Текст книги "Русская фольклорная демонология"

Глава 12. Оборотень

Мифы, предания и сказки о людях, способных превращаться в животных, широко распространены на земном шаре; представления такого рода, по-видимому, восходят к древнейшему мифологическому пласту[2284]2284
  Согласно мнению фольклориста С. Ю. Неклюдова, архаической базой мифологических представлений об оборотничестве служат представления о двойной, человеческой и животной, природе многих мифологических персонажей, о возможности вселения души человека в животное, а также «практика охотничьей (~игровой) маскировки».


[Закрыть]^, [2285]2285
  Неклюдов. 2015. С. 7.


[Закрыть]. В русском фольклоре этот мотив присутствует в текстах разных жанров: в песнях, волшебных сказках, эпосе, легендах, поверьях и быличках. В демонологических текстах обычно речь идет об оборотнях двух видов[2286]2286
  Разделение оборотней на вольных и подневольных, введенное в одной из этнографических работ XIX века, на мой взгляд, вполне соответствует значительной части описываемого материала.


[Закрыть]: вольных и под-невольных[2287]2287
  Железнов. 1910. С. 280.


[Закрыть]. Вольные, то есть сознательные, оборотни – это ведьмы и колдуны, способные превращаться в животных и обратно по собственному желанию. Для этого они совершают особые ритуальные действия. Подневольными оборотнями чаще всего становятся жертвы колдовства, свадебной порчи, родительского проклятья. Они остаются животными на всю жизнь, на определенный срок или до тех пор, пока (случайно или следуя чьему-либо совету) не найдут способ превратиться обратно в людей.

Как люди превращаются в животных

В случае с вольными оборотнями возможность менять свой облик осмысляется как одна из способностей ведьм и колдунов (наряду с умением насылать порчу, морочить и отводить глаза, магическим образом воровать урожаи с полей, молоко у коров и т. д.). Наиболее часто и подробно описывают преображения колдунов и ведьм в свиней, кошек, собак, медведей, волков; несколько особняком стоят рассказы о ведьмах-вещицах, могущих превращаться в сорок (см. главу «Колдун и ведьма»). Для того чтобы превратиться в животное, проводят особые ритуалы, основной смысл которых представлен в двух аспектах. Во-первых, ритуалы направлены на ослабление связей колдуна с миром людей, а во-вторых – на обеспечение его сопричастности иному (животному) миру.

Идея об ослаблении связей колдуна-оборотня с обществом обычных людей реализуется через разные мотивы. В рассказах превращение происходит ночью, в одиночестве, без свидетелей (либо свидетель оказывается случайным, нежелательным). При этом колдун обнажается[2288]2288
  Черепанова. 1996. С. 89.


[Закрыть], снимает с себя нормальную человеческую одежду[2289]2289
  Власова. 2015. С. 522.


[Закрыть], заменяет ее на лохмотья, тряпки[2290]2290
  Зиновьев. 1987. С. 153.


[Закрыть]. В некоторых текстах ведьмы-оборотни буквально снимают с себя человеческое тело, «шкуру»[2291]2291
  Черных. 2004. С. 68.


[Закрыть], «туловище без головы»[2292]2292
  Зобнин. 1896. С. 542.


[Закрыть] и прячут его в подполье, на печке, под «поганым корытом», предназначенным для стирки белья. Согласно нижегородским поверьям, для того чтобы приобрести способность оборачиваться, необходимо жестко противопоставить себя нормальным людям в нравственном плане, совершить нечеловеческое злодеяние: убить сына или дочь[2293]2293
  Корепова. 2007. С. 256–257.


[Закрыть], навести порчу на кого-либо из близких родственников[2294]2294
  (Корепова. 2007, 258) Надо сказать, что в некоторых восточнославянских текстах колдуны вредят своим ближайшим родственникам и вне контекста представлений об оборотничестве (например, ведьма расплачивается с нечистой силой жизнью собственных детей за приобретенные ею колдовские способности) (Виноградова. 2016 4. С. 122–123).


[Закрыть].

^{Атака оборотня. Гравюра Лукаса Кранаха Старшего. Около 1512 г.}

^{«Метрополитен-музей», Нью-Йорк}

Чтобы обеспечить свою сопричастность иному миру, вештица (ведьма, превращающаяся в сороку) может наносить на тело особое снадобье («летучую мазь»[2295]2295
  Черных, Русинова, Шкураток. 2016. С. 65.


[Закрыть], «лекарство»[2296]2296
  Черных. 2004. С. 61.


[Закрыть], «краску»[2297]2297
  Черных. 2004. С. 64.


[Закрыть]), надевать «накидку с крыльями»[2298]2298
  Власова. 2015. С. 522.


[Закрыть]. В нижегородском Поволжье про колдунов и колдуний, превращающихся в животных, говорили, что они «рядятся оборотнями»[2299]2299
  Корепова. 2007. С. 253 [курсив мой – В. Р.].


[Закрыть]. В одной из быличек из этого же региона мужчина (дед рассказчицы) схватил колдунью в облике свиньи за задние ноги, после чего та «выпала из кожи свиньи и стала просить у деда прощения»[2300]2300
  Корепова. 2007. С. 256 [курсив мой – В. Р.].


[Закрыть]. Представление о том, что человеку для осуществления превращения нужно облачиться в особый, звериный покров (волчью шкуру[2301]2301
  НДП 1. С. 518.


[Закрыть]), отчетливо проявлено в других восточнославянских традициях (ср. также рассказы о том, что под шкурой зверя-оборотня можно обнаружить человеческое тело или одежду, в разделе «Что делает оборотень»).

В других быличках об оборотнях для превращения необходимо пересечь символическую границу, как бы разделяющую мир людей и животных. Колдун или колдунья перешагивает, кувыркается, «перекидывается» через положенное на землю коромысло[2302]2302
  Иваницкий. 1891. С. 227.


[Закрыть], батожок[2303]2303
  Черепанова. 1996. С. 88.


[Закрыть] (палку, трость), ветку дерева, веревку[2304]2304
  Власова. 2018. С. 477.


[Закрыть], воткнутые в землю остриями кверху ножи[2305]2305
  РК III. С. 401.


[Закрыть], сердцевину упавшего дерева, торчащую из пня[2306]2306
  Арефьев. 1902. С. 131.


[Закрыть]. Согласно свидетельству из Саратовской губернии, колдуны-оборотни «в полночь кувыркаются три раза через огонь на печном шестке [пространство перед печным устьем – В. Р.], с двенадцатью ножами и вилками между пальцами, после чего вылетают в трубу сорокой и по своему желанию делаются птицей и другим животным»[2307]2307
  Минх. 1890. С. 24.


[Закрыть]. В архангельской быличке оборотень пересекает границу, разделяющую человеческое и животное состояние, погружаясь в озеро: «в воды вошел человек, а вышел медведем»[2308]2308
  Черепанова. 1996. С. 89.


[Закрыть].

Мать моя была еще молодая, рассказывала, у них мужчина оборотень был, ну, в волка оборачивался. Он двенадцать ножов втыкнул и двенадцать раз перевернулся и в волка обернулся. Почем узнали-то? А мужики по-другому ножи те воткнули, он-то и пропадал несколько дней [бегал волком, не мог вернуть себе человеческий облик – В. Р.], а потом пришел, хворал-хворал и умер[2309]2309
  Корепова. 2007. С. 257.


[Закрыть].

Подневольные оборотни превращаются в животных по другим причинам. Чаще всего это происходит из-за злого колдовства, например свадебной порчи, которую наводят колдуны, рассердившись на ту или иную семью или просто в силу своей вредоносной, полудемонической природы (см. главу «Колдун и ведьма»). Жертвами становятся жених, невеста, сваха, гости на свадьбе. По воле колдуна или ведьмы они превращаются в собак[2310]2310
  Черепанова. 1996. С. 88.


[Закрыть], волков[2311]2311
  Черепанова. 1996. С. 88.


[Закрыть], медведей[2312]2312
  РК V 3. С. 141.


[Закрыть].

Сватаются, ну, вот возьмет жених сватов и пойдут свататься. Сговорятся тут же. Это сговор значит. И невеста смерит избу жениха, приданое шить. Бывает, что другие женихи перебивают лапу. Значит, один сосватает невесту, а другой возьмет и перебьет его. А бывало раньше, что свадьбы портили. Вот перебьют невесту, а бывшие сваты-то и рассердятся. Ну, вот поедут венчаться, а обратно нет никого, все в волков превратятся и спрыгнут с повозки. А то такие бабки были. Вот едет поезд, а она какой-то клубок под лошадей бросит, все люди соскакивали и волками в лес убегут. Да когда это было! При царе Косаре. Говорят, что убьют волка, а там платье подо низом шелковое. Это, може, навры кто[2313]2313
  Черепанова. 1996. С. 88.


[Закрыть].

Злое колдовство такого рода совершают и при других обстоятельствах. Так, в карельской быличке ведьма превращает в волка своего любовника, который вознамерился вернуться в семью[2314]2314
  Власова. 2015. С. 539.


[Закрыть]. В рассказе из Вологодской губернии недовольный чем-то колдун-хозяин превращает в волка своего работника[2315]2315
  РК V 3. С. 35.


[Закрыть]. В истории, зафиксированной среди уральских казаков, теща превращает в волка зятя за то, что тот плохо обращался с ее дочерью[2316]2316
  Железнов. 1910. С. 283.


[Закрыть].

Приемы для обращения людей в животных мало отличаются от других способов наведения порчи: колдун подносит своей жертве заколдованное питье или брызгает на нее особое снадобье, пускает чары на ветер, произносит заклинания. Так, в архангельской бывальщине жена-волшебница берет со стола чашку с водой и выплескивает «на рыло» мужу – после этого он превращается в собаку[2317]2317
  Ончуков. 1908. С. 525.


[Закрыть]. Согласно свидетельству из Калужской губернии, колдун на свадьбе мог со злым умыслом поднести колдовское зелье под видом угощения. Человек, принявший напиток от колдуна, выпадал из саней, нарочно опрокинутых нечистой силой, и становился волком-оборотнем[2318]2318
  РК III. С. 493.


[Закрыть]. В брянской быличке сын оборачивается волком, потому что выпил горилки, на которую «нашептал» его отец-колдун[2319]2319
  НДП 1. С. 516.


[Закрыть]. В тексте из Смоленской губернии колдун также заготавливает особое питье «со злой целью сделать “поддел” [наговор, порчу – В. Р.] на свадьбе». Его дети (видимо, по ошибке) выпивают волшебный напиток и превращаются в волков[2320]2320
  Добровольский. 1891. С. 138.


[Закрыть]. В Новгородской губернии считали, что колдун может обратить человека в волка «через ветер»[2321]2321
  РК VII 2. С. 185.


[Закрыть] (согласно традиционным представлениям, ветер, воздух, дуновение – посредники в передаче болезней и порчи[2322]2322
  Плотникова. 1995. С. 360.


[Закрыть]). В тексте из Карелии, напоминающем сказку, жена-волшебница обращает своего мужа в собаку, дунув на него[2323]2323
  Власова. 2015. С. 537.


[Закрыть]. В другом тексте из того же региона колдунья хлопает человека по плечу, произносит: «Вот тебе билет на семь лет!» – и человек становится на семь лет волком[2324]2324
  Власова. 2015. С. 539.


[Закрыть]. В вологодской быличке колдун адресует своей жертве типичную для рассказов о порче фразу: «ужо, попомнишь меня»[2325]2325
  РК V 3. С. 35.


[Закрыть].

Оборотнем можно стать в результате не только колдовства, но и родительского проклятья[2326]2326
  О сближении проклятых людей с животными см. также главу «Проклятые, похищенные, подмененные нечистой силой».


[Закрыть]. Так, в быличке из Ярославской губернии родители прокляли сына за насмешки и ругань, и тот стал собакой[2327]2327
  Власова. 2015. С. 572–573.


[Закрыть]. В рассказе из Архангельской области сын не хочет звать попа на похороны своего отца. Мать проклинает его за такое неблагочестивое намерение: «Лучше бы я волка породила, чем такого сына; отца как собаку зарыть хочет». Сын тут же становится волком[2328]2328
  Карнаухова. 2009. С. 290.


[Закрыть]. В одном брянском тексте представления о порче и родительском проклятии накладываются друг на друга: парня проклинает его отец-колдун[2329]2329
  НДП 1. С. 488.


[Закрыть]. Мотив о превращении в волка из-за родительского проклятья известен также в белорусском и украинском Полесье[2330]2330
  НДП 1. С. 519.


[Закрыть].

В одно время некие родители молились Господу Богу. Пришел в это позднее время непокорный сын, да и пришел-то во хмелю. Потревожил родителей надсмехом, а паче руганью скверною.

Родители допрежь учивали непокорного сына, а в это же время перед ликом Господа Бога его прокляли. Сын проклятый заскулел, стремглав бросился из избы, залаял под окном, да и убежал в песьей шкуре в лес. Стал проклятый сын оборотнем, а родители его в это время усердно молились Господу Богу об обращении его вновь в человеческий образ.

На восьмой год вернулся сын к родителям и стал покорен и не пьющ[2331]2331
  Власова. 2015. С. 572–573.


[Закрыть].

Есть былички, где обыкновенные люди становятся оборотнями, подражая действиям колдуна, которые им довелось наблюдать. Они занимают положение как бы между вольными и подневольными оборотнями. С одной стороны, они в какой-то момент самостоятельно принимают решение стать животным, а с другой – они не владеют искусством превращения в полной мере и потому рискуют застрять в звериной шкуре. Так, в тексте из Вологодской губернии женщина подражает своей снохе-колдунье и становится волчицей, однако не может превратиться обратно[2332]2332
  Иваницкий. 1891. С. 227.


[Закрыть]. В другой вологодской быличке сноха, подражая действиям свекра-колдуна, становится медведицей, однако неспособна снова стать человеком и одновременно лишает этой возможности колдуна-оборотня[2333]2333
  РК V 3. 34–35.


[Закрыть].

Жены двух братьев пошли однажды за водой. Одна из этих женщин была колдунья. Увидев, что в их озимь попало стадо овец, колдунья положила на землю свое дерево (то есть коромысло), перекинулась через него и обратилась в волка. Сноха ее вздумала сделать то же, и ей это удалось. Колдунья, прогнав овец, вернулась и опять обратилась в женщину, а сноха ее уже не могла. Так она и осталась волком. У нее был сын, и она часто приходила к своему дому посмотреть на сына и поплакать. Впоследствии ее как-то опять превратили в человека, но только у нее до смерти осталась волчья шерсть под пазухами и на груди[2334]2334
  Иваницкий. 1891. С. 227.


[Закрыть].

В уже упоминавшейся группе фольклорных текстов о ведьмах-вештицах свидетель превращения женщины в сороку (часто – муж или солдат, остановившийся в доме на постой) также может подражать действиям оборотня: сам мажется колдовским снадобьем и превращается в птицу. Как правило, в подобных рассказах особых трудностей с возвращением человеческого облика не возникает: «только коснулся земли и, сам не зная почему, сделался опять солдатом»[2335]2335
  Власова. 2015. С. 526.


[Закрыть] (см. также главу «Колдун и ведьма»).

Ставшее популярным благодаря массовой культуре представление о том, что человек становится оборотнем в результате укуса другого оборотня, для русского фольклора нетипично. Мне удалось обнаружить только одно такое свидетельство из Козельского уезда Калужской губернии. Согласно ему, несчастный подневольный оборотень, жертва колдовства, особенно стосковавшись по родному дому в зимние святочные ночи, может напасть и укусить человека, благодаря чему вернет себе прежний облик, а укушенный сам станет оборотнем. В том же источнике говорится, что превратить человека в волка при помощи укуса способен и оборотень-колдун. Однако делает он это уже не от тоски, одиночества и безнадежности, а под влиянием демонических сил и собственной злой природы[2336]2336
  РК III. С. 400.


[Закрыть]. Идея, будто с человеком, укушенным колдуном-оборотнем, происходит нежелательная метаморфоза, отражена и в поверье, что укус ведьмы, принявшей облик свиньи, вызывает болезнь и смерть человека[2337]2337
  Черных. 2004. С. 69.


[Закрыть].

Что делает оборотень

Колдун или колдунья перекидывается в животных или птиц для достижения своих целей. Иногда они могут носить мирный, бытовой характер: например, колдунья превращается в волчицу, чтобы прогнать с поля овец, угрожающих всходам[2338]2338
  Иваницкий. 1891. С. 227.


[Закрыть], молодая жена превращается в козу, чтобы ускользнуть от старого и нелюбимого мужа[2339]2339
  Добровольский. 1891. С. 140.


[Закрыть], «знающий» промысловик становится налимом, чтобы узнать, где больше рыбы[2340]2340
  Власова. 2015. С. 542–543.


[Закрыть]. Но, как уже говорилось выше, гораздо чаще колдуны принимают животный облик, чтобы причинять людям вред. Так, колдун-оборотень в виде медведя преграждает путь свадебному поезду[2341]2341
  РК V 3. С. 77.


[Закрыть], хочет задрать «самолучшую» корову в стаде[2342]2342
  Власова. 2015. С. 541.


[Закрыть] или в облике волка утаскивает и пожирает овцу[2343]2343
  Добровольский. 1891. С. 139.


[Закрыть]; ведьма кошкой проникает во двор, чтобы выдоить чужую корову[2344]2344
  Колчин. 1899. С. 36.


[Закрыть], под видом свиньи похищает у женщины дорогой платок и головной убор, у мужика – шапку и сапоги[2345]2345
  Железнов. 1910. С. 281.


[Закрыть]. Вред, причиняемый колдуном в животном облике, оказывается еще одной формой действий, характерных для колдунов и ведьм (см. главу «Колдун и ведьма»).

Говоря, человек можа в медведя превратиться, ват и перевертух. Надо через коромысло перевернуться да еще слова каки-то знать, и медведем станешь.

Вот один, он перевернулся как-то через коромысло, ли через батожок, а сноха как раз в батопечку житники садила. «Не трогай, – он говорит, – мой батожок», а она его пошевелила как-то, он и не смог вернуться.

А раз медведя убили, шкуру сняли, а у него туша человечья. Это он перевертыш и был-то. Он хотел соседа богатого коров задавить, вот и медведем перевернулся. Говоря, много медведей убивали, на которых ремень да топор в натопорне надеты. Это все перевертыши-то ране были[2346]2346
  Черепанова. 1996. С. 88.


[Закрыть].

^{Святочные ряженые. Гравюра XIX в. из альманаха «Живописная Россия».}

^{Wikimedia Commons}

Совсем в иной ситуации оказываются подневольные оборотни. В отличие от настоящих зверей и оборотней-колдунов, они, как правило, безобидны, «никаких худностей никому не делают, их и обижать грешно»[2347]2347
  Железнов. 1910. С. 281.


[Закрыть]. Подневольный оборотень, с одной стороны, избегает людей, поскольку боится, что те убьют его, приняв за зверя. С другой – он тянется, стремится к ним, надеется получить от них помощь, тоскует по дому и семье. Так, в нижегородской быличке волк бежит за санями, норовит запрыгнуть в них. Сидящие в санях люди поначалу хотят его отпугнуть или убить, однако один из седоков различает в волке оборотня, позволяет ему забраться в сани, отвозит в свой овин и возвращает в человеческое обличье[2348]2348
  Корепова. 2007. С. 258.


[Закрыть]. В некоторых рассказах нужда оборотня в людях в том, что в его теле застревает сучок или заноза и он не может избавиться от них самостоятельно. Так, в тексте из Олонецкой губернии девушка, обращенная в волчицу, приходит в дом своей матери. Поначалу мать принимает ее за обыкновенное животное, однако потом понимает, кто перед ней. Женщина вынимает у оборотня сучок, застрявший в глазу, и целую зиму кормит человеческой едой[2349]2349
  РК VI. С. 134.


[Закрыть]. В вологодской быличке волк-оборотень с занозой в лапе является к мужику. Мужик поначалу пугается, а после извлекает занозу и перевязывает рану тряпицей, однако, когда оборотень является в следующий раз, человек стреляет в него из ружья и убивает[2350]2350
  Власова. 2015. С. 536–537.


[Закрыть].

^{Нападение волков. Картина Альфреда Ковальского.}

^{Национальный музей Польши, Варшава}

Это еще ничего, а вот бывает, что целая свадьба, едучи на венчание, оборачивается в волков. И вот бродят они по лесу до тех пор, как кончится срок заговора, а ино и целую жизнь. Оборотили одну невесту в волка. Стоял ядреный мороз. Раз утром и печет мать невесты блины горячие. Вышла зачем-то в сени. Смотрит, волк и глядит на нее так жалобно, а в глазе-то сук. Догадалась бедная старушка, заплакала, и у волка слезы на глазах. Вытащила она сучок из глаза, привела в избу, накормила горячими блинами и отпустила. Так и кормила его целую зиму. Пришло лето, волк перестал ходить, да и никогда уж не бывал после: верно, убили[2351]2351
  РК VI. С. 134.


[Закрыть].

Дополнительно поддерживать связь женщины-оборотня с миром людей может материнство. Так, в одной из пермских бывальщин обращенная в волка женщина время от времени возвращается из леса и скидывает волчью шкуру, чтобы кормить грудью своего ребенка[2352]2352
  (Черных. 2004. С. 60–61) Данный сюжет напоминает сказки типа «Мать-рысь», сюжетный тип № 409 по указателю Андреева (СУС). Напр. (Афанасьев 2. С. 328).


[Закрыть]. В рассказе из Нижегородской области женщина-колдунья превращается в собаку и не может вернуть себе человеческий облик. Однако она остается жить среди людей, в доме, и качает там колыбель с младенцем[2353]2353
  Корепова. 2007. С. 257.


[Закрыть]. В вологодской быличке женщина-оборотень приходит к своему дому, чтобы посмотреть на сына, и плачет[2354]2354
  Иваницкий. 1891. С. 227.


[Закрыть]. Мифологическая идея о том, что материнство поддерживает связь женщины-оборотня с людьми, отражена и в ряде белорусских быличек из Брестской области: невеста, обращенная на свадьбе в волчицу, возвращается к людям, когда приходит пора родить[2355]2355
  НДП 1. С. 504–505.


[Закрыть].

Я знаю, сваху ли че ли на свадьбе обернули как волком. У ей ребенок был, дак отпускали ее к ребенку-ту. Она эту шкуру-ту снимала, волчью-ту с себя. Уйти-то, видно, уж нельзя было. Шкуру-ту снимет, прибежит. Ребенка насосит де и опять убежит туда, к волкам. Потом мужик или кто ли подкараулил, что придет не в шкуре, не волком, а человеком, а потом опять волком обернется. Он подкрался, куда она шкуру спрятала, положила. Он взял и сожег шкуру. Дак она шибко заревела о шкуре-то. Она тогда уж осталась жить, видно[2356]2356
  Черных. 2004. С. 60–61.


[Закрыть].

^{«Обернулся Вольга рыбиной-щучиной…» Иллюстрация Ивана Билибина к былине «Вольга». 1904 г.}

^{Былины: Вольга. Рисовал И. Я. Билибин. – Петроград: Издание И. Я. Билибина, 1904}

Сохраняя сущностную связь с людьми, оборотень зачастую не может полностью примкнуть к животным. Кроме того, в ряде текстов он имеет признаки, отличающие его от обычных волков: у него «колени» задних ног повернуты вперед, а не назад, как у животного[2357]2357
  РК III. С. 493.


[Закрыть], сохраняется человеческий разум[2358]2358
  РК VI. С. 319.


[Закрыть], «жалобный» взгляд и способность плакать[2359]2359
  РК VI. С. 134.


[Закрыть]. В калужской быличке голодный оборотень пытается утащить овцу, но не может: у него меньше сил, чем у волка, и зубы остались человеческие[2360]2360
  РК III. С. 492.


[Закрыть]. Если волка-оборотня убить, на его месте обнаружат человека с раной именно там, куда поразили животное[2361]2361
  РК III. С. 401.


[Закрыть]. В других случаях оборотень после смерти остается и в животном обличье. Однако, когда такого зверя начинают свежевать, под шкурой обнаруживают ремень и топор у пояса[2362]2362
  Черепанова. 1996. С. 88.


[Закрыть], красную рубашку[2363]2363
  РК VII 2. С. 185.


[Закрыть], шелковое платье[2364]2364
  Черепанова. 1996. С. 88.


[Закрыть], нательный крест[2365]2365
  РК III. С. 493.


[Закрыть]. В быличке из Вятской губернии под шкурой убитой волчицы обнаружили «настоящую бабу, в хорошем сарафане, в чехлике [женский головной убор – В. Р.] и во всем женском наряде»[2366]2366
  Власова. 2015. С. 535.


[Закрыть].

В святочный вечер, около полуночи, два запоздавших парня шли на вечеринку. Подойдя к дому, где веселилась молодежь, они увидели большого волка, который смотрел в окно. Недолго думая, один из парней ударил волка дубинкой по переносице. Волк повалился. Парни пошли на вечеринку и сказали, что у самых окон они увидели волка; все понятно бросились смотреть убитого волка, но к ужасу увидели труп человека, убитого именно в переносье, как показывали парни. Это, как оказалось, был парень, пропавший из соседней деревни лет пять тому назад; одет он был во все то, в чем был в день исчезновения, в кармане у него были деньги. Убийц-парней не предали суду только потому, что, когда труп раздели, то на груди убитого нашли клок волчьей шерсти, что и убедило всех, что парни действительно били оборотня-волка, так как существует поверье, что у человека, бывшего оборотнем, на весь век остается на груди клок шерсти того животного, в которого он когда-то был обращен[2367]2367
  РК III. С. 401.


[Закрыть].

Из-за человеческой сущности оборотня другие волки сторонятся его, не подходят близко[2368]2368
  РК VI. С. 319


[Закрыть], поэтому он бегает одиночкой. Впрочем, иногда говорят, что оборотень может примыкать к стае волков и питаться вместе с ними сырым мясом. Однако и тут он не ест падаль[2369]2369
  Власова. 2015. С. 535.


[Закрыть], не трогает принадлежащие людям стада, не «лезет» к волчице во время волчьей «свадьбы»[2370]2370
  РК III. С. 400–401.


[Закрыть]. Считается, что у оборотня сохраняется человеческий запах. Если его учуют настоящие волки, то разорвут чужака на куски, поэтому оборотень всегда становится «под ветер» (то есть так, чтобы его запах уносило ветром).