Текст книги "История темных лет"

Автор книги: Райдо Витич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)

– Я про нее не забыл, понимаешь? – Ричард развернулся к другу, прислонился плечом к стене и, сложив руки на груди, качнул головой, не понимаешь.

– Да Бог с тобой, Рич, что тут понимать? Ты ее знал-то всего ничего, а душу себе скоро год будет, как надрываешь! Помешательство просто какое-то! Ну что ты в нее вцепился, как одержимый? Что в ней такого экстраординарного? Красива, не спорю, даже очень, но ведь у тебя не хуже были, а ты о них и не вспоминаешь. Да ты свистни только, любая принцесска прибежит, подол до ушей задрав. Неужели ты не понимаешь, что эта валькирия с темным прошлым тебе не пара? Что она может тебе дать кроме неприятностей? Ни кола, ни двора, ни богатой родни, а отвагу и ум никуда не пришьешь. Не можешь ты на ней жениться, не можешь, пойми! Даже если очень захочешь, даже если она согласится! Ты только представь, какой шум поднимется, если узнают, что ты на трон безродную нищенку посадил, рабыню беглую, отбывавшую срок за убийство в портовом борделе! Доказывай потом, что она белая, пушистая и ни в чем не виновата. Да никто и слушать не станет. Спала с мужиками? Спала! Была рабыней? Была! А по доброй воле или по принуждению, это уже частности.

– Замолчи!

– Простите, простите… Я еще мягко выражаюсь, а ты уже взвился! Теперь представь выражения прессы и поймешь, какие «веселые» времена вас ждут. Да тебя и ее размажут по паркету! Пойми ты, с таким прошлым на трон не садятся! Любовь в подобном деле не довод!

– Вы, предположим, граф, тоже не ангел с белыми крыльями, и на Вашем прошлом не менее грязные пятна! – зло прищурился король, – Вы, кажется, были женаты на простолюдинке весьма фривольного поведения? Причем заметьте, мужчин в супружескую постель она укладывала по собственной воле, в отличие от Сэнди! Вас, граф, из родового гнезда выкинули и титула, и наследства лишили, как аморального и оскорбляющего честь фамилии. Однако этот прискорбный факт не мешает Вам с гордостью носить титул наместника Феррии и, соответственно, быть графом Феррийским. Так же, как не мешает занимать пост министра и главного советника!

– Я не женщина, Рич. Мое прошлое никого не волнует и не трогает. Я не буду вынашивать отпрысков королевского рода и врагов, алчущих моей крови, у меня значительно меньше, чем у Вас, Ваше Величество. На моих плечах не лежит бремя власти, и терять мне особо нечего. Я не несу ответственность за процветание и продолжение жизни в империи перед галактическим сообществом, не отчитываюсь и на дворцовый этикет мне параллельно. Это ты король, ты несешь бремя власти и ответственен перед всеми! Нравится или нравится, но это накладывает свои обязанности и обязательства, причем на любые твои действия. И одна из Ваших обязанностей, Наше Наиглупейшество, жениться, руководствуясь в выборе супруги не эмоциями, а банальной выгодой, и произвести на свет наследников! Иначе всю Вашу империю растерзают на раз-два, а твои пращуры, клацая челюстями, будут являться тебе в кошмарных снах и спрашивать за разворованную, по твоей милости, систему!

– Не могу я женится на принцессе Сириуса! Не могу, пойми ты! Это равносильно предательству! Я сломаю жизнь и ей, и себе, и Сэнди! Какие наследники? Какие могут быть дети от нелюбимой?! Я не робот, знаешь! Да не смогу я обманывать Анжину и предать Сэнди! Люблю я ее, люблю! А женившись в угоду чопорным устоям общества, я предам и ее, и себя! Я просто не смогу жить ни с кем, кроме нее, понимаешь?!

– Да найду я тебе ее, и живи с ней, сколько вздумается! – взорвался Крис. – Но жениться-то зачем?! Женись на принцессе, уладь проблемы и встречайся с Сэнди! Эка невидаль, любовница у короля! Да хоть сотня! Все так живут, и никого это уже не шокирует! Слова никто не скажет

– Ты в своем уме? Ты вообще соображаешь, что говоришь? – навис над другом король.

– И что здесь такого? – непонимающе уставился граф на короля. – Действительно! Любимую в любовницы, а нелюбимую в законные супруги и на трон! Замечательно! Вполне в духе нашего времени и не противоречит этикету, а самое главное, не вызовет диссонанса в круге власть имущих, не заденет тонкую душевную организацию светских лоботрясов и «погремушек». У тебя, что винегрет в голове или мозги напрочь отказали?! – рявкнул Ричард.

– Это у тебя они отказали! Как «небесные» черты этой кошки драной увидел, так и свихнулся! Подумаешь, криминал выискал, любовницу завести. Да все так делают и прекрасно живут!

– Кто все? Так только подлецы и эгоисты поступают, а еще трусы, да! Пользуются в свое удовольствие, боясь осложнить свою жизнь, свое положение! И не любовь это, а физиологическое потребление! Им удобно, а что при этом женщина чувствует, все равно, не их трудности. Это банальная торговая сделка, афера, где один дает больше, чем берет, а другой дает иллюзию и забирает все, что может. Как можно пользоваться чувствами другого для удовлетворения собственных желаний и с патетикой называть это любовью?! Любовь козла к капусте, наелся и отвалил, вот и вся любовь! Ну и что кривишься, не нравится? Считаешь, я не прав? А что ж ты в свое время Селину в любовницы не взял, а к алтарю потащил? Вот ей-то точно все равно было, в жены возьмешь или в любовницы, плати побольше, и без проблем. Ты ведь тогда все ради нее на карту поставил, но даже и мысли не мелькнуло, в любовницы! Знаешь почему? Потому что ты любил! Ты и сейчас слова о ней плохого не скажешь и другим не дашь, и злишься ты не на то, что она рога тебе до потолка навесила и всего лишила, а оттого, что не любила и не хотела любить! Потому, что попользовалась тобой и выкинула, наплевала и на тебя, и на твои чувства! Теперь хочешь, чтобы я с Сэнди так же, как Селина с тобой, поступил? Извини, Сэнди не Селина, а я не ты. Хватит того, что не я ее, а она меня собой прикрыла! Мне за это век отмываться! И за то, что ни защитить не смог, ни помочь, ни удержать. Где она сейчас?! Ты, блюститель светской морали, знаешь, где она?! – горячился король, – тебя одна баба сломала, в психического урода превратила, а ее дивизия таких, как ты, не смогла! Ее… Издевались, как могли! А у нее мозгов бы не хватило так же в ответ поступить! Давай ее в любовницы, давай! В один ряд с теми подонками! А чем я лучше?! Такой же! Не смог, не вытащил, не уберег, не удержал, не нашел! Не, не, не! Занимаюсь, черт знает чем! Бьюсь за планеты, спасаю свою царственную задницу и гребаную империю! Объясняю другу прописные истины, а ее в это время, может быть, какой-нибудь подонок!.. – Ричард резко смолк и с перекошенным лицом отвернулся к окну, пытаясь успокоиться.

Крис с виноватым видом рассматривал носки своих новеньких дорогих ботинок.

Ему было не по себе оттого, что приходилось настаивать на удовлетворении морганического закона, но на это имелись две веские причины: спасение друга и его трона и… Сэнди. Он прекрасно осознавал, что все его мечты не только несбыточные, но и по сути подленькие, однако разум говорил, что это простительно. Все равно Ричард не может связать свою жизнь с безродной, а ему наплевать и на ее сословье, и на чужое мнение по этому поводу. Он любит ее не меньше Ричарда, но в отличие от него, может не только обеспечить ее, но и уберечь от взбалмошных поступков, а следовательно, и удержать сможет, просто руку покрепче для нее надо, чтобы не взбрыкивала. Ричард слишком мягок с ней, словно воск, вот она фортеля и выкидывает. Под твердой рукой не забалует, притихнет и оценит, обязательно оценит и полюбит, чем он хуже Ричарда? И стыдно было от этих мыслей, и не по себе, но ведь он прав. К тому же нет у него ни единого шанса, если будет по-другому. А друга нужно просто немного отвлечь, направить мысли в нужное русло, и он сам поймет, что женитьба на принцессе – правильное решение, а там, глядишь, и Сэнди забудет.

– Я тут о принцессе кое-что нашел. Ее, между прочим, жизнь тоже не порадовала, – начал вещать граф, пытаясь возбудить интерес и надавить на жалость, – она может больше твоей Сэнди нуждается в заботе и помощи.

– Ага. Бедная, бедная принцесса! – развернулся король и иронично ухмыльнулся, сверля друга презрительным взглядом. – И слуги у нее, бедные-бедные. И охранники у нее бедные-бедные, и повара, и садовники, и горничные. – Зря ты так. Я лично не удивлюсь, если выяснится, что Сэнди мстила за нее, – Крис засунул руки в карманы и привалился плечом к стене у окна напротив Ричарда. – Ты прав был, связаны они. Твою валькирию нашли в трехстах бэгах от того места, где неизвестные с принцессой «резвились». Только труп нашли 14, а Сэнди 12.

– Рассказывай! – приказал король, мгновенно заинтересовавшись.

– В Великую войну на Сириусе убили мать нынешних королей и оставили рядом труп ребенка, который идентифицировать было невозможно. Это даже не труп был, а остов. И все приняли его за принцессу, оплакали и благополучно похоронили. А позже оказалось, что земляне ее не убивали, а отправили на Землю и воспитали то ли из гуманных, а скорее всего, из корыстных побуждений. Выяснилось это, когда они вновь подошли к границам Сириуса. Понятно, их ждали и встретили. В экипаже оказалась принцесса. Уж не знаю, с какой целью ее прихватили, то ли прикрыться, как щитом, то ли обменять, то ли на трон посадить и крутить, как пешкой. Это уже и не узнаешь, все участники печальной экспедиции удобряют корни деревьев на Мегране. Принцессу опознали по браслету и отправили во дворец в родственные объятья братьев. Перед этим, правда, подлечили, она устроила там что-то, что не понравилось бойцам охраны, вот и помяли, от души. Потом, конечно, девушке принесли извинения и рассказали, кто она. Воскресшая принцесса полтора года жила под крылом братиков, училась в юридическом университете, вела светский образ жизни и, говорят, со всем пылом первого чувства любила капитана охраны, некоего господина Танжера Порвела. Однако королям было на ее чувства глубоко наплевать, их интересовали более приземленные предметы, месть, например, увеличение могущества империи. Для того чтобы отомстить землянам за погибшую мать и перевооружить систему не хватало всего-то два голоса в совете. Твой братик их любезно предложил в обмен на поддержку и… принцессу с приданым, естественно… Сама-то она ему нужна была, как вчерашний день. Паул твой вовремя появился. Ему, сам понимаешь, такие родственнички позарез нужны были, не терпелось на трон сесть. Хорошо все сложилось. Принцесса в принципе политикой не занималась, и кто такой Паул понятия не имела, к тому же братья ей очень дороги были. Еще бы, столько лет сиротой прожила. В общем, не знаю, как они ее принудили на этот брак, только свадьбу сыграли быстро, второпях, чтобы не передумала и на совет успеть. Женишок опять же, хоть и с «душком», но покладист, на большое приданое не претендует, делить наследство не надо, все им остается, да еще Крес отписал, а это выход на Аштар. За это малость просит, прикрыть глаза на указ Дангура о передаче трона тебе. Прикрыли. Анжину, естественно, выдали за него замуж и рванули наращивать вооружение со всеми вытекающими отсюда последствиями. То, что империя Сириуса сейчас является одной из трех самых сильных и влиятельных, заслуга послушной, но глупой принцессы, слишком наивной, чтобы понять, кому ее отдают, чем и за что она будет платить. Она слишком доверяла братьям, это ее и погубило. Паул посадил ее на свой звездолет и отправился на Мидон папашу с братиком добивать, чтобы при поддержке новоиспеченных, влиятельных родственничков единолично править. – Крис замолчал, задумчиво поглядывая на внимательно слушающего Ричарда, словно решал что-то для себя.

– Что дальше?

– Дальше? – Крис сел в кресло. – Сам не догадываешься?

– Интересно, о чем я должен догадываться? – выгнул бровь король.

– Ты знаешь наклонности Паула? – осторожно спросил граф.

– Что ты хочешь сказать? – устрашающе тихо спросил он у Криса, и синие глаза с горьким сожалением посмотрели в льдистые, – что он посмел?..

– Именно, – кивнул Крис. – Она стало его жертвой. Да и как не стать, попав в лапы этого монстра с благословления самого Сируса!.. К тому же, говорят, она очень красива. Так что… Можно представить, как она жила. Родственники о ней и не вспомнили, ни разу на Мидоне не появились. Даже когда… хоронили. Может, надоела она братцу твоему, может, фантазии иссякли, может, время пришло, не знаю, мне тяжело понять мотивы поступков психопатов– шизофреников, только задумал он от жены избавиться и придумал аферу с ее похищением и убийством. Понятно, никто ему не помешал, в итоге нашли золу и наследственный браслет. Что было на той поляне – "следствие данными не располагает", может Сэнди только… В общем, прах принцессы похоронили и забыли, словно и не было ее. 4 с лишним года считали мертвой, но в начале лета, она вдруг решила воскреснуть. Просто удивительная способность восставать из пепла. Где она была все это время, вопрос открытый. Одно точно, ни в какой коме во дворце братьев она не лежала, и появление ее для них было как гром среди ясного неба. – Крис встал и задумчиво заходил по кабинету. – Знаешь, Рич, вокруг нее много мистических параллелей, и словно шлейф тянутся загадки. Например, как она выжила и где была? Почему не появилась раньше? Кстати, когда она появилась во дворце, ее пристрелили, и не кто-нибудь, а тот самый Танжер Порвел, ее первая любовь. Сначала он отказался от нее, и та благополучно отправилась в ад к твоему братику с благословения своих. Когда все заканчивается, и она воскресает, Танжер вновь отправляет ее на тот свет. Замкнутый круг какой-то. Самое интересное, этот капитан по-прежнему служит и в той же должности, а девушка теперь инвалид и сколько проживет – вопрос. Однако, несмотря на то, что большую часть времени она вынуждена проводить в постели, развела бурную деятельность: полностью поменяла штат, слуг набрала из низов, и те горой за нее, не подступишься. Братьям на психику давит, не общается, на свою территорию никого не пускает, не принимает, наследство разделила. Организовала нечто вроде благотворительности: одну из своих планет застраивает и на полное обеспечение набирает поселенцев из особо незащищенной части населения – сирот, безработных, беспризорников. Общество убогих, – презрительно фыркнул Крис. – Короли, понятно, не в восторге, кому охота бомбу замедленного действия под боком иметь? Вот и мечтают ее быстрее спихнуть. Правда, кандидат в зятья у них нынче удачнее, ничего не скажешь. Невеста, кстати, тоже не горит желанием обзавестись вторым супругом, первого видать хватило, – усмехнулся Крис и уставился на друга.

– Мне искренне жаль, но эта прискорбная история ничего не меняет, – спокойно заметил Ричард.

– Да? Может быть, ты подумаешь? Принцессе недолго осталось. К тому времени, как она умрет, глядишь, и Сэнди найдется.

– Я не буду обманывать принцессу, по-моему, с нее хватит предательств и психологических экспериментов. Я люблю Сэнди, значит, только она может стать моей женой и никто более.

– Тогда, позволь, я скажу тебе еще кое-что. – Крис решил выложить все карты на стол, – Тебе в любом случае придется жениться на принцессе, Рич. Люди с Сириуса копают на ту же тему, что и я. Не сегодня, вчера доклад о прискорбных, как ты заметил, фактах жизни принцессы здесь, ляжет на стол перед королями Сириуса, и ты уже не перед галактическим советом предстанешь, а перед галактическим судом. Тебя лишат всего за то, что натворил Паул, законы никто не отменял, и тебе придется отвечать не только троном, но и своей головой. – Крис отвернулся, увидев, как предостерегающе блеснули глаза друга, и вздохнул:

– Посмотри на это с другой стороны, зачем тебе ненужные нападки общественности, неприятности? Женившись на принцессе, ты сохранишь трон, увеличишь мощь системы, приумножишь богатство, обеспечишь своих подданных, а главное, поступишь благородно, спасешь принцессу от ее коварных родственников. Представь, что ее выдадут замуж за подобие Паула? Братикам-то на нее, похоже, наплевать. Пешка она для них, разменная монета. А ты защитишь, в последние дни жизни подаришь покой и счастье, окружишь заботой, оградишь от волнений, пусть себе своей благотворительностью занимается, казны на всех хватит. Может, ты тем самым ей дни жизни продлишь, счастье подаришь? Разве она этого не заслужила? Она, как и ты, от дурных родственничков страдает, только ты мужчина, тебе проще, а она женщина, к тому же фактически инвалидка. Кому она нужна? Кто за нее заступится? Она-то на твою сторону встала, не смотря на то, что ты брат упыря, который над ней издевался, наперекор братьям пошла и заметь, ничего взамен не попросила. Неужели ты откажешь ей в помощи, оставишь на растерзание? Не хорошо, Рич, не по-мужски это. И потом, у вас много общего, а на почве общих интересов возникают довольно крепкие браки.

Ричард рассматривал что-то в окне с каменным лицом и молчал, будто бы не слышал. Граф головой покачал, вот ведь упрямый какой! Статуя влюбленным идиотам, вот и сдвинь, попробуй.

– Только не надо делать вид, что ты не слышишь! Надоело мне о твое глупое упрямство биться! Сэнди, Сэнди, Сэнди! Что, баб вокруг больше нет? Я смотрю, ты ее выше собственного благополучия и благополучия всей системы ставишь. Она, между прочим, таких жертв не требовала. Исчезла твоя девочка в неизвестном направлении и думать, поди, о тебе забыла, а ты в голову себе черт знает, что вбил! Ты думай хоть иногда, она девчонка сильная, независимая, в опеке не нуждается, в отличие от других. Я лично не исключаю того, что она принцессу хорошо знает, и именно за нее такое устроила. Может, она даже рада будет вашему браку, может она сейчас рядом с принцессой…

– Может? – прищурился на друга Ричард. – Ну не пробиться туда, я же объяснял тебе пять минут назад! Слуги у принцессы неподкупные, как это ни странно, за хозяйку горой, слова про нее не вытянешь. Живет замкнуто: не выезжает, не принимает.

– Ты добился аудиенции?

– Да ты оглох, что ли? Говорю, не принимает она! – взвился Крис. – Странно все это, – тихо сказал король, не обращая внимания на раздраженность графа, – Мы ничего не знаем о Сэнди до того, как ее нашли на шоссе и после того, как она сбежала. О принцессе неизвестно ничего с тех пор, как нашли Сэнди, и до тех пор, пока она не исчезла из дворца.

– И в чем связь? Сэнди твоя сбежала в витуле, а первые известия о появлении принцессы появились в середине элила.

Ричард задумчиво, свысока рассматривал друга и чувствовал, что подошел совсем близко к ответам на все вопросы. Эти две женщины, такие разные и одновременно похожие, неуловимо связаны меж собой. Что-то по этому поводу крутилось в голове, но не давалось.

– У тебя есть снимки принцессы? – Нет, – покачал головой Крис, – и ни у кого нет. Даже в визионе только детские.

– Почему? Ты не находишь это странным? Принцесса с такой историей и ни одного снимка. Неужели прессе она не интересна? Не верю. – Интересно, конечно, только не допускали до нее прессу – боялись, наверное, что оконфузится. Воспитывалась-то она не здесь. И потом сама интервью давать не рвалась, другим занята была. А уж как замуж вышла, сам понять должен, не до снимков стало. Сейчас же она больна и с прессой категорически не общается.

Ричард потер виски: "Что за загадки ты мне загадываешь, девочка? Почему так тревожно становится на душе, когда речь заходит о принцессе? Может то, что она пережила, всколыхнули тяжелые воспоминания о тех испытаниях, что выпали на твою долю, милая? Отчего мне кажется, что я блуждаю в трех соснах? Словно незрячий не вижу явного?

– Я лечу на Сириус. Договорись о встрече с королем Иржи. Намекни ему, что наша встреча необходима до совета. Нужно безотлагательно решить вопросы по удовлетворению морганического закона.

– Ты согласен?! – чуть ли не взвизгнул от радости Крис и хлопнул довольно по плечу короля. Ричард поморщился и холодно посмотрел на друга:

– Ты так ничего и не понял. Я женюсь только на Сэнди и мне плевать на все твои доводы.

Он отлепился от стены и вышел, оставив друга в недоумении.

Крис уже пошел к дверям, как они с треском распахнулись, и на пороге вновь возник король. Засунув руки в карманы, он искоса смотрел на друга, грозно сведя брови на переносице. Граф настороженно насупился, надсадно соображая, что еще тому в голову взбрело?

– Я все спросить тебя хотел, друг мой, не твоими ли молитвами Сэнди сбежала?

Крис обреченно вдохнул и поджал губы, старательно рассматривая узорчатый паркет. – Понятно! А я все гадал… Ты хоть раз удосужился подумать, прежде чем делать? Иногда меня удивляет, что мы с тобой друзья. Заставить уйти больную девчонку только потому, что ТЫ так решил. Она была как бельмо на твоем глазу, мешала справиться с самим собой. Ну и как? Ее нет, легче стало? Прошли не нужные чувства? Нет, друг мой, они не только не прошли, но еще больше скрутили тебя, выжгли до основания, – тихо вещал король, презрительно рассматривая графа, слово червя в яблоке. – Ты думаешь, я не понимаю, почему ты так усиленно толкаешь меня в брак с Анжиной? Эти твои психологические подходцы, игры в кошки мышки. Кому ты лжешь? С кем играешь? Что ты хочешь? Сэнди? Извини Крис, была бы твоя любовь другой, и я уступил бы выбор между нами Сэнди, но твоя любовь, любовь собственника-эгоиста, принижающего избранника, загоняющего достоинства любимой в четкие рамки, подконтрольные лишь тебе. Чувства к Сэнди для тебя лишь своеобразная месть Селине… и себе самому. Ты мазохист с претензиями садиста. Мне очень жаль, что мой друг, благородный граф Феррийский, так низко пал. Запомни мои слова, второй раз повторять не стану: если ты близко подойдешь к Сэнди, если ты хоть словом, хоть делом заденешь ее, если вдруг выяснится, что ты знаешь, где она и скрываешь… я с легкостью забуду нашу многолетнюю дружбу и размажу тебя, как… Забудь о ней, она не для тебя. Я не отдам ее тебе.

Ричард развернулся на каблуках и стремительно пошел через залу.

Крис подавленно смотрел ему в спину: "А ведь он прав: свинья вы, Крис. Стоит ли баба мужской дружбы? – и обреченно вздохнул – Эта стоит и жизни!"

Глава 27

Ричард прибыл на Сириус накануне совета. Король Иржи назначил встречу на 16 часов, и эскорт короля Мидона сразу после посадки звездолета направился во дворец, где его уже ожидали.

Двери зала для малых приемов услужливо распахнулись перед Ричардом. В огромной комнате, залитой светом, стояло лишь несколько удобных диванов и низкий круглый столик между двумя широкими креслами. Король Иржи, изысканно элегантный и как всегда холодно-надменный, с непроницаемым лицом кивнул царственному посетителю в знак приветствия и небрежно указал на одно из кресел. Они уселись друг напротив друга и с минуту мерялись оценивающими взглядами. Карие усиленно прощупывали непроницаемые, словно застывшие, синие и, наконец, так ничего и не выискав, Иржи непринужденно откинулся в кресле, закинув ногу на ногу, откинув полу белого пиджака, и придал лицу более теплое выражение:

– Как прошел перелет? – Спасибо, хорошо, – Ричард одарил короля Сириуса стальным блеском глаз и сел поудобнее, всем видом выказывая свое истинно королевское положение.

– Я, признаться, был несколько удивлен Вашей просьбе о конфиденциальной встрече перед советом. Хотелось бы знать причину, побудившую прибыть сюда, – перешел сразу к делу король, расценив появление Ричарда, как сдачу на милость победителя. – Причина хорошо известна нам обоим. Я думаю, настала пора решить спорный вопрос.

– Что ж, я рад, что, не смотря на молодость, Вы весьма благоразумны и дальновидны. – Именно поэтому мне и хотелось бы знать, отчего Вы настаиваете на браке с Вашей сестрой?

– Это ваше право, – после минутного раздумья милостиво кивнул Иржи. Разговор неожиданно пошел не в ту сторону, но короля Мидона, в конце концов можно понять, браки, заключенные по морганическому закону не могут расторгаться. – Ответ очевиден, женщина не должна жить одна, а Вы подходите на роль ее достойного избранника.

Ричард иронично изогнул бровь и насмешливо посмотрел на Иржи: – А Вам не приходило в голову, что Вы ошибаетесь? Я из династии Ланкранц. К тому же насколько мне известно, Ваша сестра не желает обзаводиться вторым мужем… Так же, как и я не желаю обзаводиться женой.

– И все-таки Вам придется это сделать, – с ноткой превосходства тихо заметил король, по-змеиному, холодно улыбнувшись: "мальчишка, тебе ли со мной тягаться".

– Соизвольте огласить причину, – чуть склонил голову на бок Ричард, не переставая насмешливо и презрительно рассматривать повелителя Сириуса.

– Морганический закон.

– Ерунда. Вы прекрасно понимаете, что он не вступит в силу без согласия Вашей сестры, а заставить Вы ее не можете, она совершеннолетняя, замужем была и, насколько мне известно, не давала вам полномочий быть ее представителем.

– Молодой человек, мне не нужны ее полномочия. Она слабая женщина, вы обаятельный, красивый мужчина. Я верю, Вы сможете склонить ее к этому браку.

– Интересно, зачем мне это делать?

– Надеюсь, это будет искреннее веление Вашего влюбленного сердца. Видите ли, господин Ричард, – угрожающе спокойно сказал Иржи, высокомерно разглядывая оппонента. – Моя сестра имела несчастье быть женой Вашего брата. Со всей откровенностью могу заметить, что покойный король Мидона оказался редкостным чудовищем. Он искалечил принцессе жизнь и подорвал здоровье. Вы, как единственный оставшийся в живых отпрыск этого… рода, по закону, несете ответственность за все содеянное Вашим братом. – Иржи зло сощурился, и Ричарду на секунду показалось, что его глаза полыхнули зеленью, однако король уже надменно улыбался, напустив в карие глаза долю сочувствия. – Конечно, это глупый закон, и никому не хочется платить долги другого, даже брата, но, – мужчина развел руками, – он есть и действует по сей день. Если Вы достаточно благоразумны, то Вас ждет брак с прекрасной, я не преувеличиваю, женщиной и спокойное правление. Если нет… Мне придется огласить на галактическом совете прискорбные факты злодеяний покойного короля Паула, содеянные в отношении моей сестры, принцессы Сириуса. И уверяю вас, галактический совет будет настолько потрясен, что безоговорочно и единогласно примет решение о лишении Вас трона и передаче всего Вашего имущества, включая Аштар, в собственность принцессы.

– Что ж, откровенность за откровенность, – чуть кивнул Ричард, внешне оставаясь невозмутимым и откинувшись на спинку дивана, закинул ногу на ногу, грациозно откинув полу черного пиджака. – А как Вы думаете, прореагирует совет на тот факт, что Вы, уважаемый всеми человек, влиятельный и неподкупный глава галактического совета, мудрый и справедливый правитель сильнейшей империи, отпрыск, вобравший в себя лучшие качества династии д'Анкруа д'Анжу… продали свою сестру тому самому чудовищу за два голоса в совете и не сочли нужным проверить те слухи, что ходили и ходят о династии Ланкранц? Вы не удосужились узнать, что из себя представляет Паул. Зачем? Наверняка, вы были осведомлены о нем и тем не менее… отдали ему родную сестру. Тем самым Вы и только Вы, являетесь главным виновником произошедшего с ней! Ни один добропорядочный родитель не подаст Вам и руки, узнав эту историю. Вы не только потерпите фиаско, но и потеряете место главы галактического совета, к тому же безвозвратно подорвете свою репутацию. Я уж не говорю о том, что Вы окончательно погубите будущее своей сестры, дав алчущей толпе весьма пикантную информацию о ее жизни. – Ричард пристально посмотрел на потускневшего вмиг короля Сириуса, пытающегося все же выглядеть достойно, и продолжил, тщательно скрывая рвущуюся наружу неприязнь к этому человеку. – Я прекрасно осведомлен о том, что пришлось пережить принцессе в браке с моим братом, а также знаю, что Ваши люди, по Вашему приказу, искали факты, подтверждающие злодеяния Паула, совершенные по отношению к принцессе. Я приказал не препятствовать им в изысканиях. Наверняка, Вы уже ознакомились с их отчетом, – Ричард с удивлением отметил, что Иржи побледнел и окончательно сник, превратившись в нормального человека, надменность исчезла, в глазах вместо холода сквозило искреннее сожаление. "Может, он не совсем безнадежен?" – подумал король и продолжил, – Вы, как и все остальные представители высокородных королевских династий Галактики, прекрасно осведомлены о том, что из себя представляет династия Ланкранц. Паул был «достойным» отпрыском этого проклятого семейства. Меня воспитывал дед, благороднейший человек, мудрый и справедливый правитель. Ему я обязан и жизнью своей и всем тем, что во мне есть хорошего. Он вырвал меня из лап Дангура, окружил заботой и любовью. Он никогда не оказывал на меня давления, уважая мое мнение, признавая во мне равное существо, несмотря на возраст. Я точно знаю, что всегда смогу положиться на него, а он на меня. Он поймет меня, чтобы я ни сделал, и не предаст, потому что искренне любит своего внука! И я плачу ему той же монетой. Это и есть родственные чувства. Вы же, прикрываясь маской любящего брата, продали родную сестру палачу, чтобы удовлетворить собственные амбиции. Вам не было дела до ее чувств и желаний, Вас не интересовало ее мнение. Вы даже не побеспокоились, как она живет. То, что госпожа Анжина выжила и сохранила не только здравомыслие, но и благородство характера, которым славится Ваша династия, делает ей честь и является целиком ее заслугой. Вы же с упрямством безумца, совершив одну фатальную ошибку, спешите совершить другую. Неужели в Вас нет и капли родственных чувств? Где Ваше благородство и мудрость? Они достались лишь Вашей сестре? Неужели Ваши интересы стоят больше, чем ее жизнь? Почему Вы, мужчина, заставляете платить женщину, родную сестру за удовлетворение Ваших амбиций? Неужели Ваша сестра за годы ужаса, пережитого благодаря Вам, не заслужила и толику покоя и понимания, я уж молчу о заботе? – Ричард замолчал, и в комнате повисла напряженная тишина.

Иржи устало прикрыл ладонью глаза и с минуту молчал. Наконец, король Сириуса вскинул глаза на собеседника:

– Вы во многом правы, господин Ланкранц. Я даже готов аплодировать Вам за смелость и искусный шантаж. Браво. Но ваши доводы меня не остановят, я по-прежнему настаиваю на браке с Анжиной.

– Вы, наверное, не слышали меня? – удивленно вскинул бровь король Мидона.

– Напротив. Я прекрасно слышал каждое Ваше слово. Поэтому и настаиваю. Анжина заслужила счастье, и Вы достойны стать ее мужем и защитником.

– Неужели Вам мало одной ошибки? Вы с легкостью можете ошибиться и второй раз, я окажусь мыльным пузырем, и Ваша сестра пройдет еще один круг ада, – покачал головой Ричард.