Текст книги "Моя жена меня слишком балует (ЛП)"

Автор книги: Юэбань Яо Фэньцзя

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 52 страниц)

Глава 11

«Папочка!» Глаза Цзи Сяо Чжо заблестели. Он уронил вилку, которую держал в руках, и спрыгнул со своего места, прежде чем метнуться к Цзи Яну, как маленькая пуля.

Суровое выражение лица Цзи Яна смягчилось, когда он заключил в объятия подбежавшую к нему маленькую пулю. Цзи Ян погладил Сяо Чжо по голове: «Папа вернулся».

Цзи Сяо Чжо крепко обнял Цзи Яна за шею и с тоской в голосе сказал: «Папочка, почему ты вернулся только сейчас? Уже так поздно. Я так давно тебя не видел».

Цзи Ян поцеловал малыша в лоб и извинился: «Прости».

Малыш, подумав пару секунд, простил своего папочку: «Хорошо, я тебя прощаю. Я очень великодушный».

Цзи Ян рассмеялся. Он одной рукой поднял малыша, а другой наклонился, чтобы переобуться. В тот момент Цзи Ян ещё не заметил застывшую на месте Тан Тан.

Когда появился Цзи Ян, Тан Тан выронила палочки для еды и тут же вскочила. Она даже не знала, куда деть руки. Хотя она и знала, что у неё есть муж, она впервые его увидела. Поэтому шок, который она испытала, был довольно сильным.

Что ей делать?

Кроме того, папа Бао Бао был очень красивым. Он выглядел лучше, чем мужья её старшей и второй сестёр.

Поначалу Тан Тан думала, что здешние мужчины выглядят немного странно из-за своей одежды и причёсок, но за несколько дней, проведённых в этом мире, она привыкла. Также она довольно быстро привыкла к местной моде. Однако она не могла привыкнуть к тому, как хорош собой Цзи Ян, поэтому её лицо покраснело, а сердце забилось чаще.

«Мамочка, мамочка, папа вернулся!» – радостно закричал Цзи Сяо Чжо, сидя на руках у Цзи Яна. Он не заметил румянца на щеках Тан Тан.

Тан Тан попыталась скрыть смущение, глядя на Цзи Яна. Она выдавила из себя улыбку: «Гос… муж, ты вернулся».

Она чуть было не назвала его «Господин муж». К счастью, она вовремя остановилась, вспомнив, что здесь обращение «Господин муж» сокращалось до «мужа».

Цзи Ян растерялся. Он удивлённо уставился на Тан Тан. Но всё, что он увидел, – это раскрасневшуюся женщину, в глазах которой читались ожидание и смущение, казалось, что она не знала, как себя вести. Он помнил, только ту Тан Тан, которая всегда желала ему смерти, глядя на него. Когда она в последний раз называла его «мужем» с таким выражением лица? Была ли это всё та же Тан Тан, которую он знал?

Тан Тан не заметила подозрительного взгляда Цзи Яна, потому что была сосредоточена на том, чтобы скрыть свою нервозность. За две свои жизни она впервые была замужем. Она действительно не знала, что ей делать. Всё, что она могла, – это напрячь мозги и вспомнить уроки, которым её учила няня. На этих уроках ей объясняли, как должна вести себя жена.

Её няня однажды сказала, что мужчины устают на работе и хотят вернуться в уютный дом, в тёплую семью. Чтобы быть хорошей женой, нужно всячески заботиться о муже, чтобы он чувствовал себя дома как можно комфортнее и не искал женщин на стороне. Это означало, что и наложниц будет меньше.

Так как же ей следует заботиться о муже?

Увидев, что Цзи Ян сел за обеденный стол, Тан Тан вдруг кое-что вспомнила. Она быстро взяла костыли и пошла на кухню, чтобы взять ещё одну тарелку риса и пару палочек для еды, а затем протянула их Цзи Яну: «Муж, ты ведь ещё не ел, верно? Мы как раз собирались начать. Давай поедим, пока еда ещё горячая».

«Ты...» – Цзи Ян, у которого обычно не менялось выражение лица ни при каких обстоятельствах, в этот момент потерял дар речи.

«Вы с Бао Бао ешьте первыми. Я пойду приготовлю ещё пару блюд, иначе не хватит». У мужчин аппетит должен быть побольше. Особенно у военных, они, наверное, могут съесть очень много. Тан Тан чувствовала, что блюд и даже риса не хватит, поэтому ей нужно было приготовить ещё еды.

Цзи Ян пришёл в себя и окликнул Тан Тан, направившуюся на кухню: «Не уходи. Здесь всего достаточно. Давай сядем и поедим». Хотя Цзи Яну было всё равно на Тан Тан, но всё же он не стал бы заставлять травмированного человека прислуживать ему. Он уже будет доволен, если сможет съесть что-нибудь горячее. К тому же блюда на столе выглядели довольно аппетитно.

Но… неужели всё это приготовила Тан Тан?

Цзи Сяо Чжо был не из тех детей, которые отдают предпочтение одному из родителей и забывают о другом. Он также знал, что готовить сложно, поэтому Сяо Чжо остановил Тан Тан: «Мамочка, этого достаточно. Если нет, я могу съесть меньше и оставить больше папе».

Цзи Ян слегка рассмеялся и погладил малыша по голове.

Тан Тан всё ещё сомневалась. Её муж редко возвращался домой. Было бы плохо, если бы он не мог наесться досыта в те редкие дни, когда был домой.

Цзи Ян взял палочки для еды и начал есть. «Садись и ешь. Здесь действительно достаточно». Если бы это было не так, он всегда мог приготовить себе лапши.

«Хорошо». Тан Тан оставалось лишь сесть обратно. Однако она не стала есть. Вместо этого она налила по тарелке супа Цзи Яну и Сяо Чжо: «Сначала выпейте немного супа. Он согреет желудок».

«Хорошо, мамочка», – малыш с готовностью выпил суп. Он был на седьмом небе от счастья. Цзи Ян чувствовал себя неловко. Тан Тан никогда раньше так с ним не обращалась. Подобное происходило впервые, поэтому Цзи Ян мог только поблагодарить её, соблюдая элементарные правила вежливости: «Спасибо».

Тан Тан слегка улыбнулась, затем опустила голову и начала есть.

По правде говоря, Цзи Ян вернулся домой сразу после тренировки. Он ехал несколько часов без остановки, так что уже давно был голоден. Поэтому, когда Цзи Ян попробовал такую вкусную еду, он даже не задумался о том, откуда у Тан Тан такие кулинарные способности. Вместо этого он применил армейский метод быстрого поглощения пищи и съел три порции риса, прежде чем немного замедлиться. Убедившись, что Сяо Чжо и Тан Тан наелись досыта, Цзи Ян съел всё, что осталось. Он не был сыт, но этого было достаточно, чтобы утолить голод.

Тан Тан обрадовалась, увидев пустые тарелки. Похоже, её блюда пришлись ему по вкусу. Это было хорошо, ведь это означало, что от неё всё ещё есть какая-то польза.

Сдерживая радость, Тан Тан вернулась на кухню, чтобы приготовить фрукты для отца и сына. Затем она убрала со стола и пошла на кухню мыть посуду. Но не успела она взять тарелку, чтобы помыть её, как кто-то опередил её. Две большие грубые руки схватили тарелку раньше неё: «Иди отдохни. Я помою посуду».

Цзи Ян не был шовинистом. Он не считал, что женщины должны выполнять всю работу по дому. Несмотря на то, что Тан Тан не работала и не зарабатывала денег, она приготовила еду, поэтому было естественно, что он должен заняться уборкой. Тем более что у Тан Тан была повреждена нога. Это не имело никакого отношения к любви. Он просто следовал своим принципам.

Тан Тан широко раскрыла глаза и поспешно сказала: «Нет, нет, нет, ты, должно быть, сегодня устал. Предоставь это мне. Тебе нужно пойти отдохнуть». Как она могла позволить мужу мыть посуду? Должно быть, он устал на работе.

«У тебя больная нога. Тебе вредно долго стоять». Затем Цзи Ян сложил грязную посуду в раковину, налил немного моющего средства и быстро начал мыть. Покончив с посудой, он вымыл пол на кухне и прибрался. На всё у него ушло десять минут. В итоге Тан Тан даже ничего не сделала.

Тан Тан просто непонимающе уставилась на него. Значит, мужчины тоже могут заниматься домашними делами? И они могут делать это так быстро. Он выглядел умелым и опытным, и это было неожиданно привлекательно.

Небеса. Папа Бао Бао был слишком хорош. Он был героем, который защищал свою страну, у него была привлекательная внешность, он зарабатывал деньги, чтобы содержать семью, и у него не было других женщин. Он мог даже заниматься домашними делами! Почему изначальной владелице этого тела не нравился такой хороший мужчина? Была ли изначальная владелица тела дурочкой?

Убравшись на кухне, Цзи Ян понял, что больше ему делать нечего, поэтому подошел к дивану, где лежал Сяо Чжо и взял его на руки: «Пойдём с папочкой искупаемся. Пора спать».

Малыш не хотел расставаться со своей игрушкой. Столкнувшись с трудным выбором между папой и игрой, он неохотно отказался от игры. Сяо Чжо обнял Цзи Яна за шею, и они направились в другую комнату. Прежде чем уйти, Сяо Чжо помахал Тан Тан: «Мамочка, я иду спать. Спокойной ночи ~».

Тан Тан помахала в ответ: «Спокойной ночи, Бао Бао ~».

Цзи Ян подождал, пока они закончат, и только потом закрыл дверь. Он легко снял с Сяо Чжо одежду за пару движений: «Ты опять набрал вес?»

Малыш ущипнул себя за живот, мысленно соглашаясь с папой. Он набрал вес, но это не его вина. Поэтому он объяснил: «Это потому, что мама готовит слишком вкусно. Ты бы тоже набрал вес, если бы был на моём месте».

Цзи Ян замолчал, вспомнив, что ел сегодня вечером, затем он снял свою форму и отнёс Сяо Чжо в ванную комнату. Отец и сын вместе приняли горячую ванну.

Когда они вышли, на них были только шорты. Отец и сын выглядели копией друг друга.

Цзи Сяо Чжо забрался на Цзи Яна и сел ему на живот. Это было одно из любимых занятий Сяо Чжо – болтать с папой, играя с его мышцами.

Малыш взял инициативу в свои руки и поделился с папой своими мыслями: «Папочка, я принял важное решение. Я решил простить мамочку. Мужчины должны быть великодушными, правда, папочка?»

Цзи Ян кивнул.

«Тогда и тебе больше не стоит злиться на мамочку. Папочка, прости мамочку на этот раз. Мамочка теперь очень милая».

Цзи Ян ненадолго замолчал и не ответил на вопрос. Вместо этого он спросил: «Мама все эти дни готовила для тебя?»

Малыш поспешно переключил своё внимание: «Да. Мамочка каждый день готовит для меня, и даже выпекает сладости. Они очень вкусные».

Похоже, его сын был покорен её стряпней.

Цзи Ян узнал обо всём случившемся от тёти Ли. Тан Тан напилась в баре и, как обычно, сошла с ума. После этого её сбила проезжавшая мимо машина. К счастью, серьезных травм не было, и водитель отвез её в ближайшую больницу. Друзья Тан Тан по выпивке связались с тётей Ли, прежде чем исчезли.

По словам тёти Ли, Тан Тан потеряла все свои воспоминания, когда пришла в себя. Амнезия. Однако она словно стала совершенно другим человеком. Цзи Сяо Чжо сказал, что Тан Тан стала хорошей. Поначалу у Цзи Яна были некоторые подозрения, но теперь, увидев её, он понял, что она действительно изменилась и не притворяется.

Цзи Ян участвовал во множестве миссий и повидал разных людей, так что его взгляд был наметан. Он мог мгновенно определить, лжёт ли человек или нет, поэтому был уверен, что Тан Тан не притворяется и ведёт себя естественно.

Значит, можно сделать вывод, что она действительно потеряла память и сильно изменилась по сравнению с тем, какой была раньше.

Такая невообразимая ситуация действительно произошла.

Но, судя по тому, что происходит сейчас, возможно, это не так уж и плохо. Раз она была готова хорошо относиться к Сяо Чжо, значит, Сяо Чжо будет получать материнскую любовь, которую Цзи Ян не мог дать своему ребёнку. Однако, пока Тан Тан заботится о Сяо Чжо, он был готов притворяться супружеской парой. Они не будут вмешиваться в жизнь друг друга и будут вместе воспитывать Сяо Чжо.

Глава 12

Видя, как его папа просто задумался и ничего не говорит, Цзи Сяо Чжо прижался к груди Цзи Яна, не желая, чтобы его игнорировали. Его маленькие ручки коснулись щетины на подбородке Цзи Яна, и он спросил: «Папочка, на сколько дней ты приехал?»

Цзи Ян поддержал Сяо Чжо, чтобы тот не упал: «На этот раз папа пробудет здесь пять дней».

«Ва… пять дней!» Глаза Цзи Сяо Чжо загорелись. Для Цзи Яна перерыв в работе на пять дней был довольно долгим. Цзи Сяо Чжо никогда не проводил столько времени со своим папой за один раз. Сяо Чжо был так счастлив, что не мог не задать вопрос, который волновал его больше всего: «Папочка, папочка, ты меня поведёшь куда-нибудь поиграть?»

Цзи Ян слегка рассмеялся. В его взгляде читалась нежность, которую редко можно было увидеть: «Хорошо, папа поведёт тебя поиграть. У тебя ведь скоро школьные каникулы? Я возьму тебя с собой куда-нибудь на каникулах».

«Здорово! Я хочу сходить в парк аттракционов и океанариум. Многие мои одногруппники ходили туда раньше». Хотя в выражении его лица не было никакой ревности, Сяо Чжо все равно хотел побывать в этих местах со своими мамой и папой.

«Хорошо. Мы пойдем». Из-за того, что у Цзи Яна не было времени, а Тан Тан никогда не проявляла интереса к малышу, Сяо Чжо никогда не бывал в местах, куда любят ходить и играть все дети. Раз уж на этот раз у Цзи Яна появилось свободное время, почему бы не согласиться?

«Угу…» Цзи Сяо Чжо был очень рад и ползал по Цзи Яну, как маленькая гусеница. Он ползал и говорил: «Тогда, папочка, ты отвезёшь меня завтра в детский сад?»

«Конечно, папочка завтра отвезет тебя в детский сад».

Цзи Сяо Чжо перестал ползать и вместо этого сел и посмотрел на Цзи Яна: «И мама тоже. Я хочу, чтобы вы с мамой завтра отвезли меня в детский сад. Ещё я хочу, чтобы вы оба забрали меня оттуда. Мы не можем оставить маму одну. Она будет плакать, если не увидит меня». Теперь мама не могла с ним расставаться.

«...Хорошо», – ответил Цзи Ян.

Малыш очень обрадовался, когда подумал о завтрашнем дне, ведь оба родителя собирались вместе отвести его в детский сад. Понимая, что не стоит выражать свои эмоции на груди у отца, Сяо Чжо слез с Цзи Яна на кровать, чтобы радостно поскакать. Он остановился, только когда устал. Затем Сяо Чжо поднял свои пухлые ножки и стал ими покачивать, напевая песенку, но никто не понимал, что он напевает.

Цзи Ян заметил, что на этот раз Цзи Сяо Чжо был гораздо счастливее, чем в предыдущие его приезды. Хотя Сяо Чжо всегда был более оживлённым в его присутствии, чем в присутствии других людей, он никогда не был таким счастливым. Может быть, это из-за того, что Тан Тан изменилась?

Цзи Ян вдруг подумал, что, возможно, он принял правильное решение, не разведясь с Тан Тан несколько лет назад. Сяо Чжо наконец-то получил материнскую любовь, о которой всегда мечтал.

* * *

На следующий день Цзи Ян, как обычно, проснулся в шесть утра. Он взглянул на Цзи Сяо Чжо и увидел, что малыш лежит на животе и крепко спит. Цзи Ян накрыл Сяо Чжо одеялом, а затем тихо вышел из комнаты и направился в ванную, чтобы почистить зубы.

Тан Тан была потрясена, увидев Цзи Яна: «Ты… Почему ты так рано встал?»

Цзи Ян тоже не думал, что она проснётся так рано. Он кивнул ей в знак приветствия: «Я собираюсь на пробежку».

«О, хорошо. Я собираюсь приготовить завтрак. Есть что-то конкретное, что ты любишь? Я могу приготовить это для тебя».

Сначала Цзи Ян хотел сказать, что может купить завтрак в магазине, но решил промолчать: «Всё в порядке. Мы с Сяо Чжо не привередливы».

«Э… ладно. Я приготовлю мясную кашу, паровые булочки и жареные гёдза[1]1
  Комментарии переводчика: «Гёдза» – это популярные японские пельмени, отличающиеся очень тонким тестом и сочной начинкой из свиного фарша, капусты, чеснока и имбиря.


[Закрыть]. Бао Бао любит гёдза».

Цзи Ян кивнул. Внезапно он понял, что ему больше нечего сказать, поэтому он просто открыл входную дверь и вышел на утреннюю пробежку.

«Фух…» – только и смогла выдохнуть Тан Тан и похлопать себя по груди, когда входная дверь закрылась. Честно говоря, спокойствие, которое она демонстрировала во время разговора с ним, было наигранным. Тан Тан продолжала нервничать в присутствии Цзи Яна, но не хотела, чтобы он это заметил, поэтому ей оставалось только притворяться спокойной.

Ай… По какой-то причине ей всегда было немного стыдно, когда Цзи Ян оказывался рядом.

Тан Тан коснулась своего лица, прежде чем вернуться в комнату. Затем она посмотрела на своё отражение в зеркале.

Несмотря на то, что она знала, что выглядит ужасно, ей вдруг показалось, что сейчас она выглядит ещё хуже, чем в тот момент, когда впервые увидела себя.

Пурпурные синяки на её лице ещё не сошли. Из-за синяков на её сухой жёлтой коже Тан Тан выглядела пугающе. Кроме того, несмотря на то что она так много ела в течение стольких дней, она всё ещё была похожа на скелет. Но хуже всего были её сухие длинные волосы. Они были похожи на траву, которая мгновенно вспыхнет, если её поджечь. Такой ужасный внешний вид. Она действительно не понимала, как прежняя владелица довела себя до такого состояния.

Кроме того, Тан Тан усердно умывалась, чтобы увлажнить кожу, но почему же ничего не менялось?

Всякий раз, когда она думала о том, что папа Бао Бао видит её уродство, Тан Тан хотелось прикрыть лицо. Удивительно, что папа Бао Бао мог разговаривать с ней, не меняя выражения своего лица. Вздох. Его жена была такой некрасивой. Ему не повезло.

Можно ли сделать её красивее? Или хотя бы менее уродливой?

Размышляя над этим, Тан Тан уныло вздохнула, так как ничего не могла придумать. Она сдалась и вернулась на кухню готовить. Поскольку она была некрасивой, ей оставалось только быть добродетельной и доказать, что она вполне компетентна.

У Цзи Яна был отличный аппетит, и Тан Тан могла только приблизительно догадываться, сколько еды он сможет съесть. Поэтому на завтрак Тан Тан приготовила в два раза больше, чем обычно. Не имело значения, останутся ли остатки еды, потому что она определенно не могла позволить папе Бао Бао ходить голодным.

Так совпало, что время было подобрано идеально. Как только Тан Тан закончила готовить, входная дверь открылась. Она выглянула и увидела входящего Цзи Яна, с которого градом катился пот. С его волос стекали капли пота, а рубашка прилипла к телу. Она обтягивала его грудь и мышцы. Он излучал силу и мощь. По какой-то причине от его вида у людей начинали краснеть щёки.

Тан Тан быстро отвернулась. Она не осмеливалась смотреть на него. Пытаясь унять сердцебиение, она сказала: «Ты, ты вернулся. Я только что закончила готовить. Мы можем поесть совсем скоро».

Цзи Ян ответил «угу» и направился в одну из комнат: «Я приму душ, а потом разбужу Сяо Чжо».

«Хорошо», – Тан Тан похлопала себя по раскрасневшимся щекам и успокоилась. Она вынесла завтрак на стол. Тан Тан сначала разложила по тарелкам рисовую кашу, а затем разложила палочки для еды и ложки. Когда всё было готово, она села и стала ждать отца и сына.

Цзи Ян быстро со всем разобрался. Очень скоро он вышел, неся на руках сонного Сяо Чжо. Малыш плохо спал прошлой ночью, потому что был слишком взволнован. В тот момент он всё ещё не хотел просыпаться, поэтому Цзи Яну пришлось нести его на руках.

Но стряпня Тан Тан была очень аппетитной, и малыш широко раскрыл глаза, как только почувствовал аромат еды. Перед столом, заполненным такой вкусной едой, его сонливость быстро улетучилась.

«Ва… мамочка, здесь булочки и гёдза! Мои любимые!» Цзи Сяо Чжо вскочил на своё место и радостно уставился на еду на столе.

Поскольку Тан Тан знала, что ему нравится эта еда, она пододвинула тарелку с гёдза поближе к Сяо Чжо: «Тогда тебе нужно съесть побольше».

«Без проблем!» Малыш сказал это по-английски. После этого Сяо Чжо взял гёдза и отправил его в рот. Он улыбался, как будто снимался в рекламе еды. Он повернулся к Тан Тан и показал ей большой палец вверх: «Мамочка, это вкусно!»

Тан Тан была в восторге от его похвалы и широко улыбалась.

Цзи Ян молча поглощал еду, опустив голову. Он должен был признать, что она очень хорошо готовила, даже отлично. Хотя обычно он не слишком интересовался едой, он не мог перестать есть.

На завтрак Тан Тан съела тарелку рисовой каши, одну булочку и одно гёдза. Цзи Сяо Чжо съел тарелку рисовой каши, одну булочку и два гёдза. Всё остальное прикончил Цзи Ян, так что еды не осталось.

Цзи Сяо Чжо, который теперь отдыхал, держась за живот и отрыгивая, был не единственным, кто съел слишком много. Цзи Ян не смог сдержаться и тоже сильно переел. Увидев, что Тан Тан вышла, Цзи Сяо Чжо воспользовался возможностью и тихонько прошептал Цзи Яну: «Папочка, разве мамина еда не самая вкусная, а?» В его голосе звучала гордость.

Цзи Ян замер, прежде чем тихо произнести: «Эн». Он не мог лгать.

«Мамина еда – самая лучшая!» Цзи Сяо Чжо был горд и быстро продолжил: «Тогда, если ты будешь часто приходить в гости в будущем. Ты сможешь часто есть мамину вкусную еду».

Малыш пытался заманить папу вкусной едой, чтобы тот чаще возвращался домой.

Как Цзи Ян мог не заметить его намерений? Сердце Цзи Яна смягчилось, и он погладил Сяо Чжо по голове: «Хорошо. Папа постарается приходить чаще». Он знал, что малыш скучает по нему и хочет видеть его чаще, но он был солдатом и не мог забывать о своём долге. Цзи Ян не мог постоянно находиться рядом с ребёнком, как обычный отец. Он всегда чувствовал себя виноватым из-за этого.

Если бы он ушёл из армии… Цзи Ян быстро отбросил эту мысль.

После завтрака малыш взял свой портфель и позвал Тан Тан: «Мамочка, поторопись. Сегодня папа отвезёт меня в детский сад. Мы поедем в папиной машине. Папина машина очень-очень большая», – сказал Сяо Чжо, обведя руками большой круг.

Тан Тан неуверенно посмотрела на Цзи Яна. Она не знала, хочет ли он, чтобы она поехала с ними.

Поскольку у неё была повреждена нога, она бы только мешала им, если бы поехала с ними.

Цзи Ян кивнул ей: «Поехали все вместе».

Тан Тан была счастлива и тут же направилась к входной двери, чтобы переобуться. Она двигалась даже быстрее, чем Сяо Чжо. Как будто боялась, что Цзи Ян передумает.

Цзи Ян водил внедорожник. Он был очень вместительным, но у него был один недостаток. Слишком высокая ступенька. Травмированный человек вроде Тан Тан не мог поднять ногу так высоко.

Ей захотелось плакать даже без слёз. Попытавшись несколько раз, Тан Тан так и не смогла забраться внутрь, и её лицо покраснело.

После того как Цзи Ян поднял Сяо Чжо и посадил его в машину, он заметил, что Тан Тан изо всех сил пытается забраться внутрь, но у неё ничего не получается. Почему-то ему стало смешно.

Цзи Ян несколько секунд понаблюдал за ней, а затем подошёл к Тан Тан, обнял её за талию и поднял. Сделать это было так легко, почти так же, как поднять Сяо Чжо.

Тан Тан была потрясена. После этого её лицо неудержимо покраснело. Ей казалось, что она вот-вот сгорит. Мужчина впервые нёс её на руках. Она изо всех сил старалась сохранять спокойствие, но её сердце билось так сильно, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

Цзи Сяо Чжо с беспокойством приложил руку ко лбу Тан Тан и спросил: «Мамочка, ты заболела? Почему у тебя такое красное лицо?»

У Тан Тан снова поднялась температура. Она прикрыла щёки руками: «Мамочка не больна. Мне просто жарко».

«Правда? Тогда я тебя обмахну». Малыш тут же замахал руками, обмахивая Тан Тан. Он приложил к этому немало усилий.

Тан Тан прикусила губу, взглянув на Цзи Яна, сидевшего за рулём. Она с облегчением вздохнула, увидев, что он не обращает внимания на то, о чём они с Сяо Чжо говорят. Тан Тан остановила Сяо Чжо: «Ладно, ладно, маме больше не жарко. Спасибо, Бао Бао».

Только убедившись, что ей больше не жарко, Цзи Сяо Чжо опустил руки.

* * *

Когда они приехали в детский сад, Цзи Ян и Тан Тан пошли провожать Сяо Чжо. Они вышли из детского сада, договорившись забрать Сяо Чжо после окончания занятий. По дороге обратно Цзи Ян спросил: «Тебе нужно что-нибудь купить? Мы можем купить это по дороге домой». Вчера вечером малыш упомянул о том, что им было трудно ходить по магазинам с Тан Тан. Раз уж Цзи Ян вернулся, он мог бы помочь им с покупками.

«В холодильнике почти ничего не осталось. Нам нужно купить ещё продуктов и пополнить запасы». Тан Тан приняла его предложение, потому что ей было слишком тяжело идти одной.

Цзи Ян кивнул и повёл машину к парковке супермаркета. Приведя Тан Тан в супермаркет, он намеренно замедлил шаг, чтобы она не отставала, и его длинные ноги двигались со скоростью улитки.

Тан Тан заметила его действия. Она подумала, что Цзи Ян слишком хорош. Такой внимательный и заботливый мужчина теперь был её мужем, ах. Тан Тан почувствовала, как у неё потеплело на душе.

На этот раз Тан Тан специально купила много мяса. В корзине для покупок лежали курица, утка, рыба, говядина, свинина и т. д. Тан Тан уже заметила, что Цзи Ян любит мясо и не очень любит овощи. В этом Цзи Ян и Цзи Сяо Чжо были похожи.

Закончив с продуктами, Тан Тан отправилась за товарами повседневного спроса. Она и не заметила, как тележка для покупок оказалась заполнена. Чтобы вместить всё, им пришлось использовать два больших пакета. Когда Тан Тан потянулась за одним из пакетов, Цзи Ян остановил её: «Ты не сможешь его поднять. Я понесу пакеты». Затем он легко взял по пакету в каждую руку, как будто они ничего не весили, и направился к выходу.

Неосознанно Тан Тан подумала о своем предыдущем походе в супермаркет. В то время им вместе с Сяо Чжо было трудно нести один пакет. Они вспотели, когда вернулись домой, и Сяо Чжо сказал, что было бы здорово, если бы его папа пошел с ними. Теперь, когда его папа был здесь, Тан Тан не могла не согласиться с малышом.

«Братец Цзи Ян»

Как раз в тот момент, когда Тан Тан тайком улыбалась, женский голос прервал её размышления.