Текст книги "Удар по воротам (ЛП)"

Автор книги: Рут Стиллинг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 25 страниц)

ГЛАВА 15

арчер

Я на пути к своему первому шатауту⁴ в сезоне, когда центровой Филадельфии – и мой бывший капитан – подбирает шайбу быстрее Сойера.

Дерьмо. Их вингер–новичок – один из самых быстрых в лиге, когда он несется ко мне, догоняя своего капитана и оставляя меня в ситуации двое на одного, а наше небольшое преимущество в одно очко под угрозой.

Это всего лишь предсезонка, но, как я понял за эти годы, хорошие привычки зарождаются рано, и, поскольку до начала регулярного сезона осталось сыграть только выездную серию в Бостоне, мне нужно, чтобы эта игра прошла по моему.

Как правило, их центровой любит притворяться, что уступает своему ведомому, прежде чем сделать ход самому. Хотя я на это дерьмо не куплюсь. Я играл с ним и против него достаточно сезонов, чтобы понимать его. Вверху справа.

И это предположение – моя первая ошибка. Во–вторых, я игнорирую новичка и выбор в первом раунде драфта, когда их капитан отдает ему пас на последней секунде, за которым сразу же следует удар, направленный в нижний левый угол.

Я блокирую шайбу, падаю в шпагат, самый край моих щитков соприкасается с шайбой, но не так, как я хотел. Она отлетает обратно на лёд, прямо к клюшке их капитана и, следовательно, он бьёт в верхний правый угол, как я и предполагал изначально.

Загорается лампа, и я в отчаянии плюхаюсь на лёд. Единственное, что спасает, – это пустая арена, поскольку сегодня вечером просто товарищеский матч без СМИ и не показательная игра.

Я смотрю на тренера, который проводит рукой по подбородку, прежде чем протянуть её для рукопожатия тренеру Филадельфии. Игра заканчивается один к одному.

– Я должен был взять эту шайбу. Этот гол на моей совести, чувак, – Сойер скользит ко мне, останавливаясь прямо передо мной, когда я поднимаюсь на ноги.

Я качаю головой.

– Нет. Они раскрыли мою слабость. Тренер говорил со мной о контроле отскока, и моя игра под низким углом какое–то время была неудачной.

– Это была невероятная реакция! Не повезло с отскоком, – Джек скользит ко мне, покусывая уголок своей каппы.

– Да, но Арчер так не думает, – отвечает за меня Сойер, откатываясь в сторону раздевалки.

Мне следовало бы поступить так же, но прямо сейчас единственное, что поддерживает моё настроение, – это мысль о том, что я наконец–то увижу Дарси сегодня вечером.

Я снимаю шлем, улыбаясь Джеку.

– Я думаю о рекорде шатаута, который я установил в своём сезоне, будучи новичком. К настоящему времени я должен был намного улучшить его.

Джек выглядит смущенным.

– Ты намного опережаешь его, – он показывает большим пальцем за спину в сторону пустеющего льда, и именно тогда я замечаю тренера, когда он идёт к нам. – Когда я прибыл в тренировочный лагерь в начале моей первой предсезонки, всё, о чём я мог думать, было то, какое гребаное облегчение я испытал, играя за тебя, а не против тебя.

Я кладу руку ему на плечо, нежно сжимая. В те короткие секунды, когда мы смотрим друг другу в глаза, меня переполняет желание рассказать ему о нас с Дарси. Слова «У меня есть чувства к твоей сестре» прямо здесь – дразнящие, насмешливые, говорящие мне, что признаться и быть честным – это правильно.

– Ладно, Морган, отличная игра.

При приближении тренера Джек разворачивается, момент гордости проходит между ним и его отчимом, прежде чем он уносится в туннель, оставляя меня чувствовать что угодно, только не гордость за своё выступление на льду.

– Прежде чем ты что–нибудь скажешь, я знаю, – я заговариваю первым, стремясь перейти к делу. – Я облажался и должен был предвидеть этот пас. Мне очень нужно поработать над отскоками.

Тренер проводит рукой по своим темным волосам, без малейших признаков разочарования.

– Да, это было не самое лучшее, но первый блок был превосходным, – он глубоко вздыхает, когда я поворачиваюсь и беру бутылку с водой из–за ворот. – Я хочу попробовать новый подход к твоим тренировкам и собирался поговорить с тобой об этом завтра после тренировки. Однако сейчас, кажется, самое подходящее время.

Делая глоток из своей бутылки, я закрываю крышку и смотрю на него в поисках признаков того, что меня переведут в фарм–команду.

– Должен ли я беспокоиться?

Тренер с пренебрежительным смешком качает головой, и я вздыхаю с облегчением.

– Дженсен Джонс.

– А что насчет него?

Он проводит рукой по подбородку.

– Он мой хороший друг и бывший товарищ по команде. Недавно вышел на пенсию.

– Продолжай, – отвечаю я, уже зная всё это.

– Его навыки с отскоками, по общему признанию, одна из лучших в истории, и я попросил его об одолжении. Он согласился временно присоединиться к тренерскому штабу и работать конкретно с тобой. Я думаю, если мы сможем улучшить этот элемент твоей игры, то тебя будет не остановить, – он усмехается. – Возможно, не лучшая аналогия для вратаря, но ты уловили мою мысль.

Я киваю, делая ещё глоток воды. Это не самая плохая новость. Я мог бы многому научиться у, вероятно, лучшего вратаря НХЛ в новейшей истории.

– Я говорил, что хочу выйти в плей–офф в этом сезоне, в идеале поднять Кубок. Для этого мне нужно, чтобы ты был сосредоточен на хоккее, и только на хоккее.

Значит, не на вашей падчерице...

– Я говорил, что хочу, чтобы этот сезон был для меня лучшим, и я не шутил.

Я съезжаю со льда, и тренер следует за мной.

– Хорошо. Поскольку у нас впереди короткий период отдыха, я собираюсь встретиться с Дженсеном в Сиэтле завтра после тренировки. Тогда мы обсудим контракты и условия. Я дам ему знать, что ты согласен с планом.

– Боже мой, ты не шутил, когда сказал, что принесешь закуски.

С двумя коричневыми пакетами, набитыми всем, что только пришло мне в голову, я иду за Дарси по коридору в её квартиру, ставя их на кухонный стол.

Она поворачивается ко мне лицом, и я немедленно сокращаю расстояние между нами. Когда секунду назад она открыла дверь, я хотел притянуть её к себе, но не успел.

На ней фиолетовое платье, которое я купил ей, с колготками и милым кардиганом поверх.

– Ты потрясающе выглядишь в моём платье, – с дерзкой ухмылкой я вдыхаю её запах, как наркотик, от которого неохотно избавляюсь. – Как ты себя чувствуешь?

Она смотрит на свои несуществующие часы.

– С тех пор, как ты спросил меня пару часов назад? Всё ещё намного лучше, чем когда ты был здесь в последний раз.

Между нами повисает непринужденная тишина, когда мы стоим в центре её гостиной и кухни, а снаружи быстро темнеет. Включены только торшер и светильники под шкафом, наполняющие квартиру мягким светом, который отражается на её румяных щеках.

Я не чувствую необходимости что–либо говорить, поскольку ощущаю тепло её тела, прижатого к моему, и утыкаюсь лицом в изгиб её шеи.

– Могу я спросить тебя кое о чём? – голос Дарси прорезает тишину.

Я мычу в её мягкие волосы, кивнув один раз.

– Со сколькими девушками ты переспал?

Я поднимаю голову и внимательно изучаю её.

– Почему ты спрашиваешь?

Она сцепляет руки перед собой, и я беру их в свои, уверенный, что в очередной раз переступаю границы дружеского общения. Впрочем, как и она, со своим вопросом. Она знает, что команда проверила меня на ИППП.

– Почему ты спрашиваешь об этом, Дарси? – тихо спрашиваю я.

Она опускает взгляд, и я отпускаю руку, поднося палец к её подбородку. Мне нужно увидеть её. У меня такое чувство, что, заманив эту девушку в ловушку моего мира, она увидит меня настоящего, а не то, что видит остальной мир. Я знаю, это не потому, что я никогда не относился к кому–либо так, как к Дарси.

Её мягкое дыхание касается моих губ.

– У меня никогда раньше не было такого рода отношений, поэтому я не знаю, как они обычно выглядят. Хотя, должна сказать, я никогда не ожидала, что это будет выглядеть так.

Я всё ещё держу её за подбородок, и не могу сдержать ухмылку.

– Как это выглядит, Дарси?

– По–другому, – она тихо хихикает. – Ты знаешь любимые закуски всех своих бывших партнеров?

Она наклоняет голову в сторону коричневых пакетов, которые я поставил ранее, пачка Bugles выглядывает сверху.

– Насколько честным ты хочешь, чтобы я был с тобой? – спрашиваю я.

Дарси качает головой, как будто это даже не должно быть вопросом. Проблема в том, что если бы она знала глубину моих чувств и то, чего я хочу, полная правда могла бы ее не заинтересовать.

Для неё это просто развлечение, Арчер.

– Я хочу, чтобы ты был абсолютно честен со мной. Всегда.

Я заправляю прядь волос ей за левое ухо, в то время как мой желудок сжимается от шквала эмоций – в основном от беспокойства, – пока я ищу лучший способ выразить это.

– Хочешь знать, со сколькими женщинами я спал? – я провожу большим пальцем по руке, которую всё ещё держу, и вижу, как по её обнаженным рукам бегут мурашки. – Я не думаю, что смогу сказать точную цифру, потому что я сам не знаю. Моё прошлое изобилует неверными решениями и связями на одну ночь, некоторые из которых я похоронил на задворках своей памяти.

Её глаза изучают моё лицо. Чёрт возьми, что творится у неё в голове?

– Я имею в виду, это – ты и я– у нас рискованная связь, не так ли? Ты похоронишь нас..., – она замолкает на секунду. – Меня. Ты планируешь похоронить меня на задворках своей памяти, когда закончишь с этим?

До этого момента я хорошо скрывал, насколько глубоко ранили её предположения обо мне. Предположения, за которые я не могу винить её – или кого–либо ещё. Это репутация, которую я создал еще со времен учебы в университете, и теперь она бьёт меня по заднице.

Я больше не могу скрывать своё разочарование или боль, и в результате я чувствую, как маска, скрывающая истинную глубину моих эмоций, немного спадает.

– Я не собираюсь расставаться с тобой, куколка. И то, что мы делаем, я никогда не забуду.

Она кивает один раз, не сводя с меня глаз.

– Что ты имел в виду, когда сказал, что похоронил некоторые из своих связей на одну ночь на задворках своей памяти?

Этого разговора я не ожидал сегодня, и моё беспокойство усиливается.

– Некоторые из девушек, с которыми я проводил ночь, не были одиноки.

Её глаза широко распахиваются, и я быстро разгоняю её мысли обо мне.

– Я не знал об этом. Если бы знал, то никогда бы не спал с ними. Никогда, – я подчеркиваю последнее слово, чтобы донести свою мысль.

– Кэсси, последняя днвушка, с которой я был до тебя, была помолвлена с парнем, с которым я когда–то играл. Когда я узнал об этом, я мог бы забыть об этом и позволить ему жениться на ней. Но мне это не понравилось, и я рассказал ему, что произошло.

Дарси морщится.

– И как он отреагировал?

Я до сих пор чувствую боль там, где его кулак врезался мне в челюсть.

– Не так уж и здорово. После этого я поклялся перестать валять дурака и повзрослеть. В выборе спать с несколькими женщинами или мужчинами нет ничего постыдного, даже если безрассудство, с которым я это делал, было сомнительным. Я буквально трахался с незнакомцами, о которых ничего не знал, кроме того, что они были горячими, а я был возбужден.

Слова обжигают мне рот, как кислота, когда я их произношу, беспокойство расползается по моей шее багровой сыпью, я знаю, что это заметно. Я хочу отметить, что я также перестал спать с кем попало, потому что не мог перестать думать о ней. Однако сейчас неподходящее время, и я заставляю себя сделать ещё одно признание, моё горло горит, когда я делаю это.

Учитывая всё, что она знает, я бы не стал винить Дарси, если бы она разорвала наше соглашение прямо сейчас, хотя я продолжаю держать её, ожидая и надеясь, что она не отступит.

– Значит, ты давно ни с кем не спал? – спрашивает она, в её голосе нет осуждения или злобы, только простой вопрос.

Я качаю головой, правда изливается из меня легкими волнами.

– Да, уже какое–то время.

Её удивление очевидно, или, может быть, это облегчение заставляет её плечи расслабиться. Я не уверен.

– Тебе не за что чувствовать себя виноватым или стыдиться, Арчер. Ты хороший человек, и ты поступил правильно, рассказав этому парню о его неверной невесте. Я не уверена, сколько раз Лиам спал с другими за моей спиной. Я могу только надеяться, что узнала об этом после первого раза.

На этот раз мои плечи опускаются с облегчением, когда я оставляю целомудренный поцелуй на её переносице, спускаясь к губам.

Точно так же, как в то утро, которое мы разделили в моей постели, ничто в этот момент не ощущается как договоренность о сексе по дружбе, и я позволяю этой реальности встать между нами без слов. Я не знаю, насколько она разделяет мои чувства. Всё, что я могу сделать, это продолжать быть рядом этой девушкой.

Когда я приближаюсь для очередного поцелуя, она немного отстраняется, у неё на уме что–то ещё. –

– Итак, то, что между нами, – она делает жест между нами. – Я могу я взять в свои руки?

Отпуская её руку, я обхватываю ладонями её попку и приподнимаю её. Она обвивает ногами мою талию, переплетая пальцы на моём затылке.

– Я с самого начала говорил тебе, что ты контролируешь нас. Ничего не изменилось.

Под платьем, которое я ей купил, я чувствую жар между её бедер.

Чёрт возьми, я так сильно хочу её.

– Хочешь посмотреть фильм? – спрашиваю я, думая, что она, наверное, не в настроении из–за болезни.

– Нет, – шепчет она, её зрачки расширяются. – Я не хочу смотреть фильм или перекусывать.

Моё сердцебиение учащается, приливая кровь к члену.

– Ну, раз ты всё контролируешь, скажи мне, чего ты хочешь.

Она оглядывается через плечо, смотрит в открытую дверь спальни, а затем снова на меня. Её кожа покраснела, грудь двигается быстрее.

– Я хочу, чтобы ты отнес меня в постель.

ГЛАВА 16

ДАРСИ

То, как этот парень раздевает меня – как будто у него день рождения и я единственный подарок, о котором он когда–либо мечтал. Это захватывает. Я чувствую, что он пытается удержаться от того, чтобы не сорвать одежду с моего тела, полный решимости насладиться каждой частью процесса.

Я чувствую то же самое. Я бы солгала, если бы сказала, что нет. Арчер – настоящее произведение искусства: каждый изгиб его пресса изыскан и отточен за годы занятий в тренажерном зале.

И теперь, когда я вижу мужчину, скрывающегося за бравадой и красивым телом, я не могу не влюбляться в него ещё сильнее. Возможно, он переспал с большим количеством женщин, чем может вспомнить, и, возможно, хочет похоронить воспоминания о тех, кого может вспомнить, но я уверена, что мужчина передо мной – это не та версия, которую видел остальной мир. Проблема в том, что осознание этого одновременно возбуждает и ужасает меня. Даже если он не просит об этом, я знаю, что не готова рисковать сердцем и решиться на большее. С кем угодно.

Он стоит на коленях у меня между ног, а я сижу на краю кровати, упираясь ладонями в матрас и поддерживая свой вес. Точно так же, как когда он пожирал меня и попробовал нас обоих на вкус, я наблюдаю за тем, как осторожно он снимает с меня колготки. Он швыряет их через всю комнату вместе с моим кардиганом, а затем подносит руки к подолу моего платья. Я сажусь прямее и поднимаю руки, позволяя ему снять его одним движением.

Теперь на мне только кружевной розовый бюстгальтер и стринги в тон, но Арчер остается на коленях, проводя руками по моим бедрам с глубоким выдохом.

– О чём ты думаешь? – сихо спрашиваю я.

Он качает головой, хотя не отрицательно, скорее с благоговением. Возможно, он не осознает, что смотрит на меня таким образом, или, может быть, меня затягивает ещё глубже. Но раздеваться перед вратарем “Blades” – одно из моих любимых занятий.

– Пересматриваю свои религиозные убеждения, – шепчет он мне в пупок между поцелуями.

– Что ты имеешь в виду? – я едва сдерживаю смех.

Он прокладывает свой путь вверх по моему телу поцелуями, прежде чем добраться до моей челюсти.

– Потому что, кажется, я только что нашел причину молиться, – он оставляет на моих губах нежный поцелуй, проводя своим языком по моему. – Ты знаешь, ты невероятная, Дарси. А если нет, то тебе следует начать верить в это, прямо сейчас, чёрт возьми.

Я задерживаю дыхание, по моей коже пробегают мурашки, и всё это в ответ на прикосновение его губ.

Он прижимается ко мне, и я падаю на кровать, отодвигаясь назад, чтобы он мог забраться на неё, пока мы продолжаем целоваться.

– Ты уверена, что справишься с этим? Ты была серьезно больна, – может он и спрашивает, но я вижу в его глазах то же отчаяние, которое чувствую глубоко внутри себя.

Мы были уязвимы друг перед другом, и я верю, что он проявит нежность не только к моему разуму, но и к моему телу. Несмотря на то, что я измучена, мне необходимо вновь пережить оргазмы, которые он дарил мне в своей постели.

– Просто будь помягче со мной, – я уже задыхаюсь, моё поверхностное дыхание не имеет ничего общего с болезнью, от которой я отхожу.

Он улыбается мне в губы, проводя языком по моей нижней губе.

– Откинься на подушки, куколка. Позволь мне позаботиться о тебе.

Секунду спустя я оказываюсь именно там, где он хочет, наблюдая, как он расстегивает пуговицу на джинсах и стягивает их с бедер. Естественно, мой взгляд падает на татуировку, и я задерживаю дыхание, когда его боксеры тоже снимаются. Каким–то образом его член выглядит ещё больше, чем в прошлый раз.

Затем он снимает рубашку, пока не оказывается полностью обнаженным передо мной. Арчер стягивает с меня влажные стринги, и я завожу руку за спину, расстегиваю бюстгальтер и бросаю его на пол.

Он лениво подтягивается, ложась рядом со мной.

– Повернись на бок для меня.

– Но тогда у нас не будет зрительного контакта, – отвечаю я, вспоминая, что он сказал в первую ночь, когда мы переспали.

Арчер целует меня в плечо.

– Это совсем другое. Сегодня главное – действовать медленно и нежно. Я обещаю, что заставлю тебя почувствовать себя особенной.

Мой желудок переворачивается, и я делаю, как он просил, отворачиваясь от него, когда он притягивает меня к своему телу. Его твердый член прижимается к моей заднице, холодный металлический пирсинг восхитительно контрастирует с моей пылающей кожей.

– Я одержим твоими волосами, – он убирает их с моей шеи, наматывая на кулак. Затем его губы ласкают меня чуть ниже уха. – Одержим твоей кожей.

Он целует меня, и я тихо стону.

Арчер просовывает руку под нас обоих, кладя свою теплую ладонь на моё сердце.

– Но больше всего я одержим вот этим. Не позволяй никому снова разбить его, Дарси. Это слишком доброе, доверчивое сердце, в нём всё то, что настоящий мужчина никогда не принял бы как должное.

На короткую секунду он отводит бедра назад, прежде чем медленно войти в меня.

Он издает низкий стон, который я чувствую у себя за спиной.

– Это хорошо? – шепчет он в мою уже покрытую мурашками кожу. – Твоё сердцебиение подсказывает мне, что да.

Я отвечаю на его вопрос, закидывая свою ногу на его ногу, раздвигая себя шире.

Арчер отпускает мои волосы, его рука скользит к моему бедру, прижимая меня к своему телу. Он так глубоко.

– Брать тебя без презерватива – моё новое любимое занятие, – шепчет он, покрывая поцелуями мою ключицу. – Ты первая девушка, с которой я когда–либо делал это.

Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него. Его голубые глаза уже изучают мои, когда он медленно входит в меня, и, хотя я ценю каждый дюйм его члена, моё сердцебиение учащается в ответ на его откровенность. Ещё один фрагмент, которым он поделился со мной, вставляется в мою последнюю мозаику, и изображение настоящего Арчера продолжает обретать форму.

– Я чувствую себя привилегированной. Ты тоже. Полагаю, это означает, что мы стали первыми в этом друг для друга.

Арчер продолжает трахать меня, наши вздохи соединяются воедино.

– Я всегда хотел этого только с тобой, Дарси. Я знаю, что не могу сказать тебе, со сколькими женщинами я был, но знай, что у меня никогда не было секса в такой позе. Я никогда никого не держал так, как держу тебя.

Моё внезапное освобождение накрывает его член, из меня вырывается стон.

Он наклоняется надо мной и накрывает мой рот своим, приподнимая пальцем мой подбородок, чтобы углубить поцелуй.

– Ты мочишь мой член, Дарси?

Я снова хнычу, как нуждающаяся девочка, которой я и являюсь.

– Чертовски сильно кончаю.

Ещё один стон вырывается из его груди, поднимаясь к горлу, и мы оба проглатываем его.

– Тебе нравится мысль об этом, да? Быть моей девушкой.

Член Арчера набухает, становясь невероятно твердым, прежде чем я чувствую, как его теплая сперма разливается внутри меня. Он пытается сохранять плавность своих движений, но терпит неудачу, когда врезается в меня, доводя до оргазма во второй раз.

Я чувствую, как он пульсирует вместе с нашей спермой, которая стекает вниз по внутренней стороне моих бедер. Без сомнения, это самый горячий секс, который у меня когда–либо был.

Мои глаза закрываются, усталость затягивает меня на дно.

– Прежде чем ты уснешь, мне нужно знать твой ответ.

Мои глаза распахиваются. Сначала я не восприняла его вопрос всерьез, уверенная, что он дурачится, когда намекает на то, что я его девушка. Но теперь, когда он спрашивает меня во второй раз, моё сердце колотится совсем по другой причине, чем честность по поводу его прошлого или оргазма, который он только что подарил мне.

Я отодвигаю бедра, чтобы он больше не мог быть внутри, и переворачиваюсь к нему лицом.

– Т– ты серьезно?

Арчер придвигается ко мне на кровати, одна рука тянется к моей талии, и я отстраняюсь ещё немного. Мой затуманенный мозг пытается понять его.

Он собирается что–то сказать, но затем останавливается, на его лице видна неуверенность. Секунду спустя он расслабляется и легко улыбается.

– Нет, куколка, – пальцами он играет с прядью моих волос, внимательно изучая моё лицо. – Я увлекся и не думал о том, что говорил. Секс с тобой делает меня собственником и всё такое.

Я прищуриваюсь, глядя на него, пытаясь выглядеть игривой, но внутри всё ещё бурлит.

– Не становись таким собственником, парень с бедрами. Оргазмы и вкусные закуски – вот что мне нужно. Не обязательства и нуждающиеся мужчины, – я обхватываю его подбородок ладонью, как он часто делает со мной. – Последний парень, который заявлял на меня права, впоследствии засунул свой член в другую девушку.

В тот момент, когда эти слова срываются с языка, я сожалею о них. Арчер совсем не похож на Лиама, а я только что намекнула на это, по крайней мере, есть возможность причинить мне боль.

Наступает долгое молчание, пока я ищу правильные слова, когда Арчер прочищает горло.

– Нет, да. Я понимаю.

Он садится на кровати и хватает с прикроватной тумбочки пульт от моего телевизора, включая первый попавшийся канал.

– Ладно, давай возьмем закуски и посмотрим фильм.

Я повторяю за ним и сажусь, всё ещё испытывая какое–то неприятное чувство после нашего разговора. Я осторожно кладу ладонь на его предплечье.

– Арчер.

Он откладывает пульт, но по–прежнему не смотрит на меня.

– Арчер, – повторяю я.

Через мгновение он поворачивается ко мне лицом, брови сведены вместе, челюсть напряжена.

– Всё хорошо, Дарси. Я известен тем, что говорю глупости, и, очевидно, это был очередной такой случай.

Он зол на себя, и я тоже. В том, что мы делаем, так много опасностей.

– Просто...Твой голос звучал серьезно, а потом ты сказал, что тебе нужно знать мой ответ, прежде чем я усну.

Он издает резкий смешок, притягивая моё тело к своему.

– Что? Нет. Я же говорил тебе, что говорю всякую чушь и не обдумываю её до конца. У меня никогда не было отношений, – он пытается усмехнуться, но я вижу, какую боль причинила ему. – Раз плейбой, значит, плейбой навсегда, верно?

Кажется, что–то не так. Выражение его лица не соответствует его тону или словам, которые он произносит.

Я хочу сменить тему и насладиться фильмом и Bugles, но не могу избавиться от гложущего чувства вины или сомнений в том, что он не до конца честен со мной. И всё же, в каком мире Арчер Мур вообще захотел бы иметь девушку? То, что он перестал спать со всеми подряд, не означает, что это потому, что ему кто–то нужен. Его опыта с Кэсси было бы достаточно, чтобы отвадить любого от такого образа жизни.

Медленно выдыхая, я понимаю, что я единственная, кто может решить проблему. Он передал всю власть в мои руки.

– Нам нужно покончить с этим? Я не хочу, чтобы между нами всё усложнилось.

Арчер берет пульт, выключая звук телевизора.

– Ты этого хочешь?

Я прикусываю внутреннюю сторону щеки, совершенно сбитая с толку.

– Я не хочу заканчивать это. Как я уже сказала, я наслаждаюсь этим, и я не могу отрицать, что проводить время с тобой – одно из моих любимых занятий, – я замечаю, как его губы расплываются в улыбке. – Я просто не готова ни к чему большему – ни с кем, – я поджимаю ноги под одеялом. – Я не уверена, что когда–нибудь буду готова.

Арчер пару раз кивает, оставляя долгий поцелуй на моем лбу.

– Я понимаю, и это то, в чём ты можешь быть уверена со мной, куколка. Наслаждение.