Текст книги "Дом Льда и Теней (ЛП)"
Автор книги: Шеррилин Кеньон
Жанры:
Классическое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 21 страниц)
Шеррилин Кеньон
Дом Льда и Теней
Мифы и Отщепенцы, книга вторая
Оригинальное название: Sherrilyn Kenyon / House of Ice and Shadows / Myths & Outlaws#2
Перевод и сверка: Solitary-angel
Вычитка: Hope
Русификация обложки: Solitary-angel
Книга переведена специально для сайта: WorldSelena
Аннотация
Автор бестселлеров №1 по версии «New York Times» Шеррилин Кеньон открывает совершенно новый мир, не похожий ни на что, виденное ранее…
Верни своё королевство
Гизела Кровавый Шип обучена убивать. Отданная в юности своим королевством в заложницы, она провела в рабстве почти всю жизнь и стала ассасином при дворе кентавров – там, где выживают лишь сильнейшие.
Теперь у королевы Фессалии для неё осталось всего два задания: защитить Хранителя Клятвы, на теле которого начертан контракт, способный держать врагов в страхе, и устранить врагов короны. В награду Гизела получит свободу.
Но, столкнувшись с первым из так называемых Отщепенцев – Заудином Казиком, – она понимает: враги не таковы, какими кажутся. И убить их оказывается куда сложнее, чем она ожидала.
Заудин – не просто незаконнорождённый наполовину тролль. Он наёмный убийца, посвятивший свою жизнь избавлению Тринадцати Королевств от Хранителей Клятв, особенно от того, на чьём теле высечен контракт королевы кентавров – того самого, которого Гизела поклялась защищать.
Для них обоих доверие – непозволительная роскошь. Но если они не сумеют преодолеть боль, страх и бремя прошлого, если не объединятся против истинного врага, они потеряют не только друг друга… но и весь мир...

Пролог
– Королева хочет поговорить с тобой.
Гизела Кровавый Шип перестала чистить свой богато украшенный чёрный меч и подняла глаза на красивого светловолосого кентавра, осмелившегося нарушить её редкий момент тишины и спокойствия.
Если бы Адсил вошёл в её комнату не по делам королевы и был бы каким-нибудь другим существом, она размозжила бы ему голову о стену. Но, будучи правой рукой королевы Миры, он избежал её гнева. Иметь дело с королевой было достаточно суровым наказанием для любого – ей не нужно было усугублять его и без того жалкое существование.
Зная, что ей запрещено носить оружие в присутствии королевы, Гизела отложила меч в сторону.
Как только она встала, Адсил вывел её из комнаты и повёл по позолоченному коридору туда, где королева ждала в своём помпезном, богато украшенном тронном зале, настолько перегруженном декором, что трудно было не прикрыть глаза.
Хотя у Миры не было вкуса в мебели, во всём, что касалось внешнего вида, она была воплощением элегантности. Коричневая лошадиная половина всегда была ухожена. Длинные чёрные волосы она заплетала в замысловатую косу, вплетённую в украшенную драгоценными камнями корону. Одетая в тёмно-синий жакет, напоминающий парадную офицерскую форму, она выглядела как истинная царственная монархиня.
Прежде чем Адсил успел объявить о её появлении, Гизела обошла его и откашлялась:
– Вы вызывали меня, Ваше Величество?
Это нарушение протокола сильно разозлило Миру, но Гизелу это вполне устраивало. Как часто говорила сама королева, Гизела родилась лишь для того, чтобы её раздражать.
Это была одна из многих вещей, в которых она преуспела.
Мира с рычанием поднялась ей навстречу.
– Мне нужны твои уникальные… навыки.
Гизеле пришлось стиснуть зубы, чтобы не сказать что-нибудь саркастическое вроде: «Что? Ты же не своего убийцу позвала ради сладкого угощения?»
В конце концов, Мира вызывала её только по одной причине – когда нужно было кого-то убить.
Ещё одно её умение. И всё благодаря Мире и её двору.
– И что же это, моя королева? – ей, пожалуй, стоило сыграть в эту игру, раз уж Мира, похоже, была в настроении.
– Мне нужно, чтобы ты нашла апбасвера, на коже которого написан мой договор с королём Дэшиэлем, и привела его ко мне для защиты.
Потрясённая, она приподняла бровь, услышав это неожиданное поручение. Защищать кого-то? Мира заболела? Она никогда не стремилась сохранить чью-то жизнь. Смерть. Увечья. Хаос. Вот что было для неё хлебом насущным.
Королева славилась своей жестокостью и безжалостностью. Конечно, всё это осуществлялось чужими руками. Но сама она всегда оставалась беспощадной.
– А если этот апбасвер откажется? – это было вполне вероятно, учитывая, что они были воинственной расой, магическим образом записывающей контракты на собственной плоти и гарантирующей их условия своими отточенными навыками. После этого единственный способ для подписавшего расторгнуть договор – убить апбасвера, на чьей коже были начертаны условия.
Что, как правило, оказывалось гораздо сложнее, чем казалось.
Глаза Миры потемнели.
– Мне всё равно, протестует он или нет. Приведи его сюда. Делай всё, что необходимо, только не дай апбасверу умереть.
– И какого же апбасвера мне нужно найти?
Королева часто опускала важные детали, полагая, что все вокруг способны читать мысли – даже те, кому порой было трудно уследить за постоянно меняющимися настроениями Миры.
Раздражённая, Мира усмехнулась.
– Очевидно, того, на коже которого мой контракт с королём Дэшиэлем.
Это совершенно не помогло и не дало ни малейшего представления о том, за каким демоном её посылают.
Вполне логично, что королева захотела заключить этот контракт. Мира была правительницей родины кентавров – Фессалии, а Дэшиэль являлся Верховным Королём всех Тринадцати Королевств и владыкой расы единорогов и их земель – Ликордии.
Но теперь она была в ещё большем замешательстве. Они воевали с Дэшем и его армией – так зачем охотиться на демона-контрактника, когда более очевидной целью было бы убить самого короля?
– Почему бы вам не поручить мне казнить короля за вас, Ваше Величество?
Это вызвало у Миры яростный вздох.
– А как ты думаешь, идиотка? Помимо того, что ни одному из нас не позволено вторгаться в королевства друг друга, нам также запрещено убивать друг друга. Или причинять какой-либо вред. Вообще. Таковы условия. – Она покачала головой и заскрежетала зубами. – Не могу поверить, что согласилась на это.
«Ох…» – подумала Гизела. Это был крайне неудачный пункт договора, совсем не похожий на её королеву. Она не могла представить, чтобы Мира добровольно согласилась на подобное.
Разве что была пьяна. Или временно не в себе.
– Насколько я знаю Дэша, – усмехнулась Мира, – а я его знаю, он уже отправил одного из своих Отщепенцев на поиски демона, чтобы казнить его. Возможно, всех. Доберись до него первой и сохрани ему жизнь. Приведи его сюда, чтобы мы могли охранять его. Как только он окажется в моём королевстве, его убийство будет равносильно объявлению войны. Так что доставь его сюда как можно быстрее.
– Как будет угодно, моя королева. – Гизела кивнула и отступила на шаг назад.
Когда она собралась уходить, Мира схватила её за руку.
– Не подведи меня.
Её зловещий тон произвёл сильное впечатление.
– Я никогда не подвожу.
Это было не хвастовство – лишь констатация факта.
Мира отпустила её.
– И, Гизела?
– Да?
– Если на своём пути ты встретишь кого-нибудь из его Отщепенцев – убей их тоже. И если тебе это удастся, я дам тебе то, чего ты больше всего жаждешь.
При этих словах у неё ёкнуло сердце.
«Это уловка…»
Так и должно было быть. Мира никогда никому не давала того, чего они хотели.
Поэтому Гизела решила уточнить:
– И это, моя королева?
– Твоя свобода. Клянусь честью. Если ты сохранишь жизнь зверю и вернёшься сюда с ним, тебе больше никогда не придётся служить мне. Я освобожу тебя.
Целую минуту она не могла пошевелиться, пока смысл слов не дошёл до неё. Мира никогда прежде не использовала такой стимул.
И королева была права – это было единственное, чего Гизела желала больше всего.
Никогда больше не убивать…
Никогда не быть мечом Миры. Никогда больше даже не разговаривать с этой стервой.
Это было единственное, за что она была готова продать душу.
Свобода… ради неё она была готова на всё. Но она понимала: радоваться слишком рано нельзя.
И тем более нельзя показывать Мире свои мысли или чувства. Поэтому она сохранила сдержанное выражение лица, скрывая, как сильно забилось её сердце.
Прочистив горло, она склонила голову.
– Я поняла, Ваше Величество.
Не сказав больше ни слова, она направилась обратно в свою комнату, чтобы взять меч и небольшой дорожный рюкзак, который всегда держала наготове.
Хотя, если честно, прошло много времени с тех пор, как её в последний раз отправляли на задание. Мира обычно держала её рядом.
Не потому, что доверяла.
Королева никому не доверяла. Именно поэтому она держала Гизелу при себе и тренировала её с особой жестокостью. Как личный ассасин королевы, Гизела получала задания устранять всё, что раздражало Миру, – или всех, кто её раздражал. Неважно, насколько незначительным было оскорбление. Или насколько непреднамеренным.
Это не было тем, к чему Гизела стремилась, но это была единственная профессия, которой её когда-либо обучали. И в которой она была пугающе хороша.
Гизела накинула дорожный плащ, радуясь, что на этот раз ей предстоит спасти чью-то жизнь, а не отнять её. Приятно было хоть раз заняться благородным делом.
И наконец обрести свободу?
Она сжала кулаки, охваченная головокружительным приливом эмоций, и снова подавила волнение.
Конечно, была одна серьёзная проблема.
Как ей найти конкретного апбасвера?
Их были тысячи. Буквально тысячи. Десятки тысяч.
Перед ней стояла непростая задача.
Преуспеть – или умереть. Таково было правило Миры. Её королева не знала пощады.
И Гизела тоже.
«Я найду этого зверя и верну его. Чего бы это ни стоило».
Она лишь молилась, чтобы добраться до апбасвера раньше своих врагов.
Глава 1
Гизела ненавидела это место. «Коготь нищего». Какое же глупое название! Но, учитывая, что оно находилось в самом сердце Васкалии, где обычно жили тролли, великаны и огры, ей ещё повезло, что его не назвали как-нибудь похуже.
В конце концов, эта компания не славилась своей творческой жилкой.
По крайней мере, так она думала, пока не прошла мимо стола с шестью огромными клыкастыми ограми, которые рисовали картинки на пергаменте.
– Нужно добавить больше теней, Ларс. Но это намного лучше, чем твоя предыдущая работа. Твои успехи с каждым разом становятся всё заметнее.
Этот неожиданный комментарий действительно заставил её замереть. Не только разговор о том, как улучшить рисунки, но и тот факт, что их работы произвели на неё сильное впечатление.
Что ж, очень хорошо. Она переосмыслила свой стереотип о людоедах. Очевидно, они были творческими натурами. И очень талантливыми.
Чего она не могла переосмыслить, так это того факта, что ограм было наплевать на другие расы.
Это подтвердилось, когда Ларс поднял голову и с презрительной усмешкой посмотрел на неё.
– На что ты пялишься, человечешка?
Она не была человеком. Но, поскольку выглядела именно так, не потрудилась его поправить.
– Просто восхищаюсь вашим искусством. Мне очень нравятся ромашки. Они очень красивые и прекрасно выполнены.
Это застало его врасплох. Он дважды моргнул своими выпуклыми глазами, а затем… улыбнулся. Возможно. С оргами трудно было понять, улыбаются они, чихают или собираются пустить слюни.
Гизела решила, что он доволен похвалой, учитывая, что он не пошёл за ней, когда она смешалась с толпой.
~ ~ ~
«Это девять видов неприятностей».
Поскольку он сам был источником всевозможных проблем, Заудин Казик узнал в ней себе подобную, стоило девушке войти в питейную.
Высокая, стройная, старающаяся оставаться незаметной…
Они были одного склада.
Конечно, он понятия не имел, как она выглядит, но двигалась она так, словно перетекала вода – плавно и грациозно. Каждый шаг был решительным. Её голова, скрытая капюшоном, слегка покачивалась из стороны в сторону, пока она наблюдала за всеми вокруг, продолжая искать что-то или кого-то, известного только ей.
Проклятие.
На самом деле он хотел узнать её имя, а это было на него совсем не похоже. Гормоны никогда не управляли его жизнью. Особенно при той цели, которую он преследовал.
Перекатывая монетку между пальцами, он внимательно наблюдал за ней. Она была слишком миниатюрной для уроженки этого королевства. По телосложению больше походила на человечку, эльфийку или сидхе. Возможно, жительницу Тенмару.
Или одну из оборотней.
Он ненавидел оборотней почти так же сильно, как апбасверов. Иногда – даже сильнее.
Приблизившись, она остановилась, чтобы поговорить с троллем.
Что бы она ни сказала, это его взбесило. Тролль поднялся, свирепо зарычав.
«Не обращай на неё внимания. Это не твоя белка».
Эта фраза, подаренная ему сводным братом Масакагэ, означала: «Не гонись за тем, что тебе не предназначено или тебя не касается. Занимайся своим делом, а другие – своим».
Кодекс Масакагэ.
К сожалению, это был не его кодекс. Ему платили именно за то, что он вмешивался в чужие дела.
Тролль оттолкнул женщину и поднялся, сжимая дубинку. По выражению его лица Заудин понял – тот собирался прикончить её этим оружием.
Не колеблясь, он оказался на другом конце комнаты как раз вовремя, чтобы поймать дубинку одной рукой.
Глаза тролля расширились от смеси ярости и недоверия.
– Не лезь не в своё дело.
Заудин оглянулся через плечо на женщину, которая уже выхватила меч и приготовилась защищаться.
– Следи за своими манерами.
Он ударил тролля, и тот отшатнулся.
Когда тролль рванулся вперёд, его друг схватил его за руку и прижал к боку.
– Разве… ты не видишь, кто это? – прошептал он троллю на ухо.
Его глаза расширились ещё сильнее, когда он понял, кто перед ним. Из разъярённого тролля мгновенно ушла вся ярость – он опустил оружие и даже поклонился.
– Простите меня, господин. Я не хотел этого. Я бы никогда сознательно на вас не набросился.
– Извиняться нужно не передо мной. – Заудин отпустил дубинку и отошёл в сторону, чтобы женщина могла его видеть.
Она застыла, нахмурившись, и перевела взгляд с него на нападавшего.
Тролль повернулся к ней и поклонился.
– Простите меня, госпожа. Я не хотел проявить неуважение или причинить вред.
Затем он спокойно вернулся на своё место.
Гизела была ошеломлена видом мужчины перед собой, который так резко изменил ход событий и остановил того, кто, как она была уверена, собирался её убить.
Во-первых, её спаситель был огромного роста. Она едва доставала ему до плеч, хотя сама считалась необычайно высокой для женщины.
Его волнистые чёрные волосы ниспадали до плеч и обрамляли лицо, словно выточенное самими богами. Никогда в жизни она не видела более красивого мужчины с такими совершенными чертами. Чёрные глаза гармонировали с богато украшенными чёрными кожаными доспехами – доспехами, говорившими о высоком происхождении и богатстве, превосходящем большинство дворян, которых она встречала при дворе Миры.
– Я не нуждалась в вашей помощи, – прошептала она.
Этот мрачный, проницательный взгляд остановился на её обнажённом мече.
– Уверен, вы могли бы победить его. В конце концов. Но если бы человек пустил троллю кровь оружием в Васкалии… победа оборвала бы вашу жизнь куда мучительнее, чем если бы он убил вас.
Гизела ахнула, осознав, что не знает местных законов. Она так привыкла к Фессалии, где дрались насмерть из-за такой мелочи, как ушибленный палец, что даже не подумала, чем для неё может закончиться сопротивление в Васкалии.
– Я защищалась.
– Это не имеет значения. Вы здесь не гражданка, а иностранцам здесь не рады.
Оглядевшись, она поняла, насколько он прав. Все смотрели на неё с кровожадным интересом.
Её смерть была бы неминуема – и всё потому, что она не удосужилась выучить глупый закон, не имевший никакого смысла.
Мужчина наклонился и тихо прошептал ей на ухо:
– Следуйте за мной, пока не пришли стражники и не взяли вас под стражу.
Не задумываясь, Гизела последовала за ним, а когда они оказались на улице, выругалась и остановилась как вкопанная.
– Вы заманиваете меня в ловушку или у вас на уме что-то гнусное?
Приподняв бровь, он медленно повернулся и уставился на неё с откровенным недоверием. Его выражение лица выглядело бы смешным, если бы не смертоносный взгляд и холодная манера держаться.
– Зачем? У вас явно почти нет денег. И если вы думаете, что я изнасилую вас после спасения, то вы совершенно не умеете разбираться в помыслах других.
Он был прав. Она никогда не тратила время на изучение этого навыка. В её работе это не имело значения. Остальные делились на две категории: тех, кого следует игнорировать, и тех, кого следует убить.
Этот незнакомец представлял третью категорию, с которой она не привыкла иметь дело.
– Всё, что я знаю о других, – это то, что им никогда нельзя доверять. – Независимо от категории. – Они говорят одно в лицо, а в тот же миг, как ты отворачиваешься, действуют совершенно иначе. Тролль, от которого вы меня спасли, был готов разбить мне череп только потому, что я случайно слегка задела его руку – он даже не пролил свой напиток. За такую мелочь он был готов пролить кровь. Без предупреждения. Просто криво ухмыльнулся, когда встал, намереваясь на меня напасть.
Заудин внутренне содрогнулся, услышав собственные мысли, произнесённые вслух другим человеком. И она была права.
И они были незнакомцами. Он не мог упрекнуть её в подозрительности. Слишком много существ – трусы, охотящиеся на слабых. На его теле было достаточно шрамов, чтобы это доказать.
И хотя она, возможно, была грозной воительницей, судя по её движениям и владению мечом, против огра, тролля или великана она всё же находилась в явно невыгодном положении.
– Вы правы, миледи. Но я видел достаточно существ, ставших жертвами других. Моим единственным намерением было вытащить вас целой и невредимой. Что я и сделал. – Он коротко поклонился. – Не стоит благодарности.
С этими словами он повернулся, чтобы уйти.
– Подождите!
Её окрик удивил Заудина. Он медленно повернулся к ней.
– Да?
Гизела была удивлена своим поступком не меньше, чем он. Она понятия не имела, почему окликнула его.
За исключением одного момента…
– Здесь есть безопасное место, где можно переночевать? Гостиница или постоялый двор, где сдадут комнату такой, как я?
Он покачал головой.
– Нет… людям в Васкалии не рады. Сомневаюсь, что вы найдёте в городе хоть одну гостиницу, где вам разрешат переночевать.
И всё же здесь его знали и боялись – это она поняла сразу. А разве он тоже не человек?
Возможно, чародей или оборотень?
Нет. Не в таких доспехах и с такой выправкой. Скорее, наёмник. Какой-нибудь дворянин, для которого настали трудные времена. Это было бы логично. Они часто скитались по королевствам в поисках работы.
– Вы наёмник? – спросила она.
– Нет.
Она ожидала, что он скажет что-то ещё, но, похоже, это было единственное резкое слово, на которое он оказался способен. Интересно.
Если поблизости нет гостиницы, где можно переночевать, придётся искать подворотню.
– В таком случае спасибо за помощь.
Уходя, Заудин выругался, уже понимая, что она собирается делать этой ночью. В то время как переулок в некоторых городах мог бы стать приемлемым убежищем, этот город был не из таких. Дертал был смертельно опасным местом для тех, кто не знал его обычаев и законов. Стражники схватили бы её и, вероятно, убили бы…
После того как сначала сотворили бы с ней ужасные вещи.
«А тебе-то какое дело?»
В каждом королевстве жизнь стоила дёшево. В этом отношении Васкалия ничем не отличалась от других мест. Но…
– Если вы сможете вытерпеть меня одну ночь, я разделю с вами свою комнату.
Взгляд, которым она его одарила, мог бы заморозить драконий огонь.
– Что?
– Я сейчас не пытаюсь затащить вас в постель, дорогая. Я уже отклонил полдюжины выгодных предложений весело провести ночь. Я предлагаю вам безопасное место, где вы сможете поспать до утра. Можете занять кровать. Я лягу на полу… в другом конце комнаты и буду спать в одежде.
– Зачем вам это?
Он стиснул зубы, когда нахлынули воспоминания. Но, как всегда, подавил их с непоколебимой решимостью. Его прошлое никогда не будет управлять им. Он не желал быть скованным этим грузом.
– Я видел ужасы того, что происходит с теми, у кого нет защитников. Я всего лишь хищник для тех, кто способен дать отпор с таким же мастерством или даже лучше. Верьте мне или нет – мне всё равно. Но если вы будете ночевать на улицах, стражники схватят вас, и исход будет печальным.
Гизела не знала, почему поверила этим словам. Доверие было ей так же чуждо, как любовь или доброта. Она не верила ни в одно из этих понятий.
Совсем.
У неё не было причин доверять ему. Да, он спас её, но это ничего не значило. Она жила при дворе Миры, где царило лицемерие. За услугу всегда требовалась ответная услуга, а потом тот, кому ты помог, без всякой причины предавал тебя.
Единственное, чему она доверяла в этой жизни, – это тому, что кто-то в любой момент может наброситься на неё. И часто без всякой причины.
«Не делай этого».
Но где ещё можно было переночевать? Конюшня не была бы безопасным местом. Любой мог прийти или уйти оттуда – и часто так и происходило. Она побывала во всех пяти гостиницах этого места, и ни одна не согласилась сдать комнату «такой, как она».
Завтра ей нужно было отправиться на Остров Зарока, чтобы начать поиски апбасвера. Для этого требовалась ясная голова, а значит – хороший ночной сон.
Но как она могла спать в одной комнате с этим мужчиной?
«Ты поступала и похуже».
Верно. И было бы неплохо поспать в кровати после целой недели в дороге, когда приходилось спать во влажных кустах, стараясь оставаться начеку и опасаясь нападения. В самом деле, ей было необходимо безопасное и комфортное место для ночлега.
Хорошо. Она будет настороже и проследит, чтобы он сдержал своё слово.
– Очень хорошо. Спасибо. За всё.
Он склонил голову, затем протянул руку, указывая на первую гостиницу, которую она посетила – «Фиолетовая лошадь». Ещё одно странное название, но кто она такая, чтобы судить.
Благодарная за его неожиданную доброту, она направилась туда.
Он пристроился рядом с ней, словно знал, что ей не нравится, когда кто-то находится у неё за спиной. Или, возможно, сделал это, чтобы успокоить её. Гизела заметила, что он держал руки скрещёнными на груди – подальше от своего оружия.
Но самым очевидным признаком была его неторопливая походка. Или, точнее, размеренная – это слово подходило лучше всего. У него была походка настоящего воина: плавная, уверенная и более сексуальная, чем ей хотелось бы признавать. Это был мужчина, уверенный в себе и своём месте в мире.
Тот, кто жаждал хорошей драки и не боялся поражения.
В нём также ощущалась утончённость. Это говорило о том, что он проводил при дворе столько же времени, сколько и она. Что совершенно не вязалось с его властным воинственным обликом. Большинство воинов являлись ко двору только по вызову и уходили, как только могли. Из-за сплетен и лицемерия они обычно избегали его любой ценой.
Однако она достаточно часто общалась с придворными, чтобы заметить: он обладал тем же аристократическим воспитанием, что и любой дворянин.
Это подтвердилось, когда они добрались до гостиницы и он открыл ей дверь, пропуская её первой. Он определённо прошёл формальное обучение этикету.
Когда они пересекли почти пустой зал таверны и направились к лестнице, их окликнул резкий голос:
– Эй! Что вы делаете?
Её спутник остановился и взглянул на огра, которого она приняла за хозяина этого места.
– Направляюсь в свою комнату.
– Мы здесь не принимаем таких, как она. Пусть она немедленно выметается отсюда.
Её спутника окутала смертоносная аура – такая, которую она даже не могла описать. В его теле и выражении лица почти ничего не изменилось, лишь едва уловимая жёсткость… но это было безошибочно узнаваемо.
И пугающе.
Хозяин гостиницы заметно сглотнул.
– Я… э-э… то есть, мы обычно не принимаем таких, как она. Но для вас, милорд… Просто держите её подальше от глаз других гостей, милорд… п-пожалуйста.
Не говоря ни слова, он мягко взял её за локоть и проводил к лестнице.
– Почему вас все так боятся? – спросила она.
Судя по едва заметному подёргиванию губ, его вопрос позабавил.
– Я страшное существо. Разве вы не заметили?
С этим трудно было поспорить.
– Дело не в этом. Есть кое-что о вас, что они знают… и я чувствую, что тоже должна это знать.
Он приподнял бровь, словно оспаривая её утверждение.
– Я не спорю – вы умеете вселять ужас. Но их реакция… это нечто большее. Кто вы на самом деле?
– Сегодня вечером я буду вашим соседом по комнате. Это всё, что вам нужно знать.
Он остановился у второй двери слева и открыл её.
Гизела вошла внутрь и замерла. Кровать была гигантской – скорее подходящей для огра или тролля – и вся усыпана подушками. Но беспокоило её не это.
В комнате уже был ещё один обитатель, закутанный в чёрный плащ с капюшоном, украшенный тяжёлой золотой вышивкой. Судя по всему, это были алхимические символы. Она едва не врезалась в него.
Из складок плаща высунулись две руки в доспехах, чтобы опустить капюшон.
Её первой мыслью было, что он родом из Тенмару – северного королевства, населённого ёкаями, тэнгу и они. Но у него были эльфийские уши. У жителей Тенмару обычно были рога или другие признаки, отличающие их от людей, фей и эльфов. Единственное, чего, насколько ей было известно, у них никогда не было, – это заострённых ушей.
С другой стороны, его доспехи определённо принадлежали армии Тенмару, как и черты лица. Тёмные, глубоко посаженные глаза были по-своему очаровательны, а лицо – столь же совершенным, как у её неизвестного спутника.
– Вы пришли посмотреть на роджи-но-акуна? – спросил он с сильным акцентом.
Его вопрос заставил её нахмуриться.
– Мне не знаком этот термин.
– Уличный демон, – произнёс Заудин у неё за спиной, закрывая дверь.
Он слегка склонил голову в сторону того, с кем она чуть не столкнулась.
– Масакагэ… наживаешься в моей комнате? Неужели твои оскорбления никогда не прекратятся?
Тот рассмеялся.
– Оплачивает мой алкоголь, Зи. Но нет. Я пришёл к тебе и был удивлён, увидев, что по прибытии в комнату вошла женщина.
Гизела почувствовала себя ещё более неловко.
Её спутник, Зи, наклонил голову, рассматривая спальный мешок на полу позади Масакагэ.
– Ты ищешь место для ночлега, раз уж таких, как ты, здесь не принимают?
Масакагэ взмахнул рукой, и в его ладони появилась длинная витая трость. На её конце был закреплён крупный кристалл. Кристалл начал светиться, заливая комнату мягким голубым светом.
Только теперь Гизела увидела, что он обустроил себе уютный угол в комнате Зи. Там стояли чайник, чашка и небольшая миска с едой.
Изящным движением руки Масакагэ указал на своё импровизированное жилище.
– Я не думал, что ты будешь против, брат. Если бы я знал, что ты не один…
Они оба с любопытством посмотрели на неё.
– Я найду другое место для ночлега, – сказала она и отступила на шаг.
– Здесь никто не причинит вам вреда, миледи, – Масакагэ улыбнулся ей.
– Он говорит правду. Согласно имшу о вас будут заботиться и защищать, пока вы под его присмотром. Здесь, рядом с ним, вы в большей безопасности, чем в объятиях матери.
Это было не совсем про её мать, но она поняла, что он имел в виду. Гизела с подозрением посмотрела на Зи.
– Имшу?
Зи снял плащ.
– Закон Тенмару о гостеприимстве. Оставайтесь… мы защитим вас ценой своей жизни.
Гизела подняла бровь. Была только одна проблема.
– Вы не из Тенмару.
Он снова посмотрел на Масакагэ.
– Он разбил лагерь в моей комнате. Если я нарушу его правила, он будет обязан перерезать мне горло. Хотя я никогда не дам ему для этого повода.
Инстинкты подсказывали ей держаться от них обоих как можно дальше. И всё же рядом с Масакагэ ей следовало быть настороже… но по какой-то причине она чувствовала себя с ними более спокойно, чем должна была.
И особенно спокойно рядом с человеком по имени Зи – что совершенно не имело смысла.
Она поморщилась.
– Думаю, вы оба предпочли бы, чтобы я ушла.
– Меня это нисколько не беспокоит. – Зи повесил плащ на спинку стула и обратился к Масакагэ. – Я столкнулся с ней в пабе.
Масакагэ удивлённо приподнял бровь.
– Столкнулся?
Зи игриво толкнул его.
– Отвлекись от пошлостей, которые ты называешь своим домом. Я спас её от тролля.
Масакагэ сурово нахмурился, глядя на Гизелу.
– Меня поражает сам факт, что ты вообще с ней заговорил. Это на тебя совсем не похоже.
– С возрастом я становлюсь мягче.
Зи вытащил из своего снаряжения спальный мешок и положил его на пол рядом с тюфяком Масакагэ.
Масакагэ вновь обратил внимание на неё.
– Ты присоединишься к нам на ночлег или уйдёшь?
«Не доверяй им. Не делай этого».
Они были незнакомцами. Никогда в жизни никто её не защищал. И всё же она не чувствовала угрозы ни от одного из мужчин.
Более того – они казались странно искренними. И это было самым странным из всего.
Масакагэ полез в чёрный бархатный мешочек на поясе. Достав мелкую монету, он внимательно изучил её.
– Ты отправляешься в опасное путешествие. И твоё прошлое наполнено глубокой печалью и болью. Не в твоём характере доверять кому бы то ни было. И, судя по тому, что я вижу, у тебя есть на это причины.
Он протянул ей монету.
– Но скоро тебе придётся принять ужасное решение. Оно либо изменит твоё будущее к лучшему, либо ввергнет тебя во тьму, которая тебя породила.
– И снова – ты можешь остаться с нами на ночлег. Если бы кто-то из нас хотел причинить тебе вред, мы бы уже это сделали.
– И, как я уже сказал, его культура не позволяет ему причинять тебе вред, если ты сама не дашь для этого повода, – добавил Зи. – Если он нарушит правила имшу, его боги накажут его. Лично я считаю, что боги наказывают нас и без всякой причины… но я не разделяю его веры.
Пока Зи говорил, Гизела рассматривала странную серебряную монету. Она никогда не видела ничего подобного. На одной стороне было шесть мечей, а на другой – странная эмблема, напоминающая они: раздутые челюсти с клыками на лице, которое, казалось, оценивает её.
– Ты предсказатель? – спросила она Масакагэ.
– Я – многое.
Он постучал посохом по полу, и свет погас.
Не сказав больше ни слова, он вернулся на свой тюфяк.
Она уже собиралась уйти, но ноги сами понесли её глубже в комнату, прежде чем она успела себя остановить.
Масакагэ материализовал ещё две маленькие глиняные чашки и грациозно налил в них чай. Одну он протянул Зи, и тот принял её. Затем налил ещё одну и протянул Гизеле.
В его движениях было столько изящества, что ей захотелось обладать хотя бы половиной этой грации.
Она опустилась на землю и приняла чашку.
– Спасибо.
Он слегка склонил голову, прежде чем сделать глоток.
– Как тебя зовут? – спросил Масакагэ.
– Гизела. – Она вернула ему маленькую чашку. – Восхитительный вкус. Ещё раз спасибо.
Пока Зи в углу снимал доспехи, Масакагэ взял чашку и заглянул в неё.
– Хочешь ещё?
Ей следовало бы отказаться. Но чай был действительно восхитительным. Она никогда не пробовала ничего настолько успокаивающего. Это было словно выпить объятие.




























