![](/files/books/160/oblozhka-knigi-slizerincy-i-obschestvo-chistoy-krovi-si-364160.jpg)
Текст книги "Слизеринцы и Общество Чистой Крови (СИ)"
Автор книги: diademma__
Жанры:
Классическое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 26 страниц)
– Ты думаешь, Защита сегодня пригодится?
– А ты так и не догадался? – улыбнулась Кристина. – Каждый этап представляет собой определённый предмет. Смотри. Сначала нужно было узнать кого-то из основателей Хогвартса по его мемуарам. Это История. Найти правильное пророчество и, главное, расшифровать его – это вообще-то Прорицания, но они близки к нашей Астрономии, так что предположим, что это она. И отличить оригинальное наследие от подделанного директором – это Трансфигурация. Затем нужно было приготовить зелье. Зельеварение. Для этого необходимо разбираться в ингредиентах. Это Травология. И уметь управлять метлой – это Полёты. Таким образом, остаются Заклинания и ЗоТИ. Поэтому предстоящий этап будет самым интересным.
========== 26. Финал Турнира ==========
Объявление МакГонагалл не сильно отличалось от того, что сообщила Кристина. Третий этап, как и второй, проходил на поле для квиддича, чтобы всем было хорошо видно происходящее.
Четыре участника стояли по центру, стараясь спрятаться от холодного зимнего ветра в тёплой одежде. МакГонагалл стояла рядом с ними и держала в руке небольшой мешочек. Когда наконец шум с трибун улёгся, она начала говорить:
– Уважаемые ученики и преподаватели! Финальный раунд Турнира Факультетов покажет нам, кто же из наших участников может применить не только достаточно знаний, но и храбрости, сообразительности, амбициозности и трудолюбия, чтобы одержать победу. Напомню, что набравший наибольшее количество баллов сможет задать три вопроса волшебному Оракулу. Это означает, что полученные ответы будут максимально точны и подробны во всех деталях того, что вас интересует. Поверьте, такой шанс вряд ли предоставится дважды. Вы должны понимать, что это большая честь, поэтому сегодняшнее испытание будет гораздо опаснее, чем предыдущие. Будьте готовы.
Эмма серьёзно закивала, Одри улыбнулась, предвкушая новое приключение, Дэниэл вздохнул, Кейт спокойно потирала мёрзнущие ладони.
– Итак, – продолжила директор и подняла мешочек, давая всем его увидеть. – Здесь есть четыре маленьких пергамента, на которых написано какое-то существо, с которым вам придётся сразиться. Насколько я помню, больше всего баллов пока что разделяют мисс Фастерн и мисс Дейвис. Поэтому кому-то из вас даётся право первой узнать своего соперника.
Кейт посмотрела на гриффиндорку и изогнула бровь. Та протянула руку в сторону мешочка, жестом пропуская её вперёд. Слизеринка кивнула и подошла к МакГонагалл.
На бумажке, которую она вытащила, красивым ровным почерком было выведено: “боггарт”.
– Боггарт, – громко огласила она.
– Это будет не обычный боггарт, – предупредила её директор. – Он гораздо сильнее и опаснее. Вы не просто столкнётесь со своим худшим страхом, но и погрузитесь в него. Будьте осторожны.
– Потрясающе, – фыркнула Кейт, пропуская Одри.
Гриффиндорка запустила руку в мешок и, взглянув на пергамент, сказала:
– Гриффон.
Кейт скрыла смех за кашлем.
– Это настолько символично, что даже забавно, – улыбнулась она. – Чтобы гриффиндорку одолел гриффон.
– Было бы куда символичнее, если бы гриффон одолел слизеринку, – в тон ей ответила Одри, отходя обратно на своё место.
К МакГонагалл подошёл Дэниэл и вытащил пергамент.
– Дромарог. – Он нахмурился и посмотрел на директора так, будто она просила его приручить дикого дракона и заставить его танцевать вальс, но промолчал.
– Серьезный соперник, – согласилась профессор. Дэниэл хмыкнул, показывая, что “серьёзный” – это мягко сказано.
Эмма достала последнюю бумажку и зачитала всем:
– Красные колпаки. – Через мгновение уверенность слетела с её лица, словно она вспомнила, кто они такие. И, судя по виду, эта перспектива пугала её так, будто она встретилась бы с красными колпаками, и если бы вытащила боггарта…
– Что ж, пожалуй, пойдём в обратном порядке, – кивнула директор. – Мисс Чанг?
– Кто, я? – пискнула Эмма, но заставила себя собраться, глубоко вдохнула и пробормотала: – Конечно. Я начну.
***
– Что такого страшного в красных колпаках? – спросил Альбус, следя за пуффендуйкой, ожидающей появления жутких созданий.
– Ты видел их изображения в учебниках? – вопросом ответила Кристина. – Они такие уродливые.
– И они не нападают по одному, – прибавил Скорпиус. – Несколько свирепых гномов против одной четверокурсницы. Разумеется, ей страшно.
Эмма стояла посреди поля и постоянно оборачивалась, смотря, не появился ли кто-то из них у неё за спиной. Но через секунду в этом уже не было необходимости. Три красных колпака выросли как из-под земли и моментально её окружили.
– Мерлин, да они и правда жуткие… – пробормотал Поттер.
Ростом они были с обычного карлика, но это не мешало им выглядеть ужасно. На болотно-зелёном морщинистом лице сверкали злобой два красных глаза. Огромный длинный нос и заострённые уши тоже не добавляли красоты. Руки их были тонкими, но вот ладони – широкими, а когти – острыми. Один из них держал дубинку, два других – что-то, пугающе похожее на кости. На голове у всех были потрёпанные грязные красные шапки.
Судя по виду Эммы, она бы скорее предпочла убежать и спрятаться, чем бороться за право поговорить с Оракулом, что на данный момент казалось уже не такой и великой честью. Но сбежать она не могла, потому что была окружена.
– Ну, тут два варианта развития событий, – предположила Кристина. – Либо это надолго, и Чанг будет пускать подряд все заклинания, которые она только знает. – Это звучало вполне правдоподобно, учитывая то, как беспорядочно Эмма размахивала палочкой. – Либо она сдастся, и профессорам придётся её спасать.
Ещё пару минут пуффендуйка честно пыталась обезвредить противников, но колпаки всё равно умудрялись избегать её чар. Одного из них ей даже удалось связать веревками с помощью Инкарцеро, но тогда на неё со спины запрыгнул другой карлик, и Эмма завизжала так, что Альбус вздрогнул.
Взмаха палочки с профессорской трибуны хватило, чтобы все три красных колпака исчезли в столбах дыма.
– Значит, второй вариант, – сказала Брик, пока Эмма поспешно уходила с поля, а Дэниэл занимал её место.
***
Увидев дромарога, с которым придётся сражаться Дэниэлу, Альбус был готов взять свои слова назад о том, что это красные колпаки жуткие.
Дромарог был огромным зверем, напоминающим быка, но с очень острыми рогами и прочным, словно панцирь, горбом на спине. Его рот был покрыт множеством щупалец, извивающихся в направлении когтевранца. На ногах у него было по четыре пальца, а длинный хвост степенно раскачивался из стороны в сторону, словно готовясь присоединиться к атаке.
Дэниэл вытащил палочку и осторожно приблизился к зверю. Тот долго ждать не стал и, издав ужасающий рык, прыгнул на когтевранца.
***
– Господа, это начинает наскучивать, – сказала Кристина, когда Дэниэл, выбросив очередное заклинание, увернулся от разъяренного дромарога.
– Может, тогда вас развеселит парочка ставок? – раздалось за их спинами.
К ним сквозь толпу пробрался второкурсник Гриффиндора, параллельно надевающий забавную полосатую шапку.
– А, Лео, – помахал ему Альбус. – Решил всё-таки разбогатеть и послушаться моего совета?
– Ну, как бы мне ни хотелось усложнить работу профессоров своим подпольным бизнесом ставок, пока что эта идея лишь на уровне шутки, – улыбнулся он.
– Что ты здесь делаешь? – прервал его Скорпиус.
– Ну, слежу за Турниром, разумеется, – ответил мальчик.
– Нет. – Малфой показал взглядом на трибуну, полную слизеринцев, с раздражением поглядывающих на яркий красный шарф Лео. – Что ты делаешь здесь?
– Я пришёл к своему другу, – весело показал он на Ала. – А не чтобы разниматься тебя с Джеймсом, не переживай.
Скорпиус неопределённо хмыкнул.
– Кстати, где он? – спросил Альбус.
– А, – отмахнулся Лео. – Он там поссорился с кем-то из старшекурсников, и Невиллу пришлось их мирить. Ну а я ненадолго к вам зашёл, чтобы Джеймс и меня не приплёл ко всему этому. А вы тут как?
– Скучаем, – откровенно сказала Кристина. – Сколько ещё Дэниэл будет гонять дромарога? Хотя, учитывая свирепый характер зверя, он держится довольно неплохо.
Будто в подтверждение её слов, когтевранец произнёс ещё несколько заклятий, и существо замерло, не в силах пошевелиться. Дэниэл от усталости сел прямо на землю, вытирая пот со лба. Директор вновь встала, и по взмаху её палочки существо рассеялось, как очень правдоподобная иллюзия. Дэн взглянул на плечо, где через прорванную рогом дырку кровоточила царапина. Очень правдоподобная иллюзия…
***
Когда наступила очередь Одри, их нашёл Джеймс.
– Вот ты где, – обратился он к другу. – Я уже тебя обыскался.
Джим подмигнул Альбусу и улыбнулся Кристине. Малфоя он просто проигнорировал, что не могло не обрадовать Ала: молчание было лучше ссор. Скорпиус тоже никак не прокомментировал его появление, устремляя взгляд на участницу от Гриффиндора.
Одри стояла наготове, выставив палочку. Перед ней, словно из воздуха, материализовался гриффон. У него была голова орла и острые когти вместо передних лап, большие тёмно-коричневые крылья, а туловище и задние лапы – как у льва.
– Ого, – расплылась в улыбке Кристина. – А вот это уже точно не скучно.
– Она его победит как нечего делать, – уверенно сказал Джеймс. – Но вообще-то это нечестно. Сражаться с огромным гриффоном куда сложнее, чем с боггартом. Там-то одно заклинание, и всё, противник исчез.
– МакГонагалл говорила, что это необычный боггарт, – поспорил Лео.
– МакГонагалл говорила, что наказания за наши проделки заставят меня одуматься, – фыркнул он. – Но вот он я, не пожалевший ни о чём содеянном. Так что не стоит верить всему, что она говорит.
– Эй, – недовольно окликнул их кто-то сбоку. – Вы можете помолчать? Ваша болтовня отвлекает.
– Тут куча орущих болельщиков, тебя они не отвлекают? – усмехнулся Лео.
Альбус повернулся к заговорившей девочке и узнал в ней Стейси Уоррен – второкурсницу, с которой он соревновался за место ловца и которую он напугал своим умением в разговорах (точнее, угрозах) на парселтанге.
– Они хотя бы не мешают мне следить за… – Стейси встретилась глазами с Альбусом, и всё её недовольство моментально улетучилось. Она запнулась на полуслове, взволнованно пролепетала: – Извини. – И скрылась в толпе.
– Что это с ней? – удивился Джеймс.
– Да так, – небрежно бросил Ал, – панический страх перед людьми, знающими иностранные языки.
– С каких пор ты учишь иностранный?– поднял брови Джим.
– И на каком ты разговариваешь? – поинтересовался Лео, который владел множеством языков.
– На эльфийском. – Он широко раскрыл глаза, будто рассказывал им страшную историю, и мельком взглянул на Малфоя.
Тот продолжал следить за происходящим на поле, но уголки его губ дёрнулись в лёгкой улыбке. Уж он-то знал, на каком языке говорил его сокурсник. В этот момент Альбус вдруг вспомнил, что за всю неделю так и не пересекался с братом до этого момента, поэтому не сказал ему, что попал в слизеринскую команду по квиддичу. Но когда он уже раскрыл рот, чтобы поделиться новостью, многие ученики на трибунах ахнули, и Ал посмотрел вниз, на поле.
То, что делала Одри, действительно стоило того, чтобы ахнуть. Она, тяжело дыша, встала перед грифоном и подняла ладони вверх, словно сдаваясь ему. Зверь тоже остановился и смотрел на неё сверху вниз, так как был гораздо выше девушки. Но он не нападал. Одри очень-очень медленно опустилась на корточки. Гриффон же встал на задние лапы и, хлопая крыльями, занёс над ней свои орлиные когти.
МакГонагалл привстала с места, готовясь окончить сражение, но Одри, заметив это, вскинула руку в просьбе, не требующей озвучивания. Она просила директора подождать.
Гриффон сделал пару шагов назад и с орлиным криком опустился обратно на передние лапы. Одри вздрогнула и зажмурилась, заставляя себя сохранять спокойствие. Она опустила руки на землю и положила палочку рядом с собой.
Болельщики выжидающе молчали.
– Что за бред… – вырвалось у Скорпиуса. – Гриффон – это ей не гиппогриф. Они не приручаются так просто…
Но в этот момент, будто в насмешку над этой репликой, гриффон успокоился и присел на задние лапы, как прирученное домашнее животное.
– Это добром не кончится, – негромко сказала Кристина.
– Почему? – Джеймс, казалось, был просто в восторге. – Она не только победила его, но и сделала это без каких-либо битв. Это потрясающе!
– Потому что гриффон наполовину лев, – пояснила Брик. – А значит, он наполовину кошка.
– Ну и что?
– На хвост его посмотри, вот что. – Она показала на существо, которое внешне было совершенно спокойно, если не считать бьющего по бокам хвоста.
– Забавно, – усмехнулся Альбус. – Они пытаются друг друга обмануть.
– Именно, – подтвердил Скорпиус. – Втереться в доверие, а потом…
Внезапно задние лапы гриффона напрягались, и он прыгнул на Одри, но та столь же быстро подхватила лежащую палочку и выкрикнула какое-то заклинание, превратившее его в маленькую горстку перьев и шерсти.
– …напасть, – закончил предложение Малфой и посмотрел на Джеймса. – Довольно по-слизерински, не так ли?
– А что, систему на своём опыте проверял? – не растерялся он.
– Ну хватит, – хором сказали Ал и Лео.
– И правда, хватит, – согласилась Кристина. – Это всё, конечно, прекрасно, но турнир ещё не кончился. И возможность посмотреть на худший кошмар Кейт Фастерн… Мерлин, это стоит особого внимания.
***
Кейт стояла около крайней границы поля рядом с всё ещё немного испуганной Эммой и Дэниэлом, царапину которого лечили какой-то мазью.
– Волнуешься? – спросил он.
– Нет, – соврала девушка. – Я знаю своего боггарта с третьего курса. Я готова с ним встретиться.
– Боггарты меняются. – Он пожал плечами и тут же поморщился, прижав ладонь к раненной руке.
– Поверь, – хмуро ответила девушка, смотря на возвращающуюся гриффиндорку, – мой не поменялся.
Когда она вышла на поле, слизеринские болельщики встретили её аплодисментами. Уж чего-чего, а поддержки для “своих” на её факультете хватало. Она им помахала рукой, стараясь, чтобы улыбка выглядела естественно. Сложно улыбаться, когда идёшь навстречу тому, что может напугать тебя больше всего на свете. А когда ты знаешь, что ты увидишь… В общем, приятного мало, и она это понимала. Но на третьем курсе она уже победила своего боггарта. Победит и сейчас.
Посередине поля появился небольшой шкаф. Прямо как в кабинете Защиты. Он трясся и гремел, словно что-то, находящееся внутри, так и жаждало выбраться наружу.
Кейт встала перед шкафом, спиной к болельщикам, и начала повторять в голове: “Ридикулус. Ридикулус. Ридикулус”.
Главное – это помнить заклинание. Если не слишком сосредотачиваться на страхе, всё могло пройти быстро. Надо только помнить.
Дверцы шкафа распахнулись, и её обдало холодным ветром. На улице, конечно, стоял декабрь, но она была уверена, что этот ветер зависел не от погоды. И вот, спустя одно мгновение перед ней появилось то, чего она так сильно боялась. Боггарт перевоплотился. Она стояла лицом к лицу с самым худшим своим кошмаром.
Заклинание вылетело из головы. На лице застыло выражение ужаса. Она выронила свою палочку и от страха забыла обо всём на свете.
***
Сначала Альбус подумал, что это не боггарт. Боггарты не могут выглядеть так безобидно. Потом он подумал, что это какое-то слишком личное воспоминание Кейт, чтобы вот так выставлять его всему Хогвартсу. Но отступать ей было поздно.
– Это что, больничная кровать? – неуверенно спросила Кристина.
– В ней кто-то лежит, – сказал Джеймс. – Может, это её родственница?
Перед Кейт, как и перед всеми остальными, находилась всего лишь белая постель, в которой лежала женщина. Слизеринка говорила негромко, но стояла такая тишина, что её было хорошо слышно.
– Мам… – проговорила Кейт, роняя свою палочку на землю.
– Что-то не так, – пробормотал Лео. – Она же знает, что это просто боггарт.
– Это то, о чём говорила МакГонагалл, – предположил Скорпиус. – Она не просто видит его, она думает, что это…
– По-настоящему, – закончил Альбус.
Малфой кивнул.
– Мам, не надо, пожалуйста, – замотала головой Фастерн, будучи единственной, кто знал, что должно произойти.
– Ты должна это увидеть, – хрипло ответила та.
– Это ужасно, – сказала Кристина. – Её худший кошмар – не выдумка, а её собственное воспоминание. В какой-то мере, – она заговорила почти шёпотом, – мне её даже жаль…
– Я не хочу на это смотреть, – просила Кейт. – Пожалуйста. Я… я уже видела это… Ты показывала… Мне было шесть лет, мам, мне было шесть!
Женщина взяла свою палочку и взмахнула ей, приговаривая: “Это важно, Кейти, это очень важно”.
– Ты больна! – прикрикнула слизеринка. – Меня не должны были пускать к тебе… Мне не стоило приходить к тебе в больницу Святого Мунго…
Она не успела договорить. Фигуру её матери перекрыло изображение, словно полотно, которым учителя иногда пользовались для визуализации темы во время урока.
Сначала там была лишь смутная дымка, но, судя по тому, что Кейт закрыла лицо руками и села на землю, ничего хорошего она не предвещала. И когда туман начал приобретать очертания, со стороны учеников послышалось даже несколько испуганных вскриков.
Перед ними было лицо. Оно было очень бледное и худое, напоминающее череп. Красные глаза со змеиными зрачками проходились взглядом по каждому зрителю, горя одновременно жестокостью и ненавистью. Лицо, при виде которого замерли все учителя, так как видели его жуткого обладателя вживую. Лицо Волан-де-Морта.
– Ты должна знать, – говорила мать Кейт из её воспоминания. – Ты должна увидеть, должна помнить, что…
– Ридикулус!
Ужасающее изображение превратилось в салют, искры которого разлетелись, формируясь в такие забавные картинки, что с трибун послышались смешки облегчения. Вскоре успокоившиеся ученики вовсю смеялись над необычными фигурками, созданными заклинанием, ведь смех – лучшая защита от боггарта.
Альбус не смеялся. Как и большинство слизеринцев. Он повернулся, чтобы посмотреть на человека, который так уверенно превратил общий кошмар в шутливое представление. Потому что это сделала не Кейт и даже не МакГонагалл.
Это был Дерек. Его палочка была всё ещё направлена на боггарта, загоняя его ближе и ближе к шкафу. Наконец, дверцы захлопнулись за пугающим созданием, и шкаф исчез вместе с ним.
Какое-то время было тихо, Дерек быстро спустился с трибун и присел рядом с девушкой, помогая ей успокоиться и подняться.
– Что ж, – прокашлялась директор. – Думаю, профессорам нужно немного посовещаться, и скоро мы объявим вам результаты Турнира.
***
Результаты оказались довольно ожидаемыми. Из десяти возможных баллов Эмме дали четыре (за то, что она обезвредила хотя бы одного из трёх колпаков), Дэниэлу – девять (один балл сняли из-за царапины), Одри получила десятку, а Кейт всего лишь два очка (не ноль лишь потому, что она не сразу поддалась чарам боггарта и какое-то время сопротивлялась).
Таким образом, Эмма заняла четвёртое место, Кейт – третье, Дэниэл – второе, и Одри – первое.
Гриффиндорцы были так рады, что общее тяжёлое настроение после боггарта Кейт сразу же улетучилось. Альбусу было обидно за свой факультет, но он не смог сдержать улыбки, глядя, как Джеймс и Лео счастливо аплодируют шестикурснице, заработавшей Гриффиндору 100 баллов.
– Внимание! – призвала к тишине МакГонагалл. – Одри Дейвис одержала победу в первом Турнире Факультетов Хогвартса! – Болельщики снова разразились овациями. – И теперь она заслуживает получить свою награду.
С профессорской трибуны спустилась небольшая белая сфера, излучающая приятный свет. Она опустилась рядом с гриффиндоркой и раскрылась.
На месте левитирующего шара появилась девушка. Её фигура переливалась, словно отражение лунного света на воде, а черты лица были такие изящные и… правильные, будто кто-то спроектировал идеального человека.
– Одри Дейвис, – мягко улыбнулась она. – Я – Оракул. Ты можешь задать мне три вопроса, и я отвечу на них с той точностью, которой ты ожидаешь. Ты готова?
Гриффиндорка кивнула, глубоко вдохнула и выдохнула, чтобы сосредоточиться.
– Ну же, – шагнула к ней Оракул. – Что тебя интересует? Я могу сообщить тебе всё, что пожелаешь. Как тебе добиться славы? Куда тебе стоит пойти после окончания Хогвартса? С кем лучше дружить, а с кем – нет? Кто вылил чернила в твою сумку на четвёртом курсе? Сможешь ли ты спасти того незнакомого мальчика, если выйдешь из дома пораньше третьего декабря 2026 года? Хотя нет, последнее не спрашивай. Слишком маловероятное будущее…
– Существует ли судьба? – произнесла наконец она.
Оракул задумалась.
– Судьба… – повторила она. – Учитывая то, что ты под этим подразумеваешь, мой ответ: скорее нет, чем да. Есть события, которые обязаны произойти, как ты ни пытайся их избежать. Но мелочи, Одри… мелочи никому неподвластны.
– Это значит…
– Твоя жизнь принадлежит тебе. И зависит она исключительно от тебя.
– Тогда… тогда что я должна сделать, чтобы прожить счастливую жизнь?
– Забавно, – рассмеялась Оракул. – В прошлый раз, когда меня поймали, что было пару веков назад, меня спрашивали, как избежать глобальных проблем, затрагивающих весь мир. Впрочем… мои советы не сильно помогли, так что неясно, кто из вас двоих более дальновидный. Ну да ладно. Итак, в каждом будущем есть множество вариаций. Конечно, все хотят найти своё “долго и счастливо”. И твоё будет… – Она посмотрела ей в глаза, как будто выискивая наиболее подходящий вариант. И вдруг весело расхохоталась. – Скажем так, не бойся знакомиться с новыми людьми. Они могут неплохо так изменить твою жизнь. В лучшую сторону.
Одри растерянно заморгала.
– Ладно, – медленно кивнула она. – Тогда последнее… Есть ли жизнь после смерти? Я имею в виду не только тех, кто становится привидениями.
– Хм, – протянула Оракул, слегка нахмурившись. – Это сложный вопрос, Одри. Он зависит от того, что понимать под смертью, а что – под жизнью. Как ты уже упомянула, ты можешь стать привидением. Но считается ли это жизнью? Вот, что я пытаюсь сказать. Но поскольку я прекрасно вижу все подтексты вопросов, которые мне задают, полагаю, что на твой я могу ответить положительно. Твоя душа будет существовать. Но даже я не могу знать, где именно. Это всё равно что спросить, где мы находимся. Наша планета – в галактике. Галактика – во Вселенной. А где находится Вселенная? В одном большом “Всё”? Или одном большом “Ничего”? Примерно в том же состоянии и находятся ушедшие души. Между Всем и Ничем. Извини, Одри Дейвис, но есть вопросы, на которые нельзя получить ответ.
– Понятно, – ответила гриффиндорка, хотя, судя по её выражению лица, понятного она ничего не услышала. – Спасибо.
– Было приятно встретиться, – улыбнулась Оракул и подмигнула ей, словно давней подружке. – Не забудь, что я сказала про твоё “долго и счастливо”.
И после этой фразы она растворилась в воздухе, как будто её здесь и не было. Хотя кто знает, может, она и была неким всеобщим видением. В конце концов, никто никогда не утверждал, что “максимальная точность” Оракула не сопровождается импровизацией, удачей и капелькой волшебства…
========== 27. Поездка домой ==========
Ученики толпились около поезда, готовясь к поездке домой на каникулы. Альбус шёл около небольшой компании студентов, выделяющихся шарфами тёмно-зелёного цвета, Кристина составляла ему компанию и что-то весело рассказывала. Около самого поезда, когда он уже собирался войти внутрь, его окликнул Хагрид, попросил передать привет родственникам и даже протянул засохший пирог в качестве подарка, а также говорил ему приходить почаще в гости, так как за полгода учёбы Ал навещал старого друга семьи всего пару раз.
В тот момент, когда Хагрид начал переводить тему разговора на новости о своём огороде, а Кристина уже пыталась найти вежливый предлог, чтобы побыстрее уйти, к ним подошла Роза.
– Альбус! – улыбнулась она кузену. – Ты не хочешь поехать с нами в одном купе?
Поттер, желая наконец зайти в поезд, пока все хорошие места не заняли, радостно согласился.
– Ты тоже можешь присоединиться, – предложила Роза Кристине. – Вчетвером веселее!
– Вчетвером? – переспросила слизеринка.
– Да, с нами ещё будет Дора. Та девочка из Америки, которая попала на Когтевран, помните?
– Я думал, её зовут Долорес, – сказал Альбус.
– Так это сокращение. – Роза пару раз моргнула и нахмурилась, как часто делала, когда сомневалась в абсолютной точности информации. – Неважно. Так вы идёте?
– Конечно, мы… – Ал бросил взгляд на однокурсницу и, увидев, как та не рвётся соглашаться, поспешно закончил: – тебя догоним чуть позже. Не волнуйся, я найду твоё купе.
Роза кивнула и побежала к своей подруге.
– Не хочешь ехать с Розой? – спросил он.
– Дело не в ней, – ответила Кристина. – Я пару раз сидела с той девочкой на совместных уроках с Когтевраном. Ты даже не представляешь, какая Долорес Менс зануда.
– Может, всё не так плохо?
– Ну уж нет, – усмехнулась она. – Меня к себе уже звали Аманда с Мелани, так что…
– Слушай, я привык к Розе, но две когтевранки сразу? Я один с ума сойду.
– Очень жаль, ничего не могу поделать, – в притворном раскаянии сказала она.
– Ну пожалуйста!
Кристина вздохнула.
– Ничего не обещаю.
***
– Нет, я вот считаю, что люди совсем не заботятся о ипопаточниках! – послышалось из купе, дверь которого открыл Альбус.
– Эти мелкие насекомые никому не нужны, – отмахнулась Роза на слова подруги. – Болтрушайки – вот кто важен!
Поттер с мольбой в глазах посмотрел на Кристину, но та уставилась на когтевранок с неловкой улыбкой, как будто она не могла понять, как дошла до того, что слушает спор про болтрушаек и ипопаточников. Она перевела взгляд на сокурсника и, не переставая улыбаться, прошептала:
– Ты что, издеваешься?
– Не бросай меня, я не выдержу целой поездки в таком духе, – негромко ответил он.
Девочки, увлечённые разговором, не обращали на них никакого внимания и продолжали спорить.
– Хорошо, а растопырники, по-твоему, тоже не нуждаются в защите? Эти маленькие безобидные крысы? – продолжала Долорес.
– Безобидные? Один раз мой дедушка случайно наступил на одного такого, и у него была сыпь целую неделю!
Альбус уже начал медленно закрывать дверь, собираясь оставить девочек наслаждаться обществом друг друга, но Роза их заметила и пригласила присесть рядом.
– Спасибо и до свидания, – шепнула Кристина, подбадривающие постучала его по плечу и скрылась в потоке учеников, ищущих себе местечко в поезде.
Он хотел было что-то сказать, но однокурсница уже нашла купе, где находились Аманда и Мелани и откуда раздавался весёлая девчачья болтовня о моде, мальчишках и планах на каникулы. Поттер же был оставлен увлекательной дискуссии о пользе растопырников.
***
Когда разговор о волшебных существах дошёл до обсуждения штырехвостов, или демоноподобных свиней с длинными ногами и чёрными глазами, Альбус не выдержал и, придумав отговорку из первого, что пришло в голову, отправился на поиски брата, с которым время проводить было бы явно повеселее.
Заглянув за несколько дверей, через пару минут он нашёл не брата, но хотя бы кого-то знакомого. Скорпиус читал, закинув ноги на противоположное сиденье. Он был там один, и когда Поттер зашёл внутрь, Малфой, не отрывая взгляда от книги, тут же сказал ему проваливать.
Ал проигнорировал просьбу, если тот приказ можно так назвать, и сел напротив однокурсника, копируя его позу. Скорпиус скосил глаза на сложенные рядом с ним ноги, посмотрел на Альбуса, затем снова вернулся к чтению. Прогонять не стал.
– Что читаешь? – поинтересовался Поттер.
– Тебе-то какая разница?
– Разговор поддержать.
– Не утруждайся. – Он шумно перелистнул страницу, показывая, что книга интересует его больше, чем разговоры.
Какое-то время они молчали, и после беспрестанных споров когтевранок, Ал был очень рад просто посидеть в тишине. Впрочем, вскоре молчание тоже ему надоело, и он решил продолжить.
– Так как ты собираешься искать информацию по нашей связи в своей домашней библиотеке? – спросил он. – У тебя есть какой-нибудь огромный старый сборник на все случаи малфоевской жизни?
– Да, есть, – неохотно ответил тот. – А ты не забудь поговорить со своим отцом о тех надписях на парселтанге.
– Да помню я, помню, – пробормотал Альбус. – А что, если там окажется что-то важное? Он всё-таки тоже ведёт расследование о том, что с нами случилось. Может, он мне ничего не расскажет, а заберёт бумажку в аврорат.
– Ну, помешать ему это сделать – это не моя задача, а твоя, так что сам думай, что тебе тогда делать.
– Нет, серьёзно, почему ты не хочешь попросить о помощи взрослых? Да и им, думаю, не помешает наша информация об Обществе и Люке.
– Мне не нужна помощь в том, что я могу сделать самостоятельно.
– А ты уверен, что смож…
– Да, – отрезал Скорпиус, поднимая на него строгий взгляд.
Вдруг дверь снова раскрылась, и на пороге оказался их знакомый. Бен Фраус.
– Ребята! – воскликнул он, плюхаясь рядом с Алом.
– А ты тут что забыл? – вздохнул Малфой. – Я вроде как уже намекал тебе, чтобы ты не совался в мои дела.
– Да я так, поболтать.
– Фраус, – медленно проговорил Скорпиус, как будто разговаривал с маленьким глупым ребёнком. – Уйди из моего купе.
– Мне просто очень интересно, чем закончилась ваша история с зельем!
– Ничем, – сказал Альбус.
– Правда? – весело уточнил пуффендуец.– Ты так жутко свалился в обморок и бормотал что-то странное, я подумал, что ты попал в какое-то очень неприятное воспоминание. Кстати, я говорил вам, что разбираюсь в зельеварении?
– Всего-то раз десять…
– Так вот ваши ингредиенты весьма похожи на зелье забывчивости! Я сначала решил, что вы хотите что-то забыть.
Скорпиус издал неопределённый смешок.
– А хотите, расскажу вам интересный факт? Уверен, вам понравится!
– Не хотим, – отозвался Малфой.
– Если варить зелье забывчивости “наоборот”, – всё же продолжил Бен, – то можно что-то вспомнить, когда немного выпьешь!
Слизеринцы насмешливо переглянулись.
– Невероятно, – равнодушно произнёс Скорпиус. – А теперь не мог бы ты пойти вон?
– Ну… ты же не забронировал это купе, правда? – слабо улыбнулся пуффендуец. – Вообще-то я могу тут остаться.
– А кто сказал, что я его не забронировал? – нагнулся к нему Малфой.
Уйти Бену всё же не дали. Дверь снова раскрылась, и к ним ввалился запыхавшийся Джеймс.
– Альбус? – удивлённо спросил он. – Что ты здесь…
Ал собрался что-то ответить, но Джим быстро перебил:
– Неважно. Очень нужна твоя помощь. Спрячь меня!
– Спрятать?
– Кхм-кхм, – привлёк внимание Скорпиус. – Я вам тут не мешаю?
Гриффиндорец проигнорировал его, посмотрел на багажные полки сверху и ловко залез на одну из них. – Ал, накрой меня чем-нибудь!
– Что вообще происходит? – растерянно поинтересовался Бен.
– Зачем это? – нахмурился Альбус.
– Просто помоги! Пожалуйста!
Слизеринец снял свою мантию и протянул брату. Тот прижался к дальней стенке и накинул мантию сверху, имитируя просто кучку одежды. В этот момент дверь в очередной раз распахнулась, и к ним вошёл староста Гриффиндора. Его лицо было перемазано чем-то, напоминающим сажу, волосы торчали во все стороны, а одежда испачкана чёрным.