Текст книги "Диагноз: В самое сердце (СИ)"

Автор книги: Ольга Тимофеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Глава 37

Артём

– Собрался? – киваю сыну, жду его в коридоре квартиры, где он живет с матерью.

– Да, пап. – Влад ставит на пол возле меня сумку и рюкзак со своими вещами.

– Проверь, что свет во всех комнатах выключил, – киваю на комнаты, но сам не разуваюсь и не прохожу.

Когда разводились, оставил им квартиру, себе забрал машину. Но тут многое всё равно напоминает о том времени, когда жили вместе. А мне нахер эти воспоминания не нужны теперь.

Его мать уехала в очередную командировку на неделю и на эти дни я беру его к себе. Развелись, но отношения удалось сохранить нейтральные. Влад живёт с ней, но, когда она уезжает, забираю его к себе.

Закидываю его вещи в багажник, сам сажусь за руль, отъезжаем от дома.

– Влад, какие планы на жизнь?

– Учиться, учиться и ещё раз учиться, – стучит театрально себя в грудь.

– Не паясничай. Мать сказала, что сегодня собрание родительское, и что я могу съездить, если есть желание.

– Надеюсь, оно у тебя не появилось?

– Оно у меня появилось.

– Кринж… Пап, там вообще все не так.

– Мать знает или врешь ей?

– Вру? Я ей что скажу, она тому и верит. Ей всё равно, как там на самом деле. Главное, чтоб ее поменьше дергал и говорил, что всё ок.

– Пиздец. У тебя две недели пропусков.

– Я болел.

– Чем?

– Ангина.

– Ангина быстрее проходит. Где был, рассказывай?

– Да лечился я….

– У девчонки?

– Ок, бумер.

– Что?! – словечки его эти. – Давай рассказывай! – мельком мажу по нему взглядом и возвращаюсь к дороге.

– Мы флексили.

– Чего вы?

– Ну…. Диана подтягивала со мной матешу. Она имба по этому.

Глубоко вздыхаю. Математика…

– Целовались?

– Ну конечно.

– Дальше куда зашли?

– Ну, пап… – Смотрю молча, после такого моего взгляда он понимает уже, что разговор будет серьёзным.

– Тебе пятнадцать, ты прогуливаешь уроки, целуешься с девчонками…

– Дальше поцелуев мы не зашли.

– Секса не было?

Тушуется и отворачивается.

– Я жду.

– Не было. Что ты там по учебе хотел узнать?

– Презервативы знаешь, что такое?

– Пап…

– Что пап? Я уже ни в чем не уверен. Особенно в том, что ты позвонишь и попросишь рассказать, что делать с девчонкой первый раз и дать тебе презервативы.

– Давай лучше про оценки поругай.

– За это тоже поговорим. Лучше жди восемнадцати, и девушке тоже должно быть восемнадцать.

– Это долго.

– Долго ему. А ребёнка потом воспитывать кто будет?

– Какого ребёнка?

– А такого, что может появиться. Давай, дурака не валяй. Ответственность за сексуальную близость лежит на мужчине. Поэтому без презерватива только с девушкой, от которой хочешь ребёнка или на которой женат. Понял?

– Да.

– Повтори.

– Ну, пап.…

– Давай.

– Только с девушками, от которых хочешь детей или замужем.

– Женат, а не замужем. Если думаешь, что пронесет, не надейся, не пронесет. Сперматозоиды молодые, активные. Близость – это все добровольное. Принуждать никого нельзя. Это будет изнасилование, статья, суд, тюрьма. Просто помни про это.

– Запомнил. В шкафу в коридоре лежит упаковка презервативов, можешь брать. Но лучше пока не начинай. Рано тебе.

Выдыхает молча.

Тема такая сложная и интимная, но меня эти его прогулы так взбодрили. Как представил, что дедом могу стать, так лучше на опережение пойти.

– Пап, а тебе зачем гондоны? Ты с кем-то живешь?

Живешь? Женя… Она представляется сразу. Не живем, даже не встречаемся, но пока думая о женщинах, только ее представляю. Волосы ее, стоны…

– Пап? – Влад прерывает мысли.

– А.… нет, я ни с кем не живу. Но с женщинами я встречаюсь.

– Больше детей не хочешь, получается?

– А от мамы хотел ребёнка?

– Хотел.

По правде Влада мы не планировали, хоть и были уже женаты. Но ребёнка мы ждали.

– А почему тогда с мамой развелись?

– Влад, в твоей жизни много девчонок уже, так?

– Да.

– Тебе кто-то нравится, узнаешь ближе человека, что-то не так, расстаешься. А бывает уже женишься, а только потом понимаешь, что не твой человек.

– Она сказала, что ты мудак.

– В её стиле. Ладно, мы ушли не туда. Что ещё хочешь узнать?

– Хватит, может, для одного вечера информации?

– Обещай, если будут вопросы, то ты у меня спросишь. Не где-то там, а у меня.

– Ты классный, пап.

– А теперь к оценкам и твоему будущему.

За оценки плохие тоже получает. Зато приходим к тому, что интересна ему химия, но в медицину он не хочет. Скорее во что-то нефтехимическое, поэтому договариваемся на репетиторе по химии и физике.

– Я тебя на остановке высажу. Сам в магазин сгоняю, ты иди уроки начинай делать. Влад выходит из машины.

Я еду в магазин. Купить надо молочку, овощи, мяса, фруктов.

Одновременно набираю сына. Он не отвечает. Ещё раз, снова не отвечает.

Вот куда пропал?! Паркуюсь на остановке и захожу в приложение, проверяю записи камер возле подъезда. Проверяю, зашел ли в подъезд или на встречу к девчонке из соседнего дома побежал.

Нет, заходит в подъезд. Ну, хоть дошел. Следом за ним… Женя входит.

Откуда она тут? Случайно или ко мне?

С чего ко мне? Не договаривались же вроде. Тупо смотрю в экран.

А если она у меня сейчас? С Владом? Черт.

Ничего такого собственно, но я хотел бы их лично познакомить.

Через пару минут Женя выходит из подъезда. Быстрым шагом идет к своей машине, садится и уезжает.

Набираю ее. Что там вообще происходит? Но Женя не отвечает. Иду в магазин, на ходу быстро скидываю в тележку продукты, о которых думал.

Перезванивает сын.

– Ты где, Влад?

– В туалете сидел.

– Ясно. Приходил кто-то?

– Нет, а что?

Может, разминулись?

За тобой в подъезд девушка заходила, темненькая, длинные волосы.

– Да. А что?

– Рассказывай.

– А что рассказывать?

– Всё рассказывай!

– Ну, она зашла со мной, поднялась со мной на наш этаж, осмотрелась. На меня посмотрела, потом сказала, что ошиблась подъездом и ушла.

Твою мать.

– Зачем она приходила?

– Я не спрашивал? А она что, к тебе?

К кому ж ещё.

– Анрил, пап.

– Делай уроки, я скоро приеду, будем ужинать.

Зачем приходила? Что поняла? Что вообще там себе надумала? Надо было рассказать про сына, но вроде как мы с ней не в отношениях. У меня своя жизнь, у нее своя.

Но, блять, не всё равно сейчас, зачем она приходила и почему не дождалась. На звонки не отвечает, что случилось-то?

На часы. К ней съездить, туда-назад, поговорить, час.

С одной стороны – дома сын, который ждет. С другой – Женя. Не знаю в чём, но по ощущениям я в чём-то виноват.

Съездить – не съездить к Жене? Или перезвонит?

Глава 38

Больше всего я боюсь, что он женат. Влезать в чью-то семью, быть любовницей, запасным вариантом. Как я могла попасться на это?!

Легко. Кольца у него нет. Первым полез целоваться. У меня мысли даже не было, что он может быть женат.

Отламываю ещё кусок шоколадки и кладу в рот. Облизываю пальцы.

Шоколад сразу же тает, обнажая цельный фундук. Сгрызаю его. Вкусно, сладко, но нервы не успокаиваются.

И ведь не сложно набрать папу и спросить. Но я не хочу, чтобы он что-то узнал о нас, пока я сама не понимаю к чему у нас всё идет. А если окажется, что женат? И я спала с женатым.

Хотя, нет.

Только сейчас до меня доходит.

У родителей тогда, они же знакомили нас. Мама говорила обратить на него внимание, она бы не стала презентовать женатого мужика. Но, блин, и про ребёнка мне никто не сказал.

Мы столько с ним времени провели, а он даже не подумал рассказать мне о том. что у него есть сын? Не посчитал нужным. Я и правда, как девочка на пару вечеров.

Съедаю ещё кусок шоколадки. Глажу Сомика, спящего у меня на груди. Уже подрос, крепче стоит на лапах, шерсть стала погуще.

Я прикрываю глаза. Выдыхаю. Завтра подумаю обо всем. Наведу справки. Потом уже буду думать.…

Звонок в дверь. На часы. Без пяти девять.

Опять Вадим, что ли?

Не хочу никого видеть, но интерес перевешивает и я, прижимая котенка к себе, на цыпочках иду к двери. Заглядываю в глазок.

Амосов.

Что он тут делает?!

Щелкаю замком и открываю дверь. Но не широко, только чтобы видел меня.

– Привет, войти можно? – кивает мне.

– Нет. Так говори, зачем приехал.

– Я что-то сделал не так? – ведет бровью.

– Тебе виднее, – пожимаю плечами, – может, для тебя все так.

– Жень, у меня мало времени, – делает шаг в мою сторону, толкает дверь и заходит. – Привет, – щелкает Сомика по носу и закрывает за собой дверь. – Ты приходила, Жень? Что случилось?

– Откуда ты знаешь?

– По камерам тебя видел?

– А ты что, их двадцать четыре на семь мониторишь?

– Нет, зашел кое-что посмотреть и увидел тебя. Ты ко мне приходила?

Черт. Щеки начинают гореть. Меня будто поймали с поличным.

– Можешь мне на один вопрос ответить? Честно.

– Спрашивай.

– У тебя есть жена?

Артём усмехается.

– Есть.

– Обманщик! – замахиваюсь.

– Бывшая, – Артём резко перехватывает мою руку, не дает залепить пощечину и тянет к себе. – Мы в разводе.

Смотрит в глаза. У меня разом и обида, и тяжесть сходят на нет. Будто все грехи отпустила только что.

Сердце в груди дрожит.

– У тебя есть сын, да?

– Есть.

– Мог бы и сказать.

– Что это изменило бы?

– Ничего, – выдергиваю свою руку. – А если бы жена была, тоже ничего не изменилось бы? Или ты после меня ещё к кому-то едешь?

– Нет, больше я ни к кому не езжу.

– Я видела, как ты обнимался на стоянке перед больницей с женщиной.

– Обнял, значит хотел обнять. Перед тобой я отчитываться не буду.

– Зачем ты приехал?

– Узнать, зачем ты приезжала?

– Уже не важно. Уходи, Артём, я устала очень, – открываю дверь и выталкиваю его.

– Мы не договорили.

– Тебя там дома бывшая жена с сыном ждут. Не втягивай меня только, пожалуйста, в это все.

– Я же сказал, что мы развелись. Когда Алина уезжает в командировку, я беру сына к себе.

– То есть он сейчас там дома один, а ты приехал ко мне?

– Он не маленький.

– Ты дурак, Амосов?

Хмурится, не понимает.

– Ты забрал сына на несколько дней, но вместо того, чтобы провести время с ним, едешь зачем-то ко мне.

– Ты не отвечала на звонки, я приехал.

– Я не слышала и со мной всё в порядке.

– Я бы хотел у тебя остаться, – тянется ко мне, чтобы поцеловать, но я отвожу голову в сторону.

– Тебя сын дома ждет. Думаю, тебе важнее побыть с ним сегодня. И ему тоже.

– Поехали со мной, я вас познакомлю.

Познакомишь? Усмехаюсь.

– И как ты меня ему представишь?

– Женя.

– Ясно, что Женя, кто? Любовница?

– Сейчас…. – закатывает глаза, что-то вспоминает. – Крашиха.

– Кто? – сдаюсь и улыбаюсь.

– Крашиха.

– Это кто?

– Поехали, мой подросток тебе об этом расскажет.

– Поздно, Артём.

– Нормально. Давай, собирайся быстрее.

– Артём, нет. Я сегодня как дура перед ним выглядела. Пришла, потом сбежала.

– Ну, что есть, то есть, – усмехнувшись, кладет руку мне на поясницу и притягивает к себе.

Касается губ. Углубляет поцелуй.

Сердце оживает и начинает стучать сильнее. Втягиваю воздух с ароматом Артёма. Свежий и напористый. Что-то древесное.

Одной рукой прижимаю к себе котенка, другой– обнимаю Артёма за шею.

Он же знает, что сейчас ничего не будет, и всё равно тут, всё равно целует.

Размыкаю наши губы, касаюсь едва и шепчу:

– Артём, что между нами?

Упирается лбом в мой лоб.

Стоим так в коридоре. Не шевелимся.

– Жень, мне одного брака хватило. Я больше не хочу. Но при этом ты мне очень нравишься.

– То есть мы всё равно расстанемся?

– Не обязательно.

Не обязательно. Вот так в статусе крашихи и ходить всю жизнь?

Натягиваю улыбку и отстраняюсь.

– Артём, думаю, надо прекратить наши встречи. А то я к тебе привыкаю, влюблюсь ещё. А тебе не нужно это. Зачем мне потом страдать? Спокойной ночи, – открываю ему дверь.

– А мне нравятся наши встречи и я не хочу это прекращать, – Артём стоит на месте и не уходит.

Красивый, зараза. Я тоже не хочу прекращать, мне тоже хорошо с ним.

– Артём, пожалуйста, уходи. Подумай о том, что я спросила. Если ты в своем будущем не видишь меня, то нам лучше больше не встречаться.

– Жень, зачем ты усложняешь?

– Потому что поверхностно, это не для меня? Один раз, два, три, ладно. Но больше, это уже перебор.

– Не понимаю, зачем прекращать…

У Артёма звонит мобильный. Достает телефон. Звонок через мессенджер.

– Важный звонок, – кивает мне.

– Пока, тебе пора.

Теперь он не сопротивляется. Выходит и тут же принимает вызов.

– Hi.…

Я закрываю за ним дверь.

Поднимаюсь на носочки, последние секунды пока не скрылся, слежу за ним в дверной глазок.

Кому я вру, что “влюблюсь ещё”. Уже влюбилась. В характерную улыбку, в будоражащий аромат, в голубые глаза цвета Байкала, в сильные руки, в жадные губы.

Если для него это всё не серьёзно, то лучше сейчас расстаться и не тратить свое время.

Глава 39

Утром перед завтраком, наливаю котенку молочной смеси в тарелку, приучиваю есть самому. Себе жарю яйцо с гренками, делаю салат, завариваю какао.

Пока завтрак остывает пролистываю электронную почту и замечаю вчера во входящих письмо из клиники, где я должна была проходить практику.

Сердце волнительно ускоряется. Это мой шаг во взрослую жизнь, точнее, в профессию. Каких-то пару лет и самостоятельно смогу оперировать.

Открываю письмо. Не дыша читаю.

Много текста, но я выхватываю жирным “Отказано в стажировке”.

По позвонкам холодок. Нервно сглатываю и вчитываюсь в текст.

Нарушение медицинской этики, разглашение врачебной тайны. Ссылка на видео на моем акке, где я рассказываю об одной пациентке, показываю ее фотографии. хотя у меня есть на это ее разрешение. Вскользь упоминается, что я заменяла другого врача без соответствующей квалификации.

Чёрт. Вадим. Он знает, значит, и другим может рассказать. Папе так и не рассказала, блин. Зациклилась на Артёме и вылетело все из головы.

Выключаю плиту и набираю папу.

– Да, детка.

– Привет, пап, на работу едешь?

– Да. Совещание в министерстве, а мы тут в пробку попали. Ты чего так рано звонишь? Нормально все?

Я вздыхаю, набираюсь смелости. Я бы отложила это на вечер, но боюсь, что до него раньше может дойти.

Ухожу в другую комнату и ложусь на диван.

– Пап, мне отказали в ординатуре в той клинике пластической хирургии.

– Как отказали? Почему? Дай мне их номер,я разберусь.

– Пап.… из-за моих соц. сетей, что я там выкладывала видео о пациентах, но у меня…

– А я тебе говорил, Женя! – меняет тон.

– Пап, у меня было разрешение.

– Да? Письменное?

– Устное.

– Жень, ты маленькая? Устно это же сказал, а завтра забыл, что сказал.

– Да там ничего такого, – сажусь и поправляю волосы.

– Раскрытие врачебной тайны – это уголовное дело.

– Да, вроде как там просто мне отказали, никто не будет заводить уголовное дело.

– Видео свои почисти. А лучше вообще удали там все, чтобы про тебя ничего не было.

– У меня там подписчики.

– Подписчики? Аааа.… ну тогда будешь вести стримы из СИЗО. Ещё и зэки будут твоими подписчиками. Женя! Все! Игры закончились. Дай мне их номер, я позвоню и все узнаю.

– Пап, это не все….

Как сложно-то. Это даже ещё страшнее рассказывать. Поднимаюсь и подхожу к окну.

– Не все? Что ещё натворила?

– Пап, там.… в общем я… Инна должна была практику начать проходить месяц назад в кардиологии у тебя.

– Да, она проходила.

– Нет, пап…. Прости…

Слова застревают в горле. Плевать на всех сейчас. Я папу обманула, а сейчас понимаю, как не хочу, чтобы он расстраивался и разочаровывался во мне.

– Жень, давай рассказывай, что натворили!

– В общем, она.… ей надо было уехать, она… попросила ее заменить.

– Где?

– У Амосова в отделении.

– То есть?

– Я вместо нее работала у Артёма. Вадим об этом знал и специально рассказал своему дяде, который в этой клинике работает, чтобы мне отказали в ординатуре.

Папа молчит.

– Папуль, прости, что раньше не сказала. Я думала…

– Кто об этом знает?

Я молчу. Об этом только он по факту не знает.

– Всё, да?

– Мама не знает.

– Охренеть.

Папа начинает чаще дышать.

– Спасибо, что рассказала, – язвит.

– Папочка, я не хотела тебя расстраивать. Там все было хорошо, никаких косяков.

– В моей больнице происходит такое, а я и не знаю ничего! Как вы вообще до такого додумались! Дуры две! Всех подставить хотите? Меня чтобы сняли, если это всплывет?

– Нет, пап, прости. Я там её чуть-чуть заменила.

– Ты не из этого отделения, а занимала там место врача. Да любая проверка и меня в тюрьму отправят за такое!

– Папуль, я не хотела… – Прикусываю ноготь на большом пальце.

– Кто знает?

– Девочки знают.

– Какие девочки?

А может не надо называть фамилии, а то всех поувольняет.

– Пап они не виноваты.

– Кошмар. Амосов знает?

Пиздец.

– Знает.… Ты меня зачем подставляешь так?

– Пап, он не знал. Когда понял, тогда сразу меня уволил.

– Раз мне не рассказал, значит, тоже соучастник. Женя, ты меня в такое положение ставишь, что я сейчас должен наказать своего лучшего кардиохирурга? Карьеру ему испортить? Ты что творишь?

– Пап, он не виноват. Это я все. Хотела Инне помочь, – а воспоминания, как волной цунами на меня накатывает, тело трясет, слёзы жгут щеки. – Пап, она сказала, что беременна, что ей надо съездить поговорить с парнем. Я отпустила ее.…

– Мне надо сказать!

– Пап.… она там… с Вадимом была. Они вместе туда уехали. Какой дурдом! Санта-Барбара по-русски.

– Саш, – папа к кому-то обращается, – сверни на стоянку, воды надо купить, таблетку запить.

– Папуль, тебе плохо?

– Я от кого-от кого мог это ожидать, но не от тебя.

– Пап, я же говорю, что я не специально.

– Ты не специально?! – повышает голос. – Ты в моей больнице, у меня за спиной, устраиваешь этот маскарад. Без соответствующей квалификации заменяешь другого врача. И не просто санитарку или медсестру. Ты выдаешь себя за врача-кардиохирурга! А заведующий это все покрывает.

– Артём не знал.

– Артём? – переспрашивает и молчит.

– Да, он не знал.

– Артём? А почему не Артём Александрович? Вы дружите?

Дружим это немного другое.

– Я не знаю, пап.

– Что ты не знаешь? Нормально можешь сказать?

– Я не знаю, что между нами.

– Чёрт.… И после этого ты будешь говорить, что он ничего не знал и не прикрывал тебя?

– Пап, он как только узнал, больше не пускал меня к пациентам и работе.

– Он мне должен был обо всем доложить!

– Пап, это я попросила не говорить тебе. Сама хотела рассказать.

– Это вчера все выяснилось?

– Нет.

– А когда?

– Больше недели прошло.

– Больше недели?! Не был бы он первоклассным врачом, я бы уволил за такое.

– Он не знал ничего!

– Сейчас знает и молчит!

– Пап, ну это я попросила!

– Это ещё хуже. Ты моя дочь и устраиваешь такое в больнице! Ты какой пример показываешь? Что тут так можно? У тебя папа главврач и ты можешь тут делать, что хочешь? – папа кричит в трубку.

– Пап, не нервничай, успокойся.

– Это больница, моя жизнь, а ты все под откос. Подружку надо выручить, мужика хорошего подставить.

– Папочка, ну прости.

– “Папочка, прости”. Папочка простит, если сердце выдержит.

Прикусываю до боли костяшки пальцев.

– Так, номер того, кто твоей ординатурой в клинике занимается, мне пришли. Я сам поговорю.

– Пап, Артём не виноват, честно, не….

– Сам разберусь, кто виноват, кто нет.

– Инну лучше уволь. Это она все придумала. Вот у нее нет медицинской этики. А Артём не виноват.

– Смотри-ка как его защищаешь.

– Да, защищаю. Он мне нравится.

– Если нравится, какого черта, ты его так подставляешь?

– Пап, я не специально, я же говорю. Хотела ей помочь, а вышло так.

– Люди вокруг тебя могут говорить, что угодно. Но твои поступки, они твои. Ты это сделала. Подставила и себя, и других. А по поводу Амосова. Ты знаешь, что он в разводе и что у него есть ребёнок?

– Знаю.

– А почему развелись?

– Нет.

Да и когда расспрашивать надо было.

– А ты спроси, потом подумай, готова к такой жизни?

– Пап, не наказывай его и не увольняй.

– Делать вид, что это нормально, я тоже не буду. Расстроила ты меня очень. Все, мне пора, пока, Жень. Контакты из клиники пришли мне, попробую уладить там все.

– Спасибо, пап, я тебя очень люблю.

Он отключается.

Котенок мой пока я с папой говорила, дополз бедняжка до стола. Искал меня. Мой завтрак остыл. но теперь и аппетита нет. Я беру телефон и набираю сообщение Артёму.

Женя: “Я папе все рассказала. Прости, что тебя тоже коснулось(((”

Глава 40

Артём.

Сегодня получил ответ на мой запрос, отправленный три месяца назад о повышении квалификации за границей. Меня ждут.

Не дешево и государство вряд ли мне это оплатит, с учетом, что я могу и не вернуться оттуда. Но такой опыт я тут нигде не получу.

Уехать надо минимум на год. Возможно будет предложение остаться там работать. Фактически тут придется все оставить. На время я бы уехал, но навсегда не уверен, что хочу.

Работа в больнице, место заведующего, родители, Влад. Женя. Ещё начал планировать закупку робота. Но, если я уеду, кто на нем будет работать? Меня кем-то заменят?? Он уже и не актуален.

Влад тоже. Такой период, что ему отец нужен постоянно, а уеду, ему и поговорить не с кем будет. Но и свой потенциал ставить тут на паузу не хочу.

Женя тоже. Блять. Она и нравится мне, и я не хочу снова привязываться к кому-то. Нет у меня времени на отношения. Вот такие свободные отношения меня устраивают. А ближе – я уже нагулялся. Жениться не хочу, а она, скорее всего хочет. Детей хочет, совместные выходные, поездки, праздники. Но не с врачом.

А может, ну это все. Оперирую и оперирую по старинке. Для новых навыков нужна новая техника, а у “нас” денег нет развивать это.

Секретарь вызывает к Гуляеву.

Убираю в стол письмо, надо ещё подумать. Беру ежедневник и иду к Гуляеву.

– Вызывали Олег Альбертович?

– Да, Артём, садись, – не улыбается, тянет время. – Объясни мне, что творится у тебя в отделении?

– А что творится?

– Почему у тебя работает один специалист вместо другого?

– Вы о ком?

– Дурака-то не валяй. Женя, Инна. Что ты там устроил?

Я ещё виноват?

– Вашу дочь, как и ее подругу, я не знал лично. Ко мне пришла девушка, Инна Смолова. С ней я работал.

– А ты не сверил лица с документами?

– Сверкой паспортов занимается отдел кадров. Тем более, вы сами сказали мне ее взять.

– Женя училась на пластического хирурга. Ты как заведующий отделением не разобрался, что она ничего по кардиологии не знает?

– Я вам говорил, вы сказали, что ещё проявится и научится всему.

Альбертович бросает на стол ручку.

– Научиться может тот, кто чему-то учился! – бросает на стол ручку.

– Я как только узнал, что Женя подменяла подругу, тут же прекратил это все.

– Это вчера произошло?

Смотрит в глаза. Понимаю, что он все знает и сейчас ему правда нужна. А что про нас вообще знает и знает ли?

– Нет.

– Нет. А почему тогда я ничего не знаю? Ты мне как заведующий должен был сразу рассказать, что происходит в отделении. Это что, детский сад? Девочка из другой группы к нам пришла?

Нет, конечно. Он прав.

– Детский сад какой-то. Устроили там непонятно что. Тебе того случая мало? Опять захотелось сплетен и разговоров? Так это без моей дочки, понял? Нечего ее туда впутывать.

– Мы сами разберёмся.

– Разберутся они. Меня сегодня в министерство вызывали, сказали готовиться к проверке и что-то мне подсказывает, что это все связано. Кардиологию тоже зацепит, потому что у тебя в отделении это все разворачивалось.

– Никто не пострадал, что там рассматривать?

– Вот и увидим.

Женя блин. Если из-за этого случая ещё и с должности снимут, вообще жопа будет.

– Олег Альбертович, я настаиваю, чтобы Смолову уволили. Вот она как раз и подставит нас всех.

– Не знаю теперь. Это же не просто работник, там договор с университетом, нужны основания.

– Основания? То есть снять меня, врача высшей категории с места заведующего можно на раз-два, а за какого-то зеленого специалиста мы будем держаться и искать основания? – Поднимаюсь с кресла. – Отлично. Работайте с ней. Пусть учится оперировать на живых людях. Мы же так дорожим молодыми специалистами, – упираюсь руками в спинку.

– Не перегибай, Артём.

– Да пожалуйста, хоть сейчас могу написать заявление, если не устраиваю. Я найду себе место. Не в гос, так в частной клинике.

– Артём, подожди, никто не выгоняет тебя. Просто думать надо, что делаешь.

– Я не рассказал вам только потому, что Женя просила. Хотела это сделать сама. Если бы на ее месте был кто-то другой, вы бы уже об этом знали, Олег Альбертович.

– По поводу дочери, – складывает пальцы в замок и смотрит в глаза. – Артём, я тебя помню ещё со времен, когда ты практику тут проходил. Как на работу устроился. Историю ту помню, развод твой. В твоей жизни в плане загруженности же ничего не изменилось и повторения такой же истории для своей дочери я не хочу. Я знаю тебя, как высококлассного специалиста, и не хочу, чтобы рабочие отношения смешивались с личными и мешали нам работать.

Повторения, может, и не будет, но и создавать ячейку общества я не планирую.

Чем больше я думаю о том, что надо всё завершить, тем больше хочу её увидеть. Ещё раз обнять, вжаться в ее тело, обладать им. Твою мать, Женя.

Пишу ей сообщение, что заеду сегодня.