Текст книги "Химера (СИ)"

Автор книги: Виктор Волков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 40 страниц)

Его прибытие заметили. Клубок гостей всполошился, и стал расползаться в разные стороны. Некоторые гости утаскивали за собой особенно вкусное угощение. Сама собой образовалась дорожка, в конце которой стоял хозяин пира – король драконов.

Зиаррис Нидреррарг, что правил уже шестьсот лет, возвышался над пиршеством и смотрел на Линдосса с ухмылкой. Он был больше чем Линдосс, достиг длины в пятьдесят дворфских метров, и не собирался переставать расти. На голове его поблескивала золотистая корона короля драконов – тонкая металлическая лента, что охватывала драконью голову и подстраивалась под её размеры сама.

– Линдосс. – снисходительно поприветствовал гостя хозяин пира. Со словами из его пасти вырвались искры и язычки пламени. От его красно-оранжевой чешуи заметно веяло теплом.

– Зиаррис Нидреррарг – недовольно ответил Линдосс. Ему пришлось назвать короля полным именем. Зиаррис оскалился.

– Что привело одиночку на наш пир? – хрипло спросил король драконов. Двумя когтистыми пальцами он поднял с пола тушку какого-то рогатого животного и закинул ему в пасть. Для него такая пища давно была не более чем закуской.

– В наших землях не осталось ледяных магических сил. – сказал Линдосс.

Король драконов задумался и захохотал. Из его пасти вырывались языки пламени.

– Твоя кладка не хочет вылупляться? – Веселился он – это не моя забота, Линдосс. Реши проблему сам. Ты знаешь как.

Линдосс фыркнул. Его дыхание превратилось в морозное облачко, которое тут же растаяло от жары.

– Знаю. – сказал Линдосс. – Я, Линдосс Ирвинтайм, вызываю тебя, Зиаррис Нидреррарг, на бой. Бой за твоё место.

Повисла тишина. Участники пира, что чавкали в стороне дружно замолчали и уставились на двух могучих драконов. Ледяного и огненного.

Зиаррис расхохотался. Отсмеявшись, он просто бросил:

– Да будет так.

Глава 35

– Да будет так. – оскалился Зиаррис и выдохнул сноп раскалённых искр. – Бой здесь и сейчас.

"Гости" пира засуетились, и бросились в разные стороны. Они разбегались, расползались, лишь бы быстрее оказаться на безопасном расстоянии от места, где вот-вот начнётся битва двух огромных магических ящеров.

– Стой. – повернулся Зиаррис к одному из убегающих. Красный дракон, метров семь длиной, замер. – Ты дашь сигнал.

Дракон закивал, отбежал подальше и замер. Зиаррис и Линдосс разошлись в разные стороны. Развернулись друг к другу и замерли. Полторы сотни дворфских метров между ними, так как этого требовал обычай. На полу лежали остатки еды.

– Меня не вызывали на бой уже сотню лет, Линдосс. – оскалился Зиаррис. В его пасти полыхнули языки пламени. – Не умри слишком быстро.

В сотнях метров вдали, гости расселись на земле, стенах замка, и наблюдали, готовые сбежать в любой момент. Бой с драконьим королём часто приводил к жертвам среди зрителей, но не каждый день и не каждый год можно было увидеть короля в бою.

– Сигнал. – рыкнул Зиаррис дракону "секунданту". Линдосс согласно кивнул. "Секундант" дёрнулся, посмотрел на Линдосса, Зиарриса, задрал голову вверх, зарычал и немедленно взлетел, удирая из о всех сил.

Зиаррис ухмыльнулся и вдохнул. Огонь вспыхнул в его пасти, и король драконов выдохнул поток пламени. Огненная струя покрыла сотни метров, разошлась веером, испепелила остатки пира, пламя покрыло каменный пол и продолжило гореть. Воздух вокруг короля драконов засветился. Над землёй одно за другим возникали магические огненные плетения. Король драконов плёл несколько заклинаний одновременно.

Огненная стена скрыла Линдосса, но потом из огня повалил пар. Пламя отступило на шаг. Линдосса окружил поток из обломков льда и кусков снега. Синий свет вспыхнул над ним, увеличился, приобрёл форму, и в Зиарриса полетело десятиметровое ледяное копьё. Король драконов легко уклонился от него, не прекращая плести заклинания.

Огненные плетения превратились в сгустки пламени, пылающие огненные сферы разного размера и цвета полетели в Линдосса. Они меняли путь, летели по кривым, били в пол, взрывались огнём. Зиаррис сделал шаг вперёд, затем ещё один. Линдосс отступил. Вокруг него вспыхивал синеватый свет, его ледяной щит из частиц еле справлялся с напором.

Зиаррис оскалился, привстал на дыбы, взмахнул крыльями, стена огня вырвалась вперёд, к Линдоссу, а в воздухе вокруг короля драконов вспыхивали всё новые и новые огни, огненные сгустки разлетались во все стороны, падали на пол, и там где они падали, по полу растекалась магма. Чёрный дым поднимался над полем боя. Под потоками огня плавилась чёрный, огнеупорный камень замка короля драконов.

Пламя дрогнуло, и сквозь море огня пронёсся поток холодного ветра, над языками пламени появились снежинки. Линдосс взлетел. Он выдохнул холодом в пламенное море, и в огне из земли на мгновение выросли острые шипы изо льда. Дюжина острых ледяных копий возникла в воздухе рядом с ним, они полетели в сторону Зиарриса, но король драконов просто дыхнул на них странным огнём и ни одно из них не достигло его.

Линдосс повис в воздухе, над огненным полем, тяжело взмахивая крыльями. Зиаррис стоял посреди огня и лавы. Король драконов расхохотался.

– Это всё? Это всё на что ты способен, Линдосс?

Король драконов взмахнул крыльями и взлетел. Дюжины плетений вспыхивали вокруг него. Они превращались в огненные сгустки, потоки, сферы. Бесчисленные магические снаряды летели в Линдосса. Ледяной дракон уворачивался, закрывался ледяным щитом, и тяжёлые огненные сферы падали вниз, на замок, заливая его огнём. Оставшиеся зрители драконы разлетались и разбегались, а вокруг короля драконов воздух нагревался, приходил в движение и превращался в огненный смерч, что увеличивался в размерах.

Линдосс полетел, набирая скорость. Король драконов расправил крылья и помчался вслед за ним. Вдвоём они кружили над замком, обмениваясь огненными и ледяными снарядами. Зиаррис медленно сокращал дистанцию, и уже дважды он чуть не достал Линдосса огненным дыханием. В потоке заклинаний Линдосса возникла пауза, и он начал читать длинное заклятье. Небо начало темнеть. Зиаррис внезапно замедлил полёт, развернул тело вертикально, и завис на месте, взмахивая крыльями. Он выкрикнул Линдоссу:

– Покажи! Покажи, что ты можешь! Я приму твой удар!

Линдосс чуть наклонил голову, но не прервал заклятье. Он читал и читал длинное драконье заклинание. Небо темнело вокруг, воздух холодел, он чувствовал, как заклинание оттягивает его магическую силу, и не понимал. Не понимал, почему король драконов не пытается вмешаться и прервать его.

Небо потемнело, облака свернулись в воронку, воздух похолодал, стал морозным, затем ледяным. Король драконов неподвижно парил в воздухе и скалился на Линдосса. Почему он не защищается?

Линдосс завершил заклинание. С неба на короля драконов и замок внизу обрушился поток ледяных глыб и копий, достаточный для того, чтобы убить или ранить любого. Оставшиеся внизу зрители пытались увернуться от лавины магического льда. И в момент, когда ледяные глыбы должны были ударить по королю драконов, Линдосс почувствовал шелест, и холод. Чужой холод, а не ту прохладу, которая всегда окружала Линдосса. Шёпот сложился в едва понятные чужие слова:

"Ты не герой".

И ледяные глыбы чуть изменили направление. Заклинание прекратилась. Горы ледяных обломков лежали внизу. Чёрный замок покрывал иней, холод погасил пламя, остудил лаву, но король драконов по-прежнему парил в воздухе – целый и невредимый.

Так не должно быть.

Зиаррис оскалился, и с неожиданно быстро набирая скорость, бросился на удивлённого Линдосса. Тот попытался повернуть в сторону, увернуться, но не успел. Король драконов врезался в него, и зубами впился в его плечо. Линдосс взревел и попытался отплатить тем же. Два сцепившихся дракона полетели с неба вниз, на площадку для пира. Линдосс пытался отбиваться, призывать заклинания, но король драконов оказался сильнее.

Удар о поверхность сотряс тело Линдосса, камень треснул под ним, и что-то нездорово хрустнуло в его теле. Он пытался сопротивляться, но Зиаррис продолжал рвать его зубами. Тело кричало от боли, мир темнел в его глазах, и вот-вот должна была наступить смерть. Но в последний момент король драконов остановился. Он отступил в сторону, туда, где Линдосс смог его видеть. Король драконов оскалился окровавленной мордой, и заговорил:

– Ты недостоин. Но я не убью тебя. Я оставлю тебя в живых. Ты залижешь раны, наберёшься силы, и попытаешься победить меня снова.

Зиаррис фыркнул. По его чешуе стекала кровь Линдосса, а на лбу поблескивала драконья корона.

– Тогда я играючи разделаюсь с тобой. Снова, снова и снова. Ты будешь развлекать меня своими попытками до конца твоей жизни, Линдосс. И никогда не сможешь победить меня.

Зиаррис ухмыльнулся. Он развернулся и неторопливо пошёл прочь. Рыкнул что-то на одного из уцелевших ящеров-прислужников, взмахнул крыльями и улетел. В их бое пострадал замок короля дракона. Пока прислужники приводят его в порядок, Зиаррис, наверное, вернётся в своё старое логово – то, в котором он жил давно, когда ещё не был королём.

Лёжа на полу Линдосс посмотрел по сторонам. На залитом застывшей лавой полу вдали виднелись несколько тел погибших прислужников и драконов. Для кого-то из гостей этот пир стал последним. Линдосс закрыл глаза и прислушался к своему телу.

Кусок плоти вырван из плеча, оттуда тихо сочится кровь. Несколько похожих ран на его боках. Порваны оба крыла, рана на шее в волоске от места, где была бы смертельной. Мощные драконьи рёбра треснули в нескольких местах, одно из них сломалось. Врезавшись в землю он что-то отбил в животе. Нужно было встать, но он хотел спать, и не делать ничего. Линдосс лежал неподвижно. Час, потом второй.

В себя его привёл лёгкий, осторожный укус. Он открыл глаза. Маленький огненный дракон, не более двух метров длинной решил попробовать его на зуб, и пытался грызть его крыло. Его зубы не справлялись с чешуёй Линдосса. Ледяной дракон повернул голову, и дракончик замер, с открытым ртом. Линдосс дунул на него холодным воздухом, и огненный дракончик удрал с визгом. Придётся вставать.

Линдосс с трудом перевернулся, встал на ноги, пошатываясь. Раны слегка кровоточили. Вокруг него пробегали иногда ящеры-прислужники, осторожно обходили его стороной. Порванное крыло намекало, что Зиаррис хотел, чтобы Линдосс шёл домой пешком, вместо полёта. Линдосс фыркнул. Он закрыл на мгновение глаза, и сконцентрировался.

Его чешуя покрылась инеем. Глубокие раны стали затягиваться льдом. Лёд заменил потерянные куски плоти – стал затычкой, временной и негибкой. Порванная перепонка создала больше проблем – лёд никак не схватывал гибкую кожу крыла. Тогда Линдосс расправил крыло, и покрыл льдом всю порванную секцию. Если он взлетит, это будет чудо.

Он смог подняться в воздух с четвёртой попытки. Привычный полёт, который никогда не требовал усилий, стал тяжёлым испытанием, Линдосс держался в воздухе только за счёт драконьей магии. Его кренило на бок – ледяное крыло получилось несбалансированным. Тяжело взмахивая крыльями, он направился домой. Мысли путались, но в полёте он думал. Почему король драконов не пострадал? Что это был за шёпот?

Чёрно-серый ландшафт медленно проносился внизу, Линдосс же думал, и вспоминал. Вспоминал обрывки информации, которой делились когда-то старые драконы, те, что давно ушли, погибли или пропали.

Он вспомнил, что Зиаррис был первым королём, что за долгое время продержался шестьсот лет. Долгие годы, короли до него держались лет сто, но потом сменялись. Старый король исчезал.

Линдосс хмурился в полёте. От мыслей, от боли в теле. Полёт раненого тела с ледяными "заплатками" требовал усилий и потихоньку вытягивал магические силы из резерва.

Прошлый король драконов погиб, когда покинул драконью территорию. Он был слишком любопытен и его убили эльфийские волшебники, когда воздушный дракон попытался пролететь над эльфийским лесом. Тогда пришёл к власти Зиаррис.

Линдосс качнул крыльями разворачиваясь. Силы вытекали из резерва. Он медленно выруливал домой и думал.

Он вспомнил, как лет сто назад видел на одном из пиров "приближённого". Молодой огненный дракон, не старше двухсот лет, которого Зиаррис хвалил. Этот дракон потом куда-то исчез. Он вспомнил, что это происходило ещё несколько раз.

Впереди возник его ледяной замок. С трудом Линдосс начал снижаться. Он думал дальше, но обрывки знаний не складывались в стройную картину. Странный шёпот, и Зиаррис, который остался невредимым после самого сильного заклинания Линдосса.

Он не смог приземлиться аккуратно, а грохнулся на посадочную площадь, разбив поверхность, которую только что починили. Ледяная "заплатка" на крыле треснула и рассыпалась. Не слушая прислужников, Линдосс заковылял в свои покои. В глазах снова темнело. Он слышал как вокруг него в замке поднимается суета и бегают ящеры.

Его покоем была искусственная ледяная пещера внутри замка, выложенная льдом и синими кристаллами. Ложем Линдосса было углубление в полу, выстеленное шкурами. Линдосс завалился в него, закрыл глаза и провалился в сон. Он лежал потом, и просыпался лишь ненадолго.

Он видел недовольную Шорро. Она приползла в его логово, командовала его ящерами. Её чешуя поблёскивала металлом и кристаллами. Он видел, как она шипит на ящеров, как отправляет одного из них в полёт ударом хвоста. Видел как она недовольно "расхаживает" в его покое, как обнюхивает его раны. Чувствовал, как она толкает его, пытаясь перевернуть на бок.

Он видел, как Шорро раскрывает крылья, разминает их. Она очень не любила летать, и это было редкое зрелище. Сонным сознанием он удивился тогда, и подумал, что быть может, Шорро решила покинуть его, улететь из гнезда.

Он проснулся от ощущения тепла. Что-то тёплое вливали ему в глотку. С помощью прислужников, Шорро что-то пыталась влить ему в пасть, а в его покоях стоял знакомый, чуть металлический запах. Ящеры стояли на подмостках, и с трудом удерживали большой чан.

– Проснулся. – фыркнула Шорро и недовольно щёлкнула хвостом по полу. Она наклонилась и заглянула ему в глаза. Металлические и кристалльные пластинки поблёскивали на её голове – указывая на её природу и элемент Линдосса.

– Когда я сказала что бессмертных драконов не бывает, – ехидно заговорила Шорро, – Я не просила тебя немедленно проверить свою смертность.

Ящеры кончили вливать жидкость Линдоссу и торопливо спустились с подмостков. Это кровь. Кровь животного.

– Я гадала, решил ли ты протаранить вулкан головой, или же внезапно разучился летать и свалился с неба. – продолжала Шорро.

Движением хвоста она пододвинула что-то к нему. Туши. Туши больших животных. Слишком большие для того, чтобы их принесли ящеры. Шорро принесла их? Она не любит летать и охотится.

– Я пытался… – заговорил Линдосс, но Шорро нагло щёлкнула его кончиком хвоста по носу. Она пододвинула тушу какого-то копытного животного к нему.

– Я знаю. Ешь. – скомандовала Шорро. Линдосс понюхал тушу. Драконы его возраста начинают питаться магической энергией, перерабатывая даже враждебные элементы. Животная пища не очень обязательна, хотя приятна.

– Ешь. – повторила Шорро. – Кровь и плоть быстрее лечит раны.

Линдосс задумчиво поднял тушу зубами. Подкинул и проглотил. Большое копытное животное было для него на один укус. Шорро усмехнулась.

– Если ты погибнешь, Линдосс, кто будет приносить мне мои кристаллы? Чьи прислужники будут заботиться обо мне?

Она пододвинула ему хвостом ещё тушу. Линдосс проглотил её и заметил горку тел животных. Похоже, Шорро сделала не один полёт.

– Ты сразился с королём. Но Зиаррис силён. – сказала Шорро. – Ты не победишь его в прямом бою.

Линдосс нахмурился и попытался встать. Шорро снова фыркнула.

– Это значит, тебе нужна хитрость. Стань умнее его. Он тщеславен и самодоволен. Найди эту хитрость, Линдосс.

Шорро ещё раз фыркнула, и заскользила прочь из комнаты. Она исчезла в гигантской арке. Линдосс задумался, и принялся доедать туши. "Хитрость".

Он залечивал раны больше недели. Шорро сказала правду – мясо ускоряло лечение, и раны затягивались намного быстрее, чем если бы Линдосс поглощал магический фон. Но после того, как Линдосс проснулся, она не стала снова охотится, а вернулась к кладке. Ящеры же просто не могли добыть достаточно мяса для огромного дракона.

Линдосс думал о "хитрости", которую посоветовала Шорро. Он думал о ней, разрабатывая зажившее крыло. Думал, расхаживая по площадке. Думал, когда снова, впервые после боя с Зиаррисом, взлетел. Думал, когда кружил над землями драконов.

В один из таких дней, он заметил разграбленный караван, на границе земель. Кто-то из молодых драконов повеселился, утащил лошадей и караванщиков, сжёг всё, что счёл ненужным. Он покружил рядом с границей земли драконов, разглядывая сцену магическим зрением, которое драконы использовали безостановочно и всегда. Он мог бы перелететь через границу земель, приземлиться, посмотреть вблизи. Сильные драконы без особых проблем покидают свою территорию. Молодые же быстро теряют силы за незримой границей земель.

Он мог бы пересечь границу, но не видел смысла. Разграбленный караван красноречиво рассказывал свою историю. Он сделал несколько кругов, когда заметил, с высоты своего полёта, следы. Следы, которые шли в сторону их земель.

Он удивился. Сделал большой круг над приграничными горами, но не нашёл существо, которое их оставило. Он отлетел подальше, стал осматривать следы издали, с большого расстояния, в километры. Острый взгляд дракона позволяет видеть очень далеко. След был почти невидим, и часто пропадал, когда оставившее существо выходило из пепла на камень.

Внезапно Линдосс увидел, как след появился сам. Но по-прежнему не было существа, которое его оставило. Ему пришла в голову невероятная догадка, и он впервые за долгие годы, погасил магическое зрение.

В том месте, где возник след, стояло странное, незнакомое ему создание. Оно напоминало бы человека, если бы не острые, звериные уши и хвост. Оно похоже было бы на зверолюдов, если бы не почти человеческое лицо. Оно не видело пока Линдосса, или не обращало внимания на него – ведь дракон был высоко и далеко, а цвет его не очень отличался от цвета неба.

Удивлённый Линдосс, поступил так, как и все драконы, сталкиваясь с неизвестным – он использовал "заклинание познания". Заклинание, которое за частицу накопленных сил, обращается к неким "духам знаний". И чем необычней объект, тем больше сил они просят за ответ.

Заклинание познание не подводило Линдосса никогда. У драконов огромный магический резерв, который почти невозможно опустошить. Не задумываясь, он применил заклинание и с удивлением почувствовал как его магический резерв опустел. При этом он не получил ответ.

Драконы летают при помощи магии. Потратив весь резерв, Линдосс не смог поддерживать полёт, и камнем рухнул вниз.

Линдосс вернулся домой через десяток часов. Снова он прилетел с ледяными заплатками на крыльях. Снова с трудом доковылял до своего логова, и лишь нахмурился, когда Шорро спросила у него, не разучился ли он внезапно летать. Он улёгся в своём логове, раздумывал несколько часов, а потом созвал своих ящеров-прислужников и начала раздавать указания.

Глава 36

Эрве Анор

Глубоко внутри одного из гигантских деревьев, в небольшой комнатке, на полу сидел эльф. Он сидел, закрыв глаза и под его веками иногда мерцал чуть видимый зеленоватый свет. Эльфы не спят. Он находился в том трансе, которые эльфы используют вместо сна. Стены его небольшой комнаты иногда подрагивали, и за ними изредка раздавался глубокий, низкий треск. Невидимый ветер чуть раскачивал огромное дерево-дом, и скрытые внутри ствола растительные канаты натягивались от напряжения и потрескивали. Один из них проходил прямо за стеной этой комнаты.

Когда пять тысяч лет назад, великий Рувен Даелен создал первое эльфийское дерево-дом, он желал эльфам блага, счастья и процветания. Он хотел создать дом, который обеспечит всех эльфов необходимым, и вырастет сам. Когда, через сотню лет, Рувен Даелен создал первое магическое растение, способное выполнять заданные движения и простую работу, когда он начал разрабатывать сироп для питания магических растений, он также желал эльфам лишь блага.

Сидевший на полу эльф открыл глаза и тяжело вздохнул. Он потянулся. Его комната почувствовала движение, и на потолке медленно и неторопливо стал разгораться фосфоресцирующий растительный нарост. Через минуту он засветился в полную силу, и комнату заполнил бледный, чуть синеватый свет. Здесь не было окон и сюда никогда не светило солнце.

Когда, через много лет после создания дерева дома, Рувен Даелен придумал как из сиропа для растений делать простую, пусть и не очень вкусную еду и напитки для эльфов, он тоже желал эльфам блага. Он хотел накормить всех, дать кров всем, упростить жизнь всем. Построить для эльфов рай. Где им не нужно будет работать, охотиться, искать пропитание. Когда волшебные растения смогут заботиться о нуждах всех эльфов, наступит эра беззаботного счастья, и быть может, тогда его раса займётся искусствами. Они создадут чудеснейшую музыку, красивейшие песни, построят прекраснейшие города. Наверное.

В те времена эльфов было не так много, и идеи Рувена казались странными. Зачем есть растительное желе, если лес полон еды? Зачем выращивать огромные дома, если каждое дерево приютит эльфийского охотника? Во времена Рувена, эти "зачем" остались без ответа.

Эльф снова вздохнул и встал. Он уже был одет в лёгкую серо-зелёную одежду, выращенную из единого куска растения. Простые штаны, рубаха, мягкие ботинки. Он осмотрел своё жилище. Восемь дворфских квадратных метров. Стены, пол и потолок – единое целое из мягкой древесины, похожей на пробку. Из стены вырастает ложе, с мягкой подстилкой из мха и толстыми мясистыми листьями вместо одеяла и подушки – на случай, если хозяин решит прилечь.

Несколько коробов из коры на полу. Из стены высовывался растительный раструб умывальника. Под ним выступала древесная чаша умывальника, рядом с которым висел кусок зеленоватой растительной ткани. Над умывальником поблёскивала тёмная поверхность кристалла, что служил вместо зеркала. Ещё один раструб выходил из потолка в углу, там можно было вымыться полностью. Закрывала комнату дверь, выросшая из стены. Вместо петель она крепилась на мягком и гибком куске древесины.

Эльф подошёл к стене и нажал на выступ. Умывальник выплюнул в раковину точно отмеренную порцию слегка кислой воды, которой эльф умылся. Он нажал выступ на стене снова, и с хрипом умывальник проглотил использованную воду. Эльф вытерся зелёной тканью, и уставился в тёмную поверхность зеркала. На него смотрело усталое, молодое лицо, со светлыми волосами, серыми глазами, и бледноватой кожей. Он снова вздохнул, поплёлся к двери, и вышел из комнаты. Его звали Сильмаэр Традан, и по эльфийским меркам он совсем недавно стал взрослым.

За дверью тянулся древесный коридор, освещённый таким же бледным синеватым светом. Он образовывал кольцо и в него выходили сотни таких же дверей, как и в комнате Сильмаэра. Таких колец-коридоров было много внутри гигантского дерева, одно находилось внутри другого, они соединялись тоннелями. И к каждому кольцу присоединялись жилища эльфов, выращенные прямо внутри ствола дерева. Деревья уходили на сотни дворфских метров вверх, и в них было много этажей. Сотни этажей. Самое большое дерево поднималось над землёй на километр. На его вершине, в огромных, роскошных комнатах жили старейшины, наслаждаясь видом на лес и солнцем.

По древесному коридору брели эльфы. В конце каждого кольца коридора шли вертикальные транспортные шахты. Плетёные корзины двигались по ним между этажами, перехватываемые ветвями магических растений. В одну плетёную кабину вмещалась до тридцати эльфов. К транспортнику уже стояла очередь, и Сильмаэр выбрал лестницу. Он подошёл к стене неподалёку, открыл небольшую дверь и спустился вниз по тесной, тёмной, и узкой шахте с крутыми ступеньками.

Тысячи лет назад, Рувен не успел улучшить вкус растительного желе, и не закончил другие свои разработки. Через несколько сотен лет после создания первого дерева-дома, он открыл магический пространственный переход, создал первое портальное заклинание, и потом погиб, пытаясь усовершенствовать портальную магию. Труп Даелена нашли в чаще леса – тело не тронули хищники и падальщики. Тело осмотрели маги и охотники и вынесли вердикт: Даелен задохнулся и упал с огромной высоты. На его коже нашли следы льда. Перед смертью из его ушей шла кровь, а белки глаз окрасились чёрным, но бездыханный Рувен широко и счастливо улыбался. Совет старейшин тогда изучил сохранившиеся записи Рувена и использовать портальную магию строго запретил.

Сильмаэр жил на двадцатом этаже дерева, слишком близко в земле, в непопулярных и небольших комнатах для одиночек. Он спустился на несколько этажей ниже. Здесь было меньше жилых комнат – четверть этажа занимали пункты выдачи еды и обеденные столы со стульями. Ряды столов поднимались из древесного пола, ряды лавок стояли рядом с ними. Тот же самый бледный свет с потолочных наростов покрывал помещение. К некоторым пунктам тянулись очереди. Сильмаэр отправился к окну номер тридцать шесть.

Эльфийка с безупречными чертами лица молча поставила перед ним поднос из большого, задеревеневшего листа. Она безразлично смотрела сквозь Сильмаэра безжизненными, тусклыми глазами, и молча ждала, пока он уйдёт. Сильмаэр неловко кивнул, забрал поднос и пошёл к ближайшему столику. На подносе лежала ложка, выращенная из цельного куска дерева, кружка с напитком, и тарелка из дерева, с большим зелёным куском желе. Сильмаэр потыкал желе ложкой. Меню было одинаково почти для всех и не менялось десятилетиями. Травянистое желе и приторная, сладкая жижа к нему. Он воткнул ложку в желе, и начал безразлично есть, глядя перед собой.

Тысячи лет назад, работы Рувена нашли применение. Над лесом выросло первое дерево дом. Вокруг него возникли первые магические растения. Они упрощали эльфам жизнь, выполняли простейшие на тот момент функции. Тогда же заработал первый транспортник. Тогда эльфы стали впервые использовать растения вместо механизмов. Казалось, что потребуются тысячелетия, чтобы заселить невероятно большое дерево, заполнить всё его пространство жилыми помещениями. Казалось, что эльфы теперь будут процветать, и жить легко и без напряжения.

Но Рувен Даелен просчитался. Неизвестно, способствовали ли этому полутёмные коридоры первого дерева, или же удобство первых механизмов, но эльфийское население начало расти. Столетия спустя их число превысило тридцать пять миллионов эльфов, а потом они просто перестали считать. Их стало слишком много.

Эльфийский лес больше не мог дать им достаточно пищи. Ушла в прошлое охота, привычная гармоничная жизнь, когда любой куст мог подарить путнику еду, а лук со стрелами позволил бы найти дичь в лесу, пусть на это требовалось чуть больше усилий, чем на использование магических растений. Вслед за первым огромным деревом эльфы вырастили второе, третье, четвёртое. Столица разрослась и превратилась в лес из гигантских деревьев-домов, что поднимались метров в небо. Здесь жили тридцать миллионов эльфов. Остальные селились в лесу.

Проблему пропитания решил сироп и желе. Дома выкачивали воду из земли, подавали в огромные листья на вершинах, и, в солнечном свете, превращали его в сироп – сладкую растительную жижу. На сиропе работали все волшебные растения и магические конструкции. Сироп потребляли транспортники, его поглощали летающие гонцы, им питались светильники в домах, и растительные помпы, которые прокачивали воду сквозь гигантские деревья. Из этого же сиропа делали питательное травянистое желе и приторный напиток для эльфов.

Совет старейшин запретил свободную охоту и сбор лесных плодов. Привычный образ жизни и дикая пища стала роскошью, доступной только богатым или знатным эльфам, тем, что жили в комнатах с окнами, на верхних этажах или внутри огромных древесных ветвей.

Растительные дома ремонтировали себя сами. Магические растения залечивали повреждения. Созданный однажды, растительный "механизм", не требовал почти никакого внимания, и работал долго, до тех пор пока в него подавали сироп. Многочисленные растения обеспечивали жизнь, требовали мало внимания. И в результате получилось так, что в огромном населении, лишь у нескольких миллионов жителей было какое-то занятие. Остальные сидели в своих небольших домах, ели желе, и смотрели в стену и не занимались ничем. Почему-то они не создавали произведения искусства, как об этом мечтал Рувин Даелен.

Эльфы. В мире, где люди всё ещё жили в средневековье, сражались с чудовищами холодным оружием, на использовании растительной магии, они сумели построить самое развитое общество в этом мире. Но даже с сильнейшими, величайшими магами в мире, со всеми достижениями в создании магических растений, они всё равно не нашли решения проблемы разросшегося населения. Миллионы сидели дома, ели растительную жижу и не занимались ничем. Они не уходили из города в мир, не путешествовали, потому что растительная магия и волшебные растения, к удобству которых они привыкли за свою жизнь, не работали за пределами эльфийского леса. Не осталось тайн и секретов и в эльфийском лесу – каждая его уголок и ветка были давно известны.

Со временем ушли эльфы, которые застали старые времена. До первых домов, до открытий Даелена, когда их было немного, когда лес был неизвестен, когда в нём всё ещё можно было охотиться. Лишь старейшины, что жили тысячи лет, помнили другой мир из прошлого. С высоты древесных вершин, из своих роскошных жилищ, они смотрели на остальной мир, говорили о мощи эльфийских магов, и жалели, что эльфийские волшебники слабеют, покинув лес.

Со временем пришла другая новость. На очередном собрании старейшин, маги сообщили, что эльфы начали терять способность к магии. С каждым поколением, всё более слабыми становились новые ученики, и всё сложнее было искать достойные таланты, которые смогут создавать новые магические растения, задавать их движения и функции, и управлять растениями старыми.

Сильмаэр закончил есть, и отнёс поднос назад к точке приёма, отдал его ещё одной безразличной эльфийки с уставшим взглядом. Он вышел из столовой, и пошёл к транспортнику. Там он отстоял очередь, и спустился вниз, на самый нижний, наземный этаж, где вышел по коридорам наружу.

Воздух был прохладный и влажный, на земле царил сумрак – гигантские листья поглощали солнечные лучи, и до земли долетали лишь крупицы света.

Гигантские корни огромных деревьев вгрызались в землю, каждый из них в десяток метров толщиной. Из-за корней на самых нижних этажах деревьев ни у кого не было окон. В тени корней росла редкая трава и редкие, бледные цветы. Земля между корней была почти идеально выровнена и покрыта мхом. В некоторых местах мох пульсировал – там под землёй проходили древесные сосуды, по которым перекачивался сироп между зданий. Сироп хранился в огромных растительных цистернах, пузырях, капсулах, что возвышались над землёй между деревьев.