290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Милосердие (СИ) » Текст книги (страница 1)
Милосердие (СИ)
  • Текст добавлен: 9 декабря 2019, 13:00

Текст книги "Милосердие (СИ)"


Автор книги: Роксана Чёрная






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 28 страниц)

Пролог

Северус Снейп устал: от недоумков-учеников; от Дамблдора, который ежечасно давил на болевые точки; от Темного Лорда, считающего себя пупом земли. Сейчас он особенно устал от сына Лили – тот уже целый час не мог поставить элементарную защиту на разум и Снейпу приходилось наблюдать за сопливой чушью, которой была полна его жизнь?

– Поттер, вы даже не пытаетесь! Каждое воспоминание, в которое может проникнуть Тёмный Лорд, – это оружие, которым он воспользуется против вас. Вы, как и ваш отец, ленивы, самонадеянны…

– Не смейте так говорить о моём отце! – перебил он.

– Вы слабы, – наклонившись, прошипел Снейп.

– Я не слабый, ясно? – вяло отозвался мальчишка.

– Так докажите это: контролируйте эмоции, дисциплинируйте ум, – Снейп пытался научить Поттера хотя бы основам, но не видел и следа необходимых умений. – Легилименс.

Путешествие с Хагридом в лес. У Гермионы получается наколдовать телесного патронуса. Кабинет Долорес Амбридж. Поцелуй с Чжоу в Выручай-комнате. Встреча с Сириусом на Новый год. Кривящийся профессор зельеварения.

– Остановитесь!

– Меня сейчас стошнит, – выплюнул Снейп, с отвращением наблюдая за задыхающимся Поттером. – И это вы называете контролем? – ухмыльнулся он. Занимаясь, например, с магглорождённой Грейнджер, они бы уже давно прошли весь материал, а не пытали друг друга каждую неделю. Но как же? Это же Гарри Поттер – Мальчик-Которого-Все-Жалеют!

– Мы уже давно занимаемся, мне надо отдохнуть, – пацан попытался встать, но Снейп одним движением руки вернул его на место.

Сразу вспомнился Сириус, которому Северус недавно помогал вернуть форму после Азкабана. Тот тоже вечно был недоволен сложностью тренировок и ныл, как настрадался в заключении. Знал бы он, насколько это лучше пыток Круциатусом, которые он так и не научился блокировать.

– Тёмный Лорд никогда не отдыхает… Блэк и вы – оба сопливые дети: ноете, жалуетесь, как несправедливо обошлась с вами жизнь. Может быть, вы ещё не заметили: жизнь вообще несправедлива, – Снейпу вспомнились бесконечные стычки с Мародёрами, и картинки замелькали перед его глазами. Он не собирался больше с ним нянчится. Поттеру давно пора понять, что с возвращением Волдеморта сказки закончились.

– Ваш блаженный отец был причастен ко всем несправедливостям!

– Мой отец – великий человек! – заорал Гарри.

– Ваш отец – большая свинья! Легилименс! – зашипел Снейп, направляя палочку в лицо Гарри.

– Протего!

Даже не сообразив, что происходит, Гарри отбил заклинание, и в следующее мгновение оказался в чужом сознании, просматривая, словно кинофильм, воспоминания.

Молодой Снейп читает книгу, спрятав лицо за длинными темными волосами. Он же прячется в углу кабинета. А теперь его преследуют ровесники. Молодой Джеймс Поттер заклинанием подбрасывает молодого Снейпа вверх. Мародеры смеются над грязным бельём своего однокурсника.

– Хватит! – задыхался Снейп. Он не ожидал, что Поттер отобьет заклинание. Он не собирался впускать мальчишку в свои воспоминания, в свою жизнь. Он не впускал никого. Никогда. Он мог выстроить защиту любого уровня, но какой-то сопляк простым Протего влез ему под кожу и рассмотрел одно из самых болезненных воспоминаний. Больше такого допускать нельзя.

– Наши уроки окончены!

– Но мы… – Гарри, взволнованный увиденным, хотел объяснений.

Он в недоумении смотрел на профессора, но всё ещё видел перед собой брошенного всеми подростка. Такого же, как и сам Гарри, но у него есть Гермиона с Роном, а кто был у Снейпа?

– Вы не расслышали меня, Поттер? Вон! – Снейп поднял Поттера за воротник и отшвырнул к двери.

Дверь за мальчишкой захлопнулась, и Снейп подумал:

«Это хорошо. Хорошо, что я больше не увижу его глаз так близко, потому что в них – она. Такая живая, какой я её помню. Как солнце, что освещало тьму, в которую я погружался. Теперь тьма полностью поглотила меня, и выход только один – смерть».

* * *

Гарри Поттер выбежал из кабинета и остановился на лестнице, ведущей из подземелий. Он задыхался и не мог поверить в увиденное.

Он прижался спиной к стене и вцепился себе в волосы. «Малфой – и тот не был так жесток со мной, как отец со Снейпом», – думал он, медленно сползая по стене вниз.

Гарри прижал колени к груди и сделал судорожный вдох, сдерживая подступающие слезы. Он не представлял, что и думать. Отец оказался вовсе не тем идеальным человеком, каким он себе его представлял.

Глава 1. Поддержка друзей

Гостиная Гриффиндора оглашалась взрывами смеха и вспышками заклинаний. Близнецы Уизли демонстрировали свои изобретения, записывая будущих покупателей.

Гермиона Грейнджер пыталась сделать задание по трансфигурации, чтобы наконец приступить к чтению книги об окклюменции, но не могла сосредоточиться. Она посмотрела на Рона, который списывал её эссе по заклинаниям для завтрашнего занятия.

– Рон, ты ещё помнишь, что являешься старостой? – Тот кивнул, не отрывая взгляда от пергамента. – Тогда, может, утихомиришь своих братьев? Потому что ещё немного, и я начну снимать баллы с собственного факультета. Посмотри, они тестируют свои изобретения на первокурсниках.

– С их согласия, – Рон поднял взгляд на братьев и посмотрел на неё. – Слушай, они на меня всё равно не реагируют. Это Гарри дал им денег, пусть он и разговаривает с ними.

– А где он? Его уже давно нет.

– Ушёл на занятие со Снейпом, – задумался Рон. – Четыре часа назад.

Гермиона заволновалась. С Гарри могло произойти всё что угодно. Летом он всего лишь вышел посидеть на качелях в маггловском районе, а на него напали дементоры!

– Рон, быстро поднимись в вашу спальню и принеси Карту Мародёров. Надо скорее найти его!

– Может, он на свидании с Чжоу? – пожал плечами Рон.

– Рон, быстрее! Надо проверить, – прошептала она. – А вдруг профессор Снейп всё-таки предатель, и Гарри уже у Того-Кого-Нельзя-Называть? А Дамблдора в школе нет. Рон!

Рон увидел ужас в её глазах и сорвался с места. Он быстро нашёл Карту, активировал её и убедился, что Гарри в замке. Облегченно вздохнул и вышел из спальни как раз в тот момент, когда Гермиона все же решила отчитать близнецов – один из подопытных покрылся красными волдырями.

– Джордж! Что с ним?! Вы уже переходите все границы, ему же больно! – кричала она.

– Гермиона, я Фред.

– Джордж – это я. Не будь занудой, сейчас всё должно сойти. Не волнуйся, Дэвис.

– Его зовут Трэвис! Это я зануда?! – Гермиона поднялась и уперла кулаки в бока. – Двадцать баллов с Гриффиндора. И отведите его уже в Больничное крыло. Завтра об этом…

Рон подбежал к Гермионе, схватил её за руку и вытащил из гостиной. Невилл Лонгботтом посмотрел на начавших спорить близнецов, глубоко вздохнул, отложил книгу по травологии и повёл первокурсника к мадам Помфри.

* * *

Только слабый свет факелов освещал пустой коридор. Гарри Поттер сидел на лестнице, ведущей из подземелий, прижав колени к груди и опустив на них голову. В таком положении застали его друзья, пробежавшие ползамка, скрываясь от Филча и инспекционной дружины.

Гермиона, переводя дух, медленно подошла к Гарри, словно боясь спугнуть, и положила руку на его склонённую голову. Рон держался позади, но решился спросить:

– Может, его заколдовали?

– Гарри? – Гермиона не знала ответа на этот вопрос.

– Я видел отца, – пробормотал наконец тот.

– Что? Где? – Рон подошёл ближе.

– У Снейпа в сознании.

Гарри поднял глаза и посмотрел на друзей. Его лицо освещал факел, висевший прямо над ним.

– Не может быть! Профессор Снейп не пустил бы тебя в свои мысли, – заявила Гермиона.

– Это вышло случайно, он давил на меня. Я отразил его заклинание.

– Это очень опасно! – испуганно заметила Гермиона. – Вы оба могли попасть в Мунго, в соседнюю с профессором Локонсом палату.

– Не начинай, на нём и так лица нет, – осадил Рон.

Гермиона насупилась и отвернулась. Рон не воспринял всерьёз её обиду и обратился к Гарри:

– Друг, и что твой отец? Ну… что делал?

– Они издевались над Снейпом, – Гарри не хотелось вспоминать, но картинки мелькали перед глазами. – Обзывали Нюниусом, смеялись над одеждой, подвешивали вниз головой, как Пожиратели смерти в прошлом году.

– Кто – они? – недоумевал Рон.

– Мародёры, Рон, – вмешалась Гермиона. – Гарри ведь сказал, что видел отца, а «они» – это его друзья.

– Вот всегда она всё знает… – пробормотал Рон. Его очень расстраивала осведомлённость Гермионы. Рядом с ней он чувствовал себя бесполезным.

– Гарри, то, что ты видел, наверное, ужасно. Но надо проверить, правда ли это, – Гермиона вспомнила строки из книги об окклюменции, где говорилось, что четвертый уровень – это возможность замещать воспоминания поддельными. Наверняка профессор Снейп владеет этим уровнем.

– Как неправда? Я же видел, – Гарри с надеждой посмотрел на подругу.

– Образы в сознании можно подменить или подправить, я читала, – пояснила Гермиона. – Ты тоже, кстати, мог бы, это ведь твоя книга.

– Значит, Снейп всё подстроил? – обрадовался Рон.

С его точки зрения было бы здорово, окажись это кознями профессора. Мысль, что Мародёры, которых все так любили, могли поступать некрасиво, очень не нравилась Рону.

– Рон! Я не утверждаю. Профессор Снейп мог не хотеть ничего плохого. Надо всё выяснить, – твердо заявила Гермиона.

– Спросить Сириуса?

– Конечно. Можем прямо сейчас. Только пойдёмте быстрее, пока нас из школы не выгнали за нарушение распорядка.

Гермиона подала Гарри руку и улыбнулась. Он поднялся, и друзья направились в свою башню.

* * *

Гостиная Гриффиндора была пуста. В камине вспыхнул яркий огонь, озаряя всё зелёным светом. Сириус с беспечной улыбкой, часто мелькавшей на его лице, появился в пламени. По очереди поздоровался с юношами и подмигнул девушке. Но в ответ получил три очень серьёзных взгляда.

– Не понял? Что такие хмурые лица? – спросил Блэк. – Или вы из-за Дамблдора? Не волнуйтесь. Скоро Министерство поймет, что ты сказал правду про Того-Кого-Нельзя-Называть, и директор сразу же вернётся.

Гарри смотрел на крёстного, наставника, которого обрёл не так давно, и пытался понять, как этот добродушный и светлый человек мог настолько грубо обращаться с однокурсником. Впрочем, что он вообще знал о Сириусе или об отце? Даже про маму рассказывали так мало. «Сначала надо спросить, бросить обвинение всегда успею», – решил он.

– Сириус, хочу тебя спросить. Ты же знаешь, со мной Снейп занимается, и… в общем…

– Профессор Снейп, Гарри, – строго посмотрела на друга Гермиона. – Сириус, Гарри сегодня случайно заглянул в сознание профессора.

– Да. Спасибо, – вернул взгляд Гарри. Ему не понравилось, что Гермиона его перебила, но сам он боялся начать разговор. – Да, в общем, я видел…

– Гарри, друг. Просто расскажи, и всё, – Рон не понимал, почему Гарри молчит.

– Я видел воспоминание Сне… профессора Снейпа. Там были отец, ты и Люпин с Петтигрю. Вы смеялись над ним, подвешивали в воздухе вниз головой. Ваши издевательства – это… отец был… хуже всех, – Гарри задыхался, гнев душил его. Он верил в родителей, считал их идеальными. И надежда всё ещё жила в его сердце. – Может быть, профессор подделал воспоминания? Гермиона говорит, он мог…

– Мог. Но он этого не делал, – задумчиво ответил Блэк. – Гарри, пойми, мы были подростками. Редко думали головой, вам ведь это знакомо. Вы сами, часто не осознавая зачем, попадаете в переделки.

– Мы никогда не смеялись над слабыми, – возразил Рон.

– Ну… Рон, Снейп не был слабым. Жалким, бедным, но не слабым, – Сириус видел, как крестник что-то пытается сказать. – Гарри, не делай из Снейпа мученика, он с младенчества увлекался Тёмной магией. Если бы он захотел навредить нам, мы бы легко не отделались.

– Он отвечал? – спросила Гермиона. Она до сих пор помнила, как над ней шутили на первом курсе, поэтому защищать Сириуса не собиралась.

– Отвечал, конечно, но если подумать, особого вреда от этого не было. Но он определенно раздражал своим превосходством. Всегда был лучшим по всем предметам.

– С каких пор быть лучшим – преступление? – вскинулась Гермиона.

– Дело даже не в учёбе! Просто он постоянно подначивал нас, говорил, что квиддич для недоумков.

Гермиона фыркнула – она бы согласилась с этим заявлением. Быть первой в учёбе она считала большим преимуществом, тем более что это не раз выручало её друзей. Конечно, глупо обвинять взрослого человека за прошлые поступки, но и отношение к профессору Снейпу, пожалуй, стоит пересмотреть. На ум пришёл прошлый год, и то, как Снейп пытался прикрыть их от оборотня. Вспомнив это, она решила спросить:

– Сириус, а откуда профессор Снейп может знать про потайной ход в Визжащую хижину?

– О, это смешная история. Мы с Петтигрю как-то болтали о том о сём. Я заметил Нюн… ну, то есть Снейпа и начал говорить громче. Упомянул, что ночью мы проберёмся в хижину – как раз было полнолуние. Он всегда был поборником школьных правил, вот и заявился туда поймать нас с поличным, но угодил в ловушку сам.

– Там был Люпин? – Рон, кажется, начал догадываться о том, что произошло.

– Вы сказали – в полнолуние?

– Конечно. Мы просто хотели подшутить. Испугать. Но Ремус… чуть не убил его. А твой отец, Гарри, спас Снейпа.

– Спас? Это получается, у Снейпа долг жизни перед отцом Гарри? – спросил Рон, упуская самое важное.

– То есть вы ради хохмы чуть не убили своего сокурсника! – закричала Гермиона. – Вас не отчислили?!

– Тише, девочка, не кипятись. Мы ведь не специально. Дело замяли. Уж не знаю, как Джеймс договаривался с Дамблдором. Мы, правда, с тех пор к Снейпу не подходили. Гарри?

Гарри все это время молча слушал. Когда разговор перешёл на случай в Визжащей хижине, он понял – шутки над Снейпом были далеко не безобидными. Это так разозлило его, что отношение к Сириусу поменялось кардинально.

– Ну да, вам потребовалось практически убить сокурсника, прежде чем вы от него отстали. Я услышал всё, что мне нужно, – сказал он и ушёл, не попрощавшись.

– Гарри! Гарри! – Блэк звал крестника, пока тот не скрылся на лестнице.

– Сириус, ты не сердись на Гарри. Его в школе с первого курса третируют. Сейчас особенно. Ему не верит никто, – попытался извиниться за друга Рон.

– А чего он тогда на Нюниусе зациклился?

– Он боготворил отца! Конечно, ему не понравилось, что Малфой, который постоянно нас цепляет, больше похож на Джеймса Поттера, чем сам Гарри, – пояснила Гермиона.

– Гермиона, Джеймс ведь рос с любящими родителями. Ему никогда ничего не запрещали. В школе он был популярен. И мы вместе с ним. Нам прощалось очень многое. Мы, пожалуй, немного увлекались. Но у Снейпа с Джеймсом давние счёты. Нас создаёт то общество, в котором мы растём.

– Уже очень поздно. Спокойной ночи, Сириус. Рон, – попрощалась она и, гордо взмахнув копной пышных волос, исчезла на лестнице, ведущей на женскую половину.

– Хороша! Вы с Гарри просто слепые ослы, если не видите сокровище под вашим носом.

– Ты о чём, Сириус, это же Гермиона. Она и на девушку не всегда похожа, – заговорил быстро Рон, но мысли против воли обратились к прошлому году, когда Гермиона неожиданно для всех появилась невероятно привлекательной на Святочном балу.

– Но она девушка, и у неё всё везде как надо. Поверь мне, у меня столько девчонок было, я знаю в них толк, – Сириус подмигнул Рону, который до сих пор кривил лицо в недоумении, и исчез в зелёном пламени.

Глава 2. Такие они разные, эти девушки

Чёрное озеро близ Хогвартса было невероятно глубоким. Много разных тварей обитало там, и русалки, пожалуй, были самыми безобидными. Но это не мешало влюблённым парам прогуливаться по его берегу.

Именно здесь Гарри Поттер целовал Чжоу Чанг, и каждый поцелуй становился гораздо глубже предыдущего. Он ждал, когда Чжоу, чья экзотическая внешность привлекала внимание многих, попросит его быть сдержаннее, но этого не происходило. Его руки путешествовали по её спине, спускаясь всё ниже, пока наконец не обхватили маленькие и такие упругие ягодицы.

– Гарри, нас могут увидеть, – Чжоу всё-таки сделала ему замечание.

Гарри подумал, означает ли это, что вдали от посторонних глаз она бы его не остановила? Мысли об этом заполнили разум, и фантазии о красавице-китаянке стали еще откровеннее.

«Выручай-комната бы очень помогла…» – подумал он.

– Когда следующее собрание ОД? – неожиданно спросила Чжоу.

– Пока не знаю, у многих отработки у Амбридж, – ответил Гарри машинально, но мысли его были уже на восьмом этаже замка. Он уже собрался предложить ей пойти туда прямо сейчас, ведь до отбоя было еще далеко, как внезапно почувствовал влагу на её щеке.

– Это хорошо, что она нас ещё не поймала. Мы делаем важное дело. Ради всех нас, – произнесла всхлипывающая Чжоу, – ради Седрика. Гарри, ты настоящий герой.

Как только она упомянула мёртвого возлюбленного, Гарри как будто окатили водой из того самого озера, что находилось рядом. Стало холодно и неприятно. Сравнения он не любил, но эта была та цена, которую необходимо было платить за отношения с Чжоу. Она говорила, что он герой. Гарри же никогда не хотел им быть. Любимым – да, счастливым – наверняка, но о той популярности, что уже пятый год витала вокруг него, он точно не мечтал.

– Я не герой, Чжоу, просто мне везло в определенных обстоятельствах.

– Да… Вот Седрику не повезло… – тихо проговорила она, утыкаясь Гарри в плечо. – Я часто думаю о нём. А ты?

– Ну… да… иногда… – сказал он после некоторой паузы, – но, думаю, не так часто, как ты, – он вспоминал тот вечер, когда Седрика не стало, и сожалел о его смерти. Чувство вины усугубляло ещё и то, что он стал встречаться с девушкой Диггори.

– Прости, я опять плачу, – Чжоу действительно не могла сдержать слёз.

Она посмотрела на Гарри, ожидая от него сочувствия, признаний и комплиментов.

– Ну что ты. Я привык.

Гарри внезапно увидел, как на красивом лице высохли слезы, а его выражение резко изменилось.

– Гарри… то есть ты… считаешь меня – плаксой? – медленно проговорила она.

– Что? Я? Нет. Нет, конечно, – оправдывался Гарри, но глаза Чжоу уже полыхали огнем. – Я всё понимаю, ты расстроена.

– Я расстроена, потому что ты такой бесчувственный! – воскликнула она и повернулась к Гарри спиной. – Здесь стало холодно. Проводи меня в замок, Гарри, пока я опять не расплакалась.

– Конечно, – Гарри был очень рад закончить свидание.

Он хотел обсудить все с Гермионой. Она же девушка, вот пусть и объяснит, в чём он сегодня провинился. Хотя, судя по всей его жизни, Гарри был виноват только в том, что родился на свет. Об этом ему так часто говорили и Дурсли, и Волдеморт, и Снейп.

Гарри не знал, как теперь вести себя с этим человеком. Извиниться не давало свинское отношение того к Гриффиндору. А вот грубить в ответ у Гарри уже не получалось: всплывали воспоминания о временах Мародёров. Да и занятия срочно требовалось возобновить, потому что голова продолжала нещадно болеть, и сны-видения о Волдеморте так и не исчезли. Но книгу об окклюменции он все же осилил, иначе Гермиона с него бы не слезла.

* * *

Гарри отвел Чжоу к башне Когтеврана и вернулся в гостиную своего факультета. Там стояла непривычная тишина – Гермионе удалось навести относительный порядок. Близнецы были "вежливо" отправлены на… все четыре стороны. Рон убежал за перьями с пергаментом, потому что она наконец согласилась дать ему списать эссе по зельеварению.

Гарри сразу направился к Гермионе, которая обратила на него внимание, только когда он сел напротив. Его взгляд выражал крайнее смятение, что не могло от нее укрыться.

– Гарри, ты расстроен чем-то? – спросила она, отложив перо.

– Нет, всё нормально. Где Рон?

– Я здесь! – прибежал Рон и радостно плюхнулся на свое место. – Сейчас будем делать работу по зельям, а то Снейп завтра опять снимет кучу баллов.

– Профессор Снейп, Рон. Гарри, расскажи, как прошло твоё свидание. Ты кажешься не слишком довольным.

– Целовались? – Рон предвкушал подробности. – Или она опять плакала?

Вечно печальная Чжоу точно не вызывала у Рона интереса. Ему нравились более весёлые девушки и, наверное, умные. Он покосился на Гермиону. Мысли против воли вернулись к словам Сириуса о том, что Гермиона девушка. Ему вдруг стало обидно. Она никогда не смотрела на него с таким участием, как на Гарри.

– Да, – тихо сказал Гарри. О привычке Чжоу знали многие. И именно поэтому Гарри не понимал, что могло её так расстроить. – Да я привык к её слезам, – продолжил он. – Только вот сегодня она почему-то обиделась, когда я упомянул об этом.

– Что конкретно ты сказал? – уточнила Гермиона.

Она понимала, что Гарри, как, впрочем, и Рон, не отличался тактом в общении с девушками. Она-то уже привыкла и старалась не обращать внимания, но вот ранимая Чжоу могла и обидеться.

– Конкретно я сказал: «Ничего страшного, я привык».

– Гарри, ну как ты мог? – всплеснула руками Гермиона.

– Что?! – Гарри с Роном заговорили в унисон.

– Это было очень грубо, хотя я и не поддерживаю слёз на публике.

– Ну да, – перебил Рон со смешком, – тебе лучше закрыться в туалете и ждать тролля?

– Рон! Неправильно демонстрировать всем свою слабость, – строго проговорила Гермиона. – Личное горе должно быть тихим, но тебе, Гарри, все-таки придется извиниться.

– Да за что? Он ведь ничего не сделал, – возмутился Рон. Он вообще не понимал, почему за правду нужно извиняться.

– Но я действительно привык к её слезам, что такого?

– Ей об этом знать не обязательно. Ты должен сопереживать её горю и быть тактичным, – Гермиона говорила медленно, словно объясняла ребёнку, как сложить два и два.

– То есть, я должен лгать? – спросил Гарри.

– Быть корректным, – глубоко вздохнула Гермиона. – Она ведь девушка.

– Ничего не понимаю в девушках, – покачал головой Рон. – Девушки – самые странные существа в мире. Хорошо ещё, что Гермиона у нас не такая, – он ей улыбнулся.

– Значит, я не девушка и не могу обидеться?

– Да нет же. Рон не это имел в виду. Рон?! – заговорил Гарри, пытаясь за мантию удержать Гермиону, которая уже собирала свои книги и свитки.

– Вот и сказал правду.

– Гарри! – заговорила она, вырывая свою мантию из его рук и неожиданно меняя тему. – Когда ты пойдешь к Снейпу? Сейчас это очень важно. Ты должен контролировать своё сознание и свои сны.

– Я помню, помню. Ну куда ты идешь?

– Я всё равно собиралась в библиотеку, а тут как раз появился хороший повод! – раздраженно сообщила она.

Гермиона закончила собирать свою сумку и выбежала из гостиной.

– Хорошо хоть эссе не забрала… – вернувшись к списыванию, пробормотал Рон.

Гарри посмотрел вслед ушедшей Гермионе и подумал, что она всё-таки настоящая девушка – обидчивая и ранимая. А после прошлого года ни у кого даже мысли не возникало сказать, что она не красива. До Рона, который ревновал её, невероятно долго доходилл, что он влюблён. Гарри вообще старался не думать о Гермионе как о привлекательной особе. Во всех своих фантазиях он представлял лишь Чжоу, но пока он не извинится, ни одна из них не может быть исполнена.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю