Текст книги "Прозрачные Дороги (СИ)"

Автор книги: Роман Прокофьев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 22 страниц)

Она намекала на возможность восстановления – такую же, как я когда-то провел в Море Трав, а затем – совсем недавно – после перелета через Пасть. Да, винтокрыл разбит вдребезги, но он рунный Предмет и, значит, теоретически может быть восстановлен. Хотя страшно представить, сколько для этого потребуется Звездной Крови.

– Нет, – ответил я. – Но даже если я его починю – тварь не выпустит нас отсюда.

Это было очевидно. Я немного расспросил Найру – Сай’Рхос контролировал обширную зону Мертвого Города, молниеносно реагируя на все попытки вторжения. Он чуял Восходящих, видел и уничтожал призраков, эфирных существ, Аспекты, дозорные Руны, механизмы и вообще все живое, мгновенно перемещаясь на огромные расстояния.

– А если с боем прорваться? К Стреле, на? Отвлечь его и…

Я молча покачал головой. Неминуемая смерть, даже если каким-то образом заставить тварь покинуть зону Стрелы. Каждый выход из Норы – игра в рулетку с Сай’Рхосом. «Пять-десять ударов сердца, и он приходит», по словам Найры. Она собирала Руны и Предметы погибших, и каждая такая вылазка была смертельным испытанием.

Я мог бы попробовать в одиночку, под Руной Невидимости, с помощью Переноса подобраться вплотную к Стреле и пройти в нее, но что дальше? Кто сказал, что Сай’Рхос не пройдет следом? И даже если я успею – что это даст? Уйду в Домен и доложу Кассиди? И что тогда?

Рейд земных Восходящих, даже если его опять возглавят Кассиди, Адамант и Эйрик, имел все шансы разделить судьбу караванщиков. Сай’Рхос гораздо опаснее Каменного Грома. Опаснее Пожирателя. Опаснее всех, с кем мы ранее сталкивались, исключая лишь Палача и ее небесных Псов. То, что я продержался против него несколько минут – заслуга Скай, золотых Рун и технического бессмертия. В любом другом случае исход был бы предопределен.

Итак. Мы не могли продолжать путь, потому что золотой монстр заблокировал Око и лишил нас воздушного транспорта. Чтобы решить эту проблему, нужно было либо уничтожить Сай’Рхоса, либо пойти другим путем и попробовать воспользоваться иным транспортом.

Голубая Стрела. Это решение напрашивалось. Кел-корабль родом из тех же эпох, что и эта тварь. Он создан из синей стали и практически неразрушимого иллиума, а значит – защищен куда лучше «Грифона». Возможно, он быстрее и сможет уйти от Сай’Рхоса. А может, на борту есть оружие, способное покончить с этой тварью… Это было бы совсем здорово, учитывая обещанную Найрой награду.

А даже если не получится, что мы теряем? Одну золотую Руну Развития? Ерунда, если я с помощью Искусности смогу чинить золотые Руны, это само по себе окупит вложения…

Решено.

– Есть вариант, – наконец сказал я. – Помните тот корабль с небесного острова?

Единственная проблема заключалась в том, что золотого Развития у меня не было. Стоило позаботиться об этом раньше, но все мы крепки задним умом. А теперь доступ в Сокровищницу Наблюдателя отсутствовал. По тем же причинам, что и возможность перемещения в Домен. И Торговый Представитель, скорее всего, тоже не сможет ничего доставить в Мертвый Город. Иначе караванщики решили бы все свои проблемы – глупо полагать, что у них нет подобных Существ.

Ну что ж… Если выхода нет, проблемы решаются быстро. Я вновь нашел в Норе Найру Эль-Кадис.

– Ты сказала, что Караван будет щедрее Наблюдателя… Продай мне Руну Развития за его цену, Восходящая. За сотню Монет.

– Развитие? – она удивленно подняла бровь с крошечным золотым колечком. – Зачем?

– У меня есть кое-что, что может помочь. Но оно сломано. Нужна Руна Починки или Руна Развития, тогда я починю сам.

– Золото? – переспросила Найра. – Золотая Руна?

– Ты сама сказала, что Сай’Рхосу, или как там его, плевать на серебро.

Найра смотрела на меня несколько секунд, потом кивнула.

– Я страж колес, а не торговец. Пойдем.

Она привела в зал Норы, отгороженный пологом из плотной ткани. За ним в окружении тюков и ящиков обустроил импровизированную штаб-квартиру Вейн Эль-Керр. Хранитель путей, сидящий на рунном ковре, изучал парящий фолиант – то ли схему, то ли карту, то ли диковинный текст…

– Гость хочет торговать, – сказала Найра. – Ему нужна золотая Руна Развития.

Вейн не выразил удивления. Спрятал свиток в Скрижаль и указал на ковер напротив себя:

– Садись.

Фиолетовое лицо караванщика, покрытое светящимися татуировками, выглядело непроницаемым. В его глазах не было ни враждебности, ни дружелюбия – только холодная оценка.

– Золото – великая ценность, – сказал он неторопливо. – Зачем тебе золотое Развитие, Восходящий?

Я повторил то, что уже сказал Найре, и от хранителя путей повеяло недоверием.

– Ты золотой рунный мастер?

– Скорее подмастерье. Но у меня были хорошие учителя.

– Что это за Руна? – спросил он. – Покажи мне ее.

– Не слишком ли много ты хочешь? – назойливые попытки выведать мой арсенал начинали откровенно раздражать. – Это моя Руна.

– Твоя, – спокойно согласился Вейн Эль-Керр. – А золотое Развитие – принадлежит Каравану. И Караван не платит вслепую. Ты хочешь, чтобы я дал тебе золото, а взамен получил – «поверь мне»?

– Взамен ты получишь шанс. Если я починю то, что хочу починить, у нас появится инструмент против Сай’Рхоса.

Хранитель путей молчал несколько секунд, и я не мог понять, что скрывается в этих фиалковых, искрящихся золотом глазах. Он, все они были чуждыми, непохожими на нас и внешне, и внутренне. И сейчас это чувствовалось особенно ярко.

Затем он медленно произнес.

– Караван не продаст тебе Руну за Звездные Монеты. Но есть другой путь.

– И какой же?

– Клятва. Я дам тебе то, что ты просишь. Но в обмен на Клятву уничтожить Сай’Рхоса и открыть путь для Каравана.

Клятва – это очень серьезно. Но я не мог ничего гарантировать. Голубая Стрела – корабль, о котором я почти ничего не знал. Руна Стигиса лежала сломанной тысячи лет. Даже если починю – кто сказал, что смогу активировать древний корабль? Что на борту есть оружие? Что оно сработает против твари из глубокой Тьмы?

Поклясться убить Сай’Рхоса? Невозможно. Поклясться спасти Караван? Зачем? Я не буду давать Клятв, которые не могу выполнить.

– Нет, – сказал я твердо.

– Нет? – Вейн моргнул. Кажется, он не ожидал отказа. – Это хорошая сделка…

– Я не даю Клятв, в которых не уверен. Не знаю, смогу ли убить эту тварь. Может, все окажется бесполезно. Поклясться и не выполнить – хуже, чем не клясться вообще.

– Что ж, твое право, Восходящий, – сказал Вейн Эль-Керр. – Но Караван не платит за пыль. Когда передумаешь – приходи.

– Я не передумаю.

– Тогда будем ждать смены небесного знака на одной дороге и надеяться, что Странник посмотрит на нас… – он вновь открыл свой фолиант, давая понять, что разговор окончен.

Расчет хранителя путей был ясен – опытный торговец, он рассчитывал, что безысходность сломит меня. А может, хотел присмотреться к «гостям» получше – и завладеть нашими Рунами, когда мы утратим бдительность. От людей, которые загнаны в ловушку, не стоит ждать милосердия к чужакам. Они используют любой шанс. Сейчас нас трое Восходящих, серебро и две бронзы, и никто не полезет в открытую схватку в Норе, но интуиция подсказывала, что караванщикам нельзя доверять.

Ночью я прокручивал в голове различные варианты. Начиная от залога одной из моих золотых Рун в обмен на Развитие и заканчивая применением Ментального Императива. Плохие, плохие варианты. Большинство вели к конфликту с нашими спасителями, а мне категорически не хотелось выступать в роли агрессора.

Найра. Она бесшумно вышла из теней и столь же бесшумно опустилась рядом.

– Не спится, Восходящий? – меня коснулось ее ментальное послание. Неожиданно мягкое, как ласковое поглаживание кошачьей лапкой, тщательно спрятавшей коготки.

– Тебе тоже?

– Я запускала дозорные Руны. Некоторые он… находит не сразу.

Она повернулась ко мне, в полумраке фиалковые глаза караванщицы казались почти черными, только золотые искры мерцали в глубине.

– Вейн не продаст тебе Руну. Он будет ждать.

– Знаю.

– Я видела. Как ты дрался. Там, в руинах. Видела, как умер. Видела, как встал.

Я промолчал.

– Двенадцать моих братьев, лучшие воины, что я знала, полегли за двести ударов сердца. А ты продержался триста. Один.

– И все равно умер.

– И все равно встал. Ты не дал Клятву, потому что не уверен в победе. Это не пыль. Вейн думает, что ты сломаешься. Я… думаю иначе.

Она протянула руку. На кончике пальца задрожал знакомый рунный глиф.

Золотое Развитие.

– Я дам тебе золото, Восходящий, – мысленно прошептала она. – Свое.Без Клятвы. Без Монет. Сделай, что сможешь.

Я посмотрел на Руну, потом на Найру. Она не отвела взгляда. В нем было что-то. Симпатия? Доверие? Надежда?

– Почему?

– Я видела. Как ты смотрел на своих людей. Как закрыл их, когда пришел Сай’Рхос. Ты не покинешь Мертвый Город, не сбежишь, бросив всех, если план не сработает. Идущий дорогой сброса… я верю тебе.

Тишина.

Я протянул руку и взял Руну, мимолетно коснувшись кончиков ее пальцев.

– Спасибо.

– Не благодари, – Найра поднялась. – Просто убей эту тварь.

Она растворилась в полумраке Норы так же бесшумно, как и появилась. Я смотрел на золотой глиф в своей Скрижали. Никакой Клятвы, никаких обещаний… но это было больше, чем Клятва.

Ждать утра не имело смысла. В Норе, да и вообще в темных землях, время застыло, мы мерили промежутки только периодами сна и бодрствования. Я открыл Атрибуты и выбрал одно из двух доступных золотых продолжений Интеллекта – Искусность.

Именно ее не хватало моему Рунному Мастерству, чтобы чинить золотые Руны.

Искусность – золотой Атрибут, необходимый мастерам рун, творцам артефактов, архитекторам доменов – всем, кто хочет работать с материей и Звездной Кровью на золотом уровне. Первая звезда принесла мне Взор Создателя…

Взор Создателя (1/10, золото) – способность видеть внутреннюю структуру рунных объектов, понимать логику их устройства и проводить разборку, сборку и ремонт конструкций золотого ранга.

Скай: Провожу анализ изменений… провожу визуальную подстройку… Готово.

Я приоткрыл веки, пытаясь активировать новый Навык. Это оказалось легко – что-то незримое щелкнуло, и мир изменился. Вернее… остался прежним, но я теперь видел его иначе. Энергетические ореолы рунных Предметов расцвели паутиной тончайших линий, обнажая свою суть.

Стелла на силуэте Найры у противоположной стены – серебро, трижды усиленное, ее плащ, пояс и сапоги – бронза Искателя, а обруч на лбу – ментальный усилитель. Амулет караванщика около нее – бронзовое Хранилище, протез Фьюри хранит выкидной рунный клинок бронзового ранга, знаки на стенах Норы – блокирующие пространственные переносы Инскрипции, конструкция в центре зала – трехзвездная серебряная Руна-Предмет, выделяющая кислород и фильтрующая воздух…

Все, даже мое собственное снаряжение, – превратилось в сложные трехмерные схемы. Я видел ядра, узлы, каналы и средоточия эфирного плетения – как специалист-техник видит в паутине проводов четкую энергетическую схему…

Скай: Командир, с этим Навыком мы можем проводить полную диагностику и ремонт рунных конструкций до уровня золото-3.

Поток новой информации мешал, забивал восприятие, и несколько минут ушло на то, чтобы взять Навык под контроль. Скай помогала, фильтруя и сортируя, и постепенно хаос превратился в управляемый инструмент. Теперь я мог смотреть на предмет и не анализировать его. Мог выбирать, что изучать, а что игнорировать.

Стоило сделать то, зачем я все это затеял.

Я открыл Скрижаль и выбрал Руну Стигиса. Сломанный глиф выглядел как сложная структура из переплетенных линий, часть из которых была оборвана. Но теперь я понимал, что нужно сделать для восстановления контура, и пальцы двигались сами, вливая Звездную Кровь.

Руна Стигиса вспыхнула, став крылатым силуэтом, отдаленно напоминающим хищную птицу.

Целая, живая, готовая к работе.

Я видел ее конструкцию – рунную упаковку, содержащую золотой корабль с шестью звездами усилений, странными узловыми элементами и инородными вкраплениями – похоже, Предмет был гибридом, помимо прочего содержащим встроенное Хранилище и… странные, обладающие собственной энергией объекты. Скай доложила, что Руна, похоже, содержит посторонние конструкции, а также, с высокой вероятностью, – разумную матрицу или аниму во встроенном артефакте типа «анимариум».

Ну что ж, оставалось только одно – проверить.

Глава 18

Стигис был Руной-Предметом, но не плащом или кинжалом. Для его материализации требовалось много пространства – желательно оперативный простор, чтобы попробовать взлететь. Я очень надеялся, что смогу оживить и взять под контроль летающий корабль, несмотря на странную сущность, привязанную к нему. После совместного проживания с Белым Дьяволом и постоянной болтовни со Скай еще один голос – не самая серьезная из проблем.

Но для активации нужно выходить наружу. В Мертвый Город, где хозяйничает Сай’Рхос.

Я поговорил со своими людьми. Как ни крути, но, пока буду разбираться со Стигисом, им придется остаться в Норе – своеобразными заложниками караванщиков. Гарантией, что я вернусь. Хотя, судя по Толе Грохоту, уже наводящему свой порядок в убежище, не очень понятно, кто у кого в заложниках. Толя – человек простой, а безделье – худший враг солдата, и десант, на, уже начал проверять, «кто чем дышит». Причем языковой барьер ему ничуть не мешал. Если мы тут задержимся, Великий Караван явно обогатит свой лексикон земными идиомами. Это было бы смешно, не будь столь опасно. Мне даже пришлось вмешаться, чтобы погасить возможный конфликт. Чужие обычаи нужно уважать, а с караванщиками, сколь бы «хитрожопыми гусями» они ни были, не стоило ссориться по пустякам.

В любом случае обе стороны получили массу новых впечатлений, и, похоже, веселье только начиналось. Закончиться же оно могло весьма печально, и потому, как только откатились Руны Печати Доминиона, Полной Невидимости, Второго Рубежа и прочие, сломанные и заново отремонтированные мной, я подошел к Найре.

– Я готов. Но мне нужно место снаружи. Большое, открытое. И время для подготовки. Ты сможешь… его отвлечь?

Караванщица помолчала, явно что-то прикидывая.

– Это плохая дорога… Но есть одно место. Опасное. Мы называем его «Сад Клинков».

– Возле Небесных Мечей? – я начал понимать, о чем она говорит.

– Да, там горят четыре Клинка. Близко. Их дыхание смыкается. Там Сай’Рхос будто слепнет. Не останавливается, но медлит. Ищет дольше. Иногда до сотни ударов…

Полторы, может, две минуты. Хватит этого, чтобы поднять в воздух загадочный Стигис?

Я не знал. Жесточайший цейтнот!

– Я проведу тебя дорогой теней, – продолжила Найра. – Если станцую с Забытым, может, подарю еще полсотни ударов. Но не больше. У тебя есть чем защититься от небесного огня?

Я кивнул – Руны от высокотемпературного воздействия имелись: Лед-Доспех, Экзопокров и золотой Второй Рубеж. Сам огненный столб они не удержат, но его ауру – вполне. И еще есть Спираль Времени. Если что-то пойдет не так, у меня будет шанс переиграть.

– Да. Я готов.

– Тогда держись крепче, Восходящий, – предупредила Найра, протягивая руку. – И что бы ни увидел – не отпускай.

Мир дрогнул и вновь вывернулся наизнанку.

Дорога теней. Руины Мертвого Города проступили призрачными силуэтами – колоссальные, но неправильные, искаженные. Странные углы, размытые очертания, и тени в этом вывернутом мире – как будто живые, двигающиеся, протягивающие щупальца…

– Не смотри! – голос Найры в голове был острым, как удар хлыста, – Не думай! Они чуют…

В реальности Небесные Клинки выглядели столбами голубого пламени, лезвиями исполинских горелок. Здесь, в теневой изнанке, они казались ранами, разрывами, прорехами – будто кто-то вспорол саму ткань бытия. Между ними все корчилось, дрожало, истончалось. То самое дыхание Клинков, о котором говорила Найра.

Последний шаг – в давящее плотное пространство между сияющими ранами, затем резкий рывок – и мы вынырнули обычный мир.

Большая площадь, растрескавшийся черный камень. Яркий голубой свет, огненный столб Клинка – в какой-то тысяче метров, за оплавленной кромкой руин. И остальных, с других сторон – дальше, но вполне достаточно, чтобы опаляющий жар убивал все живое. И не только – этот синий огонь, который Восходящие называли Небесным, отделяя от других стихий, имел мощную компоненту, разрушающую эфирные связи. Я сразу понял, что мой Аспект не проживет здесь и минуты, как и любое другое призрачное существо, и даже рунные барьеры будут «съедаться» аурой этого пламени. Но, к счастью, расстояние играло роль – это происходило не сразу. Торк сразу же потерял первый заряд, Лед-Доспех мгновенно потемнел, однако Скай констатировала, что мы способны продержаться здесь по меньшей мере пять минут.

Найра, окутанная линзой призрачной защиты, отпустила мою руку и коротко кивнула, сложив ладони перед грудью.

– Пусть Странник посмотрит на тебя.

Затем караванщица огляделась, будто пытаясь отыскать тень в зоне слепящего света, нашла ее в укромном уголке руин – и исчезла, невероятным образом поглощенная ей. Механика этого перемещения оставалась загадкой – не движение, не транслокация, а, по словам Скай, использование иной пространственной метрики…

Потом.

Каждое мгновение – драгоценно.

Стигис.

Сложившись из вихря Звездной Крови, он завис в полуметре над землей – на расстоянии вытянутой руки.

Большой, метров тридцать длиной и не менее десяти-двенадцати – размах крыльев. Хищный силуэт с острыми полумесяцами крыльев действительно напоминал стрелу – вернее, ее наконечник, острый, листовидный, отлитый из голубой стали. Форма и обводы – совершенно чуждые, но удивительным образом схожие с земными военными флаингами. Потому что аэродинамику не обмануть, и аппараты, которым предназначено летать, даже спустя миллион циклов будут выглядеть братьями.

Голубая Стрела умела летать. И, судя по виду, чертовски хорошо и чертовски быстро.

Оставалось понять, как ее поднять.

Благодаря Истинному Взору я видел сложнейшую структуру этого корабля-артефакта, ощущал ритм и пульсацию его энергетического контура. И интуитивно знал, где нужно приложить руку, чтобы оказаться внутри. Подобно оболочке кристалл-сферы, туда вела раскрывающаяся диафрагма.

Условную корму – заднюю треть корпуса – занимала массивная сфера из переплетенных иллиумовых колец, от которой расходилась паутина энерговодов – люкс-накопитель, рунное сердце корабля. Похоже, что Стрела не была предназначена для перевозки пассажиров, потому что внутри оказался единственный и весьма узкий отсек. Пилотский кокпит, только весьма своеобразный: остекления и панели управления не существовало, их заменял занимающий почти все внутреннее пространство и слегка наклоненный по диагонали… саркофаг? Плита из синей стали с анатомическим углублением, повторяющим контуры тела… не человеческого, но весьма близких пропорций.

В моем первом видении в этом ложе находился скелет кел с кинжалом в глазнице и груда раздавленных костей рядом. Сейчас не было ни того, ни другого – превращение в Руну стерло все следы тысячелетней трагедии, кроме парящего над изголовьем венца. Изящный обруч из того же синего металла, что и корпус. Благодаря Искусности я знал, что это – ниточка, связывающая с рунным интерфейсом корабля.

А между венцом и саркофагом – четыре парящих рунных глифа.

Звездная Кровь, Обломок Скрижали и две Руны.

Сколько тысяч лет они ждали, пока их кто-нибудь заберет?

Цейтнот не давал времени на размышления! Возможно, Сай’Рхос уже летит сюда или Найра ценой смертельной риска покупает мне драгоценные мгновения. Поэтому я решительно втянул Руны (тысяча восемьсот капель, ничего себе, серебряные Предмет и Сага, золотой Обломок Скрижали) и лег в саркофаг. Углубления не совпадали с телом, но не критично, а затем ложе неуловимо трансформировалось, охватывая руки и ноги, а управляющий обруч холодным капканом защелкнулся на моем лбу.

И мир взорвался.

Водопад информации – сенсорной, ментальной и визуальной! Образы, голограммы, символы, тактильные ощущения, звуки, голоса… Восприятие мгновенно переполнилось, как чаша, подставленная под бурлящий поток, и только помощь Скай, взявшей на себя фильтрацию и обработку, помогла не захлебнуться.

Оболочка корабля стала полупрозрачной – сквозь нее я видел черное небо, развалины и бьющие в небо клинки синего огня. Видел сложные рунные фреймы, окутывающие каждый объект, и то, что за пределами зрения, но доступно наблюдательным системам корабля, проецирующим мое восприятие в пространстве. Ощутил стигис своим новым телом – тяжелым, незнакомым, непослушным, но готовым подчиняться. Тело – корпус, руки – крылья, люкс-накопитель – сердце, глаза – сенсоры, видящие сразу во всех направлениях. Очень необычная нейронная синхронизация – похоже (но не так) она происходила с Небесным Ястребом. Этот летательный аппарат был намного больше, сложнее и требовал определенных знаний и навыков…

И одновременно, фоном, я услышал голос. Тот самый, мужской, яростный и одновременно отчаянный, кричащий на странном искаженном Языке Кел:

– Кто ты⁈ Откуда⁈ Ты нашел мою Руну?

Я видел его лицо, призрачное, будто из треснутого голубого стекла. Резкие черты, узкий нос, рунные узоры на висках. Неполная, разбитая мозаика…

Скай: Внимание, командир. Обнаружен ментальный контакт с анимой, помещенной во встроенный анимариум. С высокой вероятностью принадлежит предыдущему владельцу Руны. Анима была захвачена спасательной системой корабля в момент окончательной гибели и, вероятно, пребывала во вневременном рунном стазисе неизвестное количество времени. В данный момент анима не имеет доступа к управляющему контуру Голубой Стрелы.

Это просто прекрасно, что не имеет! Одновременно умница Скай выкатила мне полный список возможностей корабля – четыре основных функции и три Инскрипции, которые, как я и предполагал, оказались чем-то вроде дополнительных рунных артефактов, значительно расширяющих функционал корабля:

«Сердце Вечного Света» – люкс-накопитель, превращающий Звездную Кровь в структурированный жесткий свет, энергию высшего порядка, питающую защитные и атакующие системы корабля;

«Небесная Сталь» – корпус из священной синей стали, обеспечивающий высочайшую резистентность ко всем видам урона, но при этом, в отличие от иллиума, не ограничивающий рунные взаимодействия;

«Хранитель Душ» – спасательная система, при гибели пилота (и, вероятно, корабля) удерживающая его душу в специальном хранилище. Нечто вроде драконьего сосуда эрды Оноры, только встроенного в Руну;

«Звезда Жесткого Света» – то, чего я ждал и опасался не найти! Боевая система, использующая тот самый жесткий свет как оружие. Мощность нужно проверять на практике, но системы ПВО Эргиаля, работающие на таком же принципе, запросто кромсали золотые ликторы Гармонии.

Инскрипции же выглядели так:

Инскрипция Стабилизации Времени – похоже, что эта штука блокировала временные искажения вроде тех, что производила моя Спираль. И она действовала «бессрочно» – а это означало, что я не смогу применять Спираль, находясь внутри;

Инскрипция Золотого Ока – эта Инскрипция расширяла возможности наблюдательных систем корабля, то есть пилотского восприятия. Нечто вроде многофункционального радара, включающего все способности, которые даровал Глаз Небесного Змея, Истинный Взор и прочие мои Руны, а также множество других;

Инскрипция Звездного Полета – а эта… я не очень понял, а вдаваться времени не было. Похоже, она служила рунным аналогом двигателя, но не обычного, а предназначенного для… межзвездных перелетов?

Ничего себе!

Были и плохие новости. Небесный Ястреб использовал в качестве батарейки Звездную Кровь пилота-Восходящего. Голубая Стрела имела свое энергетическое сердце – люкс-накопитель. Условная емкость, мать моя женщина, тысяча Звездных Сфер, то есть около трехсот тысяч капель Звездной Крови!!! Просто невероятное по моим меркам количество.

И он был практически пуст. Почему и как подзарядить – большой вопрос. Факт в том, что энергии – на самом донышке, чуть более десяти сфер, то бишь три с небольшим тысячи капель. Насколько этого хватит, можно было определить только экспериментально, табличек расхода, увы, не прилагалось.

Но самое главное – Стрела умела летать! И у нее было оружие.

– Кто ты? – продолжал настойчиво вопрошать призрак прежнего пилота. – Этот стигис принадлежит Звездному Крылу! Отвечай!

Звездному Крылу? Интересно…

– А кто ты? – наконец ответил я, одновременно пытаясь разобраться с управлением. Прошло уже больше минуты с момента активации Руны, Сай’Рхос мог появиться в любую секунду, и, честно говоря, сейчас препираться с голосом было не с руки.

– Я⁈ Я – ар-ринг, курьер небесного дозора, Эйлориан кел…

Призрак вдруг запнулся.

– Я… не помню. Дом? Созвездие… я не помню! ПОЧЕМУ⁈

Мне наконец удалось заставить Голубую Стрелу подняться в воздух. Неуклюже, рывками, но удалось! Этот летательный аппарат не походил ни на что, чем мне приходилось управлять ранее, – совершенно другой баланс, иные принципы полета, он вообще казался не кораблем, а чем-то вроде… летающего клинка. Невероятно быстрая и очень маневренная штука, чутко реагирующая на малейшие команды и требующая предельного сосредоточения… Понимая, что не справляюсь, я снова использовал Руну Черного Надлома – отклик, который давали сигнальные системы моего серебряного организма, оказался недостаточен для полноценного управления. Пилот, похоже, должен был быть золотым Восходящим – или, по крайней мере, иметь золотые Атрибуты в некоторых областях.

– Я… не помню. Похоже, полностью вырезан узел причинности. В ход пустили онто-разрушающее оружие? Что случилось⁈ Прошу, скажи мне, где мы? КОГДА МЫ?

Я направил Стрелу в нужную сторону, заставив разогнаться, затем мгновенно остановил и крутанул вокруг своей оси. Со стимулятором стало гораздо легче – скорость и восприятие выросли на порядок, степень нейронного сопряжения значительно повысилась. Теперь я мог… кое-что. С каждой секундой Голубая Стрела становилась все более понятным инструментом – сложным, непривычным, очень чувствительным…

– Ты из небесников? Я не узнаю отпечаток! Почему ты не отвечаешь?

У меня совершенно не было времени на болтовню, потому что Золотое Око – или как там называлась наблюдательно-сканирующая система корабля – засекло на пределе видимости мутное голубое пятно. И мгновенно окружило его рунным фреймом, расшифровав содержимое: сфера, плотный клубок сложной конфигурации, множество сложенных конечностей, пульсирующее ядро…

Сай’Рхос.

Почуял, сука.

Скай стремительно адаптировала новую информацию – часть знаков вопроса в статусе монстра сменилась странными надписями:

??? Ra’Ḫōs (золото)

Печать распорядителя???

Протокол: Активный Надзор

Статус:???

Я рванул Стрелу вверх, пытаясь дать максимальное ускорение. От страшной перегрузки на мгновение помутилось сознание, руины Мертвого Города резко провалились вниз, превращаясь в черную мозаику с голубыми пятнами Клинков. Невзирая на предупреждения Скай, раскусил Пилюлю Несокрушимости – для того чтобы пережить ускорение и маневрирование этого аппарата, требовалось быть покрепче серебра…

– Я – Эйлориан кел… ар-ринг, курьер-дозорный Звездного Крыла! Нашедший мою Руну – знай, ты нарушаешь Порядок. Голубая Стрела – именованный стигис, принадлежащий Звездному Крылу. Верни ее Стражам Предела в любой доступной Башне, Ковчеге или астролите…

Тварь набрала высоту следом. Быстро. Слишком быстро. Она по-прежнему двигалась непредсказуемыми фазовыми скачками, и мне снова пришлось задействовать Печать Доминиона, чтобы не допустить сближения. Корпус моего нового корабля из прочнейшей синей стали, но я не знал, как он отреагирует на клинки жесткого света, которыми орудовал противник. Сближение смертельно опасно!

Резкий вираж влево! По телу разливалась уверенная мощь Несокрушимости, вкупе с Черным Надломом выводившая Атрибуты на золотой ранг. Это было необходимо – Голубая Стрела слушалась, но управление требовало чистого, четко отмеренного нейронного импульса и сверхчеловеческой выносливости. Но зато и скорость стигиса поражала воображение – мы превосходили Сай’Рхоса, причем значительно. После очередного маневра тварь выскочила в полутора километрах, зависла, будто прицеливаясь…

Сейчас.

Я резким, невозможным для земного аппарата маневром развернул Стрелу, «перекувырнув» ее в воздухе, – и поймал фрейм твари тем, что заменяло прицельную сетку. Звезда Жесткого Света отозвалась на ментальный импульс, мгновенно выплюнув в пространство три ярких искорки – одну за другой, неотразимым веером.

Мимо!

Там, где они прошли, Сай’Рхоса уже не было. Он снова «прыгнул», раскрываясь на границе Печати цветком световых лезвий, и мы разошлись практически чудом, ценой дикой перегрузки и крутого пике, в которое ушла Голубая Стрела, пытаясь разорвать дистанцию.

– Ответь! Где мы? Когда мы? Сколько… прошло времени?

Вторая попытка. И снова – неудачно, заряд жесткого света не имел никаких шансов поразить эту тварь. Но зато мы выяснили примерные параметры расхода, и они, увы, не обнадеживали. Каждая минута полета жрала (иного слова не подобрать) примерно восемь капель Звездной Крови, один выпущенный световой заряд – сто двадцать капель. Можно сказать, я палил золотыми Заклинаниями! За недолгое время нашего столкновения я израсходовал уже пятую часть запаса люкс-накопителя, и стало ясно, что затягивать этот бой не стоит. Сай’Рхос не мог догнать меня, но и я не мог попасть в скачущую тварь. Без Спирали Времени предугадать траекторию его движения было невозможно. Уйти, избежав столкновения, в принципе реально, но я обещал попробовать прикончить этого монстра…

– Почему ты молчишь⁈

– Нет времени! Отвечу… позже! – передал я. – Сейчас… я веду бой!

– С кем? Покажи мне, – голос призрака мгновенно изменился, и мне это неожиданно понравилось: он будто включился. – Я могу помочь. Дай доступ к Оку.

А что, собственно, я терял? Ничего – управление Руны замкнуто на владельца, перехватить его анима без тела не способна. А вот ценный совет может пригодиться – недаром рунный интерфейс стигиса опознал эту тварь. Может, он знает, как с ней справиться?

Я не знал, как дать доступ. Но Скай справилась – и поток данных от Золотого Ока разделился, уходя к призраку.

Пауза. Секунда, две, три… Голубая Стрела летела, лавируя между черными башнями Мертвого Города, Сай’Рхос сидел на хвосте. Я взмыл, снова ускоряясь и давая посмотреть на все это разрушенное великолепие сверху.

– Великие Звезды. Где мы? Пустота-за-Пределом? Мертвые Сферы? Или это симуляционный октагон?

– Единство, – коротко бросил в ответ я.

– Это невозможно. Отсутствует привязка к Башням. Где мысль-поле? Или… причинность нарушена, потому что произошел Прорыв⁈ О Искуснейший… где светило? Где Ковчег? Где… Звезды?