш Савва – мечта многих здешних молокососок, – прозвучало немного жестоко по отношению к нему, но я молча впилась губами в край чашки с напитком.
– Пусть. Я рада, что он всё же решил остаться.
– Это точно. Без него была бы полная жопка, – хохотнула напарница. – Наш Савка – мужик, и твою нелюбовь тоже переживёт.
– Перестань, – поморщилась как от зубной боли. – Между нами ничего и не было, чтобы это переживать.
– Угу, – и подруга эффектно отхлебнула из своей чашки.
– Там Ворс опять собирает собрание, – сбоку выросла Ирина.
– По какому случаю? Шеф-повар пока на месте, – улыбнулась я.
– У вас новый арт-директор, – а вот тут огорошила.
– А ты?! – хором воскликнули я и Таня, вытянувшись в лице.
– Меня, считайте, повысили, – усмехнулась девушка. – Я теперь управляющая отеля, но сначала обучу новенькую. Так сказать, передам ей бразды правления.
– Блин, не могу представить вместо тебя кого-то ещё, – грустно молвила я, обиженным ребенком надув губки. – Но всё же поздравляю. Ты заслужила повышение.
– Спасибо. Без вас, девчонки мне там будет скучно.
– Мы же рядом и всегда тебе рады. А твоё сырное парфэ всегда ждёт тебя на полке нашего холодильника, – молвила я, и мы дружно рассмеялись.
Сбор сотрудников состоялся через десять минут. Герман вылетел ко мне вперёд и быстро затараторил, заслоняя собой видимость.
– Прости, я ничего не смог сделать, но я что-нибудь придумаю. Обещаю! Это всё фигня…
Я отодвинула своего мужчину в сторону, смотря туда, где стоит Ворс, а рядом с ним… она.
Строгий, но больше сексуальный костюм. Кричащего цвета топ. Рыжие волны локонов по плечам. Пышная высокая грудь стремилась выпрыгнуть из лифа. Пухлые губы густо накрашенные алой помадой.
– Знакомьтесь, коллеги, наш новый арт-директор, Анжелика Алексеевна Романенко, – тускло произнёс Павел Леонидович.
– Можно просто Лика, – широченно улыбнулась бывшая моего жениха, сверкая своими черными глазницами демонессы. – Я не кусаюсь.
Не желая больше ничего слышать и видеть, я рванула вон из кухни.
