444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Шеррилин Кеньон » Дом Льда и Теней (ЛП) » Текст книги (страница 19)
Дом Льда и Теней (ЛП)
  • Текст добавлен: 9 ноября 2026, 19:00

Текст книги "Дом Льда и Теней (ЛП)"


Автор книги: Шеррилин Кеньон



сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)

– Тысяча благодарностей.

Смеясь, Танис взяла её за руку и повела через роскошные покои особняка.

– Страшно, правда?

Гизела не была уверена, что именно она имеет в виду.

– Простите?

– Ещё совсем недавно я сама была здесь чужой. Здесь всё очень отличается от замка моего отца.

– Могу я спросить, какое это королевство?

– Индэра.

Гизела остановилась, услышав это.

– Королевство драконов?

– Ты не знала? Я думала, об этом знают все.

Нет. Эта новость так и не добралась до королевства её матери.

Танис тепло улыбнулась.

– Мне даровали возможность выбирать, находиться ли мне в человеческом облике или в облике дракона, и я могу менять форму по своему желанию. К счастью. В облике дракона здесь трудно протискиваться по коридорам и помещаться в комнатах.

– Могу себе представить.

– Если бы на мне не было короны, я могла бы показать тебе пару шишек на голове.

Гизела рассмеялась. Ей очень нравилась жена её брата. Танис была настоящим глотком свежего воздуха в мрачном мире, который Гизела знала до сих пор.

– Почему вы все такие дружелюбные?

– Потому что ты семья, а этого мальчикам всегда не хватало, и они очень этим дорожат.

– Я к такому не привыкла.

– Я тоже не привыкла. Драконы, как правило, не отличаются особой… дружелюбностью.

Она взяла Гизелу за руку и сжала её.

– Не бойся. Они всегда говорят то, что думают, и не играют с другими людьми в игры.

Гизела очень надеялась, что это правда.

Танис привела её в покои королевы.

У Гизелы перехватило дыхание, когда она увидела огромную комнату с позолоченными окнами от пола до потолка. В углу стояла огромная кровать с покрывалом из тёмно-синего гобелена, выглядевшая так же величественно, как и подобает королевской постели.

– Здесь прекрасно.

Танис кивнула.

– Я чувствовала то же самое, когда впервые её увидела. Но подожди… Вот это тебе действительно понравится.

Взяв её за руку, она провела Гизелу через дверь слева в гардеробную, которая была ничуть не меньше спальни. Платья самых разных оттенков и из самых разных тканей висели вдоль всех четырёх стен. В центре стоял туалетный столик, а рядом – огромный комод с множеством ящиков.

– Выбирай всё, что понравится.

Гизеле пришлось закрыть отвисшую челюсть, глядя на эту роскошь.

– Я понятия не имею, что выбрать. Я всю жизнь носила только одежду убийцы.

– Понимаю. Мне самой потребовалось много времени, чтобы научиться носить придворные платья. Даже сейчас иногда они кажутся мне неудобными и утомительными.

Танис повела её в дальний правый угол, где находилась одежда из кожи.

– В одной из них тебе будет удобнее. Не торопись, а когда закончишь, я буду ждать снаружи.

Гизелу ошеломила такая щедрость. Особенно когда она поняла, что Танис права. Эти вещи гораздо больше соответствовали тому, что она обычно носила.

И больше всего её привлёк один наряд из бордовой кожи. Кожаный корсет сочетался с брюками, а сверху был сложный бордово-золотой плащ, застёгивавшийся на талии латунными пряжками. Крой делал его похожим на платье, но при этом он не ограничивал свободу движений.

– Мне нравится это.

Прикусив губу, она быстро надела наряд и подошла к высокому зеркалу рядом со столиком.

Это было великолепно. Гораздо более женственно и элегантно, чем всё, что у неё когда-либо было.

Теперь оставалось только найти обувь…

Оглянувшись, она заметила ещё одну дверь, ведущую в небольшую комнату, где хранилась обувь. И здесь всё снова было роскошно. Десятки туфель и сапог на выбор.

Гизела нашла чёрную пару и с облегчением обнаружила, что, надев их, не ошиблась с размером.

Поднявшись, она разгладила распахнутые полы юбки, ниспадавшие поверх брюк, и отправилась искать свою гостеприимную хозяйку.

Танис ждала возле окон. Когда она повернулась, то резко втянула воздух.

– Ты просто невероятно красивая.

– Я никогда не смогу отблагодарить тебя за эту одежду.

Танис отмахнулась от её благодарности.

– Я прекрасно тебя понимаю. Поверь, у нас с тобой много общего.

Гизела начинала это осознавать. И как раз когда она собиралась что-то сказать, в дверь постучали.

– Войдите, – позвала Танис.

Кандара открыла дверь.

– Простите, что прерываю. У меня есть подарок для Гизелы.

– Правда?

Подарки были не тем, к чему Гизела привыкла.

Перейдя комнату, Кандара протянула ей длинную коробку.

Она понятия не имела, что внутри, пока не открыла её и не увидела длинный золотой жезл, напоминавший рог единорога.

– Что это?

– Палочка королевы Амандин. Я отдала его своему брату, потому что что-то подсказало мне, что он ему понадобится. Но думаю, на самом деле я почувствовала твоё присутствие рядом с ними. Поэтому она должна принадлежать тебе. Думаю, королева была бы счастлива, узнав, что её потомок владеет ей.

– Разве она не должна достаться Дэшу?

Кандара покачала головой.

– Палочка хочет тебя.

Не в силах выразить словами, насколько она была польщена, Гизела взяла рог в руку. От его силы волосы на её руке встали дыбом. Воздух вокруг них словно зашипел.

Никогда прежде она не чувствовала ничего подобного.

Испугавшись того, на что он способен, она вернула его в коробку.

– Спасибо.

Кандара склонила перед ней голову.

– Думаю, вы оба наконец дома, там, где и должны быть.

Забавно, но домом это не ощущалось. Здесь было прекрасно, красивее всего, что она когда-либо видела, но это не было местом, которому она принадлежала.

Честно говоря, она не хотела здесь оставаться. Было лишь одно место, где ей хотелось находиться.

– Можно мне увидеть Заудина?

– Конечно.

Танис направилась к двери.

– Он всё ещё в тронном зале? – спросила она Кандару.

– Когда я уходила, они были там. Но не знаю, остаются ли они там сейчас.

– Тогда давай выследим их и посмотрим, чем они занимаются.

~ ~ ~

Заудин сидел в кресле в зале совета Дэша, напротив Верховного Короля, занимавшего место за круглым столом.

Он оглядел Мисчиф, Кразис, Масакагэ, Дэша, Рипера и Ронана.

Его семья. Кто-то по крови, а кто-то – благодаря пережитым вместе страданиям. Люди, которые были ему дороги. Единственные существа, которые имели для него значение, помимо Гизелы и Кандары.

Ну и ещё нескольких Отщепенцев.

Он отдал бы жизнь за любого из них, но особенно – за Гизелу.

Они поступили бы так же ради него.

Не колеблясь.

– Я послал за Дови. – Дэш указал на контракт, разложенный перед ними на столе. – Раз он из эльфов, знаю, он захочет вернуть его домой и предоставить своему народу разобраться с теми, кто ответственен за это безобразие.

– Жуткое зрелище, – согласился Рипер. – Как вообще кто-то мог сделать нечто подобное?

Масакагэ тяжело вздохнул.

– Феи пишут книги заклинаний на человеческой коже… антроподермика… и делают это гораздо чаще, чем кому-либо хотелось бы знать.

Дэш кивнул.

– Не заставляйте меня начинать про тех, кто коллекционирует рога единорогов.

Особенно учитывая, что его сестра потеряла свой рог из-за подобного ублюдка.

Заудину было больно за друга. Он мог лишь представить себе весь этот ужас. Лично он вырвал бы сердце из груди любого, кто осмелился бы сделать такое с Гизелой.

– Я не понимаю охотников за трофеями.

– Если бы только… – с презрением фыркнул Ронан. – Это наёмные ублюдки, которые делают такое ради прибыли.

Мисчиф подлила вина в свой кубок.

– Так что же нам теперь делать с Мирой? Контракт ведь разорван, верно?

– У меня всё ещё есть с ней контракт. Просто в нынешнем виде его невозможно привести в исполнение.

– То есть мы можем вторгнуться на её земли?

В голосе Рипера было слишком много воодушевления.

Дэш кивнул.

– И благодаря Заудину у нас есть человек, которого мы можем поставить во главе, и который не станет так поспешно развязывать с нами новую войну.

Заудин покачал головой.

– Сомневаюсь, что Гизела согласится на такое предложение. Её не растили для того, чтобы она стала королевой, и, насколько я её знаю, она не будет в восторге от этой идеи.

– Ты можешь убедить её занять трон?

Заудин уставился на друга.

– Ты с ума сошёл, Дэш? Ты можешь убедить Танис сделать то, чего она не хочет?

На его лице появилась весёлая ухмылка, словно он действительно мог совершить такое чудо.

– Альтернатива – посадить на трон одного из сыновей Миры. И они тут же вернутся, чтобы напасть на нас.

– А если посадить на трон Гизелу, они объявят её самозванкой и начнут охоту на неё. Не говоря уже о том, что она наполовину единорог. Весь их народ будет ненавидеть её из-за её происхождения. Я не собираюсь подвергать её этому.

– Может, тебе стоит спросить её? – Мисчиф выразительно посмотрела на него. – Ты делаешь предположения о том, чего хочет она. Я говорю, давайте предложим ей эту идею и посмотрим, что она скажет. Пусть сама решает.

– Я бы предпочёл именно это.

Все повернулись и увидели Гизелу в дверях рядом с Кандарой и Танис.

Заудин поднялся.

– Я не это имел в виду.

Она улыбнулась ему.

– Я знаю. Я никогда не обвиню тебя в том, что ты пытаешься навязать мне свою волю. Но было бы неплохо, если бы меня хотя бы спрашивали о моём будущем.

Когда Гизела подошла к нему, он отодвинул для неё своё кресло и позволил ей сесть. Затем отправился за запасным стулом и придвинул его рядом с ней.

Пока он это делал, Танис села рядом с Дэшем, а Кандара устроилась между Масакагэ и Мисчиф.

Тяжело вздохнув, Гизела посмотрела на Дэша.

– Я не хочу быть королевой… но насчёт моих братьев ты прав. Ни один из них не станет достойным королём. Они будут мстить всем вокруг, кому только смогут. Из-за любой мелочи или прихоти. Реальной или выдуманной. Они такие же жестокие, если не хуже моей матери.

– Есть кто-нибудь другой, кого ты могла бы поставить у власти?

Гизела изо всех сил постаралась придумать кого-нибудь.

Но в конце концов ей пришлось признать суровую правду:

– Никого.

По крайней мере, никого, кому она доверила бы власть такого масштаба. Некоторые, вроде Ферокса, оказались бы ещё хуже её матери.

Гизела вздохнула.

– Фессалийцы обречены.

Дэш перевёл взгляд на Заудина.

– Даже не думай об этом. Я не сяду на собственный трон, с какой стати мне садиться на чужой?

– Я и не собирался короновать тебя. Скорее, я думаю, что из тебя получился бы отличный телохранитель для королевы.

Но Гизела всё равно покачала головой.

– Я убийца, а не политик. Неужели среди Отщепенцев нет ни одного, кто способен занять наш трон?

Ронан горько рассмеялся.

– Нет. Единственное, чему мы все научились, пока находились в плену у твоей матери, – это никогда не доверять кентавру.

Ей было трудно с этим спорить, учитывая, что она сама вынесла из всего этого тот же урок.

Дэш устало вздохнул.

– У нас есть выбор. Оставить Миру у власти и терпеть её бесконечные интриги и нападения. Или найти кого-нибудь, кто согласится занять трон и сможет удержать кентавров от восстания. Никто не знает подходящего кандидата? Я открыт для любых предложений.

Но предложений не последовало.

Гизела взяла Заудина за руку.

– Если я на это соглашусь, я не хочу быть одна.

– Если ты это сделаешь, я буду рядом с тобой. Потому что я, видимо, дурак.

Она рассмеялась, услышав обречённость в его голосе.

– И, похоже, я тоже. – Снова посмотрев на Дэша, она уже сожалела о решении, которое собиралась принять. – Я сделаю это. Но если меня свергнут и обезглавят, я буду преследовать тебя вечность.

Заудин фыркнул.

– А я буду избивать его до полусмерти.



Глава 22

Неделю спустя

В облике кентавра Гизела стояла вместе со всей армией Дэша на границе владений своей матери.

Это было последнее, чего ей хотелось. Но Дэш оказался прав. Мира никогда не остановится.

До тех пор, пока её не свергнут с трона.

«Я ненавижу войну».

И всё же сейчас она стояла плечом к плечу с мужчинами и женщинами, готовыми отдать свои жизни, чтобы положить конец кровавому правлению её матери.

Армия Миры была готова. Внизу, в долине, они ждали сигнала, который положит начало убийствам.

Армия Дэша состояла преимущественно из единорогов, но в ней были и солдаты других рас, в том числе два дракона – друзья его жены.

Поскольку Танис была беременна, она осталась дома, где было безопаснее всего для ребёнка, которого носила.

Военные барабаны отбивали ритм, пронизывавший всё её тело, а зловонный ветер гулял между рядами войск, трепал их знамёна, её волосы и хвост.

Ей ещё никогда не приходилось сражаться в облике кентавра. Но почему-то это казалось правильным. Даже естественным.

Как же ей не хотелось думать о том, сколько их солдат погибнет сегодня. О том, сколько кентавров заплатят за жадность и жестокость её матери.

«И ради чего? Ради пустой короны?»

Ей никогда не было до неё дела. Она никогда не мечтала стать королевой, но вот она здесь – готова умереть, лишь бы больше ни один невиновный кентавр не пострадал.

Заудин стоял рядом с ней в своих полных чёрных металлических доспехах. Могучий и прекрасный тролль.

Он взял её за руку и поцеловал.

– Не умирай сегодня, любовь моя.

– И ты тоже. Я гораздо больше хочу иметь тебя, чем корону, потому что без неё я точно смогу прожить. А меньше всего мне хочется узнать, смогу ли я снова жить без тебя.

– Я тоже. Я бы сказал тебе держаться за моей спиной, но знаю тебя слишком хорошо. Просто следи за стрелами.

– И мечами и копьями.

– Именно.

Как только он произнёс это слово, барабаны смолкли, и по вражеским рядам прокатился пронзительный крик.

Все разом ринулись в атаку.

– Держать позиции! – предупредили глашатаи Дэша.

План заключался в том, чтобы позволить силам Миры измотать себя, поднимаясь в гору.

По крайней мере, таков был план, пока отряд магов Миры не открыл порталы прямо посреди их войска и не начал швырять огненные шары.

«Чёрт возьми! Мы забыли о магической бригаде Миры».

Маги Дэша ответили на атаку, а драконы взмыли в воздух и обрушили собственное пламя на армию Миры.

Разразился настоящий хаос.

Она последовала за Заудином вниз по склону, навстречу врагу, стараясь следить за тем, чтобы ничто и никто не причинил ему вреда. Она привыкла сражаться из тени, нанося удар незаметно.

Это был совершенно новый способ ведения боя, и, честно говоря, он пугал её. Вокруг стоял такой шум, а земля быстро становилась скользкой от крови и других вещей, о которых ей не хотелось даже думать.

Сердце колотилось так громко, что она уже не слышала барабанов. И она была благодарна за то, что стояла на четырёх ногах, а не на двух. Ей была необходима дополнительная устойчивость. К тому же было ужасно неудобно иметь руки, заканчивающиеся копытами. Центр тяжести полностью изменился, и ей это совершенно не нравилось.

И всё же Гизела пригнулась, уклоняясь от удара, а затем, выпрямившись, вонзила клинок в горло напавшего на неё кентавра. Его предсмертный крик разнёсся вокруг, затерявшись среди множества других криков боли умирающих.

Гизелу тошнило от всего происходящего.

Неужели это действительно единственный способ лишить её мать власти?

Королева, которая оставалась позади своей армии и из безопасного расстояния наблюдала, как её солдаты умирают за неё.

Её тошнило от мысли, что мать готова послать столько людей на ужасную смерть ради себя, сама отказываясь сражаться вместе с ними.

По крайней мере, Дэш находился в самой гуще боя.

А Заудин, похоже, совершенно не возражал. Более того, он с пугающей лёгкостью прорубался сквозь ряды кентавров. Было очевидно, что он – существо битвы. Как многие из них, он чувствовал себя здесь как дома.

Но это не означало, что им следовало так спокойно убивать других.

И ради чего?

Чтобы удержать у власти тщеславную женщину. Женщину, которой было совершенно очевидно наплевать на всех, кто её окружал.

Мира делала это ради собственной славы. Ради собственных потребностей и желаний.

Гизеле было стыдно за то, что они состояли в родстве.

Она не хотела смотреть, как солдаты умирают ради неё.

«Нет».

Она хотела крови лишь одного существа.

«Миры».

– Кандара! – крикнула она, пытаясь отыскать мистическую среди сражающихся.

Просматривая ряды тех, кто швырял огненные шары, она наконец заметила её между Масакагэ и Рипером, который решил сражаться в человеческом облике, а не в облике единорога.

Гизела направилась прямо к ней. Но добраться до Кандары было непросто. Казалось, половина армии решила воспользоваться случаем, чтобы напасть на неё.

Она почти добралась до цели, когда её окружили четверо нападавших. Она сражалась сразу с двумя, когда третий попытался полоснуть её по ногам. Гизела почувствовала лёгкое жжение, прежде чем кентавр отлетел назад.

Гизела улыбнулась, увидев Заудина, который защищал её, проходя мимо и принимая на себя двоих, с которыми она только что сражалась.

Это позволило ей разобраться с четвёртым. Двумя взмахами меча она наконец смогла снова двинуться вперёд.

– Что ты задумала? – спросил Заудин.

– Добраться до матери и покончить с этим. Мне нужна Кандара, чтобы открыть портал туда, где она находится.

Заудин не был уверен, что одобряет её план, но если им удастся добраться до королевы, это остановит сражение и положит конец войне.

Смелый ход.

Если кто и мог провернуть такое, то Гизела.

И всё же ему совсем не нравилась мысль подвергать её подобной опасности. Особенно теперь, когда они побеждали. Рано или поздно они захватят это поле и заставят королеву бежать.

Но он понимал стремление Гизелы спасти как можно больше жизней. Ему тоже не нравилось, сколько людей они теряли с обеих сторон.

Хотя он не возражал против хорошей драки время от времени, сражения никогда не были тем, чего он жаждал, поскольку прекрасно понимал их цену. Понимал, что монархи заставляют своих подданных выносить, когда ведут их на войну.

Это было жестоко. Кроваво.

И в конце концов никто по-настоящему не побеждал.

Если бы только существовал другой способ решать подобные вопросы. Но неразумные существа вынуждали их делать то, что необходимо, чтобы защитить свой народ и держать настоящих чудовищ на расстоянии.

Заудин защищал Гизелу от кентавров, намеревавшихся убить её, пока они не добрались до его сестры.

У Кандары была рассечена бровь, но в остальном она, казалось, не пострадала.

– Что случилось?

– Ничего. – Гизела указала в сторону, где в последний раз видела свою мать. – Ты можешь переместить меня туда, где находится Мира?

– Нас, – добавил Заудин. Он и не думал позволять ей отправиться за матерью без поддержки.

– Ты уверена, что хочешь это сделать?

– Уверена.

Кандара посмотрела на него и кивнула.

– Хорошо. Отойдите на секунду.

Масакагэ и Рипер прикрыли её, пока она создавала портал и увеличивала его настолько, чтобы они могли пройти.

Гизела подумала о том, чтобы сменить облик, но решила, что не стоит. Фессалийцам нужно было увидеть её именно в таком виде. Так им будет проще принять то, что ей придётся сделать, чтобы защитить их.

Она и Заудин вышли из портала и оказались позади её матери, внимание которой было приковано к битве внизу.

Гизела направила меч на стражников, стоявших по обе стороны от матери, и Заудин сделал то же самое.

– Достаточно, мама. Положи этому конец.

Королева обернулась, широко раскрыв глаза.

– Ты пытаешься свергнуть меня?

– Я беру тебя под стражу.

Мать рассмеялась, а затем бросилась к полю боя. Двое её стражников ринулись на них.

Обычно Гизела вступила бы с ними в бой, но оставила их Заудину, чтобы самой последовать за матерью в самую гущу сражения.

Поскольку она всё ещё находилась в облике кентавра, воины задних рядов не поняли, что она преследует Миру.

До тех пор, пока её мать не обернулась.

– Убейте её! – взревела мать, толкнув ближайшего кентавра прямо на Гизелу.

Гизела застыла, осознав, что, возможно, этот план был не самым разумным. Сердце бешено колотилось, когда она оглянулась на союзников. Она находилась далеко от армии Дэша, и у неё не было возможности создать портал и сбежать.

«Я идиотка».

Гизела отступила на шаг и почувствовала на спине сильную руку.

«Я с тобой, любовь моя, до самого конца. Ты не одна. Я здесь, рядом с тобой».

Слова Заудина значили для неё больше, чем она могла выразить словами. Это было нечто большее, чем она когда-либо ожидала или могла надеяться получить.

– Я не хочу причинять вред твоим солдатам, мама. Тебе придётся ответить за всё, что ты сделала.

Вместо того чтобы напасть на Гизелу, солдаты нервно переглянулись.

– Вы что, не слышали моего приказа? – взревела Мира. – Убейте её или умрите вместо неё.

Это возымело совсем не тот эффект, на который рассчитывала Мира. Вместо того чтобы заставить их исполнить её приказ, солдаты направили мечи на свою королеву.

Очевидно, они тоже устали терпеть её угрозы и приказы.

– Что это такое? – взревела Мира. – Я ваша королева!

– Она действительно ваша дочь? – спросил солдат, стоявший ближе всех к Гизеле.

– Она, – ответил Заудин. – Именно поэтому Мира держала её в тайне. В отличие от своих братьев, Гизела справедлива и порядочна.

В их глазах читалось недоверие, и Гизела не могла их винить. Учитывая десятилетия мучений, которые они терпели под жестокой властью её матери, неудивительно, что они подозревали, будто Гизела окажется такой же.

– Возможно, в моих жилах течёт кровь моей матери, но я не такая, как она. Задержите её для короля Дэша, а я создам совет старейшин из знатных людей и генералов, который выберет следующего правителя Фессалии… как это было в старые времена.

Это мгновенно изменило их мнение.

Её мать попыталась убежать, но собственные солдаты удержали её на месте.

– Я велю отрубить вам всем головы!

Гизела фыркнула.

– Твои дни угроз другим закончились.

Она посмотрела на самого высокопоставленного из солдат – полковника.

– Прикажите кентаврам отступить, пока мы не потеряли ещё больше жизней.

Он поспешил выполнить приказ.

Двое солдат взяли её мать под руки.

Гизела видела непокорность во взгляде Миры, но прекрасно понимала, что та не станет ничего предпринимать. Её армия предала её.

Так же, как и её дочь.

Королеве Меаре пришёл конец.

– Ты сделала это, любовь моя. – Заудин обнял её, и для неё эти объятия значили всё.

Всё было кончено, и, как только весть распространилась среди армии, кентавры прекратили сражение.

Как только Дэш заметил их отступление, он отозвал с поля боя и своих воинов. Два дракона кружили над их головами, внимательно наблюдая за всеми внизу.

Заудин шёл рядом, пока Гизела и стражники вели её мать сквозь армию навстречу Дэшу.

Нужно было отдать должное её матери: она держалась с достоинством, подобающим королеве. Даже со связанными перед собой руками она проходила через измученную армию так, словно шагала по роскошному бальному залу.

Самым печальным было то, что Гизела знала: её мать никогда не позволила бы человеку, которого она победила, сохранить такое достоинство. Напротив, она устроила бы настоящее представление, унижая его с каждым шагом. Тащила бы его по грязи лишь для того, чтобы опозорить.

«Я не такая, как моя мать».

Поражение и без того достаточно унизительно для любого. Не нужно добавлять к нему ничего ещё.

Она не выпускала руку Заудина, пока они не подошли к Дэшу и его брату. Всё ещё находясь в лошадином облике, Гизела низко поклонилась ему.

– Мой повелитель, мы захватили королеву и передаём её под вашу стражу.

Среди кентавров пронеслись недовольный гул и проклятия.

Но Дэш заставил их замолчать, подняв сжатый кулак.

– Воины Фессалии, сегодня вы сражались храбро. Достойно. Вы должны гордиться тем, что защищали свою страну. Это не поражение. Это новое начало для всех фессалийцев, которые больше не будут находиться под копытами Миры.

Над их армией прогремел восторженный рёв. Гизела чувствовала их воодушевление и радость.

Вперёд выехали семь их генералов под белым знаменем.

Остановившись перед Дэшем, они почтительно поклонились ему.

Затем генерал-майор отдал Дэшу честь.

– Каковы ваши приказы, Ваше Величество?

– Принцесса Гизела Фессалийская возглавит вас. До новой коронации она будет правительницей Фессалии.

Генерал склонил голову.

– Да здравствует королева Гизела!

Его возглас подхватили остальные воины.

Но внутри Гизела не ликовала.

Она была в ужасе.

Всё, чего она хотела, – это свободы. А теперь она стала королевой?

– Всё будет хорошо, Гизела. Просто дыши.

Она взяла Заудина за руку и позволила его силе наполнить её.

Потому что он верил в это, она тоже поверила.

Всё будет хорошо.


~ ~ ~

– Ничего не будет хорошо! – Гизела захлопнула двери и вновь приняла человеческий облик. – Они животные, и не только потому, что наполовину лошади! Они свиньи!

Заудин рассмеялся.

– Совет доставляет тебе неприятности?

– Они вызывают у меня мигрень! Теперь я понимаю, почему моя мать постоянно рубила им головы. Когда люди живут в страхе, с ними гораздо легче договариваться.

– Не стану спорить. Я считаю, что хороший пинок под зад и удар в горло – замечательный способ скорректировать некоторые взгляды и тон.

Она с невозмутимым выражением посмотрела на него. Хотя, если честно, начинала соглашаться с его точкой зрения.

– Я не стану своей матерью.

– Никто так не думает. Хочешь, я отлуплю их вместо тебя?

В данный момент – да. И это было гораздо заманчивее, чем следовало бы.

– Нет. Но имей это в виду.

В дверь её спальни постучали. Гизела снова превратилась в кентавра.

– Войдите.

Это был старейший член их совета.

– Простите меня, Ваше Высочество. Мы не хотели вас расстраивать.

– Всё хорошо, – солгала она, скрывая от него своё раздражение.

Ничего не было хорошо…

На самом деле отчасти это была его вина. Именно он подначивал остальных.

Откашлявшись, она решила оставить это в прошлом.

– Что привело вас сюда?

– Мы провели ещё одно голосование.

Ну надо же! Она прямо-таки не могла дождаться, когда узнает результат.

– Снова ничья?

– Нет. Мы решили прекратить голосовать за членов собственного совета… или за кого-либо из сыновей Миры.

Это должно было её обрадовать, и всё же от его тона у неё сжался желудок.

– Наше последнее голосование было единогласным.

Гизеле пришлось изо всех сил сдержаться, чтобы не поморщиться, страшась услышать продолжение.

– Только скажите, что вы не проголосовали за возвращение моей матери к власти.

Генерал рассмеялся, услышав её совершенно безжизненный тон.

– Нет. Не за Миру и не за принцев, которые все были признаны виновными в государственной измене. Напротив, мы выбрали лучшего кандидата для этой работы. Того, кто в течение последнего месяца руководил нами без драм, страха, угроз и всего того хаоса, который сопровождал правление Миры.

Хотя она слышала эти слова, до конца осознать их смысл у неё не получалось.

В замешательстве Гизела посмотрела на Заудина, который наблюдал за ней с едва заметной улыбкой на губах.

– Они понимают, что я не полноценный кентавр?

– Мира тоже не была полноценным кентавром. Как и её отец до неё.

– Но вы ведь не знали этого тогда, – напомнила ему она.

– Верно, моя королева. Очень верно. Но вы доказали, что являете собой всё, о чём мы могли мечтать, выбирая монарха. Вы были честной и доброй… но главное – вы не жаждете власти. И снова – решение было единогласным. Как только ваше имя появилось в списке, все согласились. Вы одна имеете полную поддержку совета.

Заудин не мог быть более горд за Гизелу, которая встретилась с ним взглядом.

– Я не стану делать это одна. Они понимают, что я приду к ним с иностранным принцем рядом? Я не откажусь от него ради другого. Даже ради своей страны. – Особенно учитывая, что она никогда не хотела короны.

– Ваши условия нас устраивают. Мы будем ждать вашего решения.

С этими словами он удалился.

Заудин улыбнулся ей, когда она снова приняла человеческий облик.

– Королева Гизела Фессалийская. Мне нравится, как это звучит.

Она приподняла бровь, заметив его восторг.

– Ты будешь королём Заудином.

Он рассмеялся и покачал головой.

– Они не голосовали за меня, любовь моя. Я буду принцем Заудином, супругом королевы. Этот трон твой, а не мой. И если ты согласишься, однажды он достанется нашему сыну или дочери.

От его слов в сердце Гизелы стало легко.

Она ещё не сказала ему, что ждёт ребёнка. Он знает? Или просто догадывается? И как она могла отказаться? В самом деле?

Заудина по-прежнему разыскивал его брат, но если она примет предложенный ей трон, им больше не придётся бежать. Заудин и их ребёнок будут в безопасности от короля троллей.

Навсегда.

Она никогда не хотела править, но это был лучший исход для них всех.

Особенно для ребёнка, который рос внутри неё.

– Я приму трон, но только при одном условии.

– И каком? – спросил Заудин.

– Ты должен жениться на мне до коронации.

Он рассмеялся, услышав её просьбу.

– Я уже говорил тебе об этом. Я женюсь на тебе, когда захочешь и как захочешь.

Это было правдой. Он говорил ей это много раз, но она продолжала откладывать свадьбу на случай, если он передумает и захочет уйти. Она не могла его за это винить.

Он ненавидел, когда его загоняли в ловушку. А корона была самой тугой петлёй из всех.

Но если она собиралась остаться здесь, то не могла сделать это одна. Ей понадобится человек, которому она доверяет. Тот, с кем она сможет делиться всем.

А больше она никому не доверяла.

Это место породило её. Оно сформировало её. Теперь здесь будет её будущее.

«Я не могла изменить своё ужасное прошлое».

Но будущее полностью зависело от неё.

«Я сделаю его достойным того, чтобы жить».

Не только ради себя, но и ради тех, о ком она заботилась и кого любила. И ради своего народа.

Они были дома – и сделают этот дом самым лучшим из возможных.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю