Текст книги "Удар по воротам (ЛП)"

Автор книги: Рут Стиллинг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 25 страниц)

Я: Боюсь, не смогу. Мне нужно наверстать упущенное.

Парень с бедрами: Ты играешь в недотрогу, куколка?

Я: Нет. Я делаю то, о чём мы договорились. Я приду на ужин в честь генерального менеджера, тогда и увидимся...

Парень с бедрами: Неа, извини. Это через неделю, и это слишком долго. Мне нужно увидеться с тобой раньше.

Я закрываю наш чат и открываю камеру. Быстро делаю фото и отправляю ему.

Я: Теперь ты меня увидел.

Парень с бедрами: Потрясающая.

Парень с бедрами: Я приду к тебе завтра вечером.

Я: Ты очень возбужден.

Парень с бедрами: Из–за тебя? ДА.

Я: Мне нужно идти, я тут с девочками.

Парень с бедрами: Это был мой следующий вопрос, поскольку ты не сказала мне, с кем обедаешь. Свидания с твоими девочками – единственные, на которые я соглашусь. Помимо свиданий со мной.

Я: Забудь об этом. Ты просто настойчивый. Точка.

Парень с бедрами: Я буду у тебя после семи. У нас тренировка, и сразу после неё я отправлюсь к тебе.

Дженна садится рядом со мной, и я убираю телефон с глаз долой, прежде чем подмигнуть ей и улыбнуться, как легкомысленный подросток.

Я: Я ни на что не соглашалась.

Парень с бедрами: В этом не было необходимости. Я знаю, что улыбка, которая сейчас у тебя на лице – достаточный ответ для меня.

Парень с бедрами: Вскоре поговорим. Оставайся красивой, А, целую.

ГЛАВА 13

арчер

– Чувак, ты сегодня был в ударе, – Джек хлопает меня по спине, когда мы сходим со льда и направляемся в раздевалку. Я снимаю шлем и засовываю его под мышку.

– Над моей игрой под низким углом не помешало бы поработать. В целом неплохо.

Джек останавливается, кладя клюшку на подставку.

– Тебя что–то беспокоит? Ты молчал всю тренировку.

О, ничего, просто думал, что примерно через час я буду по самые яйца внутри твоей младшей сестренки.

– Нет. Я в порядке, – отвечаю я, проводя рукой по волосам. – Сосредоточен на чемпионате и полон решимости побить свой рекорд.

Мой центровой склоняет голову набок, изучая меня.

Господи, неужели я настолько очевиден?

Я отрываю от него взгляд и смотрю вглубь туннеля, приходя к выводу, что чем меньше мы будем смотреть друг другу в глаза, тем лучше, потому что я ужасный лжец.

– Как дела с Эбби?

Я стискиваю зубы, когда я снова смотрю на своего друга.

– Хорошо. Она занята работой.

Он слегка кивает.

– Чем она занимается?

Дерьмо, дерьмо, дерьмо.

– Она, э–э, воспитательница. В детском саду.

– О, здорово. Она придет на ужин? Было бы здорово познакомиться с ней.

На самом деле, нет. Потому что девушка, с которой я связан, – на самом деле твоя сестра.

Я морщусь, отчасти из–за чертовски неловкой ситуации, в которой нахожусь прямо сейчас, и отчасти от того, что говорю очередную гребаную ложь.

– Она не очень такое любит. Я, наверное, представлю её, если наши отношения станут серьезнее.

Джек снимает перчатки, указывая подбородком в глубь туннеля.

– У тебя есть её фотография?

И сейчас всё, о чем я могу думать, – это две фотографии, на которых Дарси позирует в моём личном лифте, одетая только в нижнее белье. Вместе с другой фотографией, которую я сделал, когда впервые вошел в неё, и той, которую она прислала мне вчера за ланчем.

У меня встает.

На глазах у её брата.

Я плохой друг.

– Нет, – выпаливаю я. – Никаких фотографий.

Брови Джека сходятся на переносице. Не могу сказать, что озадаченный взгляд, который он бросает на меня, удивляет. Я говорю как полный чудак.

– Ладно, хорошо. Я знаю, что Кендре не терпится познакомиться с Эбби, так что не держи её взаперти вечно.

Я просто улыбаюсь, потому что, честно говоря, что, чёрт возьми, ещё мне остается делать?

– Конечно, – отвечаю я, изо всех сил стараясь завязать разговор. – Думаю, другие девушки тоже захотят с ней познакомиться, особенно Дарси, – я буквально понятия не имею, какого хрена я это сказал. Как будто яма, которую я вырыл для себя, и так недостаточно велика.

Джек надувает щеки, почесывая затылок.

– Ты же знаешь мою сестру...

Я знаю.

– Она идеальная светская львица, – он убирает руку со своей шеи, хлопая ею по бедру с мягкой подкладкой. – Ну, я не думаю, что она сейчас в настроении общаться.

Я немедленно возвращаюсь к разговору, пульс учащается вместе с моим адреналином.

– О, правда? Почему это?

Я не разговаривал с Дарси после той переписки. По правде говоря, я хочу говорить с ней каждую чертову секунду. Вздохнув, он качает головой.

– Мама позвонила мне вчера вечером и спросила, не могу ли я заехать к ней домой за рецептом для Дарси.

– А? – быстро спрашиваю я.

Он упирает руку в бедро.

– Раньше у неё была инфекция нижних дыхательных путей, и, похоже, её поразила ещё одна. Ты же знаешь, какая она, отчаянно независимая, как Кендра, но ей нужны антибиотики, а мама занята работой. Сегодня утром я первым делом отнёс их ей, и она выглядела...Да, я беспокоюсь за неё.

Я на полпути к раздевалке, когда Джек догоняет меня.

– Ты уверен, что у тебя всё хорошо? – он обхватывает ладонью мою руку, разворачивая меня лицом к себе. – Моё нутро редко подводит, и прямо сейчас оно кричит, что с тобой что–то не так.

Ума не приложу, как, чёрт возьми, я заставляю себя улыбнуться.

– Правда, со мной всё в порядке, Джек. Я устал и почти не спал прошлой ночью. Я просто хочу вернуться домой.

Что, чёрт возьми, это за кусок дерьма?

Я мог бы сломать эту дверь, используя только большой палец ноги.

Постучав ещё пару раз в жалкое подобие входной двери Дарси, я жду, когда она ответит, упираясь рукой в темную деревянную раму над моей головой.

– Простите, вы тот парень, с которым я недавно разговаривала? – пожилая дама выглядывает из–за двери, внимательно наблюдая за мной.

– Да, – отвечаю я, собираясь постучать снова.

Я знаю здание, в котором живет Дарси, только потому, что она сказала мне однажды вечером, сразу после того, как внесла задаток по договору аренды. Найти её квартиру было бы намного сложнее, если бы не её соседка, она же леди, которая ответила мне по домофону и сказала, что Дарси живет по соседству.

И вот она стоит передо мной, держа в руках то, что, как я предполагаю, является ключом от квартиры Дарси.

– Ты её парень? – спрашивает она, вставляя ключ в замочную скважину.

Я одновременно благодарен и чертовски ошеломлен сложившейся ситуацией. Примерно за три минуты я увидел, как легко было бы проникнуть в квартиру моей девушки. Моё лучшее предположение, что она не открывает дверь или не отвечает по телефону, потому что вырубилась в постели, и это ранит моё сердце.

– Да, – отвечаю я, по ходу придумывая ещё больше лжи.

– Знаешь, её мама только что ушла. Семья весь день приходила и уходила.

Когда я переступаю порог квартиры Дарси, меня подмывает спросить старушку, откуда она всё это знает, но моя бабушка была точно такой же до своей смерти в прошлом году – она знала всё, что происходило на улице, где она жила.

– Спасибо за вашу помощь... – я замолкаю, так как не знаю, как её зовут.

Мило улыбаясь, она кладет ключ Дарси в карман.

– Элси. А ты кто?

Полагаю, мне не стоит удивляться, что она не смотрит хоккей.

– Арчер, – я протягиваю ей руку.

– Арчер? – раздается слабый голос позади меня. – Что ты делаешь...

Я оборачиваюсь и вижу, что Дарси, которая кашляет.

– Тебе лучше пойти и позаботиться о своей девушке, – Элси подмигивает, прежде чем исчезнуть из виду, её входная дверь со щелчком закрывается.

Я закрываю дверь Дарси и направляюсь прямо по коридору к девушке, согнувшейся пополам и одетой в пушистый розовый халат.

Всё ещё кашляя, она поднимает руку перед собой.

Всё, что я хочу сделать, это заключить её в объятия и спросить, что ей нужно. Но с этой девушкой так это не сработает.

– Ты з–звонил мне... – она делает глубокий вдох.

Я не в силах остановиться, обнимаю её маленькое тельце и провожу ладонью по затылку.

– Подожди секунду, куколка, – я закрываю глаза. От неё безумно вкусно пахнет, даже когда она больна. – Не нервничай. У тебя инфекция.

Ещё несколько секунд, и приступ кашля стихает. Она поднимает на меня взгляд, голубые глаза всё ещё большие и великолепные, даже с тусклым блеском в них.

Чёрт возьми. Ей нехорошо.

– Тебе нужно к врачу?

Она медленно качает головой.

– Я уже обращалась к врачу, и у меня есть необходимые антибиотики.

Дарси выдыхает мне в грудь, утыкаясь в меня носом. Я знаю, что она уязвима и ищет утешения, и прямо сейчас она находит его во мне. Мои легкие наполняются воздухом за нас обоих.

– У некоторых людей заболевает горло или бывают повторяющиеся мигрени; у меня – инфекция легких. Несколько дней и курс лечения, и я буду в порядке.

Я беру её за подбородок, приподнимая её лицо, чтобы она посмотрела на меня.

– Ты не в порядке. Я беспокоюсь о тебе.

Я могу сказать, что ей хочется закатить глаза.

– Я большая девочка, Арчер, – Дарси поворачивается, чтобы посмотреть в конец коридора. – И я не твоя девушка. Элси разговаривает с моей мамой, когда та навещает её, и это может нам аукнуться.

– Всё в порядке. Если бы Элси спросили, она описала бы меня как высокого темноволосого парня, и это вряд ли сужает круг подозреваемых. Помимо моей невероятной внешности, меня мало что отличает от других.

Она сохраняет невозмутимый вид и делает глубокий вдох, пытаясь наполнить легкие кислородом. Искушение коснуться своими губами её губ слишком велико, и я делаю именно это.

– У тебя пересохли губы. Когда ты в последний раз пила какую–нибудь жидкость?

Она проводит языком по губам.

– Почему ты меняешь тему?

Я подхватываю её под зад и несу в комнату, я предполагаю, что это её спальня, поскольку других вариантов не так уж много.

– Арчер, – продолжает она. – Ты не мой парень, но ты только что сказал Элси, что ты и именно он, – её голос звучит громче, требуя объяснений, когда я укладываю её на двуспальную кровать и накрываю бледно–розовым пуховым одеялом.

– Я знаю, что я не твой парень, но ты не отвечала ни на стук в дверь, ни на мои звонки, и я запаниковал. Элси спросила, кто я, и решил, что она уже знакома с твоим братом, – я подмигиваю.

Дарси садится в постели, когда я беру неоткрытую бутылку воды, открываю её и протягиваю ей.

– Ты играешь с огнем, парень с бедрами.

Я тихо хихикаю.

– Парень с бедрами? Откуда, чёрт возьми, это взялось?

Её взгляд опускается на мои серые спортивные штаны.

– Я думаю, ключ к разгадке в названии, не так ли?

Очередной приступ кашля охватывает её ослабевшее тело, и, чёрт возьми, я чувствую себя таким чертовски беспомощным.

– Отдохни немного.

Кивнув, она делает глоток воды и, поставив бутылку на прикроватный столик, опускается на кровать. Всё, чего я хочу, это лежать рядом с ней, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке.

– Тебе надо идти, – шепчет она, уже засыпая. – Когда я болею, мама обычно навещает меня пару раз в день. Джек сказал, что, возможно, тоже зайдет, и я никак не смогу спрятать твою шестифутовую задницу в моём крошечном шкафу.

– Я зайду снова завтра после утренней тренировки.

Она качает головой, утыкаясь лицом в подушку.

– Нет. Это слишком рискованно. Тебя стопроцентно поймают, а я не могу иметь дело с разъяренным братом и болезнью одновременно.

– Я не хочу покидать тебя.

– С тобой трудно, – она кашляет в подушку.

Я наклоняюсь, обхватывая ладонью её голову. Другой рукой убираю волосы за ухо.

– Ты такая вредина, ты знаешь? – целуя в ушко, я наблюдаю за тем, как её кожа реагирует на мои прикосновения. – И, хотя я, возможно, и не твой парень, ты моя, сколько бы мы ни спали вместе, – я снова целую её. – Мне будут нужны регулярные новости от тебя в течение дня. Видеть тебя в таком состоянии убивает меня, потому что ты мне небезразлична, Дарси.

Она стонет в ответ, поворачивая голову, чтобы посмотреть на меня. Всё, что я вижу, – это глаз и краешек её улыбки.

– Ладно, договорились.

– Сколько дней мне нужно держаться подальше? – спрашиваю я, уверенный, что не протяну больше нескольких часов.

– Я позвоню тебе, когда мне станет лучше и ситуация прояснится.

– Я не хочу оставлять тебя, – повторяю я.

Дарси поднимает руку за спину, указывая на дверь.

– Я в порядке. Я обещаю.

Проходит ещё несколько минут, прежде чем я, наконец, поворачиваюсь, чтобы уйти. Дыхание Дарси становится более ровным, наряду с тихим похрапыванием.

Выходя из её спальни, я закрываю за собой дверь и осматриваю её кухню и гостиную. Здесь не совсем прибрано, хотя я могу сказать, что кто–то вынес мусор и прибрал кухню. Вероятно, её мама, когда была здесь в последний раз.

На углу её барной стойки лежит стопка бумаг, и я подхожу к ней, присаживаясь на один из стульев.

Технически это классифицируется как шпионаж, но, эй, прямой сейчас я всем лгу о том, что с кем–то встречаюсь. Так что, подумаешь одним аморальным поступком больше.

Сверху лежит книга по судоку для начинающих. Большая часть книги завершена, и по страницам разбросаны маленькие каракули – сердечки, цветы и улыбающиеся лица.

Я знаю, что Дарси умна и у неё высокий IQ – мне не нужны были её советы, чтобы понять это. Но это? Это кричит о ком–то с интеллектом следующего уровня. Типа, кто, чёрт возьми, занимается этим ради развлечения? Она даже придумывала свои собственные головоломки по углам, бросая себе новые вызовы.

Порывшись под книгой–головоломкой, я нахожу письмо от Premium Rentals, озаглавленное: «Добро пожаловать в ваш новый дом». Саркастически вздыхая, поскольку это место примерно такое же безопасное, как и моя уверенность, когда дело доходит до других парней, преследующих мою девушку, я просматриваю его и натыкаюсь на имя и номер телефона. Это, должно быть, её домовладелец.

Не делай этого, Арчер. Положи письмо и уходи.

Вытаскивая свой сотовый из кармана, я делаю паузу, набирая номер, в последней попытке остановить себя.

Это не помогает, и несколько секунд спустя я прижимаю телефон к уху, слушая слащавую музыку, пока слезаю со стула и расхаживаю по гостиной Дарси.

– Здравствуйте, говорит Иэн Рэндс.

Я останавливаюсь.

– Здравствуйте. Это вам принадлежит четырнадцатая квартира в Deuce House?

Наступает пауза молчания, прежде чем Иэн отвечает.

– Да, я. А вы…?

Сжимая переносицу, я делаю глубокий вдох.

– Я парень Дарси Томпсон, и мне нужно поговорить с вами о безопасности в этом месте.

ГЛАВА 14

ДАРСИ

– Ладно, температура снижается. Я думаю, антибиотики наконец–то делают своё дело, – мама проводит рукой по моему лбу, прежде чем обхватить мою щеку своей мягкой ладонью. – Я только что позвонила твоему боссу и сказала, что тебе понадобится ещё несколько выходных.

Я издаю болезненный стон.

– Я не собиралась говорить ей это; я хотела отправить электронное письмо сегодня днем и предложить поработать из дома до конца недели.

Мягкий взгляд мамы становится более серьезным.

– Эта инфекция сбила тебя с ног, Дарси. Ты лежишь в этой комнате уже четыре дня, и только сегодня у тебя начинают проявляться признаки выздоровления. Я никогда не сталкивалась с такой болезнью. Я хочу, чтобы ты согрелась и отдохнула. Приказ матери.

Я тихо ворчу себе под нос, когда она встает с кровати и поправляет мне одеяло.

Мама игнорирует мои протесты.

– Куриный или томатный суп?

– Куриный, пожалуйста, но ты же знаешь, что я сама могу приготовить суп. Мне двадцать четыре, – отвечаю я, уже желая поскорее вернуться к нормальной жизни.

Она права; сегодня первый день, когда я начинаю приходить в себя, рвота и понос наконец–то проходят. Я привыкла к антибиотикам, но эти были новыми и плохо действовали на мой желудок. Тем не менее, они сделали своё дело – мою грудь сдавливает не так сильно, и кашель начинает ослабевать.

– Я прекрасно осведомлена о твоём возрасте и умении разогреть кастрюлю супа. Я хочу сказать, что могу сделать это за тебя. Мы с Джоном отправляемся в Сиэтл послезавтра, и я хочу убедиться, что с тобой всё в порядке. Это прерогатива матери, – мама направляется к двери, оборачиваясь ко мне. – Ты поймешь, если однажды у тебя будут свои дети.

Я морщу лицо.

– Не надейся на это так сильно. Я думаю, Джек и Кендра – твой лучший шанс стать бабушкой.

Мама открывает рот, вероятно, чтобы возразить против звания бабушка, когда нас обоих оглушает звук сверления.

– Это... – мама не заканчивает предложение, указывая большим пальцем в направлении моей входной двери. – Это снаружи?

Я пожимаю плечами и откидываю одеяло, соскальзываю с кровати и хватаю халат.

– Понятия не имею.

Сверление возобновляется как раз в тот момент, когда мама подходит к входной двери и открывает её, а я остаюсь на несколько шагов позади.

В рабочем комбинезоне, в защитных очках и с электродрелью в руке, мой домовладелец Иэн стоит в дверях.

– Я могу вам помочь? – спрашивает мама, и в её голосе звучит неподдельное замешательство.

Иэн выглядит таким же растерянным, когда видит наши шокированные лица. Он указывает на мой дверной проём.

– Я здесь, чтобы установить умный дверной звонок, – он наклоняется, вытаскивая пакет из ящика с инструментами. – И ещё этот засов с внутренней стороны твоей двери.

Я понятия не имею, о чём он говорит, но у меня такое чувство, что спорить не стоит. Этот парень делает мне одолжение.

– О, хорошо, спасибо.

Он кивает головой и возвращается к сверлению как раз в тот момент, когда Элси высовывает голову из–за двери и улыбается мне. Может, она и самая назойливая соседка, которая у меня когда–либо была, но, по крайней мере, она знает, когда нужно держать рот на замке. Она никому и словом не обмолвилась о визите Арчера.

Мама возвращается по коридору, проходя мимо, легко проводит рукой по моим плечам.

– Он кажется очень внимательным парнем. Живя в городе, ты никогда не будешь в полной безопасности.

Мой взгляд на мгновение задерживается на Иэне, пока он продолжает работать, всё ещё недоумевая, зачем он здесь. Я никогда не забываю ни одного разговора.

– Думаю, что нет.

Пока мама разогревает суп, я возвращаюсь в спальню и закрываю дверь, скользнув обратно в теплую постель, когда на тумбочке звонит мой телефон.

Парень с бедрами: Как ты себя чувствуешь?

Я улыбаюсь над сотым сообщением, которое он отправил с тех пор, как я запретила ему приходить, пока я больна. Я сказала Арчеру не приходить по нескольким причинам, первой из которых был риск – я не лгала, когда говорила, что семья может появиться в любой момент. Плюс, я выглядела и пахла дерьмово. Я ни за что не позволю ему видеть меня такой. Однако, несмотря на всё это, я не хотела, чтобы он был здесь, проводил со мной слишком много времени. Возможно, он может контролировать свои чувства, в одну секунду обращаясь со мной как с другом, который в беде, а в следующую – трахая меня. Но я не могу. В этом парне есть милая сторона, и постепенно я начинаю понимать, почему – помимо того, что он безумно красив – женщины падают к его ногам.

Интересно, сколько сердец он разбил.

Я: На самом деле лучше. Температура спадает. Плюс, этим утром я получила случайную посылку из моего любимого магазина платьев. Все четвертого размера. Ты случайно не знаешь что–нибудь об этом?

Парень с бедрами: Ты даже не представляешь, как я рад. И, нет, понятия не имею о платьях. Кого мне нужно избить?

Я: Что ж, спасибо. Я знаю, что они от тебя. Тем не менее, ты можешь перестать изображать милого парня и просто спросить, когда сможешь прийти и трахнуть меня.

Парень с бедрами: Вау, куколка. Это сильно ранит.

Парень с бедрами: Итак, когда я могу прийти?

Спонтанный взрыв смеха вырывается из моей грохочущей груди. Он такой чертовски дерзкий.

Я: Не прямо сейчас. У меня здесь мама, которая разогревает суп, как будто мне десять лет, а мой домовладелец улучшает уровень безопасности моей двери.

Я: Я даже не помню, чтобы договаривалась, чтобы он пришел сегодня. Очевидно, на этот раз галлюцинации при болезни были сильными.

Проходит где–то минут пять, прежде чем приходит ещё одно сообщение от Арчера, как раз в тот момент, когда мама протягивает мне поднос с едой и стакан воды.

– Кто, чёрт возьми, такой «Парень с бедрами»? Или мне не стоит спрашивать?

Я беру ложку и делаю первый глоток супа. Это полуфабрикат, но общеизвестно, что всё, приготовленное вашей мамой, всегда вкуснее.

Набивая рот, я ухмыляюсь поверх ложки.

– Просто друг.

Мама берет телефон, и её глаза немного расширяются при виде сообщения на дисплее, и я съеживаюсь, гадая, что, чёрт возьми, он написал.

– Возможно, друг для тебя. Но не думаю, что это чувство взаимно, милая.

Я открываю чат, когда, когда мама выходит из комнаты, закрывая за собой дверь.

Парень с бедрами: Забавно, что ты упомянула про галлюцинации, потому что я не могу перестать думать о тебе или о том, как ты выглядела подо мной. Такая чертовски красивая.

Я: Сейчас бы так не говорил. Больше похоже на невесту Франкенштейна.

Парень с бедрами: Покажи мне.

Я: Нет.

Парень с бедрами: *фотография прилагается*

Мой поднос с едой чуть не падает на пол, когда я открываю сообщение от Арчера. Он стоит перед зеркалом – в помещении, которое, как я предполагаю, является раздевалкой, – полностью обнаженный с головы до ног, указывая одной рукой на татуировку на бедре, а в другой держит телефон. Я вижу всё – и я имею в виду всё.

Парень с бедрами: Убедитесь, что это фото будет заблокировано в твоём телефоне.

Парень с бедрами: Теперь ты меня увидела. Дай мне посмотреть на тебя.

Я: Где ты, чёрт возьми?

Парень с бедрами: В раздевалке спортзала.

Я: А где все остальные, то есть мои брат и отчим?

Парень с бедрами: Оба на безопасном расстоянии. Джек в душевой кабинке позади меня.

Я: Ты сумасшедший – ты знаешь это?

Парень с бедрами: Может, и так. Всё ещё жду твою фотографию...

Я открываю камеру и вздрагиваю. Грязные волосы, которые не мыли нескольких дней, в сочетании с общим недомоганием не выглядят привлекательно. Вздохнув, с уставшим лицом я делаю фото и отправляю ему.

Парень с бедрами: Даааааа…Мне нужно увидеться с тобой.

Я: Обещаю, я чувствую себя не так плохо, как выгляжу.

Парень с бедрами: Это не то, о чем я думал. Позволь мне зайти, хотя бы для того, чтобы посмотреть с тобой фильм и разогреть тебе ещё супа. Я буду вести себя хорошо.

Парень с бедрами: Если я скажу тебе, что скучал по тебе, ты взбесишься?

Я: Ну, ты только что это сделал, и нет. Я вроде как тоже соскучилась по тебе.

Парень с бедрами: Конечно. Любой бы скучал по этому лицу. Как насчет завтра? Я могу улизнуть после нашей разминочной игры с Филадельфией.

К завтрашнему вечеру, есть шанс, что я почувствую себя намного лучше. И я, по крайней мере, приму душ.

Я: Да, пойдет.

Парень с бедрами: Я принесу все твои любимые закуски.

Я: Ты не знаешь мои любимые закуски.

Парень с бедрами: О, куколка. Я думал, ты наконец–то поняла меня, когда сказала, что я сумасшедший. Теперь я думаю, что нам предстоит пройти долгий путь.

Парень с бедрами: Увидимся завтра вечером. Оставайся красивой, А, целую.