Текст книги "Три королевы (ЛП)"
Автор книги: Женева Ли
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)
Автор: Женева Ли
Название: «Непристойно богатые вампиры. Три королевы»
Серия: «Непристойно богатый вампир». Книга третья.
Перевод: Julia Ju
Редактура: Ленчик Кулажко
Вычитка: Ленчик Кулажко
Обложка: Ленчик Кулажко
Оформление: Ленчик Кулажко
18+
(в книге присутствует нецензурная лексика и сцены сексуального характера)
Любое копирование без ссылки
на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!
Пожалуйста, уважайте чужой труд!
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Тея
Не имело значения, куда мы направлялись, главное, что мы были вместе. Всю прошлую неделю я боялась попасть на Бал Солнцестояния и столкнуться с любопытными вампирами и ревнивыми фамильярами. Но сейчас я смотрела на кольцо, надетое поверх атласной перчатки. Оно было прекрасно, но не безупречный изумруд делал его таким. Прекрасным было то, что оно символизировало. Будущее.
Наше будущее.
Джулиан потянулся к моей руке и поднес ее к губам, как будто думал о том же. На мгновение стало неважно, что мы направляемся в место, полное потенциальных врагов. Или то, что я все еще пыталась осознать, что я сирена, и все вопросы, которые это вызывало. Все, что имело значение, – это он и его рука в моей, пока мы ехали под ясным вечерним небом. Возможно, так будет не всегда. Когда Обряды закончатся, и мы поженимся, возможно, мы будем ездить по греческому побережью только для того, чтобы подержаться за руки.
Это было все, о чем я могла мечтать, остальные мои мечты сбылись.
Я выглянула в окно в поисках звезды, чтобы загадать свое последнее желание. И как раз в этот момент Джулиан съехал с края обрыва.
– Джулиан!
Я схватилась за его широкое плечо, когда машина пересекла край, и мой желудок сжался от ожидания. Но не было ни невесомого падения, ни феерического крушения – вообще ничего не произошло. Вцепившись пальцами в его плечо, я смотрела в окно, наблюдая, как мир мерцает и расплывается, а затем превращается в совершенно другой. Перед нами трасса превратилась в оживленный район. Несмотря на поздний час, люди выходили из магазинов со странными предметами в руках, семьи прогуливались по тротуару, а дружеские компании проводили время под мерцающими гирляндами огней в бистро под открытым небом. Все до единого были одеты так, словно сейчас середина лета, а не зима.
Я оглянулась через плечо, чувствуя, что ресницы трепещут так же быстро, как и сердце, и увидела, что позади меня, словно за воздушной ширмой, растворяется окраина старого города Корфу.
– Наверное, стоило предупредить тебя об этом, – сказал мой мужчина, с трудом сдерживая смех.
Я попыталась взять себя в руки, придав лицу суровое выражение.
– Ты съехал с обрыва!
– Да.
– Мы могли погибнуть, – огрызнулась я.
– Я знал, что там дальше улица. – Он потянулся к моей руке и снова взял ее в свою. Несколько мгновений назад он держал ее, целовал, а потом чуть не довел меня до сердечного приступа. – Ты простишь меня, если я скажу, что был так увлечен своей прекрасной парой, что забыл сказать тебе, что мы направляемся в Mystikos Synoikia?
Я приподняла бровь.
– Тайный квартал, – перевел он.
– Дай угадаю. Это оазис магии, как остров Île Cachée? – Спросила я, прерывисто вздохнув и пытаясь избавиться от напряжения в груди. Я должна была догадаться, что на Корфу есть такое место. Джулиан водил меня в похожее место в Париже. Там улицы были тихими и почти пустынными, если не считать вампиров и фамильяров, посещающих магазины, рассчитанные на магическую элиту, и других существ с более опасными вкусами. На Корфу было многолюдно.
– Вампиры любят этот город, – кивнул он. – В основном потому, что магия позволяет поддерживать идеальную температуру в семьдесят три градуса1 круглый год и здесь всегда солнечно. Такие, как мы, приезжают сюда со всего мира.
– Подожди. Ты хочешь сказать, что мы, по сути, на вампирской Ибице? – Я могла только представить, какие развлечения здесь предлагаются отдыхающим.
Губы Джулиана изогнулись в улыбке, когда он лавировал по оживленной улице и едва не столкнулся с группой девушек, которые явно наслаждались жизнью. Он притормозил и жестом предложил им продолжить свой путь. Одна из девушек, длинноногая брюнетка, послала ему воздушный поцелуй, а ее подруги засмеялись рядом с ней – пока не заметили меня. Я собственнически прищурилась, позволяя той страшной крови, что текла в моих венах, овладеть мной, и все они поспешили прочь.
Повернувшись, я наткнулась на озадаченное выражение лица Джулиана.
– Что? – требовательно спросила я.
– Мне нравится, когда ты ведешь себя как альфа в отношении меня, – поддразнил он. – Это очень сексуально.
– О, заткнись. – Я закатила глаза. На самом деле я прекрасно понимала, что он имел в виду. Не то чтобы я хотела, чтобы Джулиан ходил за мной по пятам, как рычащий зверь, но, когда этого требовали обстоятельства и его дикая сторона выходила наружу… это было невероятно сексуально. – Повтори еще раз, как ты назвал это место?
– Mystikos Synoikia, – повторил он. – Тайный квартал. Это был первый район, построенный на этой земле местными ковенами. Его границы простираются до самого Старого города.
– Район, по которому мы только что проехали? – Я жестом указала за спину. Благодаря его семье и выходкам Совета вампиров мы были слишком заняты, справляясь со смертельными ранениями и играми разума, чтобы исследовать окрестности. – Это как-то связано с той средневековой крепостью, верно?
Он кивнул, его глаза потемнели.
– Старая крепость была почти полностью под контролем вампиров с тех пор, как венецианцы ее модернизировали.
– Почти? – Я не упустила из виду это небольшое уточнение.
– Нацисты захватили ее на некоторое время. Это был мрачный период. – Он нахмурился, вспоминая историю. – Мы никогда не допустим, чтобы это повторилось.
Я сжала его руку, желая разделить с ним воспоминания. Но придется довольствоваться тем, что мне достанется часть печали, которая проникла до костей и завладела моим сердцем. Джулиан выдавил из себя слабую улыбку, но она была полна сожалений.
– Прости. Я не хотел портить настроение, – сказал он. – Я все еще забываю, что ты испытываешь те же чувства, что и я.
Я покачала головой.
– Я никогда не буду возражать. Я берегу твое сердце, а ты – мое. – Я улыбнулась так ярко, как только могла, все еще ощущая неизбывную печаль. – Вместе навсегда, верно?
– Верно, – согласился он, но его лицо оставалось отмеченным тенями, даже когда печаль отступила. Наша общая радость, которую мы испытывали, въезжая в Тайный квартал, не вернулась. Вместо этого я почувствовала покалывание, кожа словно натянулась. Тело переполнила нервная энергия, мне хотелось двигаться. Снова взглянув на Джулиана, я заметила, что его большой палец беспокойно постукивает по рулю.
Из грустного он стал тревожным, и я заодно с ним. Мы не ожидали, что будем чувствовать сильные эмоции друг друга, когда официально оформляли наши отношения. Неясно, было ли это результатом спаривания или привязанности, которая существовала между нами, но мы оба все еще привыкали к этому.
– Нервничаешь из-за чего-то? – спросила я.
– Я бы хотел, чтобы нам не нужно было участвовать в этих чертовых Обрядах, – признался он. – Я выбрал свою пару. Почему мы должны продолжать посещать события светского сезона?
– Он закончится раньше, чем мы успеем оглянуться, – сказала я, проведя ладонью по его руке, – и тогда останемся только мы с тобой.
Он натянуто улыбнулся, и я знала, что он думает о том же, о чем и я. Если Совет добьется своего, мы недолго останемся вдвоем. Как бы весело ни было практиковаться в зачатии детей, я понимала его сомнения. Мне хотелось провести с ним побольше времени, прежде чем придется делить его с кем-то. Может, это и эгоистично, но он прожил девятьсот лет. А я пока только двадцать два.
Наконец мы выбрались из самой оживленной части квартала. Улицы превратились во впечатляющие бульвары, вдоль которых выстроились старинные особняки. Это напомнило мне фотографии Венеции. За ними простиралось море, а не каналы. Повинуясь внезапному порыву, я нажала на кнопку, чтобы опустить стекло. Благоухающий вечерний воздух поцеловал мои щеки и приласкал меня.
– Действительно, как летом!
Джулиан рассмеялся моему изумлению.
– Эй, – надулась я. – Это очень круто. Ты можешь управлять погодой.
– Котёнок, мне нравится смотреть на мир твоими глазами, – сказал он, и я смягчилась. – Но я ни черта не контролирую. Здесь много остаточной магии, поэтому создавать гламур легко. Ее здесь так много, что целые потоки магии пронизывают весь Старый город.
– За пределами квартала?
– Нужно знать, где искать, но да. – Он бросил на меня мрачный взгляд. – В большинстве своем, это то, что Совет вампиров и Верховный ковен не одобряют.
– Значит, мне не стоит искать их? – спросила я.
Его челюсть напряглась, а голубые глаза превратились в сверкающие сапфиры.
– Я бы предпочел, чтобы ты этого не делала.
– Я не буду, – быстро сказала я. Он и так был на взводе, а тут еще я заставляю его волноваться. – Так что это за Верховный ковен? – Я впервые услышала этот термин.
– Это аналог Совета. Они устанавливают законы, касающиеся использования магии, и следят за их исполнением. Некоторые говорят, что они хранят тайную библиотеку гримуаров и летописей, которые восходят к началу времен, – сказал он, понизив голос, словно его слова мог унести теплый ветер. – Ведьма, которая присутствовала на Втором Обряде, – Агата – является его членом.
– Я полагала, что Совет вампиров следит за всем, – сказала я.
– Им нравится так думать, – фыркнул он. – Поверь мне. Верховный ковен не менее могущественен. Но я бы не стал говорить этого при матери.
– Слава богу, ты предупредил меня. Ты же знаешь, как мы с ней любим посидеть и поболтать, – сухо сказала я.
– Лучше перестраховаться, чем потом жалеть, любовь моя.
Услышав его голос у себя голове, я улыбнулась и откинулась на спинку сидения, наслаждаясь видом за окном. Но всего через минуту машина начала замедлять ход, и я почувствовала, что мое сердцебиение участилось.
– Мы на месте, – объявил Джулиан, сворачивая на частную подъездную дорогу.
Огромные оливковые деревья, больше которых я никогда не видела, росли по обеим сторонам дороги и сплетались над ней. Их ветви соединялись, образуя навес, с которого свисали сочные оливки. Они тянулись, насколько хватало глаз. Под ними, словно удерживаемые невидимой нитью, покачивались золотые фонари, освещая темный туннель.
– Лианолия, – сказал мне Джулиан. – Корфу славится ими. Люди спасали деревья во время войны. Большинству из них на острове сотни лет. Но эти существуют дольше, чем я. На них наложена магия, поэтому они никогда не перестают плодоносить.
– Просто одно из многих благ при посещении острова вампиров, – пробормотала я.
Джулиан оставался задумчивым, пока мы ехали по дороге, но его мысли были скрыты от меня, как и мир вокруг. Я опустила взгляд на свою руку и кольцо, надетое поверх перчатки. Как бы мне ни хотелось носить его все время, возможно, сегодняшний вечер – не лучший момент, чтобы появляться в нем. Я хотела тихонько снять его, но он поймал мою руку прежде, чем я успела сделать это.
– Что ты делаешь? – От глубокого тембра его голоса, пронизанного чувством собственничества, у меня между ног вспыхнул жар.
– Мы не обсуждали это. Вероятно, сегодня не время демонстрировать твое обручальное кольцо. Мы даже не сказали твоей семье. – Нет, мы были слишком сосредоточены на других новостях, например на том, что я не такой уж и человек, как мы думали сначала.
– Я бы предпочел, чтобы ты никогда больше не снимала его, разве что для того, чтобы сменить перчатки, – сказал он тоном, не допускающим дальнейших споров. – Это проблема?
На самом деле, решение зависело от меня. Выросшего в обществе вампиров Джулиана учили не только уважать желания женщины, но и считаться с ними. Даже когда у него появилась возможность подчинить меня своей воле после того, как мы оказались связаны, он освободил меня, приказав никогда не выполнять его приказы, если я сама этого не захочу.
Я с радостью выполнила его просьбу.
– А твоя семья? – Я оставила кольцо на пальце.
– Предоставь это мне.
В его словах скрывалась тьма, и я затрепетала от предвкушения. Он обещал, что мы сможем найти темный уголок, и теперь, когда я знала, какая хорошая погода стоит в Тайном квартале, мне показалось, что я могу сама предложить найти уединенное место под звездами.
Когда мы добрались до конца аллеи, перед нами предстало поместье, превосходящее все виденные мною до сих пор. Оно возвышалось в ночи, как величественная дама. На массивных каменных ступенях стояли свечи, приглашая нас следовать за ними. Мы ждали в короткой очереди машин, пока Джулиан не остановился перед парковщиком. Молодой мужчина, явно человек, обошел машину, чтобы взять ключи, пока другой служащий в форме подошел к моей стороне машины. Но дверь открыл Джулиан, все еще рыча на наглость парковщика.
– Успокойся, парень, – пробормотала я, когда он помог мне выйти из машины. – Он просто делал свою работу.
Мышцы на челюсти Джулиана пульсировали, пока он боролся со своим диким желанием защищать и обладать мной. Я вздрогнула, заметив тени в его глазах, появившиеся, пока он наблюдал как я выхожу из машины в соблазнительном платье, выбранном Селией для Бала Солнцестояния. Когда я надела его, то почувствовала себя почти голой. Его прозрачная сетчатая ткань открывала много кожи, но замысловатые аппликации из перьев, вышитые золотом, веером ложились на мою грудь и бедра, оставляя хоть немного простора для воображения. В чарующем летнем воздухе оно уже не казалось таким неподходящим сезону. Голодный взгляд Джулиана развеял все мои сомнения по поводу моего наряда.
– Какие у тебя большие глаза, – рассеянно сказала я.
Его ответный взгляд сказал мне, что он готов сожрать меня. Его взгляд метнулся к каменным перилам, словно он собирался подтащить меня к ним и овладеть мной прямо там.
Но сегодняшний вечер был важен. Мы должны были показать Совету, что намерены хранить верность друг другу – и только друг другу, – невзирая на их требования. Поэтому, вместо того чтобы поднять меня на перила, он предложил мне свою руку. С каждой ступенькой, по которой мы поднимались, мое сердце билось все быстрее, а во рту становилось все суше.
Это было не первое мероприятие, на котором мы присутствовали вместе. Но оно было первым, которое мы официально посещали как пара. Все узнают? Конечно, узнают. Вампиры обладали сверхъестественным обонянием, а фамильяры, похоже, тоже отличались сверхъестественным чутьем к таким вещам.
Мы остановились на верхней ступеньке лестницы, чтобы подождать, пока человек в ливрее представит нас. От главного входа доносились смех и музыка. У меня внутри все сжалось, когда я подумала о приеме, ожидающем нас там.
– Лорд Руссо, – сказал он, глубоко поклонившись.
Я прикусила губу, чтобы не открыть рот от удивления. Может быть, я была просто тупицей, но, похоже, на Корфу люди еще больше восхищались моей парой. Мне и раньше говорили, что он был кем-то вроде принца, но в Греции мне наконец-то пришлось это осознать.
Джулиан придвинулся ближе к мужчине и что-то прошептал ему. Я приподняла бровь, когда он снова повернулся ко мне.
– Они представляют каждого гостя, – сказал он решительно. – Мы чтим наши традиции и формальности.
Он провел меня к небольшой площадке, остановившись на верхней ступеньке, когда швейцар шагнул перед нами. Толпа внизу замерла, словно ждала этого момента – его прибытия. Любопытные глаза изучали меня, выражения лиц их владельцев варьировались от заинтересованных до откровенно враждебных. Я придвинулась ближе к Джулиану, и мой взгляд упал на недовольное лицо Сабины, когда швейцар объявил о нашем прибытии.
– Лорд Джулиан Руссо и его невеста Тея Мельбурн.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Джулиан
Сразу же поползли шепотки. Я бросил взгляд на бальный зал внизу. Королевские особы вампирского мира смешались с молодыми и старыми фамильярами под хрустальными люстрами, которые парили над ними под действием наложенной на них магии, – эффект был не менее ошеломляющим, чем столетия назад. Снежные гирлянды изящно украшали дюжину арочных окон, каждое из которых было увито плющом. В центре комнаты большая вечнозеленая ель сверкала огнями, которые вспыхивали и гасли, как звезды на ночном небе. Комната была наполнена остатками магии, обрывками заклинаний, которые сохранились, когда магия была проклята вечным сном. Но, несмотря на зимнюю тематику, все присутствующие были одеты в платья, соблазнительно открывающие тела, или смокинги без пиджаков. Это только называлось праздником Солнцестояния. На самом деле, это был повод бессмертным продемонстрировать свое богатство, а ведьмам – свои угасающие способности. Но меня интересовали только слухи, которые я только что подтвердил. Головы склонились, а взгляды забегали, когда новость о моей помолвке облетела толпу. Лишь одна пара глаз оставалась прикованной ко мне. Зрачки моей матери были черными, когда она сердито смотрела на нас, а моя девушка рядом пошатнулась. Это было едва заметно.
Но я уловил это движение.
Я встретил ее яростный взгляд самой очаровательной улыбкой, на которую только был способен, но в ответ она только прищурилась. Тея медленно выпрямилась, возвращая себе самообладание и равновесие.
– Прости, – прошептал я.
Она пробормотала что-то о скалах и предупреждениях, но расправила плечи и ослепительно улыбнулась мне. Я знал, что не стоит доверять этой улыбке. У меня были проблемы. Опять.
– Да, это так, – сказала она, мастерски сохраняя самообладание, – но я не позволю твоей матери увидеть, как мы ссоримся.
– Я заглажу свою вину позже, – пообещал я, накрывая ее руку своей, когда мы начали спускаться по лестнице. Толпа дружно ахнула, и шепот перешел в возмущенный ропот.
– Ты забыл перчатки, – сказала Тея примерно в тот момент, когда я тоже это понял.
– Спасибо, что напомнила, – сухо ответил я.
– Без проблем. – Ее ухмылка стала шире и наконец достигла глаз. Она наслаждалась происходящим. – Я могла бы вспомнить и раньше, но я приходила в себя после того, как была на волосок от смерти.
– Теперь ты просто драматизируешь.
– Может, вернемся в машину? – предложила она, безошибочно догадавшись, что с собой у меня их нет. Я был так сосредоточен на ней, на кольце на ее пальце, что у меня совершенно вылетело из головы захватить их из бардачка.
Но мы уже двигались к следующему пункту моего плана, и забытые перчатки сами по себе послужили сигналом.
– Давай не будем беспокоиться об этом.
– Бунтарь. – Она выгнула бровь, осторожно ступая на велюровую дорожку цвета слоновой кости, устилавшую лестницу. Я не сводил с нее глаз, игнорируя любопытные взгляды, устремленные на нас снизу. Пусть говорят.
Я не был уверен, что обувь, выбранную Теей, безопасно носить, особенно на этой древней лестнице, несмотря на ковровое покрытие. Однако у них было много других потрясающих качеств, например, они добавляли роста, чтобы ее можно было легко целовать, а ее ноги превращали в само искушение. Позже я планировал оторвать ее от земли и трахнуть у стены, так, чтобы эти каблуки впивались мне в спину.
У Теи перехватило дыхание, когда она прочитала мои мысли, ее щеки приобрели соблазнительный оттенок. Затем меня окутал аромат медовой дыни.
– Обещаешь?
– Абсолютно, – пробормотал я, поднося ее руку к своим губам и целуя ее.
Она покраснела еще сильнее, а мои ноздри раздулись, пока я вдыхал запах ее возбуждения. Я не собирался вызывать такую реакцию, хотя и оценил ее. Но поцелуй дал мне возможность продемонстрировать кольцо, которое было надето поверх атласных перчаток. Если мы вынуждены присутствовать на этих архаичных ритуальных смотринах, я использую их с пользой. Объявление, поцелуй, даже мои забытые перчатки – все это лишь ускорит распространение новости.
Я больше не участвую в этой гонке.
Никогда больше.
– Что ты задумал? – сказала Тея, затаив дыхание.
– Сплетни распространяются быстро, любовь моя.
Толпа расступилась перед нами, когда мы направились к моей семье. По прибытии было принято приветствовать матриарха. Это было настоящим испытанием. Если Сабина решит устроить скандал, это вызовет совершенно новые слухи. Наверное, мне следовало предупредить Тею и об этом.
Но она скользила рядом со мной, любезно улыбаясь незнакомцам, глазеющим на нее. Когда мы подошли к моим родителям, она тепло поприветствовала их.
Доминик Руссо ухмыльнулся, едва заметно кивнув мне в знак того, что он оценил нашу тактику. Это было то, что он бы не осмелился сказать в присутствии своей жены, но это говорило о многом. Моя пара начала завоевывать его расположение. Мои братья, даже Бенедикт, встали бы на мою сторону, если бы до этого дошло. Оставалось только одно сомнение относительно позиции моей семьи в отношении моего выбора партнера.
Когда мы приблизились, губы моей матери скривились, обнажив клыки, которые она, казалось, всегда держала наготове, когда Тея была рядом. Я ощетинился и расправил плечи, демонстрируя силу. Было время, когда она могла справиться со мной. Она была старше меня на тысячи лет и имела больше боевого опыта. Но у меня было то, чего не было у нее.
Пара. Та, ради защиты которой я готов был умереть.
– Мама, – мягко сказал я. – Счастливого Солнцестояния.
Она моргнула, ее взгляд метнулся между нами прежде чем остановиться на наших соединенных руках.
– Ты забыл перчатки, – сказала она, неодобрительно фыркнув. – Я прослежу, чтобы прислуга немедленно принесла их.
– В этом нет необходимости. Я в полной безопасности. У меня нет желания прикасаться к кому-либо, кроме моей пары этим вечером. – Я повысил голос настолько, что подслушивающие вокруг нас расслышали последнюю фразу. Если кто-то сомневался в моей помолвке, то известие о том, что мы спарились, могло снять все оставшиеся вопросы.
– Ерунда. – Она щелкнула пальцами, и рядом с ней появился слуга. – Мой сын забыл свои перчатки. Принесите ему пару.
– Пожалуйста, – шепотом добавила Тея.
Сабина перевела на нее мрачный взгляд. На моей матери было платье винного цвета, закрепленное на одном плече и элегантно драпировавшееся на спине. Ее черные волосы были заплетены в две косы, которые обвивали ее голову, словно корона. Она была воплощением ангела смерти, а ее алые губы наводили на мысль, что она недавно пообедала чьим-то сердцем. Рядом с ней Тея сияла в своем платье с золотыми перьями. Даже взволнованная, она излучала радость, как тепло прекрасного весеннего дня. Они были полными противоположностями: моя мать была ночью, а Тея – обещанием нового дня.
– По крайней мере, у твоей невесты есть здравый смысл, – продолжила моя мать. – Возможно, ей удастся убедить тебя уважать наши традиции.
– Действительно, – холодно ответил я, борясь с желанием улыбнуться. Это было не совсем благословением, но обращение к Тее как к моей невесте означало признание наших отношений – публичное признание.
– Ты прекрасно выглядишь, – вставил мой отец, подходя ближе, чтобы взять Тею за руку. – Поздравляю вас обоих.
Сабина, стоявшая рядом с ним, сжала губы в тонкую линию. Очевидно, это было слишком. Но дело было сделано.
Наша помолвка была признана матриархом семьи и ее супругом.
Тея глубоко вздохнула, несомненно, догадавшись, о чем я думаю, и ответила.
– Счастливого Солнцестояния вам обоим. Для меня большая честь присоединиться к вашей семье.
Этот момент не мог быть более продуманным, даже если бы он был срежиссирован. Мы все произносили положенные реплики и играли свои роли для зрителей. Когда слуга вернулся с перчатками, я взял их. Сабина прочистила горло, как только я их надел, явно испытывая облегчение от того, что я согласился соблюдать приличия.
– Мы должны поприветствовать гостей. – Она махнула рукой своему супругу. – Пойдем.
Мой отец слегка закатил глаза, подавая руку, но безропотно занял свое место рядом с ней.
– Прежде чем вы уйдете, – сказал я, останавливая родителей, – я хотел сообщить, что снял частную виллу на западной стороне острова.
– О? – В ее голосе прозвучала тихая ярость, но она пожала плечами. – Полагаю, вам нужно больше пространства, чем бы вы не занимались.
– Скорее, больше романтики, – сказал я с ухмылкой. – Совет дал нам четкие указания.
Тея, стоявшая рядом со мной, слегка отстранилась, как будто мои слова чуть не сбили ее с ног.
Но моя мать сохраняла спокойствие, даже когда ее глаза зловеще потемнели.
– Конечно. Так и есть.
– Да, – согласился я.
– Полагаю, после этого вечера мы будем не часто видеться с вами?
– Не раньше Нового года, – твердо ответил я.
– Что ж, будем ждать вас в канун праздника, – сказала она.
– Сообщи нам подробности. Я посмотрю, что можно сделать.
Она улыбнулась, демонстрируя ту смертоносную красоту, которую я привык бояться в детстве.
– Это не обсуждается.
Я просто кивнул. Сообщение получено. Я разыграл свою партию и выиграл, но эта игра не закончится сегодня вечером. Ожидалось, что я последую за этим жутким сезоном, куда бы дальше ни занесли их прихоти. И нам предстояло пройти еще не один Обряд.
Мои родители смешались с толпой, принимая от всех наилучшие пожелания.
– Все прошло лучше, чем ожидалось, – сказал я, поправляя галстук-бабочку, но, когда я взглянул на свою пару, она буквально кипела.
– Темный угол, живо, – приказала она, мотнув головой прочь от толпы, в сторону темных коридоров, ведущих от бального зала.
Что-то подсказывало, что ее целью не было остаться со мной наедине, чтобы сжать в объятиях.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Тея
Я не сердилась на Джулиана. Я была в ярости. Я провела целый день, гадая и беспокоясь о том, что он задумал, одновременно пытаясь осознать, кто я на самом деле. А он тем временем планировал все это. Даже предложение…
Чтобы покинуть бал, потребовалось больше времени, чем мне хотелось, поскольку все хотели нас поздравить. Я видела нескольких присутствующих здесь людей на других мероприятиях, но все они были мне незнакомы. Братьев Джулиана нигде не было видно, а Жаклин опаздывала. К тому времени, когда Джулиан вывел меня через открытую дверь патио, мое лицо болело от натянутой улыбки. Я хмурилась, пока мы пересекали крытый каменный двор. Со сводчатого деревянного потолка свисали гирлянды огней, но они лишь добавляли теплого сияния.
– Я вижу много темных углов, – пробормотала я, когда он продолжил идти дальше.
– Полагаю, ты хочешь уединиться. – Его тон был ровным и осторожным. Он знал, почему я хочу остаться с ним наедине.
Возможно, именно поэтому он повел меня по каменным ступеням в пышный сад, раскинувшийся внизу. Джулиан остановился, когда мы спустились, и повернулся ко мне.
Я запротестовала, когда он нагнулся и потянулся к моей ноге.
– Что, по-твоему, ты делаешь?
– Не волнуйся. Я не пытаюсь овладеть твоей лодыжкой, – сухо сказал он, обхватив ее пальцами, и жестом велел мне поднять ногу.
– Ладно. – Я скрестила руки на груди, демонстрируя, что не в настроении. Джулиан снял шпильку с моей ноги. Затем потянулся за второй. Я застонала от облегчения, пошевелив пальцами ног. Туфли были очень красивыми, но каблуки – очень высокими, и час, проведенный в них на твердом мраморном полу, заставил мои ноги запульсировать.
– Лучше? – спросил он, выпрямляясь, и подцепив пальцами мои каблуки.
Я кивнула, но сдержала улыбку.
– Но я все еще злюсь на тебя.
– Я знаю. – Он прикусил нижнюю губу, словно сдерживая ухмылку. По крайней мере, у него был хоть какой-то инстинкт самосохранения. – Я не хотел заставлять тебя волноваться из-за сегодняшнего вечера.
– И вместо этого ты решил унизить меня? – возмутилась я. Я не стала дожидаться его ответа, повернулась и пошла вглубь сада. Мои босые ноги утонули в мягком травяном ковре, который оказался на удивление прохладным, учитывая температуру воздуха. Я обхватила себя руками и посмотрела в ночное небо. Рядом было так много людей, но я чувствовала себя одинокой. Здесь, среди вампиров и ведьм, у меня был только один человек, с которым я могла поговорить о своих чувствах.
Но как я могла поговорить с ним, если именно он был причиной моего расстройства?
– Тебе холодно? – спросил Джулиан, подойдя ко мне.
Я покачала головой.
– Тебе не следовало этого делать.
– Я знаю. – Он глубоко вздохнул и немного отстранился. – Мне жаль. Я не думал, что это будет унизительно для тебя.
В его словах сквозило искреннее разочарование, и я почувствовала, как натянулась связывающая нас нить. Ему было больно. Он нуждался во мне. Сейчас он, вероятно, испытывал такую же тягу ко мне. Но я противилась его зову.
– Ты сделал мне предложение сегодня вечером, чтобы объявить об этом на балу? – спросила я его.
– Я сделал предложение вчера вечером, – напомнил он мне.
– Ты знаешь, что я имею в виду.
В его мыслях пронесся поток ругательств, и я удивленно подняла брови.
– Это потому, что твои махинации раскрыты, или потому, что ты просто понял, что ты тупица?
– Может, и то, и другое, – мрачно ответил он. – Я не подумал.
– Это очевидно.
– Я не планировал делать предложение прошлым вечером, но раз уж все произошло, я хотел как можно скорее сообщить об этом всему миру. Поэтому я решил подарить тебе кольцо. – Он замолчал и повернулся ко мне, его лицо было скрыто тенями. – Я не подумал о том, что ты можешь почувствовать по этому поводу. Я просто…
Я уже знала, чем закончится эта мысль. Мне не нужно было читать его мысли. Однажды он сказал, что хотел бы кричать со всех крыш о том, что мы стали парой. Но это совсем другое дело.
– Итак, большая часть вампирского мира знает, что мы помолвлены, но могут ли они утверждать, что мы спарились? – спросила я его.
– Любой, кто подошел достаточно близко, чтобы поздороваться, скорее всего. Но там было очень много разных существ.
Другими словами, там было много запахов.
– Я должен был согласовать это с тобой, – добавил он.
Я сдержала желание закатить глаза, потому что была уверена, что они закатятся так далеко, что там и останутся.
– Тебе не нужно мое разрешение. Я просто хочу знать, что ты планируешь. Я чуть не упала с лестницы, когда он представил нас.
– Я бы тебе не позволил, – хрипло сказал он, но я предостерегающе подняла палец.
– Дело не в этом. Мы – команда. Никаких секретов. Никакой лжи. Мы обещали друг другу.
Он задумался на секунду, убирая прядь темных волос со лба.
– Я думал, это заставит тебя волноваться.
– Но? – спросила я, понимая, что это еще не все.
– Праздник Солнцестояния очень важен для вампиров. Я знал, что если есть хоть какой-то шанс, что моя мать публично даст свое благословение, то это произойдет именно здесь.
– Потому что у нее рождественское настроение? – пробормотала я. Это не было похоже на Сабину.
– Потому что ее больше волнует мнение незнакомцев, чем ее семья, – с горечью сказал он. – Она никогда бы не потеряла лицо перед таким количеством важных вампиров.
