Текст книги "История одной встречи (СИ)"

Автор книги: Стейси Амор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц)

Глава 3

Летта

И потянулись тоскливые дни. После распоряжений лаэрда меня оставили все знакомые – девушки не звали погулять на ручей, парни не ждали возле конюшен. Даже братья не стремились к общению со мной. Один Томас приходил в комнаты, чтобы развеять мое уныние. Ему и рассказала о приключениях.

– О чем ты думала, Летти? – услышав в первый раз историю, он пришел в ужас.

– Можно подумать, что я думала, – недовольно повернулась к парню. – Была расстроена, смущена, вот и захотелось выдать что-то эдакое.

– Ну-ну, а теперь и выйти из замка не можешь. Стоило оно того?

О поцелуе с лаэрдом я умолчала. Даже Том мог отнестись к этому противоречиво. Так что, да. Стоило. Где бы я набралась подобного волнующего опыта?

– Какая разница? – опустила руки. – Зато познакомилась с Драммондами и Синклером.

– Еще неизвестно, что принесет это знакомство. – Хмуро отзывался брат.

– Что может произойти? Всего пять дней осталось до приезда Лахлана. Еще немного, и я уже не буду вашей обузой.

– Ты никогда ей не была, – возмутился Макензи. – И сама это знаешь. Зачем вызываешь у меня чувство вины?

– Прости, – покаялась. – Все надеюсь, что это сон. И что отец передумает.

Мне не давали покоя слова медведя. «За девушку-оборотня назначают состязания». – может, это мой выход из создавшегося положения?

– Нет, – оборвал все чаяния мужчина. – Лаэрд твердо решил выдать тебя замуж. Упоминал во время обеда.

– А остальные? – спросила тоскливым тоном.

Неужели все родные радуются будущему празднику?

– Они не спорят, сама знаешь характер отца. Эддард его поддерживает. А другие...

– Что?

– Стен и Коэн предлагали присмотреться к другим кланам, но...

– Поняла, – кивнула ему.

Если здесь завязан долг, батюшка и слушать не станет. Что же за история произошла между ним и Кирпатриком? Что может связывать горного и равнинного лаэрдов? В Андмарре всегда шло противостояние между землями. Горные кланы отличались воинственностью, храбростью и большим количеством перевертышей. На равнине оборотни почти перевелись. К власти приходили и обычные люди. У них более плодородные земли и больше скотины, но характеры мягкие, небоевые. Оттого я так удивляюсь обещанию отца. Он тоже не питал уважения к этим кланам.

– А расскажи о женихе, – попросила брата. Он встречался с ним, может, знает о нем больше, чем рассказывает мать.

– Ну...– затянул Томас.

– Да, Многоликая, говори уже, – кинула в того подушкой. – И правду.

– Тебе может не понравиться, – отнекивался брат.

– Мне сама мысль о браке не нравится, вот удивил, – посетовала я.

– Да ладно? – на Томаса было жалко смотреть. Ну, конечно, их то воспитали в полном пиетете к семье. Вот только именно он будет диктовать свою волю супруге, а моя доля – слушаться. – Совсем не хочешь замуж?

– Ммм, – задумалась, чтобы потом рассмеяться. – Нет, совсем не хочу. Луше бы навсегда осталась с вами. А еще постоянно бы сбегала в Чаролесье.

– Даже после западни? – скептично отметил брат.

Скорее всего. Не наделила меня богиня смирением. Сыграла злую шутку с родителями, одарив младшую дочь способностью к обороту. Оттого отец так долго и терпел мои выходки. Оборотни не любят клеток. А не будь у меня ипостаси, может, я бы отнеслась к идее о браке более благосклонно. Сколько придворных девиц мечтают об этом? Втайне косятся на молодых наследников Макензи, надеясь, что одной из них повезет. Все братья, как на подбор, смелые, красивые, рассудительные. Особенно Эд. За ним идет повышенная охота, но тот словно не замечает внимания. Не заигрывает с девушками, не заводит случайных связей, ведет себя как истинный лорд.

– Даже после западни, – проговорила, как будто признавалась в преступлении. – Так что там с Лахланом? Не увиливай от вопроса.

– Он... Слишком... э, – вытащил язык Томас. – Назовешь такого мямлей.

– Это уже все упоминали, – поморщилась я. – А матушка говорит, что Киркпатрик божественно красив.

– Ой, давай не будем. Не заставляй меня оценивать его внешность, – ощерился молодой мужчина.

– А от кого мне тогда узнавать подробности? – округлила глаза и дрогнула нижней губой.

Никто из родных этого не выдерживал. В том числе и младшенький.

– Ладно, Летти. Да, он хорош собой. Но только от этого у него в любовницах побывал весь клан.

– А тебе откуда все известно? – Грязные подробности меня не пугали.

В целом я еще не смирилась с женихом, и все казалось каким-то абсурдом.

– Мы же были у них в гостях. Лахлан скользкий и мутноватый. Не воин, хитрец, – зацокал брат.

Они могли так сказать про любого, кто плохо владел оружием. Горы никогда не поймут равнины. В чем-то характеристика неплохая. Я дам свободу этому хлыщу, а он не будет лезть в мои дела. В отличие от большинства девиц, характер у меня имелся. Но родители Киркпатрика еще живы. Вдруг мать наследника всерьез решится взяться за меня?

– Ты меня успокоил, – погладила ладонь Тома.

– Серьезно? Тебя устроит слабовольный муж?

– Из двух зол выбирают меньшее, это лучше, чем тот, кто загонит без выбора. Лахлан будет увиваться за юбками, а я заниматься своими делами.

– Мне не нравится, ты сама еще несмышленыш, – Томас коснулся моего носа. – Совсем юная и импульсивная. Тебе нужны надежные руки.

– Нет уж, – печально вздохнула. – Так и быть. Свадьба все равно состоится. На это событие я не могу повлиять. А вот на свое будущее в том клане вполне.

– Смотри, как бы твои планы ни расстроились.

– С нашим-то отцом? – усмехнулась.

Позже, когда осталась одна, обдумывала положение. Если сумею договориться с Лахланом, то все не так уж и плохо. Судя по рассказам, он мягкий и тихий дамский угодник. Чувств между нами не возникнет – просто не смогу полюбить безвольного мужчину. Это все равно лучше, чем сидеть безвылазно в плену у какого-нибудь властного лаэрда. Такого, как Синклер. Вот кто жену и слушать не станет.

На следующий день я значительно приободрилась. Это было похоже на какой-никакой план. Я терпеть не могла неопределенности в положении. Мне всего-то лишь надо договориться с будущим мужем. Вряд ли он будет сильно против, если скажу, что позволю вести себя так, как ему угодно. Бросаться за каждой юбкой, флиртовать и заигрывать со служанками. А сама стану почаще проводить время одна, сбегать в чащу, гулять. Буду свободной и независимой. Займусь благотворительностью и рисованием. Звучит печально, но это лучше, чем прожить под гнетом, с возможностью единственного выбора: что приготовить на завтрак или обед.

Матушка мне не верила, подозрительно косилась, когда я радостно улыбаясь, согласилась учиться домашним делам. Не сказать, что это прибавило мне рвения, но я старалась.

– Летти, что не так? – Взорвалась леди уже к обеду. – Неужели ты смирилась? Или это очередная хитроумная проделка?

– Скажешь тоже, – обиделась на нее. – Что спорить, если все решено?

– Это на тебя непохоже. Выкладывай, что задумала!

– Мама! – Возмущенно посмотрела на женщину. – Вы сами требовали послушания, а теперь ты выговариваешь мне за кротость и старания?

Определенно изменения в дочери ее пугали.

– Эддард, – подозвала она брата в большом зале. – Поговори с сестрой! Она явно что-то задумала. Мои нервы! Ты совсем обо мне не заботишься!

И ушла, взметнув длинным подолом. Если так пойдет дальше, то я шокирую и остальных.

– Летти, что произошло? – недоумевал наследник. – Что ты там наговорила?

– Ничего, – я все еще пялилась в спину леди Макензи. – Просто стала послушной и милой.

– На тебя непохоже, – уставился на меня, повторяя подозрения хозяйки дома.

– Она так и сказала, – повернулась к старшему брату. – Слово в слово.

Он тоже мне не верил, по лицу видно. Нахмурился, вздохнул и дышит часто-часто.

– Если очередная твоя проделка, то я...

Многоликая, терпение было нужно не маме, а мне.

– Что? – перебила его. – Выйти за территорию не могу, сижу безвылазно в комнатах, постигаю все эти женские... бе, – провела рукой, указывая на вышивающих в углу девушек.

Те, завидев, как мужчина смотрит на них, уткнулись в пяльца и посмеивались. Фу. Противно.

– Пойдем, поговорим, – он потянул меня за ладонь, – а то слишком много ушей.

– Как скажешь, – согласилась и покорно последовала за внушительной фигурой.

Девицы меня раздражали. Что они нашли в Эде? Он мрачный, злой, вечно чем-то озабоченный.

– Ну, Летисия, признавайся, – мы вышли на террасу. – Что задумала?

– Как вам объяснить, – всплеснула руками. – Я согласна. Видит Многоликая, этого брака не избежать. Смысл мне стонать и плакать, когда меня никто не слушает?

– Почему? Все желают тебе счастья. Это выгодный союз.

– Чем же? – С издевкой посмотрела на мужчину. – Они далеко, в нашем клане нет ведьмы. Регулярной торговли не получится. Воины из них так себе. В чем выгода?

– Ты слишком юна, чтобы это понять.

– Так объясни, – попросила брата. – А может, тебе известно, какая история приключилась с отцом и вождем Киркпатриков?

На лице Эддарда заиграли желваки.

– Во-первых, у них плодородные земли, – устало отвечал наследник. – В голодные годы после суровых зим они смогут помочь нам выжить. Дичи не хватит на всех, охотники в Чаролесье заходить не могут, разве не ясно?

Довод был разумным.

– А во-вторых? – с надеждой посмотрела на старшего родственника. Вдруг расколется и поведает тайну.

– А во-вторых, лисичка, – он щелкнул меня по носу. – Никто не хочет выдавать тебя замуж здесь из-за нрава горцев. Как ты представляешь себе жизнь, когда тебя ни во что не ставят? Отец хоть и суров, но матушку любит. Это большая редкость. И подумал о твоих чувствах. Поверь, это лучше, чем стать женой кого-то из соседей.

– И в кого ты такой умный, – проворчала, вызывая у собеседника улыбку.

Об этом, как раз и не думала. И хоть я сама пришла к похожему выводу, мне казалось, что лаэрду Макензи плевать на дочь, и неважно кто станет ее спутником. Он никогда не общался со мной близко, не проводил длительно времени, держал на расстоянии. Неужели, я не пустое место для батюшки?

– А про долг отца не скажу, – посерьезнел брат. – Спроси сама. Будет его воля, он поведает эту историю.

– Но ты все знаешь? – прикрыла один глаз.

– Я же наследник, – он горделиво расправил плечи.

Мужчины, был бы малейший повод возгордиться, они его не упустят.

***

Через несколько дней слуги в замке с ног сбились, желая угодить хозяйке. Она нетерпеливо расхаживала по залам и коридорам, указывая на огрехи и таская меня повсюду. Перины в гостевых комнатах взбивали несколько раз, а посуду меняли, как мне казалось, каждые полчаса. Ее вечно что-то не устраивало. Мама нервничала и переживала. Уже завтра приедет жених с отцом. Пробудут у нас неделю, вожди дадут нам немного времени для знакомства и сыграют свадьбу. Оттянуть неизбежное невозможно.

Утром вся семья завтракала. Это большая редкость, когда мы собираемся полным составом. Обычно кто-то из братьев спозаранку объезжает владения, другие охотятся, только я и матушка не покидаем своих насиженных мест.

– К ужину прибудут гостьи, – начала леди Макензи, – надеюсь, никто из вас не покинет клан?

Она с угрожающим видом обвела всех парней. Если у них и были планы, то тотчас же поменялись. Это всем казалось, что мать лисят – кроткая и скромная женщина, на самом деле ей впору обращаться в волка. Когда той что-то нужно, даже лаэрд не в силах устоять.

– Отлично, – усмехнулась матушка, осознав, что нет никакого сопротивления. – Летисия.

– Что, мама? – мой голос можно было назвать заупокойным.

– Через час тебе приготовят ванну и облачат в лучшие наряды.

Она воодушевленно ворковала надо мной.

– Как хотите, – тон не менялся. – Отмывайте, облачайте.

– Не вижу радости на твоем лице?

Так, я и не старалась. Оно как раз выражало несогласие, скорбь и отторжение. Об этом мы не договаривались. Надо замуж – пусть. Кроткую невесту – не вопрос. А вот про радость и восхищение ни слова.

– Летти, твой жених сбежит скорее, чем тебя увидит, – усмехнулся Коэн.

– И это я его еще не покусала, – безмятежно отозвалась. – Раны никому не нравятся.

Отец, как ни странно, не реагировал на словесные баталии, просто хмуро взирал на всех . Точнее, для меня это обыденно. Тот часто проводил так время. Но сегодня ведь почти праздник. Он добился чего хотел.

– Принесите шахматы, – приказал лаэрд, когда тарелки были опустошены.

Привыкшие, что глава клана предпочитает проводить досуг с наследником, все встали из-за стола.

– Я не говорил расходиться, – начал Родерик. – Продолжайте беседовать. Летисия, сядь поближе.

Глаза мамы только на лоб не полезли, да и изумилась, но приказу послушалась и пересела. Когда внесли фигуры, Эддард довольно развернулся, бросая на нас горделивый взгляд. Никто в замке не знал эту науку лучше него. А батюшке доставляло какое-то странно удовольствие проигрывать своему сыну.

– Не сегодня, Эд, – лаэрд покачал головой. – Я мало уделял внимания дочери.

– Но я же сказала, – начала было леди Макензи, – ее ждут.

– Ничего, дорогая, – в строгом тоне не было нежности, – подождут.

Что задумал отец? Уловка, обман, желание увериться, что я достойная невеста?

– Ты, – он кивнул мне, – правила знаешь?

Конечно. Всех благородных детей учили этой науке, вот только мне не было с кем играть. Братья всерьез не воспринимали, а служанки не умели. Девицы, которых звали в замок, игрой не интересовались.

– Да, отец, знаю.

– Сыграй со мной, – он высыпал фигуры на стол и принялся расставлять. – Идите, —он поменял свое мнение. – Я хочу поговорить с Летисией наедине.

По его виду невозможно понять, какие темы поднимет. А вот уходящая мать... Она и кивала, и мигала, и почти что не крякала. Не надо быть идиоткой, чтобы осознать ее молитвы: больше молчать, соглашаться и быть покорной.

Расставив фигурки, мы начали партию.

– Ты не хочешь замуж, – пошел в атаку отец.

– Не хочу, но не буду противиться, – тут же мою белую пешку съел конь.

– Ты понимаешь, почему я так с тобой поступаю?

Я смотрела на фигуры, не на него. Он таким образом объяснялся, не умея высказать все то, что лежит на сердце.

– Да, батюшка. Но мне бы хотелось узнать, что за взаимоотношения между тобой и Логаном Киркпатриком.

– Это давняя история, Летти. И она не для женских ушей.

– Любая история не для женских ушей, – отозвалась, хватая черного «слона»,

– Неважно, главное, что ты выйдешь замуж. – Скупо реагировал глава Макензи.

Мне стало очень обидно. Неужели он не знает о славе молодого сына лаэрда?

– Измены, непостоянство, ветренность – этого ты мне желаешь? – партия играла дальше, но я жаждала честного ответа.

– Он будет верным мужем, Логан мне обещал, – высказался батюшка.

На это мне было абсолютно все равно. Я уже пришла к нужным выводам, и другие сведения только сбивали с толку.

– Шах, – моя фигура встала прямо перед королем.

– Мат, – отозвался отец, увидевший большее. Его ладья не оставляла возможностей для моей королевы. Я проиграла. – Ты не понимаешь, – в какой-то момент взревел лаэрд, сбрасывая фигуры по столу. Летти, это твоя жизнь!

– Верно, моя. – К своей чести, смогла сохранить спокойствие. – тебя грызет какой-то долг. И партии ты не рад, но не можешь отказать. Я ведь согласилась и не чиню препятствий. Зачем этот фарс? – указала на поваленные фигурки.

Он не ответил. В этот же момент в зал постучался и зашел гончий.

– Лаэрд, вам послание от Драммондов.

Услышав знакомую фамилию, чуть побледнела. Что нужно этим волкам?

Мужчина медленно подошел к главе клана и всучил свиток. Родерик, не стесняясь меня, развернул шнур, вскрыл восковую печать и открыл написанное.

– Летти, ты ничего не хочешь мне рассказать? – Через минуту на меня смотрел уже не отец, а настоящий властитель.

– Совсем нет, – залепетала я.

Что они там написали?

– Значит, ты познакомилась с сыном лаэрда Драммонда? – вкрадчиво начал батюшка, оторвавшись от послания.

– С чего ты решил? – отозвалась не очень уверенно, все-таки в руках отца письмо непонятного содержания.

– Так, он очень подробно пишет, Летти. И позволь заметить, чересчур. Когда ты успела спасти жизнь молодому Эвану? Глава клана говорит, что обязан тебе.

Ага, как же. Если вспомнить произошедшее, то волки окружили меня и желали пленить. Одно вмешательство Синклера помогло. Славь Многоликая его душу.

– Это пустяк, – махнула рукой, скрывая подробности. – Вытащила стрелу из бока животного. – Вспомнила ночь своей прогулки. – Обездвижила и вылечила, это ничего не значит.

– Ты считаешь, что это так? – настроение лаэрда менялось каждую секунду. Он взбесился при шахматной победе, оправдывая свое решение, а сейчас только искры не летали. Еще немного, он тоже обратится в ипостась, и шерсть загорится пламенем, как у драконов.– Все просто? Ты не понимаешь, какое условие воздвигла?

Где-то в сознании скользнули слова Джеймса: «За девушку-оборотня назначают состязания». Неужели и стая требует что-то подобное?

– Я не понимаю, о чем ты? – воззрилась на отца.

– Летти, дурная твоя голова, ты не понимаешь, что натворила, – убивался отец, морщась и подавая знак слугам, чтобы сворачивали завтрак. – Иди к себе в комнату. Мать чуть позже навестит тебя и объяснит, что произошло.

Ослушаться лаэрда невозможно. Пока я в его власти, хочешь не хочешь, но порядки соблюдаешь. Вернувшись в башню, откинула покрывала с рисунками. Везде изображены мой спаситель и мои приключения за стенами замка. Вот лисица прячется за медведем, а здесь я разговариваю с молодым мужчиной привлекательной наружности. Зря я тогда решилась на побег. Почти уверена, что Драммонды прознали о соседнем клане с лисицей на выданье. Теперь мои планы можно пускать под откос. Соседи куда выгоднее Киркпатриков – союз мощнее, прибыль лучше, дочь ближе.

– Летти, – матушка аккуратно постучалась через некоторое время. – Все хорошо? Могу я войти к тебе?

С боем я выбивала привилегию – оставаться наедине, но для леди Макензи это пустой звук. Но я ценила усилия хозяйки замка, когда та не приказывала, а просила.

– Конечно, матушка, – привычно накинула покрывала на картины. Кроме Томаса их никто не трогал, знали о моей болезненной реакции. Не то чтобы я стыдилась творчества, но не желала, чтобы оно стало всеобщим достоянием. Мне еще учиться и учиться, а вот домашние могут болезненно воспринять изображения.

– Ты в курсе, что клан Драммондов затребовал испытания для жениха?

Она терпеливо ждала моего ответа за дверью, но как только получила положительное решение, отбросила все раздумья и ринулась в атаку.

– Конечно, нет, – я села на стул возле зеркала, мельком глядя на свое отражение.

Разве ей можно рассказать о чудесном спасении и о долге отца перед Синклерами? Что медведь поведал мне о правиле. Если папа с мамой узнают, то седины старика останутся не только на висках, но покроют всю его голову. Такой судьбы отцу я не желала.

– Летти, – покачала головой мама, – что же ты натворила? Теперь твоим женихом может оказаться и не Киркпатрик.

Я обернулась, взирая на хозяйку замка.

– Мама, скажи честно, а ты желаешь мне такого жениха? Ты же знаешь о его славе?

Говорить о том, что братья посвятили меня насчет Лахлана, не собиралась, но она же поймет. Не могли от нее скрыться сплетни о поведении молодого наследника. Она вздохнула. Тихо, упрямо и очень показательно. Ей все известно. Она знает о слабостях сына лаэрда, но готова подвести меня под венец.

– Это пока у него нет жены, Летти. А ты и сама хороша, согласилась же на все условия.

Здесь не поспоришь, после беседы с Эддардом, он донес до мамы, что я смирилась. Как теперь объяснить, что это не моя прихоть, а случайное стечение обстоятельств?

– Они объявят турнир? – посмотрела на матушку. – Будут бороться за мою честь?

– Другого выхода не вижу, Летисия, – строгость в ее голосе говорила о домашнем заключении. – Вечером ты познакомишься с Лахланом, и в это же время прибудет лаэрд Драммондов. Моли Многоликую, чтобы он не настаивал на союзе, а еще, чтобы больше никто не объявился, называя себя твоим женихом.

Наш родовой замок мог разместить с десяток посольств, но суть заключалась не в этом. Мне бы присмотреться к Киркпатрику, привыкнуть, осознать, что уеду, да только своими необдуманными поступками я вызвала интерес у еще одного клана, славившегося богатым наследием из оборотней. Даже бастарды Драммондов имели вторую ипостась, когда в нашем клане Макензи оставалось всего трое. Если Эван победит Лахлана, то моя честь будет задета. Я буду обязана последовать за победителем. И ведь сама загнала себя в такие условия.

Ох, и дурочка.

Я закрыла глаза руками. Правда, и отец с матерью хороши. Знай я о древнем обычае и условии короля, никогда бы не полезла лечить какого-то волка – сидела бы тихо возле деревьев или ушла бы в противоположную сторону. Мне казалось, что я совершаю благой поступок. Перевертышей становится все меньше, надо беречь каждого из нас, иначе магии почти не останется. Вон, найти ведьму в клан считалось чистой удачей, колдуньи почти пропали в Андмарре. Их долго истребляли, не зная, что от ведуний зависит благополучие зачарованной чащи.

– Все-таки поняла, – по-своему расценила мой жест матушка. – Сиди и не высовывайся. Лаэрд попробует откупиться от клана Драммондов.

– Ты думаешь, у него получится? – спросила ее.

По моим прикидкам шансов мало. Кому нужно золото, если есть шанс заиметь женщину-оборотня? С другой стороны, в семье волков достаточно представителей. Может, им и не нужна противная самовольная капризная девица?

– Не знаю, Летти, не знаю, – качала головой родительница. – Боюсь загадывать. Начинай готовиться, – она кивком головы указала на богато украшенную одежду, брошенную на постель. – У тебя всего несколько часов.

Пф, несколько часов... Это ей надо собираться долго и старательно, я же ко всему относилась проще: натяну платье, затяну волосы и все. Займет полчаса.

Леди Макензи ушла, недовольно цокая языком. В очередной раз дочь принесла проблемы. Наверняка молит Многоликую, чтобы богиня меня образумила, а еще страдает оттого, что в последний раз родился не мальчик. С ними проще – выдай деревянный меч, они так и выплеснут энергию. А как поступить с девочкой, да еще и такой...

В дверь опять постучали. Я догадывалась, кого принесло, и кто не выдержал наказа лаэрда.

– Летти, – не успев подойти, в комнату уже ввалились все пятеро братьев.

Места почти не осталось, мужчины с внушительными фигурами заполонили все пространство. Эддард был зол и серьезен, первым уселся на стул около кровати. Коэн устроился на деревянном сундуке, а Рикон хотел было сесть за мой стол, но его опередил Томас, быстро прикинув, что там лежат картины с написанным Синклером. Кто-то из присутствующих узнает оборотня-медведя, вопросов станет еще больше. Поэтому второй по старшинству брат и Стэн ринулись на мое спальное место, сминая ткани, разложенные на покрывале.

– Аккуратнее, – воскликнула на мужчин, подбирая тряпки, – матушка вас убьет за это.

– Ну да, – фыркнул Рик, – первой прикончат тебя, и это будет отец.

Не могу не согласиться. Терпение главы семьи на исходе. Он мечтал выдать замуж бедовую дочь за друга семьи, а получит турнир.

– И как ты это объяснишь? – на правах более опытного и мудрого начал Эд. – Когда ты успела познакомиться с волками?

Я прикусила губу. Наследник Макензи тоже вправе наказать меня по своему усмотрению, а я столько раз нарушала приказы батюшки, да и его тоже.

– Ты была в Чаролесье, – заключил он, – одна.

– Была, – протяжно вздохнула, а потом быстро-быстро заговорила, в попытке себя оправдать. – Ты сам знаешь, как тяжело удерживать ипостась. А далеко мы с тобой никогда не заходили, мне хотелось свободы, а ты постоянно удерживаешь и торопишься. Не слушаешь меня, хотя...

– Ты девушка, Летти, – перебил и завел старую песню брат. – Они не бегают по лесу в поисках приключений. Сколько раз тебе это объяснять?

– И оборотень, – насупилась, расстроившись оттого, что ему-то как раз больше всего понятно, что со мной происходит.

– Какая разница? Ты понимаешь, что натворила? Киркпатрики могут воспринять это как оскорбление. А как же наш разговор? – он бесился, все больше повышая голос.

– Это было раньше, – пропищала, надеясь на сочувствие. – До общения с тобой.

Все родные не любили, когда я пребываю в страхе и унынии. Все же любимая сестра.

– Так, – вступил Стэн, – а сколько раз ты ходила в Чаролесье без сопровождения? Встречала еще кого-то? Вдруг вечером прибудет еще потенциальный жених, или два, с тебя станется.

Я посмотрела на Томаса, не зная, стоит ли рассказывать о клане Синклеров. Мы не враждуем, но и дружбы не водим. Неизвестно, как отреагируют братья? Он незаметно покачал головой.

– Н-нет, – ответила не очень уверенно.

Врать родным не хотелось. Но они никогда не задумывались, что участь покорной жены мне не нравится.

– И кого ты видела? – включился в беседу Коэн, переглянувшись в Эддардом. – Назови ипостаси.

– Да так, – сердце учащенно забилось. – Двух барсуков, несколько рысей, медведя и дракона. Но он был высоко, – решила добавить на всякий случай. – Как я поняла, это был лаэрд Маклинов.

Я нарочно поставила последним огромного чешуйчатого ящера. По сравнению с ним Синклер – кролик, а не страшный хищник.

– Сумасшедшая, – Стэн хлопнул себя по лбу. – Так, половина Андмарры о тебе знает. И сколько женихов ждать?

– Будто вы скрывали, – не удержалась от язвительного тона. – Мало ли лисиц? По меньшей мере еще два клана владеют такой же ипостасью.

– Остается надеяться только на это, – очень тихо заметил Том.

Предатель. На поддержку младшего я сильно рассчитывала, но даже он посчитал мой поступок глупостью. Возможно, так оно и есть, но как тяжело в таком признаваться?