Текст книги "Три королевы (ЛП)"

Автор книги: Женева Ли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

Я повернулась и пронзила их яростным взглядом. Ни Сабина, ни Камилла не входили в список моих любимых людей, но они были моей семьей. Женщины тут же замолчали под моим пристальным взглядом.

Ты выглядишь действительно устрашающе, когда злишься, любовь моя.

Голос Джулиана звучал весело, но я уловила в нем нотки мрачной неуверенности.

– Спасибо, – сказала я, прижимаясь к нему ближе.

Волновалась ли я из-за нашей ссоры несколько минут назад? Вспоминала ли о необдуманном согласии Жаклин выйти замуж? Происходящее было намного хуже.

Камилла и Сабина остановились в нескольких футах друг от друга, разглядывая друг друга с пугающим спокойствием. Увидев их вместе, я была поражена тем, как сильно они похожи. Но дело было не только в чертах лица. Они обе держались как королевы. Я не могла представить, через что прошла Камилла, что придало ей смелости встретиться лицом к лицу со своей матерью сейчас. Особенно после того, как я узнала, какой невинной она была когда-то.

– Дочь моя, – сказала Сабина, и ее голос разнесся над толпой, которая затихла, как только она заговорила, – ты вернулась к нам.

Последовала пауза, и я заметила, как губы Камиллы слегка скривились.

– Я не была уверена, что мне будут рады.

Сабина оставалась невозмутимой, ее лицо ничего не выражало.

– Я пережила много Солнцестояний без тебя. Боги решили, что мне больше не придется страдать.

– Действительно. – В этом слове прозвучала враждебная нотка, но никто, казалось, ее не уловил. – Тогда я прошу у тебя прощения за свое отсутствие.

– В прощении нет необходимости.

– Какого черта? – проворчал Джулиан, ускоряя шаг.

Я не знала, что и думать о таком странно формальном приветствии. Оно казалось отрепетированным, как будто они готовились к этому моменту. Но я знала, что это не так. Сабина была искренне удивлена, узнав, что ее дочь жива.

По крайней мере, мне так показалось.

Но когда Сабина подалась вперед и обняла ее, а по ее щеке скатилась одинокая кровавая слеза, я подумала, не снится ли мне это.

Может, мы умерли? Может, Джулиан действительно съехал с обрыва, и мы вовсе не присутствовали на Балу Солнцестояния. Я была в чистилище или в очень запутанной версии ада.

Взгляд Сабины встретился с моим, и я увидела правду. Ее взгляд оставался острым, почти хищным, словно она ожидала, что в любой момент на нее нападут.

Просто смирись с этим.

Я удивленно посмотрела на свою пару, когда услышала его мысли, но он смотрел прямо перед собой, на свою семью. Переминаясь с ноги на ногу, я изо всех сил старалась изобразить легкое любопытство или удивление, или еще какие-нибудь эмоции, кроме злости. Все и так было непросто. Насколько хуже было пытаться изображать фальшивое счастливое воссоединение семьи?

Сабина отстранилась и осторожно промокнула глаз. Движение было изящным и точным, и это послужило сигналом. У ледяной королевы Сабины Руссо были чувства, но она полностью контролировала их даже во время чудесного возвращения ее дочери домой.

– Твой брат, – обратилась она к Камилле, взяв ее за плечи и повернув лицом к нам, – кажется, сегодня у нас есть повод для двух торжеств.

Теперь я была уверена, что сейчас произойдет нечто из ряда вон выходящее, но прежде, чем я успела собраться с силами, Камилла бросилась вперед – прямо на Джулиана.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Джулиан

Я пихнул Тею за спину, когда Камилла атаковала меня, чем вызвал недовольный возглас моей пары. С этим я разберусь позже, а сейчас во мне взыграл защитный инстинкт. Через долю секунды Камилла оказалась возле меня и обвила руками мою шею. Объятие застало меня врасплох, едва не повалив на пол.

– Нам нужно поговорить, – прошептала Камилла мне на ухо, а затем отстранилась и посмотрела на меня. В ее глазах блестели слезы, но я не сомневался, что они были такими же наигранными, как и ее выступление. Она схватила меня за предплечья и громко сказала: – Я скучала по тебе.

– Я тоже, – процедил я сквозь стиснутые зубы. С трудом выдавив улыбку, я подыграл ей. – У меня так много вопросов.

– Действительно, – согласилась мама, вставая рядом с дочерью. – Пожалуй, нам пора домой.

Тея покашляла за моей спиной, словно напоминая, что она все еще здесь. Это было глупо, учитывая, что в данный момент я следил за ее дыханием и знал, что она находится ровно в тринадцати дюймах позади меня. Я осторожно высвободился из объятий сестры и подвинулся, позволяя Тее встать рядом. Собственнически положив руку ей на поясницу, я одарил свою семью язвительной улыбкой.

– У нас с Теей другие планы.

– Они могут подождать. – Если моя улыбка была язвительной, то улыбка Сабины резала как бритва.

– Джулиан, – пробормотала Тея. – Все в порядке.

Но я не был так уверен. Я сомневался, что кто-то поверил в то, что Камилла просто заглянула на Бал Солнцестояния после более чем тридцатилетнего отсутствия. Пойдут разговоры, и я сомневался, что кто-то сочтет ее воскрешение чудом. А это означало, что также возникнут вопросы.

Но более тревожным был тот факт, что она решила сделать свой ход именно сейчас.

– Глупости. – В глазах сестры промелькнуло что-то темное. – Я бы хотела потанцевать – если кто-то пригласит меня.

Я взглянул на Тею, которая коротко кивнула, ее глаза метались между нами двумя, как у зверя в клетке. Она не доверяла Камилле. Я тоже, но…

– Иди. – Тея подтолкнула меня.

– Да, – добавила Сабина, – я присмотрю за твоей невестой.

– Это очень обнадеживает, – сказал я скептически.

Тея слегка закатила глаза, но осталась непреклонной. Музыка не играла, но разыгрываемая нами сцена была в каком-то смысле похожа на танец. Я вздохнул и предложил Камилле руку. Моя сестра приняла ее.

– Играйте! – крикнула Сабина растерянному оркестру, который тут же продолжил исполнять то, на чем остановился.

Я повел Камиллу к центру переполненного зала, пока в воздухе звучал Чайковский. Обхватив ее за талию, я закружил ее в вальсе.

– Какого черта ты здесь делаешь? – Мы двигались так, чтобы я мог не спускать глаз с Теи, что было непросто.

Камилла проследила за моим взглядом, и, фыркнув, рассмеялась.

– Боишься, что ее кто-то украдет, или что наша мать убьет ее?

– А это имеет значение? – спросил я сдавленным голосом.

– Должно, раз уж ты позволил своей паре спать под крышей нашей матери.

– У меня под боком, – напомнил я ей.

– Ага. – Она улыбнулась так, словно ей только что вручили приз. – А теперь я забрала тебя у нее.

Я быстро кивнул, не сводя глаз с Теи и Сабины, которые ждали меня. Они не разговаривали, но я чувствовал напряжение между ними. Я осмелился на мгновение оглянуться и обнаружил, что все взгляды устремлены на нас, хотя некоторые пары начали выходить на танцпол, чтобы присоединиться к вальсу.

Вероятно, они надеялись подслушать наш разговор, но благодаря оркестру и толпе это было практически невозможно. Может, именно поэтому Камилла выбрала сегодняшний вечер, чтобы подойти ко мне?

– Я буду краткой, – еле слышно произнесла моя сестра, как будто знала, что нас подслушивают. – Прошу прощения за столь драматичное появление, но у меня не было выбора.

– Каждый вампир здесь считал, что ты умерла тридцать лет назад, – прошипел я.

– И каждый вампир здесь верит, что видит счастливое воссоединение семьи. – Она усмехнулась. – Веди себя соответственно.

Может, мне стоило просто придушить ее и покончить с этим, но я был слишком любопытен – и не только я. Я заставил себя улыбнуться, когда какая-то парочка осмелилась направиться к нам через танцпол.

– Блядь.

– Что? – спросила Камилла, обводя глазами пространство.

– Ты явилась, чтобы поделиться со мной секретом в зале, полном любопытных вампиров. – У меня не было выбора, кроме как развернуть нас в противоположном направлении, чтобы уклониться от этой парочки. Когда я потерял Тею из виду, моя спина напряглась, а сердце забилось с явно человеческой скоростью.

– С ней все в порядке, – сказала мне Камилла. – Я вижу ее. Мама все еще с ней.

– И я должен тебе доверять?

– А у тебя есть выбор? – спросила она. Камилла схватила меня за руку и повернулась, позволяя мне переместиться туда, где я мог видеть свою пару.

Я увидел, как Тея приподняла бровь, а на ее красных губах заиграла улыбка.

– Все в порядке?

Я не услышал, как она вздохнула, но почувствовал это всем своим существом. Тея наклонила голову и едва заметно кивнула, подтверждая, что полностью контролирует ситуацию.

– Отличный трюк, – сказала Камилла.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, – быстро ответил я.

Она рассмеялась.

– Правда? Потому что кажется, что ты мысленно разговариваешь со своей парой.

– Почему ты здесь? – снова требовательно спросил я. – Если все так плохо, скажи мне уже.

– Чтобы предупредить тебя, – мягко сказала она.

Каждый мускул в моем теле напрягся, а клыки удлинились в предчувствии опасности.

– О чем?

– У меня не было другого выбора, кроме как появиться. Я должна была немедленно связаться с тобой.

– Слышала о телефоне?

– Я больше никому не доверяю, – прошептала она. На мгновение ее невозмутимость исчезла, и я увидел, что скрывается под фасадом. Ее глаза с тревогой осматривали комнату, словно ожидая опасности за каждым углом.

– Ты доверяешь мне? – После нашего последнего разговора мне было трудно в это поверить. Если это вообще можно было так назвать. Камилла убила моего водителя и ворвалась в мою машину, требуя ответов, которые клятва на крови не позволяла мне дать.

Или моя совесть.

Что-то изменилось в моей сестре. Возможно, жестокость, которую она испытала от рук своего мужа-вампира, сказалась на ней. Но если она умерла, как утверждала, и была воскрешена, я не мог не задаться вопросом, вернулась ли она полностью. В ее глазах не было глубины. Их некогда ярко-голубой цвет потускнел до ровного серебристого. Что-то жизненно важное было потеряно или сломано. Что-то, что я не мог заставить себя назвать.

– Как я уже сказала, у меня не было выбора. Я должна кому-то довериться.

– И ты выбрала меня? – Я замедлил шаг, когда заиграла новая мелодия. – Я польщен.

– Я здесь не для того, чтобы терпеть твой сарказм, – огрызнулась она.

– А я здесь не для того, чтобы быть пешкой в том, что вы с Мордикумом планируете, – с рычанием сказал я.

– Я здесь не из-за Мордикума. Я здесь ради тебя – в качестве одолжения.

– Такая же услуга, как в тот раз, когда ты чуть не убила мою пару? – Во мне закипал гнев. Камилла ставила меня в тупик с тех пор, как я узнал, что она жива. То она спасала мне жизнь. То сжигала мой дом. В любую минуту она может вырвать мне горло. Я не знал, чего ожидать, но лучше было держать ее там, где я мог ее контролировать, и подальше от Теи.

– Ты должен благодарить меня. – Она моргнула, и маска вернулась на место, а на губах заиграла жеманная улыбка. – Это я побудила тебя заявить на нее права.

– Я пришлю тебе корзину фруктов.

– Пусть доставят в Парадейсос, – сказала она, слегка пожав плечами.

– Ты действительно думаешь, что наша семья примет тебя обратно?

– С распростертыми объятиями. Чувство вины матери захлестывает. А отец? Он сделает все, что она ему скажет.

– И что потом? – спросил я. – Ты отдашь нас в руки этой своей секты?

– Я еще не решила, – призналась она с поразительной честностью. – Я здесь не от имени Мордикума, но это не значит, что я отказалась от их дела. – Ее голос понизился до шепота. – Можешь ли ты честно сказать мне, что это то, чего ты хочешь? Бальные залы, Обряды и дети? Вампиры предназначены для чего-то большего.

– Например? Вести себя как животные? Нападать на безоружных существ? Извини, но я не куплюсь на это. – Я позволил себе посмотреть ей в глаза, игнорируя панику, вспыхивающую в моей груди, когда я отводил взгляд от Теи.

– Все лучше, чем безвольно притворяться, что ничего не изменилось. – Ее губы сжались в тонкую линию.

Она испытывала отвращение, но это не означало, что она была права.

– Ты так и не ответила на мой вопрос. Почему ты здесь? Почему именно сейчас? Ты пришла устроить сцену, чтобы мама была вынуждена позволить тебе переночевать на диване?

– Мне сказали, что твоя комната будет свободна. – От ее ухмылки у меня кровь застыла в жилах. – Или ты передумал насчет дома на окраине Сидари? – продолжила она.

Я резко остановился, и в нас чуть не врезалась пара танцующих. Они ускорили шаг и стремительно удалились, остальные на паркете последовали их примеру. Я еще раз посмотрел на Тею.

Но она не смотрела на меня, а разговаривала с моей матерью, и даже отсюда я видел, что они спорят.

– Какого хрена ты здесь делаешь? – спросил я, не потрудившись понизить голос. Вампиры и фамильяры вальсировали вокруг нас, старательно избегая того места, где мы стояли. Если повезет, они слышали лишь обрывки нашего разговора.

Камилла не сводила с меня глаз. Если ее и волновало, что другие могут услышать, то она никак этого не показывала.

– Чтобы спасти жизнь твоей пары.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Тея

Тревога сдавливала мою грудь, когда я смотрела, как Джулиан танцует со своей сестрой. Возможно, я испытывала это чувство. А может быть он. Я подозревала, что мы оба были напряжены. Рядом со мной Сабина шепотом давала мне указания. Я почти не обращала на них внимания, пока она не произнесла:

– Отныне ты все время должна быть под присмотром одного из Руссо.

– Что? – Я резко повернула голову, перестав наблюдать за Джулианом и Камиллой, и уставилась на нее. Должно быть, она шутила.

– Как глава этой семьи, я отвечаю за твое благополучие, – пробормотала она с фальшивой улыбкой на лице. Она не сходила с ее лица ни на секунду с тех пор, как она воссоединилась с дочерью.

– Ты ясно дала понять, что я не член этой семьи, – вскипела я. – Я могу сама о себе позаботиться.

– Это спорно, – ответила она, и ее голубые глаза сверкнули на меня взглядом, который явно должен был меня испепелить. Когда я не отпрянула в ответ, она продолжила: – Публичное заявление Джулиана поставило меня в затруднительное положение. Я могла бы отречься от вас обоих прямо здесь и сейчас, но я – любящая мать.

Любящая? Возможно, по древним вампирским стандартам. Но не по современным.

Я выпрямилась во весь рост, что было не слишком впечатляюще, но дело было не в этом. Я не собиралась уступать Сабине Руссо. Джулиан говорил, что вампиры – матриархальное общество. Возможно, сыновья и муж Сабины не бросали ей вызова. Но теперь все изменилось.

– Мне не нужно, чтобы ты исполняла роль моей матери. У меня есть одна. Спасибо.

– И где же она? – Кончики клыков Сабины выступили за край ее накрашенной верхней губы. Она ждала ответа, но я молчала. – О, точно. Она же исчезла.

– Что тебе нужно от меня, Сабина? – Я повернулась к ней лицом. Речь шла не о моей матери, Джулиане или сохранении лица перед присутствующими. Она что-то задумала.

– Чего я хочу? – повторила она. – Для начала уважения.

– Уважение нужно заслужить, а ты не сделала ровным счетом ничего, чтобы завоевать мое. – Я скрестила руки на груди в ожидании следующего выпада.

Ее ноздри слегка раздулись, когда мои слова дошли до нее. Я не отводила взгляда, даже когда ее зрачки расширились и начали поглощать белки ее глаз. Я уже собиралась отступить, когда она схватила меня за руку и потащила из бального зала. Лишь несколько человек вокруг нас, казалось, обратили на это внимание. Одним из них был Себастьян.

Он преградил нам путь, и я почувствовала от него запах виски. Его галстук-бабочка свободно свисал с расстегнутого воротника. Он явно выпил больше, чем Джулиан, но даже не вздрогнул, когда Сабина зарычала на него.

– Куда-то собрались?

– Нам нужен глоток свежего воздуха, – огрызнулась она.

– Я составлю вам компанию. – Он придвинулся ближе, бросив на меня обеспокоенный взгляд, и протянул руку.

Я со стоном просунула в нее свою и была вознаграждена тем, что Сабина отпустила меня. Семья Джулиана сопроводила меня обратно во внутренний дворик, но мы успели отойти всего на несколько шагов от дверей, прежде чем Сабина повернулась ко мне.

– Слушай, ты, маленькая сучка, – прорычала она. – Мы застряли друг с другом. Ты устроила это, когда привязала моего сына, так что, если не хочешь, чтобы я оторвала тебе голову и положила конец его страданиям, ты будешь делать то, что я прикажу.

– Страданиям? – Я повторила это восхитительное слово с недоверием. Неужели она действительно в это верила? Я вырвала свою руку у Себастьяна. Он попытался удержать меня, но я уже приблизилась к ней почти вплотную. – Ты чувствуешь себя лучше, когда занимаешься самообманом? Потому что твои дети несчастны. Несчастны настолько, что один из них тридцать лет притворялся мертвым. Я не та, от кого ему нужно освободиться.

– Вот как? – Она прищурилась в ответ на мою колкость, но не отступила. – И кто же возглавит эту семью? Ты?

– Или твоя дочь-психопатка. – Я пожала плечами. – А может, ты просто оставишь всех в покое.

– Тея, – Себастьян произнес мое имя предупреждающим тоном, но я проигнорировала его.

– Пусть живут своей жизнью, – продолжила я. – Или тебя это пугает?

– Ты говоришь о страхе так, будто ничего не боишься, – от ее улыбки по моей спине пробежал ледяной холодок, – и все же ты до сих пор не назвала время и дату нашей дуэли.

Я закатила глаза, но Себастьян напрягся.

– Мама, – сказал он. – Сейчас не время.

– Могло бы быть, если бы она была достаточно храброй, чтобы отвечать за свои поступки.

– Отлично! – Я вскинула руки вверх. – На следующей неделе – если только ты не хочешь решить все прямо здесь.

Сабина глубоко вдохнула и кивнула.

– Я с нетерпением жду, когда мы покончим с этим раз и навсегда.

Прежде чем я успела ответить, она вернулась в бальный зал. Как только она скрылась из виду, я вздохнула и запрокинула голову. Одна из лучших ночей в моей жизни быстро превращалась в то, что Джулиан назвал бы дерьмовым шоу. Неужели я так многого прошу, надеясь хоть на минуту покоя?

Повернувшись к Себастьяну, я увидела, что он с ужасом смотрит на меня. Его обычно очаровательное лицо исказилось. Я никогда не видела, чтобы он выглядел настолько расстроенным.

– В чем дело? – Я приготовилась к тому, что он ответит, что небо рушится.

– Ты с ней не справишься, – сказал он хриплым шепотом.

– Ты ее слышал. – Я ткнула большим пальцем в ту сторону, куда она ушла. – Она не собирается оставлять все как есть.

– Да, потому что она думает, что должна сразиться с тобой. – Он схватил меня за руку, его глаза стали дикими.

Я попыталась освободиться от него.

– Это дуэль.

– Что, по-твоему, это значит? – прорычал он. – Ты должна найти способ все уладить. Я только что вернул своего брата. Я не могу потерять его снова.

– Почему ты должен его потерять? – Возможно, Себастьяну нужно было завязывать с выпивкой.

– Потому что в последний раз, когда кто-то, кого он любил, умер, он уснул на тридцать долбаных лет. На этот раз он не будет заморачиваться. – Себастьян тряс меня и кричал. – Он просто ввяжется в другую драку, чтобы проиграть, и закончит то, что начал в Париже.

– Париже? Что случилось в Париже? – медленно спросила я.

– Твоя пара, – он выплюнул это слово в меня, словно оно было ядовитым, – пытался избавиться от своего сердца, провоцируя толпу вампиров в баре.

– Но почему…

Я знала почему. В Сан-Франциско я не прибегала к таким крайним мерам, чтобы справиться со своим разбитым сердцем. Я просто отгородилась от мира. Но для вампира отгородиться от мира было почти невозможно.

Я сглотнула, пытаясь унять тошнотворное чувство в животе.

– Так вот почему она хочет, чтобы за мной постоянно кто-то присматривал?

– Что? – сказал он, выглядя озадаченным. – Я ничего об этом не знаю, но знаю, что если ты сразишься с Сабиной и она убьет тебя…

– Убьет? – перебила я. – У нас дуэль, а не битва насмерть!

– А что, по-твоему, такое, черт возьми, дуэль вампиров? – взорвался он, запустив руки в волосы. Он покрутился на месте, словно это могло прояснить его голову, но когда он снова посмотрел на меня, то выглядел еще более расстроенным, чем раньше.

Я закрыла глаза, пытаясь понять, что он мне говорит.

– Ты хочешь сказать, что твоя мать считает, что я хочу сражаться с ней насмерть?

– Именно.

– И никто не удосужился объяснить мне это? – Я собиралась перекинуться парой слов с Джулианом, когда он закончит выписывать круги на паркете.

– Я полагал, что мой брат отговорит тебя от этого, – ответил он, стиснув зубы.

Я взглянула на него и покачала головой.

– Нет. Может, он верит в меня больше, чем ты.

– Дело не в этом. Ты не успеешь и глазом моргнуть, как она тебя прикончит.

– Она так сильно меня ненавидит, – подумала я, почесывая шею и размышляя, не записала ли я себя в худшие невестки в истории.

– Нет. Просто так устроены вампиры. Как ты думаешь, что случилось с нашей бабушкой, когда Сабина вышла замуж за нашего отца? В семье может быть только один матриарх, и, если у счастливой невесты нет семьи, она присваивает семью мужа.

– Подожди. – Я покачала головой. Он же не говорил мне, что я должна свергнуть Сабину? – Что…

– Вот ты где, – прервал нас Джулиан с облегчением на лице. – Я искал тебя повсюду.

– Мы были прямо здесь, – пробормотала я.

Он бросил обеспокоенный взгляд на нас двоих.

– Мне стоит беспокоиться?

– Нет, – бодро соврал Себастьян. – Нам просто нужно было подышать воздухом.

Но я не собиралась притворяться, что все в порядке, потому что это было не так. Для одного вечера с меня было достаточно драмы. Теперь я хотела знать правду.

– Что случилось с твоей бабушкой? – спросила я Джулиана.

Он бросил ядовитый взгляд на брата.

– Не было необходимости рассказывать ей об этом.

– Да? – Себастьян насмешливо хмыкнул. – Ты ошибаешься, брат. Она должна была узнать об этом еще до того, как ты решил надеть на нее кольцо. На самом деле, ей нужно было узнать об этом, когда ты был настолько глуп, что влюбился в нее.

– Эй! – воскликнула я.

– Без обид, – сказал Себастьян, не потрудившись посмотреть на меня.

– Этого не случится. Времена изменились, – резко сказал Джулиан.

Но мое сердце бешено колотилось в груди. И не из-за моего волнения. Нет, на этот раз из-за Джулиана – точнее, из-за того, что он чувствовал.

Я топнула ногой.

– Если кто-нибудь прямо сейчас не скажет мне, что происходит, я перенесу эту дурацкую дуэль на завтра! Что случилось с твоей бабушкой?

Глаза Джулиана потемнели от моей угрозы, и я напряглась, как будто он мог перекинуть меня через плечо и убежать прочь. Но прежде чем он это сделал, Себастьян прочистил горло и ответил на мой вопрос.

– Сабина убила ее. Наша мать убила нашу бабушку, а теперь твоя очередь убить ее.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Тея

У меня не было праздничного настроения. Может быть, дело было в свежем летнем ветерке, обдувающем мои обнаженные плечи благодаря чарам Тайного квартала, но я подозревала, что это было связано с тем, что я узнала прошлой ночью.

Я должна была убить Сабину – или она убьет меня.

Еще одна забавная вампирская традиция.

Джулиан крепко сжимал мою руку, когда мы шли по оживленным улицам. Все вокруг выглядели как туристы, приехавшие на отдых, – в своих шляпах, сандалиях и с загорелой кожей, за исключением одного. Каждый человек, мимо которого мы проходили, был увешан пакетами. Их было слишком много для обычного сувенирного улова. А еще в воздухе чувствовалось напряжение, вызванное волнением, которое царит в торговых центрах в рождественский сезон. Но в отличие от обычных туристических мест, квартал таил в себе как привычные, так и сверхъестественные прелести. Магазин зелий соседствовал с магазином, предлагающим такие дизайнерские бренды, как Chanel и Louis Vuitton. Рядом с ними располагались ювелирный магазин и абсент-бар. Казалось, здесь найдется что-то для каждого.

– Кому нам нужно купить подарки? – спросила я, пытаясь набраться энтузиазма, чтобы взяться за дело. Обычно я любила ходить по магазинам. Но до сих пор я проводила праздники с мамой и друзьями – людьми, которым я знала, что покупать. Как я должна была выбирать подарки для своей новой вампирской семьи?

Особенно если учесть, что все они ожидали, что я со дня на день убью их матриарха?

– Нужно? – повторил он, проводя меня мимо скопления людей, ожидающих у булочной, витрины которой были заполнены тортами, украшенными как рождественские поленья. Судя по обильной шоколадной глазури, покрывавшей их, и сладкому аромату, доносившемуся из дверей лавки, я не могла их винить.

У меня потекли слюнки, но я подавила свое желание. У нас была цель.

– Да. Вы все обмениваетесь подарками?

Он покачал головой, когда мы свернули в переулок, уходящий в сторону от людной главной улицы. Я не могла не заметить, что глаза Джулиана обшаривали мощеную улицу и оштукатуренные стены, когда мы шли по затененному переулку, словно он ожидал, что кто-то нападет. Он был на взводе со вчерашнего вечера. Мы оба. Но я сомневалась, что по одной и той же причине.

– Мы тянем жребий, – сказал он мне. – Моя семья сделала это накануне нашего приезда.

– О. – Это все упрощало. – И кто же тебе достался?

Я молилась, чтобы это была не Сабина. Единственный подарок, который, как мне казалось, мог бы ее обрадовать, – это смертоносное оружие, а вооружать ее – последнее, что мне сейчас нужно было делать.

– У меня Бенедикт, – мрачно ответил он, – а тебе достался Торен.

– Мне? – Я не могла не удивиться. Прошлый вечер стал первым свидетельством того, что меня считают Руссо.

– Жаклин настояла, – объяснил он, – а Себастьян и Бенедикт поддержали ее.

Я резко остановилась, заставив его сделать то же самое.

– Правда?

Он кивнул.

– Но это не значит, что я простил Бенедикта. Может быть, я подарю ему домашнюю крысу.

– Мы купим ему галстук, – пробормотала я, все еще переваривая эту информацию. Я не была уверена, как Себастьян относится ко мне, особенно после вчерашнего. Может, он все-таки не обиделся на меня.

– Хорошая идея, – согласился Джулиан. – Если он снова переступит черту, я смогу задушить его.

– Это было бы празднично. – Я не могла удержаться от смеха, хотя на сердце у меня по-прежнему было тяжело. Как я оказалась связана с целой семьей кровожадных вампиров?

Джулиан придвинулся ко мне. Его мощная фигура нависла надо мной, окруженная ореолом дневного света. Я упивалась его видом: резкими, точеными чертами лица, неземной синевой глаз, соблазнительными полными губами, которыми я никогда не смогу насытиться.

– Удивляюсь, почему ты меня терпишь? – спросил он, словно мог читать мысли.

Его воздействие было настолько ошеломляющим, что когда я попыталась покачать головой, то могла поклясться, что увидела звезды.

– Я знаю, почему терплю тебя, – пробормотала я, – но твоя семья…

Его ответная усмешка скользнула по мне, заставив меня затрепетать. Когда наши глаза встретились, его зрачки расширились, и осталось лишь тонкое кольцо ярко-синего цвета. Похоже, не я одна была одержима, но ему удавалось бороться с этим лучше.

– Именно поэтому мы должны создать новую семью. – Палец в перчатке скользнул по моей ключице, посылая волны удовольствия вниз. Мои соски напряглись, а грудь стала тяжелой и набухшей. Вчера вечером мы покинули бал и сразу же отправились в нашу новую резиденцию – уютную, по вампирским меркам, виллу на дальнем конце острова. Но вместо того, чтобы отвести меня в постель, Джулиан показал мне нашу комнату, а затем исчез, чтобы сделать несколько телефонных звонков. Я заснула, дожидаясь его. Теперь я поняла, почему была на взводе. Я хотела его.

Может быть, дело было в брачных узах, которые до сих пор держали нас в тисках. А может, это было какое-то первобытное стремление к продолжению рода, которое Второй Обряд вызвал у нас. Все, что я знала, – это то, что каждый дюйм моей души жаждал его. Не только тела, но и души. Я чувствовала себя неполноценной, когда мы были порознь. И пока наши мысли были заняты драмой с его семьей, я словно разрывалась надвое.

Джулиан оттеснил меня назад, пока я не врезалась в оштукатуренную стену здания позади меня. Вдалеке слышался шум улицы, но казалось, что он находится за миллион миль отсюда. Был только он – только его твердое тело, прижимающее меня к стене, и его рот, исследующий чувствительное местечко у меня за ухом. Я смутно осознавала, что в любой момент кто-нибудь может свернуть в переулок, но мне было все равно. Все, чего я хотела, – это большего. Низкое рычание вырвалось из груди Джулиана, когда он провел губами по моей шее. Наши тела действовали сами по себе, и, похоже, они решили, что слишком долго обходились без контакта.

– Это хорошая идея? – Мне потребовалась вся моя сила воли, чтобы произнести этот вопрос.

– Вампиры постоянно питаются в подворотнях, – мрачно сказал он, продолжая двигаться от моей шеи к впадинке у основания горла. Он сделал паузу. – Хочешь, чтобы я остановился, любовь моя?

Это было последнее, чего я хотела, но я разрывалась между желанием отдаться ему прямо сейчас и осознанием того, насколько мы будем уязвимы.

В конце концов, моя потребность в нем победила.

– Нет, – простонала я, поддаваясь инстинкту, овладевшему мной. Я оперлась рукой о стену, а другую опустила на выпуклость в его штанах. Скользнув рукой вниз, я сжала его в своей ладони.

– Черт, – выдохнул он, когда я погладила его бархатистую твердость. Воодушевленная, я потянулась другой рукой, чтобы расстегнуть его ремень, а затем ширинку. Он издал прерывистый вздох, когда я освободила его член. – Мне нужно быть в тебе.

– Что тебя останавливает? – выдохнула я.

Его рот впился в мой, и клык пронзил мою нижнюю губу. Я задохнулась от боли, сменившейся удовольствием, и он прикусил ее сильнее. На моем языке расцвел медный привкус, когда он проник своим языком в мой рот и овладел им. Рука Джулиана сомкнулась на моем запястье, убирая от своего члена. Поцелуй заглушил мой протест, став более требовательным. Более собственническим. Я сдалась и прижалась к нему.

Джулиан задрал мою юбку до талии и поднял меня. Я обхватила его ногами за талию, и он застонал, нащупав кружевной барьер моих трусиков.

Я отстранилась и посмотрела ему прямо в его обсидиановые глаза.

– Не рви их. Мы еще не закончили с покупками.

Его глаза опасно прищурились, когда он посмотрел на меня.

– Ладно. – Рука протянулась между нами и отодвинула их в сторону. – Я могу с этим справиться. – Он провел по мне головкой своего члена, и я задохнулась. – Ты знаешь, что я хочу на Рождество?

Я издала нечто среднее между «да» и стоном, и он усмехнулся.

– Я хочу провести весь день, заставляя тебя кончать. – Его губы коснулись моих, разжигая во мне огонь потребности. – Считай, что это мой постоянный список желаний.

Я была бы более чем счастлива подарить ему именно это, если только не умру от желания в этом переулке.

– Неужели? – сказал он, и я поняла, что, должно быть, произнесла это вслух. – Мы не можем этого допустить.

Тихий всхлип удовольствия сорвался с моих губ, когда он вошел в меня, погрузившись одним плавным толчком. Мои бедра собственнически сжались вокруг его талии, вызвав еще один самодовольный смешок, за которым последовала темная дрожь, когда он слегка отстранился и снова ударил бедрами.