Текст книги "История одной встречи (СИ)"

Автор книги: Стейси Амор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 22 страниц)

Глава 19

Летта

Как и обещал, Логан отправил весть в мой родной клан. И не только в него. Посыльный сначала доберется до Синклеров, а потом уж пересечет земли Макензи. Но лаэрд искренне переживал за мое состояние.

– Я не отдам тебя Джеймсу, пока не приедет твой отец, Летисия, – рассуждал глава Киркпатриков. – При Родерике Синклер не будет заводить скандал.

– Надеюсь, – бурчала себе под нос, совершенно не соглашаясь.

Но разве я вправе просить больше?

Они приняли меня, выходили, дали кров и еду. Почему Логан и Лахлан должны рисковать жизнями своих людей ради прибившейся к ним лисицы?

В клане мне было хорошо. Я с удовольствием общалась с наследником, его супругой и иногда с завистью смотрела на полневшую день ото дня Кенну. Она объявила, что вскоре в мир придет ребенок, и лаэрд станет дедом. Если он до этого не прикипел к ведьме, то после полученной новости, все его сомнения рассеялись словно прах.

У Кирпатриков не было своих оборотней, те, кто умел перевоплощаться, когда-то ушли из своих земель и нанялись наемниками в услужение к главе.

Но эти воины были нелюдимыми, угрюмыми. А я реагировала на все вопросы приветливо и дружелюбно. Все местные дети за неполные четыре дня прониклись ко мне симпатией и следовали за мной по пятам. Постоянно расспрашивали об ипостаси и просили ее показать. А уж если вместо меня появлялась рыжая хозяйка леса... Восторгу их не было предела.

В Чаролесье я больше не ходила, подозревала, что где-то там меня поджидает опасность. Но и в душе нарастало тревожное щемящее чувство. Это не было связано с супругом, скорее с общей обстановкой.

Мужчины явно готовились к войне, строили укрепления, тренировались, но я видела, что усилия их были тщетными.

Драммонды – воинственный клан, а Кирпатрики – земледельцы. Они никогда не достигнут того же уровня владения мечом, как мой муж или братья. Нет, волки сметут их жестокой волной, не оставят в покое.

Как бы я ни хотела отдалить миг встречи с Синклером, все же отчаянно молилась Многоликой, чтобы тот поспешил. Но не для меня. Я больше ничего не боялась. Надеялась, что он выслушает Логана и защитит несчастных людей от напасти.

На пятый день моего пребывания на рассвете затрезвонил колокол в храме. Меня поселили в высокой башне, и из окна я смогла увидеть, как границу с волшебным лесом пересекает несколько десятков разбойников.

Кто-то из них обратился в зверя, а кто-то был в человеческом обличье. Как и предполагала, они с легкостью рушили возведенные барьеры, махали мечами и отбивались от Кирпатриков.

Позади, не участвуя в схватке, стоял Нортон. Я не могла разглядеть его лица, но уверилась, что он не сомневается в исходе.

Богиня, а я ничем не могу помочь.

Этот мерзавец не остановится, пока не получит желаемое. И нужна ему не я одна. Ему нужен выход к соседней стране, а самая широкая граница лежит на территории этого клана.

Джеймс вряд ли успеет, в лучшем случае гонец сегодня достигнет его земель. Хотя... Один довод у меня был.

Зачарованная чаща не пропустит злоумышленников без моего согласия. Они не смогут забрать меня против воли, потому что я упрошу духов о защите. Он может в это не верить, но мои слова подтвердят и Кенна, и тот волк, что напал на колдунью.

В одной сорочке, накинув плащ, побежала вниз. В замке наступил хаос. Люди прятались кто куда, забираясь в самые немыслимые щели.

Я обратилась и прошмыгнула на улицу, пригибаясь к земле. Под звук лязгающего оружия, путаясь в ногах у мужчин, ползла в сторону Нортона. Он меня не замечал. С пришедшими холодами трава теряла свои краски. Да, на равнинных землях теплее, чем в горах, но природа неизменно выцветала. Я слилась с ней, растворилась, пока не достигла места назначения.

– Кого я вижу, – присвистнул Драммонд, опускаясь на колени. – Значит, мой дозорный не соврал, и его действительно подрала лиса?

Чтобы ответить, пришлось вновь взывать к магии. Так и предстала перед ним, с растрепанными волосами, неодетая и дрожащая от ярости.

– Не соврал, – опустила голову, потому что Нортон оказался у моих ног. – И у меня есть предложение.

– Это какое же, Летисия? – мерзавец неспешно поднимался, жуя травинку. – Я уже побеждаю, а ты здесь. Что мне мешает тебя забрать?

– Чаролесье, – гневно выдохнула. – Наверняка тебе известно, что лес благоволит мне. Какие слухи об этом только не ходили. Ты и сам знаешь, что это правда. Он не даст тебе пройти, пока я буду противиться.

Драммонд вспоминал все, что успели рассказать его люди, прикидывал, лгу я или нет. Но, прогуливаясь по землям Макензи во время турнира, он точно слышал несколько сильно приукрашенных историй.

– И что ты хочешь? – отрывисто произнес, явно приняв нужное мне решение.

Я оглянулась на замок. Оттуда доносились женские вопли и крики детей. Перед ним развели костер, подожгли амбары и несколько домов. Учинили настоящую разруху.

– Оставь этих людей, – видела его колебания, что он во-вот возразит, но храбро продолжила. – Оставь на неделю. Они подготовятся лучше и смогут дать отпор. За это я пойду добровольно.

– И будешь слушаться во всем меня, – настаивал предводитель бандитов.

Но об этом не могло быть и речи. Мало ли что он попросит?

– Нет, Нортон, – я с силой сжала ладони. – Я пойду за тобой, куда скажешь, и не сделаю попыток к бегству. Тебе известно, как Макензи чтут свои обещания. Но большего не проси. Я не буду кроткой и бессловесной пленницей. Ты успеешь намучаться со мной.

– Люблю строптивых, – неожиданно проговорил Драммонд и подхватил меня на руки. – Правда придется сначала убить твоего мужа.

Он развернулся и во весь голос отдал приказ, чтобы его люди сворачивались. Волки, не понимая, что происходит, отбрасывали мужчин, пинали верещащих женщин и стройным шагом покидали деревню Кирпатриков.

Я не дергалась, хотя прикосновения Нортона мне были неприятны. Молилась про себя, чтобы изверг исполнил обещание.

Попрощаться с Логаном, Лахланом и Кенной не успела, но подозревала, что все трое догадаются, какой ценой им вышло временное перемирие с нападавшими.

В Чаролесье мужчина скинул меня на землю и приказал обратиться. Послушно все исполнила и последовала за стаей вглубь, в те места, где еще не бывала.

Отчего-то знала, что глава разбойников действует по своей указке. Не Мердок призвал его к беспорядкам, старый лаэрд хоть и был любителем набегов, но до предательства Андмарры не опускался. Теперь я уповала на своего отца и супруга. Наверняка Макензи и Синклеры не снесут нанесенного оскорбления. Лишь бы они успели, прежде чем мерзавец вновь наставит оружие против беззащитных людей.

За себя не волновалась, хотя стоило. И в ипостаси волка Нортон бросал на меня жадные взгляды, но все-таки мужчину останавливали духи волшебного леса. А ведь эльфы злились. Едва мы зашли в чащу, стало мрачно и тоскливо, погода испортилась, и вокруг нас бесновался сильный ветер. На это я повлиять никак не могла, но мысленно упрашивала чащу быть к нам чуточку благосклоннее.

Как успела понять, отступникам идти некуда. Либо они захватят Кирпатриков, либо встретят свою смерть на территории волшебного места. Завоевывать соседние кланы они не стремились. Даже в последней схватке потеряли несколько воинов, а их, предателей и бандитов, было немного, меньше одной сотни. Сможет ли она противостоять тысячам воинов Синклеров?

Наконец, длинная вереница животных остановилась. Я понятия не имела, где нахожусь, но каким-то внутренним чувством ощущала, что мы у самого сердца Многоликой. В свою светлицу она никого не вывела, но дала кров безжалостным убийцам.

– Свяжите ее и охраняйте! – выговорил Нортон, вернув человеческий облик.

Мы остались на поляне с выстроенными шатрами, наскоро сколоченными и накрытыми звериными шкурами. Меня втолкнули в один из них, дождались, когда я предстану девушкой, и привязали к бревну, возведенному в центре.

Это даже лучше, чем я могла представить. Силы были на исходе. Два обращения, долгий путь и волнения сказывались на моем состоянии. Радует, что волк хоть немного позаботился о том, чтобы я не мокла под назревающим ливнем.

Оглянувшись по сторонам, осознала, что это место ночевки самого Нортона. Он явно сюда вернется и заведет со мной разговор. Постарается убедить в правильности его решений. Почему-то, сама удивлялась, в победе Джеймса над ним не сомневалась. Но меня пугало, что он настолько спокоен. Видимо, и у него есть какой-то козырь в рукаве. Я не упоминала про приближение полчищ родного клана, но Драммонд не дурак, явно догадывается, что муж попробует вернуть себе строптивую лисицу.

Пока никого не было, попробовала отдохнуть, откинувшись на столб. Мне было зябко, но и жаловаться некому. Сон пришел сам собой.

***

Я проходила мимо поляны с раскинутым лагерем, но меня никто не замечал. Воины выполняли задания, обедали, делились впечатлениями от скорой битвы. Шептались, что их предводитель сдал и слушается какой-то юной девчонки. Я не приближалась, шла все дальше и дальше, пока не достигла знакомого места. Опять меня мучили видения о встрече с Многоликой. Женщина воспарила в воздухе и тянула ко мне руки. Она застыла около огромного камня с письменами, а пространство вокруг исчезло, оставляя меня наедине с богиней.

– Летти, ты можешь только попросить...

– О чем? – спрашивала ее.

Сама знала, что это обман разума, но оно было очень явным.

– О свободе, – усмехнулась девушка, а потом ее лицо исказила гримаса. Она превратилась в пожилую ведьму, чем-то похожую на Атенаис, одетую в бесформенный балахон, с посохом в руке и с немытой головой. – Сможешь убежать, вернуться к супругу.

– И ты так просто меня отпустишь? – явно подозревала подвох.

Боги часто наделяют нас испытаниями. Теми, с которыми мы можем справиться. И мне повезло оказаться в числе избранных.

– Жертвы, естественно, будут, – грустно улыбалась колдунья. – Киркпатрики падут, Андмарру захлестнут кровавые сражения, из-за чего множество жителей погибнет. Хозяйка леса долго не отыщет путь домой.

– А мне есть за что бороться? – прикусила нижнюю губу.

Я любила родные края, не желала, чтобы захватчики покорили наши земли, но не видела смысла ни в чем, если меня предали. Да, я малодушничала, и сама за это себя презирала, но по-другому не могла.

– Всегда есть за что бороться, дитя мое, – объясняла Многоликая, не давая прямого ответа. – Разве ребенок спешит обрадовать мать ради похвалы? Или благородные рыцари защищают земли только ради славы?

Я прониклась ее словами.

– Тогда подожди, – попросила ее. – Защити Кирпатриков от нападения.

Богиня опустилась вниз, ступая босыми ногами по зеленому мху.

– Я предлагаю один раз, Летти. Если ты откажешься, придется вытерпеть немало боли из-за неродного клана.

Но я уже знала, что отвечу. Сделать больнее, чем Джеймс, мне уже никто не мог. Я сама проделала долгий путь, просто услышав наскоро произнесенное предположение Атенаис. Разве могу я бросить Кенну в беде? Девушка уже носит в себе надежду клана. Нет, если богиня справедлива, то в своей милости Киркпатриков не оставит.

– Я останусь, – оглянулась, издалека увидев огоньки разведенных костров. – Но и мою просьбу выполни.

– Посмотрим, – не стала обещать Многоликая.

Меня будто бы завертело в водовороте событий. Рядом я слышала грубые голоса Драммондов, но их перекрикивали песни нестройного хора объединившихся Макензи и Синклеров.

***

Очнулась внезапно, из-за выплеснутой воды на мое лицо.

– Поговорим? – уставился на меня Нортон, – Летисия, дочь Родерика.

Я с тоской посмотрела на него. Мало того что племянник Драммондов подставил свой клан, он еще и сам, добровольно предавал страну, где родился и жил.

– О чем? – встряхнулась, сгоняя капли с лица.

Они стекали мне по подбородку и падали в белую драную сорочку, чем вызывали повышенной внимание мужчины.

– Я хочу подружиться с тобой, лисичка, – он встал, обошел вокруг и принялся развязывать веревки. – Мне известно, что ты не горела желанием выходить замуж, не выбирала супруга, но так вышло, что тебя увез этот проходимец.

Потерев запястья, пытаясь убрать ощущения грубого волокна, с усмешкой воззрилась на воина.

– А кто ты тогда? – не могла скрыть сарказма в голосе, но больше закутываясь в плащ. – Считаешь, будто я обрадуюсь союзу с тобой?

– Не дерзи, – он чуть толкнул меня, положив на спину тяжелый сапог.

От его движений затекшее тело распласталось на траве. С трудом, но я встала, запомнив, что не надо лишний раз доводить волка до гнева.

– Я очень жалею, что когда-то пытался загнать тебя, – он склонил голову, выглядя, и вправду, виноватым. – Сложись все иначе, ты бы меня не сторонилась. Но тогда я только-только получил щедрое предложение от соседей.

– То есть, – с придыханием отвечала я, – молва не лжет, ты действительно хочешь, чтобы нас завоевали?

– Посмотри вокруг, – Нортон шагал возле бревна, удерживающего верхушку шатра. – Мы слабы. Большую часть страны занимает проклятый лес, магов не осталось, а ведьмы вырождаются. Еще немного, и никто не зайдет в Чаролесье. Чаща обрастет, выползет на свободные поля и равнины, а люди уйдут туда, где смогут засеивать поля. Много ли оборотней было в твоем родном клане?

Мужчина с укоризной поглядел на меня.

В чем-то я понимала суть его претензий, но так как мне довелось общаться с духами леса, потому что меня посещали видения, я склонялась к иной точке зрения. Когда-то об этом вещал и отец. Он сетовал, жаловался, что все складывалось в подобном ключе. Что мы не ценили свое наследие, что распри между кланами привели к нищенскому сосуществованию. Соседняя страна славилась своими магами. У них не было проблем с волшебством, но они и не предавали своих богов. А мы, андмаррцы, очень давно потеряли связующую нить с зачарованной чащей.

– Ты надеешься, что он сделает тебя наместником, – догадалась о его плане, – но тебе нужны наследники.

Племянник Драммонда присвистнул от удовольствия.

– Я люблю умных женщин, Летисия, – он хрустел костяшками пальцев. – Возможно, я бы и не обернулся на ваш клан, но, – он пожал плечами, – к сожалению, истинных оборотниц почти не осталось. Не хочу ложиться в постель с супругой и закрывать глаза от ее вида.

Логан Киркпатрик успел поведать, что молодых наследниц с ипостасями в Андмарре нет. Точнее, нет подходящих по возрасту. Либо это совсем девочки, едва достигшие своего десятилетия, ходивщие с куклами и верящие в сказки, либо умудренные жизнью женщины, не обретшие супруга в силу характера или скудного приданого. Это одна из причин, по которой Родерик мечтал быстрее сбыть меня с рук, знал, что может начаться настоящая бойня за мою руку.

– Я замужем, – напомнила ему и показала обручальное кольцо, заблестевшее от огня в очаге. – Брак консумирован, вполне возможно, что я ношу ребенка.

– Меня это не остановит, – расплылся в улыбке мерзавец. – Знаю, что Синклер рыскает недалеко, чувствую его запах. И оттого мне приятнее, когда убью любопытного лаэрда.

– А если я ношу ребенка? – подалась вперед, но отчего-то знала, что это не так.

Многоликая благоволила мне, предупредила от трудностях, спросила, готова ли я к ним. Вряд ли бы она позволила действовать, будь я беременна от любимого.

– В твоих интересах, чтобы подобного не было, – хищно сообщил Драммонд, чем ввел меня в ступор. – Мало ли младенцев гибнет при рождении.

О боги, сдаваясь в плен, я не понимала какому жестокому чудовищу даю клятву. Неужели он не пожалеет жизнь неродившегося? Хотя... чему я удивляюсь. Его люди напали на равнинный клан, неспособный дать равнозначный отпор. А ведь там проживали женщины, совсем крошечные дети и беременная Кенна, которая, к моему успокоению, успела спрятаться где-то в кладовых.

– То есть, – подытоживала я, – тебе нужна жена со способностью перевоплощаться, которая подарит наследников, чтобы тебя признали?

– Ты очень проницательна, – обрадовался волк.

– А что сейчас будет со мной? – задала вопрос, пятясь от него подальше.

Мысленно я взывала к эльфам и просила о защите. Мои молитвы явно были услышаны. Очаг, освещавший пространство, погас из-за поднятого ветра, на стволе выступил мох, а из земли потянулись корни.

– Из уважения, – сглотнул Драммонд, явно напуганный внезапной волшебной охраной, – я тебя не трону. Но и ты дашь мне клятву.

– Какую? – подалась чуть вперед, радуясь, что оборотень испугался.

Нет, с ним бы ничего не случилось, я же добровольно последовала за волками, но все равно, поддержка от Чаролесья меня ободряла.

– Тебе никто не причинит вреда, пока я здесь, – обозначил воин, – но если твой супруг погибнет, ты смиришься со своей участью. Не будешь спорить, не будешь просить милости и выйдешь за меня замуж.

– Что? – не поверила своим ушам. – Ты веришь, что победишь моего супруга в честном бою?

От неожиданности громко расхохоталась. Надо совсем не смыслить в боевом искусстве, чтобы полагать, что у него есть шансы победить Синклера.

Мне казалось, что Нортон не настолько наивен.

– А кто говорил о честном бое? – волк сощурил глаза. – Впрочем, это не твои заботы. Мне просто нужно твое обещание.

Будучи полностью уверенной в силах медведя, я могла бы согласиться, но...

Даже сейчас я бы не предала мужа. Я не смогу перед ликом богини произнести заветные слова на алтаре, не смогу лечь с мерзавцем рядом, не смогу делать вид, что Драммонд хоть немного нравится мне. Я и представлять этого не желала, а обещать тем более.

– Нет, – я покрутила головой и грустно вздохнула. – Никогда. И силой ты не выбьешь моего согласия.

Ответ леди Синклер мужчине не понравился. Он часто задышал, явно злясь от происходящего, нахмурился, а потом подался вперед.

– Значит, силой, лисичка? – его лицо осунулось, приобретая серый цвет. – Этого ты хочешь?

Испугавшись, я попятилась, но далеко бы убежать не смогла. Я была пленницей, а он в эти мгновения хозяином положения.

– Чего ты хочешь добиться? – прошептала еле слышно, когда Нортон подхватил меня, срывая теплый плащ и оставляя в одной ночной сорочке.

Многоликая, как же я успела пожалеть, что перед своим импульсивным решением сдаться не переоделась во что-то более существенное.

– Ты сказала силой, – он крепко стиснул кисть руки и дернул на себя.

Словно тряпичная кукла, следовала за ним наружу, из шатра, ощущая, как холодный накрапывающий дождь падает на макушку. Погода испортилась, на улице стало свежо, а мне, практически голой, было тяжело смиряться с любопытными взглядами его прислужников. Ткань так и липла к фигуре, давая отдыхающим воинам простор для фантазии.

Каждый из них видел, как Драммонд тащит меня за ладонь вглубь лагеря. Кто-то смеялся, кто-то провожал жадными глазами. Стараясь не замечать общего внимания стаи, просила духов благословить меня и придать храбрости.

Нортон, уверовав в собственное превосходство надо мной, привязал мои руки к столбу, вколоченному посреди поляны.

– Ты не передумала, Летисия? – вкрадчиво спросил меня, кивком указывая на хлыст в его ладонях.

Пришло осознание, что конкретно он задумал. Посчитал, что я испугаюсь будущей боли. Наверное, сон был вещим. Богиня предупредила, что мои слова и действия принесут мне много страданий, но могла ли я поступить иначе?

Видимо, матушка и отец хорошо воспитали свою дочь. Я верила в правдивость своих слов и собственную непоколебимость, а то, что Многоликая ночью пыталась отговорить меня, придало еще больше сил. В жизни не покорюсь тирану, смерть куда лучше.

– Нет, – как-то бесчувственно ответила на его выпад.

Люди, стоящие рядом, напряглись. Какими бы предателями они ни были, не могли смириться с тем беззаконием, что надумал племянник Драммонда. Каждый из них жалел несчастную женщину, но и выступать против не спешили.

– Значит, сейчас передумаешь, – отошел подальше Нортон и замахнулся.

За спиной раздался летящий свист бычьей кожи, а через секунду мою спину полоснул ожог, напоминая укус шмеля в летние месяцы, но увеличенный стократно. Я стиснула зубы, но все равно выдохнула слабый стон.

– Покоришься? – рычал предводитель бандитов, сбрасывая ножны и поигрывая мускулами.

Прижимаясь к бревну, продолжала мотать головой. Кора царапала пальцы, но отвлекала от основного действия.

Второй, третий удар. А я все не кричала, подавляя ужас в груди. Даже если бы хотела послушаться, то теперь ничего не имело смысла. Разве Нортон не воспользуется этим орудием и дальше, когда мы будем женаты? Разве я глупая, чтобы добровольно идти к нему в рабство?

Четвертый удар. Пятый.

И пришло невероятное облегчение. Нет, волк не перестал с остервенением бить меня. Наоборот, он только вошел во вкус, невзирая на взгляды его приспешников. Кто-то бросился, чтобы остановить Драммонда, но он только отмахнулся.

Это Чаролесье сжалилось над своей любимицей. В лесу что-то переменилось, незаметное для обывателей, но атмосфера стала явно чище. Капли перестали падать, можно было увидеть, что происходит за ветками, заметить, как яркие огоньки перескакивают с ветки на ветку. Боль я больше не ощущала, вместо нее пришла усталость, из-за которой я едва держала голову прямо.

– Еще раз спрашиваю, – неистовствовал Нортон. – Ты покоришься?

У меня не оставалось сил, но я, как и до этого, произносила доходчивое «нет», вгоняя главу бандитов в краску. Ему противостоит девчонка. Кто стерпит подобное оскорбление?

Еще немного, и он бы наверняка добил меня. Со спины сочилась кровь, стекавшая на мокрую землю, а одежда превратилась в грязную алую тряпку.

Ничего не получив, волк отбросил подальше хлыст и ушел в неизвестном направлении, успев приказать воинам, чтобы меня освободили и отнесли в кровать. Гневился, бесился, что я не поддалась, но испугался, что перед всеми испущу свой гордый дух. Кто-то из его оборотней заботливо накинул плащ на мои плечи, закрывая фигуру от чужого внимания. Я постаралась запомнить его лицо, отчаянно веря, что очень скоро стая пожалеет о содеянном.

***

Не ведаю, сколько я провалялась, брошенная на матрас, набитый соломой в шатре Нортона. Как тот и пообещал, он ко мне не приблизился, но я больше уверовала, что его сгрызло чувство вины.

Одно дело издеваться над теми, кого ты больше никогда не увидишь, совершенно другое измываться над женщиной, которую ты желаешь в свои супруги.

Впрочем, для меня-то не было сильной разницы. Племянник Драммонда был подонком, и даже часть его людей с этим соглашалась. Будь все по-другому, то воины могли подвергнуть меня еще большему позору, но нет... кто-то да сжалился.

Очнувшись, я долго привыкала к ноющей боли на спине. Знала, что эти следы останутся со мной надолго. Поступил бы так со мной Джеймс, если бы я провинилась? Сильно сомневаюсь. Скорее, лаэрд Синклеров отправил бы непокорную супругу отцу. Может, я тоже в чем-то ошибалась.

Воспоминания о муже придали немножечко сил. Нет, я не простила его окончательно, даже невзирая на характер новоявленного претендента в женихи, но в любом случае тот был лучшим руководителем и главой клана.

– Здесь вещи и вода, – услышала знакомый хмурый голос.

Это явно был предводитель местных бандитов. Он положил возле меня рубашку и мужские штаны.

Возмущаться одеянию не стала. Плевать на впечатление, которое могла бы создавать среди его приспешников. Уже радовало, что вчера от меня никто не услышал даже легкого повизгивания. Если нет цветов клана Драммондов, я переоденусь, но носить оттенки предателей не буду. До сих пор не могу поверить, как Мердок допустил настолько буйное беззаконие. У него же есть сын, пусть и не самый воинственный, но обученный, чтобы противостоять преступникам.

Привстав, не стеснясь, скинула окровавленную сорочку. Я не знала, что творится за моей спиной и проверять не хотела. Смотреть в глаза своему истязателю, отвечать на его вопросы было выше моего разумения.

К счастью, мерзавец покинул шатер, едва дождался моего пробуждения. С трудом я промыла раны, оделась в чистое и пошатываясь, вышла на свежий воздух. Меня никто не удерживал на месте, да и бежать было некуда. Вряд ли я смогу скрыться, если меня будет преследовать стая волков.

Что-то в них изменилось. Пока я шла к костру, сохраняя чувство равновесия и прикусывая губы из-за боли, меня провожали взглядами рабочие. Они ничего не говорили, но в их глазах читалось уважение.

– Ты не передумала? – первый, кто обратился ко мне, был сам Нортон.

Он сидел во главе кострища и недовольно посматривал на меня. В чем-то я его понимала. Его людям было трудно.

Чаролесье после дождя не просохло, было таким же влажным и мрачным, а сквозь крону не пробивались лучики восставшего солнца. Обычно в чаще теплее, не снует промозглый ветер, заставляя съеживаться и утепляться, почти никогда не выпадает снег, но сегодня погода в лесу поменялась. И не из-за смены сезонов. Дураку было понятно, что волк обидел избранницу зачарованной чащи.

– Разве вчера я дала об этом знать? – горделиво выпятилась, надеясь, что конечности не подведут.

Духи леса, скорее всего, спасли меня от верной смерти. Я бы никогда в жизни не согласилась на его условия, но они в один момент забрали всю мою боль. Я еще не подозревала, чем обернется их благосклонность, но знала, что никогда не откажу в помощи.

Внезапно, совсем рядом мелькнула стрела, врезаясь в молодой ствол клена. Она пролетела мимо моих глаз и уперлась на расстоянии вытянутой руки. Я, не спеша, вытащила оружие и отметила темно-зеленое оперение.

– Готовься к войне, Нортон, – помахала ей, и показывая его приближенным, что за цвет нарисован на оперении. – Мой муж пришел за мной.

Волку повторять не требовалось. Он в панике забормотал про себя приказы, а потом обратился в приближенному.

– Выстави защиту, держи нападение.

– А что делать с ней? – рыцарь тыкнул пальцем в мою сторону.

– Убери подальше. – Прорычал племянник Мердока. – Нам надо продержаться меньше одного дня. Ближе к вечеру сюда нагрянут воины с соседней страны.

Наконец-то я поняла его план, и почему он так легко согласился уйти с земель Киркпатриков. Он ждал подмоги. Мог ли удержать под собой небольшой равнинный клан? Наверное, мог. Но, учитывая мое там появление, а еще приход союзников, выбрал наименьшее из зол. И перехитрил меня.

Я добровольно сдалась в плен, поклявшись не сбегать. Джеймс и отец, ничего не зная, буду искать меня, начнут схватку, а к утру их сметут войска соседней страны.

Это было очень подло даже для предателя. Никто не выживет. Ни несчастный миролюбивый клан, ни мой муж, ни мой отец, вставший на защиту. Они же не знают, что король сговорился с Нортоном.