Текст книги "Тени Морригана (СИ)"
Автор книги: Ana Zabus
Жанры:
Романтическое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 23 страниц)
Я подняла голову.
– За что? Ты ведь ничего не сделал.
– За то, что тебе пришлось выслушать всё это. За то, что я не остановил её раньше.
– Ансел…
– Я знаю, что не отвечаю за слова Лилиан. Но это моя сестра, и мне жаль, что человек из моей семьи причинил тебе боль.
Я молчала, прижавшись щекой к его груди, пока он осторожно гладил меня по спине.
– Она уехала из Морригана сегодня утром, – добавил он спустя некоторое время.
Я отстранилась.
– Уехала?
Он кивнул.
– Мы поговорили после твоего отъезда. Я сказал ей, что не хочу пока её видеть.
– Вы поссорились?
Ансел невесело усмехнулся.
– Думаю, это можно так назвать.
– Из-за меня?
Он нахмурился и чуть отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза.
– Нет, Лиора. Из-за неё. Она боится за меня, и я это понимаю, но страх не даёт ей права обращаться с тобой подобным образом. Я не знаю, когда смогу простить ей всё это.
Он взял мои ладони в свои.
– И я хочу, чтобы ты запомнила одну вещь. Ты не должна доказывать моей семье, что достойна быть рядом со мной.
Я посмотрела ему в глаза.
– Но она ведь права в том, что я человек. И я состарюсь, а ты нет.
Ансел не отвёл взгляда.
– Да.
– И однажды тебе придётся…
– Лиора, – мягко перебил он. – Я знаю всё, что ты собираешься сказать. Понимаю, что наша жизнь не будет такой, как у обычных людей. Понимаю, что однажды мне придётся пережить то, о чём вчера говорила Лилиан. И поверь, я думал об этом задолго до того, как попросил тебя стать моей женой.
В его глазах мелькнула грусть, но голос оставался спокойным.
– Я не хочу провести годы, которые мы можем быть счастливы вместе, заранее оплакивая их конец.
К горлу подступил болезненный ком.
– Ты не боишься?
Ансел помолчал, словно обдумывал ответ.
– Боюсь, – наконец признался он. – Очень. Но ещё больше я боюсь однажды понять, что отказался от жизни с тобой только потому, что испугался её потерять.
Я смотрела на него, пытаясь подобрать слова, но ни одно не казалось достаточно подходящим.
– Лилиан ошибается в одном, – продолжил он. – Она думает, что я не понимаю, на что иду. Но я знаю. И если бы мне пришлось выбирать снова, я бы сделал тот же выбор.
Слёзы всё-таки покатились по моим щекам. Ансел осторожно стёр одну большим пальцем.
– Я люблю тебя. Не потому, что ты похожа на нас. Не потому, что ты можешь стать кем-то другим. А потому, что ты – это ты.
Я обняла его за шею и поцеловала. Он ответил сразу, прижимая меня к себе, и на несколько мгновений всё остальное перестало существовать. Когда мы отстранились, я уткнулась лбом ему в плечо и тихо призналась, что тоже люблю его.
Некоторое время мы просто стояли обнявшись. Мне было хорошо от одного его присутствия, от знакомого запаха, от ощущения его рук на моей спине. Вчера я думала, что мне необходимо побыть одной, и, наверное, это действительно было так. Но теперь я понимала, как сильно по нему соскучилась.
– Кстати, – неожиданно произнёс Ансел, немного отстраняясь, – у меня есть для тебя небольшой сюрприз.
Я насторожилась. В его глазах появилось знакомое озорное выражение, которое обычно не предвещало ничего обычного.
– Какой?
– Для начала предлагаю поужинать.
– Даже не думай меня жалеть и пытаться отвлекать.
– Я и не собирался, – ответил он с самым невинным видом.
Я выразительно посмотрела на него, и он рассмеялся.
– Хорошо. Возможно, совсем немного.
Ансел подошёл к пальто, достал из внутреннего кармана два сложенных листка и протянул мне. Я развернула их и несколько секунд смотрела на напечатанные строки, не понимая, что именно держу в руках. Потом заметила дату – завтрашнюю.
– Ансел… Это билеты на самолёт?
– Похоже на то.
Я подняла на него глаза.
– На завтра?!
Он совершенно невозмутимо кивнул.
– Именно.
– Но куда?
– В одно очень красивое место.
– Ансел!
Он рассмеялся и, видимо решив больше меня не мучить, осторожно забрал билеты из моих рук, прежде чем я успела прочитать название пункта назначения.
– Это небольшой остров. Там тепло, есть океан, белый песок и совершенно потрясающие закаты.
Я посмотрела на него, пытаясь осознать услышанное.
– Ты серьёзно?
– Абсолютно.
– Но… зачем?
– Потому что я хочу провести несколько дней со своей невестой. Вдали от Морригана, семейных споров и всего остального. Я нашёл виллу прямо у океана. Там есть собственный пляж, большая терраса и, если верить фотографиям, самая красивая спальня, которую я когда-либо видел. Решил: почему бы не устроить медовый месяц чуть раньше? – Ансел подмигнул.
Я почувствовала, как вспыхнули щёки, а он, заметив это, довольно улыбнулся.
– Хотя, признаться, спальня заинтересовала меня несколько больше, чем пляж.
– Ансел!
Он рассмеялся и притянул меня к себе.
– Что? Я просто делюсь впечатлениями.
Я покачала головой, не в силах перестать улыбаться.
Мысль о том, что уже завтра могу оказаться где-то далеко от Морригана, среди пальм и тёплого океанского воздуха, казалась совершенно невероятной.
– А если бы я не захотела лететь? – спросила я.
– Тогда мы остались бы здесь.
– И что было бы с билетами?
– Ничего страшного.
Он осторожно коснулся моей щеки.
– Лиора, это не попытка заставить тебя забыть вчерашний вечер. Я знаю, что так не получится. Просто подумал, что нам обоим не помешает немного времени вдвоём.
Я помолчала, рассматривая его лицо.
– А ты сам хочешь туда поехать?
Ансел посмотрел на меня с таким удивлением, будто я задала самый странный вопрос на свете.
– С тобой? Конечно.
– Тогда я тоже хочу.
Он просиял.
– Прекрасно. Значит, завтра утром мы улетаем.
– Утром?! – Я снова посмотрела на него. – А когда я должна собрать вещи?
– Сегодня вечером.
Я уставилась на него.
– Ты ведь даже не спросил, есть ли у меня купальник!
– Если нет, купим на месте.
– А если мне нечего надеть?
– Купим и это.
– А если…
– Лиора, – перебил он, едва сдерживая смех, – я начинаю подозревать, что ты пытаешься найти причину не лететь.
– Я пытаюсь понять, как можно собраться на остров за один вечер!
– Очень просто. Я помогу.
Я прищурилась.
– Ты хоть раз собирал женский чемодан?
Ансел задумался.
– Нет. Но я быстро учусь.
Я не выдержала и рассмеялась. Он смотрел на меня, улыбаясь, и в какой-то момент я заметила, как изменилось его лицо. Словно он наконец позволил себе расслабиться.
– Вот теперь я узнаю свою Лиору, – тихо сказал он.
Я подошла и обняла его.
– Спасибо.
– За что?
– За то, что приехал.
Ансел поцеловал меня в висок.
– Я бы приехал ещё вчера, если бы ты позволила.
– Знаю.
Он обнял меня крепче.
Мы поужинали прямо на кухне. Ансел привёз мою любимую еду, и я впервые за сутки почувствовала настоящий голод. Мы разговаривали обо всём понемногу: о предстоящем перелёте, о том, что взять с собой, о погоде на острове. Он так и не назвал место, куда мы летим, заявив, что хочет сохранить хотя бы часть сюрприза. Я несколько раз пыталась выведать подробности, но он только улыбался.
После ужина мы отправились собирать чемодан. Точнее, собирала его я, а Ансел сидел на краю кровати и давал совершенно бесполезные советы. Стоило мне достать платье, как он тут же предложил взять его с собой, хотя оно было слишком нарядным для пляжного отдыха. Затем ему понравилось второе, потом третье, и вскоре я поняла, что с его помощью мы рискуем увезти половину моего гардероба.
– Ансел, мы ведь едем на пляж, – напомнила я, откладывая очередное платье.
– Разве там запрещено красиво одеваться?
Я закатила глаза и велела ему больше не вмешиваться. Он послушно поднял руки, но, когда я отвернулась, всё-таки положил в чемодан то самое первое платье. Я заметила это и решила ничего не говорить.
Поздно вечером мы наконец легли спать. За окном шумел ветер, изредка постукивая ветками по стеклу, а в квартире было тихо и тепло. Ансел лежал рядом, обнимая меня за талию, и я устроилась у него на груди, слушая размеренное биение сердца.
Я думала о завтрашнем дне, о море, которое увижу совсем скоро, о том, как странно порой меняется жизнь. Ещё вчера мне казалось, что счастье, которое я обрела, может рассыпаться от нескольких жестоких слов. Теперь я снова лежала в объятиях любимого человека и постепенно успокаивалась, хотя один вопрос всё ещё не давал мне покоя.
– Как думаешь, Лилиан когда-нибудь сможет меня принять?
Ансел не ответил сразу.
– Не знаю, любимая, – признался он. – Но надеюсь, что однажды она поймёт, насколько ошибалась.
Я вздохнула. Мне хотелось верить, что это возможно, хотя после вчерашнего представить наше примирение было трудно.
– Я тоже надеюсь.
Он крепче обнял меня и поцеловал в макушку.
– А сейчас тебе нужно поспать. Завтра у нас длинный день.
Я приподняла голову.
– Ты хотя бы скажешь, сколько лететь?
– Нет.
– Ансел!
Он засмеялся и притянул меня обратно.
– Спокойной ночи, моя любопытная невеста.
Я улыбнулась ему в грудь.
– Спокойной ночи, мой невыносимый жених.
Ансел поцеловал меня в макушку, и я закрыла глаза.
Я знала, что наши страхи никуда не исчезли. Что впереди нас ждёт множество трудностей и что однажды нам действительно придётся столкнуться с тем, о чём говорила его сестра. Но сейчас рядом со мной был Ансел, и завтра мы улетим туда, где будет солнце, океан и несколько дней, принадлежащих только нам двоим.
Я прижалась к нему чуть крепче, чувствуя, как постепенно отступает усталость прошедших суток.
Мне не хотелось заглядывать в будущее.
Мне было достаточно настоящего.
Глава 43. Ближе, чем прежде
Первое, что я почувствовала, выйдя из самолёта, – тепло.
Не то осторожное весеннее тепло, которое иногда обманывало жителей Морригана в конце марта, заставляя их убирать шарфы за несколько дней до очередного снегопада. Здесь воздух был густым, влажным, пропитанным запахами цветов, нагретой земли и солёной воды. Он обволакивал кожу, проникал под одежду, и мне почти сразу захотелось снять всё лишнее.
Я остановилась посреди дорожки, подставив лицо солнцу.
– Невероятно, – пробормотала я.
Ансел, шедший рядом с чемоданом, обернулся.
– Что именно?
– Ещё вчера я мёрзла в собственной квартире, а сегодня здесь лето.
Он улыбнулся и забрал у меня куртку, которую я уже успела стянуть с плеч.
По дороге к вилле я почти не отрывалась от окна. За стеклом мелькали невысокие дома, утопающие в зелени, придорожные лавки с фруктами, цветущие деревья и пальмы, листья которых медленно покачивались на ветру. Иногда между холмами открывался океан, такой яркий, что казался нереальным.
Я никогда не видела подобной воды. Даже в ясные дни море у Морригана оставалось холодным, свинцово-синим, а здесь оно переливалось всеми оттенками бирюзового.
Ансел наблюдал за мной с едва заметной улыбкой.
– Ты так и не скажешь, сколько всё это стоило? – спросила я, когда машина свернула на узкую дорогу между цветущими кустарниками.
– Нет.
– Даже приблизительно?
– Особенно приблизительно.
Я покачала головой. Спорить с ним было бесполезно, а портить первые часы отпуска разговорами о деньгах не хотелось.
Вилла оказалась небольшим белым домом с широкими окнами, деревянными полами и просторной террасой. Из гостиной можно было сразу выйти в сад, а оттуда по каменным ступеням спуститься к пляжу.
Я прошла через дом, почти не замечая обстановки, раздвинула стеклянные двери и замерла.
Передо мной лежал океан.
Не далёкая полоска воды между зданиями, а огромное, сверкающее пространство, уходившее к самому горизонту. Под террасой белел песок, над ним склонялись пальмы, а волны мягко разбивались о берег. Ветер шевелил лёгкие занавески за моей спиной и приносил запах соли.
Ансел подошёл сзади и обнял меня за талию.
– Нравится?
Я повернулась к нему.
– Ты серьёзно? Я не видела ничего прекраснее, – пробормотала я на выдохе.
Он посмотрел на меня с нежностью, а я обняла его за шею и поцеловала.
Первые дни мы почти не замечали времени.
Утром солнце проникало в спальню сквозь неплотно задёрнутые занавески, и я просыпалась от шума океана. Иногда Ансел уже сидел на террасе с книгой, иногда ещё лежал рядом, обнимая меня во сне. Мы завтракали фруктами, свежим хлебом и крепким кофе, после чего отправлялись к воде.
Я быстро обнаружила, что совершенно не умею отдыхать спокойно. Мне хотелось исследовать каждую дорожку, заглянуть за каждый поворот, попробовать все незнакомые блюда и обязательно выяснить, что находится за соседним мысом.
Ансел относился к моему любопытству с терпением, которое временами казалось подозрительным.
На второй день мы отправились к коралловому рифу. Я впервые увидела под водой ярких рыб, скользивших между камнями, и едва не захлебнулась от восторга, когда совсем рядом проплыла большая морская черепаха.
Вернувшись в лодку, я долго рассказывала Анселу о том, что он только что видел собственными глазами. Он слушал, вытирая полотенцем мокрые волосы, и иногда улыбался.
В другой день мы забрались на холм над побережьем. Подъём оказался круче, чем я ожидала, и последние несколько минут я упрямо отказывалась от его помощи, хотя ноги уже заметно дрожали.
Наверху открылся вид на весь остров: зелёные склоны, маленькие деревни, белые полосы пляжей и бескрайний океан. Я долго стояла у края смотровой площадки, пытаясь запомнить эту картину.
Ансел подошёл ко мне и молча протянул бутылку воды.
– Спасибо за эту поездку. Теперь я совершенно не хочу возвращаться домой, – проговорила я, отдавая бутылку обратно. – Уверена, эти места будут мне сниться.
– Значит, мы вернёмся сюда ещё раз. Когда ты станешь моей женой.
Последнее слово, произнесённое Анселом особенно нежно, отозвалось теплом, которое медленно растеклось по телу. Я не нашла, что ответить, поэтому кивнула и подалась в его объятия.
Больше всего мне нравились вечера.
Когда жара спадала, мы выходили гулять вдоль берега. Песок ещё хранил дневное тепло, вода темнела, а на горизонте медленно исчезали последние солнечные полосы. Иногда мы ужинали в маленьких ресторанчиках, где столики стояли прямо под пальмами, иногда оставались дома и готовили что-нибудь вместе.
Однажды я нашла на пляже небольшую раковину с розовым краем и решила забрать её в Морриган.
– Поставлю на полку, – сказала я, показывая находку Анселу. – Буду смотреть на неё зимой и вспоминать, что где-то существует нормальная погода.
Он взял раковину, повертел в пальцах и вернул мне.
– У меня раньше была привычка привозить что-нибудь из каждого путешествия.
– И где теперь твоя коллекция?
– Почти ничего не осталось. Слишком много переездов.
Я посмотрела на него.
За несколько месяцев нашего знакомства я привыкла к тому, что Ансел выглядел человеком моего возраста. Иногда даже забывала, сколько лет скрывалось за его спокойствием, привычками и воспоминаниями.
– Тебе жаль?
– Некоторых вещей – да. Особенно тех, о которых уже некому напомнить.
Я положила раковину в сумку и взяла его за руку.
Мы пошли дальше, оставляя на мокром песке две цепочки следов.
В тот вечер я впервые вспомнила слова Лилиан без прежней острой боли. Не потому, что они перестали меня пугать. Просто я смотрела на Ансела и понимала, что не хочу проводить наши счастливые дни в ожидании того, когда они закончатся.
К середине недели мы привыкли к острову настолько, что перестали строить планы.
Я могла часами сидеть на террасе и смотреть вглубь океана, время от времени отвлекаясь на чтение или телефон. Ансел иногда присоединялся ко мне, иногда уходил плавать или сидел с ноутбуком в гостиной. Нам совершенно не требовалось постоянно разговаривать, чтобы чувствовать себя рядом.
Мне нравилось наблюдать за ним в такие минуты. За тем, как он сосредоточенно хмурился, читая что-то на экране. Как машинально проводил рукой по волосам, когда задумывался. Как поднимал глаза, едва я входила в комнату, словно всегда замечал моё появление.
На четвёртый день после обеда начался дождь. Крупные капли застучали по крыше, листья в саду зашевелились под тяжестью воды, а воздух наполнился запахом мокрой земли.
Я сидела на диване с книгой, когда Ансел включил музыку.
Из колонок полилась старая медленная мелодия. Он несколько секунд прислушивался к ней, потом подошёл ко мне и протянул руку.
Я отложила книгу.
– Ты предлагаешь танцевать?
– Почему нет?
– Потому что я босиком и в домашнем платье.
– Мне это не мешает.
Я вложила ладонь в его руку.
Он притянул меня ближе, положив другую руку мне на спину, и мы медленно закружились посреди гостиной. Сначала я старалась следить за шагами, но вскоре перестала. Ансел двигался уверенно, легко направляя меня, и мне оставалось только довериться ему.
– Где ты научился так танцевать? – спросила я.
– Давно. В те времена это считалось необходимым умением.
– Наверное, ты разбил немало сердец на балах.
Он посмотрел на меня с лёгким удивлением.
– На балах? Я не настолько стар. Всего лишь званые ужины и дружеские посиделки.
Я хохотнула.
– Прости. Я, как ты уже понял, не очень сильна в истории.
– Да, я уже понял, – снисходительно протянул Ансел.
Я улыбнулась и положила голову ему на плечо.
Вечер был таким тёплым, что мы грелись в нём, как у камина морозной зимой.
В последние дни я всё чаще ловила себя на том, что нарочно испытываю терпение Ансела.
Началось всё на пятый день. Собираясь вечером на ужин, я достала из чемодана платье, которое до сих пор не решалась надеть. Тонкая ткань мягко облегала фигуру, открывала плечи и почти всю спину. Перед зеркалом я несколько раз поправила волосы, потом распустила их снова. Обычно я не тратила столько времени на собственное отражение, но сейчас мне хотелось выглядеть особенно красивой.
Когда я вышла из спальни, Ансел стоял у открытых дверей террасы, разговаривая по телефону. Услышав мои шаги, он обернулся и на несколько секунд замолчал. Его собеседнику пришлось дважды повторить вопрос, прежде чем Ансел ответил.
Я отвернулась, пряча довольную улыбку.
За ужином он был как всегда внимателен, но я замечала, как иногда его взгляд задерживался на моих обнажённых плечах. Когда мы возвращались домой, он положил ладонь мне на спину, и от прикосновения его пальцев по коже пробежала приятная дрожь.
На следующий день я уже не пыталась убедить себя, что всё происходит случайно.
Мне нравилось его внимание. Нравилось видеть, как он на мгновение забывает, о чём говорил, когда я подхожу слишком близко. Нравилось самой первой целовать его, задерживаться в объятиях, чувствовать, как он отвечает на мои прикосновения.
И всё чаще я думала о том, что наше обещание, казавшееся когда-то таким важным, теперь отделяет нас от того, чего мы оба хотим.
В последний вечер я долго стояла перед открытым чемоданом. Почти все вещи уже были собраны, но одно платье я оставила напоследок. Лёгкое, на тонких бретелях, с глубоким вырезом на спине. Я надела его, посмотрела в зеркало и почувствовала, как от собственной смелости стало немного неловко.
Мне хотелось, чтобы Ансел посмотрел на меня так же, как накануне.
А ещё хотелось наконец перестать делать вид, будто я не понимаю, к чему всё идёт.
Вечером шестого дня мы не собирались ложиться спать. Утром – аэропорт, чемоданы, десять часов в самолёте, но последняя ночь на острове казалась слишком ценной, чтобы тратить её на сон.
Мы сидели на террасе, внизу дышал океан – медленно, глубоко, как спящий зверь. Луна висела низко, и её свет лежал на воде длинной дрожащей полосой. Я пила воду со льдом, стакан запотел, и капли стекали по пальцам. Ансел сидел рядом, не касаясь меня, но я чувствовала его тепло сквозь прохладный ночной воздух.
Мы говорили о всякой ерунде: как я испугалась огромного паука, как колоритная местная горничная смешила нас своим акцентом, как я не умею есть манго, не измазавшись в соке по локоть. Я смеялась, а он смотрел.
А потом перестал улыбаться.
– Что? – спросила я.
Он не ответил. Просто протянул руку и коснулся моих пальцев, обхвативших холодный стакан, – на секунду дольше, чем нужно.
– Ансел?
Он поднялся и потянул меня за собой. Я встала, и он притянул меня ближе, так что его ладонь легла мне на поясницу.
– Я хотел дать тебе и себе время, – сказал он тихо. – Правда хотел.
– И?
– И, кажется, я не настолько силён, как думал.
Он поцеловал меня – не осторожно, как в последние дни, а сразу, глубоко, без предисловий. Я выронила стакан, вода разлилась по полу, лёд застучал по плитке, но мне было плевать.
Он подхватил меня под бёдра, я обхватила его ногами, и он понёс меня в дом. Ветер хлопнул дверью террасы, но я не обратила внимания.
В спальне он опустил меня на кровать. Я потянула его за футболку, и он стянул её сам, через голову, нетерпеливо. Я провела ладонями по его груди, по животу, чувствуя, как под кожей перекатываются мышцы.
Он наклонился, целуя мою шею, ключицу, плечо. Я выгнулась, запрокинула голову. Его руки лежали на моей талии, на бёдрах, и он прикусил мочку уха – я вздрогнула и тихо выдохнула.
Всё смешалось. Моё платье куда-то исчезло, его футболка тоже. Я чувствовала его кожу – прохладную, гладкую, с запахом моря и чего-то ещё, его собственного.
Он целовал меня медленно, будто изучал: шею, плечи, грудь, спускался ниже, и от каждого прикосновения его губ по телу расходилась волна тепла. Я запуталась пальцами в его волосах, и он тихо выдохнул – от этого звука внутри всё сжалось.
Его руки блуждали по мне – уверенно и осторожно одновременно. Он касался меня так, будто запоминал на ощупь: изгиб талии, линию позвоночника, ямку за ухом. Я отвечала тем же – проводила ладонями по его спине, по плечам, чувствовала, как он вздрагивает, когда мои пальцы задевали особенно чувствительные места.
Время исчезло. Осталось только это – его дыхание, сбивающееся с ритма, моё сердце, колотящееся где-то в горле, и тепло, которое растекалось по телу, как мёд.
Было горячо. Тесно. Иногда неловко: мы сталкивались локтями, я не знала, куда деть ногу, он тихо ругнулся сквозь зубы, когда я случайно задела его коленом. Но это было неважно.
Потом он вдруг замер. Я почувствовала, как напряглись его плечи под моими ладонями.
– Лиора, – выдохнул он, и голос сорвался. – Ты точно этого хочешь?
Он смотрел на меня сверху – глаза тёмные, почти чёрные, на лбу испарина, челюсти сжаты.
– Я думал, что смогу дождаться свадьбы. Но эти твои наряды...
Я не дала ему договорить. Притянула к себе, обняла за шею, поцеловала.
– Я не прошу тебя ждать, – сказала я прямо ему в губы.
Он выдохнул. И всё стало по-другому.
Сначала было больно. Я вздрогнула, и он тут же замер.
– Всё хорошо?
– Да. Просто… подожди.
Он ждал. Целовал моё лицо, шею, плечи, шептал что-то тихое, успокаивающее. Я чувствовала, как напряжение понемногу уходит, уступая место чему-то другому.
А потом он начал двигаться – медленно, осторожно, будто боялся сломать. Постепенно боль ушла, и осталось только тепло: глубокое, тягучее, растекающееся по всему телу.
Я обняла его крепче, прижалась всем телом, и он выдохнул мне в шею, ускоряясь. Волны накатывали одна за другой, и я не знала, где заканчиваюсь я и начинается он. Всё смешалось: его дыхание, мои пальцы на его спине, тихий звук, который вырвался у меня из горла, когда он коснулся губами особенно чувствительного места за ухом.
Я чувствовала, как внутри всё сжимается, поднимается куда-то вверх, к горлу, к глазам. И когда это случилось, я будто рассыпалась на тысячу осколков – а он собрал меня обратно.
Он целовал моё лицо, шею, плечи, шептал что-то – я не разбирала слов, просто чувствовала его голос, его тело, его тепло.
А потом мы лежали. Оба тяжело дышали, простыня сбилась в ноги, занавески шевелились от ветра, и его сердце билось прямо под моей ладонью – быстро, неровно, постепенно замедляясь.
Я чувствовала каждую клеточку своего тела. Казалось, кожа стала тоньше, и мир теперь касается меня напрямую, без защиты.
– Ты как? – спросил он.
– Хорошо, – сказала я и улыбнулась. – Даже очень.
Он повернул голову, посмотрел на меня и вдруг рассмеялся – тихо, с облегчением.
– Не жалеешь?
– Нет... Это было... я даже не могу передать... знаю одно – ещё никогда прежде я не ощущала свою любовь к тебе настолько физически, всем телом, – проговорила я и почувствовала, как розовеют щёки.
Он смотрел на меня особенно долго. Взглядом, от которого внизу живота снова прокатилась волна возбуждения, потом притянул к себе, и я уткнулась носом в его шею. Пахло солью, морем и им.
За окнами шумел океан.
Я улыбалась в темноте и не знала, возможно ли чувствовать себя ещё счастливее, чем сейчас.




























