Текст книги "Химера (СИ)"

Автор книги: Виктор Волков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 38 (всего у книги 40 страниц)

Глава 62

???

Четыре демона стояли в огромном зале. Облицованные полированным чёрным камнем пол и стены тянулись вдаль. Огромные колонны поднимались ввысь. Полотна из дорогой ткани спускались с них, с тщательно нанесёнными на них эмблемами и гербами. Огромные витражи из осколков кристалла поднимались от земли до высокого, в десятки метров потолка. Они изображали битвы. Высоко, над центром зала начиналась настройка со вторым этажом витражей.

Четыре демона преклонили колено в огромном тронном зале, перед величественным троном из камня, на котором сидел Повелитель. Повелитель Демонов, Повелитель Тьмы. Один из демонов посмотрел вверх. Он носил богатые одежды, расшитые серебром, золотом и мифрилом, с вставками из чёрной ткани. Пурпурный камень висел на подвеске на его шее, а его глаза скрывала чёрная повязка с демоническими письменами, непроницаемая на вид. Демон заговорил:

– Вестник Жатвы, Иншерис, приветствует сильнейшего и всех и желает многих тысяч лет правления.

Он смотрел снизу вверх на Повелителя и широко, счастливо улыбался. Как будто это было величайшее событие его жизни. Демон продолжил:

– Во имя Повелителя, ради процветания демонов, мы провели Малую Жатву. Больше двух тысяч слабых и бесполезных неудачников отправились на людские земли.

Демон погрустнел.

– Им не удалось убить человеческого мага, но в наших рядах теперь стало меньше мусора. Колыбель восполнит потери, со временем.

Демон, Иншерис, говорил и говорил. Улыбка не сходила с его лица, но по лбу его струился пот. Стоявшие за ним демоны чуть пошатывались, и один из них, казалось, вот-вот упадёт. Они носили дыхательные маски с Миазмой. Повелитель же молчал.

Повелитель сидел на своём троне и не двигался – великан ростом выше четырёх дворфских метров, если он встанет. Тёмный шлем скрывал его лицо, и в прорезях шлема не горели глаза. Толстые латные доспехи надёжно защищали тело. Они были выкованы – из тёмного неизвестного металла, над которым долго ломали голову демоны кузнецы. Они в один голос утверждали, что это не адамантин. Огромный меч стоял неподалёку от повелителя – опирался рукоятью на трон.

Повелитель молчал и не двигался уже много лет. Что бы не говорили еретики, он был жив. Он по-прежнему излучал сокрушающую мощь, от которой даже у сильнейших демонов начинали дрожать колени. По-прежнему его высокий замок на горном пике обходили стороной все животные и чудовища демонических земель. По-прежнему кружили хороводом облака над вершиной его замка. Здесь было очень мало миазмы – она струилась тонким слоем по полу, но не поднималась высоко над ним, будто она тоже, склонялась перед повелителем. Поэтому небо здесь теряло привычный фиолетовый цвет и становилось синим – в редкие дни, когда в облаках появлялся просвет.

Этому чувству всесокрушающей мощи и радовался Иншерис, Вестник Жатвы. Когда-то давно он считал, что может стать сильнейшим демоном, развиться. Когда-то давно он даже сомневался в силе Повелителя – до тех пор, пока не увидел закованную в латы фигуры лично, и понял, что не достигнет такой силы никогда. Повелитель оказался недостижимой вершиной, он был сильнейшим из всех демонов, и Иншерис, ни секунды не сомневаясь, принёс клятву верности. С тех пор всех сомневающихся, всех еретиков, что шептали будто повелитель мёртв или не демон вовсе, Иншерис лично отправлял на Жатву. Назад они не возвращались.

Иншерис говорил и говорил, перечислял состояние дел в демонических землях, размер армий королевства, отчёты по крепостям. За ним пошатывался коленопреклонный демон, что не выдерживал давление чудовищной силы и нехватки Миазмы. Иншерис говорил и говорил и надеялся, что хоть раз фигура ответит ему. Пошевелится, и скажет слово. Встанет с трона и поведёт их в бой, с огромной армией, что сметёт всех недостойных с этого континента.

Закончились темы для отчёта. Он рассказал всё, что мог и пришло время уходить назад, но Иншерис всё ждал. С улыбкой и надеждой, чёрной повязкой он смотрел на могучую, несокрушимую фигуру, и надеялся, что хоть в этот раз, Повелитель что-то скажет ему. Но повелитель молчал.

Иншерис осторожно вздохнул, встал, почтительно поклонился и собрался уходить, когда в воздух пришёл в движение. Колыхнулся тонкий слой миазмы на полу, дунул ветерок, он превратился вихрь, а дневной свет за витражом будто потускнел. На его плечи как будто свалилась гора и попыталась придавить к полу. Иншерис упал на колени снова, упёрся руками в пол. Демон из его свиты, тот, что пошатывался, упал на пол и захрипел.

Повелитель открыл глаза.

В прорезях чёрного шлема загорелись два оранжевых светящихся глаза без зрачков. Они уставились на Иншериса и тот вздрогнул. Неужели? Дрогнул тяжёлый доспех, с шумом посыпался с него редкий песок. Иншерис ругал себя, что они не почистили доспехи Повелителя должным образом – демоны прибирали в замке, но боялись тревожить его единственного обитателя. Давление усилилось снова.

– Этот Вестник… приветствует сильнейшего. Я готов… выполнить любую… волю… – прохрипел Иншерис. Мощь была невероятной.

Повелитель не сказал ничего. Он медленно повернул голову в сторону и посмотрел в окно, на равнины за огромными витражами и рисунками на них. Он смотрел в небо, в хоровод из облаков. Иншерис проследил за взглядом, но в небе не увидел ничего. Повелитель повернулся к нему снова и уставился на Иншериса и его группу.

– Любое приказание! Собрать армии? Готовиться в поход? – всполошился Иншерис.

Но Повелитель молчал. Медленно и неторопливо он приподнял свою руку, коротким движением показал на дверь, выход из тронного зала. Иншерис закивал.

– Этот Вестник желает долгих тысячелетий правления сильнейшему! – снова сказал он и заторопился к выходу.

Его прогоняют. Значит так надо. Значит, время для большого похода ещё не пришло. Он может ждать, ждать сколько потребуется. Он уже увидел взгляд Повелителя и больше ему не нужно ничего.

Два сопровождавших демона подняли упавшего третьего, и потащили к выходу. Иншерис торопливо шёл за ними, и оглядывался назад. Повелитель следил за ним оранжевым взглядом.

Когда Вестник скрылся за массивными дверями, Повелитель медленно откинулся на спинку трона, полузакрыл глаза и погрузился в мысли.

Когда-то давным-давно, он пришёл в эти земли. Когда-то давным-давно демонические племена бросили ему вызов. Они не смогли победить его и признали сильнейшим. Он стал их правителем. Он выбрал гору для себя, из каменных плит соорудил себе трон, а они построили вокруг него замок. Обработали каменные полы, собрали витражи, расставили "на всякий случай", ловушки, и там где был лишь чёрный пик, появилась могучая крепость. Крепость для него одного.

Время для него шло иначе. Дни проходили за окнами, когда он задумывался. Годы проходили, когда он дремал. Редко когда ему приходилось вставать и сражаться, и со временем, всё реже и реже он участвовал в жизни демонических племён. А они признавали его сильнейшим и развивались. В его имя они строили общество сильных. В его имя они организовывали порядок. В его имя они возводили крепости, нападали на соседние земли, учились и осваивали Миазму.

Они приходили снова и снова, рассказывали о своих достижениях. Проходили годы и столетия, гонцы и вестники сменяли друг другом, и ему интересно было наблюдать, как эти существа создают свою империю, развиваются. Существа, что выбрали его своим королём. Королём или богом. Он не вмешивался, ведь его долг был другим.

Настанет день и час, и придёт герой. Человеческий герой, набравшийся сил в бесчисленных боях, с мечом из светлого металла. Он придёт в Сердце Тьмы, и там сразится в своём последнем бою. Сразится – с ним. И погибнет, как погибал бесчисленное количество раз.

Потому что так должно быть.

Совсем скоро придёт время очередной последней битвы для очередного героя, снова он сыграет свою роль, и снова вернётся в полудрёму. Снова будут за окном проходить года и временами сменяться демоны, что приходят к нему.

Он погрузился в воспоминания. Время побежало для него быстрее, день за окном сменился ночью и затем утром, а он снова возвращался к событиям далёкого прошлого.

Когда-то давно мир был другим. Над ним летали драконы, бродили свободно по нему демоны, эльфы не закрылись ещё в своём лесу. Тогда царили магические звери, тогда жили сильные маги, тогда только зарождались людские королевства, и только начинали строить свои подземные города дворфы.

Сильные магические существа и расы путешествовали по миру, сталкивались друг с другом и убивали друг друга. Снова и снова вспыхивали конфликты, случались набеги, они перерастали в войны, и раз за разом войска шли по континенту.

Он не помнил, из-за чего возник последний конфликт. Драконы нападали на эльфов. Непревзойдённые эльфийские лучники сражались с драконами, и им помогали эльфийские маги, что тогда ещё были слабыми. Демоны атаковали драконов и эльфов, и те отплачивали им той же монеты. Армии драконов, эльфов и демонов разоряли людские земли, и слабые люди пытались дать им отпор. Дворфы же ушли под землю и закрылись. В своих подземных убежищах они отбивались от тех кто пытался добраться до них. Племена малых рас, зверокотов и ящеролюдов разбегались по континенту, пытаясь скрыться от безостановочных битв и разрушения.

Он не помнил сколько длилось это противостояние – всех против всех. Он не помнил, как оно проходило, не помнил побед и поражений. Он помнил его конец – огромное бескрайнее поле заваленное телами людей, драконов, эльфов и демонов. Помнил, как мир вокруг стал постепенно становится странным, как из земли начали прорастать необычные растения, как норовили они впиться в ногу проходящих мимо. Помнил, как появились первые необычные животные – маленькие, чёрные и шестиногие, с множеством глаз. Падальщики прятались, питались убитыми и быстро множились и росли. Он помнил, как впервые он услышал шёпот, что обещал все секреты мира.

Тогда четыре армии остановились. Они отступили и наступило затишье, что длилось несколько дней, а потом эльфы отправили гонцов, и предложили переговоры. Они просили о тайной встрече, ведь война ещё не закончилась, и обещали решение, что устроит всех. С осторожностью четыре расы и четыре армии подготовились к ней, ведь могла она быть ловушкой.

Король драконов явился лично. Большой и серый воздушный дракон, он мог постоять за себя сам, и ему не нужна была защита. Демоны отправили одного из генералов. Высокий, рогатый гуманоид, он орудовал на поле боя огромным топором, но был на удивление хорошим полководцем. Люди прислали бывалого воина, что прожил дольше других и выжил во всех сражениях. От имени эльфов говорил маг. Маг, что жил подозрительно долго даже для эльфа. Его звали Рувен Даелен.

– Я прошу слова. – заговорил эльф. – Я много размышлял, и нашёл, как мне кажется, решение всех наших проблем.

Фыркнул дракон, ухмыльнулся демон, промолчал человек. Эльф получил своё слово. Он разложил свитки на столе, развернул один из них и показал набросок карты мира.

– Воздух нашего мира наполнен магической силой. Она бывает разной. Мы используем природную, растительную магию, элемент которой зеленоватого оттенка. Поэтому в своих землях мы рассаживаем деревья из нашего леса. Они создают нужную на магическую силу.

Он развернул другой листок.

– То же самое делают и драконы. Но они используют магию стихийную. Драконы ищут вулканы и стихийные места, и пытаются создавать их.

Он развернул ещё один листок.

– То же самое делают и демоны. Они используют свою Миазму для получения сил, и с трудом живут без неё. В свои землях они рассаживают растения, и те производят пурпурную дымку. Но Миазма ядовита для других существ.

Эльф свернул свитки.

– А люди? – спросил человек.

– А люди просто плодятся и живут везде. – бросил в ответ эльф.

Он повернулся к дракону и демону, и продолжил, не глядя на человека.

– Каждому из нас нужен особый тип магии в воздухе, и каждый пытается насадить его в своих землях. Но мир лишь один, и когда один элемент становится слишком сильным, он вытесняет остальные. Пока мы живы, мы будем драться друг с другом за клочки территорий.

Человек открыл рот и что-то хотел спросить, но эльф даже не повернулся к нему.

– Так что предлагаешь ты, остроухий? – рыкнул демон. Дракон молча слушал.

– Что если каждый из нас возьмёт участок мира. Если каждый такой участок будет насыщен нужной нам магией или субстанцией. Идеален для каждого из нас. Для эльфа, демона, дракона?

– А люди? – снова спросил человек.

Эльф недовольно повернулся к нему.

– Люди будут жить в том, что останется свободным. Ведь вам не нужна особая стихия.

Заговорил дракон и запахло грозой. В пасти его проскакивали искры и мерцали иногда крошечные разряды.

– В твоих словах есть смысл, эльф. Но как ты изменишь законы мира? Как удержишь элемент лишь в одном месте? Даже у нас не хватило бы сил на такое колдовство.

Эльф широко улыбнулся.

– Те изменения на поле боя. Странные звери, странные растения, странные явления. Шёпот в ушах. Вы заметили их все, и поэтому вы тут.

Глаза эльфа блеснули.

– Смерть. Смерть приводит иногда к слабому выбросу магических сил. Он обычно быстро рассеивается.

Эльф развернул свиток. На нём мерцали магические руны.

– Там на поле боя, погибло столько существ, что возник вихрь. Странный процесс, который даже я не до конца понимаю. Сейчас, на поле битвы висит огромный магический заряд, который никто из нас не может присвоить и сделать своим. Но мы можем подтолкнуть его, направить, и использовать. Создать заклинание, которому позавидовали бы даже Альвы, лишь один раз. И среди записей ушедших Альвов я нашёл подходящее заклятье. Фрагменты подходящего заклятья.

Осторожно, Рувин показал небольшой свиток. На нём мерцали странные руны. Он показал его на мгновение и немедленно свернул. Дракон задумался.

– Я понимаю твои мысли, эльф. Это заклинание может быть возможно. Но оно развеется со временем, через сотни, тысячи лет. Как ты поддержишь его?

Эльф расхохотался.

– У меня есть решение. Мы найдём, создадим прислужников. Пустим слух, красивую легенду. Раз в десятки лет, кто-то отправится в путь, и поддержит нашу работу…

Он долго объяснял запутанную схему. Демон и человек слушали молча. Дракон задумался и кивнул.

– Но тогда кто-то должен будет остаться и стать опорой для заклинания.

И они повернулись к демону и человеку.

Повелитель вынырнул из воспоминаний. В мыслях, он возвращался к той встрече много раз. Он помнил каждую деталь встречи, надписи на свитках, запахи, ухмылку Даелена. Но сколько бы раз он не пытался, он не мог вспомнить, кем на этой встрече был он – демоном, человеком или кем-то ещё?

Вдвоём с королём драконов, используя фрагменты знаний Альвов, Рувин сплёл сложнейшее заклятье, и он действительно сумел вмешаться в мир. Действительно создал зоны с преобладающим типом магии. Действительно одна подходила эльфам, вторая драконам и третья демонам. Но через сотню лет в земли драконов заявился человек и непонятным образом убил Короля Драконов. А ещё через несколько сотен лет демоны поняли, что больше не могут долго существовать без Миазмы, а слабые молодые драконы задыхались за пределами драконьих земель.

Рувин обманул их и даже предложив мир и решение всех проблем, сумел навредить своим старым врагам, запер в их землях. Он погиб намного позже, исследуя новый тип магии.

Повелитель посмотрел вверх, на потолок своего замка. Если использовать усиленный "Взгляд Артефактора", что даёт способность видеть чары и заклинания, то он увидит, наверняка, магическую нить, что тянется от него вверх и уходит в небо. Нить определяет его роль и действия. Такая же нить, где-то в мире тянется к герою. Герою, что скоро придёт. Снова и снова повторяется этот спектакль с последним боем, и снова и снова мир становится таким, каким должен быть, когда герой гибнет, и отдаёт накопленные им силы.

Скоро явится новый герой, снова они сыграют свою роль, а потом он продолжит дремать, пока за витражами бегут дни, месяцы, года и десятилетия.

Он чувствовал многое, что происходило за пределами его замка. Он чувствовал, когда приходили демоны с очередным сообщением. Чувствовал, как вдали приближается к нему герой. Чувствовал, что в этот раз что-то шло не так. Герой казался слишком слабым. А в землях вокруг его замка кто-то старательно, раз за разом, пытался открыть в небе портал.

Первые три попытки провалились. Крошечный портал успешно открылся на четвёртую. Ещё дважды он открывался в небе над замком, и лишь в последний раз он успел заметить, как что-то вылетело из портала, зависло в воздухе, покрутилось, и быстро юркнуло назад, поблёскивая на солнце. Этого не должно быть.

Его размышления прервал звук разбитого стекла. С самого верха, со второго этажа витражей сыпались разноцветные обломки. Оттуда спрыгнуло существо. Оно ловко оттолкнулось от колонны, впилось в длинное полотно с письменами, что висело на ней, и, разрывая его, съехало по полотну вниз до земли.

Существо выпрямилось, дёрнуло ушами, махнуло хвостом, и уставилось на повелителя глазами с вертикальными зрачками.

Химера Улиуса? Её не должно здесь быть.

Создание носило чешуйчатый доспех лёгкий, глаза его закрывали дворфские защитные очки, а в руках оно держало кусок трубы, сделанный из адамантина. Оно улыбнулось, показывая два ряда зубов, и спросило:

– Ты враг? – и показало на него адамантиновой трубой.

Этого не должно быть, но у него есть роль и он исполнит её.

Повелитель Тьмы, положил руку на огромный меч рядом с троном и впервые за много лет встал. Он посмотрел в сторону закрытой двери, сквозь которую должен был пройти герой, и ему показалось, что что-то мелькнуло в воздухе перед ним. Горящими глазами он посмотрел на странное создание и сказал:

– Я Повелитель Демонов, Я Повелитель Тьмы. Ты в моём замке и не одна из моих подданных. Я твой враг.

Он хотел спросить, "кто ты", но не успел. Странное существо радостно оскалилось и бросилось на него.

Глава 63

Замок Повелителя демонов

Химера бросается вперёд, бежит, быстро, быстрее чем он ожидал. На бегу она швыряет в него свою адамантиновую трубу как копьё, и она летит ему точно в голову. Повелитель Тьмы ловит необычный снаряд на лету, резким, ловким для своего размера движением. Но Химера прыгает и вдруг оказывается прямо перед его лицом, замахивается, целится пальцами в адамантиновой перчатке в прорезь шлема. Он успевает заметить заострённые кончики пальцев, похожие на когти, но не успевает защититься.

Боль.

Боль пронзает правый глаз Повелителя, и он больше не видит им. Он роняет трубу, отступает на шаг. Химера выдёргивает свою руку, отпрыгивает назад, на пол, быстро поднимает с пола трубу и смотрит на пошатнувшегося великана в доспехах. Повелитель хватается за повреждённый глаз, выпрямляется и звериным рёвом рычит. От его голоса дрожат и трескаются тщательно выложенные витражи.

– Не умер! – радостно комментирует Химера.

Великан в латах перехватывает меч, встаёт в выверенную боевую стойку. Только один его глаз горит. Из прорези в шлеме течёт тёмная, почти чёрная фиолетовая жижа. Этот удар убил бы обычного демона, но недостаточен для него. Повелитель говорит:

– Ты не герой. Кто ты?

– Рисска! Большой страшный монстр! – радуется его противник.

Огромный меч приземляется на место, где Рисска только что стояла. Раскалываются тщательно отполированные плиты, летит в разные стороны крошка. Он наносит второй удар плашмя, меч описывает дугу, но Рисска ныряет под ним и уворачивается. Он орудует тяжёлым многометровым двуручным мечом, сделанным под его размер. И он может держать его одной рукой.

Меч врезается в колонну, разбивает её вдребезги, её обломки скачут по каменному полу. Вздрагивает крыша, и наверху, где-то высоко трескаются витражи и разноцветные обломки сыпятся вниз.

Рисска мечется из стороны в сторону, а бронированный великан крушит зал вокруг неё огромным мечом. Вот он замирает, поднимает свободную руку, и в ней разгорается пламя. Тут же Рисска делает выпад трубой и сбивает магический жест. Незавершённое заклинание висит в воздухе.

– Нельзя! – радуется она. Её доспех покрыт свежими царапинами, неглубокие порезы видны на её лице, они быстро, на глазах затягиваются. С её кожи поднимается пар.

Повелитель сжимает руку. Незаконченное заклинание взрывается волной воздуха и сметает Рисску. Ударная волна выбивает уцелевшие стёкла, рвёт висящие на стенах полотна и флаги. Великан пошатывается, и тут же бьёт снова, пытается достать мечом Рисску на лету – у него достаточно скорости. Она выворачивается в воздухе, помогает себе хвостом. Отталкивается от меча адамантиновой трубой, уходит от удара. Её подбрасывает вверх и вбок, она оказывается у стены, отталкивается от неё ногами и прыгает. Прыгает и приземляется на плечо Повелителя.

– Прочный! – сообщает она Повелител, и пытается найти прорехи на его броне, вонзить в них пальцы-когти. Он перехватывает меч, пытается схватить её, сбросить на пол, но она уворачивается и отпрыгивает. Рисска бросается в сторону, обходит великана полукругом и подло бьёт его острыми пальцами-когтями под коленку. Он пошатывается, бьёт мечом сверху, но Рисска уже с другой стороны.

Она бегает вокруг него, лавирует, уходит от сокрушительных ударов и пытается найти, нащупать прореху в его броне. Она не блокирует удары трубой, но старается перенаправить самые опасные из них, увести в сторону. Снова и снова она пробует дёрнуть за летящую в неё конечность, сделать подножку, или протаранить ногу. Повелитель получает тычки под колено, несколько уколов в ступню, торс. Рисска методично прощупывает элементы брони ударами.

Это не герой, вспоминает он. Его глаз вспыхивает синим, в правой руке загорается пламя, он ударяет им землю. От него разносится незримая волна. Она несёт страх, паралич. Но магия проходит сквозь Рисску без эффекта. Она снова с разбегу бьёт его под коленку, и в этот раз Повелитель падает.

Она прыгает на него сверху, вцепляется в первый попавшийся кусок брони и пытается его отсоединить, Наплечник держится на ремнях, она замечает их и перекусывает. Наплечник отваливается, оголяется плечо, оно не защищено. Повелитель пытается схватить Рисску руками, она уворачивается, и с хрустом кусает его за плечо, откусывает от него кусок. Повелитель снова рычит, отбрасывает Рисску в сторону. Она приземляется на ноги, и облизывается. Он тяжело встаёт и замечает, что двигаться стало чуть тяжелее.

– Что… ты? – спрашивает раненый великан, Повелитель Тьмы, зажимая новую рану.

– Рисска! Рыр! – радуется Химера. И сообщает. – ты вкуснее дракона!

Это существо не хочет его просто убить. Оно хочет его сожрать. Он бросает вперёд руку, делает короткий жест, который сложно прервать, и с пальцев его срываются потоки пламени. Рисска бросается за колонну. Он пытается вспомнить, где строители замка поставили свои многочисленные ловушки. На стенах загораются полотна из ткани, а назойливое существо, что напало на него, носится между потоков огня.

Воздух холодеет, в нём раздаётся шёпот. Он не обращает на него внимание, пытаясь убить назойливое существо. Но шёпот нарастает, и постепенно он различает в нём слова:

"И придёт герой".

Он прислушивается к своим чувствам, отбивает мечом очередной удар трубы, выдерживает ещё один тычок, когда его снова пытаются сбить с ног. Герой идёт сюда, и скоро будет здесь. Немедленно он расплачивается за невнимательность в бою – Рисска стягивает с него перчатку и с хрустом вцепляется в руку. Снова возникает чувство слабости. От Рисски идёт пар.

Они яростно сражаются. Он задевает несколько раз вертлявую Химеру, но раны на ней быстро зарастает, и доспех на ней подозрительно прочен. Он пытается использовать магию, но она часто прерывает её адамантиновой трубой. Снова и снова она пытается повалить его, отсоединить кусок брони, и укусить. И с каждым удачным укусом он чувствует, как медленно нарастает слабость.

Что это? Он применяет магический взгляд, но под эффектом волшебного зрения странное существо внезапно становится полностью невидимым. Его немедленно сбивают с ног, и срывают новый наплечник. Новый укус, снова боль. Он отменяет заклинание, отбрасывает существо в сторону, призывает усиленный "взгляд Артефактора" и смотрит вверх. Нить, что тянется от него в небо, в невероятно сложное заклятье, истончается. Шёпот нарастает вокруг, снова и снова Повлетиель Тьмы слышит фразу.

"И придёт герой".

Со скрипом, дверь в его зал, покрытый трещинами, с пылающими полотнами на стенах, открывается. Бой останавливается. Замирает он, замирает Рисска, вдвоём они смотрят на открытую дверь. За разбитым окном темнеют тучи, и всё быстрее движется их хоровод. Воздух радостно шепчет:

"И пришёл герой."

Так, как должно было быть.

***

Нильс почувствовал беспокойство, когда они приближались к крепости. Оно нарастало, когда на них не напали отряды демонов, которых он ждал и росло всё больше и больше. Слишком спокойно было в демонических землях, если не считать нападений слабейших животных, что быстро поняли свой урок и оставили их в покое. Новая способность его меча поддерживала защиту от Миазмы, а Тирлаэль больше не пыталась использовать Миазму для магии.

"Сердце Тьмы", как называло его пророчество, выглядело так же, как и в его снах, во многих из них – чёрный замок на скале, над которым водили нескончаемый хоровод тучи. Здесь Миазма редела и небо снова становилось синим. Он начал путь наверх, когда резко заболела его голова, и он вдруг снова вспомнил самого первого монстра, которого он должен был убить. Монстра, которого вместо него убил кто-то другой.

Что случится, если в его истории не будет последнего сражения?

– Мне нужна скорость! – говорит он Тирлаэль. Эльфийка, что напряжённо думала о чём-то последние дни, не возражает. Она взлетает на несколько сантиметров над землёй, и накладывает чары на героя. Он бежит вперёд, она летит за ним, и всё сильнее чувство тревоги, оно перерастает в страх. Что-то вот-вот пойдёт не так, предначертанное снова сделает неожиданный поворот, и тогда, что станет с ним?

Он бежит со всех ног, по помещениям, по которым должен был пройти с Тирлаэль и Каррумом. Здесь он должен был сражаться, с полчищами демонов, но здесь нет никого. Здесь должен был быть последний бой с упрямым демоном. Кажется, его звали… Зеррас? Нильс добегает до тронной комнаты и с трудом открывает массивную дверь, вбегает в зал и останавливается. То, что должно быть, с треском накладывается на то, что происходит.

Величественный зал, в котором сидит фигура в чёрных доспехах. Здесь они начнут последнее сражение, после которого он не знает будущее, что должно произойти.

Величественного зала нет. Огромное помещение завалено обломками, осколками, разрушены его колонны, выбиты стёкла, и таинственные, мрачные полотна пылают в огне. Повелитель Тьмы ранен, из его брони сочится тёмная жижа, а один из его глаз потух. Но перед ним, оскалившись, улыбаясь, стоит существо, которое Нильс никогда не видел в своих снах. Его не должно здесь быть. Оно пытается убить его добычу!

– Кто ты?! – кричит Нильс, выхватывает меч, и идёт в комнату широким шагом. Его плащ величественно развевается, блестит его броня, в руке его светлый меч. Будто герой из сказок. Герой, с изуродованным шрамами лицом, и злобным оскалом лица и кровавым левым глазом.

– С кем… – спрашивает Тирлаэль. Её глаза горят магическим светом. В комнате она видит лишь себя, Нильса и большой сгусток черноты. Нильс, для неё, говорит с пустым местом. Но пустое место задумчиво спрашивает его.

– Ты – враг?

Мгновенно в разуме эльфийки проносятся тысяча объяснений, и она выбирает несколько вероятных. Она развеивает заклинание "магического зрения", и видит существо перед ней.

– Химера? – удивлённо спрашивает эльфийка.

Жуткие кошачьи глаза на человеческом лице. Кошачьи уши на человеческой голове. Хвост. Будто сошедшая с одной из работ про творения Улиуса Безумного, только маленькая, и одетая в лёгкие доспехи. Что-то мелькает за окном, и Тирлаэль отвлекается на мгновение, но тут же её внимание возвращается к Химере.

Химера одета в доспехи, в которых Тирлаэль немедленно опознаёт чешую дракона. Очень старого дракона. Химера задумчиво смотрит на Нильса. На голове её дворфские защитные очки, а в руках, скрытых адамантиновыми перчатками она держит адамантиновую…. трубу. С краном. Эльфийка моргает, пытаясь понять, кто и зачем сделал такое оружие.

– Ты – враг? – спрашивает Химера снова. Она чуть наклоняется вперёд, и ждёт ответа.

– Я – Нильс, герой. – ощеривается Нильс в ответ, и взмахивает мечом с нечеловеческой скоростью. Лезвие вспыхивает кроваво-красным светом. Но Химера легко уворачивается.

– Враг. – вздыхает она. Тут же они отпрыгивают в разные стороны, и между ними приземляется огромный меч.

– Я. – тяжело дышит израненный гигант в латах, – Я Повелитель Демонов, Повелитель Тьмы. Я тот, с кем сразится герой.

Потому что так должно быть.

Нильс бросается вперёд на Повелителя, Химера ставит ему подножку и пригибается. Над их головами свистит огромный меч. В руке Повелителя разгорается синее пламя, и Химера делает выпад трубой. Снова прерывается заклинание, снова раздаётся взрыв, разбрасывает их в стороны. Со стороны Тирлаэль в Повелителя летят крошечные светящиеся шарики. За ними остаётся пылающий след. Повелитель закрывается от них мечом.

Рисска бросается в сторону эльфийской волшебницы, Нильс преграждает ей дорогу, пытается изрубить её на части. Он движется быстрее, чем должен быть способен человек, но Химера принимает его удары на адамантиновую трубу. На прочном металле остаются неглубокие зарубки. Она отвечает острыми ударами когтистых перчаток, и каждый из них смертоносен. Герой мастерски фехтует и отбивает их все. Тирлаэль пытается растянуть заклинание защиты, вокруг неё вспыхивает золотистая плёнка. В тот же момент со стороны Повелителя летит огненный шар, он взрывается об защитную плёнку, и та лопается.

Нильс напирает на Рисску, адамантиновая труба в её руках потрескивает и начинает гнуться. Меч героя вспыхивает огнём, Рисска перехватывает трубу, держит её одной рукой. Она уводит удар меча в сторону, и бьёт героя кулаком в челюсть. Герой отшатывается. Химера бьёт его в торс, доспех держит удар, и она переводит его в бросок. Нильс летит в стену, Химера бросается к Тирлаэль. На место, где она только что стояла, приземляется ещё один огненный шар.

Эльфийка поднимает магический щит, отступает назад. Она парит в воздухе. Рисска пробивает щит ударом адамантиновой перчатки. Волшебница не успевает удивиться. Рисска бьёт её кулаком в солнечное сплетение. Анатомия людей и эльфов достаточно схожа и удар достаточно сильный. Эльфийка сгибается, Рисска хватает её и её посох, бросает их в разные стороны. Эльфийский посох катится по полу.