Текст книги "Гарри Поттер и Фактор Неопределённости"

Автор книги: Vinter Miss_

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 24 страниц)

Кто-то поднял палочку и запустил в него заклятьем, но Гарри был слишком быстр. Он бросился вперед, с легкостью перемещаясь в воздухе, хотя было совершенно непонятно, как он это делает. Колдунов из Круга это, похоже, не интересовало; благодаря Сорри, Драко и Квинн большинство из них было обездвижено уже по нескольку раз, но действия это на них так и не оказывало.

Гарри... летал. Без метлы. Без заколдованных машин. Без видимой помощи магии. Без палочки, заклятий, чар и магических формул. Просто висел в воздухе и кружил по комнате как снитчи, которые он был натренирован ловить. Это была не левитация, это был самый что ни на есть полет. От его вида у Гермионы закипали мозги. Она думала о том, как он заставил охранника в Граннингз дать им пройти. Она думала о том, как он был уверен, что сможет попасть в тайник в катакомбах без отпирающих заклинаний. Она думала о том, как Волдеморт не смог убить его как предположительно беззащитного ребенка.

И о том, что Аллегра назвала его единственным в своем роде.

Аллегра подбежала к платформе, гневно уставившись на своего вдруг неподвластного гравитации оппонента.

– Неплохой ход, летающий мальчик! Выгляжу удивленной, как по-твоему?

– Нет, – сказал он, потом спикировал вниз и ударил ее в грудь обеими ногами, откинув ее к стене зала. Он приземлился на платформу, грохнув ботинками по камню. – Ты выглядишь жалко.

Она ухмыльнулась ему:

– Ну, я, по крайней мере, могу рассчитывать на своих друзей.

Не успел Гарри и рта открыть, чтобы ответить, как его сбил с ног с разбегу бросившийся на него со спины колдун. Не пора ли сделать перерыв на чай? подумалось Гермионе. А битва продолжалась с той же силой. Колдуны в зеленых плащах лежали на полу тут и там, подвергаясь сильной опасности быть затоптанными до смерти. Квинн, только что поднявшаяся на ноги после того, как ее с них сбили, стояла спиной к спине с Драко, отражая проклятья и насылая их на любого, кто оказывался рядом.

Гарри с трудом встал и посмотрел на налетевшего на него волшебника. Это был Люциус Малфой.

– Здравствуй, Люциус, – сказал он. – Как мило со стороны твоего предположительно мертвого сына подать мне руку помощи.

– Я тебя не боюсь, – заявил Люциус, выхватывая свою палочку. На глазах у Гермионы Гарри выбросил вперед руку и схватил Люциуса за лоб. Она не видела, что он сделал, но Люциус конвульсивно дернулся и камнем рухнул на пол.

– А следовало бы, – пробормотал Гарри, развернулся и кинулся к Гермионе. Их взгляды встретились, разумы будто слились воедино. Готова? Да. Гарри поднял руку и указал на нее. Давай.

Она начала произносить первый станс заклинания, смотря, как двигаются его губы, когда он делал то же самое. Приближаясь, он поднял обе руки – удерживавшие ее колдуны были разом откинуты, будто взрывной волной – и она осталась стоять одна. Когда второй станс сошел с ее губ, Гермиона стала ощущать дрожь во всем теле, будто она сидела на капоте заведенной машины, и правую руку ей стало покалывать. К Гарри сбоку подбежал колдун из Круга... даже не приостановившись, Гарри направил руку на нападавшего, и тот отлетел в сторону.

Гермионе пришлось подавить желание отпрянуть, когда он подошел ближе. Она не знала, что и думать о нем. Она была не совсем уверена, что знала, кто он... зато она была уверена, что какая-то ее часть его боится.

Колдун, который раньше ее держал, поднялся на ноги у нее за спиной. Не подумав, Гермиона наклонилась, подняла палочку, которую кто-то обронил, и обездвижила его. Незнакомая палочка отдала электрическим ударом в руку, и Гермиона тут же ее бросила, поворачиваясь назад к Гарри. К нему с противоположных сторон подскочили два волшебника – он прыгнул в воздух – и двое столкнулись у него за спиной.

Гарри протянул руку к Гермионе, и она почувствовала, что ее ноги отрываются от пола. Гермиона резко вдохнула и заставила себя успокоиться, когда поднялась до его уровня. Она поймала его взгляд, и они стали произносить третий станс. Магия, которая, она чувствовала, курсировала по ее телу, стала стекаться по правой руке в ладонь – та засияла ярко красным цветом. Она видела, что с Гарри происходит то же самое. Когда последнее слово сошло с ее губ, и она почувствовала, что магия пытается выйти из под ее контроля и вырваться на волю, она снова сосредоточилась на заклинании.

Все это заняло не более тридцати секунд. Она бросила взгляд вниз... дела складывались не в пользу правой стороны. Волшебники из Круга отказывались лежать смирно и поднимались заново, возобновляя атаку. Сорри лежал на полу без сознания. Квинн изо всех сил берегла свою левую руку – правая безвольно болталась на суставе. Лицо Драко было бледным, он не сможет долго продержаться. У этих колдунов была сильная защита от обездвиживания и другой магии, ничто не сможет долго их сдерживать. Удар в лицо и то был эффективнее. Аллегра стояла на платформе и наблюдала, по всей видимости, считая исход битвы достаточно определенным, чтобы не вмешиваться самой.

Гермиона снова посмотрела на Гарри. Он подтягивал ее вперед, пока она не оказалась всего в полуметре от него. Они встретились взглядами, и она попыталась сосредоточиться, попыталась думать только о сильной связи с ним, о необходимости которой писала Библиотекарь. Он поднял руку, и она сделал то же; по какому-то безмолвному сигналу они хлопнули друг другу в ладоши. Краем глаза Гермиона видела, как Аллегра наблюдает за ними с сердитым лицом.

Их ладони сошлись со звуком, похожим на удар грома, красный свет обволок их обоих. Гермиона вскрикнула от боли, когда по ее телу прошлась волна, казалось, тысячи электрических разрядов. Лицо Гарри исказила жуткая гримаса, его волосы стояли дыбом; плащи развевались вокруг них. Теперь Аллегра пыталась их остановить. Она достала палочку и бросала в их направлении проклятье за проклятьем, но они непонятно как отражались. Она крикнула стоявшему рядом колдуну, чтобы тот что-нибудь сделал, взволнованно указывая на них.

Гермиона со всей силы стискивала пальцы Гарри, другой рукой держа себя за запястье, чтобы их руки не разошлись. Она услышала, что произносит последний станс, хотя не осознавала, что открывала рот; она могла лишь предположить, что Гарри исполняет свою часть. С каждым звуком магическая область, созданная ими, становилась все сильнее и сильнее. Гермиона изо всех сил старалась держать его руку, пока разум настаивал: отпусти, Бога ради.

Она открыла глаза, когда последнее слово сошло с ее губ, с облегчением увидев, что он говорил одновременно с ней. Когда заклинание было завершено, волна алого света хлынула по всем направлениям от их сжатых ладоней, заполнив весь зал кроваво-красным сиянием. Тут волны магии вдруг перестали ощущаться, и Гермиона осталась просто держать Гарри за руку в нескольких метрах над полом.

Облаченные в зеленые плащи колдуны из Круга все еще дрались, но, к их удивлению, их палочки больше не работали. Один за одним, они стали отступать, вдруг потеряв уверенность. Аллегра качала головой, будто не могла поверить в происходящее. Драко с выражением мрачного удовлетворения на лице с радостью обездвижил нескольких колдунов... на этот раз они остались обездвиженными. Выставив палочку вперед, он согнал остальных в один конец комнаты. Гермиона отпустила руку Гарри и медленно спустилась на пол. Остальные просто стояли на месте, уставившись на Гарри, который мягко приземлился на пол.

Он повернулся к Аллегре, уперев руки в боки:

– Ладно. Что теперь?

Вдруг один из неизвестных колдунов в зеленых плащах заорал и кинулся на Гарри слева. Гарри отступил с траектории выпада этого камикадзе и ударил его ногой в живот, потом схватил парня за голову, стукнул о свое колено и откинул парня в сторону. Он сделал шаг назад и повернулся лицом к остальным; его щеки раскраснелись.

– Ладно, кто следующий? – крикнул он. – Хотите продолжения? Пожалуйста! Есть еще желающие? – никто не решился на него напасть. – Хорошо. Тогда вы все выживите, чтобы увидеть милую, удобную тюремную камеру.

Аллегра все еще выглядела только огорченной таким поворотом событий. Она совсем не казалась напуганной или разъяренной.

– Ты слишком много на себя берешь, Гарри.

– А что ты сделаешь? Скажешь “буга-буга” и помашешь на меня пальцами?

– Мой Повелитель...

– Ой, хватит молоть про своего дурацкого Повелителя! От него самого ни слуху, ни духу! Знаешь, я начинаю задаваться вопросом, есть ли этот Повелитель на самом деле, Аллегра. Может, там только ты!

– Поттер, – пробормотал Драко. – Не хочу прерывать твою маленькую мелодраму, но мы не можем торчать тут весь день. Что теперь?

Гарри бросил на него взгляд:

– Ну, раз уж это ты тут достаешь кроликов из шляпы, я было подумал, что у тебя есть план на подобный случай.

– Я не планировал так далеко вперед. По правде сказать, я не очень-то надеялся, что ты так долго проживешь.

Гарри фыркнул:

– Твоя уверенность просто потрясает, – Гермиона перевела взгляд с одного на другого, размышляя, как приятно было видеть, что Гарри и Драко были не ближе к скорой дружбе чем когда-либо, несмотря на неожиданный героизм последнего. То, что они не спешили становиться кровными братьями, придавало вселенной определенное ощущение упорядоченности и стабильности. Гарри отступил назад, не сводя глаз с Аллегры. – Сейчас нам нужно послать сообщение в Р.Д. и ждать подмоги.

– В этом нет необходимости, – сказал Сорри. – Я послал сову с аппарационным направителем Ремусу Люпину прямо перед тем, как началась церемония Обращения. Скоро они должны быть здесь.

Гарри улыбнулся:

– Хорошо. Я рад, что хоть кто-то здесь думает о предстоящем.

Сорри подошел к Гарри:

– А что насчет Винтер? Для нее можно что-то сделать?

Все посмотрели туда, где она стояла – до сих пор за подиумом, не сдвинувшись ни на дюйм за время всей заварухи. Гарри прикусил губу, потом кивнул.

– Драко, пригляди за галеркой, ладно? – Драко кратко кивнул, не сводя взгляда с упомянутой галерки. Гарри и Сорри взошли на платформу, где стояла Винтер и безмятежно смотрела прямо вперед. Гермиона наблюдала издалека, держась рядом с Квинн, которая выглядела так, будто вот-вот потеряет сознание. Гарри стоял рядом с Винтер и всматривался в ее пустые глаза.

– Я не очень хорошо знаком с этим проклятьем, – признал Сорри.

– Обычно, его может снять только тот, кто наложил, – сказал Гарри, глянув на Аллегру, – но мы посмотрим, что я смогу сделать, – он взглянул во взволнованное лицо Сорри. – Так... она находилась под ним очень долго, и ее мозгу потребуется время, чтобы восстановиться. Скорее всего, она сразу потеряет сознание.

Сорри кивнул и встал ей за спину, готовясь поймать ее, если она упадет. Гарри задумался на секунду, потирая подбородок, потом встал перед Винтер и положил руки на обе стороны ее головы. Гермиона увидела, как его ладони чуть-чуть замерцали, и как напряглось тело Винтер. Гарри отошел, и Винтер без сознания упала Сорри на руки.

Гермиона смотрела на сцену на платформе. Квинн жмурилась и сжимала зубы, сдерживая крики боли от руки, которая, похоже, была сломана. Драко смотрел за колдунами из Круга. За Аллегрой, к несчастью, не смотрел никто.

Гермиона краем глаза заметила легкое движение и повернулась как раз, чтобы увидеть, как Аллегра быстро наклонилась и подняла что-то с пола у платформы. Гермиона испуганно вдохнула, когда поняла, что это был меч с лезвием, окропленным кровью... скорее всего, осознала она, кровью безымянной женщины, которую убили вместо нее. Аллегра двигалась с удивительной быстротой, она оказалась на платформе раньше, чем кто-то успел понять, что происходит.

– Гарри, осторожно! – крикнула Гермиона.

Гарри резко развернулся и увидел, как Аллегра замахивается на него мечом, подняв его так, словно хочет разрубить противника пополам. Он среагировал быстро, подняв правую руку и выбросив ее ей навстречу, чтобы отразить удар. Гермиона приготовилась увидеть, как хлынет кровь, когда меч Аллегры разрубит руку Гарри в локте.... но вместо этого она услышала лишь клацанье металла о металл.

Когда Гарри выбросил руку вперед, в ней появился меч и встретился с клинком Аллегры в воздухе, все еще мерцая после материализации.

– Ха! – с облегчением воскликнул Гарри. У Гермионы расширились глаза, когда она узнала меч в его руке. Это был меч Годрика Гриффиндора, его инкрустированный драгоценностями эфес было невозможно спутать ни с чем. К выпускному Гарри обнаружил у себя в комнате длинный сверток, подарок от Дамблдора. Внутри был меч, с типично загадочной запиской от директора. В колдовском мире (где разговоры были чрезвычайно гадкими... особенно сплетни о Поттере, любимая и бесконечная тема) стали безудержно распространяться слухи о том, что Гарри с отцом были прямыми потомками Годрика Гриффиндора, и что Гарри поэтому получил меч, но происхождение не было подтверждено, а Гермиона всегда интересовалась этим вопросом. Меч висел на стене в комнате у Гарри.... или нет? – Хорошая попытка, – сказал Гарри Аллегре.

Она отступила, держа меч между ними:

– Боишься сразиться со мной без магии?

– С чего бы это?

– Ну, бой на мечах был твоей самой слабой дисциплиной. Ты ни разу меня не одолел.

– Времена меняются.

– Посмотрим.

Она выпрямилась и поднесла плоскость меча ко лбу. Гарри сделал то же, и они встали лицом друг к другу в стойке “к бою”.

Мгновенье, казалось, длилось вечность. Гермиона стояла, сжав кулаки так сильно, что позже она обнаружит на ладонях отпечатки в форме полумесяцев от своих ногтей. Сорри со своей бабушкой на руках медленно отступил от платформы назад, на более безопасное расстояние. Драко не сводил глаз со своих подопечных, угрюмо не обращая внимания на события, а Квинн наблюдала молча, крепко прижимая руку к телу.

Гермиона задавалась вопросом, чего они ждали... потом пригляделась к их лицам получше и поняла. У Гарри лицо было каменным и спокойным как лед, у Аллегры – напряженным и взволнованным, все больше и больше с каждой секундой. Он давал Аллегре сделать часть своей работы за него, как Рон когда-то тянул время, чтобы понервировать ее, в их случайных шахматных турнирах. Наконец Аллегра сделала первый выпад, как и была вынуждена... потому что было предельно ясно, что Гарри может ждать бесконечно.

Она ткнула в него мечом, он отразил его, и началось. Они двигались туда-сюда по платформе, комнату наполнял лишь звук ударов их мечей, когда они так и сяк парировали удары.

– Ты тренировался, – сказала Аллегра.

– Неужели?

– Семь лет назад я бы уже победила.

– Может, просто ты растеряла навыки.

Она сделала выпад, поднимая меч вверх. Он крутанулся, отбил удар, заставив ее шагнуть вперед, чтобы восстановиться после выпада, и они поменялись местами, снова лицом друг к другу; их удары стали сильнее, и на лбах выступили капельки пота.

– Помнишь последний раз, когда мы это делали? – спросила она.

– Нет.

– Кончилось тем, что мы занимались любовью в хранилище для снаряжения на большой куче гимнастических матов.

– Ах, так вот зачем тебе нужна была эта битва? Надеешься, что история повторится? Извини, я занят, мне плевать, как ты истосковалась.

Он пригнулся, когда она с силой ткнула в него мечом, потом быстро перекатился за нее и поднялся, согнув спину, а она обернулась как раз вовремя, чтобы не дать ему проткнуть себя.

– Твоя находчивость в битве определенно стала лучше.

– Тренировки делают совершенным. Как плохо, что головорезы, которых ты обычно за мной посылаешь, не могут многого предложить в ответ.

Гермиона была так напряжена, что ей казалось, что она может в любой момент разлететься на миллион кусочков.

– Как они могут быть такими легкомысленными в подобной ситуации? – прошипела она.

– Это стратегия нападения, – прошептала Квинн. – Они совсем не легкомысленны. Каждый надеется отвлечь другого ровно настолько, чтобы закончить битву.

Гарри оттеснил Аллегру к краю платформы, до пола был целый шаг. Он сделал выпад, и она рухнула назад, упав на пол на спину, но умудрившись не выпустить из рук меч. Гарри шагнул вперед и перепрыгнул ее, развернувшись в воздухе и приземлившись по другую сторону от нее, лицом к платформе. У нее едва хватило времени встать на ноги, прежде чем он снова на нее напал. Их клинки мелькали в воздухе все быстрее и быстрее, их ноги танцевали на каменном полу камеры.

– Я под впечатлением, – сказала Аллегра, у нее появилась небольшая отдышка. – Возможно, ты владеешь мечом лучше меня.

– Ты знала это до того, как напала, – сказал он.

– Видишь кровь на этом мече?

– Да.

– Помнишь, как она туда попала?

– Да.

– Чтож, задержи эту мысль... возможно, мы сможем переиграть ту сцену без фальшивых двойников, – неожиданно, она отступила и с занесенным мечом кинулась туда, где стояли Гермиона и Квинн. Гарри с разбегу прыгнул в воздух и перелетел ей через голову, приземлившись прямо у нее на пути. Аллегра встала на месте, подняв брови. – Хороший прыжок! Даже без трамплина!

– Не смей их впутывать, – сказал он. – Это между мной и тобой.

Аллегра злобно скривила губы, и впервые фальшивая веселость покинула выражение ее лица. Дрожь пробежала по телу Гермионы... она никогда не видела Аллегры без той самодовольной саркастичной полуулыбки на лице. Теперь, когда улыбка исчезла, Гермиона смогла увидеть тьму за ее красивыми чертами, и это было ужасающе.

– Так тому и быть, – сказала Аллегра и снова напала на Гарри.

В этот раз не было болтовни, не было подколов, не было показушных движений. Не было ухищрений и сдержанности. Теперь они просто пытались убить друг друга, только и всего. Их мечи между ними казались размазанным пятном; то, как они кряхтели и резко вдыхали, было слышно всем. Гермиона едва могла за ними уследить, так быстро они двигались.

Гарри отступил и напрягся для очередного выпада. Аллегра симулировала блок, проскочила под его клинком и вонзила меч ему в грудь. Гермиона услышала, что кто-то закричал, и поняла, что это была она сама; она зажала рот руками, не желая его отвлекать. Гарри вскрикнул от боли... клинок Аллегры проткнул насквозь его левое плечо под самой ключицей. Кончик меча торчал из спины на целых восемь дюймов. Его левая рука безвольно повисла, а правая каким-то образом сохраняла хватку на мече. Гермиона хотела помочь ему, но боялась, что, что бы она ни сделала, это только усугубит ситуацию.

Аллегра безжалостно провернула меч в его плоти; Гарри хрипло вскрикнул и упал на колени, скривив лицо от боли; по левой стороне его груди текла кровь.

– Вот как все обернулось, – сказала Аллегра. – Великий Гарри Поттер, такая угроза для Волдеморта и всего темного, единственный в своем роде... как букашка на иголке дергается прямо у моих ног.

Он уставился на нее:

– Чего ты ждешь? – выдавил он сквозь сжатые зубы. – Сделай это!

Гермиона оцепенело смотрела. Сделай что-нибудь, настаивал разум. Она шагнула вперед, смутно намереваясь броситься на Аллегру, но Квинн удержала ее.

– Не надо, – прошептала она. – Твоя смерть ему не поможет. Доверься ему.

– Прости, Гарри, – говорила Аллегра. – Ты знаешь, во мне есть часть, которой ты действительно нравишься.

– Хватит, – оборвал он. – Уже слишком поздно.

– Очень хорошо, – сказала она. Она напряглась, чтобы вытащить меч и снова его ударить... но не успела она этого сделать, как Гарри поднял свою ослабшую левую руку и схватился за лезвие меча. Из ладони хлынула кровь, но он не отпустил. Аллегра была слишком удивлена, чтобы что-то сделать в тот момент. Гарри быстро встал и врезал ей ногой в живот. Она упала на пол, но ее меч остался в груди Гарри.

Он схватил меч за рукоять, зажмурился и вытащил его из плеча; при этом из его горла вырвался вскрик. Он пробормотал несколько слов и на секунду приложил ладонь к ране; пальцы вспыхнули светом, и кровотечение остановилось.

Он откинул Аллегрин меч подальше и встал над ней; его дыхание было частым, а лицо скривилось от гнева и боли. Аллегра медленно встала на колени, в мольбе разведя ладони. Она пожала плечами, признавая поражение. Полуулыбка вернулась на место.

– Ладно, ты победил, – она запрокинула голову назад, открывая ему свою грудь. – Я готова. Сделай это.

Секунду он просто стоял на месте и смотрел вниз, на нее, раздумывая. Он этого не сделает, подумала Гермиона. Конечно, не сделает.

Гарри занес меч над головой, приготовившись ударить. О Боже, Гарри, думала Гермиона. Не надо. Она чувствовала, как рядом напряглась Квинн. Его лицо было ужасным, ярость и боль исказили обычно дружелюбные черты чуть ли не до неузнаваемости. Меч застыл на самом пике удара. Его глаза сузились, пока он смотрел на Аллегру.

– Чего ты ждешь? – прошептала Аллегра. – Убей меня. Ты же знаешь, что хочешь. Помнишь, как я тебя предала? Помнишь, как я вырвала у тебя сердце и истоптала кливажами на своих футбольных ботинках? Помнишь, как я заставила тебя думать, что убила Гермиону? Помнишь Лефти? Отомсти! Ты это заслужил!

– Гарри, нет! – крикнула Гермиона. – Не надо!

– Я должен, – сказал он дрожащим голосом. – Все, что она сделала... Я должен ее остановить.

– Ты остановил ее, – Гермиона неуверенно шагнула к нему. Его меч дрожал в воздухе, когда он смотрел на женщину, чьи действия преследовали его большую часть взрослой жизни. А Аллегра мирно сидела на полу на коленях и ждала. – Посмотри на нее, Гарри... она хочет, чтобы ты ее убил. Раз она не может тебя побороть, то сможет хоть унизить вместе с собой. Просто посади ее за решетку.

– Решетка не удержит ее надолго, – прошептал он. – Это единственный способ.

– Ты ведь знаешь, что это не правильно, – сказала она, делая к нему еще шаг. – Ты не можешь хладнокровно ее убить, это не твой метод. Ты не такой как она, Гарри.

Он с силой сглотнул:

– Я хочу ее убить...

– Конечно, хочешь, – сказала она. – Она сделала тебе много ужасного. Но Гарри... в мире миллион Аллегр. Если ты покончишь с этой, ее место займет другая. Ты не можешь ради нее одной пожертвовать свою душу. Она этого не стоит.

Меч теперь трясся так сильно, будто Гарри с помощью него дирижировал “Полетом Шмеля”. Момент растянулся до бесконечности, и Гермиона могла поклясться, что ее сердце замерло, пока она ждала его ответа... потом, наконец-то, его лицо расслабилось, и глаза закрылись. Он опустил меч и повернулся к Гермионе.

– Гермиона... о Боже...

– Я знаю, – сказала она. Он рванулся к ней и упал ей в объятья, прерывисто дыша; меч Годрика с грохотом полетел на камни. Гермиона крепко его обняла, его руки безвольно висели по бокам. – Я знаю, – повторила она.

– Я хотел... я чуть не...

– Тсс. Она не властна над тобой.

Он поднял руки и заключил ее в объятья, пачкая ее одежду своей кровью. Он тяжело выдохнул и, кажется, расслабился.

– Прости, – прошептал он.

– Не извиняйся.

Она отстранилась и поцеловала его влажный лоб.

Гарри слабо ей улыбнулся и, казалось, хотел заговорить, но вдруг вздрогнул и отшатнулся в сторону, здоровой рукой хватаясь за рану, которая снова кровоточила.

– Ох... нужно доставить тебя в больницу, – сказала она.

– Я в порядке, – сквозь сжатые зубы ответил он.

– Ну конечно, – возмутился Сорри. Он аккуратно уложил Винтер на пол и вышел вперед, чтобы посторожить Аллегру, которая медленно поднялась и теперь стояла тихо и смирно, опустив голову. – Тебя мечом насквозь проткнуло!

Гермиона бы озвучила свое согласие, но, не успела она этого сделать, как воздух в комнате замерцал.

– Слава тебе, Господи, – пробормотала она, когда в зале материализовалась дюжина фигур. Она насчитала десять агентов Р.Д. в униформах и незнакомую женщину в гражданской одежде. Впереди всех стоял Ремус Люпин.

– Гарри! – воскликнул он, быстро оценив ситуацию, и кинулся вперед, поманив за собой странную женщину. Он жестом отправил агентов к колдунам из Круга. – Боже праведный, что здесь произошло?

– Объясним позже, – оборвала Гермиона. – Его ранили.

Странная женщина подошла ближе и стала осматривать плечо Гарри.

– Она врач, – объяснил Ремус Гермионе: Гарри, похоже, женщину знал. Ремус посмотрел им за спины, на толпу волшебников из Круга. – И что же это?

– Добрая часть Круга, Ремус, – сказал Гарри. – И за их поимку по большей части можно поблагодарить вот этого человека.

Драко развернулся к ним лицом, когда агенты Р.Д. стали арестовывать темных волшебников.

У Люпина чуть не выскочили глаза:

– Малфой?! – неверяще воскликнул он.

– Он спас наши жизни, – сказал Гарри, поморщившись, когда колдомедик разорвала его рубашку, чтобы добраться до раны.

Люпин всплеснул руками:

– Обсудим это позже. Сейчас давай просто вернем всех в Р.Д., и тебе нужно предоставить нормальную медицинскую помощь, – он перевел взгляд на Квинн. – Вам, похоже, она тоже нужна.

– Жить буду, – сказала она, опираясь на Драко и сжав губы в тонкую угрюмую линию.

Люпин повернулся к Аллегре.

– Что предлагаешь делать с ней? – промямлил он.

Гарри посмотрел на нее. Ее бездействие доставляло беспокойство. Она ни разу не заговорила, не двинулась, не показала ни одного признака того, что вообще воспринимает окружающий мир. Это его волновало, но в данный момент он не видел в ней угрозы... по крайней мере, не тогда, когда она была окружена несколькими его агентами.

– Наверное, просто заберем с собой. В отделе Получения Информации захотят с ней поработать, это могу сказать точно.

Гермиона наблюдала за Аллегрой, и что-то на задворках разума не давало ей покоя. Я что-то забыла, думал она. Что? Все закончилось... разве не так? Она присмотрелась получше... длинные черные волосы Аллегры закрывали ее лицо и делали неясными черты. Пряди слегка шевелились. Будто дул легкий ветерок... или будто она очень тихо говорила за этой завесой волос.

– О нет, – прошептала Гермиона.

Аллегра раскинула руки в стороны и резко запрокинула назад голову, ее губы быстро двигались, пока она произносила длинную череду слов. Ее глаза стали равномерно синего цвета.

– Это еще что за фокусы? – прорычал Драко, кидаясь вперед. Гарри вытянул руку, чтобы его остановить.

– Нет! Она что-то делает!

– Гарри! – воскликнула Гермиона. – Магия управления временем!

– Да, – откликнулся он: было ясно видно, что она делала. Вокруг рук Аллегры сверкали молнии, и когда она произносила слова, ее тело поглощала колонна мерцающего синего света. Ее волосы чернильным ураганом разлетались вокруг нее, платье дико развевалось и хлестало ее по ногам, поддаваясь невидимому ветру.

Драко снова попытался броситься к ней, но Гарри его удержал.

– Нам нужно ее остановить! Она может вернуться назад и не дать ничему из этого случиться! Убить тебя, убить меня, всех убить!

– Ее нельзя останавливать посреди заклятья, – сказал Гарри. – Это слишком опасно! Вмешательство в столь мощное заклинание может привести к катастрофе! Временная магия – это тебе не игрушка, она может порвать эту временную линию как папиросную бумагу!

– И из-за этого ей стоит давать шанс возвращаться во времени?

Гермиона этого почти совсем не слышала. Ее взгляд был прикован к Аллегре, а мысли неслись со скоростью света. Мысленно она слышала голос Сорри, описывавший принадлежащее Кругу заклинание управления временем: В основном оно является ментальной проекцией. И потом собственный ответ: Как гламур?

Гермиона резко вдохнула, когда вспомнила то, что забыла. Она сунула руки в карманы плаща... Квинн что-то подложила мне в карман, что это было? Если это то, что я думаю... ее пальцы сомкнулись на предмете, и она вытащила его.

В руке у нее были Гламурные Очки Квинн с серебряными линзами. Она перевела взгляд с очков на Аллегру, которая теперь была полностью поглощена колонной света, такого яркого, что на него было больно смотреть. Гарри не давал никому остановить ее, и они с Драко до сих пор об этом спорили. Если она в скором времени чего-нибудь не сделает, Аллегра вернется во времени, и эта временная линия прекратит свое существование.

Она укрепилась в своем решении и резко надела очки. Ничто сильно не изменилось, только Аллегра сильно выделялась из окружающего. Она бросилась вперед, не обращая внимания на тех, кто кричал ей вслед.

Аллегра вскинула голову, и ее взгляд упал на Гермиону. Ее губы скривились в жуткой гримасе. Она открыла рот, чтобы заговорить, но черта с два Гермиона даст ей изречь еще одну ее фирменную саркастическую колкость.

Она глубоко вдохнула и сунула руки в колонну света, хватая Аллегру за плечи. Это было все равно, что хвататься за линию электропередачи под напряжением. Она слышала собственные вопли вперемешку с Аллегриными, чувствовала, как временная магия вокруг них потрескивала и искрила, начиная распадаться. Плоть Аллегры ходила ходуном и шла волнами под ее пальцами, но она вцепилась намертво. Ее широко раскрытые глаза застыли, чтобы она не смогла их закрыть, а лицо Аллегры начало... искажаться, будто она существовала в больше чем одном времени сразу и не могла сохранить свою целостность. Отпусти! Отпусти! визжал разум... но она не могла. Ее мускулы заклинило от всей той силы, что курсировала по ее телу, ничто не подчинялось. Она заметила, что Аллегра пытается снова взяться за свое... потом увидела, как та подняла обе руки ладонями вперед, и с усилием откинула ее.

Гермиона полетела прочь от Аллегры, откинутая силой, выше простого толчка; каждое ее нервное окончание было напряжено, Гламурные Очки слетели с лица. Она почувствовала, как кто-то ее поймал, когда она упала, но не видела, кто это был... все в комнате наблюдали за Аллегрой и тем, что с ней происходило.

Колонна света, охватывавшая Аллегру, теперь концентрировалась на ней. Женщина пыталась восстановить контроль, но было слишком поздно. Магия вокруг Аллегры стала сгущаться, наваливаясь на ее тело, и уноситься вихрем как вода по водостоку. Последний крик раздался в воздухе и потом, с легким поп, она исчезла. В комнате было тихо, энергия исчезла, и было странно пусто, будто комната утратила саму причину на жизнь. До Гермионы издалека доносились голоса. Она услышала собственное имя, услышала, как кто-то рявкал приказы... голоса удалялись, взор заволокла тьма. Она приняла ее в свои теплые неощутимые объятья, и больше Гермиона ничего не помнила.

* * *

Когда она вновь открыла глаза, она находилась не в Лекса Коре... разве что в Лекса Коре были удобные, хорошо обставленные комнаты, в которых заключенные могли восстанавливать силы.

Потолок, первый попавшийся ей на глаза, был очень успокаивающего, теплого, однородного цвета загара. Она осторожно огляделась... похоже, она лежала на больничной кровати, хотя комната эта скорее походила на чью-то спальню, чем на палату.

И она была не одна. На придвинутом к кровати стуле сидел Гарри, но лица его она не видела. Его голова склонялась к краю кровати, лоб его покоился на ее руке, которую он держал обеими ладонями.