Текст книги "Когда кончаются игры"
Автор книги: Вячеслав Базов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 38 страниц)
Слишком долго копался на этаж ниже Гранит, и Хаски уже азартно осматривался по сторонам, успокоившись, что его просто отвлекали, чтобы Акросс успел подкрасться сзади, но за остатки арматуры на его этаже зацепился трос. Хмыкнув, Хаски ножом срезал его, как только тот натянулся. По прилетевшей тут же в плечо пуле понял, что оказался рыбкой, клюнувшей на наживку и высунувшейся слишком сильно. А потом просчитался повторно, когда решил, что пулевое должно было его ранить, но удачно попало в протез. Ошибся потому, что и это было лишь отвлекающим манёвром – чёрным мусорным пакетом, непривычно лёгким для своей комплекции, вскочил на обломки этажа Гранит, ударом вмиг потяжелевшей ноги отбросил Хаски от пролома дальше. Акросс не появился и теперь. Сплюнув на пол кровь и обломок зуба, Хаски, попытался не выдать волнения, спросил:
– Где капитана потерял? Всё за него делать будешь?
Хаски и не надеялся, что Гранит поведётся на подначки или начнёт разговаривать во время боя. По-хорошему, и самому Хаски бы помолчать, но слишком уж волновало отсутствие Акросса. Настолько, что ждал, как его вышвырнет в штаб, и объявят, что игра окончена, ваше знамя украдено.
Ожидая, когда он поднимется, Гранит то ли запугивал, включив громко шокер, то ли проверил, не повреждён ли тот.
И Хаски попался в третий, фатальный раз – когда он бросился на Гранита, тот обернул его голову в подол своего плаща и успел пристегнуть правую железную руку массивным наручником, похожим на кандалы, к стене. Единственное, что удалось Хаски левой – успеть стащить у отвлёкшегося Гранита шокер и ударить разрядом в поясницу. Гранита сложило, он опал на одно колено, пытался проморгаться, но слишком близко к краю, и он свалился с обломками бетона вниз.
Это не отменило того, что Хаски остался пристёгнутым к стене.
* * *
Дроид обернулся на скрип двери, секунду не знал, что делать, потому что на пороге стоял Акросс, совершенно спокойный и уверенный в себе. Он осмотрел комнату, и Дроид ему, будто старому приятелю, начал говорить:
– Кай отошёл ненадолго, он скоро…
Но Акросс ни о чём его не спрашивал. Он-то как раз помнил о цели игры и о том, что игроков у противника уже больше, и, не найдя Кая, без разговоров прострелил голову Дроиду, и даже немного растерялся, когда это вызвало снова бурную реакцию у людей с автоматами. Большинство, будто и сами были заложниками, бросили оружие.
– Расходитесь, – немного растерявшись, скомандовал Акросс как можно спокойнее, но своими словами запустил новый механизм реальности – брошенный автомат поднял один из политиков в строгом костюме и, откинув на вспревшую лысину остатки редких волос, очередью пересёк двоих противников сразу, не в голову, а как придётся – через грудную клетку и руки.
– Что вы делаете? – возмущённо возразил второй. Акросс только наблюдал за этим, как за фильмом. Пока в него не целились ни враги, ни союзники. – Он же сказал, что они пригодятся как запасные органы.
– Меня вполне устраивают синтетические, – пожал плечами тот, что с автоматом, пустив новую очередь. И тогда, наконец, пришёл ответ – тоже не прицельный, снизу вверх, от ног к груди. На этот раз стреляли захватчики, которых вынудили защищаться. Следующей целью они выбрали Акросса, как второй источник агрессии, и тому пришлось захлопнуть дверь и кубарем лететь с лестницы вниз. Он засмотрелся на происходящее и едва не проиграл по собственной глупости. В любом случае, Кая там не было.
* * *
– А самое потрясающее знаешь что? – ликовала Мей, набирая в четыре пальца обоих рук коды на небольшой клавиатуре лэптопа. – Что Акросс сам приказал тебя ликвидировать. Когда ты просто слабая девушка, то ты интересна ему, но, приобретая силу, ты становишься не самым приятным противником. Геморроем, честно говоря. Обычно это разок за игру, Акросс мог потерпеть. Но в этот раз просто все границы перешла. Думаю, став сильнее, ты стала ему тоже надоедать.
– Тоже, – выделила Гидра скептически. Мей остановилась на секунду, осознав, что промахнулась, улыбнулась криво.
– Добро пожаловать в клуб бывших Акросса.
– Я даже нынешней не была. К тому же, я не хотела бы превращать игру в женскую драку за мужика.
– Нет, что ты. Просто мы в разных командах, ничего личного, – Мей улыбнулась, почти закончив с подбором кода. Он не стирал как таковую программу – оставался хакерский искусственный разум, но не личность Гидры. Как раз её перепрограммирование убьёт.
– Вот, и я о том же, – довольно согласилась Гидра. Мей наконец заметила отсвечивающий от экрана красный огонёк, осторожно повернулась, чтобы увидеть минимум три направленных на неё прицела охранных дронов, висящих под потолком.
– Я рада, что мы поговорили, – закончила Гидра, прощаясь, как с подругой и даже её сплетённое из графиков изображение доброжелательно помахало. – Пока.
Мей вернулась к клавиатуре резко, надеясь закончить, но пули, конечно, успели раньше. Даже пачкая кнопки в крови, Мей попыталась убрать соперницу, но промахнулась по клавишам, а после следующего залпа выстрелов уже не встала.
– Ты нашёл Хаски? – Гидра снова переключилась на серьёзный тон.
– Ты убрала Мей? – вопросом на вопрос тут же ответил слегка запыхавшийся Кай.
– Откуда это недоверие? Я ведь ещё контролирую ситуацию, значит убрала.
– Не пугай меня так. Если бы они вернули контроль над системой – нам бы пришлось очень быстро бежать.
– Давай, скажи это. Всё сделала я, и я всех спасла. Ну?
– Я нашёл Хаски, – тут же сменил тему Кай. – Ты… Погоди, тут у нас сложности. Пока не запускай.
– Какого рода слож… – начала Гидра, но переключилась на камеры и увидела всё сама. Несмотря на всю серьёзность, сцена была довольно комичной, и Кай попытался подавить улыбку, глядя на пристёгнутого к стене Хаски. Выглядели эти кандалы как часть игры, застрявшая в текстурах – то есть просто уходили в стену и замка от них не было видно.
– О, ты тут, – невозмутимо поприветствовал Хаски. По его виду казалось, что он так всё и задумывал. Уголки губ Кая поползли выше, и он сам себя одёрнул – если Хаски не сможет покинуть здание, это усложнит ему игру.
– Кажется, у тебя всё под контролем, – кивнул Кай, не приближаясь. Жилет со взрывчаткой ему пришлось снять, он весил почти столько же, сколько сам Кай, к тому же его могли на время убрать просто выстрелом издалека в этот жилет.
– Ой, слышь, пошёл к чёрту. А лучше прекрати ухмыляться и достань нож у меня из внутреннего кармана. В первый и последний раз за эту игру у тебя есть шанс отомстить за ту пулю, что я в начале из тебя вырезал.
– Да я не то чтобы злился, – начал Кай, но наконец подошёл, и нож обнаружил сразу, в кобуре с внутренней стороны куртки. – Что тебе вырезать?
– Для хорошего мальчика ты как-то недолго ломался.
– Можно подумать, ты всё ещё веришь в мою хорошесть.
* * *
Гранит начал приходить в себя. Ему показалось, что голоса слышались прямо над ним, и вырезать кусок будут из него. Он попытался подняться, выгнув спину, но припал лицом к холодному полу. Тогда стало понятно и что говорили не здесь, а выше, и до него дошло – Кай там. Пришёл на помощь своему псу. Гранит снова попытался встать, но не потому, что вдвоём с ним в таком состоянии смогут справиться – он среагировал на Кая, как на жертву, которую надо поймать и отдать Акроссу. В его мировоззрении из противника Хаски превратился в недоразумение, которое можно ногой сошвырнуть в им же сделанный пролом двух этажей и двигаться к цели.
Когда ему наконец удалось справиться с дрожащим телом и подняться на колени, сверху на трёх лапах слетела чёрно-белая псина с оскаленной челюстью.
* * *
– Хаски ещё в здании? Сколько времени ему нужно? – нетерпеливый голос Гидры.
Снизу – звуки только собачьего рычания: захлёбывающегося, злого, но выстрелов не было слышно. Кай не мог видеть, что происходило на этаж ниже, просто ждал у края.
– Хаски больше не нужно покидать здание. А я готов, начинай.
– Он выбыл из игры, что ли? Ты в курсе, что у него будет кусок железа вместо руки, если он не…
– У него уже нет руки, – оборвал Кай. – Начинай. Разрешение у тебя есть.
У стены в наручниках остался протез со срезанными проводами – искрил, иногда подёргивался, как отброшенный хвост. Когда Хаски превратился – она уже держалась на проводах и паре соединений вроде трубок-костей. Кости Кай осторожно отсоединил, остальное срезал, пока Хаски ждал, не шевелясь и не издавая ни звука. А потом пёс отправился на этаж ниже добивать Гранита.
– Хорошо, – согласилась Гидра. На всякий случай Кай сел на пол, прислонившись к стене.
Вместо монстра, каким обычно становилась Гидра, явилось нечто другое. Купол этого существа, как медузу, было видно, когда оно поднималось откуда-то из недр дома. Оно охватило всё здание, в нём как в воде тонул Кай и не мог всплыть, потому что кругом был воздух. Будто такой же купол обволок его сердце и взорвался, заставив упасть на четвереньки, сплюнуть горлом хлынувшую кровь. В ушах зашумело, будто кто-то на полную включил телевизионные помехи, и не было в этом мире ни Акросса, ни где-то там сражающегося Хаски, ни ещё живого Гранита. Был только Кай, собственное сердце, которое с трудом перегоняло кровь, но ещё билось, жило, и была эта медуза, превращающая всю попадающуюся на её пути технику в мёртвые куски железа и пластика. Теперь всё здание было съедено темнотой, спрятано в желудок этой огромной медузы, отрезано от мира будущего и высоких технологий.
И именно теперь, пока в ушах ещё звенело, пока мир Кая всё ещё не вернулся в одну плоскость, а расслаивался на добрый десяток, где-то совсем рядом раздался удивлённый голос Акросса:
– Твоих рук дело?
– Гидры, – ответил Кай, чтобы за показным спокойствием спрятать свою не лучшую на данный момент форму, но голос его и предал – он звучал хрипло и глухо, будто Кай только что свалился сюда с верхних этажей. И чувстввал он себя так же паршиво и, рассудив, что падение с ещё одного этажа его не убьёт, подтянулся ползком к провалу. Глаза постепенно привыкли к темноте, и в её тонах как плевок густел силуэт Акросса всего в паре метров от него.
– Какого чёрта? – продолжил Акросс устало, отчитывая ребёнка, который заигрался с мячом и попал соседу в окно, никак не Кая. – Что ты вообще собирался делать? Твои действия мне не вредят. Так зачем?
– Не помню, чтобы в правилах игры было не отклоняться от цели и преследовать только чужого капитана.
– Я почти уверен, что оно там есть, – сгусток начал приближаться, так же неторопливо, послышался щелчок снятия с предохранителя пистолета. Конечно, ничего из оружия этого времени действовать не будет, но у Акросса свой пистолет, работающий на механике, без программ. – Где-то в том правиле, где сказано, что мы должны убить друг друга любыми способами.
– У меня не хватает страницы. Той, на которой написано, что более жестокий и долгий способ убийства даёт тебе больше очков.
– Знаешь, в играх, когда выигрываешь – переходишь на новый уровень. Становишься сильнее. Ты просто не побеждал, чтобы проверить. Но меня не нужно резать на куски или скармливать вампирам. Для начала тебе достаточно пустить мне пулю в лоб. А потом, может быть, втянешься.
Под пальцами Кая крошился бетон обломков, от каждого шага Акросса плиту трясло и она накренилась чуть ниже, но не упала.
В темноте, там, из затихшей бездны нижних этажей, раздалось в наступившей тишине спокойное, негромкое:
– Ловлю.
Не ожидавший этого Акросс, секунду назад чувствовавший себя сильнейшим, хищником, попытался схватить противника в темноте, но Кай легко соскользнул с плиты вниз, и Акросс полетел следом, не удержав равновесия. Но Кая успел поймать и втянуть на этаж ниже Хаски, а Акросс исчез в этой бездне, послышался только грохот упавшего на что-то не слишком мягкое тела.
До превращения на Хаски был бронежилет и армейские брюки с карманами, теперь же смутно знакомый плащ, без света было не разобрать, Кай скорее догадывался, чем узнал:
– Ты снял его с Гранита?
– Я понимаю, что тут темно, но не голым же мне бегать… Блин, ты мне руку вывихнул. Я теперь совсем без рук остался, – пожаловался Хаски. Конечно, когда он ловил Кая единственной целой рукой, то потянул её. – Я убрал Гранита. Теперь слушай. Естественно, я в тебя верю, иначе что я вообще тут делаю? Но я не знаю, где в здании Дроид, как быстро он нас найдёт и жив ли он. Я слышал выстрелы. Я, конечно, могу на двух лапах попробовать Акросса достать, но не думаю, что это хорошо закончится. Так что, тут внимательнее – я верю, что ты победишь.
Пока Хаски говорил в темноте, Кай постепенно приходил в себя, его тело регенерировало повреждения, уже не болело так сердце и можно было почти ровно дышать носом. Во всём здании была неестественная тишина, но внизу, за провалом, что-то шевелилось и скрипели тяжёлые подошвы военных ботинок по раскрошившемуся бетону. «Акросс не нападал, – понял Кай. – Он не просто запугивал – он давал мне время подняться. Он тоже не стал бы стрелять мне в затылок».
– Видишь, мой план сработал. Дроид даже близнецов в одиночку убрал. Так что давай, – постепенно хватка ослабла, но Кай уже мог стоять самостоятельно, замерев над новой тёмной бездной, на дне которой ждал его противник.
– Всё в порядке, можешь отпустить, – уже более окрепшим голосом произнёс Кай.
– Я бы посоветовал тебе просто бомбу рвануть – ты же всё равно восстановишься, – отпуская, продолжил говорить Хаски. – А вот его на кусочки разнесёт.
– Да, но ведь мы все тут чтобы поиграть, – ответил Кай, которого уже невозможно было достать, и его уход вниз воспринялся как плеск воды от скользнувшей вглубь рыбки.
Хаски смог наконец вздохнуть полной грудью, с хрипом, облизнуть окровавленные губы и прислониться к стене. И всё же, он чутко ловил последние оставшиеся в этом вымершем мире звуки, долетающие с яруса ниже. Даже если бы его пришёл добить Гранит или сам Акросс – Хаски бы не встал. Да пусть бы всё здание стало рушиться ему на голову. Не встал бы ни при каких обстоятельствах, кроме одного – если бы его позвал Кай.
Но Кай не позовал, потому что и так почти всех убрали за него, он был обязан не просто справиться с Акроссом, а сделать это сам.
* * *
В тёмную бездну открытого пролома падать оказалось страшно, и Кай прошёл по накреняющемуся обломку, как по пиратской доске к акулам. И, только ощутив край, соскальзнул осторожно вниз – лишний пафос ему не к чему. Он не представлял, как драться в темноте, точно знал одно – он бессмертен. Это Акроссу надо было его бояться. Хотя знание это смелости не придавало – перспектива остаться прикованным к хирургическому столу до тех пор, пока Акросс не решит, что с него хватит, и его можно отпустить, уже не так явно маячила, но всё же и не отступила на второй план окончательно.
На секунду стало светло от вспышки шокера где-то у самого уха, оглушил разряд, но прежде, чем его задело, Кай успел нырнуть снова за пределы света. Темнота – это хорошо теперь, она для него была таким же спасением, как для Акросса. Больше всего Кая подстёгивало желание дать команде победу. Не появиться снова в штабе измученным, опозоренным неудачником, а сказать, что они все молодцы, хорошо справились, и в этот раз победили.
Но послышался треск, будто сломалась стеклянная колба, и в центре появился, постепенно наполняясь светом, сияющий цилиндр. Подобные брали с собой в поход – ломаешь тонкую перегородку, и какое-то время оно светило. Это было более мощным, и его света хватило, чтобы осветить только круг, как арену. И на ней остались запертыми Кай и Акросс, как два гладиатора. Можно было уйти в темноту, но зачем теперь бежать? Признавать этим, что Акросс сильнее?
– Думал, ты будешь стрелять, – почти по-приятельски заметил Кай, окончательно сведя эту битву к простой игре. Так легче было и ему – проиграешь, и последующее будет лишь наказанием.
– Думал, что так интереснее, – отозвался Акросс, снова пустив разряд шокера. – Что больнее – пулевое или нейтрализующий удар током?
– Попробуй на себе, – пожал плечами Кай. – Все по-разному воспринимают боль.
После такого можно было только рассмеяться и разойтись искать рубильник, включающий свет, и удивительно, откуда у Акросса взялась агрессия на первый бросок. Он атаковал всерьёз, но Кай легко ушёл вбок, исчез в темноте, чтобы в следующую секунду появиться уже с другой стороны, как если бы пересёк свет по прямой. До того, как Акросс успел сменить стойку или опустить руку, его обожгло ударом острого в подмышку – нож. Начавшиеся судороги выдал снова заискривший в руках шокер, и Акросс бросил его на присыпанный цементной крошкой пол не потому, что не мог держать, а чтобы скрыть эту слабость. И, конечно, тут же пожалел об этом, как только шокер пытался подобрать Кай. Бесполезную и опасную теперь палку Акросс отшвырнул ногой, но попал в ловушку – дёрнуло под коленкой, там тоже открылся порез. Вместо какой-то ответной шутки про патовое положение в голове были одни ругательства, но Кай, остановившись напротив, пока Акросс зажимал порез под мышкой, спокойно заявил:
– Когда ты остаёшься один, ты мало что можешь.
Это резануло Акросса больнее ножа – он, наконец, изменился в лице, дёрнулся, этой потерей контроля дал понять, что за этими словами есть ещё что-то, кроме игры.
– Не нарывайся, – посоветовал Акросс, извлекая из кобуры пистолет, только взять его пришлось в левую руку. Кай продолжал ждать спокойно, но снова нырнул в темноту, когда Акросс снял оружие с предохранителя. Теперь Кай уже не появлялся, так и замер там, затаившись. И даже трусом его не назовёшь – ведь он был с одним ножом против пистолета. Единственное, что осталось Акроссу – тоже нырнуть в темноту. И всё же хорошо, что он застрелил Дроида раньше, тот мог увидеть его не только без света, но и через несколько этажей.
Акросс заметил в темноте рядом движение за секунду до того, как должен был туда вступить, застыл, как на краю пропасти, выстрелил той же левой и за шкирку втащил Кая обратно в круг. Прижав дуло к его спине, сделал ещё два выстрела в грудную клетку, не прицеливаясь особо, только стараясь держаться правой стороны, чтобы всё не закончилось так быстро. Кай даже не вскрикнул, повис на руке полутрупом, больше не пытался сбежать.
Акросс перехватил его за запястье, позволил упасть на пол, потом как мешок потащил за собой.
– Если бы вы не выключили лифты, не пришлось бы везти тебя по полу через все лестницы, – задорно рассказывал Акросс, но продолжить не успел – Кай, который если и ожил, должен был ещё кровью блевать и выплёвывать пули, подрезал ему сухожилие над пяткой.
Акросс никак не мог поверить в такую подставу. Будь это прежняя игра, где он не чувствовал боли, ему бы понадобилось несколько секунд на то, чтобы понять, почему нога больше не может стоять прямо.
– Не придётся, – глухо отозвался Кай из темноты. Потом мстительно пугнул внезапным разрядом шокера, но раненный Акросс отскочить уже не смог, и удар током пришёлся в здоровую ногу, как последняя капля гуманности, оставшаяся в Кае.
Акроссу показалось, что в себя он уже не придёт, он на секунду подумал, что проиграл. Но, открыв глаза и понемногу снова начиная ощущать своё тело, увидел всё тот же круг света и сидящего у края противника. Секунду, пока не прояснилось сознание, это даже напоминило ночной поход с палатками, когда во всём мире были только свет от костра и тьма вокруг него. А потом Акросс понял, что Кай держал его пистолет, но никуда не спешил.
Стараясь особо не шевелиться, Акросс сделал вид, что ещё не в сознании, пока в руке начал появляться второй, но Кай, в этом полумраке заметив что-то, твёрдо поднял руку.
– Расскажешь потом, что больнее, – спокойно, без издёвки, сказал Кай. – Пуля в лоб для начала. Я запомнил.
И выстрелил прежде, чем Акросс успел оторвать голову от холодного пола.
Глава 9
Кай впервые вернулся в штаб без агонии, просто появившись у двери. Он собирался ещё и подопечных своих и заложников проверить, но не успел – сразу после смерти Акросса его швырнуло сюда, в светлую уютную главную комнату. Странно, что за столом уже сидели Дроид и Хаски – Кай почему-то был уверен, что они заканчивали в полном составе, но выжившая Гидра появилась уже после капитана и секунду-другую смотрела вокруг недоумённо.
– Я не умирала, – наконец сказала она. – Кай умер?
– Нет, – обернувшись к ней, произнёс капитан. Гидра снова обдумала эту новость и поняла скорее по ликующим лицам Хаски и Дроида, которые ещё пытались держать себя в руках, чем по спокойствию Кая. – Мы победили?!
Этот возглас будто спустил с поводка Хаски и подтолкнул Дроида – они подлетели к Каю, обняли, едва не уронили на Гидру, и та, обхватив его, прислонилась спиной к двери, изменила положение рук так, чтобы обнять всю команду.
– Он мучился? – потребовал Хаски. – Ты так долго копался, наверняка заставил его вспомнить все предыдущие игры.
– Он выключился, и мне пришлось подождать, – задушено, но довольно пропыхтел Кай.
– Качай его! – проорал над ухом громогласно Дроид, и даже сделал какое-то движение в попытке схватить, но Кай отодвинулся. Хаски удержал Дроида, доброжелательно попросив:
– Без фанатизма.
Ещё никогда в них не был так силён командный дух. Даже Хаски из ершистого, задиристого, стал таким покладистым и ко всем внимательным, что только ради этого стоило выигрывать.
– Я не знаю, ну надо же что-то сделать! – суетился Дроид. – Первая победа же! Отпраздновать как-то! Два года на подсосе у Акросса, а тут разок победили!
– Не разок, – возразил Кай. – Мы и дальше будем побеждать.
– Вот именно, – поддержал Хаски. – Мой план сработал! Если ты и дальше будешь убирать близнецов, Гидра его бабу, а я Гранита, то в одиночку Кай сможет сделать Акросса.
Кая, наконец, отпустили и дали место, чтобы двигаться и просто дышать. Его со спины обняла ласково Гидра. Он только тогда вспоминил, что убил её любимого человека.
Он не смог бы пытать Акросса, а потом спокойно смотреть ей в глаза, и не сказать, что ему сейчас было стыдно, скорее он с подозрением прислушивался, раз не видел её лица. Остальные тоже мгновенно замерли, ждали.
– Поздравляю, – наконец произнесла Гидра. – Я так боялась, что он снова отдаст тебя докторам и мы будем тут сидеть и ждать, когда ты вернёшься. Может через день, может через три, может через месяц. Хаски бы нас тут загрыз в ожидании тебя.
– Я бы вернулся в игру, – помрачнев, сказал Хаски.
– Как? Ты уже раз пытался, и не вышло, а нам пришлось сразу после возвращения идти в ту игру, в которую ты побежал, – напомнил Дроид, но он выглядел спокойным и довольным собой. Никакие перспективы его не пугали, потому что всё это было уже позади. Хаски тоже не оставался мрачным надолго – пожал плечами и уверенно прибавил:
– Нашёл бы способ.
Каю отчего-то верилось, что нашёл бы, и стало спокойнее.
– Так как будем отмечать? – нетерпеливо напомнил Дроид. Но до того, как что-то предложили, включился сигнал, означающий, что Королева зовёт Кая. Он был не такой назойливый, как звук запуска игры, но в этот раз звучал прерываясь, начинался с начала, в нём было что-то нервное.
– Кажется, ей не терпится тебя поздравить, – понимающе улыбнулась Гидра. Хаски фыркнул – его настроение оказалось подпорчено. Но вместо того, чтобы собираться, Кай подошёл к главной панели и, заглянув за неё, выдернул пару проводков, сигнал замолк.
– Это не она, – обернувшись к ним, немного нервно проговорил Кай. – Это зовёт Акросс, который пришёл к ней. Я не подписывался бегать на его зов.
Секунду-другую сгущалась тишина, пока не начало казаться, что в ней невозможно дышать, и спас всех в этот раз Дроид, грянув своим медвежьим добродушным басом:
– Значит, отмечаем?!
* * *
Акросс раздражённо цыкнул, прежде чем сдаться и перестать нажимать сигнал.
– Вам тут драться нельзя, – напомнила обиженная Вега, которая всё равно держалась от него на безопасном расстоянии. – Ты обещал.
– Я и не собирался его бить, – более спокойно, чем несколько минут назад, ответил Акросс. – Хотел поговорить.
– О чём?
– Что в следующий раз вместо того, чтобы убивать его, убью всю его команду у него на глазах. Так же, как убивал его.
– Что, даже Гидру? – усмехнулась скептически Вега.
– И Гидру, – кивнул Акросс почти безразлично. – Всех. Особенно Гидру. Поэтому, позволь нам пересечься до игры. Встретиться на переходе, я хочу сказать это ему. Ты же понимаешь, что мне смысла нет убивать его сразу.
Акросс больше не выглядел злым, он уже успокоился.
– Ты его не тронешь? Как тут? Не сделаешь ему больно? – спросила взволнованная Вега, Акросс так же безразлично кивнул:
– Я никогда тебя не обманывал. Мне нет смысла делать ему больно до игры, я просто хочу, чтобы он играл, зная это.
* * *
– Кай, ну ты же понимаешь, что сегодня не пьют только девочки. Ты что, девочка? Нет? Тогда почему трезвый? – налегал Хаски. В его светлой чайной кружке недопитого оставалось на пару глотков, а в начале вечера она была полной.
– Зачем вообще пить, если мы не будем тут пьянеть? – вступилась Гидра. Кай не только не поддавался на провокации – он их будто и не замечал.
– Ну почему же только тут, – пожал плечами более трезвый Дроид, бутылка пива которого опустела до середины. – У меня в холодильнике было. Раз есть два повода – победа и вечер пятницы.
– Точно, вечер пятницы, – поддержал Хаски. – Так ты что, один пьёшь?
– С вами, – резонно заметил Дроид и, не имея повода спорить, Хаски снова переключился на капитана:
– Давай уже. Мы же в штабе, сюда не войдёт твоя мамка и не настучит тебе по заднице. Тебе не нужно иметь пиво в холодильнике – ты будешь пьяным, если выпьешь тут. Блин, полезное умение, надо было тоже…
– Она меня никогда не била, – перебил Кай, который до этого улыбался, а теперь сидел нахмурившийся. Хаски секунду смотрел на него, будто что-то вспомнил, развёл руками:
– А, звиняй. Забыл, что то была другая мама.
– Ладно, хорошо посидели, – слишком резко Кай поднялся, хотя и не хмурился больше. – Ещё раз всех с победой. Я спать.
От стола до комнаты Кая, самой ближней к общей – было всего десять шагов, все эти шаги остальная команда молчала, глядя в стол или в кружки, даже вечно неугомонный Хаски призадумался.
– Вот, взял и всё испортил, – шёпотом сделала выговор Гидра, тоже собираясь уходить, но останавилась, когда Дроид спросил в полный голос:
– У Кая что, не одна мама?
Хаски допил остатки из чашки, вышел из глубокой ямы молчания, чтобы, вернувшись в свой привычный режим насмешника, отмахнуться:
– Откуда две? Напополам рожали?
– У вас всегда какие-то тайны, – начала раздражённо Гидра в полголоса. – Будто мы станем хуже относится к Каю, если что-то узнаем.
– Цыц, женщина, ты вообще трезвая, тебе нельзя заводить темы, которые раньше не поднимались. Спроси Кая – он сам всё расскажет.
Гидра только губы поджала. Возможно, Кай и расскажет. А может прямо ответит, что это не их дело. Но все в команде и так чувствовали, что не хотят этого знать. Ведь по тому, что они иногда замечали за капитаном, особенно когда того клинило, веяло чем-то жутким. Настолько страшным, что подчас они всерьёз боялись узнать, что Кай убил свою прежнюю семью. Хаски-то что, он бы ему и это простил.
* * *
Акросс не дал им передышки. Хаски даже извиниться не успел, если он вообще собирался – сигнал к началу игры разбудил всех ранним утром следующего дня.
– Разве не он сам как-то жаловался, что не высыпается, – ворчала даже Гидра, пытаясь пятернёй пригладить растрепавшиеся волосы. – Поспал бы, подумал. Пару дней.
– Думаю, он вдоволь выспался, когда мы готовили свой план по захвату, – Кай, оказалось, уже оделся в джинсы и рубашку в клетку, хотя должен быть ещё в своей пижаме. При этом капитан выглядел абсолютно бодрым, вот-вот посмотрит на остальных с удивлением и спросит: «Что? Вы не ожидали подставы в шестом часу утра?»
– Как говорится – «Ох, Акросс, лучше б ты лежал», – прокомментировал Хаски, стоя дальше всех от экрана, во главе стола. – Давайте придерживаться той же схемы. Кай, ты ведь теперь не против, если я отправлюсь с тобой? У тебя прошёл кризис возраста? Ну, того возраста, когда ты всегда будешь выглядеть как школьник.
Каю пришлось обернуться, чтобы внимательно посмотреть на улыбающегося Хаски, и только после ненужной паузы кивнул:
– Нет. Я не против. Пойдём вместе.
– А что случилось в прошлый раз? – тут же поинтересовался Дроид, отвлёкшись.
– Его едва не вскрыли. Но, не бойтесь, я снова был неподалёку!
Этот разговор Кай продолжил только когда ушли Гидра и Дроид.
– Ты следил за мной.
– Делать вот мне больше нечего, – фыркнул Хаски, но не мог сдержать улыбки, как ни пытался, и Кай не настаивал, отправился первым.
Переход сложно было описать, но он не происходил мгновенно. Обычно это было какое-то время неопределённости, через которую надо пройти. Каю всегда казалось, что эти секунды недолгого пути в нигде – тот момент, пока реальность подстраивалась под них, выбирала им персонаж и ситуацию. В эти несколько секунд обычно не происходило ничего, они даже не переговаривались, полностью сосредоточенные на пути, чтобы не потерять друг друга в этом тумане.
Но не в этот раз.
Их не ждали, но и из-за гипотетического угла не выскакивали. Акросс разорвал туман так, будто тот был вязкой водой. И вываливалился он аккурат между ними – идущим впереди Каем и на несколько шагов позади него Хаски. И оба к такому не были готовы, застыли, не зная, что делать, потому что на данный момент и оружия никакого с собой не брали.
Мазнув Хаски безразличным взглядом, как по пустому месту, Акросс повернулся, увидел Кая и прежде, чем тот успел отскочить или опомниться – схватил за ворот рубашки и втащил в ещё не закрывшийся разлом и исчез там же. Секунду-другую Хаски, пока не осознав ситуации, смотрел в никуда, и так же, не шевельнувшись, выкрикнул:
– Да вы издеваетесь?! – щедро, через слово, сыпанув в фразу нецензурщиной.
Легче не стало – Кая забрали у него из-под носа ещё до начала игры.
* * *
– Заключённый зарегистрирован под кодовым именем «Кай». На него отзывается, но и настоящее своё имя помнит, хотя реагирует не так активно. Как обычно люди откликаются на новые клички – будто не привык. На вопросы о прошлом отвечает правильно, но помнит слишком подробно. Склоняюсь к тому, что Акросс прав, и некий «Кай» – путешественник по реальностям, приходящий в каждый новый мир, чтобы умереть в нём в ходе какой-то «игры». До полного выяснения помещён в изолятор с мягкими стенами. Острые предметы запрещены, персонал думает, что охраняет сумасшедшего. Под кожу введён чип, для родственников и друзей считается пропавшим без вести. Если опасения не подтвердятся…
Вот тогда у них начнутся проблемы, да. Но в отчёте это упоминать нельзя было. С другой стороны – диагностируют парню шизофрению, скажут, что попал в больницу безымянным и выпишут, как чудом исцелившегося. Окончательно сломав ему жизнь при этом.
