Текст книги "Рожденная заново. Тень нефритового кольца (СИ)"
Автор книги: Виктор Постоенко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 26 страниц)
Глава семнадцатая
Все евнухи и чиновники Управления Дворца выстроились во дворе, когда получили известие, что Гвиин Го следует в их направлении.
– Приветствуем Ее Высочество – и с тихим шелестом все стоящие во дворе опустились на колени. Я, не останавливаясь, сразу же подошла к коленопреклонённому господину Ли и попросила его встать. Видя, что он не решается это сделать, я наклонилась и взяв его за плечи, помогла ему подняться.
– Ваше Высочество, так нельзя, кто Вы, и кто я?
– Господин Ли, сейчас, в это мгновение, здесь нет Ее Высочества и Управляющего Дворцом. Есть только мужчина в уважаемом возрасте и молодая женщина, которая помогает ему встать. Встали? Ну вот, а теперь я опять Ее Высочество – и я улыбнулась ему в лицо.
– Проводите меня в свой кабинет. Все остальные могут встать, благодарю вас за выказанное мне почтение, всех вас ждет работа. А мы с господином Ли просто попьем чая.
Я знала, что каждое сказанное мною сегодня во дворце слово будет донесено до всех закоулков. Я не лукавила, я поступала так, как велело мне сердце. И впредь буду выказывать уважение всем, кто старше. Даже если буду знать, что они настроены против меня. Пусть про себя думают, что хотят, но я всегда буду сама собой.
– Присаживайтесь, иначе я тоже встану – я указала господину Ли на стул напротив себя – чай у вас в управлении всегда был вкусным, вот пришла себя побаловать
– Да, Ваше Высочество, не успели войти во дворец как сразу ко мне пить чай – как только посторонние покинули помещение, он сразу стал самим собой. По его просьбе я подробно рассказала о том, что произошло в тот злополучный день, и как мне пришлось выживать потом
– Но господин Ли, у меня появились сомнения, что Вы тогда поверили в мою смерть там, на горе.
– Ваше Высочество, я что, не смог бы узнать Вы это или нет?
– Но почему вы повысили На Ён и моих девушек? Неужели знали, что я могу вернуться, и не просто вернуться?
Он лукаво посмотрел на меня, потом поднял пиалу с чаем и хитро глянул на меня еще раз поверх чашечки.
– Я с самого начала знал, что Вы необыкновенная, как только первый раз увидел
– Поясните. Я пока не понимаю в чем проявилась моя необыкновенность.
Он встал и быстро подошел к двери, открыл ее и выглянул в коридор. Затем отдал кому-то распоряжение встать в конце коридора и никого не пускать.
– Видите ли, я из тех, кто умеет видеть – он вложил в слово «видеть» какой-то особый смысл, и это меня насторожило.
– И что же Вы увидели?
– Я сейчас раскрою свои карты Ваше Высочество. Но предупреждаю сразу – то, что я скажу, может показаться Вам безумием. Однако я прошу Вас выслушать до конца.
Я насторожилась, но кивнула.
– Я слушаю, господин Ли.
Он помедлил, собираясь с мыслями, потом заговорил тихо, почти шёпотом:
– Я видел Вас по-особому дважды. Первый раз увидел в тот день, когда Вы пришли ко мне с жалобой на питание. Вы положили мне на стол тот вонючий рисовый шарик. Я тогда ещё подумал: в этой девушке есть что-то необычное. Но это было просто ощущение. Потом я вдруг увидел Вашу вторую сущность.
Он сделал паузу и пристально посмотрел на меня.
– А следующий раз – я увидел Вас во сне. За день до того, как королевские стражи нашли Ваше тело на горе.
– И что Вы увидели?
– Я видел Вас. Живую. В горах. Вы стояли на скале, смотрели на закат, и ветер развевал Ваши распущенные волосы. Вы были в чёрной одежде, с луком за спиной. И Вы улыбались – спокойно, свободно. И тогда во сне я понял, что Вы живы, Вы сбежали и Вы вернётесь.
Он замолчал, давая мне осмыслить услышанное.
– Господин Ли… – я покачала головой. – Вы хотите сказать, что видели меня во сне? Как-то странно и двусмысленно звучит, не находите?
– Я хочу сказать, – он подался вперёд, понижая голос до шёпота, – что я не всегда был управляющим Внутреннего двора. В молодости я учился у шаманов на горе Пэктусан. По некоторым причинам я не стал шаманом, но я могу иногда видеть то, что скрыто от глаз обычных людей. Я чувствую судьбу, Ваше Высочество. И когда я впервые увидел Вас, я понял одно – в Вас есть какая-то другая сущность.
– У Вас другой взгляд, другая походка, другой способ мыслить. Вы не просто выжившая сирота из монастыря. Вы для меня как женщина, которая уже прожила одну жизнь и начала другую.
Я молчала. Я первый раз не знала, что сказать. Он смотрел на меня с лёгкой улыбкой, и в его глазах не было страха, не было осуждения, только некая мудрость и понимание.
– Почему Вы так решили? – спросила я наконец.
– Слишком много мелочей. Вы знаете то, чего не могли знать ни одна рабыня, ни одна монахиня. Вы говорили о червячках, которые живут в грязи и убивают людей. Откуда это могла знать молодая рабыня? Рассказал ваш наставник? А ему откуда это стало известно? Я тоже в некотором роде ученый и лекарь. Вы создали совсем новую систему учёта. Вы вели себя с евнухами, как военачальник с солдатами. И когда Вы сражались с наёмниками – Вы использовали приём, которому не учат в монастырях. Я разговаривал с выжившим инспектором, с тем, кого Вы спасли на дороге. Он опытный воин, и сразу это заметил. Есть вещи, которые я не могу объяснить словами. Но я знаю: Вы должны быть здесь. Вы должны быть рядом с королём. Вы – та, кто сможет изменить многое в нашей стране
Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох.
– Господин Ли, спасибо Вам за то, что Вы тогда поверили в меня. За то, что защищали меня, даже когда я об этом не знала. За то, что Вы есть. Но по поводу второй сущности скажу сразу– я в себе такого не чувствую. Поэтому не надумывайте ничего такого шаманского. Просто я всегда знала, что место в водном отделе не для меня, я понимала, что могу намного больше, знаю больше, просто не было возможности себя проявить, пока чистая случайность не привела меня в помощницы тётушки Лю. А дальше обо мне узнали Вы. Но я запомню все, что Вы мне сегодня сказали.
– А что скажете по поводу Ваших умений и знаний?
– Так это вы еще не знаете, что я сегодня говорила при Ее Величестве на трех западных языках – это теперь к какой сущности отнесете? Старый настоятель был необыкновенным человеком, и не зря он был наставником прежнего короля и моего деда, да и других министров
– Погодите, Вы сейчас говорите о Мунджоне Дэсса?
– Господин Ли, конечно о нём. Вы же никогда даже не спрашивали, в каком монастыре я жила.
– Как же я раньше то не догадался… Тогда многое становится понятным, если Вы были его любимицей. Я в юности присутствовал на его занятиях, когда он преподавал в столичном университете. Значит это он был настоятелем того горного монастыря, печально, печально.
– Теперь, я думаю, Вы выбросите из головы хотя бы половину того, чего надумали?
– Ваше Высочество, я подумаю над этим вопросом – евнух Ли хитро улыбнулся – но я всегда буду на Вашей стороне. Сейчас Вам необходима большая осторожность, так как неприятностей можно ожидать даже не от наложниц, а от неприметных служанок и дам дворца. Тут такой гадюшник, что методы как напакостить отработаны уже годами.
– Господин Ли, я знаю, в какой ядовитый лабиринт я вступила. Был ли у меня выбор? Нет, не было. Поэтому я постараюсь не заблудиться и не попасть в настороженные на меня волчьи ямы. Кстати, распорядитесь, что бы кто-то отвел служанок и евнуха из Водного отдела в мой дворец. Боюсь, увидев меня, они могут повести себя несколько неправильно по отношению к моему Высочеству.
– Немедленно исполню – он поднялся и вышел за дверь. Но ты смотри какой человек. Не зря, нет, не зря он сумел подняться до вершин управления королевским дворцом. Чего он от меня ожидал? Что я доверчиво ему признаюсь, что в прошлой жизни я была старшим дознавателем министерства внутренних дел по-местному? Или была замужем, пила спиртное? Не было никакой прошлой жизни – есть молодая амбициозная женщина, которую недавно звали Со Ён У, а теперь она зовется Гвиин Го.
– Ваше Высочество – управляющий вернулся быстро – я уже распорядился и их повели в павильон. Я хотел узнать у Вас, не думали ли Вы, какое ведомство дворца возьмете под свой контроль? Все наложницы отвечают за разные ведомства перед Ее Величеством, как говорится, никто без дела не сидит.
– Я подумала, что не мешало бы взять под контроль ведомство Камчхальбу.
– Ваше Высочество, но это же Служба внутренних расследований дворца
– Я аккуратно спросила у Ее Величества, кто из наложниц и за что отвечает. С интересом узнала, что наложница Сон Совон отвечает за швейный и водный отделы. Ну ни разу я ее не видела за все годы моего пребывания там.
– Не обязательно бывать самой. Тётушка Лю регулярно, каждую неделю, ходила к ней с докладом.
– То есть она знает только то, что ей докладывают главы отделов, так? А то, что там происходит на самом деле, знаете только Вы, так?
– Так и есть. И я этим весьма ловко пользуюсь – он засмеялся. Понятное дело, любая из глав отделов из кожи вон вылезет, что бы ничего из творящегося у них не вышло наружу. А ведь и погибали работницы, и травмы получали, но тишина.
– Но Вы не ответили на мой вопрос, переведя мое внимание на другое. Почему?
– Потому что считаю, что принесу этим большую пользу Ее Величеству. Управление занимается делами служанок и наложниц, и я уверена, что там найдется немало полезной информации. Кроме этого я попрошу отдать мне контроль над Чанъаквоном.
– Погодите, а разве у Вас есть способности к музыке?
– Нет, но музыканты сейчас как бы бесконтрольные. А ведь там работает много молодых женщин, которые живут вне дворца. Да и многие музыканты проживают в городе. Идеальное место для организации чего угодно, от заговора до торговли запрещенными товарами на территории дворца.
– Нет, с этим делом там спокойно, по крайней мере никогда оттуда ничего не исходило, в отличии от других отделов и управлений.
– Вот и посмотрим. Но я обещаю, что без Вашего ведома никаких серьезных изменений я производить не буду. Мне даже будет так лучше, если по информации будете действовать именно Вы с Управлением наказаний.
– Но как воспримут эту новость остальные наложницы?
– А кто им мешал взять эти ведомства под опеку?
– Глава Камчхальбу сложная женщина, сангун высшего пятого ранга, она докладывает напрямую первому министру.
– Ну а у меня первый ранг, кто она против меня? Но я не собираюсь с нею воевать, поверьте, есть много других способов добиться взаимопонимания. И какое отношение имеет первый министр к внутренним делам Нэмёнбу? По какой причине Глава Камчхальбу прыгает через голову Ее Величества, которая является Главой всего внутреннего двора?
– Надо запомнить, как Вы только что сказали – очень меткое сравнение. Потому что королева не имеет детей, не может родить уже сколько лет. Хотя Его Величество ее любит и уважает, и последнее время почти два года только у нее и ночевал.
– Господин Ли, секретный вопрос – получается, что у всех наложниц рожались девочки? Я слышала, что несколько девочек умерли после рождения. Может тут дело в другом?
– Ваше Высочество – евнух опять перешел на шепот и нагнулся ко мне через стол – есть у Его Величества сын, ему уже четырнадцать лет. Но рожден от крестьянки и вне двора, когда наш король еще не был наследным принцем, не был женат на госпоже Ким Ин Сон и воевал против чуджонов на юге. Его никто не признает, да и знают о нем единицы. Я поддерживаю семью где он растет финансово. Это тайна, так как стоит ей выйти наружу, начнется хаос, или мальчика убьют.
– А почему Вы это мне говорите? – так же шепотом спросила я
– Потому что Вам предстоит стать для Его Величества близким человеком. Я уже знаю, что он провел с Вами две ночи, ну даже не спрашивайте откуда.
– Да я и не собираюсь это скрывать. Я его законная жена, чего мне стесняться. Я приняла к сведению то, что Вы мне сейчас сказали. Завтра на утреннем собрании наложниц я попрошу Ее Величество о назначении меня в те отделы. Представляю, какая будет буря. Кстати, Сон Со Ён так и не узнала во мне ту нахалку, что махала перед ее носом мечом. Его Величество поселил там служанку своих покоев, которая расхаживает по двору в моем платье и в моей маске, и тренируется с мечом.
– Но ведь Вас везли во дворец из того особняка.
– И что, если спросят, скажу я там только ночь переночевала перед отбытием во дворец. Пусть проверяют. Пока молчание. Потом все равно вылезет, но чем позже, тем лучше. Господин Ли, я уже засиделась у Вас, к вечеру уже весь дворец будет знать об этом.
– Пусть знают. Это и Вам и мне полезно. Им придется учитывать, что я буду делиться с Вами информацией, как и вы со мной. Я провожу вас до ворот Управления.
В павильоне вовсю кипела работа. Хотя слуги перед моим заездом и навели там порядок, но требовательная Мин Су нашла много недоделок, которые службы дворца сейчас устраняли. Со стороны кухни приятно пахло куриным бульоном, госпожа Ман Ок зря времени не теряла. На вопрос где сангун Шин первый же евнух ответил, что ее вызвала Ее Величество.
Перед главным крыльцом, положив себе под ноги узлы с личными вещами, стояли мои девушки и Нам Му Ёль. Видимо Мин Су ушла раньше, и они стоят ждут решения по ним. С лестницы сбежала госпожа Пак и закричала на весь двор
– Ее Высочество Гвиин Го здесь – и сама первой склонилась в низком поклоне. Я прошла к ней и махнула рукой, пусть продолжают работу.
– Продолжаем работу! – прозвучало во дворе, и слуги опять заскребли метлами.
– Так, головы поднимаем – приказала я, и сразу увидела четыре пары изумленных глаз. У Ха Ген с обоих глаз потекли слезы, красивое личико сморщилось, На Ён смотрела с непередаваемым изумлением.
– А ну ка пошли за мной – я крутанула юбкой и вошла в центральные покои.
– Всем выйди и пока не позову не входить.
– Ну здравствуйте, Ха Ген, не плачь – я подошла к ней и прижала ее к себе, но она расплакалась ещё больше. Девушки не выдержали и подбежали ко мне
– Как???
Я рассказала всю историю, опустив малозначимые детали. И объяснила, откуда я была знакома с королем и королевой.
– На Ён, ты теперь глава моих покоев, отвечаешь не только за простыни, но и за то, чтобы сюда ни одна посторонняя тварь носа не сунула, Су Ян и Ха Ген тебе в помощь. Остальных девушек подберешь сама, завтра же пойдешь в Чимиль, девочек для нас уже отобрала дама Чхве. Вернется дама Шин – получите новую форменную одежду, и На Ён, ты теперь в одном шаге от сангун, помни об этом.
Ли На Ён
– Му Ёль – я повернулась к еще находящемуся в ступоре евнуху – ты отвечаешь за мою переписку и работу слуг из разных ведомств во дворе, ведешь всю документацию и помогаешь даме Шин, понял? Сейчас идешь в Нэсибу и получаешь новую форму и все что положено тебе по твоему рангу, все документы Сангсон Ли туда уже передал.
– И общее – сангсон Ли знал, что я жива, и знал что король вернёт меня, поэтому он заранее произвел вас из рабынь в куннё. Вы и Мин Су – единственные, кому я пока могу доверять. И еще – когда никого нет можете обращаться ко мне «моя госпожа». А теперь идите спросите даму Ким Сон А, она покажет где будут ваши комнаты. Все, мои девочки, начинается новая жизнь.
Глава восемнадцатая
Павильон Бокёнчжон
Первым делом я обошла своё новое жилище, и оно меня впечатлило. По периметру шёл высокий трёхметровый каменный забор, на территорию павильона можно было попасть только через дубовые двустворчатые ворота, окованные медными полосами. Шириной двор был примерно метров сорок, но в длину – не менее ста.
Прямо от главных ворот к следующим, расположенным примерно метрах в шестидесяти от них, вела выложенная ровными мраморными плитками дорожка по перекинутому через небольшой пруд каменному мосту. Через несколько шагов от входа вправо уходил красивый арочный мостик с ажурными каменными перилами.
С обеих сторон от входа расположились уютные длинные деревянные домики с верандами, с покрытыми черепицей двускатными крышами. За прудом слева и справа симметрично расположились две круглые беседки. Перед ними влево и вправо уходили узкие каменные дорожки, ведущие к таким же ухоженным домикам. Вся территория между дорожками представляла собой ровно остриженные газоны с причудливо обрезанными кустами и растущими в кажущейся хаотичности карликовыми соснами.
Берег пруда был выложен камнем, а также я заметила несколько каменных горок, усеянных цветущими цветами, две большие чаши-клумбы и небольшие ивы. В самом пруду росли осока, кувшинки и декоративные водоросли. В воде, сверкая спинами, плавали белые и красные королевские карпы и иные рыбы.
К основному зданию дворца, отделённому ещё одной стеной, но уже пониже, вели ажурные деревянные ворота с погодообразной крышей. За ними расположилась выложенная разноцветной плиткой площадь примерно сорок на двадцать метров, на противоположной стороне которой и стояло на высоком, метра полтора высотой, фундаменте главное здание.
Слева и справа от площади разместились такие же красивые домики под черепичными крышами, в которых жили и работали вышивальщицы и мои швеи. За самим зданием у тыльной стены, слева и справа, расположились построенные в таком же стиле два хозяйственных домика, где были оборудованы складские помещения.
Внутреннее убранство можно было описать двумя словами – дорого и богато. Сразу за главными дверями расположился большой зал для приёмов гостей. В обе стороны от него вели коридоры, где были кабинет, библиотека, главная спальня, спальни ближних служанок и в правом крыле – детские комнаты.
Это была настоящая усадьба на территории королевского дворца, не меньше чем павильон Тхэчжоджон, где жила королева. Вот почему так вспыхнули лица королевских наложниц после сообщения, что павильон Бокёнчжон будет принадлежать мне.
Пришла Мин Су и сказала, что королева дала добро взять завтра из разных отделов девочек-учениц. После ужина я вышла на террасу – во дворе построились все евнухи и служанки. Гвардейцы моей охраны были только у внешних ворот. Вход во внутренний двор им был запрещён правилами Дворца. Здесь охраной уже занимались обученные евнухи.
Мин Су построила весь мой штат во дворе – получилось уже сорок шесть человек. Восемь евнухов привёл из Управления Дворца Нам Му Ёль. Сказал, что их отобрал для меня управляющий Ли. Десять служанок двора прислали из разных отделов. Все они были без рангов, но уже считались гуннё.
Десять рабынь мусури привела Ли На Ён из Водного отдела. Она постаралась взять тех, кого знала лично и на кого указали Су Ян и Ха Ген. Я ещё раз повторила то, что сказала в городской усадьбе, после чего приказала всем разойтись.
Со мной остались мои ближние служанки, натаскавшие воды в мои покои и готовившие меня ко сну. На Ён поставила большой деревянный таз с водой, я разделась, оставшись только в ночной рубашке, задрала её выше колен и с наслаждением опустила ноги в тёплую воду.
Пон Ха Гён, Им Су Ян, Шин Мин Су
Девушки обсуждали поместье, все были возбуждены, понимая, что для всех нас сейчас начинается новый этап жизни. На Ён щеголяла в тёмно-зелёном шёлковом ханбоке сангун, а Ха Ген и Су Ян уже переоделись в светло-зелёные ханбоки наин восьмого ранга покоев Гвиин.
– Его Величество прибыл! – раздался протяжный крик Нам Му Ёля во дворе.
Я аж открыла рот от удивления. Мы ничего не успели сделать, и когда король стремительно вошёл в мои покои, я так и сидела на стуле с задранной на колени рубашкой, а ноги стояли в тазу с тёплой водой. Так я и встала в тазике, держа в руках подол от рубашки, боясь, что мокрые ноги намочат её край.
– Ваше Величество, прошу меня простить за то, что не смогла встретить Вас как положено. Я приказала тазику: «Бежим встречать!» – но, увы, тазик ответил, что при всём его к Вашему Величеству уважении он не в состоянии это сделать. А я без него сейчас вот никак, – всё это я выпалила мгновенно, да ещё и закончила жалобным голосом.
Король рассмеялся, махнул рукой служанкам и подошёл ко мне вплотную. На Ён и девушки испарились, как будто тут их и не было. Мин Су задержалась, не зная, что делать.
– Мин Су, ты тоже иди.
– Ваше Величество, я должна…
– Положи полотенце сюда и уходи, я сам справлюсь.
– Ваше Величество, подайте полотенце, я сейчас вытру ноги и… Ай!
Я успела только взвизгнуть, когда он внезапно обхватил меня чуть выше колен, резко поднял вверх и прижал к своему сильному телу. С моих ног текла вода, а я, положив руки на плечи этому мужчине, заворожённо смотрела в его лучистые карие глаза.
Он сделал шаг, стукнулся об высокий бортик таза, чертыхнулся, но донес меня до кровати, где аккуратно посадил, потом вернулся за полотенцем. И стал одну за другой вытирать мои ноги, начиная со ступней, ставя их к себе на колено.
Ножки у Ён У были ровненькие, изящно очерченные, в меру чуть полненькие – я даже сама любовалась ими в зеркало. Король медленно вытирал их, поднимаясь всё выше.
– Чосан (Ваше Величество), там я ноги не мочила, а там тем более, – от его прикосновений меня бросило в жар. Он тихонечко рукой положил меня на спину и продолжил вытирать, подняв мою ногу вверх. А я, повернув голову, смотрела в его бездонные лукавые глаза.
– Чосан, а лампы не хотите погасить?
– Ты меня стесняешься?
– Я? Нисколечко. Можно и не гасить.
– Погоди, – он встал и стремительно прошёл к стоявшей на столе лампе, задул её, но оставил гореть лампу у двери, только повернув на ней колпак.
– Тазик подвиньте к стене, а то кто-то может в него окунуться во мраке.
– Ехидничаешь?
– Ну я-то никуда не пойду.
– Всё, я тут, – и через минуту остатки моей одежды улетели куда-то в центр покоев.
Я не давала ему взять контроль над процессом на себя, всё нападая и нападая. Не знаю, что в меня вселилось или кто, но я сумела умотать его так, что он откинулся на спину и раскинул в стороны руки.
– Пить хотите?
– Дай, а то думаю, чего у меня так в горле всё пересохло. Ён У, что вот это сейчас было?
– А что, неужели не понравилось?
– Я этого не говорил, но откуда? Откуда? Признаюсь, когда ещё был наследным принцем и гостил в Империи на севере, мы там читали кое-какие книги, которые девицам и смотреть-то запрещено. Но и там такого не было. Каюсь, кисэн посещал, но и они такого не знают. Откуда?
– Так понравилось или нет?
– Очень. Я на десятом небе, но ответь, прошу.
– Сама не знаю, – не рассказывать же ему, как от одиночества в темноте смотрела порнофильмы. – Но я делала сейчас то, чего мне хотелось именно в тот самый момент. И не удивляйтесь, у нас ещё много интересного впереди.
Потом мы повторили заход, и я удивила его ещё кое-чем. Надеюсь, он не будет делиться полученным опытом с королевой и наложницами.
– Ваше Величество, хочу задать один вопрос, – я лежала на спине, положив голову ему на живот, а он рассеянно ласкал правой рукой моё тело.
– Спрашивай.
– Могу я после утреннего приветствия Её Величеству посетить Тэби-маму? (Вдовствующую королеву) – его тело мгновенно напряглось, рука остановилась.
– Ён У, ты же знаешь, каков был мой указ. Тем более она послала людей тебя убить.
– Знаю, но это было более двух лет назад. И она таким своеобразным образом хотела защитить трон, защитить так, как она это понимала. В её глазах я была грязной рабыней, на которую неожиданно положил глаз Его Величество. И она решила принять все необходимые меры, чтобы я не стала камнем на Вашей шее. Как говорится – нет человека, нет и проблемы.
– Но почему? Что ты хочешь? Помириться с ней? Это вряд ли.
– Хотя бы попробовать. И я с ней не враждовала, это вам нужно мириться. За её спиной стоят старые уважаемые роды, которые в своё время отошли от политики. Это же почти весь клан Восточных. Сейчас он самый слабый из всех, так как в его рядах нет сильных личностей.
– Тебе это зачем нужно?
– Мне? Это нужно в первую очередь Вам, мой Король. А раз это нужно Вам, то я обязана приложить все силы к тому, чтобы хотя бы попробовать.
– Ты понимаешь, как она может тебя встретить?
– Понимаю, и даже знаю. Но если – Ваше Величество – но если у меня хоть капельку получится, я могу пригласить её прогуляться вокруг озера?
Он повернул меня к себе и притянул к груди, долго смотрел мне в лицо, зачем-то взъерошил мои волосы, потом так же неожиданно их расправил.
– Если у вас что-то получится, то разрешаю. Она уже больше двух лет не покидала свой дворец. Вообще нога её за ворота не ступала.
– Мне будет нужен Ваш приказ. Гвардейцы у ворот мне не подчиняются, а я не хочу быть как Сон Соён и давить на них.
– Будет тебе мой указ. После утреннего приветствия пришли ко мне одну из своих девушек.
Мы ещё о чём-то болтали, а потом он тихо засопел и уснул. Я не стала его будить, тихонько встала, сделала свои дела и нырнула рядом под одеяло. Он сам проснулся, когда уже начало светать, тихонечко поцеловал меня в ушко и ушёл.
Дворец королевы Тхэчжоджон
Утром меня внезапно посетил королевский лекарь. Теперь каждое утро он обязан меня осматривать, проверять пульс и интересоваться недомоганиями и здоровьем. После чего я позавтракала и двинулась во дворец королевы для утреннего приветствия.
Перед главным зданием комплекса уже выстроились чьи-то служанки, значит, я прибыла не первой. В зале уже сидели почти все наложницы. Не было только Ян Соый и Хан Кён Бин. Я вошла в залу, и все дамы заученно встали, приветствуя меня как старшую по рангу. Как бы они ни бухтели, но соблюдать дворцовый этикет были обязаны.
Только беременная Пак Сукён чуть привстала, поклонилась и опять села, поглаживая свой большой живот. Что-то в ней такое промелькнуло, что я даже, прежде чем сесть, пару секунд не сводила с неё глаз. Она выглядела умиротворённой и ангельски спокойной, но что-то же меня всё-таки кольнуло? А своему внутреннему чувству я уже научилась доверять.
Нужно будет поподробнее о ней разузнать, поручу это моей Шин. Я обернулась – она вопросительно глянула на меня, но я покачала головой. Не буду тут ничего говорить, позже. Почти следом за мной пришла Ян Соый, чинно поприветствовала всех, а потом уже я распорядилась всем встать и приветствовать супругу первого ранга Хан Кён Бин.
– Ничего не произошло, что необходимо было бы рассмотреть в срочном порядке? Нет? Сестра, – она повернулась ко мне, – у тебя есть что им сказать, прежде чем войдёт Нэджон-мама (королева)?
– Я займу минутку, только напомню. Вчера некоторые из вас с горячностью, достойной иного применения, выступали здесь в мой адрес, а одна из вас даже решила со мной открыто поспорить. Хотя все вы знали о том, что мой ранг мне пожалован особым указом Его Величества. Знали, кем я являюсь, и знали о том, что произошло на Совете. Я решила вчера просто ответить на ваши вызовы, чтобы у вас в дальнейшем не оставалось никаких сомнений по моему поводу. Но сегодня напоминаю: подобная вчерашней выходка повлечёт за собой суровое наказание за нарушение дворцового этикета и строго установленной иерархии Свода Дворцовых правил. Надеюсь, мы больше не будем возвращаться к данному вопросу.
Дамы промолчали, а я спокойно села на своё место. В этот момент вошла королева, и Хан Кён Бин подала команду:
– Всем поприветствовать Её Величество.
Королева, сев на своё место, некоторое время молчала, потом повелела нам сесть.
– Я сама предоставила вам вчера возможность высказаться, чтобы ещё раз убедиться в том, о чём сама давно знала. Любое нарушение субординации будет жестоко наказано. Сон Соён, давно розгами по лодыжкам не получала, уже забыла?
– Та, к кому обращается Её Величество, обязана встать, повернуться к ней и смиренно ответить на заданный ею вопрос, – подлила я масла в костерок.
Сон Соён подскочила, повернулась и, склонив голову, ответила, что она не забыла, а вчера она многого не знала, поэтому поступила опрометчиво, больше такое не повторится.
Я не смотрела на неё, я смотрела на поглаживавшую себя по животу Пак Сукён. На её лице промелькнула лёгкая тень некоего подобия саркастической улыбки. Сон Соён – просто молодая глупая женщина, выросшая в золоте и избалованная родителями. А вот тут нужно всё аккуратно узнавать, не люблю я таких тихонь.
– А теперь обратимся к вашим отчётам – что сделано за прошлую неделю. Начнём с Ян Соый.
Каждая наложница была закреплена за определёнными ведомствами и отделами дворца и обязана была контролировать их работу. Ян Соый бодро доложилась и ответила на все вопросы королевы. За ней отчитались остальные.
Королева не давала им сидеть на попе ровно. Кое-кому задала вопросы, которые говорили о том, что она прекрасно владеет обстановкой во Внутреннем дворе. Надо потихоньку у неё учиться.
– Гвиин Го. Сиди, не вставай, – она повернулась ко мне. – Ты определилась, в работе каких ведомств ты будешь участвовать?
– Ваше Величество, после долгого раздумья я решила попросить у Вас позволения осуществлять контроль над музыкальным отделом Чанъаквон и ведомством Камчхальбу – Службой Дворцовых расследований. Я заметила, что никто из сестёр не назвал их при докладах.
– Ты уверена? Господин Министр Ритуалов и тот иногда не справляется с начальником музыкального отдела господином О Мун Ёком, который болеет душой за музыкантов и даже позволяет себе выпрашивать прощения за их проступки у Его Величества.
– Пьют, наверное, много и потом дерутся? – я улыбнулась, представив себе местных рокеров.
– В последний раз устроили дебош в кибане, выкинув оттуда почтенных купцов и побив свиту северного посла. Был даже дипломатический скандал. Но О Мун Ёк как-то решил этот вопрос с посланниками.
– Очень интересный человек, прямо горю желанием с ним познакомиться. Я потому и хочу взять их под контроль, что наслышана об их приключениях. Тем более большая часть из них проживает в городе, включая и служанок отдела.
– Но Камчхальбу… Ён У, ты действительно этого хочешь? Это очень сложный отдел. Номинально он подчиняется мне, как главе Внутреннего двора, но глава управления госпожа Пак Со Джин – очень суровая знатная дама, и у меня поэтому не сложились с ней отношения.
– И кому тогда подчиняется Камчхальбу? По Внутреннему уложению – Вам, как главе двора, но я никогда не видела её даже в Управлении у господина Ли.
– Она докладывает напрямую Министру Внутренних дел.
– А это не является нарушением Закона и Установленных Дворцовым уложением правил? Насколько я знаю, Инспекция расследует только те дела, в которых замешаны наложницы и служанки двора. Остальные преступления находятся в компетенции Ыйгымбу и Сахонбу.
Королева промолчала, не ответив на мой вопрос. Понятно, дама игнорирует королеву. Тем более, судя по тому, что она бегает на доклады к министру МВД, она принадлежит к Западной партии. И ещё я отметила, как встрепенулась Пак Сукён при упоминании начальницы Инспекции. У них одинаковые фамилии, могут быть какими-то родственниками. Тем более что она тоже выбрана от Западной фракции.
– Ваше Величество, мне просто стало интересно, по какой причине все так обходят стороной это ведомство. Поэтому прошу Вас позволить мне хотя бы попробовать. Но без издания Вами соответствующего указа по Внутреннему двору я не посмею.
