Текст книги "Колодец душ (ЛП)"

Автор книги: Стивен Лоухед

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)

ГЛАВА 6. Случай на охоте

Кит шел с небольшой группой охотников вдоль замерзшей реки. Всего их было восемь человек: семь членов племени во главе с Дардоком и Кит. Днем они шли под низким, тяжелым небом, в спину дул легкий ветер, казалось, подгонявший их вперед. По берегам лежал лед, только в середине оставался небольшой канал чистой воды. Вниз по течению плыли куски снега и какой-то мусор.

Пар от дыхания людей замерзал и окутывал группу небольшим туманным облачком. Иногда они останавливались, чтобы осмотреться и принюхаться – не пахнет ли хищниками. Все это время шел снег – маленькие, твердые хлопья сыпались с неба, как замерзший песок, и скрипели под ногами. Мороз жалил любые открытые места на теле, но ходьба хорошо согревала, а после ночевки у костра двигаться было даже приятно. Кит опять поражался природной выносливости первобытных людей – такого среди представителей своего племени ему видеть не приходилось. Он только беспокоился, как бы ему не отстать от своих товарищей.

В одном месте им пришлось карабкаться по крутому склону. На плато задыхавшийся от тяжелого подъема Кит присоединился к охотникам. Все глядели вниз на ущелье. Кит подумал, что они смотрят на реку, но, проследив за направлением взгляда Дардока, заметил стадо лохматых длиннорогих бизонов. Звери медленно двигались по глубокому снежному покрову. Кит уловил что-то вроде инстинктивного стремления группы добыть хорошую еду.

Некоторое время они наблюдали за бизонами. Дардок повернул голову, принюхался и тихо засопел. Остальные тоже уловили запах, но Кит ничего не чувствовал. Он вопросительно посмотрел на вождя, и Дардок, вытянув палец, указал на каменный выступ на другой стороне ущелья, немного выше по течению. Прищурившись, Кит разглядел фигуру зверя, припавшего на передние лапы. Сомнений не было: он видел пещерного волка: грозного и очень опасного хищника.

Волк тоже следил за бизонами, пересекавшими долину, и, без сомнения, воспринимал их, как ходячие куски мяса. Дардок снова указал пальцем, и Кит увидел еще одного волка, чуть поменьше, на каменном выступе под ними. Хищники выслеживали бизонов и ждали возможности напасть.

Охотники бесшумно отошли от смотровой площадки и двинулись дальше. Долина реки, до этого загибавшаяся на запад, теперь начала отклоняться к югу. Лес вокруг сомкнулся, превратившись в труднопроходимую чащу. Движение замедлилось. Группа выстроилась гуськом, и Кит, отставая все дальше, начал опасаться, как бы не потерять товарищей из вида. Но в это время Дардок остановился. Охотники быстро собрались вокруг него, и Кит заспешил, чтобы посмотреть, чем они заинтересовались. Когда он подошел, охотники сидели на корточках и разглядывали следы.

Здесь недавно прошел какой-то тяжелый зверь.

– Медведь? – машинально спросил Кит и только потом вспомнил нужное слово для обозначения животного. – Ган-гор? – поправился он, стараясь держать в уме образ большого черного медведя.

Дардок отрицательно фыркнул. Большой Охотник растопырил пальцы и приложил их к одному из отпечатков. Затем поднял руку и изобразил когтистую лапу.

– Кар-ка, – сказал он вслух.

Кит никогда раньше не слышал такого слова.

– Карка, – повторил он.

Дардок удовлетворенно крякнул и указал на следы, далеко отстоявшие друг от друга. Затем концом копья Большой Охотник указал на длинную полосу между двумя следами и очень выразительно помахал ладонью. Нельзя было не понять: зверь шел, подметая снег хвостом.

Дардок снова указал на следы. «Кар-ка».

Почти сразу в сознании Кита возник образ большого лохматого животного размером с корову, но с огромной головой на толстой шее и мускулистыми плечами. Короткая грива охватывала челюсти и спускалась по спине, на которой колючий темный мех образовывал нечто вроде гребня. Кит узнал существо, он видел такое раньше, но совсем в другом месте и в другое время. Это был пещерный лев, старший брат того зверя, которого берлимены звали «Бэби».

– Карка, – выдохнул Кит.

Дардок махнул рукой и образ зверя исчез. Вскоре они подошли к месту, где речное ущелье сильно изгибалось, забирая на север. Долина внизу стала шире, а плато, по которому они шли, постепенно понижалось, приближаясь к берегу реки. Каким-то образом Дардок вышел на тропу и повел группу вниз, в долину; там он остановился, принюхался и направился к массивной стене из бледного известняка. Здесь он снова остановился и долго нюхал воздух, а затем осторожно двинулся к стене, вздымавшейся над долиной.

Только теперь Кит разглядел дыру – овал радиусом в несколько метров – очевидный вход в пещеру. Возле дыры была навалена груда камней. Перед ней Дардок остановился. Кит ощутил мысленную рябь, группа напряглась. Кит завертел головой и наконец увидел то, на что смотрели охотники. Возле дыры было полно следов, таких же, которые они видели на плато. Вот теперь и до него дошел запах – резкий запах зверя. В голове возник образ: огромный темный зверь со впалыми боками, мощными лапами и бугристыми бедрами: кар-ка.

Дардок сунул Киту деревянный сосуд с углями, а сам повернулся к остальным. В голове Кита зачесалось, он не мог понять, о чем думали охотники, но в этом уже не было необходимости. Перед дырой стоял большой пещерный лев; он наблюдал за охотниками. Желтые глаза сузились, уши прижаты к голове.

Инстинктивно Кит подался назад.

Дальше все происходило мгновенно. Лев прыгнул, выставив огромные когти, больше похожие на ятаганы. Охотники порскнули во все стороны.

Кит тоже хотел бежать, но на первом же шаге поскользнулся и упал, выпустив из рук сосуд с угольями. Лев приземлился на камни под дырой и повел головой, выбирая жертву. Кит барахтался в снегу. Лев прищурился и присел, готовясь к броску. Голова опустилась, огромное тело подобралось, мускулы напряглись. Кит брыкался, пытаясь отыскать опору.

Пещерный лев прыгнул. В тот же миг Дардок метнулся вперед. С грацией, рожденной бесконечными тренировками, Большой Охотник взмахнул рукой, и копье взлетело навстречу льву. Дардок вложил в бросок всю мощь плеч. Грубое оружие со свистом пронеслось по короткой дуге и угодило точно в цель.

Острый как бритва кремневый наконечник копья вошел льву под ребра, сразу за передними лапами. Зверь взревел от боли и ярости, развернулся к обидчику. Но второе копье было уже в воздухе и не замедлило вонзиться ему в шею.

Лев махнул лапой и вывернул из себя копье вместе с большим куском тела. Он хотел прыгнуть на Дардока, но вождь крикнул, и охотники разом метнули копья, а потом разбежались в разные стороны. Разъяренный лев заметался, не понимая, кого преследовать в первую очередь.

Дардок извернулся и одним быстрым движением вздернул Кита на ноги. Оттолкнув его, вождь с могучим рыком метнулся прямо к зверю. Лев размахивал лапами, пытаясь достать охотников. Из нескольких ран текла кровь. Большой Охотник резко изменил направление и выхватил из бока зверя свое копье.

Рыча и плюясь, огромная кошка крутнулась, попытавшись сцапать вождя. Дардок увернулся и с маху ударил зверя в бок копьем. Лев взревел и развернулся, видимо, собираясь отступить. В это время один из охотников прыгнул вперед, чтобы забрать свое копье. Огромная лапа карки встретила его в прыжке и полоснула по животу, порвав меха и оставив четыре глубоких красных полосы на теле.

Неловкий охотник пошатнулся от удара и с недоумением посмотрел вниз, на клочья меховой одежды. А потом красные полосы на его теле набухли, разошлись, из раны хлынула кровь и порванные кишки. Мужчина сложился пополам, словно сделанный из бумаги.

Дардок яростно закричал и ударил льва прямо в шею. Кремневый наконечник копья вошел глубоко, Дардок успел другой рукой взмахнуть каменным ножом и снова отпрыгнуть. Остальные охотники отвлекали зверя, угрожая ему копьями и стараясь не попасть под удары мощных лап. Каждый новый удар наносил льву новые раны и окрашивал снег кровью. Зверь метался, пытаясь достать своих мучителей.

Дардок подбежал к раненому охотнику и схватил его за руку. Кит помог ему оттащить охотника в сторону. Лицо человека стало совсем белым, а губы синими и дрожащими; его трясло. Кит наклонился и взял его за руку. Охотник, широко раскрыв глаза, глубоко вздохнул и как-то разом обмяк. Кит держал руку мертвеца.

Позади них пещерный лев завыл. Зверь встал на задние лапы, бесцельно размахивая передними, а потом повернулся, собираясь бежать.

Охотники ждали этого. Лев хотел спрятаться в пещере, но ближайший охотник сделал выпад, вонзив копье глубоко в бок зверя, прямо за передними лапами. Лев взревел от боли и присел. Охотник налег на копье, глубже всаживая его в бок. Лев ударил лапой по копью, но вырвать его из раны не смог. С другой стороны к нему бросился второй охотник. За ним последовал третий, и они втроем удерживали зверя, пока четвертый охотник, прицелившись, не вонзил копье в грудь льва.

Этот удар оказался смертельным. Лапы зверя подкосились, огромное тело перекатилось на бок, и с долгим булькающим вздохом затихло. Даже мертвым лев показался Киту грозным и страшным. Дардок подошел, выдернул из туши свое копье и обтер каменный наконечник о шкуру. Затем он опустился на колени и положил руку на голову льва. Другие охотники последовали его примеру. В этой позе они оставались довольно долго, а затем встали и, разобрав свои копья, пошли прочь, ни разу н обернувшись. Кит растерялся. «А как же насчет их мертвого товарища? – подумал он. – Ко льву они проявили уважение, а к своему мертвому соплеменнику?.»

– Подождите! – закричал он. Конечно, его не поняли, но люди остановились. Подойдя к искалеченному трупу охотника, Кит, с трудом поборов тошноту при виде ужасающей раны, опустился на колени и начал расправлять конечности человека и вытирать кровь с его лица.

Остальные подошли и молча наблюдали за ним. Придав телу некое подобие порядка, Кит встал, набрал камней и выложил их вокруг трупа, а потом начал складывать камни поверх него. Дардок первым понял, что и зачем он делает. Он стал помогать Киту насыпать курган. Остальные, еще не понимая, стали подражать вождю; вскоре все таскали камни, и тело охотника скрылось под каменной насыпью.

Кит встал и понял, что надо сказать или сделать что-нибудь, чтобы как-то завершить похоронный ритуал. Он протянул руку над могилой и после недолгого размышления произнес:

– Творец всего сущего, предаем в руки Твои одно из Твоих творений. В этом мире у него отняли жизнь, но, прошу Тебя, даруй ему жизнь вечную в мире Своем.

Эта импровизированная молитва потрясла Кита не меньше, чем его товарищей. Что они из этого поняли, он, конечно, не мог догадаться. Просто то, что он чувствовал, само собой облеклось в слова, их он и сказал. Но теперь, когда они уже прозвучали, он понял, что в них была доля правды; слова оказались вполне уместны. Он поднял голову и удовлетворенно поворчал, как делали все в племени. Его поняли. Кит взял копье погибшего охотника и отошел от насыпи. Он сделал всего несколько шагов, когда Дардок взял его за плечо и остановил. Несколько мгновений они постояли, ничего не было сказано, но Кит понял. Между участниками импровизированного погребального обряда возникла некая связь. Случилось новое; люди поразмыслили и приняли это новое. А большего и не требовалось.

ГЛАВА 7. Заговор

Леди Хейвен Фейт привыкла ходить по тонкому льду, когда дело касалось ее отношений с подлым лордом Берли. Но в последнее время под ногами стали возникать трещины сомнений, и ей приходилось прилагать все больше усилий, чтобы развеять их. Пути Хейвен и Берли расходились все дальше. Она надеялась узнать от него побольше о прыжках – по крайней мере, определить глубину его познаний в этой области. Но время теперь играло против нее, и лучшее, на что она могла надеяться, – это убедиться, что неизбежная разлука произойдет на ее условиях.

То, что Черный Граф отвлекся на поиски Кита, дает ей прекрасную возможность для побега. Граф, уверенный в том, что Кит – вместе с Козимо, сэром Генри и Джайлсом – встретил свой последний час в гробнице Первого жреца Анена, приехал в Прагу за последней версией прибора для работы с лей-линиями. Хитрый маленький прибор был сделан из латуни, размером и формой напоминал булыжник, но это было все, что Хейвен о нем знала; она видела его лишь единожды, да и то мельком, потому что его светлость вовсе не стремился афишировать свои инструменты. Хейвен с трудом сдержала смех, вспомнив лицо Берли, которому сообщили, что предположительно умерший Кит Ливингстон... сюрприз! – жив-здоров и бродит по улицам Праги.

В результате погони Берли удалось всего лишь ранить кучера Джайлза, а Кит сбежал. Разумеется, граф во всем обвинил своих людей. Последние четыре дня они прочесывали окрестности в поисках Кита. Сначала они облазили все деревни поблизости, не пропуская и сараев, потом стали просматривать активные лей-линии в пределах досягаемости убегающего человека. Одна располагалась недалеко от тех мест, где закончилась погоня, но на другой стороне не нашлось никаких следов.

День шел за днем, о беглеце не было ни слуху, ни духу, настроение его светлости все ухудшалось. Он злился на всех и вся: на то, что ему лгали (хотя его люди яростно это отрицали), злился на отсутствие результатов, злился на то, что его планы осложнились из-за этого простофили Кита, злился на то, что ему никак не удавалось заполучить хоть кусочек проклятой Карты на Коже. Более того, у него не было ни малейших предположений, где ее искать. Хейвен тут была ни причем, о чем она ему и сообщала не один раз. Она всеми силами старалась показать свою непричастность к последним событиям, надеясь переждать нарастающий гнев его светлости.

– Что-то здесь не так, – проворчал однажды Берли, вернувшись в отель. – Что-то я упускаю. – Настроение у него было хуже некуда. – Ясно же, что Ливингстону помогали. Это единственное объяснение. Другого я не вижу.

В преддверии зимы погода испортилась; леди Фейт пришивала новые пуговицы к купленному на рынке пальто, заменяя деревянные пуговицы на серебряные. Лорд Берли опустился в кресло у камина и позвал слугу, чтобы он снял с него грязные ботинки.

– Почисти. Когда закончишь, принеси обратно, – распорядился он на плохом немецком. – И скажи хозяину, пусть принесет глинтвейна. Давай, поторапливайся!

Парень поспешил прочь. Местный обслуживающий персонал давно понял, что с графом лучше не спорить.

– Вы говорили, что Кит – необразованный остолоп, – рискнула Хейвен. – Скорее всего, вы правы. Но если так, то какая разница, сбежал он или нет?

– Потому что он как заноза, – прорычал Берли. – Я ищу карту, а он все время путается у меня под ногами. Я не потерплю рядом с собой соперников!

Хейвен не поднимала глаз от работы.

– Да какой он вам соперник?

– Ты сомневаешься?

– Сомневаюсь, сэр, – ответила она. – Если он и впрямь таков, каким вы его обрисовали, то он никто и звать его никак. Единственное его достоинство в том, что он правнук Козимо. Но теперь их связь разорвана, и Кит понятия не имеет, что делать и куда идти. За то короткое время, что я была с ним рядом, он не продемонстрировал ни малейшего представления о том, что понимает, насколько важно предприятие, в котором он участвует; он ни разу не проявил ни силы воли, ни изобретательности.

– У меня тоже такое впечатление, – проворчал Берли. – Согласен с тобой.

– Ну так и чего мучаться? Выбросьте его из головы. Кит Ливингстон не имеет никакого значения. Что бы он там себе не думал, вашим планам он не помеха.

– Но почему он оказался в Праге?

– Совпадение, – предположила она, попуская иглу через отверстие пуговицы плавным движением. – В конце концов, каждый должен где-то быть.

– Но почему именно здесь? – прорычал Берли, дико поглядывая на нее. – Должна же быть причина, и я хочу знать, какая? Сдается мне, что хозяйка кофейни в этом замешана.

– Кто? – леди Хейвен приподняла бровь. – Одна из служанок?

– Да причем здесь служанка! Я о другой говорю.

Хейвен непонимающе смотрела на него.

– Убей бог, не понимаю, о ком вы толкуете.

– Высокая! Говорю же – хозяйка, – рявкнул граф. – Английская управляющая, или владелица, или кто она там! Говорю же, она знает больше, чем делает вид.

– Вы же по натуре не людоед, – миролюбиво заметила леди Фейт, возвращаясь к своей работе. – Что вам от нее проку? Мы могли бы продолжать искать карту, а вместо этого охотимся за мистером Ливингстоном.

– Она бывает во дворце. Там я и встретил ее в первый раз, когда приехал сюда. Этакая вся из себя занятая.

Хейвен протянула иглу через пуговицу.

– Мы опять говорим о женщине из кофейни?

– Между прочим, она намекнула, что догадывается о моих путешествиях или что-то в этом роде, – вспомнил граф. – Я ее предупредил, чтобы не совала нос в мои дела.

– Полагаю, она послушалась доброго совета, – проворковала Хейвен. – Откуда ей знать обо всем этом? Здесь в Праге, да еще владея кофейней, вряд ли можно натолкнуться на что-нибудь ценное для нашего дела.

– Возможно, стоит с ней поговорить, – задумался граф. – Узнать, что ей известно.

Хейвен опустила вышивку на колени и бросила на расстроенного графа оценивающий взгляд.

– Женщина вряд ли будет сотрудничать с вами после того, как вы ее отчитали. Даже если ей что-нибудь известно, вы будете последним человеком, которому она скажет хоть слово.

Берли нахмурился. Потом видимо ему в голову пришла спасительная мысль.

– А ты не могла бы к ней сходить?

– Я? – Леди Фейт изобразила удивление. – Какая в том польза? Что я ей скажу?

– Ты могла бы поговорить с ней, ну, как женщина с женщиной, как-нибудь расположить к себе.

– Вы в самом деле думаете, что от этого будет какой-нибудь толк? – спросила Хейвен, все еще качая головой.

– С тобой она будет говорить, – настаивал Берли. – Особенно если будет доверять тебе.

– Управляющая? – Хейвен скривилась. – Да что она может знать такого важного для успеха нашего предприятия?

– Вот ты и выяснишь, – решительно заявил Берли. Он еще немного подумал: – Нет, давай сделаем так… – медленно сказал он. – Пригласишь ее на ужин. Главное, заманить ее сюда, обо всем остальном я позабочусь. Так мы быстрее выясним, что ей известно.

Леди Фейт с видимой неохотой взялась выполнить это задание. На следующий день она отправилась в «Гранд Империал». Пришлось подождать, пока Вильгельмина не вернется после очередной неудачной попытки найти Кита. Они обменялись понимающими взглядами, и Вильгельмина, залив в кофейник свежего кофе, уселась за столик со своей союзницей. Ей хотелось выяснить, в какой стадии находится их игра.

– Я не понимаю, с чего Черный Граф так прицепился к Киту, – размышляла леди Фейт. – С одной стороны, он считает, что Кит не знает ничего полезного для нашей задачи. С другой стороны, он решительно не хочет оставить его в покое. Мы и так пробыли в Праге гораздо дольше, чем рассчитывали, и пока уезжать не собираемся.

– Берли не говорит всей правды, – заметила Мина. – Конечно, он никак не ожидал встретить Кита здесь. Он же был уверен, что Кит умер в Египте. Так что для него вполне логично предположить, что кто-то ему помог выбраться из гробницы. – Она задумалась. – Он что-нибудь говорил по этому поводу?

– Ничего определенного. Но его наемники дорого заплатили за то, что упустили пленников. – Она улыбнулась. – Но они, сами того не желая, очень нам помогли. Они же убедили графа, что пленники так и оставались в вади, когда они оттуда уезжали. А признайся они сразу, для них было бы еще хуже.

– Бедняжки, – пренебрежительно произнесла Вильгельмина. Едва ли она сочувствовала берлименам.

– Так что сегодня граф просто одержим идеей найти Кита. Я не удивлюсь, что он отложит все другие дела до того, как поймает его. А теперь он заинтересовался тобой. Хочет выяснить, что тебе известно. – Леди Фейт пила кофе и ждала ответа Вильгельмины.

Мина восприняла эту информацию спокойно.

– За соломинку хватается, – прокомментировала она. – И как ты думаешь, в какой форме будет проходить допрос?

– Для начала он предложил мне втереться к тебе в доверие. А еще он приглашает тебя на ужин. Хочет заманить в свои апартаменты, а потом будет чем-то угрожать, наверное. Он полон решимости выведать твои секреты.

Вильгельмина обеспокоенно посмотрела на нее.

– Конечно, – быстро продолжила Хейвен, – мы сами должны решить, какую информацию ему скормить.

– Это следует тщательно обдумать, – проговорила Вильгельмина. Она потянулась за кофейником. – Еще кофе, леди Фейт?

Однако Хейвен и не подумала подставить свою чашку.

– Все достаточно серьезно, – сказала она. – Мне кажется, граф знает, что ты тоже путешествовала по лей-линиям. Не сомневаюсь, он пойдет на все, чтобы выведать у тебя подробности. Ты в опасности.

Вильгельмина пристально посмотрела на нее.

– Сначала пусть меня поймает.

– Я считаю, что не следует игнорировать угрозу. Берли способен на любую гнусность, и мы обе это знаем. – Леди Фейт подумала. – Так что даже и не думай являться к нему завтра на ужин.

– Но если я откажусь, – возразила Мина, – он может что-то заподозрить?

– Да, это возможно. – Хейвен задумчиво поджала свои идеальные губы и посмотрела в окно. Там какой-то селянин тащил тяжелую плетеную корзину. – Слушай, почему бы тебе не уехать на несколько дней? Куда угодно, лишь бы подальше от него.

– Ты предлагаешь сбежать?

– Почему бы и нет? Это же всего на несколько дней. Его светлость скоро устанет ждать и покинет Прагу. Если бы не Кит, мы бы уже давно уехали.

Вильгельмина задумалась.

– Да, я могла бы… уйти, – согласилась она. – Я уже давно собиралась…

– Не говорите мне, – быстро предупредила Хейвен. – Для нас обоих будет лучше, если я не буду знать о твоих планах. Но уходить надо как можно скорее. Я бы сказала – немедленно.

Вильгельмина долго смотрела на Хейвен, не в силах определить, честную ли игру ведет ее собеседница.

– Пожалуйста, – попросила леди Фейт. Она даже взяла Вильгельмину за руку и пожала ее для убедительности. – Я тебя прошу, уходи.

– Ладно, – решилась Вильгельмина. Она встала и отодвинула стул. – Ты меня извини, мне нужно собрать кое-что.