Текст книги "История одной встречи (СИ)"

Автор книги: Стейси Амор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 22 страниц)

Глава 11

Джеймс Синклер

Как только я привез Летту, примерно ожидал, что большинство жителей не воспримут ее всерьез, но удивился от реакции Атенаис и Снорри. Казалось, что ведьма с участием и заботой отнеслась к моей будущей жене. Я никого не предупреждал, не считая Мелиссу с Крейгом. Это было спонтанное решение, вызванное гордостью и тщеславием из-за ее появления. В первый день мне даже показалось, что жители объявили бойкот лаэрду и присмирели при виде прекрасной молодой оборотницы. Но ощущение было ошибочным.

Летта быстро нашла двусмысленности в своем положении, обиделась на то, что я не выделил ей покои, которые до этого заняла Мелисса, но ни слова мне не сказала, зато заполонила всю комнату бессмысленными вещами, которые обычно хранятся во второй женской спальне и поставила меня в безвыходное положение.

Познакомившись с ней, мне почему-то казалось, что лисица согласится с заведенным порядком. Она выглядела юной и доверчивой, хоть и бежала в Чаролесье при малейшем поводе. Но я спускал ее повадки на воспитание. Отцам всегда тяжело приструнить дочерей, когда те явно нарушали правила и ослушивались предков.

Летта меня удивила. Она не стала вцепляться в глаза своей сопернице, наоборот, выждала, вздохнула и сделала так, чтобы я не мог ей отказать. Она была в своем праве. Обладай эта оборотница властным характером, могла затребовать с меня чего-то большего, а не изгнания Мелиссы из покоев жены лаэрда.

К молодой вдове я не испытывал близких чувств. Просто Мел была удобной, когда меня одолевали эмоции. Не просила большего, смирилась со своим положением и не требовала брака. То ли дело Летти. Я знал, что девушка боится близости и мужчин. В браке ее родителей правили любовь и взаимопонимание, но подобного я не мог обещать. Если бы не требование короля, не косые взгляды соклановцев, то меня бы устраивали отношения с женщинами, основанные на взаимовыгоде и выдаче незначительных денежных подачек, но, во-первых, меня сверлил взглядом жрец Многоликой, а во-вторых, я не хотел, чтобы молодая жена испытывала ко мне неприязнь.

Ей точно нужен свой угол. Еще в клане Макензи я навел справки и узнал о том, что молодая леди потрясающе рисует. Дома все старались скрыть ее умения, неприсущие леди, выставляя наперед навыки, полезные в ведении хозяйства. Здесь мне очень помог Крейг, допросивший слуг и вызнавший, что у Летти этих самых навыков кот наплакал. Но мне было все равно. Она была красивой, страстной и отзывчивой со мной. В любой момент я мог настоять в своем желании, и та бы подчинилась. Но я не смог, побоялся сломить вольный дух молодой лисицы.

Здесь, дома, все женщины меня слушались и набили оскомину, то ли дело Макензи. Она не скрывалась, не прятала взгляд, кода была недовольна.

Сегодня случилось невероятное, меня утянул слуга, забежавший на этаж всех воинов. Он что-то невнятно произнес, сообщая, как меня ждут в домике ведьм. Обычно никто из жителей клана не тревожил меня в подобном месте, зная, что я обсуждаю с мужчинами набеги и схватки. Здесь нечего слушать детям, иначе последние возжелают отправиться с нами. Но сначала вбежал мальчик, сообщая о ранениях ближайших соратников, а за аркой я встретил Мелиссу, плачущую возле стены.

– Что-то случилось на землях? – догадался я, всматриваясь в образ вбегавшего юнца.

Он как раз нашептывал новости Крейгу и другим, пока я успокаивал девицу возле входа.

– Ранены многие и из-за твоей жены, – ткнула меня Мелисса, поворачиваясь носом в широкую грудью.

Девица плакала, искренне переживая за других мужчин, боялась, что кто-то из них не вернется. Я тоже переживал и ждал ответа разведчиков, залегших на пути. Мне, как главе клана, не нравилось, что в родной клан стало сложно попасть. Мэйферы не забыли проигрыша в схватке. Будто уверовали в собственные силы, хотя никогда не слыли воинственным кланом. Их мощь заключалась в ведьминском наследии и возможности лечить людей. Когда последний лаэрд силой захватил власть, он потерял возможность следить за природой. И мои воины погибли, участвуя в поисках скрытых наследников, но мы продолжали верить, что когда-то они дадут о себе знать.

Я поспешил к домику ведьмы, где Атенаис старалась облегчить страдания воинов. Не отставая, за мной следовал верный Крейг, Мелисса, все еще надеявшаяся обличить Летту, и мальчонка, который первый принес мне плохие вести. Но на его голос я не обратил внимание, привыкший к разумным доводам взрослых людей.

Еще в окне увидел притихшую чародейку, что-то разъяснявшую моей жене. Она нахмурилась, посерела и скрылась в толпе, чтобы потом задать очередной вопрос.

– Атенаис? А сколько им осталось?

Я удержал всех, кто остался со мной, хотел услышать честный ответ колдуньи, пока та не поняла, что глава клана находится рядом.

– Часов восемь. Буду ждать ночи, чтобы успели попрощаться с родными, а потом...

Она не стала продолжать.

Я вошел внутрь, ловя на себе любопытные взгляды.

– Рассказывай, – кивнул Атенаис и постарался не смотреть на супругу.

Ведьма медлить не стала. Быстро описала проблему и возможные пути решения. За это я ценил ее больше всего. В момент нужды Атенаис отбрасывала эмоции, хладнокровно рассуждала и давала свою беспристрастную оценку.

– Лаэрд, мы не можем им помочь. – Она опустила взгляд. – Никто в клане не отличит запах ястребинки. Медведи не обладают столь тонким нюхом.

Я не успел ничего проговорить. Но заметил, как дернулась жена при словах колдуньи. По ней видно, как близко к сердцу она восприняла всю ситуацию. Чувствовала за собой вину и едва ли не плакала.

– Я, – она чуть боязливо взглянула в мою сторону, но поборов страх, расправила плечи, – Я не медведь, я лисица. Я отлично понимаю разницу между корнями, цветами и специями, не думаю, что не отличу и это растение.

– Летта, тебя не спрашивали, – закачал головой. Как ее отпустить в лес, когда на ее лице написана обида и желание сбежать обратно в родной дом? —Ты в травах разбираешься...

– Лучше чем ты, – перебила меня девушка. – Что ты теряешь, если я уйду в Чаролесье? Мне всего-то надо отыскать одно растение.

Много теряю. Слишком много. Хотелось схватить ее и затрясти словно тряпичную куклу. Она забыла, насколько опасно в чаще? Забыла, как ее преследовала стая волков, желающих загнать добычу маленькю юпкую лисичку?

– Ты не можешь пойти туда одна. Атенаис занята.

– Хорошо, – Летта насупилась и отвернулась, – меня может сопровождать кто-нибудь из твоих людей.

– Никого нет, – я развел руками.

Большинство я отправил преследовать нападавших, а те, кто остались в клане, были нужны в охране и на стенах. У меня нет лишних, только я сам.

Крейг, мой друг, переживающий за собратьев, вклинился в беседу.

– Иди с ней, – он ткнул меня в плечо, – За несколько часов в замке ничего не случится. А так у нас хотя бы будет шанс помочь остальным.

Я был готов согласиться. Все-таки бездействие не в моих правилах. Все, кто проживал в клане, были моей семьей. Я нес за них ответственность и был готов отдать жизнь за каждого воина. Но еще меня напрягало внимание побратима к Летте. Он проникся неожиданным сочувствием и теплотой к малознакомой девушке, чем вызвал во мне ворох неприятных ощущений. Пока я с ними справлялся, но не ровен час, начну с подозрениями поглядывать на соклановца. Вдруг он, как и многие, очаровался Летисией?

Пребывая в своих мыслях, не заметил, как ко мне приблизилась Мелисса и кинулась на шею.

– Но, лаэрд, это опасно. А если клан Мэйферов задумал ловушку?

Это она сделала зря.

Моя жена шумно вздохнула, напоминая, что находится рядом. На ее лицо набежала тень, а девичьи ладони сжались. Будь бы момент менее печальным, я бы даже обрадовался ревности с ее стороны, но сейчас... Разозлился на вдову, которая, казалось, искренне не понимала, что натворила.

В бешенстве убрал руки бывшей любовницы со своей шеи и громко ее отчитал:

– Мелисса, не тебе указывать мне по поводу опасностей! Не забывайся, я глава клана. Последнее, что я хочу слышать от любой женщины на этих землях, это предостережение и советы по поводу моих действий!

Лицо Летты на миг просветлело, а вот ужаленная спутница, наоборот, нахмурилась, исподлобья посматривая на оборотницу. Позже еще раз переговорю с Мелиссой и дам ей окончательно понять, что отношения между нами невозможны. В этом не виновата моя жена. Вдова еще задолго до моего участия в турнире успела наскучить.

– Идем, – я кивнул супруге и схватил ее за кисть, потянув за собой. – Сама сказала, что отличишь растение. Времени у нас мало.

Девушка испуганно распахнула глаза, но дала себя увести. Зная, что одним молчанием после выходки любовницы я не отделаюсь, все же у лисицы все на лице написано, я пользовался возможностью и провожал оборотницу подальше от толпы, чтобы Летта набросилась на меня с упреками не при большом скоплении народа. У нас хорошие люди, добрые, но Многоликая, как бы я ни пытался остановить это явление, очень любят посплетничать и обсудить мои похождения.

Мы шли по тропинке, приближаясь к лесу. Взглядом я дал понять охраняющим стражникам, чтобы все покинули пост, пока я не зайду в Чаролесье. Летта вдруг уперлась ногами и вырвалась из захвата.

– Я не сундук, чтобы меня тащили! – она злобно выкрикнула и потерла покрасневшее запястье.

Мне стало совестно. В пылу эмоций не заметил, как сделал ей больно, хотя очень того не хотел.

– Конечно, нет, – согласился с ней. – Извини за руку, а еще прости за поведение Мелиссы. Я не мог ожидать, что она выкинет что-то подобное.

– Ничего, – супруга взмахнула волосами, но отвернулась, не пожелала смотреть на меня. Застыла, поджала губы и с ехидцей добавила, – Когда мне ждать появления еще какой-нибудь любовницы? Мало ли у тебя поклонниц.

Язва. Все-таки обиделась, хотя я объяснил ей, что не поощрял вдову. Нам бы перестать задевать друг друга, наладить отношения, но...

Летте не хватало смирения. Она и не поняла, с каким трудом я сдерживался, когда предлагал ей повременить с близостью. Что сам предложил ей подобное, чтобы она не скрывалась от меня, не боялась, а хотела быть со мной рядом. Лисица моих усилий не заметила, зато постоянно требовала внимания, которое я не мог дать в силу своих обязанностей. Пускай задумается о своем поведении. Женщина в моих руках должна быть податливой, мягкой, послушной, а не нестись напролом в желании доказать свою правоту.

– Хватит! – я решил, что не буду дальше объясняться. Одного извинения вполне достаточно. – Обращайся, или хочешь со мной спорить?

Летисия фыркнула, а я с трудом не закатил глаза. С ее характером будет странно, что я не придушу жену еще до окончания первого месяца.

Несколько мгновений, и передо мной уже стояла лисичка небольшого размера, виляя хвостом. На меня она не смотрела, пригнулась к земле и принюхивалась в поисках нужного ей цветка. Как будто знала, куда нужно идти.

Я не стал медлить и тоже превратился в медведя. Мир стал немного другим, более ярким, волшебным, а то, что мы находились вблизи зачарованной чащи, сильнее обостряло ощущения. Запахи сводили с ума, ветер менял их направление, заставляя сердце биться быстрее, лапы ступали на мягкий мох, а шерсть вздымалась от любого постороннего звука.

Я, как и оборотница, любил это место. Часто заглядывал сюда и любовался природой. Мне не было нужды охотиться, добывать еду. У нас богатый клан с домашней скотиной и плодородными землями. Но все же я возвращался. Так и набрел на девушку, пока она успокаивала лошадь. За это не уставал благодарить Многоликую.

Я не мешал Летте, просто приглядывал за ней и следил, чтобы чужаки не заходили на мою территорию. Пока мы в Чаролесье, могущественнее меня были только драконы. Никто не должен сунуться, почувствовав мой запах.

Ее зверь был силен. Интересно, она сама это понимает? Даже Драммонды приехали в дом Макензи, распознав в ней магию. А у них оборотней больше чем достаточно. Нет смысла ничего доказывать.

С такими возможностями у нее будут очень одаренные дети. У нас будут.

Мне было неважно, что кто-то может не унаследовать медвежий образ. Плевать. Но радовался, что, скорее всего, всем наследникам достанется возможность превращения.

В семье лисицы обращались только двое: старший наследник и она сама. Их родители поступили мудро, не взращивая в детях зависть к друг другу. Но я видел с какой тоской посматривают на нее братья. Они мечтали об ипостаси, представляли ее, но, казалось, искренне любили бедовую сестричку.

Задумавшись, я не заметил, как лисица проползла под стволом упавшего дерева. Ей хорошо, она маленькая и юркая, ловко пролезающая в любую щель. Я же так скоро реагировать не мог. Пришлось перелезать через бревно под заливистый лай рыжей бестии. Она распрыгалась вокруг меня на всех четырех лапах, всем своим видом показывая, как радуется свободе.

Вот только мне было неспокойно. Чтобы я не пообещал Летте, я ее не отпущу. Узнай она о моих планах, еще больше будет сторониться и избегать меня.

Неожиданно мы вышли в совершенно незнакомое мне место. Лесная поляна напоминала желтое море. Вместо волн, сплошным покровом росли яркие слепящего солнечного цвета растения.

В Чаролесье есть луг?

Я развернулся и заревел, подзывая лисицу. Надо уходить. В лесу может быть опасно, особенно если никогда не бывал здесь ранее. Но не успел я сделать несколько шагов на широких могучих лапах, как за нами сомкнулись деревья, образуя непреодолимую стену, глухую, через которую я точно не проберусь. Настала тишина. Один ветер теребил лепестки.

Летисия увидела, что происходит, и взволнованно обернулась в человека.

– Почему ты так напряжен? – спросила моего медведя.

Для того чтобы ей ответить, мне тоже пришлось возвращаться в родную ипостась.

– Я здесь не был. И понятия не имею, где мы находимся. Многоликая завела нас в непонятное место. Еще не известно, сможем ли мы выбраться. – я спокойно пояснял, стараясь не вызвать панику у девушки.

Врать не хотелось. Она будет надеяться на что-то, на мои силы, а я не знаю, смогу ли разобраться в загадке. С чего духи леса увели нас настолько далеко?

Но Летта нисколько не испугалась. Наоборот, расплылась в лучезарной улыбке, хмыкнула и подошла к кромке, где начинали расти цветы.

– Ты не понял? – жена рассмеялась. – Атенаис говорила, что ведьмы радуются, когда находят их.

Она опустилась вниз и провела ладонью по тонким стеблям. Сорвала растение и прижала к носу, вдыхая аромат.

– Ты хочешь сказать, что это ястребинка? – скептически уставился на нее.

По мне они пахли и выглядели так же, как и обычные, всем известные одуванчики.

– Да. Я их запах почувствовала, едва мы вошли в Чаролесье. Меня сюда привели.

– Кто?

– Духи, – хихикнула супруга. – Не будь таким недоверчивым. Меня здесь любят.

И будто соглашаясь с ее словами, чаща зашумела. Раздались переливы птиц, зажужжали насекомые, летающие над полем, а возведенная стена стала расступаться. Я не удивился. Пока бродишь в лесу, замечаешь магию. Занятно только, с чего бы волшебным силам приглянулась моя жена? Она же не обращала никакого внимания ни на меня, ни на обстановку. Кинулась собирать желтые головки в подол платья, аккуратно срезая их и не трогая корней.

Я опять обернулся и вдохнул свежего воздуха. Постарался запомнить ориентиры, чтобы вернуться сюда позже. Если это настолько редкий цветок, стоит знать, где он прорастает.

– Я готова, – Летта поднялась и рывком оторвала ткань с нижней юбки.

А потом подошла и привязала травы к лапе, так, чтобы они не вывалились. Ее пальцы ловко завязывали узелки и приятно теребили шерсть. Медведь млел от удовольствия и легких касаний. Еще немного и заурчит словно домашняя кошка. Ипостась считала, что я выбрал себе хорошую пару. Я с ним соглашался. Меня приятно удивили ее отзывчивость и желание помочь незнакомым людям.

Она тоже обратилась, стала рыжей лающей лисичкой. Принюхалась и скользнула в проем между ветвями. Теперь я стал внимательнее присматриваться к ее пути. Не мешать, не заставлять следовать за собой. Летта мягко ступала и иногда оборачивалась на меня, будто боялась, что я отстану или потеряюсь.

Богиня, как так получилось, что несмышленая девица печется о моей безопасности?

К ней следовало присмотреться. Не секрет, что Чаролесье охраняла сама Многоликая. Если она так благоволит леди Синклер, может, ей что-то от нее нужно? С одной стороны, это хорошо, но боги не дают простых заданий.

Вскоре мы оказались в знакомой местности. Сердце успокоилось, зная, что здесь я сберегу супругу, что мы смогли вернуться, и что она больше не находится в опасности. Летисия тоже узнала уголки чащи, шерсть ее немного вздыбилась, потому что девушка не хотела покидать лес.

Еще при первом знакомстве я понял, что будь ее воля, она бы забылась в животной ипостаси, перестала бы думать как человек и сбежала бы в самый центр Андмарры, в святилище отсутствующей Хозяйки Чаролесья, и осталась бы жить здесь.

Ее сдерживала семья, но она сильно расстроилась из-за внезапного замужества. Желание вновь разгорелось, а ее отец совсем не понимал мыслей дочери. Хотя он чувствовал... Старый пройдоха точно чувствовал влечение Летты к этому месту. Оттого так и торопил со свадьбой. Боялся, что кровинушка забудется и покинет клан, ведомая зовом волшебных духов.

Хорошо, что я успел к началу турнира. Меня словно подталкивали к поездке на земли Макензи. Вначале я познакомился с ней и был восхищен храбростью девицы, потом помог избежать незавидной участи заложника и любовницы врага, а вслед всем событиям, ко мне прискакал Крейг и нагло заявил, что подходящую невесту хотят сосватать за недостойного жителя равнин. Пришлось действовать очень быстро и решительно.

Она еще не знает, чего избежала. Киркпатрики – спокойный клан, мирный, но мать Лахлана чересчур властная дама, забившая бы молодую невестку упреками. Она с виду тихая и незаметная, но внутри нее сидит настоящая змея. Драммонды же, ввиду слабости лаэрда, разделились. Часть из них слушалась молодого наследника Эвана, а вторая прислушивалась к жестокому Нортону, о котором я знал не понаслышке. Довелось воевать бок о бок за свободу Андмарры.

Он с обидой не смирился. Я видел в его пьяном взгляде и вызов, и желание обладать непокорной Летисией.

Мы вышли из леса. Летта, не дожидаясь меня, вернула себе человеческий облик, и тут же бросилась развязывать повязку. Я не знал, что она подбежит, надеялся, что подождет обращения и только потом поторопит в дом ведьмы клана. Из-за этого случилась неловкая ситуация.

Она уже отвязывала лихо сплетенные узелки, пока я превращался из медведя в мужчину. Из-за колдовства, потеряв равновесие, девушка упала в мои руки. Я удержал, привык ко всяко рода неожиданностям. Да и обнять Летту было приятно. Сжал что есть мочи, провел носом от края плеча до основания шеи, зарылся в волосы и утонул.

– Прости, – она густо покраснела, чуть застыла, но все-таки сняла с меня проклятую ткань. – Нам пора.

– У нас еще есть время, – вдохнул ее запах, замерев от удовольствия.

– Нет, – она отчего-то попятилась, попыталась вырваться из рук. – Атенаис нас ждет. Там же раненые.

Пришлось ее отпустить. Она была права, да и сердце радовалось, что супруга настолько переживает за людей, вверенных ей.

Она почти поскакала к заветной избушке, а я медленно брел возле нее, смирившись с непосредственностью девушки. Слишком молодая и отчаянная, совсем не подходит на роль хозяйки клана. Леди должны быть неторопливыми, гордыми и хозяйственными. Ничем подобным Летта не отличалась.

Кто-то уже оповестил часть людей о нашем возвращении. Люди подходили поближе, возвращались к дому ведьмы в надежде, что мы нашли редкое противоядие.

Где-то в толпе я заметил мрачную Мелиссу, которая шепталась со своими подругами. Она демонстративно отвела взгляд, не стала приветствовать спасителей. Либо ревновала, либо злилась за мои слова. Но я не забыл ее наглого поведения, урок был ей полезен. Вдовушка вдруг почувствовала себя моей женой. До появления Летты я не обращал никакого внимания, на то, как она важничает с другими, но теперь ей стоило осторожничать. Между Мелиссой и Летисией огромная разница, и она, как никто, должна это понимать.

Атенаис и говорить ничего не стала, схватила растения и унеслась прочь варить зелье. Я хотел было остановить супругу, но она попросила в помощь колдунье и с вызовом посмотрела на меня. До сих пор обижалась за объятия бывшей любовницы.

Я не стал удерживать, не запрещать же ей проявлять сочувствие соклановцам? По дороге к замку меня перехватили Крейг и еще один воин по имени Блейер. Тот обучал молодых мужчин искусству владения оружием на ристалище.

Он начал говорить первым.

– Разведчики ничего не нашли. То ли Мэйферы оказались умнее нас, то ли скрылись в Чаролесье.

– С ними была ведьма? – удивился я.

Мало кто из рыцарей решался войти в лес самостоятельно, а насколько я знал, вражеский клан не мог похвастаться большим количеством оборотней.

– Нет, – замотал головой военачальник. – Раненые сказали, что они были одни.

– Странно, – я выдохнул и задумался над тем, какие шаги предпринять дальше.

Отправиться войной на соседний клан? Не хотелось бы. Король не погладит нас за это по голове. Он всячески старался сохранить мир в стране, несмотря на то, что большинство жителей гор всячески провоцировали междоусобные конфликты. Что взять с горделивых, тщеславных мужчин, выросших на спине лошади и родившихся сразу с мечами в руках?

– В чаще видели Драммондов, – Крейг тоже принес новости. – Совсем близко от нас. Зачем он мог прийти сюда?

И новый вопрос, оставшийся без ответа. Что-то подсказывало, что волки забредали сюда по велению Нортона, или он сам приходил. С Мердоком и Эваном мне делить нечего, не считая выигранного турнира. Но, казалось, что наследник лаэрда смирился с проигрышем, и ссор между нашими землями не желал. А вот племянник... Тот во всеуслышание заявил о подлости и хитрости с моей стороны. Хотел себе в невесты лисичку, прямо привязался к ней. Для чего?

– Пока не знаю, – повернулся к другу. – Удвой охрану на границах и перед выходом из леса.

Почти уверен, что дело в Летте, но пугать ее не буду. Она ко мне не привыкла, сторонится и бежит при любой удачной возможности.

В заботах двинулся вперед, раздав приказы, но меня опять остановил Крейг.

– Я не стал тебе говорить при всех, – он почти шепотом растягивал слова. – Но Драммонда видели вместе с горным львом, а сам понимаешь, что это может значить... – побратим понизил голос.

Знал, еще как знал. В Андмарее был один клан, не желавший мириться с властью Кинкейда. Наоборот, они предпочитали монарха соседнего государства, не раз пытавшегося завоевать нашу страну.

В стародавние времена так и было. Наш обширный остров был объединен, но между жителями нарастали недовольства. Андмаррцы сильно отличались по характеру и поведению. Мы воинственные люди, холодный северный ветер оставил свой отпечаток на предках и потомках. Потом кто-то из верхушки власти, родственник древнего короля победил в великой битве и отделил страны. Сейчас же нынешний монарх плетет интриги, присылает своих шпионов и всячески пытается вернуть обратно неспокойные земли.

Львов же, уже при нашем Его Величестве Эделине, объявили преступниками, предателями, выгнали с позором, но кто-то да возвращался в роли наемника. То, что один из них сговорился с волками, ничего хорошего не предвещало.

Крейг, не замечая моей задумчивости, продолжал.

– А еще, это случилось во время прогулки Летты с Атенаис. Ты же сам велел незаметно присматривать за ней. Так что она тоже это видела.

Хотя я старался не выказывать эмоций, но друг понял, что я разозлился, по сжатым рукам, по выражению на лице, по жилке, забившейся на лбу. Мои люди слишком долго молчали о случившемся, а жена за время, проведенное в Чаролесье, тоже не обмолвилась о важном открытии.

– Точно? – прищурил взгляд. – Приведи того, кто доложил об этом. Я хочу с ним поговорить.

– Как скажешь, лаэрд, – кивнул оборотень и остался стоять в ожидании следующих поручений.

– И с Летты глаз не спускайте, – напомнил ему.

А сам подумал, хмурясь и теребя полы рубашки, что ей сильно не поздоровится. Кому-кому, а ей точно нельзя держать секреты от мужа.