Текст книги "Гарри Поттер и Фактор Неопределённости"

Автор книги: Vinter Miss_

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 24 страниц)

– Мать честная, ну и глыба, – сказала Лаура. – У тебя крен разовьется.

Гермиона покраснела, ухмыляясь.

– Оно довольно экстравагантное, да? Чувствую себя Грейс Келли... или, по меньшей мере, Имельдой Маркос.

– Ну разве не красивое колечко, Сорри? – с расстановкой восхитилась Лаура, в то время как он смотрел на него ей через плечо. – Как прекрасно, что наши друзья помолвлены! – продолжила она, выделяя каждое слово с совершенно ясной целью. Гермиона засмеялась, прекрасно понимая, что Лауре просто нравилось мучить Сорри.

Сорри вскинул бровь.

– Боже мой, Лаура, на что это ты намекаешь? – сухо поинтересовался он.

Лаура захохотала, отпустила руку Гермионы и крепко ее обняла.

– Я так за тебя рада, – прошептала она ей на ухо.

– Спасибо, – пробормотала Гермиона. Через плечо Лауры она видела, что Гарри стоит рядом с Корделией и ему пожимает руку и хлопает по плечу каждый проходящий товарищ. Сириуса видно не было.

Наконец суматоха улеглась, и все принялись собирать вещи, чтобы комнату могли переустроить для послеужинных мероприятий. Гарри подал Гермионе свой плащ, наклонившись, чтобы прошептать ей на ухо:

– Я уйду на пару минут, скоро вернусь.

Она кивнула, он развернулся и направился через зал к лестнице. Она смотрела ему вслед, хмурясь, потом пожала плечами и вернулась к вечеринке.

* * *

Гарри нашел Сириуса в Гриффиндорской гостиной стоящим у разожженного камина и смотрящим вниз, на пламя, заложив руки за спину. Не говоря ни слова, Гарри подошел к нему и стал рядом.

Он терпеливо ждал. Что бы Сириуса ни тревожило, в конце концов он об этом заговорит.

И через некоторое время он заговорил.

– Извини, что я так внезапно ушел, – наконец сказал Сириус.

– О, внезапно? А я и не заметил.

– Просто... – он не договорил.

– Что случилось, Сириус? – как можно деликатнее спросил Гарри.

– Когда ты ее так поцеловал... ну, мне просто вдруг... мне стало сильно не хватать Джеймса и Лили. Мне их, конечно, частенько не хватает, но я уже многие годы не испытывал такого острого желания их увидеть, до сегодняшнего вечера, – Сириус поднял голову и посмотрел на Гарри... и впервые Гарри заметил на его лице следы старения. В уголках его глаз скопились паутинки морщин, в волосах проглядывали седые прядки. – Я смотрю на вас, а вижу их, – хрипло сказал он. – Ты их едва знал, но они были моей единственной семьей. Я знаю, тебе их тоже не хватает, но... не пойми меня неправильно, но тебе не хватает родителей как таковых. А мне не хватает Джеймса и Лили. Мне не хватает его смеха, ее улыбки и того, как они умели разговаривать друг с другом, не произнося ни слова. Я скучаю по тому, как просто сидел с ними и болтал, чувствуя, что меня полностью принимают. Они друг друга очень сильно любили и не боялись этого показать. Не раз бывало, Джеймс ее просто схватит и поцелует – так, как ты сегодня поцеловал Гермиону. Джеймсу бы это понравилось. Если закрыть глаза, я могу видеть его здесь с нами сегодня, как он хохочет, хлопает и вопит, что там это его сын.

Гарри почувствовал, как в груди что-то сжалось, и вдруг тот факт, что человек рядом с ним на самом деле знал его родителей, окончательно и бесповоротно встал на место. Он, конечно, и раньше это знал, но он не вполне осознавал, что это значило.

Сириус повернулся к нему лицом, положив руку ему на плечо.

– Они бы тобой так гордились, Гарри, – надтреснуто выдавил он, из уголка глаза скатилась слезинка. – Они бы гордились тем, что ты сделал, и как ты живешь... они бы гордились тобой как человеком, я знаю, потому что сам горжусь, – он улыбнулся. – Я так тобой горжусь.

Гарри ухмыльнулся, более тронутый чем смог бы выразить. Он нагнулся и обнял Сириуса, и жест этот точно так же предназначался его родителям, как и Сириусу, через которого они присутствовали в жизни Гарри.

Мужчины отстранились друг от друга и просто стояли рядом, собираясь с мыслями.

– Сириус... ты же знаешь, что ты – важная часть моей семьи.

– Как и ты – моей.

– Тогда, ты будешь стоять рядом со мной? – тихо спросил он. Сириус повернулся к нему с расцветающей на лице улыбкой. – Ты будешь стоять рядом со мной, когда я буду жениться на Гермионе? Будешь моим шафером?

Сириус вздохнул.

– Ох, Гарри. Я тронут. Но... мне казалось, тебе захочется, чтобы там стоял кто-нибудь другой. Может, кто-нибудь с рыжими волосами?

– Ты имеешь ввиду, вместо Рона? – Сириус кивнул. – Я об этом думал. Но в этот день, когда бы он ни настал, ну... я буду жениться на своем лучшем в мире друге, на женщине, которую люблю больше жизни. Я хочу, чтобы рядом были люди, которые больше всего для меня значат.

Сириус улыбнулся и кивнул.

– В таком случае, для меня это будет честью, – Гарри с ухмылкой хлопнул его по плечу. – Со мной там еще кто-то будет?

– Думаю, да. Ремус, если захочет. Может, Джордж.

– Ты понимаешь, что ступаешь прямиком во врата Ада, а?

Гарри нахмурился:

– Что ты хочешь сказать?

– Гарри, как человеку, который через это уже прошел, позволь мне предупредить тебя, что на стадии планирования свадьбы у вас с любимой, скорее всего, будет возникать больше споров, чем за все ваши отношения. Я уж и не знаю, сколько ночей проспал на диване. Так что не строй много планов... например, сколько человек ты попросишь стоять рядом с собой... не посоветовавшись сначала с Гермионой.

– Ну, я только час назад сделал ей предложение. Сомневаюсь, что она уже начала что-то планировать.

Сириус лишь рассмеялся.

– Ох Гарри. Твоя наивность поражает. Она планировала все это с восьми лет, – он сильнее рассмеялся от Гарриного выражения олень-в-свете-фар, потом посерьезнел. – Слушай, пока мы ведем глубокую и значительную беседу, я уже некоторое время хотел тебя кое о чем попросить. Похоже, момент сейчас подходящий.

– Хорошо.

Сириус переступил с ноги на ногу и, казалось, поколебался, прежде чем наконец заговорить.

– Мне трудно об этом говорить, но я должен. Моя работа... ну, может, она и не такая опасная, как твоя, но, просто чтобы ты понял, только за прошлую неделю я получил дюжину смертельных угроз, – он поднял руку, заметив встревоженное выражение на лице Гарри. – Очень редко эти угрозы реальны, – успокаивающе сказал он, – но как знать. Мы с Корделией уже не молоды, мы обзавелись семьей сравнительно поздно, – он сделал глубокий вдох. – К чему я клоню, Гарри... ну, мы с Корделией хотели бы назначить вас с Гермионой опекунами наших детей, если с нами что-то случится.

– О, Сириус, с вами ничего...

– Все так думают. Никому не кажется, что с ними что-то может случится. Но, просто на случай, если все же случится... если мы не сможем вырастить своих детей, нам хотелось бы, чтобы это сделали вы.

Гарри едва нашел слова, чтобы ответить.

– Я... мы постараемся. Думаю, я могу говорить и за Гермиону тоже.

Сириус, казалось, успокоился.

– Спасибо. Мы уже некоторое время собирались вас попросить, но все никак случай не представлялся. А теперь, когда вы оба остепенитесь, в этом даже больше смысла.

– Мне почему-то не кажется, что женитьба на Гермионе будет подходить под понятие “остепенение”, – с усмешкой сказал Гарри.

* * *

Они вернулись в Большой Зал и обнаружили вечеринку в полном разгаре. Оркестр играл музыку, и люди танцевали, или болтали, или потягивали пунш и уплетали шоколадки с пирожными. Как всегда, Гарри взглядом отыскал Гермиону. Она танцевала с Сорри и широко улыбалась. Когда они вошли в зал, она ему помахала.

Песня подходила у концу, и Гарри через танцпол подошел туда, где стояли Гермиона с Сорри.

– Могу я вас прервать? – спросил он, подавая руку. Сорри с полупоклоном отошел назад. Гермиона по-дружески поцеловала его в щеку, и он ушел в сторону. Оркестр заиграл медленный вальс, и Гарри нежно привлек ее к себе, ее голова покоилась у него на плече, а их сомкнутые руки были прижаты к его груди у сердца.

Лаура с Джинни смотрели за ними из-за стола, где сидели с Джастином и Джорджем. Джинни улыбнулась, наблюдая, как двое ее друзей медленно танцуют, излучая ауру полнейшей удовлетворенности.

– Похоже, они так сильно друг в друга влюблены, – со вздохом произнесла она.

– Ага, – подтвердила Лаура. – От этого вроде как даже тошнит, да? – все захохотали.

– Они так счастливы, как кажется? – спросила Джинни.

Лаура закатила глаза:

– Проведи в Байликрофте пару дней и узнаешь.

Джинни усмехнулась:

– Шумят?

– Да даже не в том дело, – сказал Джордж. – Их комната неплохо изолирована, что бы очень помогло, если бы они только сидели там!

– Я как-то их в библиотеке застукал, – поведал Джастин. – Он прижимал ее к книжным полкам. Так энергично. Я почувствовал жуткое облегчение, что они меня не заметили... хотя, не думаю, что они бы заметили, если бы прямо тогда случился Армагеддон.

– Я примерно неделю назад слышала их в обсерватории, – добавила Лаура. – Это было что-то.

– Я уже в каждую комнату вхожу, на всякий случай прикрыв глаза рукой, – посмеиваясь, сказал Джордж.

– Что, совсем как сумасшедшие ласки стали? – поинтересовалась Джинни. – Думаю, этого следовало ожидать.

– Как бы мне хотелось, чтобы они поскорее прошли эту фазу не-можем-держать-руки-при-себе занимаемся-сексом-во-дворике. Я уже начинаю им завидовать, – пожаловался Джордж.

– Со мной он таким не был, – размышляла Джинни. – Хмм.

– Без обид, Джин, но все по-другому, когда ты с тем, кого по-настоящему любишь, – сказал Джордж с ноткой сарказма в голосе.

– Без обид. Я не любила Гарри, как и он меня. Не помогало и то, что я почти всегда ревновала его к Гермионе.

– Правда? – заинтригованно спросила Лаура.

– О, конечно. Мне было совершенно ясно, как и, могу добавить, мужчинам, с которыми встречалась Гермиона, что они друг у друга стояли на первом месте. Ей доставалось от него самое лучшее, а все, что оставалось, он предлагал мне, – она повернулась в их сторону, смотря, как они легко синхронно двигались на танцполе и тихо переговаривались. – У них была связь, которую никто не мог разорвать, даже тогда, они были настолько большими частями друг друга, что их было невозможно разлучить.

Какое-то время никто ничего не говорил, обдумывая этот неоспоримый факт. Медленный вальс закончился, и они увидели, как Гарри поднял Гермионину руку и поцеловал, прижавшись губами к костяшкам пальцев и глядя ей в глаза.

– Эй, на танцполе руки не распускать, – одернул их Билл, стоявший у себя на подиуме. Все захохотали, Гермиона покраснела. Гарри, вскинув бровь, повернулся к Биллу лицом.

– Есть идеи получше, умник?

– Да. Думаю, самое время вам выступать или замолкать. Мы наслышаны о ваших танцевальных умениях, давайте их увидим! – раздался хор одобрительных возгласов, и народ стал освобождать танцпол, оставив Гарри с Гермионой стоять в одиночестве.

Он взглянул на нее.

– Ты этого хочешь.

– Если ты хочешь, – лукаво отозвалась она, подмигнув ему.

Гарри подошел у оркестру и обратился к лидеру группы.

– Ребят, вы знаете “Свитчблейд 327”? – лидер кивнул, и музыканты стали перебирать свои сборники, а Гарри вернулся к Гермионе и нагнулся, чтобы закатать брюки.

Гермиона смотрела на него с сомнением:

– Ты уверен? Мы не танцевали его с финала Все-Британских соревнований!

– Выиграли же мы тогда, разве не так?

– Да, но он такой сложный! Мы давно не тренировались.

Лидер группы поднял палочку, и Гарри с Гермионой встали в начальную позицию.

– Мы сумеем. Просто не задумывайся над этим, оно само вернется.

Она пожала плечами, уступая. Музыка началась с быстрого гитарного аккорда, и они затанцевали. Гермиона чувствовала, как частый барабанный бой направляет ее движения, ноги перемещались сами собой. Она сильно сжимала челюсти: этот танец был очень быстрым и сложным, но сегодня он казался простым. Краем глаза она замечала, что люди выстроились вокруг танцпола и хлопали в такт, но на самом деле она видела лишь Гарри, пока они вертелись друг вокруг друга. Она подпрыгнула и сделала колесо над его вытянутыми руками, в момент невесомости, как всегда, ощутив прилив возбуждения. Она сцепила пальцы у него за шеей, и он перебросил ее через левое бедро, потом через правое, потом подкинул высоко в воздух, и она вскинула ноги к потолку.

Гермиона широко ухмылялась, пока они выполняли все па так, словно делали это вчера. Зрители громко улюлюкали, когда они проделывали впечатляющие обманные движения, на обучении которых заработали немало синяков. Сегодня синяков не будет... Гарри подлавливал ее после каждого подбрасывания, их руки безошибочно находили друг друга, ноги уверено ступали по гладкому танцполу.

Друзья и однокурсники аплодировали им, оркестр играл, и она чувствовала себя так, словно вот-вот улетит на облаке восторга и адреналина. Новое обручальное кольцо сверкало у нее на пальце, а мысли ее были далеки от всех волнений и беспокойств, что могли бы ее терзать.

* * *

Байликрофтцы оставались на вечернике допоздна. Гарри с Гермионой, только вошли во вкус, танцевали без остановки. Танго, румба, свинг, фокстрот... танец за танцем они уверенно двигались среди друзей и одноклассников.

В особняк они не вернулись до четырех утра. После того, как вечеринку в Хогвартсе объявили законченной, большая группа бывших учеников просто-напросто переместилась в Три Метлы, где они выпили столько сливочного пива, что хватило бы на небольшую страну. Производя как можно больше шуму, они сидели в пабе до тех пор, пока их чуть ли не в буквальном смысле выкинули на улицу, и разошлись по домам с множественными объятьями и прощаниями.

Только домочадцы вошли в парадные двери, все разделились. Джордж с Джастином направились в кухню, бормоча что-то про эль, Чоу со своим спутником отправились на задний дворик, чтобы посмотреть на звезды и, возможно, пообниматься и поцеловаться, Сорри с Лаурой удалились в ее комнату, а Гарри с Гермионой наперегонки помчались по главной лестнице.

В жилой галерее она его обогнала, но он схватил ее за талию и рванул назад. Гермиона хлопнула его по рукам, хихикая и чувствуя себя чуть ли не двенадцатилетней, а он вдруг присел и, как грозился раньше, перекинул ее через плечо.

– Эй! – крикнула она. Эта позиция странно ослабляла. Ей не хватало сил спрыгнуть... кроме того, это было вроде как забавно, как-то в стиле обморочных барышень. Он припустил к лестнице, ведшей к Чертогу. – Знаешь, я прекрасно умею ходить!

– Ха! На сей раз не сбежишь ты от меня, бесстыжая девчонка! – заявил он глубоким залихватским голосом.

– Отпусти меня, ты, грязный мужлан!

– Мне кажется, что леди слишком много протестует.

– Жестокая судьба! – воскликнула Гермиона, драматично припав рукой ко лбу. – Как же я вернусь в свою тихую горную деревушку с позором своего бесчестья? – Гарри ногой распахнул дверь в Чертог, маниакально хохоча, как злодей в фильме Эррола Флинна. – Ты можешь взять мое тело, негодяй, но сердца моего ты не получишь никогда!

Гарри бросил ее на кровать и нагнулся над ней, нежно улыбаясь, отбросив все шутки прочь.

– Плохо. Это лучшая часть.

Она притянула его за голову и поцеловала, чувствуя себя агрессивно. Без предупреждения она сильно толкнула его в плечи и перевернула на спину. Не успел он что-то сделать, а она уже сидела на нем верхом, с озорным огоньком в глазах прижимая ему руки к кровати.

– Бесстыжая девчонка, да? – промурлыкала она. Он усмехнулся. – Думаешь, знаешь, что такое “бесстыжая”? Мужайся.

И она энергично на него накинулась с намерением хорошенько потрепать звукоизоляцию Чертога.

* * *

– Вот это – миленькое.

– Если я правильно помню, оно пьет кровь.

– Но посмотри на листву. Очень колоритная, – Лаура хмуро посмотрела на растение подвида бромелиевых в горшке. – Оно что, правда пьет кровь? А с виду такой милый, приятный цветочек.

Гермиона ходила по лабиринту из столов в магазине Трав и Цветов мадам Брумторн, одного из крупнейших питомников в районе Лондона. Лауре для сада был нужен гриб Дарна, а Гермиона пришла за компанию... никогда не рано начинать думать о цветах для свадьбы. Как бы ей ни не хотелось слишком рано начинать строить планы... они еще даже не назначили дату... взволнованность уже начинала ее доканывать. В этом деле Лаура была с ней за одно, на самом деле, она ее постоянно подначивала.

– Так, какие бы букеты мы не составили, в них обязательно должны входить приносящие удачу цветы, – говорила Лаура.

– Мне никогда не встречались такие, чтобы не пахли чем-то тухлым или гнилым. Кроме того, это просто суеверие.

Они подошли к столу с разложенными на нем по сортам грибами, Лаура оставила разговор о букетах и достала свои записи. Гермиона смотрела, как она проглядывает тщательно подобранные горшочки и пакетики мадам Брумторн.

– Здравствуй, Гермиона, – раздался голос у нее за спиной. Она от неожиданности круто развернулась и схватилась рукой за горло.

– Руфус! – вздохнула она. – Боже милостивый, ну и напугал ты меня!

– Извини, – с улыбкой сказал он. – Мне показалось, что это ты.

Она улыбнулась ему в ответ:

– Правильно показалось. Ну чтож, здравствуй! Давненько не виделись, да?

– Да, действительно. Ты хорошо выглядишь.

– Ты тоже, – сказала она, и это была правда. Он отрастил усы, и они были ему к лицу. – Какими судьбами?

С секунду он без выражения на нее смотрел.

– Ну, так как я травовед, я бываю тут несколько раз в неделю.

Гермиона вспыхнула.

– О, конечно. Какой глупый вопрос, – неловкая пауза. – Как поживаешь?

– Не могу жаловаться. На работе все хорошо, – он посмотрел ей за спину, где стояла Лаура и с интересом за ними наблюдала.

– О, прошу прощения, – извинилась Гермиона, вспомнив о манерах. – Это Лаура Чант, одна из моих сожителей. Лаура, это Руфус Фрост. Мы раньше встречались, – они пожали друг другу руки. Руфус, казалось, хотел что-то сказать, но остановился, глядя Гермионе на плечо. Гермиона опустила взгляд... он смотрел на ее левую руку, которой она держалась за лямку сумочки. Гермиона чуть понурилась.

– Ты замужем, – тихо констатировал он.

– Нет, – ответила она. – Помолвлена.

– А, – он заставил себя улыбнуться и попытался выглядеть обрадованным. – Поздравляю? Я с ним знаком?

Гермиона скривилась:

– Да... – она взглянула ему в глаза и увидела в них лишь вопрос. Она тяжко вздохнула. – Руфус, я помолвлена с Гарри. – он поджал губы и кивнул. – Думаю, ты больше всех остальных заслужил право на “Я же говорил”.

Он горько засмеялся.

– Знаешь, когда я тебя здесь увидел, я почти решил не подходить. Но твой вид... я просто должен был. Думал, поболтаем, может, сумею пригласить на ужин, – Гермиона смущенно отвела взгляд. – Мне следовало знать.

– Это все совсем недавно произошло, – тихо сказала она. – Мы только...

– Ты всегда была так неотступна, – перебил он ее. – Только друзья, и все. Так уверена, так настойчива. И он тоже.

– Мы ошибались.

Он посмотрел ей в глаза:

– Значит, ты его любишь?

– Да, очень сильно. Думаю, ты знаешь, что я всегда его любила.

– Тогда я рад, – он улыбнулся, и улыбка была искренней. – Я же говорил, – тихо сказал он. Он наклонился и поцеловал ее в щеку, быстро и по-дружески, потом развернулся и быстро ушел.

Лаура подошла к ней.

– Боже, как неожиданно.

– Бедный Руфус, – сказала Гермиона, все еще смотря ему вслед. – Он всегда считал, что я любила Гарри.

– Бывшему парню должно быть противозаконно быть в чем-то правым.

Гермиона засмеялась:

– Да, должно быть. Но в этом случае я закрою на все глаза.

* * *

Гарри сидел за большим овальным столом в одной из комнат для совещаний в Р.Д. и считал головы. Ожидалось двенадцать человек, главы всех шести дивизий и их помощники. Он все время не досчитывался одного, а потом, внутренне хлопнув себя по лбу, понял, что забывал посчитать себя. Сосредоточься, Поттер, сказал он себе. Денек выдался не из легких.

Он развернул лист пергамента, и остальные выжидающе повернулись к нему. Он оглядел их лица; все ждали, когда он огласит, какой вопрос будет рассматриваться на этом собрании. Он прокашлялся.

– Чтож. Спасибо всем, что пришли на собрание, у которого нет никакой цели, – сказал он. – Арго захотела провести собрание на этой неделе, но почему ей вдруг стало не хватать наших обычных сходок, я понять не могу.

– Она проверяет наши кабинеты, – предположил Генри Убигандо. Все захохотали.

– Ох, черт, – выругался Гарри. – Я оставил на виду свой значок “Чмок-чмок Волдеморта”.

– Пока мы все здесь, – продолжил Генри, – Можно заодно обсудить небольшую загвоздку с персоналом, – Генри отвечал за призывников, так как был главой отдела Стратегии, он определял, куда они будут направлены и для чего будут обучаться после того, как Арго предварительно с ними переговорит. – Это должно тебя заинтересовать, – сказал он, запуская руку в карман и доставая карту. Карту из Колоды, понял Гарри. Генри бросил карту на стол, и она подкатилась к Гарри, который ее взял.

Он без выражения прочитал имя на обороте.

– Это шутка? – спросил он, вскинув одну бровь.

– Насколько я знаю, нет.

Гарри покачал головой и положил карту на стол, чтобы все смогли увидеть напечатанное на ней имя: ГЕРМИОНА ГРЕЙНДЖЕР.

– Ты против, Гарри? – поинтересовался Ремус.

– Нет, вовсе нет! Она будет здесь ужасно полезна... я просто удивлен, что это произошло сейчас. Она хочет уйти с работы, и я немножко понаводил справки, можно ли было бы устроить ее сюда.

– Только немножко понаводил справки? – с улыбкой уточнила Грейс.

– По правде сказать, мне не хотелось бы, чтобы люди считали, что я использую свои связи ради партнера по жизни, – сказал Гарри.

– Партнера по жизни? – переспросил Лефти, весело приподняв брови.

– Мы сошлись на этом термине, – подмигнув, сказал Гарри. – “Невеста” звучит как-то старомодно. Но, думаю, теперь эти беспокойства бессмысленны. Если ее выбрала Колода, то она будет здесь, не зависимо от того, что я мог бы сделать.

– Как считаешь, куда мне ее определить? – спросил Генри. – если предположить, что она примет предложение.

– Куда угодно, только не в КиТО, – быстро открестился Гарри.

– О, нет конечно. Там так и так вакансий нет, я бы не направил ее в твой отдел.

– Мне бы хотелось, чтобы она была в моем, – сказала Библиотекарь, маленькое неземное существо на поднятом стуле. – У нее для Исследовательского острый ум.

– Да, но она вряд ли захочет проводить все время в библиотеке, – возразил Гарри. – она от этого пытается убежать.

Дверь в комнату для совещаний распахнулась, что прервало все разговоры. Вошла нехарактерно радостная Арго.

– Доброе утро, народ, – поприветствовала всех она.

– С чем пришла, босс? – спросил Гарри. Он называл ее так только тогда, когда был очень ею раздражен.

– С хорошими вестями, мне так кажется, – она обошла стол и встала рядом с местом Люпина. – Ремус Люпин, рада вам сообщить, что вы получили повышение в звании до капитана Корпуса Правопорядка Федерации и, если согласны, Главы отдела по Проникновению и Рекогносцировке.

Ремус уставился на Арго с открытым ртом. Он перевел взгляд на Грейс, в данный момент являвшуюся Главой ПиР.

– Но… что…

– Я увольняюсь, – с усмешкой сказала Грейс. – Мне предложили работу консультанта и, по правде сказать, зарплата там лучше. Я освобождаю место. Думаю, ты – идеальный выбор, Ремус.

Ремус улыбнулся, оправившись от неожиданности.

– Чтож, я ценю твое доверие, – он пожал руку Грейс.

– Значит, ты согласен? – уточнила Арго.

Люпин встал.

– Согласен, – они скрепили договор рукопожатием, и он повернулся, чтобы пожать руку Гарри.

– Поздравляю, Ремус. Ты это заслужил. Но теперь я остался без помощника.

– Об этом позаботятся, майор, – таинственно высказалась Арго, и то, что она обратилась к нему по званию прозвучало несколько непривычно в обычно неформальной атмосфере Р.Д. – Но теперь я должна украсть у вас Ремуса для кое-каких процедур по безопасности.

Люпин направился к двери, на ходу пожимая руки, и Арго последовала за ним.

Оставшиеся агенты снова расселись по местам, все взгляды были прикованы к опустевшему креслу.

– Чтож, – через некоторое время сказал Гарри. – Дальше заседать смысла как бы нет, да? Разойдись.

* * *

Тем вечером Гарри вернулся домой примерно в шесть часов и проверил ящик для совиной почты, который оказался пустым. Он нашел Гермиону в кабинете, выписывающей что-то из открытых перед ней фолиантов, и плюхнулся в мягкое кресло у окна.

– Сколько сегодня писем? – спросил он.

– Только три. Похоже, спадает понемногу, – после вечера в Хогвартсе однокурсники и друзья завалили их поздравительными открытками. Сейчас прошла уже почти неделя, и поток постепенно уменьшался.

Какое-то время он наблюдал за Гермионой, погрузившись в свои мысли. Ее волосы были собраны в пучок, маленькие прядки выбились из него и щекотали ей щеки. На кончике носа у нее были водружены узкие прямоугольные очки, и она зубами покусывала нижнюю губу, как всегда, когда была сосредоточена.

– У меня для тебя кое-что есть, – сказал Гарри.

– И что же? – она не отвела взгляда от книг.

Он достал из кармана карту из Колоды и кинул ей на стол. С секунду она без выражения на нее смотрела, потом взглянула на него широкими глазами.

– Конечно, ты это не серьезно.

– Я серьезно. И я тебе не Конюшня.

– Ты бы ни за что не посмел такое сфабриковать.

– Совершенно верно, – он улыбнулся. – Добро пожаловать в команду.

Гермиона ухмыльнулась и вскочила, наклонившись над его креслом и обвив руками его шею.

– Ты ведь не использовал никаких связей, да? – уточнила она, отстраняясь.

– Любовь моя, тебя избрала заколдованная колода карт Таро. Я не знаю, где у нее там связи, чтобы их использовать.

– Когда я смогу начать?

– Пошли завтра со мной, и мы приступим ко всем процедурам.

Она села на корточки с взволнованно раскрасневшимся лицом.

– Ой, я не могу в это поверить! – ее улыбка слегка померкла. – А обучение совсем ужасное?

– Это тебе не прогулка в парке. Боюсь, многому из того, чему тебя будут учить, по книжкам не научишься, – он улыбнулся в ответ на встревоженное выражение ее лица. – И тебе придется учиться тому, чего ты до сих пор сумела избегать.

– Например, бить людей?

– И этому тоже.

Она кивнула, размышляя над этим.

– Я смогу работать с тобой?

Он нахмурился:

– О нет, не напрямую. Было бы не принципиально ставить тебя мне в подчинение. Да даже если и не так, я бы не хотел, чтобы ты попала в мою дивизию.

При этом она, казалось, упала духом.

– Не хотел бы?

– О, не потому что мне кажется, что ты бы там плохо работала, – поспешил добавить он. – Просто... ну, я должен уметь отдавать агентам своей дивизии приказы. Приказы, которые, я знаю, могу поставить их в опасность. Если понадобится, мне нужно быть готовым послать человека на смерть. Если бы речь шла о тебе, я, возможно, не смог бы этого сделать. Я бы не смог нормально делать свое дело, если бы мне пришлось отдавать тебе приказы.

– Понимаю, – ответила она. – Можно, я хоть буду с тобой обедать?

Он улыбнулся:

– Конечно. И мы все равно будем пересекаться на заданиях, просто я не буду твоим непосредственным начальником, – он наклонился и поцеловал ее. – Я рад, что Колода тебя выбрала. Я боялся пытаться тебя туда устроить, и чтобы другим не казалось, что я просто покровительствую своей девушке, – с усмешкой сказал он. – Извиняюсь, партнеру по жизни.

– Вот именно, – он поднялась и оперлась на край стола. – Я буду шпионкой, – задумчиво произнесла она, как бы пробуя, как это прозвучит.

– Эм... агентом разведки, – поправил он.

* * *

– Итак, доктор Грейнджер, сейчас я буду задавать вам вопросы. Отвечайте честно и как можно быстрее. Некоторые из них могут показаться странными, но они необходимы, – объяснял волшебник, сидевший за столом напротив нее. Он был сухопарым и выглядел уставшим, но у него был острый взгляд. У нее создалось впечатление, что это некая процедура по безопасности, хотя никто не объяснял ей, зачем это.

– Хорошо.

– Ваше полное имя?

– Гермиона Энн Грейнджер.

– Год выпуска?

– 1998 – из Хогвартса, 2002 – из Стоунхенджа.

– У вас есть машина?

– Да.

– Вам нравится смотреть иностранные фильмы?

– Только с субтитрами.

– У вас есть родные братья или сестры?

– Нет.

– Как зовут вашего брата?

– У меня его нет.

– В каком возрасте вы начали жить половой жизнью?

– В шестнадцать.

– Ваше самое раннее детское воспоминание?

– Как мы ходили на ярмарку, и я переела конфитюра.

– У вас есть значимый другой?

– Да.

– Вы предпочитаете голландский или бернайский соус?

– Я не люблю соусы.

– Вы боитесь летать?

– На самолетах – нет. На метлах – слегка.

– Вы знакомы с человеком по имени Ремус Люпин?

– Да.

– Какая горная цепь отделяет Азию от Европы?

– Уральские горы.

– Сколько штатов в Америке?

– Пятьдесят.

– А колдовских школ в Соединенном Королевстве?

– Одна.

Так продолжалось почти час. Гермиона старалась очистить разум и быстро отвечать на каждый вопрос. Когда спрашивавший наконец остановился, она опустила плечи и вздохнула с облегчением. Мужчина нажал на маленькую кнопочку в столе, и дверь открылась. Вошли Люпин и генри Убигандо.

– Ну? – спросил Генри.

– Согласен, она подходит для СиПИ. Ее ответы указывают на быстрый процесс восприятия, внимательность, искренность и умение мыслить логически.

– Хорошо, – сказал Генри, жестом подзывая Гермиону. Она встала и следом за ними вышла из маленькой безоконной комнатки.

– Что такое СиПИ? – спросила она.

– Отдел по Слежке и Получению Информации, – пояснил Люпин. – Там больше всех напрямую работают с развед. данными, собирают их и анализируют. Нам кажется, ты больше всего подходишь для работы там. Там очень много полевых работ. Наблюдение, надзор за объектом и так далее. Ты будешь среди тех агентов, которые являются “шпионами” в самом традиционном значении слова, так как шпионят именно они.

Гермиона довольно кивнула.

– А где Гарри?

– Он ушел, сказал, что у него гольф.

– Ах да, совсем забыла. Слышно что-нибудь о его новом помощнике?

– Пока нет. Скажу прямо, мы все этим несколько взволнованны.

* * *

Гарри опирался на свою клюшку и смотрел, как Дуг Грейнджер бьет по мячу, который, как всегда, улетел вбок.

– Говорю же, встаньте в более открытую позицию, – посоветовал он.

Дуг помотал головой, бурча себе под нос, и отошел от метки для мяча. Они вскинули на плечи сумки и пошли по фарвею. Клэр Грейнджер с ее сестрой Джулией ушли вперед по фарвею, чтобы пробить по второй.

– Чертовы клюшки, – буркнул Дуг.

– Ах да. Это все клюшка виновата, – с сарказмом отозвался Гарри.

– Смотри у меня, умник, – с усмешкой сказал Дуг. – И не дай Бог я снова увижу, что ты магией загоняешь мяч в лунку.

Они были на последней лунке круга, а Гарри так и не сумел собраться с духом, чтобы сказать Дугу то, зачем он его сюда пригласил. Гермиона согласилась, чтобы Гарри сообщил новости ее отцу, который был единственным, кто все еще оставался во тьме. Она не смогла устоять и рассказала все матери, которую заставили поклясться молчать, пока Гарри не представится возможность переговорить с Дугом. Это было несколько старомодно, но почему-то казалось правильным.