Текст книги "Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха (СИ)"

Автор книги: Светлана Малеенок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 27 страниц)

Глава 19. Первое утро на реке

Проснулась я рано, еще туман клубился над рекой, да птицы только начинали свою распевку. Сделав в ближайших кустиках свои дела, я быстро сбегала к реке умыться. Там и повстречала императора. Мужчина, по-видимому, был «жаворонком», проснувшись, как я, на рассвете, и в настоящий момент он стоял по пояс в воде и, отфыркиваясь, умывался. Затем быстрым слитным движением нырнул и, вынырнув метров через три, уверенными мощными гребками поплыл. Я же, быстренько умывшись, вернулась в палатку.

Несмотря на раннее утро, было довольно тепло, поэтому я сразу переоделась в одно из своих платьев. В этот раз выбрала голубое. Тщательно расчесала шикарные густые волосы и завязала высокий «конский хвост». Что-то более шедевральное в связи с отсутствием горничных соорудить вряд ли бы получилось. Минутку подумав, я все же нашла, в чем еще соригинальничать. Голубой тонкий поясок от платья носил в основном декоративную функцию. Крой самого платья и так достаточно подчеркивал талию, поэтому я с чистой совестью использовала пояс не по назначению, вплетая его вместо ленты в волосы. У меня получилась толстая черная коса, начинающаяся на затылке и украшенная голубыми стежками в тон платью. Оставшись вполне довольной своим внешним видом, я выскользнула из палатки, чтобы нос к носу столкнуться с Эдуардом.

Мужчина, по всей видимости, только что вышел из воды и, задумчиво глядя на мою палатку, отжимал волосы. Капли воды стекали по его могучему торсу на живот и дальше. Я испуганно ойкнула, так как в первый момент мне показалось, что мужчина нагой. На самом деле он был в подштанниках телесного цвета, которые еще и облепили его ноги, отчего я не так-то уж сильно и ошиблась.

Быстро взяв себя в руки, я улыбнулась.

– Доброе утро… Эдуард. Я думала, вы еще плаваете.

– Еще? А вы разве…

– Да, я уже выходила умыться и видела, как вы уплываете от берега.

– А, понятно. Вингельмина…

– Гелия.

– Что?

– Когда мы одни, зовите меня Гелия. – Хорошо! – на лице императора промелькнула редкая улыбка, делая его еще привлекательнее. Хотя, если честно, то куда уж больше!

– Вы обворожительно выглядите, Гелия! – мужчина смерил меня восторженным взглядом.

– Благодарю вас! Вы тоже! – вернула я ему комплимент, тут же зардевшись, поняв, насколько двусмысленно прозвучало это в данных обстоятельствах. Ведь мужчина стоял передо мной почти без одежды. Император тоже понял это и, запрокинув голову, громко засмеялся.

– Гелия, вы неподражаемы! Да любая девица на вашем месте сразу бы упала в обморок от моего неподобающего вида. Или сначала обозвала бы нахалом, а потом упала в обморок. А вы общаетесь со мной, словно я сейчас перед вами стою при полном параде.

– Ну, вот такая я вся внезапная и непредсказуемая! – вздохнув, пожала я плечами в ответ, снова услышав раскатистый смех. Очень приятный, между прочим.

– Гелия, позвольте вас ненадолго покинуть. Мне, как вы понимаете, необходимо одеться. А то, боюсь, остальные принцессы отреагируют на мой внешний вид далеко не так, как вы. Хотя интересно было бы проверить! – подмигнул он мне и, подхватив со спальника свои вещи, скрылся за ближайшими кустами.

Я же решила проведать Алексену. Девушка тоже уже проснулась, но настроение ее было далеко от хорошего. Она сидела на краю своей кровати и мучила волосы деревянным гребнем. – Доброе утро! Что ты такая мрачная? Что случилось?

– Не такое уж и доброе! – буркнула Алексена, – вот, платье не могу жаштегнуть и волошы рашчишать!

– Встань и повернись ко мне спиной!

Девушка со вздохом послушалась. С горем пополам, не имея опыта по затягиванию шнуровки, я справилась с ее платьем, с волосами же оказалось всё куда сложнее.

– Алексена, что ты такое делала ночью, что твои волосы так свалялись? – пыталась я их аккуратно расчесывать, начиная с кончиков.– Так моя горничная, вшегда мне кошу на ночь жаплетала, а ждешь, некому! Да и жашнуть долго не могла, ворочалашь много, вот и швалялишь они! – горестно вздохнула принцесса.

– Ладно! Жди меня! Я скоро! Я выскочила из ее шатра и горной козочкой понеслась к своей палатке. Навстречу мне уже шел император. Он был в черных зауженных брюках и черной же рубашке, которая ему тоже очень шла. В руке, перекинув через плечо, он нес свой камзол, которым вчера меня укрывал. Вспомнив это, я вспомнила и его запах, отчего по моей коже пробежали мурашки.

– Гелия, это вы так меня встречаете? – улыбнулся он.

– Простите! Но нет. Я за расческой бегу. У девушек, похоже, проблемы с утренним туалетом, без горничных не могут справиться, – как бы извиняясь за них, смущенно улыбнулась я.

– Но ведь у вас их не было? – Испытующий взгляд императора снова прошелся по моей фигуре, словно поглаживая.

– Ну, я это я, – ответила я невпопад, но, похоже, мужчина подумал о чем-то своем, так как кивнул и добавил.

– Я тоже так думаю. Ну что ж, думаю, к завтраку девушки задержатся. Придется подождать. И, коротко мне, поклонившись, направился к своему шатру.

Взяв из палатки массажную расческу, я также бегом вернулась назад. Лагерь в этот ранний час уже жил своей жизнью, а над четырьмя кострами вился дымок, разнося по округе просто дивные ароматы.

Довольно быстро и практически безболезненно прочесав спутанные волосы Алексены, я предложила ей на выбор оставить их распущенными или заплести в косу. Девушка выбрала второе, заявив, что моя коса ей тогда очень понравилась. В качестве ленты для волос пришлось также использовать пояс от платья.

Оглядев себя в небольшое зеркало, Алексена осталась очень довольна результатом. И тогда мы решили с ней отправиться спасать Резетту, справедливо предположив, что та сейчас находится в таком же затруднительном положении. И, собственно, оказались правы.

Резетта тоже непонятно чего ожидала в расстегнутом платье и тоже с колтуном на голове. Более того, она уже успела и пореветь, так что сидела, всхлипывая и вытирая подолом юбки уже и так изрядно припухший нос, и покрасневшие глаза.

Попросив Алексену принести немного прохладной воды, я занялась приведением в порядок и этой горе принцессы. Минут через пятнадцать мы втроем, наконец, явились к завтраку. Поприветствовав книксеном императора, принцессы зардевшись, уселись на свои стулья. Ожидаемо, еще два места пустовали. Император выразительно посмотрел на них, хмыкнул, и, ни к кому из нас, конкретно не обращаясь, попросил:

– Девушки, не мог бы кто-нибудь из вас сходить и поторопить Сирену и Бьянку? – И все же, будучи умным мужчиной, тем более явившимся вчера невольным свидетелем нехорошего поведения искомых принцесс, он посмотрел на Розетту.

– Хорошо, Ваше Величество, я посмотрю! – низким приятным голосом ответила она и направилась к шатру Бьянки.

– Ну что ж, пожалуй, начнем завтракать? – Эдуард посмотрел на нас с Алексеной. Тем более, у нас с Ге… Вингельминой сегодня важный день, а солнце уже высоко. Опоздавших ждать не будем. И мужчина махнул рукой лакеям, только и ожидающим сигнала императора.

На завтрак нам подали вареные яйца, молочный суп с домашней лапшой и мятный чай со свежими булочками.

А тут вернулась и Резетта, красная не от смущения, не то от злости. Судя по ее судорожно сжатым кулакам, я поставила на второе. Сгорая от любопытства, все же дождалась, пока император сам задаст ей вопрос.

– Резетта, что там с Сиреной и Бьянкой, они уже проснулись?

– Да, Ваше Величество, проснулись! – Голос девушки буквально звенел от едва сдерживаемых эмоций и явно отнюдь не положительных!

– Ну и как скоро мы будем иметь честь лицезреть их за столом? – В голосе мужчины была слышна ирония, впрочем, в его глазах тоже плясали смешинки.

– Ваше Величество! Они! Они! – Грудь Резетты бурно вздымалась, а в сжатых кулачках даже побелели костяшки пальцев.– Успокойтесь! Пожалуйста, успокойтесь! – в тихий голос императора, добавились хриплые рокочущие нотки.

Ну, прямо кот Баюн какой-то! – пришло мне на ум сравнение.

Резетта удивленно посмотрела на императора и, на самом деле, немного успокоилась. Дыхание ее стало ровнее, кулаки разжались, и она заговорила:

– Ваше Величество! Они обе еще лежали в постелях, хотя уже не спали. А когда увидели меня, начали громко возмущаться, почему им до сих пор не прислали горничных! Ваше Величество! Они же прекрасно видели, что мы не взяли с собой никого! А когда я им сказала, что мы втроем сами приводили себя в порядок, ну и немного друг другу помогли, так они приказным тоном мне сказали помочь им одеться и сделать прическу! Ваше Величество, меня еще так никогда не унижали! Нет, бы вежливо попросить помочь! – С тихим рыком Резетта схватила булочку, откусила и с остервенением принялась жевать, похоже, даже не ощущая ее вкуса.

– Резетта! – я осторожно тронула девушку за плечо.

– Мм? – словно очнулась она, повернувшись ко мне.

– А ты представь, что к ним так никто не придет! И они будут вынуждены так и сидеть голодными, пока хоть как-то не приведут себя в порядок сами!

Осознав то, что я сказала, губы принцессы растянулись в кровожадной улыбке, да и мы с Алексеной не удержались и ехидно захихикали.

Император, грозно сдвинув брови, укоризненно покачал головой, хотя его глаза тоже смеялись.

– Завтракайте, Ваши Высочества! Я пойду, потороплю наших… засонь. – Мужчина поднялся из-за стола и направился к двум дальним шатрам. А я невольно залюбовалась его статной фигурой и широким разворотом плеч.

– Девушки, давайте жавтракать! А то, иж-жа них, уже вшё почти оштыло!

И мы поспешно накинулись на еду.

– Очень вкусно! – закатила я глаза. – Вот только не пойму, как на костре можно испечь такие вкусные булочки?

– Я слышала, как вчера повара разговаривали. Здесь неподалеку деревня, там, наверное, и напекли их, – пояснила Резетта.

– Теперь понятно! – кивнула я. – Значит, свежие яйца и молоко для супа тоже оттуда.

– Как вкушно! – чуть ли не простонала Алексена.

– На природе да на свежем воздухе все кажется куда вкуснее! – Со знанием дела просветила я принцесс.

– Это плохо! – нахмурилась пухляшка.

– Это еще почему? – почти хором спросили мы у нее.

– Ешть буду больше! А мне бы похудеть! – чуть ли не простонала Алексена.

– Мы с тобой вечером поговорим про твой рацион, – пообещала я ей, наворачивая вкуснющую лапшу.

– А? Про што?

– Ну,… про то, как тебе правильно питаться, чтобы похудеть.

– Оу! Спасибо тебе, Вингельмина! – заулыбалась Алексена.

– Да не за что! Я могу только посоветовать, а уж самое трудное предстоит тебе самой! Главное, чтобы силы воли хватило питаться так, как я тебе скажу.

– О, да! Я буду ошень штаратьша! – закивала та, уминая далеко не первую булочку. – И, вообще, я думаю, што ты, Вингельмина, будешь ошень хорошая королева! Крашивая, добрая и о народе будешь жаботитьща.

Услышав такое, я чуть не подавилась и покосилась на Резетту, опасаясь ее реакции. Но, на удивление, девушка отреагировала вполне положительно, уминая вареное яичко, она лишь согласно покивала на слова Алексены. По всему выходило, что обе девушки вполне трезво оценивали свои шансы быть избранными императором и довольно спокойно к этому относились. Я с облегчением выдохнула. Не то чтобы я реально метила на трон Русии, но просто в данный момент мне хотелось рядом с собой видеть хоть несколько доброжелательных лиц.

Наконец, вернулся император. Странно, но выражение лица у него было смущенное.

– Ну что там принцессы? – не выдержала я его молчания.

– Скажу, если пообещаете никому не говорить, – последовал неожиданный ответ.

Мы с девушками удивленно переглянулись и одновременно кивнули.

– Они обе подошли к выходу из шатров и попросили меня… Хм, – мужчина замялся и смущенно потер кончик носа. – Попросили меня затянуть на их платьях шнуровку!

Мы охнули, представив себе такую картину.

– Вот только насчет причесок я им посоветовал обратиться друг к другу. Вы ведь так делали? Резетта и Алексена, не сговариваясь, указали на меня. Император усмехнулся.

– Я так и думал.

– Затем, более серьезным голосом добавил, – я сейчас же отправлю гонца во дворец, чтобы привез ваших служанок. Я не собираюсь этим красоткам, заменять их горничных в ближайшие дни. Кстати, вам же тоже нужны горничные?

Алексена с Резеттой закивали. А я и здесь выделилась.

– Мне горничная не нужна, сама справлюсь. Вот только пусть Тильда передаст мне несколько платьев попроще, а то для выезда по нашим делам у меня почти нет подходящей одежды, – попросила я смущенно, вспомнив свой «походный набор» вещей.

И тут же император одарил меня горящим взглядом. Я была уверена, что он сейчас вспомнил мои неприлично обтягивающие бедра спортивные брючки и хриплым голосом спросил:

– Ну что, Вингельмина, вы уже позавтракали? Нам пора выезжать! Осилите дорогу верхом? Нам ехать недолго.

– Ну, если только не быстро… – в сомнении протянула я.

– Хорошо, мы не будем спешить.

И тут из дальних шатров послышался визг, а затем громкая брань.

– Принцессы волосы друг другу расчесывают! – прыснув в кулак, прокомментировала Резетта.

И мы, фыркнув, все четверо тихонько засмеялись.

Глава 20. Пиво с кальмарами

Всю дорогу до порта я ехала в напряжении, опасаясь любого резкого движения или звука. Лошадь мне дали самую смирную, но при этом я все равно испытывала страх, садясь в это дурацкое дамское седло. Как по мне, то никакая красота и изящество не стоят элементарной безопасности. Я смотрела под ноги лошади, поэтому весь замеченный мной пейзаж заключался лишь в разглядывании накатанной телегами дороги.

Мы ехали с императором бок о бок, но даже такое волнительное соседство полностью перекрывалось моими негативными эмоциями. К концу нашей небольшой, но очень для меня нервотрепной поездки я твердо решила, что больше в дамское седло не сяду! Ведь насколько я поняла, что в последующие дни нас с императором ждут куда более дальние поездки.

Сзади нас скакали четыре гвардейца, и я всё опасалась, что топот копыт их лошадей моя кобыла примет за преследование. Но вот впереди показалась рыболовецкая гавань. Но только вместо ожидаемой реки Ольшанки я увидела море!

Видимо, мой удивленный взгляд был очень красноречив. Император засмеялся и пояснил, что вследствие того, что часть территории его королевства омывается морем, то он счел недальновидным ловить только речную рыбу и в данный момент мы как раз посетили именно морской порт.

Сначала были видны лишь деревянные постройки, по всей видимости, каких-то складов. Но вот мы обогнули их справа, и на миг я даже забыла бояться, наоборот, чуть пришпорив коня, поспешила подъехать поближе к деревянному причалу.

Остановив лошадь, я огляделась. Рыболовецкая гавань оказалась расположена в очень удачном месте, этаком природном кармане. Это была бухта, образованная изгибом берега, напоминающего формой подкову. Пришвартованные полукругом вдоль причала бок о бок стояли большие и малые рыболовецкие суда и шлюпки, надежно защищенные от разрушительных волн природным волнорезом. Над водой с криками носились чайки, время от времени пикируя прямо в воду, а потом вновь набирая высоту с серебряной рыбкой в клюве. Я с наслаждением вдохнула свежий морской воздух.

– Вингельмина!

Я опустила голову. У моего коня, терпеливо ожидал меня император и протягивал ко мне руки. Спускаться было куда страшнее, чем подниматься, но, как оказалось, куда приятней, так как я умудрилась приземлиться прямо в объятья Эдуарда. И при этом уткнулась носом ему в шею. Я, правда, мгновенно отклонилась, высвобождаясь от рук мужчины, но меня еще долго преследовал его запах.

Предложив мне опереться о его локоть, Эдуард повел меня по шатким доскам вдоль причала, с гордостью рассказывая о десятках рыболовных кораблей, шхун и так далее, всех их видов, я так и не запомнила.

Но меня больше интересовали не способы рыбной ловли, а именно ее обработки. Но пока, ни внешне, ни по запаху ничего не напоминало о наличии здесь консервного завода. И маловероятно, что он есть где-то в другом месте, так как рыбу было необходимо перерабатывать как можно скорее и желательно сразу, так как без мощных холодильников она попросту не выдержит дорогу и быстро протухнет.

Мимо нас, суетливо спеша по своим делам, сновали моряки. Едва поравнявшись с нами, даже те, что находились в изрядном подпитии, спешили поклониться императору, на меня же лишь косили заинтересованным взглядом.

А между тем солнце припекало всё сильнее, нагревая мою голову и оголенные руки. И тут-то я и вспомнила с сожалением про наколдованные мною зонтики от солнца, что так и остались в одном из сундуков в моих покоях.

Император словно прочел мои мысли.

– Гелия, как вы смотрите на то, чтобы посидеть в прохладном месте и выпить чего-нибудь освежающего?

– Хорошо смотрю! – спеша поскорее покинуть солнцепек, уверила я мужчину и ускорила шаг. Но, вопреки ожиданию, мы прошли мимо находящегося здесь же, некоего питейного заведения, с оригинальной вывеской в виде рыбного скелета. Да, под козырьком крыши, на двух тонких цепях, покачивался довольно крупный скелет большой рыбы.

Заметив мой интерес, император рассказал, что это скелет не очень крупной акулы, которые нет-нет, да и заплывают в эту бухту. Конкретно эта чуть не откусила ногу одному из матросов, таская беднягу в зубах. Но рыбаки все, же смогли ее загарпунить, а матроса спасти. Но вот его нога была серьезно повреждена, и он уже не смог выходить в море, как раньше, но зато открыл вот этот кабак, в котором матросы любят после плавания пропустить кружку-другую пенного пива. И добавил, что это место очень популярно, поэтому бывший моряк стал довольно известной личностью, а также стал, неплохо зарабатывать! Вот и повесил скелет той акулы над входом в свое заведение в качестве талисмана.

– Вот такая вот интересная история! – усмехнулся мужчина.

– Да уж, «не было бы счастья, да несчастье помогло», – покачала я задумчиво головой, невольно сравнивая себя с тем самым матросом. Только разница была в том, что его хэппи-энд уже случился, а чем закончится моя чудесная история, пока неясно.

– «Не было бы счастья, да несчастье помогло», – задумчиво повторил Эдуард, – а ведь вы правы, так и есть! Кстати, вот мы и пришли!

Я с интересом огляделась. Собственно, мы зашли всего лишь за угол знаменитого питейного заведения, но здесь, прямо на улице, было оборудовано очень уютное местечко под навесом из парусины. Несколько небольших деревянных столиков располагались в чисто символических кабинках, перегородки между которыми изображали высокие растения в кадках. Так что казалось, что сидишь практически на природе.

Тут же появился шустрый служка, паренек лет четырнадцати, и, раскланявшись с императором, поклонился и мне. Кстати, первый из встретившихся нам мужчин. Так что я, кажется, поняла, почему Эдуард настаивал на приличной одежде. Например, судя по всему, в таком вот непышном платье и без зонтика моряки не признают во мне знатную даму.

Тем временем император уже сделал заказ, и мальчишка убежал внутрь заведения.

– Ваше…

– Эдуард.

– Да, конечно, – смутилась я. – Эдуард, а почему мы не вошли внутрь?

– Ну, согласитесь, здесь же намного приятней отдохнуть! Свежий ветерок с моря, тень от навеса, зелень.

Я хмыкнула.

– Мне кажется, или вы хотели еще что-то добавить?

– Ничего от вас не скроешь! – широко улыбнулся император и тряхнул вихрастой головой. – Понимаете, Гелия, в заведении мрачно, витают неприятные для дамы запахи, но хуже всего будет пристальное внимание завсегдатаев подобных мест к юной и очень красивой девушке.

– Я поняла вас! Благодарю за деликатность!

Тут вернулся наш официант. Он принес поднос и поставил на стол две большие кружки пива и несколько тарелочек с сушеными рыбными деликатесами. При виде которых у меня чуть слюнки не потекли, а к пиву я еще с детства пристрастилась благодаря своему папашке. Счастье, что у меня имелся природный «стоп-сигнал», который не позволял мне пить больше меры, так что я всегда оставалась на ногах и хорошо соображала. Кстати, пресловутое «слабо» на меня совершенно не действовало. – Вас так расстроило угощение? – в глазах императора я увидела сожаление. – Простите, Гелия, но здесь больше ничего не подают. Только пиво да соленые дары моря. Я так понял, вы это не любите?

По правде говоря, я всё это очень любила! Но что-то мне подсказывало, что дамы из высшего общества от подобного угощения должны воротить свои хорошенькие носики, а уж принцессы тем более. И всё же я не хотела изображать из себя того, кем не являюсь, ведь если у нас с Эдуардом всё сладится, я не хочу всю жизнь притворяться другим человеком. Мне было важно, чтобы он принял меня такую, какая я есть, со всеми моими «тараканами» в голове и плебейскими привычками, ведь ношение спортивного костюма, ночевка в палатке, пиво с таранкой к ним тоже относились. Но в моей ситуации нужно было действовать очень деликатно, чтобы не слишком шокировать императора.

– Ну, пиво я как-то пробовала с отцом на рыбалке, – начала я осторожно «колоться», горчит, но в принципе освежает хорошо. Соленую рыбу тоже пробовала, как раз с пивом, очень даже неплохо!

– Неужели!? – на лице мужчины почему-то был восторг, что меня несколько напрягло. Не хочет ли он меня споить и воспользоваться? Хотя вроде бы не похож он на насильника. Вот по Артану сразу видно, насколько гнилой этот человек!– Ну, за начало нашего предприятия!? – Эдуард поднял кружку, я взяла свою обеими руками, и мы чокнулись.

Я попробовала пиво и даже прикрыла глаза от восторга, но вслух восхищаться не стала, дабы не показать себя великим знатоком. Но пиво и, правда, оказалось выше всяких похвал! Холодное, слегка горьковато-терпкое, с легким сладковатым послевкусием. Я сделала пару медленных глотков, стараясь как можно дольше задержать во рту этот вкус, а затем слизала с верхней губы пивную пену.

Эдуард закашлялся, увидев сие действие. Укоризненно на него посмотрев, я подозвала нашего подавальщика и попросила у него салфетку. Мальчишка удивленно на меня посмотрел и, сказав, что спросит у хозяина, поспешил поскорее ретироваться.

Я же с предвкушением оглядела тарелочки с порезанной тонкой соломкой рыбой, и даже, если я не ошибаюсь, там были мои любимые кольца кальмара! Подавальщик так и не вернулся, тогда я, махнув на манеры рукой, отвернулась в сторону и попросту сдула из кружки лишнюю пену. Император снова закашлялся, увидев это. Я же удивленно захлопала ресничками.

– Эдуард, но вы же сами только что так сделали! Как же иначе избавиться от лишней пены? Ведь салфеток здесь не дают, чтобы губы вытирать!

Да уж, принцип «лучшая защита – это нападение» всегда срабатывал на ура! Император не нашелся, что ответить.

Позабыв на время о поглядывающем на меня время от времени мужчине, я, чуть ли не мурлыча, перепробовала все вкусняшки, запивая их маленькими глоточками пива, а уж кольца кальмара, похоже, вообще прикончила единолично. Наконец, блаженно вздохнув, я отодвинула от себя кружку, в которой еще плескалось больше половины пенного напитка, и подняла глаза.

Император, похоже, уже давно выпил свое пиво и, сложив руки домиком, положил на них подбородок и умиленно смотрел на меня.

– Что? – смутилась я.

– Нет-нет, всё прекрасно! – поспешил он меня успокоить, широко улыбаясь.

– А чему вы тогда так улыбаетесь?

– Извините, Гелия, если я невольно вас смутил, но я впервые вижу девушку, которая с таким наслаждением ест сушеную рыбу и запивает ее пивом.

– Мне кальмары больше понравились, – буркнула я, чувствуя, как краска начинает заливать мое лицо.

– Я это уже понял, – улыбнулся Эдуард. – Гелия, вы как себя чувствуете? Мы можем обсудить наши дела? Как вы находите мой рыболовный флот и какие у вас есть предложения по сотрудничеству наших королевств?

– Чувствую я себя хорошо, и сотрудничество по поводу рыболовства я готова обсудить. Есть кое-какие мысли на этот счет. Но для начала мне бы посетить туалет.

– Что!? – брови императора поползли вверх.

Я же мысленно шлепнула себя ладонью по лбу. Ну, до чего же у этих аристократов всё сложно!

– Место, где можно попудрить носик, здесь есть? – попробовала я зайти с другой стороны.

От этой моей фразы Эдуард вообще сделался пунцовым.

Куда я попала!?

Чуть придя в себя, император попросил меня немного подождать, сказав, что здесь есть отхожее место для матросов, но туда и мужчине заходить неприятно, не то, что принцессе! Произнеся это, Эдуард быстро удалился. А мне показалось, что, похоже, ничегошеньки он не найдет! И как нарочно, почти на всем протяжении побережья в обе стороны только корабли покачивались у причала и ни одного кустика.

Практически сразу после ухода императора я почувствовала, что мне совсем невмоготу, и с раздражением покосилась на едва начатую кружку пива. К сожалению, я совсем забыла о его мочегонном свойстве. Вдруг я явно почувствовала на себе чей-то взгляд.

Напротив, через один стол сидели два дюжих моряка и в упор меня разглядывали. В их глазах я заметила голод мужчин, давно не видевших женщины. Мне стало страшно. Император сидел к ним спиной, и они его явно не узнали. К тому же наверняка они решили, что мой кавалер меня покинул и теперь я свободна.

Стараясь надеть на лицо маску спокойного, но куда-то спешащего человека, я поднялась из-за стола и направилась к причалу. Едва завернув за угол, я увидела, как один из кораблей отплывает от него. Бравый молодец, оттолкнувшись с силой от причала длинным шестом, сел на весла с другими моряками, и под громкий счет они стали медленно выводить неповоротливый баркас на чистую воду. Я остановилась напротив освободившегося места и, посмотрев вниз, увидела песчаное дно сквозь совершенно прозрачную воду.

– Барышня, скучает? – послышалось у меня над левым ухом.

Я вздрогнула.

– Нет, не скучает. Я жду своего кавалера, – ответила я сухо, не поворачивая головы и моля Эдуарда поскорее меня найти. Говорить, что я здесь с императором, не имело смысла, так как эти молодчики все равно бы мне не поверили.

– Похоже, кавалер вас покинул, даже не заплатив! – Последнее прозвучало довольно двусмысленно.

– Даю серебряный! Это больше, чем ты сможешь заработать за неделю! Соглашайся! И столько же предлагает мой товарищ. Не ломайся, крошка! Ты очень красива, но больше серебряного не дам.

– Вы ошиблись! Я не из гулящих! – Дальше можно было не продолжать, так как подвыпивший матрос громко засмеялся, обдавая меня перегаром.

Меня затрясло. Сколько раз я оказывалась в подобной ситуации, еще с самого детства, когда ко мне пытались приставать хахали и клиенты моей матери. Как-то в очередной раз, убегая из дома, я встретила своего одноклассника, проживающего по соседству. Выслушав мои сбивчивые, сквозь слезы, объяснения, он вытер мне лицо и жестко сказал: «Становись в стойку, буду учить тебя защищаться».

И ведь научил! Да, приемов было всего несколько, но они были очень эффективны именно при защите: три вида бросков, три болевых захвата и несколько приемов выскальзывания из этих самых захватов, когда не помогли первые два способа.

Разговаривать и попробовать что-то объяснить пьяному громиле не имело смысла, как и пытаться убежать. К тому же император будет искать меня именно здесь. Я приготовилась. Закрыв глаза, я начала медленно дышать, слушая стук своего сердца, который тоже постепенно замедлялся. Слева что-то бубнил матрос, слов я уже не разбирала, но зато чувствовала, что интонация становится все более угрожающей, и вот оно! Огромная лапища схватила меня за руку, а дальше я уже действовала на автомате: захват, поворот, и вот уже огромный детина летит через голову в воду.

У меня еще мелькнула мысль, что ему повезло, что не на твердую палубу приземлится. Отвлекшись на полет матроса, я совсем забыла про второго и не успела сконцентрироваться, когда с рычанием на меня сзади набросился товарищ первого.

Но, так как он кинулся на меня с разбега, то, улетая вслед за приятелем по инерции, прихватил с собой и меня. Вынырнув, я первым делом лихорадочно огляделась, логично ожидая повторения нападения. Но, к моему счастью, обоих дуболомов уже вылавливали гвардейцы императора.

– Гелия! Скорее, дайте мне руку! – услышала я сверху взволнованный голос Эдуарда.

Сильные руки двух мужчин подхватили меня и вытащили из воды. На шум из кабака высыпали подвыпившие посетители и, глумливо скалясь, показывали на меня пальцем.

Да, я знала, что, к счастью, одна нижняя юбка в этом платье осталась, да и бюстье у платья довольно плотное, так что мокрое платье не просвечивало, но хватало и того, что оно плотно облепило мне пятую точку и ноги.

Гвардейцы, сковав руки выловленным из воды морякам, принялись разгонять зевак, а император постарался меня поскорее увести оттуда. Но мало того, что идти мне все равно предстояло в платье в облипочку под похотливыми взглядами слетевшихся, как на мед, мужиков, так и идти было невозможно, так как обвившая мои ноги юбка не давала сделать и шага.

Внезапно я почувствовала, как меня подхватывают на руки. Мгновение – и я оказалась прижата к широкой груди Эдуарда.

– Всё, уходим! – бросил он гвардейцам и быстрым шагом направился к нашим лошадям.

Я из-под ресниц смотрела на напряженное лицо мужчины и его плотно сжатые губы.

– Что-то случилось? – не выдержала я. – Вас, поэтому так долго не было?

Стрельнул в меня взглядом, он озадаченно нахмурился.

– Почему вы решили, что что-то случилось?

– Ну, вас так долго не было, а теперь вы хмуритесь.

Мы уже подошли к нашим лошадям, и император осторожно поставил меня на ноги и внимательно посмотрел в глаза. Затем покраснел и отвел взгляд:

– Я искал, где бы вам… попудрить носик. Но, увы, для дамы здесь не нашлось такого места.

– Ооо, не беспокойтесь! – махнула я рукой. – Уже не нужно.

Мужчина медленно повернул ко мне голову и ошарашенно уставился.

– Ну а что такого? Все равно меня в воду уронили, почему бы не воспользоваться таким удобным случаем? Хоть промокла не зря! Да и ехать теперь будет прохладней. Наклонившись, я принялась выжимать мокрый подол платья, а мужчины, как по команде, резко отвернулись.

– Всё! Можно ехать! – доложила я, наконец, выжав из юбки лишнюю воду.

Император, молча, помог мне сесть на лошадь.

– Да вы не расстраивайтесь! Считайте, что поездка удалась. Я увидела всё, что нужно, а обсудить это мы сможем и у нашего костра!

Мужчина лишь ошарашенно посмотрел на меня и покачал головой.

– Гелия, вы меня с ума сведете! С вами я начинаю понимать, что до сих пор ничегошеньки не знал о женщинах! – и, помолчав, добавил: – Но пива я захватил… с кальмарами.