Текст книги "Моя жена меня слишком балует (ЛП)"
Автор книги: Юэбань Яо Фэньцзя
сообщить о нарушении
Текущая страница: 35 (всего у книги 52 страниц)
Глава 61
Вэнь Но пробыла в окружной больнице четыре дня. Её состояние постепенно улучшалось, и у неё больше не было головокружения и рвоты. Врач сказал, что её можно выписывать. Всё будет хорошо, если она вернётся домой и какое-то время будет находиться под наблюдением.
Но сейчас самая серьёзная проблема – это слух девочки, левое ухо ничего не слышало.
Тан Тан решила отвезти малышку в крупную городскую больницу, чтобы вылечить её уши. Она попросила о длительном отпуске в детском саду для Цзи Сяо Чжо и Вэнь Но. Собрав всё необходимое, она без промедления отвезла детей в город.
Когда им удалось попасть в больницу, Тан Тан была ошеломлена увиденным. Перед окошком регистратуры выстроилась очередь. Люди долго не сдвигались с места, процедура обслуживания проходила очень медленно. Ей с двумя детьми было тяжело простоять весь день у регистратуры, но, когда подошла их очередь талоны на консультацию у специалиста, уже были недоступны. Сотрудники больницы сказали, что могут записать их на приём, но им придётся подождать до следующей недели, чтобы попасть к специалисту.
Тан Тан побоялась, что состояние малышки ухудшится и тогда её будет сложнее вылечить. Она не могла смириться с этим. Какое-то время она не знала, что делать. Это место было ей незнакомо, и Цзи Яна не было рядом. Она действительно не могла ничего сделать, но ей с детьми нелегко было сюда добраться. Неужели всё так сложно?
Тан Тан не хотела возвращаться вот так. Она задумалась, с кем бы могла связаться в городе. Она могла позвонить лишь одному человеку – Цзи Юэ. Она набрала её номер и рассказала обо всём по телефону. Выслушав новости, Цзи Юэ не стала говорить ничего лишнего и лично приехала за ними на машине. Она отвезла трех человек в главный госпиталь военного округа. Она также заранее связалась со специалистом и по совместительству главным врачом отделения отоларингологии, и тот сразу же забрал ребенка на лечение в больнице.
Тан Тан не знала, как отблагодарить Цзи Юэ. Если бы не было Цзи Юэ, она не знала, смогла бы она увидеться с врачом и вылечить болезнь малышки, при этом ей нужно было присматривать за обоими детьми.
В этот момент Тан Тан действительно почувствовала себя бесполезной. Она была намного хуже приспособлена к жизни, чем Цзи Юэ. Кажется, в будущем ей следует многому научится у Цзи Юэ.
«Цзи Юэ, спасибо тебе, я приглашу тебя на ужин, когда всё закончится и приготовлю все твои любимые блюда».
«Спасибо, ты и так присылала мне много вкусной еды. Каждый раз, когда ты шьёшь новую одежду, ты присылаешь её мне, хотя я ничего не просила. Тебе не за что меня благодарить. Ты такая добрая! Но твоя благодарность мне всё равно очень нравится! Ха-ха».
Закончив говорить, Цзи Юэ обратила внимание на Цзи Сяо Чжо. Он потянул её за край одежды и махнул рукой: «Тётушка Цзи, наклони голову, я хочу тебе кое-что сказать».
Цзи Юэ наклонила голову и спросила: «Что ты хотел сказать мне? Ах!»
Прежде чем она смогла закончить вопрос, её прервал поцелуй Цзи Сяо Чжо: «Тётушка Цзи Юэ, спасибо, я тебя люблю».
Малыш умел обрадовать девичье сердце. Цзи Юэ тут же растрогалась, притянула пухлого малыша к себе и поцеловала его: «Мой дорогой, спасибо, что любишь меня!»
Цзи Сяо Чжо очень гордился собой. Он подошёл к Вэнь Но и наклонился к её правому уху, чтобы сказать ей: «Но Но, поблагодари тётушку».
Вэнь Но всегда прислушивалась к словам Цзи Сяо Чжо, и без колебаний повторила его действия. Она подошла и поцеловала Цзи Юэ в другую щёку, а затем тихо прошептала: «Спасибо, тётушка».
Цзи Юэ обрадовалась от того, что два маленьких человечка подошли к ней и поцеловали. Она взяла их за руки и расцеловала в ответ. После чего она наклонилась к уху Тан Тан и прошептала: «Тан Тан, твоя невестка похожа на тебя, умная и милая. Посмотри, у нашего Сяо Чжо похоже такой же вкус, как и у его отца».
Тан Тан смутилась и легонько похлопала Цзи Юэ по руке: «Не говори так. Просто дети хорошо ладят. Что они знают?»
«Ты слишком недооцениваешь современных детей. Теперь дети даже в детском саду влюбляются», – Цзи Юэ сказала это, но на самом деле она просто шутила, чтобы разрядить обстановку и не дать Тан Тан и детям занервничать перед предстоящим обследованием.
Они весело болтали, ожидая в кабинете специалиста. Тан Тан и двое детей на самом деле не так уж сильно нервничали.
Специалисту было больше шестидесяти лет, и у него почти не осталось волос на голове. Он был очень опытен, если судить по его виду. Тщательно осмотрев ухо Вэнь Но, он спокойно сказал: «Нерв левого уха повреждён, это немного усложняет ситуацию, но правое ухо может полностью восстановиться».
Правое ухо можно было полностью восстановить, и это обрадовало Тан Тан, но с левым ухом всё было гораздо сложнее: «Доктор, можно ли вылечить её левое ухо? Ребёнок ещё такой маленький, что нам делать, если она всю жизнь будет плохо слышать? Доктор, можно ли её как-нибудь вылечить?»
У доктора в его возрасте уже был маленький внук. Он был почти такого же возраста, как и двое этих малышей. Конечно, такая маленькая девочка не должна оставаться глухой, но восстановление повреждённого слухового нерва – дело непростое, поэтому он мог только сказать: «Эту болезнь можно вылечить лишь частично. На самом деле, возможно, я бы посоветовал вам водить ребёнка на иглоукалывание два раза в месяц. Попробуйте иглоукалывание. Даже если оно не поможет сразу, то через какое-то время слух ребёнка немного восстановится.
Лучше иметь хоть какую-то надежду, чем ничего. Не стоит сдаваться.
Старый специалист увидел, что Тан Тан согласилась, и сразу же отвёл Вэнь Но в процедурный кабинет в задней части кабинета и сделал девочке первую процедуру иглоукалывания.
После окончания сеанса иглоукалывания на улице уже стемнело, но в больнице по-прежнему было многолюдно. Здесь никогда не бывает свободного времени, и каждую минуту врачам приходилось бороться с болезнями.
Цзи Юэ: «Тан Тан, уже поздно. Думаю, сегодня на ночь мы останемся в отеле, а завтра вернёмся».
Двое детей целый день следовали за ними, они устали и не выдержали бы больше. Тан Тан, естественно, согласилась.
Когда все четверо вышли из больницы, они увидели, как у ворот быстро припарковалась машина с надписью «Скорая помощь». Несколько врачей в белых халатах выбежали к машине и вместе с медсестрами стали оказывать помощь, прибывшим пострадавшим. Приподняв носилки, кто-то громко крикнул: «Осторожно, респиратор не должен упасть, следите за показателями!»
Молодая медсестра протянула руку, чтобы достать капельницу.
Издалека не было видно, кто это, но Тан Тан заметила, что человек на носилках был весь в крови. У неё по коже побежали мурашки. «Должно быть, этот человек серьёзно ранен, и у него сильное кровотечение. Не уверена, смогут ли они спасти его».
Тан Тан была очень смущена, и в глубине души она молилась, чтобы этот человек выжил.
Цзи Юэ взяла Тан Тан за руку: «Что ж, мы ничем не можем помочь, нам остаётся только надеяться на врачей. Пойдём, дети уже хотят спать».
Тан Тан кивнула. Она крепче сжала маленькую ручку Вэнь Но и пошла за Цзи Юэ. Группа врачей и медсестёр быстро пронесли носилки мимо них. Кто-то взволнованно крикнул: «Все, пропустите! Освободите дорогу!»
Тан Тан невольно посмотрела на человека на носилках, когда его провозили мимо. Однако от одного взгляда у неё по спине побежали мурашки, и она больше не могла двигаться.
«Что ты делаешь, Тан Тан? Пойдем, врачи спасут этого человека», – Цзи Юэ заметила, что Тан Тан всё ещё стоит на том же месте, и подумала, что она всё ещё беспокоится о том человеке.
Тан Тан не услышала Цзи Юэ, её лицо медленно побледнело, силы мгновенно покинули её, а в глазах читалась паника.
Цзи Юэ заметила, что с Тан Тан что-то не так. Она подошла к ней и потрогала её лоб: «Что с тобой? Тебе плохо? Что случилось, скажи мне?»
Тан Тан поджала губы, покачала головой и прерывисто произнесла: «Я… увидела… Цзи Яна на носилках».
«Что? Цзи Яна?» – выражение на лице Цзи Юэ изменилось, она быстро окинула взглядом группу врачей и медсестер, но, к сожалению, ничего не смогла разглядеть, лишь край одежды, скрывшейся за углом.
«Ты не ошиблась? Это действительно был Цзи Ян?»
Тан Тан задрожала и не смогла больше ничего сказать. Она тоже надеялась, что ошиблась. Этот человек не был её Цзи Яном, нет!
Двое детей испугались, увидев Тан Тан, они в замешательстве схватились за её одежду и громко заплакали, но Тан Тан ничего не слышала. Она совсем растерялась.
Цзи Юэ стиснула зубы, схватила Тан Тан за плечи и закричала: «Приди в себя Тан Тан! Может, ты неправильно всё поняла, что ты делаешь! Ты напугала детей!»
Тан Тан пришла в себя. Некоторое время она продолжала молчать, а затем внезапно развернулась и побежала в больницу.
Цзи Юэ не успела ничего сказать. Она подхватила двух детей и побежала за ней вдогонку. Наконец она увидела, как Тан Тан стоит в приёмном покое и смотрит на закрытую дверь неподалёку.
Цзи Юэ шагнула вперёд и попыталась её успокоить: «Не волнуйся, может быть, ты ошиблась. Всё произошло слишком быстро, скорее всего ты ошиблась. Он мог просто выглядеть как Цзи Ян. Кроме того, Цзи Ян сейчас выполняет задание где-то очень далеко».
Однако иногда небеса не дают людям шанс жить спокойно. Как только Цзи Юэ произнесла свои слова, вдруг позади неё послышались торопливые шаги. Затем мимо них промчалась группа мужчин в военной форме, и ещё несколько человек столпились вокруг. Они замерли у дверей операционной.
Один из солдат забрызганный кровью сжал кулаки и ударил ими по стене, болезненно и горестно воскликнув: «Чёрт!!!»
Остальные были ненамного лучше него и с тревогой смотрели на дверь операционной.
Тан Тан внезапно перевела взгляд с Цзи Юэ, поджала губы и шаг за шагом направилась к группе мужчин в оливково-зелёной форме. Она протянула руку и схватила мужчину за одежду.
«Дун Ли?»
Дун Ли беспокоился, но его внезапно потянули за одежду. Он машинально отдёрнул руку, но безуспешно. Он в гневе обернулся и собирался крикнуть человеку позади себя, чтобы тот убирался. Но когда он увидел, кто стоит у него за спиной, его глаза внезапно расширились, а лицо было наполнено удивлением.
«Невестка?!»
«Дун Ли, что случилось с Цзи Яном? Там Цзи Ян?» – Тан Тан схватила Дун Ли за руку, словно пытаясь удержаться на ногах.
Глаза Дун Ли покраснели, и он был похож на беспомощного ребёнка.
«Невестка, я… я…»
Дун Ли не мог ничего сказать. Он не мог сказать ей, что Цзи Ян получил пулю в сердце. Врачи сделали медицинское заключение о том, что Цзи Ян сейчас находится в критическом состоянии, как он мог сказать ей это?
Дун Ли с болью в голосе застонал, и высокий здоровяк впервые разрыдался как ребенок.
Тан Тан всё поняла. Её сердце застыло, а кровь заледенела в жилах, казалось, оно вовсе перестало биться.
С Цзи Яном, её мужем, действительно произошёл несчастный случай!
Цзи Юэ тоже поняла, что Тан Тан не ошиблась. Это действительно был Цзи Ян. Она больше не могла вести себя наивно. Она не сдержалась и сообщила об этом Гу Чжан Аню и Чжо Цзи.
Сразу после телефонного звонка она увидела, как Тан Тан смотрит на лампочку с красным светом над дверью в операционной. Она уже еле сдерживала слёзы. Цзи Сяо Чжо, понимая, что случилось, дрожал и плакал, зовя своего отца.
Цзи Юэ почувствовала горечь во рту и вдруг поняла, что не может спокойно смотреть на эту сцену. Она сжала губы и отвернулась, внезапно пожалев о том, что привела сюда сегодня мать и сына. Если бы они не пришли в эту больницу, то ничего бы не увидели и не стали бы свидетелями такой душераздирающей сцены.
Неужели это судьба?
Всё произошло слишком хаотично, и этой ночи суждено было стать беспокойной. Со временем у дверей операционной собиралось всё больше людей, но при этом атмосфера становилась всё тише и тише, сопровождаясь удушающей тяжестью.
И только когда раздались торопливые шаги, удушье начало спадать.
Старик с седыми волосами, но величественным видом, появился перед операционной. Он разжал ладонь человека, пытающегося ему помочь. Старик застыл перед дверью в операционную, опираясь на трость. Его взгляд был устремлён на красный свет, а выражение на лице ничего не выражало. Он сохранял спокойствие, и был похож на непоколебимую скалу. Если присмотреться, то можно было заметить, как дрожала рука старика под его рукавом.
«Папа, не волнуйся, с Цзи Яном всё будет в порядке», – Цзи Вэй Фэн уговаривал старика, и на его лице читалось беспокойство.
«Да, папа, у тебя больное сердце, ты не должен волноваться. С Цзи Яном точно всё будет в порядке, нам остается просто сидеть и ждать», – Линь Бяо снова попыталась поддержать старика за руку, но тот безжалостно оттолкнул её.
Увидев это, они беспомощно переглянулись.
Цзи Юэ вытерла слёзы, подошла и обратилась к старику: «Дедушка Цзи».
Дедушка моргнул и повернул голову, чтобы посмотреть на Цзи Юэ. Он кивнул, а затем перевёл взгляд на малыша, который неподвижно стоял неподалеку, и на бесстрастном лице старика наконец появилась улыбка. Он шаг за шагом с помощью трости подошёл к Цзи Сяо Чжо, опустился на колени, обнял малыша и похлопал его по спинке: «Сяо Чжо, не бойся, прадедушка рядом. Я не позволю, чтобы с твоим отцом что-нибудь случилось. С ним всё будет хорошо».
Старик утешал ребенка, но казалось, он и сам чувствовал потребность в утешении: «Он мой внук, внук Цзи Ан Шаня. С ним ничего не произойдет. Как такие незначительные ветерок и волны могут повлиять на него? Он всё преодолеет!» Цзи Ян – его самый дорогой внук. Он – его величайшая в жизни гордость, он не потерпит такого поражения, нет!
Цзи Сяо Чжо с ужасно опухшими глазами молча смотрел на старика. Он не плакал, не устраивал сцен, и ничего не говорил, он лишь ещё раз перевел взгляд на дверь операционной.
В комнате снова повисла удушающая тишина, время шло, все присутствующие из состояния тревоги перешли в состояние смятения, из состояния смятения – в оцепенение, каждая минута и секунда казались мучительно долгими.
Когда первые лучи утреннего солнца проникли в больницу через окна и двери, оповещая о прошедшей ночи, наконец дверь операционной медленно открылась, и измученные врачи вышли наружу, мгновенно разорвав оковы времени. Все присутствующие тоже пришли в движение, подкрадываясь к ним: «Доктор, как он? Есть какие-нибудь новости?»
* * *
Главный хирург снял маску. Несмотря на усталость, он слегка улыбнулся: «Пулю извлекли без проблем. Пациент на данный момент вне опасности. Сейчас его перевели в отделение интенсивной терапии и будут наблюдать за ним в течение нескольких дней. Ничего страшного, пациент должен проснуться в течении этих нескольких дней»
То есть жизнь Цзи Яна находилась вне опасности.
Услышав это, несомненно, все присутствующие обрадовались. Горечь в их сердцах, наконец-то успокоилась, и все вздохнули с облегчением. Они бросились благодарить врачей.
Хирурги и медсестры улыбнулись, отмахиваясь руками. Они спасли жизнь солдату, защищавшему их страну, и были очень счастливы.
«Отлично! Я же говорил, что с боссом всё будет в порядке, ха-ха».
«Наш босс – живой король Ада, и смерть, находясь в его подчинении, не смогла бы с ним справиться».
«Амитабха, такой атеист, как я, не зря молился всем богам! Они меня не подвели».
Толпа дала волю переполнявшим их чувствам, и атмосфера стала не такой гнетущей, как раньше. Пока он оставался жив, была надежда.
Врачи сегодня спасли не только жизнь Цзи Яну, но и сердце Тан Тан. Она расслабила губы, которые бессознательно кусала всю ночь, и подбежала к стеклу, за которым находилась палата интенсивной терапии. Тан Тан посмотрела на Цзи Яна, окруженного медицинским оборудованием, хотя она не могла хорошо разглядеть его, но от одного взгляда на него у неё на душе становилось спокойнее.
Цзи Сяо Чжо и Вэнь Но последовали за ней, и оба ребенка тоже застыли у стекла и уставились на человека внутри.
Цзи Сяо Чжо положил руку на стекло и прошептал: «Папа, папочка, папочка»
Дедушка увидел эту сцену, и его рука, которая дрожала всю ночь, наконец перестала трястись, а напряжённая спина расслабилась. Не удержавшись на ногах, он отступил на два шага назад и прислонился к стене.
«Папа!»
«Папа!»
Цзи Вэй Фэн и Линь Бяо тоже воскликнули и с тревогой помогли ему присесть: «Папа, давай вернёмся и отдохнём. Ты уже не молод, и не должен смущаться. Операция Цзи Яна прошла без происшествий. Тебе нужно отдохнуть. Позже ты можешь прийти и навестить его ещё раз».
«Да, папа, в любом случае, в отделение интенсивной терапии нельзя заходить посетителям. Когда Цзи Яна переведут в общую палату, ты сможешь с ним встретиться».
Они оба заботились о здоровье старика, но дедушка Цзи оттолкнул их, не принимая их помощь: «Я в порядке, мне не нужно, чтобы вы так сильно переживали обо мне. Вижу вам всё равно, что будет с Цзи Яном!»
Цзи Вэй Фэн нахмурился и сказал: «Папа, что ты такое говоришь, я тоже переживаю за Цзи Яна. Он мой сын. Я не могу не переживать за него. Линь Бяо тоже искренне переживает за него. Она услышала о его состоянии и примчалась сюда».
«Ладно, не рассказывайте мне фальшивые выдумки. Вы и сами знаете, что у вас на сердце!» – заявил дедушка Цзи, даже не глядя на них. Он позвал своего охранника, чтобы тот помог ему уйти. Его тело не выдерживало напряжения, и он не мог больше здесь оставаться.
Линь Бяо чувствовала себя смущённой и растерянной, будучи отчитанной перед лицом стольких людей. Сколько бы лет она ни старалась угодить отцу, он всё равно её не любил. Несмотря на то, что Цзи Ян разорвал отношения со стариком, по всей видимости, тот по-прежнему признавал только Цзи Яна. В сердце этого старика его внук Ши Юэ, наверное, не сравнится даже с волоском на голове Цзи Яна.
Цзи Вэй Фэн не мог не заметить обиды Линь Бяо и успокаивающе похлопал её по руке: «Папа не в духе, не обращай на него внимания».
«Не буду», – Линь Бяо покачала головой и натянуто улыбнулась. – «Что нам теперь делать?»
Цзи Вэй Фэн посмотрел на собравшихся и сказал: «Мы тоже пойдём домой отдыхать. Ты не хорошо выглядишь после бессонной ночи. Здесь так много людей, мы ничем не сможем помочь».
Линь Бяо задумалась и кивнула: «Хорошо, подождём, пока он очнётся, и снова вернёмся, чтобы увидеть его».
Глядя вслед уходящим людям, Цзи Юэ недовольно хмыкнула и прошептала: «Если бы там лежал Цзи Ши Юэ, то, скорее всего, они не захотели бы уходить».
Гу Чжан Ань неодобрительно покачал головой: «Не говори так. У Цзи Яна есть мы».
Цзи Юэ сжала губы и кивнула.
Глава 62
В отделение интенсивной терапии пускали только членов семьи, и то ненадолго. В остальное время никто не мог навестить больного, но даже в этом случае Тан Тан не хотела уходить и ждала новостей снаружи. Она охраняла Цзи Яна, боясь, что король Ада отнимет его у неё.
Цзи Сяо Чжо был таким же упрямым, как и его мать. Кто бы его ни уговаривал, этот малыш отказывался уходить и, казалось, он не замечал усталости. Он готов был оставаться там с утра до ночи и ухаживать за своими мамой и папой, который оставался без сознания. Вэнь Но тоже не отходила от них, крепко держа за руку Цзи Сяо Чжо и Тан Тан, наблюдая за человеком внутри, которого называла дядей, но в своём сердце считала своим отцом.
Эта сцена вызывала у людей чувство тревоги и печали.
К счастью, небеса оправдали ожидания матери и детей. Три дня спустя, как и сказал врач, Цзи Ян очнулся. И в тот момент, когда Цзи Ян открыл глаза, он что-то почувствовал и первым делом повернул голову и посмотрел через стекло. Он сразу увидел трёх человек, смотрящих на него с облегчением. Спустя долгое время он слегка улыбнулся.
Цзи Сяо Чжо тут же раскрыл глаза, ударил по стеклу и крикнул: «Папочка! Папочка! Ты очнулся!»
Вэнь Но тоже взволнованно вздрогнула и не смогла удержаться, чтобы не последовать примеру Цзи Сяо Чжо и не прошептать одними губами: «Папочка!»
Тан Тан сжала губы, и на глаза у неё навернулись слёзы, но она улыбалась.
Отлично, Цзи Ян очнулся.
Цзи Ян полностью ускользнул от лап смерти, и теперь они могли вздохнуть с облегчением.
Старик, сидевший на скамейке неподалёку, сжал трость в руке и закрыл глаза. Он опустил голову, чтобы никто не заметил, как по его щекам текут слёзы.
Он же говорил, что его, Цзи Ан Шаня, внук не может так легко потерпеть поражение.
Охранник, который служил ему уже более десяти лет, чутко уловил волнение старика. Он знал, что этот на первый взгляд холодный и серьёзный старик на самом деле был без ума от своего внука, но он был слишком горд, чтобы показать это. Поэтому старик мог просто сидеть здесь и ждать, но никто не мог и представить, как сильно он хотел подойти и посмотреть на своего внука.
Охранник осторожно спросил: «Господин, вы хотите подняться и взглянуть на него? Вы тоже можете поздороваться с Цзи Яном, подойдя поближе».
Дедушка Цзи фыркнул и сказал: «Когда выздоровеет, можно и поздороваться, а пока лучше не стоит ссориться».
Охранник скривил губы. Цзи Ян очнулся, но старик отказывался встретиться с ним лицом к лицу, хотя приходил в больницу каждый день с самого рассвета. Он отказывался от дневного сна и ходил в кабинет врача сотни раз на день. Он даже похудел на несколько килограммов всего за несколько дней.
Он считал, что лучше сам умрет, чем будет жить и страдать от потери близкого человека.
Но охранник не осмелился сказать это. Он боялся навлечь на себя гнев старика. Не стоит смотреть на его возраст, он всё ещё был очень сильным мужчиной с военной закалкой. Способности генерала-основателя – это не шутки.
Охранник продолжил спрашивать: «Господин, не хотите ли подготовиться и разместить Цзи Яна в лучшей палате? Кажется, в больнице напряженная обстановка. Цзи Ян, скорее всего, будет размещен в многоместной палате с другими людьми. Разве это не повлияет на его реабилитацию?»
Старик услышал эти слова и сжал губы. Он хотел кивнуть, но не смог. Он лишь спокойно сказал: «Какие ещё приготовления! Другие люди не получают особое отношение, тогда почему он должен его получать? В нашей семье Цзи так не принято! Кроме того, он не признаёт семью Цзи, и откажется от всех её привилегий! Как сделать так, чтобы он принял лучшие условия для выздоровления в больнице? Этот вспыльчивый парень не оценит доброго жеста».
Охранник не мог ничего возразить, но если он просто уйдет вместе со вспыльчивым стариком, то не известно, кому от этого будет хуже.
Физическая подготовка Цзи Яна была очень хорошей, и выносливость организма – на удивление высокой. Всего после нескольких дней наблюдения в отделении интенсивной терапии врач перевел его в общую палату. В госпитале ему выделили двухместную палату, и другой пациент тоже был солдатом. У него была прострелена левая нога. Он тоже был переведен из отделения интенсивной терапии.
Чжо Цзи намеревался найти кого-нибудь, кто мог бы организовать Цзи Яну одноместную палату, но Цзи Ян отказался. Двуместная палата тоже считалась хорошей. Не стоило увеличивать нагрузку на больничных работников ради небольшого комфорта. Люди без какой-либо власти или влияния борются за любое свободное место в палате, чтобы спасти свои жизни. Люди, обладающие такой властью и влиянием, как они, не должны просить слишком многого.
Тан Тан считала мнение Цзи Яна вполне нормальным. Она полностью поддерживала его решение. Когда остальные ушли, она подкралась к нему и тихо прошептала ему на ухо: «Муженек, я буду хорошо о тебе заботиться и не дам тебе долго болеть. Одноместная палата, или нет, какая разница?! Со мной тебе везде будет удобно!»
Цзи Ян улыбнулся, и его боль слегка утихла.
У его милой жены действительно доброе сердце. Когда она рядом, даже если ему придется спать у дороги, он не почувствует дискомфорт, потому что она слишком сильно балует его.
Однако почему же за столь короткое время, что его не было дома, и мать, и дети так сильно похудели? Всегда пухлые щёки Цзи Сяо Чжо сильно уменьшились. Маленькое личико Но Но стало ещё меньше, а цвет лица ещё бледнее. Самая серьёзная проблема была с Тан Тан, румяные щечки, которое она с таким трудом наращивала, исчезли.
Радостное настроение Цзи Яна сменилось тревогой: «Что-то случилось дома? Почему ты такая худая?» Судя по характеру Тан Тан, она не позволила бы довести себя и детей до такого состояния.
Тан Тан посмотрела на двух детей, которые устало и сонно лежали на кровати. Малыши были очень худыми. За это время они сильно исхудали, к тому же Но Но была больна. Эти пару дней они провели вместе, приглядывая за Цзи Яном. Цзи Сяо Чжо раньше не был худым, но за эти несколько дней, пока он охранял отца, плохо ел и спал, он сильно похудел.
Что касается самой Тан Тан, то она коснулась своего лица и посмотрела на свою руку. Тогда она поняла, что на самом деле стала намного худее, чем раньше. Вес, который она пыталась набрать, почти исчез. Но у неё не было другого выхода. Сначала заболела Но Но, а потом Цзи Ян получил травму. Она совсем не ела и очень переживала.
Тан Тан села рядом с Цзи Яном и начала вытирать его лицо полотенцем, рассказывая ему, что случилось с Но Но. Но она не стала упоминать о том, что мать и дочь семьи Лю угрожали ей, и о том, что жена командира полка рассказала ей о предстоящем повышении. Цзи Ян тоже должен был знать об этом, но Тан Тан боялась, что, узнав об этом, Цзи Ян разозлится и это скажется на его выздоровлении.
Выслушав рассказ Тан Тан, Цзи Ян помрачнел. Он протянул руку и коснулся маленького личика Но Но, лежащего рядом с его рукой, а затем коснулся её левого уха и спросил: «Что сказал врач?»
«Врач сказал, что нерв в левом ухе полностью повреждён. Вылечить его будет трудно. Но если она будет проходить иглоукалывание два раза в месяц, слух немного восстановится. Через некоторое время можно будет установить ей слуховой аппарат. Врач сказал, что слуховой аппарат поможет Но Но слышать людей.
Цзи Ян поджал губы, и давление вокруг него немного ослабло.
«Не злись, это вредно для здоровья», – Тан Тан поспешно схватила его за руку и легонько погладила. – «Рана всё ещё болит. Главное сейчас – полностью восстановиться. Не беспокойся о других вещах. Я сделаю всё, чтобы ты поправился. Жена командира полка подала жалобу, и комиссар из бюро общественной безопасности уже сообщил, что по делу Но Но уже проводится расследование. Они обязательно добьются справедливости для малышки».
Цзи Ян посмотрел в невинные глаза Тан Тан и не захотел рассказывать ей о сложностях этого дела. Это событие, скорее всего, будет рассматриваться как рутинная работа. В конце концов, в том, что мать ударила ребенка, нет военно-политической ошибки. В лучшем случае это дело будет расценено как семейная проблема. Скорее всего семья Лю не сможет извлечь урок из этой ситуации.
Если всё закончится вот так, расстроятся ли Тан Тан и дети?
Цзи Ян погрузился в свои размышления.
В этот момент другой раненый солдат из той же палаты, которого недавно увозили на обследование, вернулся и, увидев нового соседа, нерешительно произнёс: «Цзи Ян?»
Размышления Цзи Яна были прерваны, и он посмотрел на человека, позвавшего его по имени. Он сразу узнал этого человека: «Сунь И?»
«Это действительно Цзи Ян. Как ты здесь оказался?» – Сунь И быстро подкатил инвалидное кресло и посмотрел на грудь Цзи Яна, обмотанную бинтами. Он судорожно вдохнул. – «Пуля в грудь?»
На лице Цзи Яна появилась горькая улыбка, и он кивнул.
Сунь И фыркнул, но, помня о том, что они оба солдаты, решил не поднимать шум из-за этих ранений. Он и сам уже не тот, что прежде, на этот раз он чуть не лишился ноги, и его военная карьера чуть не закончилась.
На военной службе неизбежны ранения.
Цзи Ян взглянул на забинтованную правую ногу Сунь И и всё понял, ему не нужно было ничего объяснять. Он представил Тан Тан Сунь И: «Это моя жена Тан Тан».
Сунь И посмотрел на Тан Тан, и в его глазах мелькнуло лёгкое удивление. Через мгновение он улыбнулся и поздоровался с ней: «Привет, сестрица, мы с Цзи Яном были товарищами во время обучения новобранцев. Мы многое пережили тогда вместе и у нас были хорошие отношения, но наши пути разошлись, и мы не виделись уже много лет».
«Старший брат Сунь, здравствуй». Тан Тан тоже подумала, что это невероятное совпадение, что два товарища, которые не встречались уже много лет, теперь лежат в одной палате. Похоже, теперь они могут придаться воспоминаниям друг с другом, и во время госпитализации им не будет скучно.
Подумав об этом, Тан Тан сказала: «Муженек, ты сначала поговори со старшим братом Сунь, а я пойду приготовлю что-нибудь и принесу сюда. Если что-то понадобится, просто позвони мне».
Тан Тан уже ела больничную еду. На самом деле она была невкусной и непитательной. Она могла бы без проблем съесть её сама, но не могла позволить есть её Цзи Яну и детям. Позже она сняла жильё рядом с больницей. Там дети могли спокойно спать и отдыхать, а она могла готовить трёхразовое питание для них и Цзи Яна.
«Ладно, возвращайся не спеша, не волнуйся», – Цзи Ян посмотрел на двух детей, которые лежали рядом с ними. – «Пусть дети спят здесь, я присмотрю за ними. Давай подождем, пока не наступит время обедать, и тогда разбудим их».
Тан Тан кивнула, она попрощалась с Сунь И и ушла.
После ухода Тан Тан Сунь И посмотрел на двух детей, которые спали вместе с Цзи Яном, и не смог сдержать восхищения: «У тебя сын и дочь. Ты такой молодец».
Цзи Ян улыбнулся и указал на детей: «Нет, этот пухлый малыш – мой сын, а девочка – ребёнок семьи моего боевого товарища, и они хорошо ладят».
«О», – сказал Сунь И, а затем добавил. – «Но твоя семья всё равно благословлена хорошим мальчиком. Он не проиграет тебе, когда вырастет».
«Возможно, ведь он очень похож на нас с женой», – самовлюблённо сказал Цзи Ян и погладил личико Цзи Сяо Чжо. Он втайне хотел, чтобы этот парень сейчас проснулся, и позволил ему гордиться им ещё больше.
«Ты бесстыдник!» – Сунь И улыбнулся, но был вынужден признать, что в словах Цзи Яна не было ничего плохого.
Сунь И не мог не посмотреть на Цзи Яна. Хотя он выглядел изможденно, но его лицо по-прежнему не могло скрыть своей привлекательности. Сунь И прикоснулся к своему лицу, и его вдруг осенило, он лежал в постели, как одинокий волк: «Я удивляюсь, Цзи Ян, как так получилось, что ты всё такой же, как и в молодости? Почему я не такой же красивый, как ты? Мы же одного возраста, так почему моё лицо становится всё более и более уродливым? Это несправедливо».
Сунь И и Цзи Ян – были талантливыми учениками в военной академии. Однако Сунь И кое в чём уступал Цзи Яну – это внешность. Честно говоря, Сунь И не был уродлив, но рядом с Цзи Яном он выглядел страшненьким. Когда они оба были в лагере для новобранцев, девушки из отдела обслуживания, а также женщины-врачи и медсёстры в медпункте любили заглядываться на Цзи Яна, но игнорировали Сунь И, который был не так красив, как Цзи Ян. Он так злился, что ему хотелось подраться с Цзи Яном.
