Текст книги "Сиротка для ректора, или Магия мертвой воды (СИ)"

Автор книги: Яра Вереск

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 20 страниц)

– И с этим послом они не встречались… – подытожил Шандор. – это уже тогда был Тарбо?

– Нет, это был посол Гирэм. Адар прямо не называл его инквизитором, но думаю, именно так и считал. До поры они не пересекались, да. Адар порвал отношения с Кати, уехал в свой загородный дом… сначала. Мы с ним разговаривали по магворку, я пытался его пристыдить – дескать, бросил дела, любимую женщину. Что так поступать – все равно что прятаться под одеяло от шторма. А он на это ответил, что при нынешних обстоятельствах, и любимой женщине и даже мне, лучше от него держаться подальше. Потому что инквизиция Штайо не останавливается. Потом и вовсе перестал отвечать на мои вызовы. Где он был, что делал. Не знаю. Его долго не было. Кстати, когда он узнал, что Катрина вышла за ди Стева, сказал, что напьется, но сам еще не придумал, от радости или от горя. Через год… или больше. Гирэма отозвали. Адар вернулся, и вроде бы все стало налаживаться. Только у Кати ди Стева была уже дочь, а муж в ней души не чаял. Красивая пара! Но я-то видел, что у Адара душа не на месте. В молодости все кажется проще. Я надеялся его взбодрить, смеялся над ним, потом советовал поговорить с Катриной. Потом – что раз уж принял такое дурацкое решение, то нечего и жалеть. Он говорил, что ни секунды не жалеет. А все равно, думаю, жалел. У меня самого на тот момент как раз были сложные времена, и я не очень-то вникал в чужие душевные терзания: дети болели часто, государственные дела заставляли надолго уезжать. Были сложности во внутренних делах и с кабинетом министров. Я многое упустил. Сейчас жалею, конечно.

Он грустно улыбнулся.

– Вар Тарбо появился неожиданно для всех, его направили вместо другого человека, вдоль и поперек нами проверенного. Адар не успел сбежать, как в прошлый раз, и как мне показалось – избавился от прежних страхов. С Тарбо они даже разговаривали, вполне вежливо. Я тогда уверился, что причина его заморочек – психологическая. Что моральная травма, полученная в лесу в приграничье, до сих пор дает о себе знать… Вот, такая история. А получается, это он был прав. В день, когда с вами, Верона, случилась беда, Тарбо передал для Адара вызов от Совета Карита, с официальным разрешением на возвращение и правом на все гражданские привилегии, и я за него порадовался даже. Надеялся, правда, что он здесь останется. И только уже позже выяснилось, что он уже уехал, спешно и почти ничего с собой не прихватив. Потом – не отвечал на вызовы по магворку. Тарбо намекал, что его просто отозвали: миссия закончилась, агент понадобился в другом месте. И знаете, до этого часа я ведь был убежден, что так все и было…

Игнас говорил тихо и благожелательно, но я видела, что он зол. Наверное, его сейчас разбирала такая же бессильная злость, которая накрыла меня, когда пришли приставы с документами, выгонять меня из дому. Но я могла хоть кричать и ругаться, или просто плакать, спрятавшись в кустах сирени за сараем в саду. А император должен держать лицо. Прошло столько лет. Столько лет он считал друга – предателем и шпионом. А кто сейчас сможет рассказать, кем он был на самом деле?!

– А Тарбо? Тоже уехал? – Шандор легко и естественно взял меня за руку. Как же здорово, когда кто-то есть рядом!

– Нет, он проработал у нас еще год. Потом состав княжеского Совета в Карите поменялся, пришло время ему возвращаться на родину. Надо будет навести справки и узнать … как у него там дела . – по интонации стало сразу понятно, что император все выяснит. Непременно. И мне было совершенно не жалко бывшего посла. – Знаете, Верона. Вы принесли мне и очень плохую новость… и одновременно хорошую. Выходит, я не ошибался в Адаре. И он действительно был мне другом, как это пафосно бы ни звучало, а не шпионом на службе у Совета. В юности появляются друзья, которые остаются с тобой потом на всю жизнь. Мне жаль, что так вышло. Как только закончится бал, я прикажу просеять зимний сад по крупинкам… возможно, вы правы, и Адар так там и остался.

Глава 31
про Адара Кета

Где-то в бальном зале продолжала играть музыка. Мы не стали туда возвращаться. Настроение было совсем иным. Забраться с ногами вдвоем в одно кресло и смотреть на огонь в камине. И мыслями пробиться сквозь прозрачное, но уже изрядно поцарапанное и затертое стекло времени.

Мне оно именно так и представлялось – огромное, толстое, поцарапанное стекло.

Всем гостям бала, оказывается, во дворце выделили комнаты, если вдруг кто-то решит остаться допоздна и заночевать. Оказывается, здесь так часто бывает, а некоторые приезжают специально, чтобы погостить несколько дней. Конечно, комнаты были не в «музейной» части, но они вполне соответствовали статусу хозяев, и в нашей действительно был камин и тяжелые узорные гардины, и ковер на полу, мягкий и очень приятный наощупь.

Кресло, верней, небольшой диван, тоже был. Я в него забралась сразу, замоталась в плед. Все пыталась вспомнить лицо того человека, которого убили. Но помнились почему-то только его мертвые глаза и темная прядь через лоб.

Шандор сел рядом, обнял меня, и мы так сидели, вглядываясь в пламя камина. Долго-долго, до самой ночи.

– Утром сходим в галерею. Там есть портрет Адара Кета, – сказал Шандор.

– А мама все правильно поняла, – сделала я вывод. – И поэтому мы уехали. Она хотела меня спрятать. Отец еще какое-то время жил в столице. А я помню зиму. И мне дядя Ридал сделал домик на дереве. Я в этот домик практически переселилась. У меня был игрушечный лук три стрелы к нему. Знаешь, с мягким острием, такие. Чтоб никого случайно не убить. И горе тому, кто проходил мимо! Мне там, дома, было хорошо и спокойно. Наверное, правильно, что я все забыла. Но если Адар Кет и вправду мой отец. Я про него ничего не знаю. Говорят, у дайваров была какая-то особенная магия.

– Считается, что они были похитителями тел, – кивнул Шандор. – Эта магия до сих пор во многих странах под запретом. Сильный маг-дайвар мог за жизнь сменить несколько тел и существовать ну, столетия. Да у нас в старых законах тоже прописано, что за похищение чужого тела грозит тюрьма и полное отсечение от источника живой воды. А вот у дайваров все было наоборот. Их правители были такими. Забирали тела подданных и так жили из века в век. А может, легенда.

– Вар Тарбо сказал, что я проклятая кровь, когда увидел ящерку. И он совсем тогда не удивился, а смог заставить меня вернуться опять в свое тело. Шандор… я… получается. Может оказаться, что я – похитительница тел? Понятно, почему их ненавидели. Это страшно.

– Ящерка, это скорей всего, только часть правды. Я на самом деле про дайваров тоже не слишком много знаю. Все казалось – это что-то из древних времен. Хочешь, завтра вместе сходим в королевскую библиотеку и почитаем про них?

– Давай сходим. Только. Я не хочу, чтобы кто-то узнал. Не хочу, чтобы меня боялись.

– Еще чего не хватало. Я-щер-ка! Ты конечно иногда бываешь просто страшно… очень страшно красивой и крышесносной… но это вовсе не значит, что тебя надо бояться. Иди-ка сюда.

В объятиях любимого человека я как в домике. Меня нельзя оттуда достать…

***

На портрете Адар Кет выглядел совсем молодым человеком, может быть, моего возраста или немного старше. Но это был он. Грустные глаза, легкая улыбка, темные волосы до плеч. Тот самый молчаливый дяденька с конфетами. И может из-за того, что я все время об этом думала, мне показалось, что мы с ним похожи.

– Похож… – шепнула я. – Шандор, значит, правда…

– Да. Я тоже вижу сходство. Ты расстроена?

– Я предпочла бы найти его живым, взять вот так за ворот и тихонько встряхнуть. И спросить, какого беса он нас бросил?! Ведь не сбеги он тогда, и может, мама бы не вышла за графа ди Стева. Может, они бы уехали вместе куда-нибудь. И сейчас оба были бы живы.

– Или оба бы погибли. А знаешь, чего еще точно бы не случилось? Ящерка, мы бы с тобой не встретились. А еще, я хочу тебе сказать, что придумал, кого расспросить о тех временах. Катрина была женщиной общительной, приятельствовала с многими знатными дамами. А примерно в те времена здесь во дворце устраивала свою личную жизнь одна моя родственница. Ее зовут графиня Эльвира ди Морна, она мне приходится тетушкой. И я практически уверен, что эта великолепная сплетница сможет многое припомнить. Нам нужен шоколадный торт!

Эльвира ди Морна действительно оказалась великолепной. А еще оказалось, что если ты герцог то, например, добыть прекрасный и свежайший шоколадный торт – это дело примерно двух часов. Его изготовят прямо во дворце, по твоему описанию и с учетом всех предложений и замечаний.

Эльвире было, наверное, за семьдесят, у нее было круглое улыбчивое лицо, цепкий взгляд и волна тщательно уложенных волос естественной седины. Эльвира, по всему видно, любила небрежную роскошь и котиков. Котики украшали подушки на ее кровати – наверное специально с собой привезла. Даже ее домашние тапочки напоминали котячьи мордочки с ушками. При виде тортика она расцвела и пожурила племянника:

– Шандор, ты же знаешь, мне нельзя сладкое, это невероятно вредно! Но при этом – невероятно вкусно! Пожалуй, искушение слишком велико! Пожалуй, я это съем! Входите, молодежь! Рада, что вы решили скрасить мое уединение. Кстати. Могу предложить вам продегустировать этот прекрасный шедевр кулинарного искусства. У меня есть очень неплохой Горпский чай. М? Свежий, этого года! Ну же!

Конечно, мы не стали отказываться.

Среди котиков и сиреневых драпировок оказалось удивительно уютно. Впрочем, причиной тому была сама хозяйка, которая, как и предупреждал Дакар, очень любила поговорить, обладала цепким умом и очень хорошей памятью.

– Адар Кет… Я его, безусловно помню, но кому надо сейчас ворошить столь давнее прошлое? – удивилась она. – Он прожил здесь, во дворце, не буду врать, лет десять. Я больше скажу, он сделал предложение первой красавице империи, прекрасной Катрине Даворра, и у нас все были уверены, что никуда он не денется уже, а обязательно женится. Хотя во всем, что касается прошлого он был очень скрытный молодой человек. Удивительно, что вы о нем вспомнили. Игнас на него страшно тогда обиделся. Когда он сбежал, все бросив, в одночасье. Тайная служба императора, как шептались у нас тут, прошла по его следу, но смогли только выяснить, что он спешно покинул столицу. Да и то, свидетелей было мало и их трудно считать надежными.

Шандор кивнул. Расстраивать старушку правдой мы не торопились.

– А Катрина? – решилась спросить я.

– Кати… тут ведь какая история. Сбегал Адар два раза. И в первый раз это случилось, когда уже начали говорить, что их свадьба – дело решенное. Такие они счастливые были тогда. Как вы сейчас… за руки держались. Кет был постарше. Такой… роковой красавчик. Волосы черные, брови густые, как взглянет – как обожжет. Вот Кати и обожглась. Адар уехал… далеко куда-то уехал. Никому не сказал, куда. Может, Игнас только знал, они тогда дружили. Но в те времена между молодым нашим императором и его советником не было секретов, во всяком случае, со стороны казалось именно так. Но Адар сбежал, а Катрине оставил письмо. Дескать, прости, ничего у нас не сложится, ты хорошая, но сердцу не прикажешь, найди себе кого-то другого. Все в таком духе. И не было его… долго не было. А Кати не зря считалась первой красавицей. Слезы утерла, надела самое красивое платье… и в бой. Уже через месяц заговорили об ее свадьбе с графом ди Стева. Граф был, может, не так хорош собой, но у него была чистейшая репутация, графство приносило неплохой доход, и источник у него был сильный. Ди Стева для Кати оказался идеальным мужем. Заботливый, внимательный. Хороший человек…

Тут уж кивать пришлось мне. Ведь и вправду, жилось нам весело с братом. Вся усадьба была в нашем распоряжении, мы бегали и на реку, и со слугами гуляли в лес. Граф не слишком лез в нашу жизнь, но ничем ее не ограничивал. Дарил подарки, устраивал праздники. И маму очень любил, хоть и побаивался. Если говорить о хозяйстве и ведении дел, то безусловно в семье главной была она…

– Адар вернулся, когда их с графом дочке было… ну около года, уж точно. Такой был… словно на войне побывал. Даже прядка седая появилась. У Игнаса самого уже тогда близнецы росли, он старался все время, что не отнимали государственные дела, проводить с семьей. Но все-таки пытался его растормошить, как-то взбодрить что ли. Устроил даже праздник в его честь. А я смотрела на него и знаешь, жалко мне было парня! Хотя я и зла на него была очень сильно. Не могу сказать, что мы с Катриной были такими уж подругами, но существует женская солидарность! Да за такое письмо, напиши его мой граф ди Морна, светлая ему память, я бы его убила своими руками! Взяла бы у кухарки сковородку, и убила бы!

Я невольно улыбнулась представив себе кругленькую графиню со сковородкой, бегающей по парадному императорскому залу за столь же импозантным и седовласым супругом. Нет, определенно – графиня женщина очаровательная…

А утром во дворец прибыла семья герцога Амида ди Риста. Во главе с самим герцогом. И это полностью выбило из головы все мысли кроме одной – а вдруг я не понравлюсь! А вдруг…

Шандор надо мной посмеивался, ему мои метания казались забавными. Ах, второй день праздника, а платье у меня одно… как, уже привезли синее бархатное? Но к нему нужны серьги! И колье! И туфли…

Еще вчера мы были уверены, что на ночь будем возвращаться в городскую квартиру Шандора, там переодеваться и возвращаться во дворец: праздник открытия сезона – это целых три праздничных вечера. Но из-за вчерашних открытий, пришлось пересмотреть планы.

И вот я у зеркала пытаюсь разгладить магией невидимые складочки на ткани, а Шандор, полностью готовый к встрече с родными, сидит на кровати и легкомысленно дает «полезные советы»:

– Ящерка, не вздумай закалывать волосы! Нельзя прятать красоту!

Я улыбаюсь, и все же приподнимаю прическу: мы на императорском балу, а не на вечеринке в академии. Косы у меня не было всего два года, а до этого почти всю жизнь я занималась своими прическами сама. И далеко не всегда это была именно коса.

Наконец образ был завершен… и Шандор, хихикнув, сообщил:

– Прекрасно выглядишь, но в таком платье трудно играть в снежки и кататься с горки! А именно это, судя по программе сегодняшнего вечера, нам и предстоит!..

И я пожалела, что в нашей комнате совершенно нет снега. А то вот прямо сейчас кому-то прилетело снежком прямо в лоб!

Все оказалось, впрочем, не так печально. Гулянье с фейерверком было назначено на вечер, а встреча с герцогом – вот прямо сейчас, до обеда. «Кстати, потом и пообедаем в нашей семейной гостиной, в кругу семьи!».

В этом месте я поняла, что Дакар надо мной подшучивает на самом деле потому что тоже немного волнуется… и у меня как отрезало. Волнение прошло: будь, что будет!

Оказалось, старые семьи имели во дворце не просто свою отдельную комнату, а большие апартаменты, иногда – в два этажа, чтобы можно было разместиться всему семейству и прислуге. И у Дакара в этих апартаментах есть своя гостиная и своя отдельная спальня, и даже балкон. А он остался со мной…

– Просто мне с тобой уютней, чем без тебя. И при этом я был убежден, что сразу ты в наших комнатах жить отказалась бы!

– А если бы нет?

– Ох, Ронка…

Так, обмениваясь несерьезными репликами, мы и отправились знакомиться с герцогом, его супругой, а также братьями Шандора, их женами и детьми…

Первым мне под ноги выкатился встрепанный мальчишка лет семи.

Мы только-только поднялись по лестнице и Шандор только-только обозначил наше присутствие звонком в колокольчик.

Дверь распахнулась, мальчишка выкатился, в буквальном смысле, кубарем. Вскочил и задорно крикнул:

– Видал, как я умею?! Ой! Дядя Шандор! Ма-ам! Дядя Шандор приехал! А ты говорила, что ему с нами не интересно!

Шандор закатил глаза, провожая мальчишку взглядом, а я подумала, что возможно, знакомство с семейным кругом моего будущего мужа будет не таким волнительным. Там, где есть детская непосредственность, всякие шероховатости в знании этикета и правил будут не так заметны.

Тут же оказалось, что детская непосредственность тут не одна: на детский крик в светлую и просторную прихожую выскочили еще двое мальчишек чуть постарше первого и несколько более причесанные.

– Господа, – обратился к ним Шандор, приподняв одну бровь. – Где ваши манеры? Вы будущие офицеры форта всадников, кажется…

Два будущих офицера стушевались, встали прямо, и синхронно мне поклонились.

– Верона, позволь представить моих племянников. Эжен и Эсмин ди Ольма, дети моего старшего брата, Имара ди Ольмы. Тот юноша, который нас встретил первым, кстати, сын моего среднего брата Эствана ди Торма. Его зовут Брен. Эсмин, будь добр передать деду, что у нас в гостях сегодня графиня Верона ди Стева. Надеюсь, вы не забыли…

Мальчишки снова синхронно махнули темными челками и умчались.

Шандор пояснил:

– Всего здесь семеро детей сейчас. Еще две девочки – мои племянницы, дети Эствана. И мальчик Имара, но он совсем еще кроха, только научился ходить. И мой младший брат, ему тринадцать. Не знаю, выйдет ли он к столу –ершистый мальчишка. Запоминать всех сразу не обязательно, потом познакомитесь поближе. Но вот примерно так в нашей семье всегда. Иногда мне кажется, что именно поэтому я в форт и сбежал когда-то. Там – тише!

Герцогиню я признала сразу – матушка Шандора была очень на него похожа – особенно глаза. С герцогом тоже было сложно ошибиться: он стоял рядом с супругой, высокий, статный, и такой… представительный, как дипломат. Братья и их супруги тоже были здесь, а дети мгновенно оказались рядом, как только двери за нами закрылись.

В комнате было много цветов, а стены были обиты нежно-зеленым и бежевым крепом. Строго и красиво.

Движением, выверенным еще дома, я слегка присела в приветственном поклоне. Шандор уже приготовился снова меня всем представить. Но тут в залу вбежал самый маленький из детей и сердито сказал:

– Я хочу толт! Все узе плисли зе! Посли кусать толт!

Судя по тому, как дернулся один из братьев Шандора, можно предположить, что это именно Имар, а малыш – его сын.

Из-за шторы выскочила няня, подхватила малыша и хотела унести, но это оказалось стратегической ошибкой. Мальчик решил, что его лишают сладкого. Мальчик сначала хныкнул, а потом вдруг громко и безутешно закричал, как мне показалось, на весь этаж!

Его мама, имени которой я пока не знала, всплеснула руками и помчалась спасать ситуацию. Эжен вытащил из кармана погремушку и побежал следом, но запнулся за стул и полетел носом вперед. Погремушка из его руки вырвалась и полетела дальше, а сам мальчишка повис в воздухе, ловко пойманный Шандором. Девочки, оценившие и полет, и отлов, засмеялись, а Эсмин на коленях полез под столик, искать утерянную погремушку.

Весь начавшийся гвалт вдруг перекрыло основательное покашливание герцога ди Риста. Стало немного тише.

– Думаю, самое время сказать, что мы очень рады вас, наконец, увидеть, графиня!

– Я тоже очень рада, милорд герцог! – улыбнулась я.

– В таком случае! Леана!

Снова появилась няня.

– Леана, будьте так добры, отведите детей к сладкому столу. За старшего Эсмин! Проследи, чтобы всем досталось поровну. И как бы Юстан ни выпрашивал добавки – не больше одного куска торта. Все понятно?! Марш в детскую гостиную!

Два раза говорить не пришлось. В общей гостиной герцога ди Риста на несколько мгновений снова стало тихо.

– Прекрасно! – сказал он. – Графиня, надеюсь, ребята не испортили вам впечатление о нашей первой встрече…

– Они замечательные! – честно ответила я.

– Но иногда очень шумные, – ответила жена Имара. – Меня зовут Шарлотта, будем знакомы!

– Верона…

– А я Мелисса, – представилась супруга Эствана. – Сразу всех нас трудно запомнить, так что если перепутаете, мы не обидимся…

– …но запомним! – подхватила Шарлотта.

Герцогиню все-таки представил нам сам Амид ди Рист:

– Дарна ди Рист, урожденная ди Морна, моя супруга и матушка Шандора. Верона, нам всем очень приятно вас видеть! Но приглашаю все-таки переместиться к обеденному столу. Потому что, к сожалению, тортик не вечен…

Глава 32
Похищение

Праздник в этот день перенесся на улицу. Для гостей в парке возле дворца бала приготовили множество развлечений – от катания на лошадях до катаний с ледяных горок. Кстати, возможно, мне показалось, но как минимум одну из этих лошадок я точно видела в Сурраге. Умеют тамошние обитатели все-таки и рисковать, и зарабатывать!

Ряженые виночерпии подавали глинтвейн в специальных высоких бокалах, играла музыка, а в воздух над парком вскоре взметнулись фейерверки.

Вот где бы сейчас пригодились мои надежные теплые штаны, приобретенные осенью для полета на Тигре! И куртка пригодилась бы!

Но мы с Шандором легкомысленно забыли все это привезти.

Прочем, организаторы праздника ожидали чего-то такого, потому что дамам были предложены для катания удобные санки с высокими бортами и широким низом – захочешь, не перевернешься.

И мы катались! Потом пили вино, потом наблюдали за штурмом ледяной крепости.

Потом снова катались, но уже в компании Эжена и Эсмина.

Вот они-то меня и перевернули. Было не больно, а весело, как в детстве, дома. У нас недалеко от усадьбы есть ручеек, который потом впадает в Остошь. Сам ручеек маленький, летом вообще пересыхает. Зато у него высокие и пологие берега – самое то для детских развлечений.

Здесь правда искусственные склоны были более пологими и всюду стояли помощники, готовые и поднять, и отряхнуть, и проводить к следующему аттракциону…

Мы вдоволь насмеялись. Я полностью перестала стесняться герцога, после того, как понаблюдала, как он катает на плечах внуков, наплевав на мнение окружающих. Очевидно, герцог ди Рист в кругу семьи – это совсем не тот герцог ди Рист, который возглавляет Почтовое министерство и содержит несколько социальных фондов…

Шандор утащил меня на каток. Оказывается, каток здесь тоже залили. И это было здорово – со времен Северной Башни я не вставала на коньки, и была уверена, ничего не выйдет. Но оказалось, что такие вещи не забываются. Тело быстро вспомнило, как правильно двигаться, и вскоре мы уже кружили по гладкому льду среди других гостей. К слову, любителей коньков среди высшего общества оказалось немало, куда больше, чем я могла представить. Я даже заметила на льду графиню Эльвиру! На мое невысказанное удивление она звонко рассмеялась, и сказала, что в былые времена ее и вовсе никто не мог догнать…

Кружить под музыку рядом с Шандором Дакаром – это почти как лететь на грифоне. Сказка, которая не повторяется. И эта сказка, похоже, наконец настигла нас обоих.

Мы кружились, смеялись, падали. Снег казался теплым. А потом, подустав перебрались на скамеечку у края льда.

– Ронка, – улыбнулся Дакар, – Ну что, убедилась, что моя родня не страшная?!

– У тебя очень хорошие родственники. А нас всегда было четверо. Мама, папа, я и брат… а вас много. Это здорово!

– Вместе мы редко собираемся. Только когда важный повод…

– Например, Бал открытия сезона…

– Что? А, нет. На балы у нас только Имар с Шарлоттой иногда ездят. Нет-нет, сегодня у семьи другой повод собраться…

Я изумленно посмотрела на Шандора, начиная догадываться, какой. Он кивнул:

– Конечно, возможность побыстрей познакомиться с моей невестой. На самом деле мама, мне кажется, отчаялась найти мне хорошую жену.

– А она пыталась?

– Довольно долго. В последние годы, правда, не так настойчиво.

– Почему?

– Поняла, что там, где жена, там и внуки! А их у нее уже шестеро…

В этот момент музыкально блямкнуло где-то в пространстве рядом. Магворк… что же, рано или поздно, это могло случиться. Возможно, что-то в академии…

Магворк в форме некрупного кристалла оказался у Шандора в руке за секунду.

– Что? Фарат?! Что? Да бесы гнилые… говори…

Он отвел камень от лица и пояснил для меня:

– Похоже, Фарат снова утопил свой магворк. Одно бульканье. Но у них что-то случилось… не стал бы он вечером нас дергать, знает, что мы здесь!

– Поехали?

– Да может, ложная тревога.

Он снова поднял кристалл:

– Фарат. Скажи медленно. Что там. Просто скажи! Я не слы… ладно. Сейчас приеду. Ронка, я съезжу, посмотрю, что там. А ты…

– Переоденусь в сухое, вызову мотор и домой.

– Хорошо. А лучше, дождись от меня сообщения. Во дворце есть общий магворк, примерно такой как у вас в студенческих гостиных. Я попрошу дежурного мага сообщить тебе новости. А то, вдруг что-то серьезное, а мы разминемся.

– Ладно.

Я проводила Шандора до гаража. А потом, уже неспешно, пошла обратно, во дворец. Отовсюду звучала музыка, мимо проходили гости. Кто-то просто прогуливался, кто-то искал уединения на тенистых скамеечках. А мне все больше казалось, что зря я не поехала. Может, что-то с Сулой? Откуда ни возьмись появилось ощущение убегающего времени. Ох, не к добру…

Во дворце стало поспокойней. Я поговорила недолго с милейшим графом Матисом ди Рудвой, которому очень хотелось с кем-нибудь поделиться воспоминаниями. Слушать его было интересно, но сейчас я была не в том состоянии. Я была в состоянии – «надо бежать! Надо что-то делать! И побыстрее!».

Возможно, поэтому я и перестала прислушиваться и смотреть по сторонам. Возможно, поэтому я и влипла.

Я почти добежала до нашей комнаты. В этой части дворца сейчас было тихо и почти темно, большинство гостей гуляли в парке, и меня это полностью устраивало. Сейчас запрусь у себя, как планировала, переоденусь, и буду ждать новостей…

Оставалось подняться на еще один лестничный пролет и пересечь один коридор.

И вот тут-то меня и накрыла чья-то магия. Обездвижила. Стало тяжело дышать, я даже вскрикнуть не смогла, не то, что позвать на помощь. И блок поставить, конечно, не успела. Если бы это был магический поединок, наверное, успела бы, это база… нападения я не ждала. Думала, во дворце безопасно. А магу без источника и даже без фиала тяжело постоянно таскать на себе магические щиты. А с академическим ограничителем, я бы сказала, что и невозможно.

Хорошо, что обездвижка – заклинание короткого действия. Я попробовала «позвать» ящерку, но ничего у меня не вышло. Моя маленькая крылатая подруга или очень не желала, или попросту не могла поменяться с парализованным телом. Но как только эта магия развеется, похитителей ждет небольшой ядовитый сюрприз!

Тут к лицу прижали резко пахнущую мокрую тряпку, и я провалилась во тьму.

Шандор Дакар

Ворота будущего реабилитационного центра были распахнуты, мотор Городской службы порядка помаргивал дежурными огоньками, предупреждая всех заинтересованных, что здесь что-то случилось. Со двора доносились встревоженные крики и чья-то нецензурная брань. Но все эти шумы перекрывали резкие гортанные вскрики и клекот – Сула?!

У ворот полицейский попытался его остановить, но Шандор махнул перед ним значком пограничника, и тот отступил. Всадников уважают в городе не меньше, чем на границе.

– Что происходит? – спросил он. Как бы ни хотелось поскорей убедиться, что с грифоном все хорошо, а хоть минимально понимать обстоятельства необходимо.

– Пришел сигнал о нападении. Там внутри парень раненый, но к нему не подойти – грифон не пускает! Ну и злобная тварь! Шипит, как змея. Капитану чуть руку не перекусил…

А нечего под клюв лезть, когда зверь хозяина охраняет… значит, Тисса привезла еще какого-то грифона, но медики не справились, и…

Но додумать Шандор не успел. Он уже зашел в ворота и понял, что безобразит внутри не какой-то там незнакомый зверь, а белая Сула.

Вокруг на почтительном расстоянии кругами ходят полицейские, среди которых ни одного мага, но подойти к зданию не могут. Сула, еще не слишком уверенно, но скажем так, весьма самоуверенно, на всех широко расставленных четырех лапах заняла позицию у главного входа в здание и зорко следила, чтоб мимо никто не проскочил. Крылья расправлены, клюв раззявлен, грива распушена так, что грифон кажется в два раза крупнее, чем на самом деле есть! Есть, чего испугаться!

– Сула! – крикнул Дакар, до конца не поняв еще, сразу ли можно радоваться или сначала прояснить, чем грозит «внезапное исцеление» грифона, с полицией, – Сула, штиль! Степ!

Команда, по которой грифон складывает крылья и переходит на шаг.

Услышав родной голос хозяина, дикая разъяренная крылатая кошка мигом превратилась в заечку пушистую, сложила крылышки, прекратила шипеть… и образцово-показательно пошатнулась, демонстрируя превосходный актерский талант.

Впрочем, талант ли? Может быть, она тут давно скачет, и слабость –не наигранная?! Ничего. Сейчас уведем в вольер. Отдохнет, наберется сил. А завтра Тисса на нее посмотрит.

Дакар махнул полицейским, чтобы ждали, и подбежал к грифону. Ему показалось, что клюв у нее подозрительно красный и блестит.

А, нет, не показалось! Кого-то она тюкнула. Хорошо бы, не полицейских…

Сула виновато боднула хозяина лбом под ребра. Видимо, понимала, что сделала что-то не то, но не понимала, что именно из того, что она сделала – не то!

– Ах ты… симулянтка… – растерялся Дакар. – зачем полицейских обижаешь? Тебя кто-то напугал?

Сула успокоилась, почувствовав, как надежные хозяйские руки начесывают и поглаживают ей загривок. Села. Ну чисто котенок послушный…

– Напугал? – возмутился издалека один из стражей порядка. – Ее? Да она тут как Древний Страж, готова была всех в фарш переработать… кстати, документы на зверя есть? Разрешение на содержание в городской черте….

– Все есть в конторе. Она инвалид, на реабилитации.

– Она инвалид?

Дакар вздохнул:

– Ну что я могу сказать… реабилитация проходит успешно. Все, можно подходить. Не тронет.

Полицейский подошел, протянул руку в приветствии:

– Максимилиан Логда.

– Шандор Дакар. Хозяин этого чудовища. Что здесь случилось?

– Был сигнал о нападении по этому адресу. Но когда мы приехали, все было уже примерно так. Что в здании? У нас оно числится частным жилым строением на реконструкции.

– Здесь будет реабилитационный ветеринарный центр для служебных животных, документы практически все уже подписаны. Сула, можно сказать, первый пациент. Но похоже, кого-то она тут потрепала. Пойдемте, может, там помощь нужна. Сула, веди!

Она повела к «черному» ходу, ведущему сразу в зал с бассейном.

Судя по выражению лиц полицейских, они про этот ход не знали. Шла она еще неловко, слегка виляя задней частью, и довольно медленно. Но ведь шла! И это еще пару недель назад показалось бы Шандору невероятным чудом! А год назад ветеринары ей не то что шансов встать на ноги не давали. Вообще не обещали, что она до лета доживет!

Что бы ни заставило грифона вновь забыть о своих больных ногах, стоило эффект закрепить. Но и переутомлять, наверное, тоже не следует…

Когда в зале с бассейном и подвесом вспыхнул свет, то первое, что увидел Шандор – это окровавленное тело у входа. Тело в невзрачной темной одежде и черной шапочке с прорезями для глаз на голове. Оно лежало ничком, и рядом растекалась кровь.