Текст книги "История одной встречи (СИ)"

Автор книги: Стейси Амор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 22 страниц)

Глава 17

Летта

От увиденного я подавилась воздухом. И тут же супруг на инстинктах обернулся в мою сторону, сильный, вечно настороже и в ожидании подвоха.

Пока он меня не замечал, я была надежно скрыта огромной кроной и стволом наклонившийся ивы, но я-то знала, что он чувствует чужое присутствие.

Обманщик! Ничего у него с Мелиссой не закончилось. Обвел меня вокруг пальца и, наверное, насмехается вместе с любящей его вдовой над моей наивностью.

Мехлиос! А я-то как хороша. Говорила мне Атенаис, предупреждала...

Отойдя подальше и совершенно не думая о последствиях, обратилась в лисицу. В звериной ипостаси я быстрее и выносливее. Махнув рыжим хвостом, побежала во всю прыть в сторону Чаролесья. Там меня никто не потревожит, оставит в покое, а сам лес спрячет от преследователей. В помощи эльфийских духов я не сомневалась.

Если бы я могла сейчас плакать, то рыдала бы, но животные подобным даром не обладают. И слава богам, иначе, через слезы я не смогла бы отыскать тот лаз между кустарниками, где маленький Брюс пролез в зачарованную чащу.

Я юркнула вниз, подлезла на лапах, и, наконец-то, вошла к себе домой, смогла успокоить беснующееся сердце.

Чаролесье, как и всегда, встретило меня легким порывом ветра. Здесь, в отличие от остальной природы Андмарры сохранилось летнее тепло. Смена погоды волшебному месту не грозила. Ветки деревьев шумели, чувствуя мое подавленное настроение, пытались ободрить. Через изумрудную сень листвы опускался вечер, а бутоны редких цветов закрывались, будто готовясь ко сну.

Отойдя подальше от земель Синклера, я принюхалась, но погони не ощутила, как и других оборотней поблизости. На многие мили я была одна. Можно было остановиться и задуматься о собственном положении.

Что же мне делать дальше? Возвращаться в клан было выше моих сил. Джеймс меня предал, а я, воспитанная горцами, слава о гордости которых доносилась до соседней страны, предательства не прощала. Разве я мало вложилась в наше благополучие? Разве мало приложила усилий для семьи? Разве мало жертвовала собственными желаниями?

Многоликая, за что мне такое наказание?

А я ведь хотела сообщить супругу, что беззаветно влюбилась, как жду каждую минуту наедине, как мечтаю об общих детях. На деле оказалось, что он давно околдован другой женщиной, а меня рассматривает исключительно в качестве удобной девицы, способной выносить одаренных наследников.

Как же больно. Душу будто вытащили из тела, распотрошили охотничьим ножом и попытались вставить обратно, но она, несчастная, не вставала на место, кровоточила и ныла.

Я шла и шла, совершенно не замечая пути. Собственные горькие мысли заняли меня, и я опомнилась, только когда поняла, что природа поменялась.

Сам лес огромен, почти бесконечен, и ведет ко всем кланам одновременно. Вблизи гор он густой, с трудом проходимый даже для зверья, а спускаясь к равнинам, становится более приветливым, свободным.

Мне так никто и не встретился. Редко на дорогу выбегал дикий заяц, который смешно водил носом, оглядывался и прятался в траве при моем появлении. Где-то дальше я слышала журчанье ручья и шорох оленей, вышедших на водопой.

Чаролесье, видимо, давало мне возможность спрятаться, скрыться от мужа. Я всем нутром чувствовала тревогу духов за меня.

Но пейзаж, правда, стал другим. Расстояние между деревьями стало шире, реже встречались колючие кустарники, зато появилось больше ягод и ярких цветов.

Я устала, лапы начинали загребать землю, а зрение подводить. Лисы больше ночные животные, но меня совершенно измучило мое подавленное состояние. Пора было озаботиться ночлегом.

В голову пришла отчаянная мысль, остаться здесь навсегда. А что? Редко, но подобное явление встречалось. Оборотни, изможденные от ударов судьбы, предпочитали ипостась животного и подавляли в себе человеческое начало. Но... отчего-то знала, что так не поступлю.

Не могла расстроить родителей и братьев. Они же с горя изведутся в тревогах обо мне.

Через некоторое время нашла полый ствол упавшего бревна. Он оброс мохом, но внутри было сухо и, кажется, безопасно. В желудке урчало от голода, но пропитанием я займусь завтра.

Совсем обессилев, забралась туда и призвала сон, взмолившись богине. Мне необходима ее помощь и провидение.

Ночь встретила меня радостными объятиями, и я расслабилась. То ли это от усталости, то ли от расстроенных чувств, но я будто бы перенеслась в другой мир. Одновременно чувствовала себя и лисой, и человеком.

***

Я точно понимала, что я во сне, и это не может быть явью, но...

Передо мной предстала молодая женщина. Прекрасная, как лучи утреннего рассветного солнца, едва видневшегося из-за горизонта. С золотистыми кудрями, спускавшимися от лица и очерчивающими грудь, с зелеными проницательными глазами и алыми, напоминавшими цвет земляники, губами. Тонкие черты лица были нахмурены, высокий стан завис над землей. Она была молодой, но в то же время казалась мне древней и мудрой.

Многоликая! Богиня!

Она точно подходила под описание, указанное в древних фолиантах. Дева стояла посреди леса, а вокруг нее возвышались каменные валуны с синими сияющими огнями. Женщина молчала, смотрела на меня укоряющим взглядом, но не произнесла ни звука.

Я пыталась приблизиться к ней, подойти поближе, но расстояние между нами не менялось. Чем быстрее я бежала, тем больше отдалялась от нее.

Я была здесь, в этом месте, и одновременно очень далеко, прячась в пустом стволе упавшего дуба.

Внезапно меня будто бы унесло в пространстве, и я увидела, как в Чаролесье зашли воины с оружием наперевес. Грозные, мрачные, на каждом одеты тартаны клана Кирпатриков. Еще со злополучного турнира я запомнила въедливые цвета. Во главе стоял Логан Киркпатрик, лаэрд равнинного клана, отец моего бывшего жениха. Возле него расположились мужчины с хмурыми и серьезными лицами, но кто-то из редких юношей все-таки дрожал от страха.

Словно призрак, проходилась мимо нестройных рядов. Меня никто не ощущал, не замечал, что я тревожно пытаюсь докричаться до военачальника и лаэрда.

Навстречу им следовали андмаррцы в одеянии Драммондов. Куда более воинственные и уверенные в себе. В их предводителе я узнала Нортона, звавшего людей за собой.

Мгновение...

И они схлестнулись в жестокой битве, резали друг друга, как скот на убой, упивались смертью поверженного врага и обагрили священные земли кровью.

Взмах мечом, еще один, и на тропе упал мужчина.

От ужаса я взвизгнула, но мой возглас был бесшумным. Меня никто не слышал.

***

Я проснулась еще в обличье зверя. Кошмар, настолько явный, что эмоции людей невозможно забыть.

Лисица легко сбросила себя шок и принюхивалась, в надежде поохотиться, а вот человеческое начало никак не могло отделаться от мысли, что видение было послано не зря.

Нет, однозначно сам лес просил о помощи. Негласно, каждый клан договорился, что волшебное место священно. Только настоящие выродки могли бы нарушить покой эльфийских духов.

Атенаис, сидя в своей избушке, нагадала мне, что я остановлю войну. Видимо, ее слова имели вес. Я понятия не имела, как это сделать, но не могу оставить Чаролесье в беде. Оно зовет меня и просит об услуге.

В чаще я всегда была счастлива, довольна. Лес теплыми объятиями встречал меня при каждом появлении. Даже сейчас я была уверена, что магия отвела от меня встречу с супругом. Он силен и быстр, по запаху мог легко догнать и вернуть обиженную жену, но я же как-то оказалась на противоположном крае страны.

Приникнув к земле, я мысленно попросила, чтобы тропа вывела меня к Лахлану. Когда-то тот упомянул, что мы станем друзьями.

Что же, я очень надеюсь, что он не отвернется от своего слова.

Возле меня вроде бы ничего не изменилось, но отчего-то показалось, что природа заиграла дружелюбными красками.

Тут же, на дороге расположилась стая куропаток, забавно крутя красивыми хвостами. Лисица, недолго думая, поймала одну их птиц. С удовольствием позавтракала и набралась сил.

Еще в обличие зверя, я уверенно пошагала вперед, зная, что меня ведет богиня.

Я двигалась осторожно, не спеша, держась подальше от ветра. Пригибалась, если того требовала ситуация, лишь бы никто не заметил юркую рыжую хищницу, лишь бы не разносить свой запах, лишь бы не оставить следа и не нарваться на случайно забредших в Чаролесье оборотней.

Вскоре мой путь прервался. В отдалении я увидела выход из зачарованной чащи. Тропинка извилисто выводила к клану Киркпатриков, залитая солнечным светом, а по ее краям выступали кустарники. Хорошие такие, густые. Спрячешься в них, застынешь, и никто тебя не обнаружит.

Еще пять минут назад я ничего не боялась, а сейчас топталась на месте.

Встретят ли меня радушно? Ведь при последней встрече было видно, как разозлился лаэрд Киркпатриков. Он надеялся привезти на земли жену для сына, а вернулся ни с чем. По большей части, из-за моих вылазок и неугомонного поведения.

Но мне ничего не оставалось. Возвращаться к Джеймсу я не собиралась, идти домой тоже нет, единственный выход – уповать, что глава клана не отошлет меня к мужу. А у него было на это право. Синклер, если меня будут удерживать, вполне способен пойти войной на равнинных жителей. Но, откуда ему вообще станет известно, где я нахожусь.

Многоликая, как лучше поступить?

Может, богиня меня услышала и дала знак, а может, наоборот, сами обстоятельства так сложились. Мои раздумья оборвались, потому что в Чаролесье вошла девушка с корзиной в руках. Она переступила за незримую черту, оглянулась по сторонам и, протяжно вздохнув, последовала вглубь.

Пока она меня не заметила, я притаилась и присматривалась к ней. Молодая, темноволосая в скромном рабочем платье и с явной проявленной волшебной силой. Ведьма, но не могущественная, иначе бы уже почувствовала мое присутствие.

Незнакомка старалась держаться поближе к границе, опускалась к земле, аккуратно срезая найденные ею грибы, собирала травы и перекладывала все в свою корзину.

Она беспечно прогуливалась и мелодичным голосом напевала песнь о потерянной Хозяйке леса, а ей, будто отвечая, вторил шелест листвы.

С приходом легкого ветерка до меня донесся запах чужака. Не одна я прячусь, наблюдая за девицей.

Волк, здесь точно где-то скрывался волк.

Остается лишь догадываться, почуял он меня или нет. Я молилась богине, чтобы направление ветра не поменялось. У них такой же тонкий нюх, как и у меня. Зверь больше и сильнее, куда опаснее маленькой лисички. Если он враг, то вряд ли я с ним справлюсь.

Почему-то казалось, что дело обстоит именно так. Сомневаюсь, что оборотень подошел настолько близко к чужому клану из-за схожей с моей проблемы. Нет, он явно что-то затевает, но пока я его не видела, и незнакомка, к несчастью, тоже.

Что же за ведьма такая, которая абсолютно не ощущает оборотней? Либо она только обучается, либо совсем слабая. Зачем пошла в Чаролесье одна? Хотя не мне судить, я же как-то пересекла половину Андмарры в гордом одиночестве.

Из темных и широких кустов с противоположной стороны тропинки раздался треск. Видимо, животное наступило на сухую ветку и обозначило себя. Девушка звук услышала и испуганно обернулась, прижав к себе корзину. Дурочка, бежать надо, а не стоять на месте.

Волк, осознав, что прятаться больше не имеет смысла, вышел из своего укрытия. Я была права в своих догадках, потому что зверь скалился и рычал на свою добычу. Медленно он двигался к колдунье, всматриваясь в жертву яркими голубыми глазами. Обнажил зубы и сморщил морду. Страшный, жуткий и голодный.

Она от ужаса упала на траву, чуть не провалившись в кустарник. Сомкнула веки и что-то забормотала, плетя на пальцах заклинание, но от страха у нее плохо получалось.

Богиня, неужели ей никто не поможет?

Хищник будто упивался ее испугом, радовался, все больше напоминая мне Ортрона. Мерзавцу тоже доставляло удовольствие видеть меня без сил.

Нет, я не могу остаться в стороне. Никто не должен погибать такой жестокой смертью. Он явно вознамерился загрызть несчастную.

Выпрыгнув с правой стороны, я набросилась на волка и яростно кусала везде, где только могла дотянуться. Нещадно царапала когтями морду врага, вгрызалась в уши и громко визжала при этом.

Многоликая услышала мои молитвы, ветер не донес до обидчика мой запах, и первую минуту зверь обомлел от шока. Конечно, лисы редко нападают первыми. Он не смог сразу дать отпор, но быстро пришел в себя, извернулся, схватил меня клыками за бок и замотал в зубах словно половую тряпку. Челюсть его сжималась крепче, и мои кости заскрипели в железной хватке. Наше сражение стало напоминать ком из рыжего и серого меха с холодящими душу отчаянными воплями.

К счастью, ведьма, наконец, смогла совладать с собой. Я дала ей необходимую передышку, чтобы собраться.

Она подскочила, сосредоточилась, и из ее ладоней вылился магический свет, призывая лес на помощь. Корни близлежащих деревьев вырвались из недр, вспахали землю и поднялись над нашими телами. Они били серого хищника наотмашь, пока он меня не отпустил, оплели его лапы и начали с остервенением душить.

Тяжело задышав и поскуливая, я отползла подальше. На мех было страшно смотреть, вся в крови и грязи, я на миг закрыла глаза и устало повалилась.

***

Очнулась я внезапно и уже человеком. Придя в сознание, обнаружила, что лежу на постели в тесной комнате и, не узнав места, дернулась было бежать, но рядом образовалась девушка. Та самая, которой я помогла в лесу.

– Прошу вас, не волнуйтесь, леди Синклер. Вам никто не причинит вреда.

Она подошла поближе, держа в ладонях влажное полотенце и положила мне на лоб.

– Откуда ты знаешь, кто я? – изумилась ее осведомленности и стянула неприятную ткань.

Ну, не говорила же я в бреду.

– Вы в клане Киркпатриков, вашу семью здесь уважают и любят, а я жена наследника Кенна. – Она искренне улыбнулась. – Лахлан обрадуется, когда узнает, что вы пришли в себя.

Значит, молодой воин все же женился на своей возлюбленной.

– Я долго была в забытье? – подняла одеяло, чтобы осмотреть раненый бок, перевязанный чьими-то заботливыми руками.

Вести беседу с Кенной было несколько неловко. Чуть больше месяца назад мне предлагалось место любовницы подле Лахлана, на глазах у нее самой , но он хотя бы не соврал мне, в отличие от супруга.

– Уже вечер, а пришли вы утром, леди Синклер, – она заметила, как я осматриваю повязку. – Я наложила бинты и обработала рану, вашему здоровью ничего не угрожает.

– Не зови меня так, – поморщилась из-за воспоминаний о предательстве мужа. – Я Летти или Летисия. Скажи, пожалуйста, а волк... он?

Ведьмочка догадалась, к чему я клоню. На моих руках уже была одна смерть, и хотя я действовала в свою защиту, то не могла быть готовой ко второй.

– Он смог убежать, – она удрученно вздохнула. – Нас уже несколько месяцев преследуют Драммонды, но доказать мы ничего не можем.

– Почему? – даже привстала от удивления, позабыв о болезни и ссадинах.

По мне все было очевидно. Если они не в силах объявить войну, то вполне могли бы обратиться за помощью к королю. Его Величество не терпел внутренних междоусобиц и заставлял кланы примиряться.

– Если лаэрд захочет, он объяснит, – Кенна опустилась рядом и проникновенно заговорила. – Я хотела тебя поблагодарить. Спасибо, что встала на мою защиту. У нас не каждый воин решится помериться силой с обращенным зверем.

– Разве можно было по-другому, – не ожидала от нее подобной реакции. – А тебе спасибо, что не испугалась и тоже дала отпор, вытащила меня оттуда.

– Разве можно было по-другому? – девушка передразнила меня, но сменила тон на более озабоченный. – Как ты себя чувствуешь?

– Сносно, – я прислушивалась к себе, но, видимо, ее лечение не прошло даром.

Ничего не ныло, магический резерв был полным, а я явно отдохнувшей. Меня мучило разбитое сердце, жаль, что его перевязками и эликсирами не побороть.

– Я подготовила тебе одежду, – Кенна поднялась, – и таз с водой. Лаэрд и Лахлан будут ждать тебя на ужин, если ты, конечно, в состоянии прийти. Ты же для чего-то сюда отправилась?

Девушка хоть и выглядела внешне спокойной, но явно тревожилась за будущее. Зачем жене могущественного главы клана понадобилось путешествовать в одиночку на другой конец страны?

Пускаться в объяснения я не решилась. Я даже не уверена, поверит ли мне лаэрд Кирпатриков или сразу прогонит подальше. Да и что сказать? Ведьма нагадала мне что-то про два клана, а я, обидевшись на Джеймса, подумала о том, кто хорошо ко мне отнесся во время турнира? Глупость несусветная.

Но все же... на нее напал Драммонд. То ли это звериное чутье, то ли интуиция, то ли провидение от лесных духов, я точно знала, что обидчик подчинялся Нортону. Ощущала запах претендента на мою руку. А если волк удрал, то и Нортон будет осведомлен о моем пребывании здесь.

Многоликая, для чего я ему нужна? Он ко мне чувствами явно не воспылал.

Умалчивать о своих догадках насчет племянника Драммонда не собиралась. Будет кощунством, если из-за меня пострадает равнинный клан. Среди них нет таких умелых опытных воинов, как мои братья или муж. О последнем отчаянно старалась не думать и не вспоминать, но его образ то и дело вставал передо мной.

– В общем, ты собирайся, – Кенна выдернула меня из собственных мыслей. – Я подойду через пятнадцать минут, и отправимся вместе.

– Кенна, не торопись, – потянулась к колдунье. – А ты зачем отправилась в Чаролесье в одиночестве? Сама же сказала, что на вас уже частенько нападают.

Она нахмурилась и растерялась, раздумывая, как лучше ответить, да и стоит ли.

– Ты же поняла, что я ведьма? – вопросительно уставилась на меня.

Сложно было не заметить.

– Да, – просто кивнула, подавив снисходительную ухмылку.

– Я совсем недавно обрела силы. Только начала учиться, но вскоре вышла замуж, и – Кенна погладила себя по животу, – наш союз благословила Многоликая. Еще никто не знает, но я беременна. Хотела набрать трав, прежде чем стану неподъемной. Никого не предупредила и поплатилась за свою беспечность. Не устану возносить хвалы богине за то, что ты там появилась.

– Я тебя поздравляю, – я действительно обрадовалась за девушку. – Но больше не покидай клан, что-то нехорошее назревает.

– Я тоже это чувствую, – она мрачно подтвердила мои догадки. – Нам уже житья нет от нападений. Лаэрд хотел обратиться за помощью к твоему отцу.

Значит, если Киркпатрик отправит весть, то и Родерик Макензи вскоре пребудет. Не один, с братьями. А я пока не определилась, хорошая это новость для меня или плохая.

***

Я постаралась быстро собраться. Негоже заставлять себя ждать главу клана. Все-таки от него зависит моя дальнейшая судьба. Я не собиралась оставаться навечно у Киркпатриков, но вполне могла перевести здесь дух и определиться, что делать дальше.

Кенна ждала меня возле двери. Она тоже успела переодеться и выглядела бодрой и сияющей. Я ей немного завидовала, потому что была уверена, что ее чувство взаимно. Лахлан при нашем знакомстве так тепло о ней отзывался, что не было никаких сомнений – он до безумия ее любит.

Их замок был намного меньше, чем у Синклеров, я без труда запомнила дорогу, а войдя, не удивилась и меньшему скоплению людей.

– Лаэрд, – я первая поклонилась и поприветствовала Логана.

Он вроде бы обрадовался мне, но в глазах застыло что-то неприятное, тревожное. Но о причинах его беспокойства я догадывалась.

– Леди Синклер, – он указал на ближайшее место рядом с собой, – рад видеть вас в добром здравии. С моим сыном и женой вы уже знакомы.

Лахлан улыбнулся и кивнул, а его мать тоже обозначила поклон. Она не изменилась, едва выглянула из своего укрытия и села обратно. Тихая, робкая, абсолютно не примечательная.

Глава клана встал и обратился к своим воинам.

– Выпьем за здоровье молодой оборотницы Летисии Синклер, дочери моего друга Родерика. Она не зря носила фамилию Макензи, не только преодолела долгий путь к нам, но еще и храбро бросилась на мерзавца Драммонда, и тем самым спасла жену наследника от волчьих зубов.

Мужчины с громкими возгласами отпили, а я, наконец, уселась на место. В желудке урчало от голода, но приступать к трапезе не спешила. Прекрасно знала, что Логан захочет узнать, что именно меня привело.

– Летти, ты выглядишь прекрасно, – мою руку, так, чтобы никто не видел, сжал Лахлан. – Спасибо тебе за Кенну, я твой должник.

Он обернулся на супругу. Ведьма сидела напротив и влюбленно посматривала на своего мужчину. В ее выражении лица не сквозила ревность или недовольство. Она была настолько счастлива, что ничего ее больше не интересовало.

– Ты мне ничего не должен, – грустно улыбнулась. – Она меня тоже спасла, и вы... все.

Кенна, испугавшись, могла бы бросить меня в Чаролесье. Оставить истекать кровью, но забрала с собой. Как не испытывать уважение к колдунье, которая почти без умений одолела зверя и притащила за собой раненую лису?

Пока мы тихо переговаривались, лаэрд успел обо всем распорядиться, воткнул вилку в мясо и неспешно произнес.

– Леди Синклер, позволите узнать, а отчего вы покинули родной дом?

Этого вопроса я одновременно ждала и боялась.

– Лаэрд Логан, – я вздохнула, собираясь с мыслями, – услышав ответ, вы посчитаете меня вздорной и непоследовательной. И наверное будете правы, но я не могла поступить по-другому.

С трудом, но рассказала о том, что Джеймс меня предал, и я никак не смогу с этим смириться. О том, что Атенаис нагадала мне, и как на меня напал лев. Что я для чего-то понадобилась Нортону, а раз на них нападают, это явно его рук дело.

Мужчина меня не перебивал, внимательно слушал и редко, но бросал задумчивые взгляды на ведьму и своего сына.

– Летти, – он перешел на более фамильярный тон, – девочка, но от мужа нельзя уйти. Он вскоре явится за тобой.

– Он не знает, где я могу находиться, – парировала я. – Откуда бы ему стало известно?

– Прости, но я не буду скрывать твое явление, – посетовал Логан. – Я благодарен тебе за спасение, но воевать с Джеймсом не буду.

Мужчина опустил взгляд, чувствуя себя виноватым.

– Вы прогоните меня? – постаралась скрыть ужас, обуявший меня.

Идти обратно в чащу не хотелось, а уж с повинной возвращать к предателю тем более.

– Конечно, нет. – Он накрыл мою ладонь. – Мне отчего-то кажется, что слова вашей ведьмы были правдивы. Ты не зря сюда пришла. Мои люди докладывают, что на подступах к клану собирается настоящее войско. Если за тобой явится супруг и твой отец, они помогут нам в беде.

– Вы могли их просто попросить, – не к месту, но все-таки отметила данный факт.

– Твоего отца мог, – лаэрд кивнул, – а Джеймс вряд ли бы стал вникать в равнинные распри. Тебе известно, что мой клан граничит с соседним государством?

Я замотала головой. Девушкам почти не преподают географию Андмарры. Мы знаем соседей, ближайшие тропы, но не больше. Да и зачем? Кто, кроме самоуверенной лисицы, решится проделать дальний путь от гор до равнин? Настоящая сумасшедшая.

– Через нас удобнее всего ввести войска. На границе стоят воины короля и мои. Но что мы сможем поделать со многими тысячами? Видимо, Нортон как-то сговорился с соседним правителем, желает занять мое место. Но его в качестве главы никто не примет, если у него не будет наследников. Магия уходит из нашего мира, больше никто этого не отрицает.

– Будто очень сложно заделать детей, – фыркнула и невольно уставилась на прекрасную Кенну, беседующую с матерью Лахлана.

– Ему-то нужны одаренные. – Логан ничего не заметил. – А в Андмарре почти не осталось девиц, способных обращаться. Ты из них самая молодая.