Текст книги "Рожденная заново. Тень нефритового кольца (СИ)"
Автор книги: Виктор Постоенко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 26 страниц)
– Это очень хорошо. И что думаете делать? Сейчас подойдёт войско генерала Юн Мин Хека с пушками. Нам нужно решить всё сейчас. Я обещаю, что ни Вы, ни Ваши люди не пострадают, чего не могу сказать о той даме. Тем более от ваших выстрелов среди гвардейцев никто не пострадал.
– Но это не мы стреляли, а люди той дамы.
– Очень интересно. Что это за люди?
– Четверо наёмников с иностранными ружьями. С ней ещё две служанки в возрасте и четыре молодых евнуха.
– Вы сможете их арестовать так, чтобы не пострадала девочка?
– Я постараюсь. Остальным и ей я скажу, что предложили сдаться, иначе сюда уже идёт целое войско. А Вы – служанка королевы, которая прислала Вас передать свою волю как регента, так?
– Замечательно придумано. Возвращайтесь, и мы будем ждать. Тогда все останутся живы, и я ещё раз обещаю – никто не пострадает. Вам отдали не поддельный, а настоящий приказ. Но мы вовремя разобрались, и поэтому не произошло кровопролития. Мы уходим, вы – после нас. Если за нами наблюдают, то чанот на моей голове не даст им меня опознать. Даже если и видели, никому в голову не придёт, что супруга короля будет здесь в такой одежде.
– Это верно. Вы необыкновенная женщина – и то, что я слышал до этого, и то, что узнал сейчас. Я Ваш верный слуга, Ваше Высочество.
– Приятно слышать, но я и Вы прежде всего – верные слуги Его Величества. Я жду от Вас сигнала.
Мы вернулись в столицу через три с половиной часа. На руках Им Су Ян мирно спала девочка. Сзади меня ехал янбан Пён Джин Со, вокруг – королевские гвардейцы. В хвосте колонны ехало несколько повозок с наспех сколоченными деревенскими плотниками клетками. В них везли даму Со, её служанок, евнухов и троих наёмников. Одного воинам янбана пришлось прикончить.
Король находился в зале Совета, где допрашивали князей Вана, Кюнга, Вона и ещё двух министров. Госпоже Ом удалось поймать пытавшуюся бежать шаманку Хан Се Хи. Поэтому я послала Чхве Ю Ри доложить Его Величеству о том, что девочка спасена и доставлена во дворец, и передать приказ министра Вана, где было расписано предательство от и до. Сама идти я не рискнула – мне и так достанется от королевы.
К моему изумлению, я застала там Вдовствующую королеву, которая мирно пила чай в покоях королевы Инсон.
– Ну что? Мне уже доложили, что ты вернулась. Рассказывай.
Я обстоятельно рассказала, как всё происходило, отметила честность янбана и отдельно сказала, что дала слово, что ни он, ни его люди не пострадают.
– Хорошо, мы с королевой поддержим твоё слово. Очень хорошо, что поехала туда ты. Я бы там не задумывалась ни минуты, да и вояки наши устроили бы штурм и воевали до упора. И боюсь, зашло бы так далеко, что людям янбана не оставили бы выбора. И принцесса бы погибла. Не бойся, королю мы с королевой уже всё объяснили. Он просто за тебя переживает, и главное то, что ты беременная.
– Ваше Величество, позвольте спросить?
– Слушаю.
– Так Пак Со Ри точно не знала, что родила девочку?
– Нет, она была уверена, что родила сына, принца, и была рада как никогда в жизни. Она не знала о существовании сестры-близнеца, а её тётя, о которой она знала, всегда была закутана в платок. Поэтому о том, что её мать и она – сёстры-близнецы, она даже не догадывалась.
– Что с ней?
– Плачет. И по сестре, и по ребёнку – она ещё не знает, что ты вернула принцессу. И по матери, которую ждёт смерть, и по отцу. Вся жизнь рухнула.
– Мне её не жалко. Нисколько. Что ей стоило сразу прийти к Её Величеству и доложить обо всём? Как только князь Ван начал к ней ходить. Но она поверила ему, поверила потому, что ей сильно хотелось верить. Шаманке поверила по той же причине. И мне теперь понятны её затаённые улыбки на утренних собраниях у Её Величества. Она смотрела на нас как на будущих жертв. Нет ей прощения, не жалко. Но что будет с ребёнком?
– Будет с кормилицей, а потом назначим ей служанок и юмо, которая займётся её воспитанием. За это не беспокойся, я уже начала подбор, – королева Инсон, как всегда, уже всё распланировала и предусмотрела.
А мне предстояла тяжёлая встреча с королём.
Он пришёл вечером, уставший, хмурый, сел в моё кресло. Я приказала принести чай, сама села напротив него на невысокий тканевый стульчик, взяла в руки чашку и приготовилась объясняться. Но он сидел, откинувшись на спинку стула, держа, как и я, в поднятой руке чашечку с чаем, молчал и улыбался.
Я наконец улыбнулась ему в ответ, приподняла чашечку и взглядом спросила: ну, я прощена?
Глава двадцать восьмая
Король лично в пыточном дворе Трибунала допрашивал изменников, начиная с министров и заканчивая мелкими пешками. Министра Вана и его последователей король тогда арестовал прямо в ходе утреннего Совещания. В зал вошли гвардейцы и выволокли тех, на кого указал Его Величество. Попытку за них вступиться пресёк сразу же, назвав их изменниками, совершившими убийство его супруги и наследника трона. Тут заткнулись даже самые ретивые.
Королева проводила допросы служанок и служащих двора, пойманных на месте преступления, и тех, кого они называли в ходе следствия. Были арестованы служащие Медицинского отдела, Королевской кухни, ещё четырёх отделов, евнухи Королевской сокровищницы и следом за ними её глава, начальники левого и правого управлений полиции столицы, глава городской полиции Подочхона.
Схваченные лекари Королевского Якпана (больницы) и несколько ыйнё дали показания, пролившие свет на смерть наследника, смерть во время родов любимой королевской супруги Ён и не рождённого ею мальчика, выкидыши у трёх супруг, медленное отравление Её Величества вытяжками сока пижмы. И даже попытку моего отравления.
Его Величество приказал арестовать членов семей всех преступников и доставить их в дворцовую тюрьму и в ведомство Чоноксо (прообраз столичного СИЗО). Часть содержалась в тюрьмах других ведомств. Дома и усадьбы изменников были опечатаны и взяты под охрану местными властями. Слуги всех арестованных тоже были схвачены и помещены в тюрьмы в провинциях. Туда выехали следователи Ыйгымбу для их допросов.
Я не принимала никакого участия в этих процессах – мне хватило поездки в седле и стресса перед стенами, с которых на меня враждебно смотрели лучники и стрелки янбана Пён Джин Со. Тогда я ни о чём не думала, так как для меня главным было спасти жизнь ребёнка, предотвратить кровопролитие и захватить Со Бон Хян живой. Её показания пролили свет на многие происшествия во дворце.
Министр Ван после удаления супруги Сонг спрятал её, вернее, своих верных служанок, в различных службах дворца. Сама дама Со жила под именем умершей служанки в Сесегане – ведомстве уборки и чистоты. Тихо подметала дворы и следовала указаниям своего хозяина.
Ещё три бывшие верные служанки дамы Сонг, не привлекая внимания, жили и работали в Прачечной и в Швейном отделе. И даже всесильный управляющий Ли не был в курсе всего этого, так как его второй помощник действовал по указке фракции Южных и прикрыл перемещения служанок, которые официально якобы были отправлены в дальнее королевское поместье.
Следствие вскрыло участие Ким На Рин в отравлении и смерти законной супруги губернатора Пак и её роль в совершённой подмене принцессы. И именно она и шаманка Хан Се Хи нашли мужчину, очень похожего на Его Величество, под которого подложили бедную Ким Сэ Ри.
Неделю её держали в загородном доме Ванов, и выбранный на роль отца насиловал её по несколько раз в день, как только восстанавливал свои силы. После чего её вернули во дворец. По словам шаманки, от этого мужчины уже родилось несколько мальчиков у знатных дам, и ни одной девочки.
Её Величество получила список семей, в которых наследники родов появились таким незаконным образом. А нити от преступления Пака и Ким в отношении его супруги протянулись в дальнюю провинцию, где оказались замешаны сам брат, его слуги и главный городской лекарь.
Всего в деле о государственной измене оказалось замешано более тысячи семисот человек. Южная фракция в тайне от остальных планировала посадить на трон своего короля, а до его совершеннолетия правила бы королева-регент в лице Пак Со Ри, за спиной которой стоял бы всесильный министр Ван.
Сам король, его супруги, Вдовствующая королева и королева Инсон должны были погибнуть во время спланированного южанами мятежа, который по плану Вана поднимают Восточные с целью восстановить полную власть Вдовствующей королевы и своей фракции, причём в союзники им определяли фракцию Северных.
Рассчитывали одним ударом уничтожить и тех, и других. Тридцатитысячная армия Южан, спешившая к столице защитить короля от мятежников, была остановлена в двенадцати километрах от города. Его Величество сам выехал на коне к мятежникам, которые были ошеломлены появлением перед ними живого короля.
Пользуясь их замешательством, он вызвал к себе старшего князя Вона, возглавлявшего мятежную армию. Во время разговора тот внезапно потянул из ножен меч и немедленно был убит королём в мимолётной схватке на глазах всей армии. Подъехав к выстроенным рядам южан, король поднял окровавленный меч вверх:
– Только что на ваших глазах я был вынужден убить князя Вона, который вёл вас всех совершить государственную измену и хотел на ваших глазах меня убить.
Ряды воинов шелохнулись, среди них поднялся шум, послышались отдельные выкрики. Король опять поднял вверх меч, призывая ряды к молчанию.
– Изменники выкрали родившуюся принцессу и собирались её убить, заменив ребёнка мальчиком, рождённым от простолюдинки и обыкновенного княжеского воина. Изменники совершили покушение на мою любимую супругу Гвиин, используя западные ружья. Пытались отравить её и Её Величество. Сознались в том, что способствовали смерти наследного принца и супруги ранга Бин, подмешивали не только яд в пищу Её Величества, но и отвары трав, которые препятствовали её беременности.
Наступила полная тишина, только звякали уздечки коней кавалеристов. Все понимали, что теперь ждёт тех, кто посмел поднять руку на королевскую семью и благополучие страны. За всю историю королевства таким не было ни пощады, ни прощения.
– Сегодня они планировали от имени Восточной фракции совершить нападение на дворец, убить меня, всю королевскую семью и верных трону министров. А ваша армия, ведомая предателями, должна была уничтожить мятежников, которые сами не подозревали, что их уже приговорили к смерти.
– После чего главари изменников собирались устроить казни во всех фракциях и обескровить страну. И вызвать гражданскую войну с Севером, где находится пятидесятитысячная армия генерала Го, старшего брата супруги Го, на которую ими дважды было совершено покушение. Я даю вам пять минут на арест всех изменников, кто вёл вас для совершения измены.
Закончив говорить, король развернулся и медленным шагом поехал к выходившим из леса и строившимся гвардейцам и воинам западного военного лагеря. На холм уже выкатывались пушки, которых у Южной армии не было. Его Величество не успел доехать до королевской армии, как из рядов Южан раздались крики, что они всех схватили, после чего все их воины и командиры опустились на колени.
Все прекрасно понимали, что будет, если они вступят в сражение даже с теми немногочисленными силами королевской армии, преградившими им путь. Всё, что озвучил король, – это прямой путь к смерти всех близких. Поэтому воины расступились и вытолкнули из строя два десятка связанных старших офицеров из Южных янбанов. Его Величество приказал Южной армии разбить на поле лагерь и ждать его приказов.
Я узнавала новости только от моих девушек, так как королева настояла на том, чтобы я соблюдала рекомендации лекарей. Поэтому я на утренние приветствия ходила только к Вдовствующей королеве, где мы все и встречались. От походов в свои покои она меня освободила. Мой животик рос прямо на глазах, и я медленно, но уверенно превращалась в переваливающуюся с ноги на ногу уточку.
Рацион теперь был наполнен различными овощами. И в первую очередь разнообразными салатами и огурцами. Вот чего я не ожидала тут встретить, так это солёных и маринованных огурцов. Ох, как они пришлись мне сейчас кстати!
Я попросила сначала Вдовствующую королеву, а потом и королеву Инсон, чтобы за мной закрепили личным лекарем именно Мун Со Ри. Её Величество повысила её до Нэ-ыйнё, что было неслыханно для её возраста. На время моей беременности я настояла, чтобы она и её ыйнё аи (девочки-помощницы) проживали на территории павильона Бокёнчжон.
– Ваше Величество, если что случится, то пока моя служанка добежит в Медицинский отдел, пока они соберутся и прибегут сюда – за это время может что угодно случиться. Я прошу временно зачислить их в мою свиту.
– Но Ён У, такого никто никогда не делал, и нигде, даже в Анналах о таком не написано. Это же будет нарушением дворцовых правил.
– И зря, Ваше Величество. Иной раз при болезни вовремя оказанная правильная помощь спасает жизнь как человека, так и ребёнка. Предыдущий король умер именно потому, что ему не была вовремя оказана помощь лекарем. Пока его позвали, пока он сумел прийти – время было утеряно, и он не смог ничего сделать. И вдобавок его ещё и казнили вместе с семьёй ни за что. А если бы он был хотя бы в павильоне, то смог бы вовремя пустить кровь. Но когда он пришёл, всё уже было кончено. Кто виноват? Лекарь? Или причина в том, что в старину такое не предусмотрели?
– Но если об этом узнают министры, то поднимут шум.
– Так давайте поступим по-другому. Кто пишет дворцовые правила? Люди или не люди? Внесите изменения в сами правила. Объявите о том, что отныне, начиная с Вашего Величества, у каждого члена королевской семьи будет личная ыйне. Толку с лекарей, если они могут только пульс пощупать и не могут нас осмотреть? Вот я выбрала для себя Мун Со Ри. И Вам советую присмотреть хорошую лекарку и поселить её рядом с собой.
Королева задумалась. С одной стороны, она прекрасно понимала полезность моего предложения, а с другой – министры цеплялись к каждой мелочи, настаивая иной раз на старых глупостях, лишь бы показать свою значимость. Да и разного рода учёные, придерживающиеся старинных традиций и обычаев, могли бы поднять шум.
– Ваше Величество, сейчас как раз самое время вносить изменения. Скоро закончится следствие и начнут приводить в исполнение вынесенные приговоры. Я не думаю, что наши министры лишены чувства самосохранения. И многие из них сейчас втайне опасаются, что палец обвиняемого во время пыткок может указать на них. Там многие были если не прямо замешаны, то по крайней мере догадывались и выжидали, чья сторона возьмёт верх.
– Ты права. Давай тогда не будем откладывать, садись за мой стол и пиши. Потом прочитаешь мне свои мысли, и мы тут же попробуем их оформить в указ. А завтра я отнесу написанное нами Его Величеству, пусть покажет левому и правому советникам.
Написание текста заняло примерно час, ещё часа полтора мы правили и подчищали некоторые моменты. После чего королева села и переписала весь текст своей рукой. Я решила воспользоваться моментом и высказать то, что мне давно пришло в голову.
– Ваше Величество, я ранее никогда не сталкивалась с нашими воинами и поджолями (полицейскими), но то, что я увидела во время мятежа и при выходах в город, позволяет мне думать, что нужно проводить изменения и в этих важных направлениях. Но, конечно, в лекарском деле – в первую очередь.
– Ён У, давай сначала попробуем побороть наших министров в этом вопросе, а потом уже, когда у Его Величества появится больше времени, поговорим и об этом. Он тоже задумывается о реформах, но пока сам не знает, по какому пути нужно идти.
К моему удивлению, и мой дед, и Хан Дан У сразу же поддержали предложение Её Величества. Несмотря на фракционные разногласия, оба советника понимали, что прежние правила сейчас просто устарели. И указ об изменениях в лекарском деле во Дворце станет первым шагом на пути ко всем последующим изменениям.
Так в моём павильоне появились сразу четыре новых жительницы. Мин Су по моей просьбе освободила для них во втором дворе первый от ворот домик напротив правой беседки. Мун Со Ри обустроила там настоящую аптеку и поселилась вместе со своими тремя ыйнё аи, девочками-помощницами.
Приговоры по изменникам начали выноситься через три месяца после начала следствия. Князья Ван, Вон, Кюнг и их сыновья как знатные янбаны были обезглавлены, а их головы на деревянных шестах на три дня установили у дворцовых ворот.
Янбан До Джи Хён, дама Со и шаманка Хан Се Хи были разорваны на части быками. Страшная смерть ждала тех, кто убил Ким Сэ Ри, её служанку и участвовал в подмене и похищении принцессы. Члены семей изменников были обращены в государственные рабы и отправлены на тяжёлые работы. Единственное, я упросила Его Величество через королеву не сносить их дома и усадьбы, а наградить ими верных людей, а то по старым законам полагалось не просто снести все строения, но ещё и посыпать это место солью.
Ким На Рин и министр Пак были обезглавлены, его брат, принимавший участие в убийстве законной супруги, выдан на расправу её семье. А все их близкие стали рабами.
Пак Со Ри решением Её Величества стала простолюдинкой и была навечно сослана на остров Тамн. Королева официально удочерила её маленькую принцессу.
Все, кто принимал участие и помогал в искоренении измены, были поощрены – кто званиями, кто подарками. Моя Мин Су получила в награду несколько рулонов шёлковой ткани, а от Её Величества – коралловое нориге (подвеска на пояс), украшенное золотой насечкой. А от Его Величества – десять золотых слитков.
Ли На Ён была повышена до высшего шестого ранга, награждена тканями и украшениями. Им Су Ян и Пон Ха Ген получили высший восьмой ранг и другие подарки. Все дамы моей свиты были повышены, заняв позиции старшего седьмого и восьмого рангов. Её Величество никого не оставила без своего внимания.
Почти все лекари Королевской аптеки и больницы были заменены, и ко мне теперь каждое утро приходил мерять пульс новый моложавый крепкий лекарь Гон, взятый Сангсоном Ли из провинции. Ему было немногим чуть за сорок. Дядька был с большим чувством юмора и вёл себя абсолютно свободно, поражая моих служанок своими шутками и подколками. Был он крепким, круглолицым и напоминал весёлого упитанного кабанчика, вставшего на задние ноги.
Но дело своё он знал, и Мун Со Ри теперь бегала советоваться только с ним. Однажды он и меня удивил, достав из ящичка тоненькую деревянную трубочку со слуховыми раструбами на обеих концах, напомнившую мне нарисованную трубку из старой книжки про доктора Айболита.
– Ваше Высочество, позвольте мне послушать сердцебиение ребёнка. Пульс – это, конечно, хорошо, но вот этой штукой я услышу намного лучше.
И его не смущало, что по дворцовым законам он даже мой пульс мог пробовать на ощупь только через ткань. Но я разрешила, попросив На Ён развязать мне корым (ленты) и распахнуть полы чогори. Всё равно под ним было ещё нижнее бельё.
Он внимательно и долго слушал, приложив узкий конец трубки к уху, потом отодвинулся, некоторое время молчал, наклонив голову к правому плечу.
– Ваше Высочество, я не сторонник, как другие, гадания по пульсу – слишком всё изменчиво. Ребёнок может спать или может шевелиться. При этом пульс в обоих случаях будет разным. Но то, что я вижу, – Ваш острый живот и светлую кожу, а также то, что по словам вашей поварихи вы сейчас предпочитаете острую и пряную пищу, я бы рискнул предположить, что у Вас будет мальчик. Но сразу же скажу – полноценно это можно узнать только после родов. Природа иногда преподносит и не такие сюрпризы.
– Если честно, то мне всё равно, кто родится. Главное – это будет мой ребёнок, я всё равно буду его или её любить.
– Я знаю. Матери всегда матери. Я столько родов принимал у бедняков и богачей. Но у всех разные ожидания. Богачи ждут наследника, и рождение дочери для них как проигрыш в кости. А бедняки рады появлению на свет любого ребёнка – точь-в-точь, как Вы сейчас сказали. Я прощаюсь с Вами, Ваше Высочество, и обязательно приду завтра.
Мун Со Ри, теперь как моя Нэ-ыйнё, получала в Королевской аптеке лекарства и отвары, хотя мы и продолжали всё делать так, как и ранее. Чхве Ю Ри приносила из Музыкального отдела травы, которые ей покупал друг её сестры. Лекарства и отвары для меня заваривали в павильоне. Несколько раз Ю Ри относила взятые из аптеки настои в город знакомому опытному травнику, но каждый раз результат был положительным.
Его Величество по вечерам пропадал у меня, хотя я его заставляла посетить других наложниц:
– Ваше Величество, и так мне завидуют, не делайте мою жизнь ещё тяжелее.
Но он в ответ только смеялся, потом ложился рядом, прикладывал ухо к моему животу, слушал и радовался как ребёнок, когда оттуда пихались ножками и ручками. Постукивал мне по животу и спрашивал:
– Ну ты как там? Скоро тебя ждать-то? Мне всё равно, кто ты, главное, что моя плоть и кровь.
И на фоне всего этого появилась внезапная новость о том, что беременна Её Величество. Лекарь Гон выкинул всё, что ей давали, и прописал свои травяные настои. И чуть больше чем через полгода его лечение дало результат. Да и Его Величество не забывал уделять ей внимания, так как лекарь Гон был уверен в своём успехе. Королевских лекарей он ни в чём не обвинял:
– Ваше Величество, в чём их вина, если они об этом не знали? Я сам узнал случайно, когда путешествовал по стране, и старый лекарь-травник рассказал мне, как травы иной раз могут конфликтовать в давно проверенных сборах. Но если эти же травы закладывать в готовящийся отвар в другой последовательности, то они дают совсем иной эффект. Что и получилось в случае с Государыней.
Я уже еле ходила, но всё равно нашла в себе силы посетить её. Ин Сон была одновременно рада и в то же время немного напугана. Ей уже было за тридцать, а в этом возрасте в эти времена женщинам рожать было уже сложно. Мы немного погуляли по её саду, я как могла постаралась её успокоить.
– Всё в руках Небес. Если и есть там кто – он всегда нам поможет. Будем молиться и ждать, такова наша доля.
Я успокаивала её и саму себя. Потому что страшно боялась предстоящего, да любой человек боится боли. Мун Со Ри при очередном осмотре попросила меня пройтись по комнате, как только я встала и ещё не одевалась.
– Ваше Высочество, у Вас живот опустился. Что с Вашей изжогой? Дышать не стало легче?
– Да, и действительно, уже несколько дней нет ни изжоги, ни отрыжки. И ты правильно спросила – да, дышать полегче, нет уже такой одышки. А в чём дело?
– А не было ли спазмов, когда поворачиваетесь в постели?
– Погоди, это что-то плохое? Есть, побаливает, как бы схватывает и отпускает.
– А есть ещё что-то, чего раньше не было?
– С вечера уже несколько раз сходила, и жидковато. Попросила Чхве Ю Ри сварить мне яиц покруче.
– Ничего не надо, всё нормально. Это уже у Вас ребёнок на свет просится.
– Ты это серьёзно?
– Серьёзней некуда. Время пошло на дни. Пусть кто-то из девушек с этого дня спит прямо в Вашей комнате. А я приготовлю всё, чтобы потом ничего не искать. И попрошу на кухне иметь всегда кастрюлю горячей воды и несколько вёдер холодной. И постоянно их менять, чтобы были свежими.
Через несколько дней утром меня неожиданно посетила Вдовствующая королева, и я решилась на прогулку. До этого я ограничивалась только территорией своего павильона, гуляя с девушками по дорожке до первых ворот и прудов и обратно. Мы с королевой прошлись вдоль озера. Она рассказывала, как рожала и первого, и второго сыновей, дочь. Погода была уже совсем осенняя, на озерной глади у берега кружились опавшие с деревьев жёлтые листочки.
Я была ей благодарна за то, что она вытащила меня на большую прогулку. Нет, я не была всё это время одна. Меня ежедневно навещали Мин Хва с дочерью, Ян Соый, с которой мы постепенно сблизились, даже Хан Кён Бин заглядывала. Но Вдовствующая королева просто взяла и вытащила меня за стены павильона, где мне почему-то вздохнулось намного легче. Или мне тогда это показалось.
Я уже почти уснула, как вдруг почувствовала что-то не то. Моментально проснувшись, я поняла, что подо мной мокро. Увидев, как я заворочалась и попыталась сесть, спавшая в эту ночь у меня Чхве Ю Ри мгновенно подлетела со своего матрасика, схватила и разожгла лампу. Откинув одеяло, она повернулась к двери и закричала:
– Зовите немедленно Мун Со Ри! Пошлите за повитухами! У госпожи началось!!!
И через минуту всё вокруг меня закрутилось и завертелось. Кстати пришлась и тёплая вода, и заранее заготовленные моей лекаркой прокипячённые тряпочки и простыни. Меня окружили незнакомые тётки, и началось по-настоящему. Я боролась до самого утра. Помню и лицо королевы над собой, и почему-то вдруг, когда уже почти не было сил, раздавшийся со стороны дверей знакомый мужской голос:
– Кто сказал, что нельзя, если вы не справляетесь? Смерти её хотите? А ну все в сторону, или зашибу!!! Ю Ри, помоги мне их убрать! Да плевать мне на ваши нельзя! А ну живо в сторону!
И сразу – женский визг. А потом сильные руки, которые надавливали на мой живот, поворачивали меня, и всё – я ушла в нирвану.
Очнулась от резкой боли внизу, боли во всём теле. Хотела позвать на помощь, но из моего рта раздался только тихий стон.
– Она пришла в себя! Она пришла в себя! – загомонили все вокруг.
Я приоткрыла глаза – за окном моих покоев уже светило солнце. Потом открыла один глаз. Прямо перед моим лицом увидела огромные карие глаза Чхве Ю Ри, в руку которой я вцепилась мёртвой хваткой. Потом медленно повернула голову.
– Принесите, – я услышала властный голос Вдовствующей королевы.
И мне на грудь положили свёрток с чьим-то красненьким, сморщенным личиком. Мин Су, сидевшая у меня в изголовье, аккуратно приподняла мне голову. Я смотрела на ребёнка, а он только шевелил губами и почему-то моргал закрытыми глазами.
– Ваше Высочество, поздравляем! Вы родили сына! Принц родился! Настоящий принц! – торжественным голосом произнесла старая королева.
После чего в покои вошли король и королева Инсон, оба улыбающиеся, как будто это они, а не я родили его. Я медленно подняла руку с указательным пальцем в сторону короля:
– В следующий раз будешь рожать ты. Я об этом позабочусь.
И под смех и улыбки откинулась на приподнятые сразу подушки. Король подошёл и опустился на колени рядом с кроватью, на то место, где только что сидела Чхве Ю Ри. Я посмотрела в её сторону и увидела красно-лиловые синяки на её руке.
– Ю Ри, покажи мне руку.
– Ваше Высочество, ничего страшного, я…
– Я сказала, покажи!
И она протянула мне свою кисть. Всё её запястье было практически синим.
– Это я тебя так?
Она смущённо спрятала руку за спину и кивнула головой. Король протянул к ней свою левую руку:
– Дай гляну.
Взял её руку в свою, осмотрел, потом повернулся к Мун Со Ри:
– Иди перевяжи ей руку и наложи мазь. И да, девочка, помнишь, что я тебе тогда сказал? Я не забыл, и все остальные получат заслуженные награды. Где там лекарь Гон?
Так вот чей голос я слышала сквозь своё беспамятство! То-то же он показался мне почему-то знакомым. Он вошёл, весь такой слегка согнувшийся, прямо и не узнать.
– Лекарь Гон, – я улыбнулась ему, – подойдите. Это твой голос я слышала ночью? Это ты разогнал тут всех женщин?
– Ваше Высочество, так какого богатыря родили! Почти пять килограммов. А у Вас первый раз, да и ребёнок очень крупный. Пришлось вмешаться и немного его повернуть, ну и силу приложить. Простите меня за то, что мои глаза увидели то, что не должны были видеть. Но иного выхода, чтобы спасти и Вас, и ребёнка, не было.
– Мне не за что Вас прощать. Вы лекарь, и тем более спасли жизнь и мне, и нашему ребенку. Я считаю, Ваше Величество, что лекарь Гон заслуживает особой награды. Вот уверена, что если бы здесь были лекари королевской больницы, то никто из них даже в мыслях не рискнул бы силой ворваться в покои, где рожает супруга Вашего Величества. И тем более сделать то, что сделал он. Да они мой пульс через тряпочку-то пытались почувствовать – глаза в потолок, лоб наморщат, и гадают. И боюсь, что мои глаза не увидели бы сейчас этот свет.
Посторонние потихоньку вышли из покоев, остались только я, он и наш малыш.
