Текст книги "Ты моя Война (СИ)"

Автор книги: Селена Кросс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 23 страниц)

Я поймала себя на мысли, что даже его присутствие в пространстве ощущается сильнее, чем у большинства мужчин, которых я встречала.

Джейк что-то негромко говорил, но Александр молчал, и от этого его молчание давило на меня сильнее, чем любые слова.

Когда они скрылись за дверями лифта, Кэссиди громко выдохнула.

– Фух. Можно расслабиться.

– Да уж… – я провела рукой по волосам.

К нам подошла Дженна, сияя, как новогодняя гирлянда.

– Привет, девочки! О чём сплетничаете?

– Уинтерс снова не в духе, – хмыкнула Кэссиди. – Наша Тесс уже получила свою утреннюю дозу радушия.

– Чёрт, Тесс, мне кажется, он тобойинтересуется, – Дженна присвистнула, глядя на меня с азартом.

– Да ну хватит уже! – простонала я, закатив глаза.

– А кто ещё это заметил?

– Я! – Кэссиди подняла руку. – Это же очевидно! Он от тебя требует того, чего никогда бы не потребовал от других.

– Да-да, он будтопрощупывает почву, – поддакнула Дженна, толкнув Кэсс в плечо.

– Может, если бы ты не взрывалась, а наоборот…

– Так, стоп! Никаких «может»! – я подняла руку, пресекая их болтовню. – Давайте лучше пойдём перекусим. Мой желудок уже бастует.

– О, это отличная идея, – согласилась Дженна. – Я знаю классное кафе неподалёку… Там кофе… Ммм…

– Или бариста? – поддела её Кэсс.

– Ну и он тоже!

Мы рассмеялись, будто и не было всего этого напряжения.

Но пока мы заходили в лифт, в моей голове крутилась только одна мысль:

А вдруг они правы?

Я тряхнула головой.

Нет. Александр Уинтерс не способен на тёплые чувства. Он не человек, а ледяной чёртов айсберг. Меня не должно волновать, что он думает. Не должно…

Выйдя из здания компании, я глубоко вдохнула свежий воздух. Голова прояснилась, но внутри всё ещё оставался осадок после стычки с Александром Уинтерсом. Этот человек умел вывести меня из себя буквально парой фраз. Но разве я виновата, что он такой... сложный? Высокомерный, резкий, холодный. Хотя, чего уж там, я тоже не из лёгких.

– Боже, Тесс, да расслабься ты уже, – Кэссиди легонько толкает меня в бок, подмигивая. – Мы идём в кафе с самым горячим бариста в городе, а ты вся в мыслях о боссе.

– Да не думаю я о нём! – бурчу в ответ, но девочки лишь переглядываются и смеются.

– Ага, конечно.

Мы продолжаем путь, пока Кэссиди с Дженной наперебой рассказывают, как этот самый бариста виртуозно готовит кофе, и делают на это упор так, будто речь идёт вовсе не о напитке.

Я улыбаюсь.

Всё-таки мне повезло с коллегами. Надо будет познакомить их с Лив и Кэти – они точно найдут общий язык.

Наконец, мы подходим к кафе.

Снаружи оно выглядит вполне обычно: нейтральные оттенки, большие окна, уютная веранда – одно из тех мест, которые можно легко пройти мимо, не обратив внимания.

Обычное заведение в Вашингтоне, коих десятки. Но стоило нам войти внутрь, как я тут же поменяла своё мнение.

Café Lumière– это не просто кафе.

Это настоящий уголок уюта в самом сердце города. Просторное помещение наполняет аромат свежесваренного кофе и чего-то сладкого, с лёгким ненавязчивым джазом, который звучит фоном, создавая атмосферу уюта и спокойствия.

Деревянные столики, мягкие диванчики, тёплый свет ламп – здесь всё будто продумано до мелочей, чтобы заставить забыть обо всём и раствориться в моменте. В углу – камин, где всегда горит огонь, а стены украшают черно-белые фотографии города.

Этот интерьер – симфония простоты и элегантности. Вдохнув воздух, чувствуешь, как уходит напряжение, и мир становится медленнее, спокойнее.

Здесь легко ощущать себя в безопасности, как будто в другом, более тихом и красивом мире, где нет места для спешки.

Мы занимаем столик у окна. Солнце светит ярко, и я ловлю его тёплые лучи, подставляя лицо. В такие моменты понимаешь, насколько редко удаётся просто выдохнуть и ни о чём не думать.

– Заказываем по стейку и кофе? – предлагает Кэссиди, и мы дружно соглашаемся.

Пока мы делаем заказ, Кэссиди уже строит глазки баристе. Надо признать, парень и вправду хорош: высокий, с лёгкой небрежной щетиной, обаятельная улыбка. Он подмигивает нам, и девочки моментально начинают перешёптываться.

– Ну как, Тесс, есть шанс бросить своего политика ради кофе-искусителя? – подначивает Дженна, усмехаясь.

– Ох, прекрати, – фыркаю я, делая вид, что меня это не волнует.

Обед проходит отлично. Стейк великолепен, кофе бодрит, а девочки не устают обсуждать предстоящий корпоратив в компании.

– Кстати, ты же идёшь со своим парнем, Тесс? – спрашивает Дженна, делая глоток кофе.

– А можно просто не пойти? – надеясь на чудо, задаю я риторический вопрос.

– Ты на стажировке. Конечно, же тебе лучше будет быть там, – пожимает плечами Кэссиди. – Тем более, это не просто корпоратив, это ещё и день рождения Александра Уинтерса.

– Два праздника в одном, – ухмыляется Дженна.

Я тяжело вздыхаю.

– Если Эндрю будет свободен, то... почему бы и нет?

Девочки тут же начинают обсуждать наряды, в которые собираются облачиться. Но я вдруг ощущаю что-то странное. Как будто на меня кто-то смотрит. Причём не просто взглядом праздного наблюдателя, а... прожигает насквозь.

Я незаметно осматриваюсь, но никто из посетителей кафе на меня не смотрит.

Отмахиваюсь, решая, что это просто нервное перенапряжение, и возвращаюсь в разговор.

Но ощущение не исчезает.

Оно становится сильнее.

Тогда я поворачиваю голову чуть левее, в сторону дальних столиков, куда почти не попадает свет.

И встречаюсь взглядом с ним.

Александр Уинтерс.

Он сидит в полумраке, неподвижный, словно статуя, а его ледяные глаза сверлят меня, будто рентгеном. Рядом Джейк, который что-то говорит, но сам Александр, кажется, его не слушает.

Моё сердце на мгновение останавливается.

Мы просто смотрим друг на друга, и я теряю счёт времени.

Почему он здесь? Почему именно сейчас?

– Тесса, ты с нами? Ты чего застыла? – голос Дженны вырывает меня из транса.

Я резко отвожу взгляд.

– Да, я здесь. Может, уже пойдём?

Быстро расплачиваюсь, стараясь не оглядываться, но чувствую на себе его взгляд до самой двери. Будто он прощупывает меня, разгадывает.

Я как можно скорее покидаю кафе, но даже на улице ощущение не исчезает. Он всё ещё в моей голове...

–– ~ Тесса ~ –

После вкусного обеда, казалось бы, должно было стать легче. Тело расслабилось, желудок доволен, девочки болтали о нарядах, праздниках и предстоящих мужчинах в их жизни. Всё выглядело таким... нормальным. Настолько нормальным, что я почти поверила в собственную безмятежность. Почти. Потому что стоило нам вернуться в офис, реальность накрыла с новой силой.

Мы с Кэссиди и Дженной переглянулись, стоило пересечь порог. Атмосфера была напряжённая, будто кто-то незримо тянул нити наших движений. Чувство тревоги никуда не ушло, хотя я пыталась убедить себя в обратном. Может, это кофе был крепче обычного? Может, это нервы?

Но времени на лишние мысли не было. Работы было полно, и я намеренно нырнула в рутину с головой, цепляясь за каждую букву, за каждую запятую, чтобы заглушить голос в голове. Я перечитывала судебные иски, вникала в положения контрактов, вписывала примечания в поля, даже пыталась исправлять мелкие огрехи – лишь бы не думать о нём. О том, как его взгляд прожигал меня насквозь в кафе. О том, как он наблюдал, не моргая. Чёрт бы побрал этого Александра Уинтерса.

Голова гудела, как высоковольтные провода в шторм, внутри всё клокотало. Слова, которые я выпалила ему, крутились в мыслях, как заевшая пластинка. Холод его взгляда всё ещё стоял у меня перед глазами. Он не был из тех людей, кто проглатывает подобное. Я знала это слишком хорошо, чтобы себя обманывать.

"Если враг не ответил сразу – жди нож в спину", – как учил меня папа. Эта его фраза теперь словно выжжена на моём подсознании. И от этого воспоминания по спине пробежал холодный морозец, заставив поёжиться. Папа редко ошибался. Надо быть на чеку. Постоянно. Бессонные ночи и тревожные мысли теперь гарантированы.

Мысли резко прервались, когда чьи-то руки легли мне на плечи. Тёплые, лёгкие… но в теле всё равно взвилось напряжение, будто меня поймали за чем-то страшным.

– Боже, Кэсс, ты меня напугала, – облегчённо выдохнула я, чувствуя, как мышцы всё-таки немного расслабляются.

– Ты чего такая напряжённая? – спросила Дженна, склонив голову набок, изучая меня с той самой внимательностью, которая не оставляла шанса на отговорки.

Я только открыла рот, чтобы что-то ответить, но Кэссиди опередила меня, приподняв бровь и отхлебнув кофе, как будто всё происходящее – просто продолжение захватывающего сериала.

– Ты реально думаешь, что он тебя уволит? За что? За то, что ты назвала его… как ты его назвала? Давай, напомни нам ещё раз, чтоб мы смеялись дольше!

– Мудаком, – простонала я, прикрывая лицо ладонями. Оно горело. Горело так, будто я и правда только что призналась в чем-то ужасно неприличном. – Причём в лицо. В его лицо. Я. Своими словами. В лоб.

– Крутая ты девчонка! – фыркнула Дженна, закидывая ногу на ногу и откидываясь на спинку стула с видом человека, который устроился поудобнее, чтобы наблюдать за цирком. – Прям хочется взять у тебя автограф на визитке "Самая бесстрашная стажёрка года". Ставлю пять баксов, что он этого в жизни не забудет.

Я застонала, прижимая пальцы к вискам.

– Бесстрашная? Это когда перед казнью шутки травишь? Потому что, кажется, я именно этим и занимаюсь.

Кэссиди ухмыльнулась, словно мы обсуждали не мою потенциальную профессиональную смерть, а последний модный тренд.

– О, да. Ты просто шутница перед лицом апокалипсиса. Только вместо палача у тебя мистер Уинтерс в роли ледяной глыбы. Хотя… – она сделала паузу, и, черт бы её побрал, подмигнула мне! – Такую глыбу, я сама бы не прочь растопить.

Я вытаращилась на неё.

– Кэссиди!

Дженна тут же вмешалась.

– Кэссиди! Ну ты даёшь!

– Что? – пожала плечами она, изображая невинность с выражением лица, которому я не поверила бы ни за что. – Мы же видели, как он на тебя смотрит? Прям как лев на зебру… нет, на тигрицу! Не просто так, я вам скажу. Там такой заряд, что лампочка на потолке вот-вот перегорит.

Я шумно выдохнула, чувствуя, как лицо становится всё горячее.

– Он смотрит на меня так, будто хочет вычеркнуть меня из жизни, а не… ну, вы поняли! – я взмахнула руками, почти сбив Дженну её латте. – И вообще, мы говорили о том, что меня могут уволить, а не о фантазиях на тему "Что, если мистер Уинтерс…"

– Пфф, да никто тебя не уволит! – уверенно заявила Дженна. – Ты слишком полезная. И, между прочим, очень интересная, чтобы вот так взять и выгнать.

Кэссиди усмехнулась, откидываясь на стуле назад, сцепив руки за головой.

– Да уж, ты вон сегодня заявила, как в кино. Он явно офигел от такой дерзости. Парни вроде него обожают вызовы. Раз пошла война характеров – готовься к битве.

– Вы сами-то в это верите? – спросила я, не особо надеясь на честный ответ.

– Абсолютно! – Дженна хрустнула пальцами, как будто готовилась к спаррингу. – Я ставлю кофе на то, что он тебя не уволит. Более того, он тебя приручить захочет. Станешь у него типа личного… домашнего львёнка.

– Домашнего львёнка?! – рассмеялась я нервно. – Джен, ну ты скажешь тоже.

– А что? – Дженна пожала плечами, безмятежно потягивая свой напиток. – Ты сама слышала, что сказала Кэсс, он смотрит на тебя как лев. А ты – будешь для него как маленькая, пушистая, но царапающаяся тигрица. А это уже половина успеха.

Кэссиди лениво усмехнулась и добавила с каким-то дьявольским огоньком:

– Мужики в костюмах не просто так такие суровые. Им просто нужнен человек рядом, чтобы снять галстук и… расслабиться.

Я фыркнула, стараясь держать лицо.

– Галстук он может снять где угодно. Без меня. Ой, девчонки… – я тяжело вздохнула, позволяя голове опуститься на руки, – Я просто хочу пережить эту неделю. А потом, может быть, месяц. Если он меня не сожрёт в течение ближайших суток.

– Он тебя точно не сожрёт, – Кэссиди улыбнулась, как кошка, добравшаяся до сметаны. – Скорее всего, просто будет хмуриться, строить из себя мистера Ледышку, а потом неожиданно растает. Или вспыхнет. Я вообще думаю, что у него там внутри вулкан.

– Скрытый вулкан, ага, – хмыкнула Дженна. – На вид айсберг, на ощупь пламя. Вот увидишь.

– О, да, айсберг! – Кэссиди закатила глаза. – Снаружи ледяной, внутри сто процентов вулкан. Ты просто ещё не увидела, как он извергается.

Я поперхнулась водой, закашлялась, прижав кулак к губам.

– Спасибо, Кэсс, образ у меня теперь тот ещё. Очень… вдохновляющий. В стиле фильмов для взрослых.

Кэссиди подмигнула.

– Мечтай шире, Тесс, мечтай шире.

Я метнула на Дженну умоляющий взгляд, надеясь на здравомыслие.

Она лишь развела руками, но глаза у неё смеялись.

– Она права, знаешь ли. Мистер Уинтерс на вид весь такой строгий и неприступный, но глаза у него… Ммм… Ты заметила?

– Какие ещё глаза?! – Я замотала головой. – Он смотрит так, как будто хочет меня сжечь на месте!

– Или сжечь тебя… в другом смысле, – протянула Кэссиди, мурлыча как кошка.

Я сдалась, рассмеявшись, не в силах больше сопротивляться этой безумной энергетике.

– Господи, девочки, остановитесь! Я же на грани увольнения, а вы обсуждаете вулканы и взгляды! Он меня в порошок сотрёт после всего этого.

Дженна уверенно кивнула.

– Никто тебя не уволит. Он тебя воспитывать будет. Воспитывать и дрессировать.

– Чего?! – я едва не уронила свою чашку. – Вы с ума сошли! Он меня ненавидит!

– Ты его зацепила, Тесс, – поправила Кэссиди, голос у неё был серьёзный, почти наставнический. – А это не одно и то же. Наоборот, это уже почти признание. Это редкий талант.

Я опустила взгляд на свои руки, чувствуя, как внутри что-то переворачивается.

– Если вы правы, то я уже жалею. Я не умею играть в эти игры.

Дженна ткнула меня в бок локтем.

– Да ладно тебе. Ты и не заметила, как стала главной героиней своего собственного фильма. Вот так живёшь, носишь папки, а потом бац! – и ты уже в эпицентре самого горячего ромкома года.

Я снова усмехнулась, позволяя себе расслабиться. Сердце больше не колотилось, как сумасшедшее. Эти две могли развеять любую бурю, даже если она бушует внутри меня.

– Слушайте, – сказала я, наклоняясь вперёд, – а если всё-таки уволит? Что я буду делать?

Дженна вскинула палец.

– Во-первых, мы с Кэссиди пригласим тебя в бар. Во-вторых, устроим вечер караоке. В-третьих, наберём тебе новых интервью на утро.

– И в-четвёртых, – добавила Кэссиди, – мы запишем твой монолог про «самодовольного сноба» на стендап-открытый микрофон. Ты взорвёшь зал!

Я фыркнула и рассмеялась.

– Может, лучше не надо?

– Надо! – хором сказали обе.

И тут я осознала, что готова идти с ними хоть в огонь. Они – моя броня в этом мире.

– Ладно. Но если всё обойдётся, вы обязаны помочь мне выбрать платье на корпоратив.

Кэссиди подмигнула.

– Считай, что у тебя два личных стилиста.

– Да, и мы сделаем тебя такой, что мистер Уинтерс сам заикаться начнёт, – добавила Дженна. – Ты же знаешь, каким должно быть это платье?

Я задумалась.

– Красное?

– О, да! – Кэссиди хлопнула в ладони. – Красное. Обтягивающее. И с открытой спиной.

– Мы из тебя конфетку сделаем, – добавила Дженна. – Хотя ты и так конфетка, только обёртку поменяем на более эффектную.

– Он умрёт, – протянула Дженна, и в голосе её звучала довольная нотка. – От зависти. К другим мужикам. Придёшь на вечеринку в красном платье, а он такой: «Ого…». Всё, карта ляжет иначе.

Я смеялась вместе с ними, впервые за этот день чувствуя, что не всё потеряно. И кто знает… может, мистер Уинтерс действительно узнает, кто такая настоящая Тесса Чон.

И когда мне уже показалось, что я наконец-то вынырнула на поверхность, воздух прорезал звонок телефона.

– Тесса, тебя вызывает мистер Уинтерс. У тебя две минуты. – Голос Тины, его секретаря, был спокоен, но в нём звенел металл.

Две минуты. В голове крутилось лишь одно: «Ну вот и всё. Сейчас он меня отправит в далёкое плавание». Пожалуй, по заслугам. Он имеет право. Я ведь не просто перегнула палку – я перешагнула через все допустимые границы и сделала это с дерзостью. Чон, ты вляпалась.

Я молча собрала бумаги, сняла с крючка пиджак и, словно на автомате, сунула в сумку личные вещи. Кэссиди бросила на меня быстрый взгляд, полный сочувствия, но промолчала. Дженна шумно вздохнула, но не сказала ни слова.

Пальцы скрестила сама по себе, как ребёнок, который шепчет себе заклинание на удачу. Вот только кто меня услышит?

Когда я подошла к кабинету, Тина приподняла брови.

– Ты как будто на казнь собралась. – Скорее всего так и есть, – выдохнула я и постучала. – Входите, мисс Чон, – раздался его голос. Спокойный, ровный, властный. Как всегда.

Он сидел за огромным тёмным столом, согнувшись над бумагами. В кресле-каталке, но этой детали уже никто в офисе не замечал. Его харизма, его сила, энергия – всё это заполняло собой пространство так, что ты забывал, как он передвигается. Он казался не человеком, а каменной глыбой, которая сдвинется только тогда, когда сама этого захочет.

Я подошла к его столу, остановилась в метре и ждала. Он что-то писал. Сосредоточенно, скрупулёзно. Миг, два, три... пять. Пальцы начали неметь, сердце колотиться, как бешеное. Может, он просто делает вид, что занят? Или уже заполняет моё увольнение? Чёрт, Чон, останови этот поток мыслей.

Я сделала шаг вперёд и, заговорила:

– Мистер Уинтерс, перед тем как вы меня уволите, мне хотелось бы извиниться. За свои слова сегодня днём. Я была резка, позволила себе лишнее. Это непрофессионально и недопустимо с моей стороны. Я это осознаю. Мне...очень жаль.

Он продолжал писать, будто не слышал. Сердце ухнуло в живот. А потом он заговорил:

– Не утруждайтесь, мисс Чон.

Его голос был ровным, но я слышала сарказм между строчек. Он уже решил мою судьбу. И в этой судьбе я, похоже, безработная.

– Значит, я могу собирать свои вещи? – спросила я. Пожалуй, удивительно, что мой голос не дрожал.

– Да, можете, – бросил он. Коротко. Холодно.

Вот и всё.

Мои ноги начали двигаться сами собой. Поворот. Дверная ручка холодна, как лёд. Ладонь скользит по металлу, и я почти выхожу, когда слышу:

– Чон, вы куда?

Я замерла.

– За вещами, – говорю, едва шевеля губами.

– Какими? – Его голос стал мягче. Но в нём снова была эта насмешка.

Злая, ледяная.

– Моя сумка осталась в кабинете. Не переживайте, я быстро. Покину здание через пять минут.

Он усмехнулся.

Я это почувствовала, хотя и не смотрела на него. Потом, как на замедленной съёмке, повернулась и встретила его взгляд.

Чистый лёд.

Но за этим льдом вдруг мелькнула искра. Тёплая, почти... хищная.

– Вы о чём сейчас говорите? – спрашивает он, пристально следя за каждым движением моего лица.

Я сглатываю комок в горле:

– Ну, вы же меня уволили.

– Уволил? – В его голосе раздалось недоумение. – Разве? – Для тебя это будет слишком легко, Чон. Я не могу тебя просто так отпустить.

Он подаётся вперёд.

– Ты не научилась даже самому главному.

– И чему же? – Всё-таки спрашиваю, хотя внутри всё сжимается.

Он медленно откидывается назад, сцепляет руки перед собой.

– Самообладанию.

Я молчала. Его слова падали на меня, как удары по тонкой броне. Я даже не знала, что именно чувствую. Гнев? Страх? Обида? Или, может, что-то совсем другое?

– С сегодняшнего дня, мисс Чон, вы будете работать непосредственно под контролем Джейкоба Уокера, – произнёс он так спокойно, как будто объявлял время обеденного перерыва.

– Простите? – переспросила я, чуть наклонившись вперёд.

Он усмехнулся.

– Ты меня слышала. Хочешь научиться? Будешь учиться у одного из лучших. Или нет?

Я даже не знаю, когда мой рот приоткрылся, но, похоже, именно в тот момент.

– Вы серьёзно?

– Более чем. – Его ледяной взгляд впился в меня ещё сильнее. – У тебя нет права на ошибку.

– А если я откажусь? – Вызов в голосе прозвучал сам собой.

Он смотрит так, будто видит меня насквозь.

– Тогда можешь действительно собрать свои вещи и уйти.

Пауза.

– Вы ведь не шутите?!

– Нет, Чон. Я абсолютно серьёзен.

Время сдвинулось с места.

Я стояла, чувствуя, как пот капает по позвоночнику, хотя в кабинете было прохладно.

Этот мужчина... он сводил меня с ума.

И я не понимала, что именно меня держит на этом месте. Страх провала? Желание доказать себе и ему, что я могу справиться? Или что-то ещё, более опасное?

Я глубоко вдохнула.

– Хорошо. Я принимаю.

Он кивает, будто этого и ждал.

– С сегодняшнего дня ты переходишь ко нему отдел. Новая должность. Новый уровень ответственности.

– А зарплата старая?

Его усмешка была настоящей.

– Смотря как себя проявишь.

Он молча откинулся в кресле, сцепил пальцы перед собой, словно выжидая. И в этой тишине я вдруг поняла, насколько он опасен. Не физически, нет. Его сила была в другом – в умении видеть слабости и вытаскивать их наружу, заставлять тебя либо становиться сильнее, либо рассыпаться прямо у него на глазах.

– Ты свободна, Чон, – сказал он наконец.

Я развернулась, руки дрожали – только этого нельзя было показывать. Не здесь, не перед ним.

Пальцы легли на дверную ручку. Холод металла под ладонью был почти приятным, напоминая: ты всё ещё здесь. Ты держишь себя в руках.

– И ещё, – вдруг добавил он, и голос снова стал низким, с хрипотцой. Я замерла, но не обернулась. – Ты мне будешь должна. Не забывай об этом.

Я медленно кивнула, не поворачивая головы.

– Хорошо.

И вышла, закрыв за собой дверь.