355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Юрий Иванович » Защита звездного престола.Дилогия » Текст книги (страница 21)
Защита звездного престола.Дилогия
  • Текст добавлен: 5 октября 2016, 00:24

Текст книги "Защита звездного престола.Дилогия"


Автор книги: Юрий Иванович



сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 33 страниц)

А в моём сознании уже чуть не прыгал проснувшийся Булька:

«Я был прав, этот удар похож на общение риптонов! Хаха! А гул стадиона, что я слышал недавно, это отголоски ментального фона, которыми ядли давят всё живое как у себя в городе, так и рядом с ним. Это же великое открытие!»

«Не вовремя радуешься, – охладил я его детские восторги. – Мы тут в глубокой дыре сидим, выхода нет, спасатели задерживаются на неизвестно какое время, нога у меня сломана, оружия нет, клопы заедают…»

Как раз один чёрный кругляш шлёпнулся мне на шею и попытался закатиться за шиворот. Пока я его выковыривал, не разделявший моего пессимизма риптон продолжал:

«Ну и чего ты расклеился, как кисейная барышня? Совсем, вижу, отвык от полевых условий и походных лишений! Не смей! – это он остановил мой порыв раздавить клопа ногой. – Он мне нужен для исследований! Аккуратно возьми его и зажми в кулаке».

«И он будет в нас жить?! – возмутился я до глубины своей бездонной души. – Ни за что!»

«Ты что, не понимаешь? Раз эти клопы тут живут, значит, имеют иммунитет против ментального удара ядлей. И наверняка бесчинствуют в их сотах, выедая там яйца или что там ещё может отыскаться вкусненького. А сами ядли клопов убить не могут, слишком те мелкие. Только и могут, что хоботком вынуть из ячейки, да сбросить в воду, чтобы утонули…»

Ну да, мы ведь вначале проскочили большой участок с яркой освещённостью. Там скорее всего и стоят огромные домины из ячеек. Так что клопов следовало изучить.

Тяжело вздохнув, я подобрал сброшенного с себя клопа и под изумлённым взглядом варвара зажал в кулаке. Но и на этом великий учёный Булька не остановился, а потребовал для верности исследований поймать второго клопа и зажать в другом кулаке. Пришлось и тут подчиниться. А заодно придумать хоть какоето объяснение моих действий отвесившему челюсть аборигену:

– Знаешь, что такое анализы?

Тот кивнул.

– Вот и в моём скафандре есть такие отверстия для закладки туда всякой мелочи. Смотри! – Я приложил кулаки к бёдрам, чуть подержал, разжав пальцы, и показал пустые ладони: – Эти кругленькие вредители уже отправились на анализ.

Варвар посмотрел на меня с уважением:

– Учителя таких скафандров не имеют! Хотя с виду вроде такие же…

– Значит, отстали от новых веяний в науке и технике.

– Точно, отстали, – согласился собеседник. И тут же пожаловался: – Мы их просим дать нам нормальную сталь для мечей, а они говорят, что не знают, как её делать. Хорошо хоть ножи мы у них выклянчили, чтобы сквозь джунгли прорубаться. Но этими железяками сражаться совсем неудобно…

– Ну, как сказать…

– Хо! Да ты настоящий мастер! Сколько кочаги в пещере порубил. Даже наши учителя так не могут… – Он поглядел на отверстие в стене: – Что будем делать?

– А ты что предлагаешь?

– У нас только один выход… – Тарас тяжело вздохнул и кивнул на воду. – Попробовать ещё раз туда нырнуть. Может, вынесет на поверхность. Другого пути нет…

– Ну не надо так грустно. Я звонил друзьям, и они к нам вскоре прорвутся. Небось, учителя твои рассказывали о специальных машинах, которые могут сквозь любую гору за пару часов прогрызться? Вот и нас отсюда легко достанут. Надо подождать.

Варвар успокоился, а Булька стал вещать в моём сознании:

«Отлично! С клопами почти разобрался, последние мелочи выясняю. Теперь бы исследовать сам ментальный удар. Взбирайтесь на камень, ты будешь держать ладонь на лбу Тараса, а он пускай заглядывает в щёлочку…»

«Ты что?! – возмутился я. – Бедный парень туда больше смотреть не захочет!»

«Тогда пусть стоит рядом с тобой и ловит твоё падающее тело, после того как посмотришь ты. И давай, давай, пошевеливайся! Тут такое открытие на носу!»

«На чьём носу?! Ты меня не только без носа, но и без головы оставишь ради своих сомнительных опытов!»

«Сомнительных?! Неужели ты не понимаешь важности события? Если у меня получится исследовать испускаемые ядлями волны, то я… вернее, мы с тобой можем попробовать сами наносить по врагу нечто подобное. Представляешь, ты с пяти метров без всякого оружия валишь с ног любого противника. А?! Ну не мечта ли любого не отягощённого интеллектом воина?! А уж отягощённого – тем более!»

«Представляю… конечно. Но к чему такая спешка? – попытался я образумить своего друга. – Вот прилетят спасатели, принесут нужные устройства, выловим десяток этих оспереростков и уже тогда преспокойно…»

«Ага! И тогда ты преспокойно раскроешь всему миру страшную военную тайну! – не стал меня дослушивать симбионт. – Верю, что твоим коллегам на УБшесть можно доверять, но ты ведь сам знаешь, что с ними обязательно прилетят ретивые деятели из Союза Разума. Вряд ли они без своего контроля допустят на Покрусту даже спасателей. А значит, нам следует действовать самим, быстро, уверенно и без сомнений. Ещё лучше будет вообще выбраться отсюда самостоятельно, чтобы никто это жилищегород ядлей никогда и не отыскал. По крайней мере, в ближайшие годы…»

«Тарас уже о нём знает», – напомнил я.

«Его мы можем забрать с собой, пообещав научить делать нужную сталь для мечей, да искусству боя всё с теми же мечами. Мне кажется, парень болен этим и согласится, не раздумывая».

Хоть и со страшным скрипом, но мне пришлось признать рассуждения друга вполне здравыми. Не знаю, что он там возомнил себе и надумал о действенности этого ментального удара, но если у него чтонибудь да получится – честь ему и хвала. А я, как государственный деятель, должен и в самом деле осознать возможные плюсы от затеи валить противника на расстоянии без оружия в руках.

Так что пусть пробует.

«Хорошо. Но почему мы должны своими головами рисковать? Это же больно. Посмотри на глаза Тараса, они же до сих пор красные!»

«Не переживай! Прикрою я твои глаза и оставшиеся в мозгу извилины! – нетерпеливо пообещал Булька. – Да и капюшон с забралом наденешь. Главное, поторапливайся и не забывай к моим подсказкам прислушиваться. Ну?! Или ты трусишь? А зря! Как говорится, любишь на саночках кататься, люби порой и по голове этими саночками получить!»

«Ладно, уговорил».

– Подсоби на камень взобраться, – попросил я варвара и заковылял к отверстию. – Хочу сам посмотреть. Вроде я не должен получить удар, защита у моего шлема хорошая. Но ты будь готов меня подхватить, если что…

С помощью Тараса я взобрался на валун и постоял там на четвереньках. Потом поднял капюшон и герметизировал шлем. И начал подниматься на одной ноге, приближая голову к отверстию. Уверенности придавали поднятые, готовые подхватить мою падающую тушку руки варвара.

Тут же мой ангелхранитель обернул мне голову своей плотью, заставив смотреть на мир через тоненькую прозрачную плёнку. То есть меры предосторожности Булька принял.

Единственное, в чём мы оба сомневались: сможет ли он сам выдержать ментальный удар? Всётаки он тоже живое существо, состоящее из плоти. Поэтому я так медленно и действовал.

Отверстие находилось в полуметре надо мной. Открывшаяся картина поражала. Соседняя пещера возносилась над нашей метров на пятнадцать, а вширь простиралась метров на сорок. Стены ее были почти сплошь покрыты большими светящимися шестиугольными сотами, в которых копошились осыпереростки. Создавалось впечатление, что я смотрю на ночной, ярко освещённый город с многоэтажными зданиями разной высоты и с разными наростами. И в городе этом царила гармония.

Я начал приближать голову к отверстию, и когда до него оставалось сантиметров пятнадцать, один из ядлей меня сумел в дырке рассмотреть. А может, и сразу заметил, только выжидал удобного момента для удара. Вылетев из своей ячейки, ядль устремился ко мне, и метров с пяти нанёс ментальный удар.

За пару мгновений до этого Булька скомандовал мне присесть. Я успел рухнуть на правое колено и скрутиться буквой «зю», но по мозгам шарахнуло так, что я стал туго соображать. Подобное у меня бывало, когда после сауны падал в шезлонг. Дурман в голове и вялость во всём теле.

Тарас, увидев, что глаза у меня открыты, вмешиваться не стал, только с сочувствием глядел на меня.

«Ну и как? – спросил риптон с волнением. – Сознание на месте?»

«Дышу… вроде, – ответил я. – Хотя слабость есть… Словно какойто едкой отравы нюхнул…»

«Ха! Всего лишь?! – обрадовался мой личный врач. – Значит, всё отлично! И я на правильном пути! Давай, поднимайся, будем второй способ защиты пробовать…»

«Щаас! Вот всё брошу и поднимусь! Шустрый какой… Дай хоть в себя прийти!»

– А что это у тебя вокруг головы? – Тарас показал на плоть риптона, которой тот меня пытался предохранить от ментального удара.

– Это скафандр работает. Он многое умеет.

– Но ведь тебе всё равно досталось?

– Однако не так, как тебе. Сейчас ещё раз попробую… Не забудь поймать, если что…

Теперь Булька решил удвоить защиту, помимо внутреннего усовершенствования. Под его руководством я сложил ладони вместе и стал вытягивать руки перед лицом. При этом уже почти ничего не видел в оставленную между ладоней щелочку.

Очередной ментальный удар почувствовал не столько ладонями, как локтями. В них словно электрический разряд проскочил. Хорошо хоть небольшой.

«Молодец! – похвалил меня риптон. – Теперь приставляй ладони к отверстию… Плотней! И медленно приближай глаза к щелочке…»

Пока я это делал, ещё три раза по моим локтям словно пробежал разряд тока, обозначающий очередные ментальные удары. Но когда уже стал осматриваться, никто больше меня не атаковал. Судя по репликам моего шибко учёного друга, в этом была его заслуга: он мысленно передавал ядлям: «Я свой!»

Я без помех обозревал внутренности огромной пещеры, стараясь отыскать выход из нее. Он там был – ведь ядли както попадали в пещеру, – но я его не находил.

– Надо искать выход с другой стороны, – наконец заявил я и осторожно спустился с камня, придерживаясь за руку Тараса. – Надоело мне здесь.

– Но ты же говорил, нас спасут.

– Когда это еще будет! Не сидеть же тут без дела. Попробуем облегчить задачу спасателям. А потом улетим вместе с ними. Я решил забрать тебя с собой и обучить лучшим методам боя на мечах. Согласен?

– Как же так? – растерялся Тарас. – Нам же нельзя покидать свою родину ещё сто двадцать пять лет! Так учителя утверждают.

– Надо же, как у них всё тут рассчитано, – подивился я, присматриваясь к другим щелям. – Но есть ведь такое понятие, как случайность, несчастный случай. Можно считать, что, если бы не встреча со мной, ты бы уже погиб. А твоё тело могли либо зажарить на костре кочаги, либо раскромсать ядли. То есть тебя уже в списках учеников не существует, и ты ни перед кем из наставников не обязан отчитываться. Понял?

– Ну… если не обязан…

– И не сомневайся! А мы тебя вывезем на нашу столичную планету, научим всему и сделаем самым лучшим воином.

Правда, мой новый боевой товарищ, хоть и блестел раскрытыми от восторга глазами, всётаки сомневался:

– А когда я смогу вернуться домой?

– Как только обучишься всему и достигнешь совершенства в боевом искусстве. Ну и вдобавок мы тебя научим делать самую прочную и лёгкую сталь, которая может пробить даже такой скафандр, как у меня!

Конечно, я преувеличивал. Чтобы обучиться всему, не хватит и пары десятков лет. А если Тарас на Оилтоне ещё и в секреты производства станет вникать до мелочей, то лет через сорок вообще забудет, откуда он и куда хотел возвращаться.

Варвар согласился и готов был прямо сейчас отправляться хоть на край Галактики. Он набросился на меня с вопросами, и я уже и не рад был, что так вот сразу заявил ему о предстоящем изменении в его судьбе. Ему интересно было всё: и на чём мы полетим, и выдадут ли ему такой же скафандр, и разрешат ли пострелять из пистолета, и… любопытный парень!

А я продолжал выискивать подходящую щель для осмотра остальной части соседней пещеры. Одна оказалась слишком узкой, с очень ограниченным сектором обзора. Вторая была побольше, но прямо за ней рос какойто куст, так что ничего не было видно. А третья находилась слишком высоко. И всетаки мои поиски увенчались успехом. Усевшись Тарасу на плечи, я приник к щели и рассмотрел остальную часть соседней пещеры, где протекал один из рукавов подземной реки. И понял, что для сообщения с внешним миром ядли используют затопленный водой тоннель! Он был шириной более метра и с чётко обозначенным правосторонним движением. Покидавшие пещеру осы вереницей ныряли в воду, а навстречу им выскакивали нагруженные добычей другие. Причём некоторые были настолько нагружены, что не сразу взлетали, а разделывали добычу на камнях и потом, в два захода, доставляли её в ячейки.

Осы несли в город куски лиан и ветки, громадные тропические плоды и не менее громадные цветки, листья и всякую живность, от крыс и змей до бобров и обезьян.

– Так, выход мы отыскали, а вот как к нему подобраться? – пробормотал я. – Осы же нас не пропустят…

– Поубивать бы их всех! – кровожадно заявил Тарас. – Только нечем…

– Оо, дорогой, так нельзя! – воскликнул я, слыша точно такое же возмущение от Бульки. – Если все живое уничтожать, то на планете одна пустыня останется.

– Угу… Учителя так тоже говорят, а вон сколько по их вине кочаги развелось! Скоро всех нас истребят.

Ну и как с варваром на эту тему разговаривать? Тем более что сам обещал его научить искусству убивать, чтобы извести всех кочаги. И тут двойная мораль!

Пришлось пускать в ход демагогию, коей любой подкованный житель Галактики мог оперировать к собственной выгоде, как ему пожелается. Тем более в таком вот неравном диспуте с представителем подрастающей цивилизации. А так как сидеть мне было на широких плечах весьма удобно, нога не болела, ментальные атаки не глушили, то я постарался использовать все свои таланты преподавателя и старшего брата. Ну и чего уж там греха таить, таланты искреннего любителя не только флоры, но и фауны.

Лекция на тему «Береги все живое» прошла успешно. Публика не аплодировала, но внимала с достойными похвалы усердием и сопением. И я далеко не сразу сообразил, что сопение скорей всего вызвано не лекцией. Всётаки мы с Булькой, да ещё и в скафандре, да ещё и с парой выловленных мною клопов весили под сто тридцать килограммов! И все же Тарас, наверное, проникся как следует и теперь даже муравьёв будет стараться обходить стороной.

Надолго ли?

Глава 8

3602 год, планета Оилтон, город Старый Квартал, императорский дворец

Утренним разговором с супругом Патрисия осталась недовольна. Причём почему именно недовольна, понять не могла. Вроде всё верно, всё правильно, а вот неприятный осадок на душе так и не исчезал.

«Неужели чувство неудовлетворённости от того заедает, что Танти мне запретил дворец покидать? – удивлялась императрица, когда у неё получался небольшой перерыв между совещаниями, встречами или приёмами. – Но ведь он всё логично обосновал. Да и я сама согласна с такими выводами. Третий камикадзе гдето бродит вокруг, и его никак не могут высчитать и выловить. Значит, я не имею права собой рисковать. Или имею? Или это во мне кричит дух противоречия?»

Всётаки последние, совсем недавно произошедшие попытки покушения на её персону уже в который раз заставили верить в особое умение консорта не только предвидеть, чувствовать опасность, но и грамотно оградить от неё самое дорогое. Как ни казались вначале его меры безопасности в день свадьбы Гарольда излишними и неуместными, а ведь они спасли многие жизни. После такой блестящей демонстрации организаторских и следовательских талантов даже самая тупая и капризная женщина должна слушаться своего супруга беспрекословно.

«Ну понятно, что только в плане безопасности! – тут же уточнила Патрисия. – В остальном я и сама прекрасно справляюсь! – Подумала и грустно вздохнула: – Хотя чего скрывать, когда он командует во дворце, то я даже не устаю за день… Как он только умудряется взвалить нашу работу и наши обязанности на плечи других?»

Она уже не раз замечала, стоило Танти только на пару дней отлучиться, как ворох проблем заваливал императрицу с головой. И чем больше она брыкалась и напрягалась, порой при этом недосыпая, тем всё сложнее становилось находить даже пару минуток для отдыха или занятия чемнибудь интересным. День превращался в пытку из беготни, рутинных заседаний, ругани и нервотрёпки. И в душе неожиданно начинала просыпаться зависть: «Вот он какой! Уехал, а я тут сама кручусь как белка в колесе!»

С этими мыслями пришло и понимание, отчего на душе неприятный осадок: «Просто я завидую Танти! Он сейчас с родными, расслабляется, знакомится с планетами герцогства, отдыхает и ни о чем не беспокоится! – о том, что любимый как раз и беспокоится о её безопасности, даже находясь вдалеке, и продолжает предпринимать в этом направлении определённые действия, она, поморщившись, постаралась забыть. – И ко всему прочему запретил мне покидать дворец. Тиран!.. А я ведь тоже живой человек, и мне хочется какогонибудь разнообразия. Хоть бы на какой приём вырваться… Вон, каждый день куча приглашений… Причём я просто обязана быть во многих местах как императрица, мне просто по должности положено!»

Вот так себя раззадоривая и оправдывая, Патрисия Ремминг постепенно пришла к уверенности, что запрет Танти касался только её рабочего времени. А во время отдыха она может себе позволить некоторые поблажки. Например, наведаться на день рождения внучки князя Вертинского, которую она хорошо знала и с которой было приятно поболтать о пустяках. Или податься на бал, который будут давать на днях в посольстве королевства Блеска. Тем более что не наведаться туда – это причинить большую обиду родственнице, которых и так мало осталось. Ведь правящая королева Блеска Стания Ремминг – родная, пусть и редко очень навещаемая тётя, сестра покойного отца. Самой королевы на приёме не будет, но уже прибыли кузены Райт и Ники, а также кузина Светлана с двумя своими маленькими детками. То есть прибыло чуть ли не всё тётино семейство. И хотя встретиться с родственниками можно и здесь, в императорском дворце, во время обедов, ужинов, а то и завтраков, но в любом случае королева Стания будет морщиться, когда узнает, что единственная любимая племянница не нашла даже часа, чтобы посетить посольство Блеска.

И если визит к князю Вертинскому можно и отложить на неделювторую, то родственников следовало уважить посещением.

«Только вот если Танти узнает об этом заранее, – подумала Патрисия во время очередного короткого перерыва между своими делами, – то мне точно не поздоровится. А как всё устроить красиво и естественно? Хм! Что бы такое придумать?..»

Проходя рядом с внутренним арсеналом, она случайно столкнулась с братом, которого видела в последнее время совсем редко. В простой и неброской одежде, высокий и нескладный, тот несся кудато по своим делам, не глядя по сторонам и не замечая как саму императрицу, так и движущихся за ним тенью двух телохранителей. И глядя на него, не верилось, что совсем недавно он восседал на троне Оилтонской империи, величественно носил корону и занимался скучными канцелярскими делами.

Он так бы и промчался мимо, если бы Патрисия его не окликнула:

– Януш! Ты что, на пожар летишь?

– А? – тот замер на месте, вырванный из своих научных скитаний на просторах формул и парадоксов, и стал озираться. – Какой пожар? Где? – Наткнувшись на взгляд сестры, расслабился: – Привет! Всё шутишь и людей от работы отрываешь?

– Ах ты, какой занятой! – вскипела её императорское величество. – А я, значит, бездельем тут вся исхожу и дурью маюсь? Ищу, над кем бы пошутить? Может, хочешь вернуться на моё место? Так я с радостью!

– Тс! Тс! Чего ты расшумелась? – сразу понял свою вину принц и недавний император, косясь на телохранителей и гвардейцев и под локоток отводя сестру в сторону. – Ну чего ты такая агрессивная сегодня? Чем я тебе не угодил? Ах да… – он озадаченно почесал висок. – Танти ведь за родственниками улетел!

– При чём здесь он? Что ты все на него пытаешься свалить? Самто хоть раз можешь из своих лабораторий выглянуть и предложить мне помощь? Когда ты был императором, я за тебя больше половины всех дел вытягивала! Не забыл?

– Помню. Ценю. Восхищаюсь. Преклоняюсь. И благодарен буду как минимум двести ближайших лет! – отбарабанил Януш, любуясь раскрасневшейся от гнева сестрёнкой. – Но ты же знаешь, насколько мы оба сильно заняты. Поэтому не ходи вокруг да около, а сразу выкладывай, что тебе от меня надо?

– Не столько мне от тебя, как ты сам обязан выполнять родственные обязанности по отношению к семье. Ты ведь уважаешь тётю Станию и любишь всю её семью?

– Мм?.. Несомненно! И уже догадываюсь, что мне надо будет сделать им от себя подарок, верно?

– Умница, что сразу согласился. Подаришь им несколько часов своего личного времени. И не кривись так, мы тут не одни! На днях приём в посольстве королевства Блеска, и ты просто обязан туда отправиться. И никакие отговорки не принимаются!

Стоило видеть, каким страданием подёрнулся взор принца. Наверняка он жутко пожалел, что попался на пути у своей венценосной сестры, а не заперся на неделю гденибудь на секретном научном полигоне. Его патологическая нелюбовь ко всяким там приёмам была притчей во языцех. Но тут и случай особый, родственники всётаки, да и сестра смотрит так, что спорить бесполезно.

Хотя его бывшее императорское величество всётаки постарался и заявил категорически:

– Один не пойду! Кузина меня убьёт своими попытками сосватать за кого угодно!

Патрисия сделала вид, что задумалась с сочувствием:

– Даа… она такая… Но я, так и быть, тебя выручу. Сделаем так: все будут думать, что ты идёшь один, но за час до своего выхода, а ещё лучше минут за двадцать, потребуешь, чтобы и я с тобой отправилась. Я к тому времени буду уже готова, так что ждать не придётся. Вот и устроим нашим родственникам такой приятный сюрприз нашим совместным визитом.

Нахмурившийся Януш попытался разгадать, во что его только что втянули, но императрица не дала ему шансов выкрутиться или понять подоплёку её слов:

– Или ты хочешь заменить меня на нескольких совещаниях по научной части? Сегодня, завтра и послезавтра…. Как раз по твоей любимой отрасли…

– Нет, нет! – замахал руками его высочество. – Мы так не договаривались! На приём пойду, но от совещаний уволь, я и так ничего не успеваю…

– Давай хоть сегодня поужинаем вместе, – предложила Патрисия в спину убегающему брату.

От того только и донеслось:

– Постараюсь, ваше императорское величество!..

Она тоже поспешила по своим делам, внутренне торжествуя, что так всё ловко устроила. Если потом Танти начнёт предъявлять претензии, то она всё свалит на брата. Мол, тот отказался идти один, назревал скандал, пришлось составить ему компанию, а две объединённые команды телохранителей и половина Дивизиона в любом случае смогут устранить любую опасность со стороны.

Опятьтаки новая мысль проскочила по этому поводу:

«Если бы этого третьего камикадзе отыскали и арестовали, половина проблем по теме выезда в город сама бы рассосалась. А может, я вообще зря паникую и перестраховываюсь? Может, убийцу уже вычислили и схватят с минуты на минуту? Надо будет во время следующего перерыва спросить у Алоиса, он всё должен знать… Ну и у Рекса поинтересоваться, как там следствие по делу убийства министра продвигается…»

И она дала задание одному из секретарей:

– Пусть сюда явится Энгор Бофке с докладом. Во время перерыва я его заслушаю.

Очередное рутинное заседание опять ей сильно испортило настроение, и когда она осталась наедине с лучшим имперским следователем, то готова была метать громы и молнии:

– Почему до сих пор никто из убийц и их вдохновителей не арестован? Почему такое простое дело до сих пор не раскрыто и не обнародовано?

Знаменитый Рекс гнева императрицы нисколько не боялся, хотя и старался отвечать деликатно, уважительным тоном:

– Почти все, кто имел подозрительные контакты с министром, либо исчезли, либо погибли. Арестован только один человек, который контактировал с покойным. Это так называемый Парикмахер, он же Саша Горец. Пока допросы под домутилом ничего конкретного не выявили, и по всем понятиям, визиты высокопоставленного чиновника в простую городскую парикмахерскую выглядят как ничем не обоснованная блажь. Ни самого клиента Горец не помнит, ни какихлибо разговоров с ним. Имеется подозрение, что ему стёрли некоторые участки памяти.

– Разве такое возможно?

– Увы! Осмелюсь напомнить подобное в судьбе хотя бы вашего супруга. Тогда враги его три месяца пытали с помощью особо антигуманных препаратов. Как следствие, он ничего не помнит о времени своего заточения и о деталях своего побега. А потом на полтора года вообще обо всём забыл, превратившись в…

– Не надо об этом! – оборвала императрица следователя. – Почему решили, что парикмахер тоже страдает провалами памяти?

– У него тоже в черепной коробке имеется характерная дырочка. По мнению специалистов, в неё вводили электроды, и делали это несколько недель назад.

– То есть наше предположение о том, что приказ дал резидент Пиклии, неверно?

Патрисия была в курсе основных направлений следствия. По ним получалось, что некогда находившуюся в глубоком подполье тройку киллеров Доставки истинные хозяева попросту потеряли. А контроль над ними получил один из шпионов графа Де Ло Кле. Он же накануне свадьбы полковника Стенеси и дал троице команду на уничтожение императрицы. Но если имелось вмешательство третьих лиц, то складывалась ещё большая головоломка. Получалось, что ктото ещё продолжал контролировать Сашу Горца. И этими «ктото» могли быть всётаки кукловоды из Доставки. А ведь они клятвенно заверяли, что не имеют отношения к попытке покушения, и буквально с часу на час должны были доказать это своими действиями: дать все сведения по третьему камикадзе, который проходил в деле под прозвищем Буратино.

Но этого ещё следовало дождаться, а потом полученными данными, при благоприятных обстоятельствах, и воспользоваться. Да и Энгор Бофке имел другое мнение:

– Не обязательно во всём и сразу обвинять Доставку. Точно так же, как резидент моусовской разведки перехватил управление над троицей киллеров, это мог сделать ктонибудь иной. Хотя бы представитель силового ведомства, замешанного в деле консорциума торговцев «Процветание». Причём он перехватил управление в совершенно отдельной сфере интересов, не догадываясь об остальных ипостасях Саши Горца.

Патрисия не согласилась с таким предположением:

– Слишком сложно получается. То группа невероятно законспирированная, а то ею помыкают все кому не лень. Такого не бывает.

– Вполне логично рассуждаете, – легко согласился Рекс. – Постараемся разобраться и все выяснить в самое ближайшее время.

– Но есть надежда, что вы всётаки выловите этого скользкого Буратино не сегодня, так завтра?

– Разумеется, ваше императорское величество! Но нужно учитывать, что искомый нами человек мог сбежать, погибнуть, оказаться под арестом, а то и прекратить свою преступную деятельность. Особенно если он уверен, что выход на него утерян окончательно. Случается, что «утерянный» агент меняет свои жизненные приоритеты, ассимилируется в среду, переезжает на новое место, меняет семейное положение и его отыщут разве что случайно. На каждого из них у хозяев есть прочная привязка, чтобы не сбежали, а то и несколько. Но с годами чувства и привязанности нивелируются, привязки попросту отмирают… Ведь, несмотря на малочисленность группы, мы так до сих пор и не можем понять, кто кому подчинялся и по какой цепочке происходила передача приказов. То ли Буратино дал приказ Горцу, то ли наоборот. Эта информация из сознания арестованного тоже никак толком не всплывает.

– А девица эта, поденщица парикмахера? Как её?

– Анжела Гарибальди. Продолжаем допросы и проверяем каждое её слово. Хотя господин Алоис Полсат уже утверждает, что девушка ни в чём не виновна. Дескать, она сама – жертва. – Заметив удивлённо вскинутые брови императрицы и ее скептическую полуулыбку, следователь добавил: – Держу этот момент под личным контролем.

– Хорошо. Что ещё?

– Только одна просьба, ваше императорское величество. Возникла по причине той самой дырочки в голове Саши Горца. Мы очень нуждаемся в помощи профессора Сартре, а он заперся в своём доме и носа не высовывает. При этом его охрана ссылается на строгий приказ господина консорта никоим образом не беспокоить учёного. Только вы можете тут посодействовать…

Последнюю фразу Энгор Бофке произнес самым нейтральным, можно сказать, равнодушным тоном. Мол, посодействуете – хорошо, а нет – ничего страшного. Но Патрисия уловила напряжение в фигуре Рекса. А это настораживало. И вместо слов «Хорошо, я распоряжусь!», уже готовых сорваться с уст, императрица решила вначале посоветоваться с супругом. И её ответ прозвучал так:

– Хорошо, я подумаю и чуть позже сообщу о своём решении.

Наилучшая форма отказа: не отказывать, а просто отложить решение вопроса на неопределённое время. А там либо причина исчезнет, либо актуальность пропадёт. Но в любом случае ссоры с любимым мужем не будет. Потому что он уже не раз умолял: «Дорогая, если пожелаешь отменить моё распоряжение или приказ, хорошенько вначале подумай. Ещё лучше – посоветуйся со мной. И только потом принимай окончательное решение. Чем меньше мы будем противоречить друг другу, тем слаженней у нас будет получаться работа по управлению. Да и всего остального это касается…»

Так что когда лучший имперский следователь ушёл, Патрисия почувствовала подъём настроения. Всё вроде складывалось отлично. Да и лишний повод появился позвонить любимому внеурочно.

«А то он взял моду звонить мне ни свет ни заря, когда я сонная и ничего не соображаю! – размышляла она, торопясь на очередную назначенную встречу. – А теперь я его поприветствую с добрым утром и напрягу как следует десяткомдругим вопросов. Сколько там ему спать осталось? – Взглянула на часы, прикинула и решила: – Вот как раз через часик его и подниму с кроватки! Нечего долго вылеживаться и расслабляться! Я тут одна всё ворочаю, а он!..»

Когда у женщины появляется желание обидеться на своего мужчину, причину она отыщет всегда. Пусть и не сразу.

Глава 9

3602 год, планета Покруста, горы Лойдака

Патрисия в тот момент и не догадывалась, что я в данную ночь по местному времени и глаз не сомкнул. И поднимать меня с кроватки было проблематично изза отсутствия оной. А вот мерзкие клопы так и норовили свалиться за шиворот да полакомиться плотью моего симбионта. Благо Булька с ними не панькался и больше в наши телеса не откладывал. А попросту экспериментально уничтожал чёрные кругляши разными изуверскими способами. Тем более что нам повезло оказаться в таком месте, где клопы кишели, соорудив и для себя, по подобию города ядлей, некий инкубатор.

Больше всего страдал от кровососов и кожеедов обнажённый по пояс варвар, да и его шорты не совсем спасали от миниатюрных оголодавших агрессоров.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю