Текст книги "Рожденная заново. Тень нефритового кольца (СИ)"
Автор книги: Виктор Постоенко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 26 страниц)
Глава пятая
Стычки с Гон Су Ин всё-таки избежать не удалось. Видя, что госпожа Лю всё лучше и лучше ко мне относится, и зная, что скоро госпожа Шин освободит место старшей служанки, она упросила свою покровительницу госпожу Вонг прийти в Водный отдел и придраться ко мне так, чтобы случай стал известным.
И поднять вопрос: на каком основании без ритуала Кванре рабыня, не прослужившая во дворце даже пяти лет и ни дня не бывшая ученицей сэнгакси, получила девятый ранг и стала штатной служащей двора.
Но одна из служанок Прачечной вовремя предупредила о предстоящем визите старшую служанку Шин, подслушав разговор служанки Гон со своей начальницей. Предупреждён – значит вооружён.
И как только госпожа Вонг вышла из Прачечной и с тремя служанками отправилась к нам вершить наказание, госпожа Лю отправила Шин Мин Су за управляющим Ли. Сама она не могла справиться с наглой старой правительницей Прачечной.
Меня тётушка Лю отослала с заявкой на дрова в Отдел снабжения двора. И поэтому начало спектакля я не застала. Госпожа Вонг повела себя нагло и превысила свои полномочия так, что даже госпожа Лю была возмущена.
Вонг сорвала со стены график уборки, устроила бардак в помещении, приказав своим служанкам там всё перевернуть, а потом потребовала открыть мою комнату, закрытую на замочек.
К этому моменту я уже подошла к арке и слышала её крики. Только я, собравшись с силами, захотела войти во двор, как сзади раздался крик:
– Наин Со, стоять на месте!
Я обернулась – к арке быстрым шагом подходил управляющий Ли в сопровождении четырёх евнухов, а за ними сзади почти бежала Шин Мин Су. Выглядел господин Ли, мягко говоря, разъярённым.
– Войдёшь сейчас, а мы подождём немного снаружи. Наин Шин, оставайся тут.
Я вошла быстрым шагом как раз в момент, когда госпожа Вонг требовала у госпожи Лю ключи от моей комнаты. Не обращая на неё внимания – она для меня по иерархии никто, её старшинство было неформальным – я бодро доложила, что все распоряжения госпожи Лю исполнены, отчёты сданы, заявка на дрова и древесную золу с бобами маш принята. И что я жду её дальнейших указаний. Я даже встала по стойке смирно, как когда-то в академии на построении.
– Так, мерзавка, явилась? Ну-ка немедленно открывай свою комнату!
– Госпожа, но кто Вы? На Вас нет одежды Дворцовой Инспекции, и Вы не являетесь моей начальницей. По какой причине я должна выполнять Ваши требования? В мою комнату имеют право заходить без спроса только моя начальница госпожа Лю и женщины Инспекции.
Я не наглела, я просто просчитала все моменты – господин Ли разъярён, так как ходатайство на меня подавал он. И подписала его Её Величество после долгой беседы с ним. Моё предложение о замене – прощённой на провинившуюся – тоже было озвучено им от своего имени королеве, я в этом не сомневалась. И тут госпожа Вонг, которая была на два года старше моей начальницы, приперлась в чужой отдел и вздумала качать права.
Если инцидент дойдёт до верхов, то и у королевы могут возникнуть некие осложнения с министрами. Я понимала, что она делала это в каких-то своих целях, но министры – а я их видела, почти все старые бородатые деды – могли использовать этот момент для давления на неё и короля.
Поэтому управляющий Ли будет гасить всё в самом зародыше. И не потому, что я ему так сильно нравлюсь. Тут налицо покушение на его полномочия и на его власть.
– А ну схватить её! – приказала госпожа Вонг своим служанкам, и те двинулись ко мне.
Я отскочила и встала в боевую стойку, подтянув вверх юбку.
– Если здоровьем и внешностью не дорожите, давайте рискните! – и крутанула перед ними вертушку, не донеся ногу до лица самой первой служанки сантиметров на пять. И опять встала в позицию.
Они все разом отпрянули назад, не ожидая от меня подобного. Видимо, лицо моё стало весьма выразительным, глаза превратились в щёлки. Перед ними была не просто служанка, а пантера, готовая кинуться.
Я увидела стоявших в арке управляющего Ли и Шин Мин Су, наблюдавших за происходящим. Я перевела взгляд на них, сделала шаг в сторону и склонилась в поклоне. Девки машинально обернулись и уставились растерянно на свою начальницу, которая, не выбирая выражений, орала на госпожу Лю. Та хранила молчание, стоя перед ней со скрещёнными на груди руками.
– А ну молчать! – голос господина Ли, сильный и мощный, заставил всех обернуться в сторону арки.
Он медленным шагом подошёл к нам, а Мин Су быстро махнула рабыням, чтобы они скрылись в помещениях.
– Госпожа Вонг, – процедил он сквозь зубы, – а когда это Вы и по какому праву стали тут командовать? У Вас какая должность? Управляющая Семенбаном. А здесь что? – Седальбан. Когда и кто назначил Вас здесь управляющей? По какому праву Вы в присутствии рабынь и евнухов низшего ранга наносили оскорбления госпоже Лю, являющейся такой же Чонсик восьмого ранга, как и Вы? Я жду объяснений. А вы все трое пошли прочь, пока не приказал вас наказать.
Девок как ветром сдуло, они поднялись бегом по лестнице, ведущей в прачечную.
– Она назначила рабыню служанкой и теперь после ухода наин Шин хочет сделать её старшей наин девятого ранга. Я этого не допущу, я всем расскажу, что она не прошла обряд и не была ученицей!
Я не знаю, что на неё нашло – может, возраст сказался, – но не могла такая дура стать начальницей отдела в королевском дворце. Или же семья Гон так крепко держит её за причинное место, что она решила, что прокатит нахрапом?
– Что Вы сделаете? – глаза управляющего Ли сузились, и на лице появилась хищная улыбка.
Он смотрел на даму Вонг безмятежным взглядом охотника, в капкан которого наконец-то попалась долгожданная добыча. Стоп, а не было ли моё возведение в наин частью плана королевы по очистке Внутреннего дворца от кадров старой королевы? Да мне всё равно, я не думаю, что она отыграет назад, а я постараюсь не дать никому для этого повода.
– Госпожа Вонг, – управляющий Ли даже слегка ей поклонился, – из всего услышанного я понял, что Вы решили поставить под сомнение правомерность Её Величества Королевы принимать решения во Внутреннем Дворе, которым она руководит согласно своего статуса и законов королевства? Я Вас правильно понял?
Мадам открыла рот, потом закрыла, потом опять открыла, напоминая выброшенную на берег рыбу. До неё наконец дошло, в какую дыру она сама, только что, своими руками себя запихала. За спиной господина Ли улыбалась Шин Мин Су, явно наслаждаясь происходящим.
– Я не слышу ответа? Ваши слова прекрасно слышали не только сотня рабынь, но и находящиеся здесь три евнуха Управления Двора, госпожи Лю, Шин и Со. Этого достаточно? Вы нанесли оскорбления госпоже Лю, подорвали авторитет наин Со, назначенной личным указом Её Величества, оскорбляя её мерзкими и грязными словами, которых дама Вашего положения не то что произносить – знать не должна! Я думаю, что Ваших извинений тут уже будет мало. Идёмте к Её Величеству. И ещё – наин Со прошла обряд на следующий день по личному указу Её Величества. Что теперь скажете?
– Я… Я… Я хочу извиниться, – пролепетала госпожа Вонг.
– Сначала Вы извинитесь перед Её Величеством за нанесённое ей оскорбление, потом перед госпожой Лю. Я же свои извинения за Ваше беспутство уже приношу наин Со. Ён У, принимаешь от меня её извинения?
– Да, мой господин, я благодарю Вас за восстановленную справедливость, – и я встала на колени.
– Поднимись, я не тот, перед кем надо становиться на колени, – он строго взглянул на меня, а потом вдруг подмигнул. Что же ты задумал и затеял?
– Госпожа Лю, госпожа Вонг, следуйте за мной во дворец Её Величества. И не вздумайте прикинуться больной, мои евнухи отнесут Вас туда на руках.
Как только они ушли, я быстро оглядела весь двор. Шин Мин Су кивнула мне на крайнюю дверь. Когда я распахнула её, Гон Су Ин стояла у шкафа, прижав к груди руки. Я молча подошла к ней и сходу врезала стопой по голени. Она охнула от боли, схватившись за ногу, и я тут же влепила ей наотмашь пощёчину, отправившую её в угол.
– Не перестарайся, – Мин Су тоже вошла в комнату и закрыла за собой дверь.
– Дура, ты понимаешь, что сейчас произошло? Ну то, что тётушка Лю костьми ляжет, но уберёт тебя отсюда – это одно. Ты подставила госпожу Вонг так, что ей грозит увольнение из дворца. Управляющий Ли теперь твой личный враг – ты этого добивалась? Старшая служанка? Да, сейчас, вот прямо завтра тебя назначат и дадут старший девятый ранг. Есть много более достойных девушек. Меня назначили? А ты знаешь, по какой причине? Нет, и я не знаю, это дела королевы. Но ты решила в них вмешаться. Такие дуры, как ты, достойны только украшать отдел ёнгама До, и я боюсь, ты непременно станешь там самой знаменитой красавицей.
Я говорила и одновременно с каждой фразой била ей костяшками пальцев в лоб. Потом ещё пару раз пнула и присела перед ней. Взяла за волосы, задрала голову и тихо произнесла:
– А ещё теперь тебе надо начинать меня бояться. Королева далеко, а я тут, близко. Смотри, не поскользнись. Плавать-то умеешь? Нет? Ой, беда-то какая! Как же так – в Водном отделе и ни разу не плавала? Может, пойдём попробуем?
Её губы тряслись, она забилась в угол между стеной и шкафом, прижала руки ко рту, засунув в него оба указательных пальца. В глазах сквози́л ужас, но похоже, она до конца так и не поняла, что произошло. Я поднялась:
– Я думаю, что завтра господин Ли уже примет решение, вернее, озвучит решение Её Величества. Будь готова. Бякнешь ещё что-то – не обижайся на то, что произойдёт. Я ухожу.
На улице я села на скамейку, положив руки на колени. Мин Су села рядом, обняла меня за плечи:
– Успокойся, ты и так её напугала. Ты была такой убедительной, что даже мне не по себе стало.
– Онни, я спокойна, очень спокойна. Может, пойдём встретим госпожу Лю? Я просто переживаю за неё. И ещё – она сказала, что через три года ей уходить из дворца. А ей есть куда идти?
– Насколько я знаю, нет. Родных у неё нет, родители давно умерли. Был когда-то брат, но от него давно нет вестей. Да и видишь же, какой у неё возраст. Она собиралась пойти жить в деревню Ханбокан, где селятся все бывшие слуги и служанки, помогая друг другу.
– А ты знаешь, у неё есть сбережения? Ведь она столько лет проработала во дворце.
– Конечно есть, и немалые. И украшения ей дарили, и подарки есть от королев и даже прежнего короля. Она в молодости была красавицей. А почему ты спрашиваешь?
– А может, предложить ей купить домик в городе, на окраине, чтобы был сад и огород, а? Я бы потом к ней в гости на выходные ходила, если будут отпускать. Помогала бы в земле копаться. Найти бы кого, на кого оформить дом, а потом уже на себя переоформит.
– Найти-то не проблема, я могу переговорить завтра с братом – он служит в Управлении мер и весов. Но сначала нужно говорить именно с ней, а то вдруг она не захочет.
– Давай пойдём её встретим?
Мы не стали входить во двор Дворца королевы, остались ждать нашу госпожу у арки.
– Мин Су, любимка моя! – сзади раздался радостный женский голос, и появившаяся ниоткуда дама обняла её и прижала к себе.
– Дама Чхве?
– Да кто же ещё? – судя по цвету чогори, она была не меньше чем служащей шестого ранга.
Она поинтересовалась у Мин Су, почему та не заходит во дворец, и сказала, что скоро её ссылка закончится. Потом повернулась ко мне. Я сделала почтительный поклон.
– А это что за красотулина с тобой? – ну опять, ну какая я красотулина!
– Служанка Водного отдела наин Со, моя госпожа.
– А ну-ка подними голову, дай я на тебя гляну, а то только слышала от господина Ли, – она взяла меня за плечи и какое-то время рассматривала моё лицо, потом отступила на шаг, осмотрев меня с ног до макушки.
– Хм, а он был прав.
Дальше мы не смогли узнать, в чём оказался прав господин Ли, так как и он, и госпожа Лю вышли из арки.
– А вы чего тут? Здравствуйте, госпожа Чхве, – моя госпожа почтительно приветствовала дворцовую даму высшего ранга. Та ответила и вошла в арку. Ох, мне же стало как интересно, но увы, у господина Ли я спрашивать не буду.
– Мы решили Вас встретить, – ответила Мин Су.
– Господин Ли, а где дама Вонг? И что будет с Гон Су Ин? – я не выдержала, забросав евнуха вопросами.
Он поморщился, но ответил:
– Дама Вонг стоит на коленях перед покоями королевы и будет там стоять до тех пор, пока Её Величество не примет по ней решение. Служанка Гон будет завтра переведена в Управление уборки королевских конюшен.
– Её Величество завтра пришлёт указ о назначении новой служанки, она подумает, – добавила госпожа Лю.
– Скажите этой Гон, пусть убирается сегодня же на конюшню. Ей ещё повезло, пока повезло, – и господин Ли удалился быстрой походкой.
Мы не спеша отправились в отдел. Госпожа Лю рассказала, что королева даже не приняла мадам Вонг, а извиняться её перед моей госпожой прямо там, у крыльца, заставила старшая дама королевы.
– Госпожа, мы тут с Мин Су поговорили и хотим задать Вам вопрос.
К удивлению, госпожа Лю ответила, что она сама давно об этом подумывала, но дворцовым служащим запрещено иметь имущество за пределами дворца. А вот если бы на кого-то оформить, то она была бы рада. Денег, наверное, хватит, просто она не знает реалий за дворцовой стеной.
– Я попрошу брата всё узнать, он всё равно работает со всеми торговыми гильдиями. Сколько будет стоить и в каком районе лучше смотреть.
Я не стала сама заходить к Гон – достаточно было того, что к ней вошла Мин Су. Видимо, та была готова, потому что покинула отдел минут через десять, пытаясь перед этим попросить прощения у госпожи Лю. Но та сидела на скамье, даже не повернув головы.
– Положи ключи от комнаты и исчезни, – Мин Су оборвала тирады Гон Су Ин и указала рукой на арку входа.
На следующий день прямо с утра во дворе появился управляющий Ли с тремя служанками. Одна из них держала в руках комплект такой же одежды, как и в прошлый раз. Неужели кто-то из нас?
Все тянули головы, но всё равно никто не угадал. Сначала был зачитан приказ о том, что служанка Гон переведена в Управление королевских конюшен. А потом…
– Рабыня Ли На Ён, выйди и прими Королевский указ.
Её Величество восстановила справедливость, вернула Ли На Ён её нижний девятый ранг и назначила служанкой Водного отдела вместо удалённой Гон Су Ин. Вот так вот, и никак иначе. У меня закралось чувство, что кто-то мной руководит – ну не может быть таких совпадений.
Глава шестая
Ли На Ён сразу же вошла в рабочий ритм, а так как она до этого была служанкой покоев королевской супруги, то спуску никому не давала. Мы отметили её восстановление в кабинете у госпожи Лю. Теперь можно было заняться и проблемами нашей будущей пенсионерки. Хотя пенсии тут не платили и о их существовании даже не подозревали.
У меня состоялся первый выход в город. Мы получили у управляющего Ли бирки для выхода из дворца и отправились по указанным адресам смотреть подходящее жильё для моей госпожи. Старший брат Мин Су в течение недели с помощью торговцев нашёл несколько домов по сходной цене, и нам предстояло их посмотреть.
Мы даже на рынок не зашли, а сразу отправились на смотрины. Но ни один из показанных мне домов не удовлетворил меня. Госпожа-то была согласна и на самый первый, но я посмотрела, сколько там предстоит делать ремонта, и отговорила её от покупки. В общем, всё это затянулось почти на месяц.
За это время госпожа Вонг была отправлена из дворца на вольные хлеба, а начальницей Прачечной стала креатура королевы, которую прекрасно знала Мин Су. Сама госпожа Шин должна была вернуться в свиту королевы к осени, так пообещал король. Он распорядился подготовить амнистию, включая и дворцовые службы, к своему дню рождения. На её место королева уже присмотрела одну из своих служанок.
Домик госпоже Лю мы нашли только через два месяца. Хозяин был в отъезде, но как только он появился, брат Мин Су сразу же сообщил нам об этом. Вот этот дом мне сразу понравился.
И его состояние, и то, что нет необходимости покупать дополнительную мебель, и за домом был сад с огородом, протекала река, а во дворе был свой колодец. Владелец не торговался, так как проживал в Кёнгидо, а этот дом принадлежал его давно умершему брату.
Теперь по выходным я брала Им Су Ян и Пон Ха Гён с собой, благо господин Ли всегда выписывал нам пропуска. И усадьба преображалась – траву за домом выкосил сосед, которому я заплатила. Он же вместе с сыном за плату вскопал весь участок до реки и обработал землю.
Узнав, что тут будет жить дворцовая дама, сосед, у которого была своя кузня на этой же улице, посоветовал купить пару рабов и поселить их в пустующем флигеле. Проблема была в том, что чтобы их купить, нужно было их оформить. Но этот вопрос неожиданно решила Ли На Ён, которая попросила об этом своего двоюродного брата.
Вообще последнее время мы с ней прекрасно сошлись, она влилась в нашу компанию, как будто мы были вечность знакомы. К моим девушкам она относилась ровно и спокойно, всё-таки они были моими первыми подругами в этом мире.
Покупать рабов мы пошли вместе с ней и её старшим братом, оставив девушек домывать второй дом и выдирать траву между каменных плиток двора. Усадьба состояла из главного дома и двух поменьше, стоявших в виде русской буквы «п». За главным домом был большой сарай-дровник и маленькие хозяйственные помещения.
Потолкавшись у Управления Работ, где в этот день проводилась ярмарка-продажа рабов, которые ранее принадлежали должникам или государственным преступникам, я обратила внимание на сидевшую у забора пару – мужчина обнимал за плечи плачущую женщину, а к его ногам жалась девочка лет пяти.
– Кто вы и откуда?
– Госпожа, мы служили у Дондайского янбана, но его арестовали за взятки, и всю семью отправили в ссылку. А нас привезли в столицу.
– Это твоя жена?
– Да, госпожа, жена и дочь. Жена работала на кухне, а я во дворе – рубил дрова, убирался и всё остальное. Госпожа, вы же не собираетесь нас разлучить? Перед нами продали всю семью в разные места.
– На Ён, иди поищи чиновника ведомства.
Договорились мы быстро, и через полчаса с бумагами в руках уже шли к дому. Пока рабов оформил на себя господин Ли, а позже их просто переоформят на госпожу Лю. Я распорядилась, чтобы они заняли пристройку, прошла с обоими по усадьбе, указав, что нужно сделать.
Единственное, что мужчина попросил, – это купить инструменты. Мы сделали просто: я пошла с ними на рынок, где он купил недостающие пилу, лопату, грабли, а его жена приобрела пару кастрюль и чайник. Ну и немного продуктов, семена. Я оставила им деньги, показала, что нужно делать, и, забрав девушек, вернулась во дворец.
В следующий поход мы пошли вместе с госпожой Лю, потому что нужно было купить новое постельное бельё и по мелочам – всё, что будет необходимо для проживания женщины в этом доме. На рынке присмотрела себе пару безделушек, но решила, что могу и без них обойтись.
Инспекция часто делала обходы и конфисковывала украшения и косметику у служанок, так как по правилам дворца им запрещалось это иметь. Хочется – перехочется. Единственное, что я купила, – это обоюдоострый небольшой узкий кинжал в деревянных ножнах, и во время своих выходов в город крепила его ремнями к предплечью левой руки, наточив до бритвенной остроты.
Госпожа захотела в этот раз остаться ночевать в своём доме и отпустила нас пораньше. Тем более семейная пара за неделю практически полностью закончила все работы во дворе и по дому. Оставалось только покрасить террасу.
Я решила в качестве награды за проделанную работу отвести девушек в местную уличную таверну – я её давно присмотрела. Она стояла на скрещении двух улиц и пользовалась, по словам соседа, бешеной популярностью из-за мастерства поварихи.
Чтобы не привлекать внимания, Мин Су нашла для них лилово-синие платья, в каких обычно ходят служанки городских богатеев. Одеяние рабынь мы брали для работы и оставили в доме нашей госпожи. Поэтому девушки смотрелись очень привлекательно, и я не раз перехватывала брошенные на них восхищённые мужские взгляды.
Как только мы вошли под навес, хозяйка со всех ног бросилась ко мне. Я попросила усадить девушек за отдельный стол, им подали густой мясной суп, кашу и жареную курицу с овощами. Я села отдельно, так как мой статус обязывал. Я опустила на плечи чанот, открыв свой идеальный пробор с серебряным чхопчи в виде лягушки. Для горожан я была как губернатор, зашедший в пивную.
Я попросила примерно то же самое, но, естественно, мне подали и курицу уже разделанную, да и в супе шматки мяса, а не кусочки плавали. Несмотря на то, что это была обычная забегаловка, готовили здесь очень вкусно, о чём я не замедлила сказать обслуживавшей меня хозяйке.
Деньги у меня уже были. Наин получали содержание в натуральном виде, и пока я ещё не знала выходов на город, у меня скопилось приличное количество качественного риса, бобов и связок сушёного минтая. Ежемесячно я получала сорок килограммов риса, двадцать пять килограммов бобов и пятьдесят штук вяленого минтая.
Потому что с момента назначения я была на полном обеспечении – и питание, и форма, всё выдавалось. У нас в отделе была своя маленькая кухня, где хозяйничала одна из мисури. Она и готовила для трёх наин и начальницы отдела, а продукты получала на королевской кухне.
Так вот – Шин Мин Су познакомила меня с торговцем, которому она сама сдавала своё довольствие. А так как у меня скопилось всё за несколько месяцев, то я сразу получила на руки приличную сумму. Отложила всё в стол, а сегодня решила немного потратиться на угощение девушкам. Да и госпожа Лю дала деньги на продукты и инструменты.
Двух мужчин, сидевших от меня через два столика и смотревших в мою сторону, явно обмениваясь впечатлениями, я заметила не сразу. Один был постарше, в длинном зелёном халате, а второй, в синем одеянии с чёрной лентой на голове – ну тридцать, может чуть больше лет. Аккуратная бородка, лучистые глаза, доброжелательная улыбка и приятные черты лица. Крупные кисти рук и слегка вьющиеся волосы. Заметив, что я на него смотрю, он встал и подошёл к моему столу, присел напротив и спросил:
– Вы не будете против, если я присяду? – второй мужчина сразу поднялся и встал у него за спиной.
– А если я буду против, то Вы встанете и уйдёте?
– Наверное, нет, – он рассмеялся приятным смехом.
Да что это со мной? Он мне что, понравился? Стопэ!!! Со как там тебя, Ён У, ты теперь замужняя дама, и муженёк твой, хоть ты его в глаза не видела, сразу прикажет отрубить голову даже за подобные разговоры.
– Господин, с какой целью Вы присели за мой стол? – я взяла в руки куриную ножку и, глядя ему в глаза безмятежным взглядом, игриво приподняв брови, всадила свои зубки в нежное мясо.
Он опустил глаза и не отрываясь смотрел на мои шевелившиеся губы, которые я время от времени ещё и облизывала розовым язычком. Мы такое уже проходили, плавали, знаем.
– Я просто хотел спросить, где выращивают таких красавиц?
– Такие, как я, растут далеко на севере. Ещё остались вопросы?
– Ты как себя ведёшь? – внезапно возбудился второй мужчина и вопросительно посмотрел на первого, но тот спокойно опустил глаза.
Ага, зелёный значит, слуга синего.
– Не поняла – что за возмущение? Скажите спасибо, что ещё отвечаю на ваши вопросы.
– А если я очень знатный человек – спросил господин в синем, – то Вы можете мне назвать своё имя?
– Господин, для чего? Вернее, зачем Вам знать имя замужней женщины?
– Вы замужем? Такая красивая и молодая?
– А господин совсем слепой? Никак проблемы со зрением?
– Да как ты смеешь, да ты знаешь… – второй не успел досказать до конца, как я ткнула в его сторону пальцем.
– Могу – и смею! И знать не хочу! Я же сказала, что я замужняя дама, и только слепой не мог бы увидеть серебряную чхопчи на моей голове. Вам обязательно сказать, кто мой супруг? Или сами догадаетесь? Госпожа, мы уходим.
Я встала и накинула на голову чанот. Мои девушки подошли и встали рядом, смотря недобрыми взглядами на незнакомцев.
Мужчина в синем ещё раз улыбнулся, поднял, как бы защищаясь, обе ладони и примирительно сказал:
– Простите меня, просто Ваша красота затмила мой разум, и мои глаза не сразу увидели то, что я был обязан заметить в первое же мгновение. Ещё раз прошу меня простить, о прекрасная незнакомка.
Я внезапно быстро наклонилась к нему, почти касаясь его носа кончиком своего, и, глядя ему в глаза, произнесла насмешливым тоном:
– Хорошо, неизвестный Вы наш господин в синем. Прекрасная незнакомка решила Вас простить – теперь-то Вы довольны? Позвольте откланяться.
И, мотнув юбкой, я вышла из таверны. Вот же прицепился… Но хорош, ничего не скажешь, хорош. В той жизни я, может, и попробовала бы с ним замутить. В нём чувствовалась врождённое благородство, надёжность и внутренний стержень. Как он на слугу зыкнул – тот моментом затих.
Дни и недели шли чередой, каждые были похожи на другие. Никто меня не трогал, да и я не старалась с кем-то вне отдела завязывать знакомства. Вечером мы собирались на веранде и тихо болтали обо всём, провожая садившееся на западе солнце. Госпожа Лю сдала свой дом в аренду на два года приехавшей из провинции семье нового чиновника, семья рабов следила за порядком, выращивала овощи на огороде. А однажды госпожа Лю угостила нас яблоками и грушами из собственного сада.
Я усиленно занималась в своём закутке, потом кралась к себе в комнату, там мылась заранее запасённой тёплой водой. Не хотелось, чтобы кто-то увидел. Как-то, осматривая после жалобы евнухов треснувшую лестницу, ведущую в конный двор, я услышала справа какие-то крики и поднялась на небольшой поросший кустами косогор.
Мужские крики и доносившийся оттуда стук дерева по дереву меня заинтересовали, и я прошла через кусты, почти попав на Королевское стрельбище. Здесь гвардейцы занимались стрельбой из луков и тренировались на деревянных мечах и копьях. Я присела в кустах и, оставаясь незамеченной, некоторое время наблюдала за ними, потом вернулась назад. Но вечером решила проверить появившуюся у меня задумку.
Я специально прошла вокруг Конюшен, Ипподрома и Стрельбища. Как и ожидалось, часовые стояли только у входа в Конюшни. Кстати, Гон Су Ин уже покинула их, отправившись служанкой на дальнюю загородную ферму. Господин Ли слово держит. Туда ей и дорога.
Как только стемнело, я, надев синий ханбок, пробралась на само стрельбище. Специально прошлась по периметру – никого. В самом центре поля стояло несколько столов и стойки с разным оружием – деревянные тренировочные копья, мечи, алебарды. На столе лежали стрелы, а рядом на стойке висели несколько луков. Я лук последний раз брала в руки на городских соревнованиях, и то, когда только прибыла в отдел.
Я положила стрелу, натянула тетиву – лук был упругим, тетива мощная, но я смогла. Банг! – стрела попала в щит. Ого!
Я сбегала к мишени – стрела торчала внизу щита. Да тут днём некоторые гвардейцы и в щит-то попасть не смогли. Я подняла прицел – банг! – стрела попала в верхний край. Поправка на ветер, расстояние – мозг всё вспомнил – и следующие три стрелы я всадила в нарисованную морду кабана. Собрав использованные стрелы, аккуратно разложила их на столе. Всё-таки стук по дереву мог привлечь чужое внимание.
Взяла один меч, второй, ещё один, пока не подобрала себе по руке. Крутанула – мышцы помнили всё, чему учил девочку старый воин. А теперь потанцуем. Опомнилась только когда вдалеке прозвучал гонг, обозначавший, что уже середина Часа Крысы, или полночь. Уставшая, но довольная, я разложила всё по местам и шмыгнула в кусты.
Теперь я рано по утрам бегала вокруг стрельбища по дорожке, по которой обычно скакали верховые гвардейцы, целя из луков в мишени на середине поля. Потом так же бегом возвращалась, когда рабыни уже умывались и завтракали. Им Су Ян всегда ждала меня с тёплой водой в помывочной, и после завтрака я, свеженькая, уже то бегала в Управление, то относила из Управления заявки по службам.
Господин Ли использовал меня по полной – я писала все его отчёты, письма, иногда забирала с собой книги учёта. По моей просьбе и рисунку мне сделали настоящие счёты. Здесь тоже было подобие счёт, но они сильно отличались от привычных. На вопрос, откуда я взяла такие счёты, я ответила, что точно такие были у настоятеля монастыря, он обучил меня ими пользоваться, и мне на них удобнее считать. Валю всё на монастырь, чего уж там, спросить-то уже не с кого.
Десять полных спиц по десять костяшек и одна с четырьмя. Я пересчитывала дома накладные, писала всё на черновики, потом он и ещё один евнух проверяли, и только затем всё оформлялось начисто. Все книги учёта хранились в Королевском хранилище, поэтому всё в них должно было быть без ошибок.
Наступила очередная зима. Я шла по залитой обеденным солнцем дорожке, завязав на все завязочки поверх стёганой кофты отороченный мехом жилет – бэджу. Да уж, наин снабжались как положено, не то что раньше я мерзла, таская воду по обледенелым ступеням. А на мне сейчас тёплые стёганые носки, такая же юбка, да ещё и нарукавники.
Я только что закончила все отчёты и несла их в Управление. Свернув направо, я заметила нескольких молодых евнухов, над кем-то громко насмехавшихся. Подойдя ближе, я увидела, что мишенью для их оскорблений стал старый евнух в застиранном ханбоке, когда-то имевшем зелёный цвет.
Он втягивал свою лысую голову в плечи при каждом их крике, шапку с него уже сбили на землю, а один из евнухов даже угрожающе раскачивал ногой бочку с нечистотами, которую этот несчастный катил в сторону ведомства господина До. Так и есть, вон черпак закреплён, да и сопляки носы зажимали.
– А ну прекратить! – мой звонкий голос заставил их вздрогнуть и повернуться ко мне.
Увидев придворную, они моментально стушевались и склонились в поклоне. В любом случае мой статус был выше, да и они не знали, кто я.
– Мы приветствуем Вас, наин-мама.
– Объясните-ка мне, что здесь происходит и в чём провинился вот этот человек?
– Наин-мама, он посмел со своей вонючей бочкой, полной дерьма, перейти нам дорогу, от него смердит как из выгребной ямы.
– А ты у нас, конечно, из семьи янбанов? Да как же это он посмел тебе дорогу-то перейти, а? Как думаешь, сам-то ты застрахован от попадания на Двор Нечистот?
Потом отступила в сторону с дорожки, махнув старику рукой:
– Отойдите в сторону, пусть выполняет свою работу – везите свою бочку куда везли.
– Но наин-мама…
– Пусть уйдёт, а вы останьтесь, мне есть что вам ещё сказать.
Когда старик со своей бочкой удалился, я подошла к ним вплотную:
– Вы можете не уважать его положение, не уважать то, что он делает, но кто вам позволил не уважать его возраст? Кто вам позволил не уважать его седые волосы? Вы где, как и кем воспитывались? В ваших семьях тоже не уважали старших? Вас такому учили ваши родители? На севере есть поговорка: от сумы и тюрьмы не зарекайся. Что означает – никогда не думай, что ты не можешь попасть в тюрьму или не станешь нищим с дырявой сумой.
