Текст книги "«Аромат любви» от сударыни-попаданки (СИ)"

Автор книги: Ольга Росса

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц)

Глава 12. Спасение

Александр

Карета остановилась возле дома на Тверской. Я прибыл вовремя, всё, как договаривался с Варварой. Она должна была вот-вот появиться с вещами. Я вышел на мостовую и взглянул на дом. Интересно, куда выходят окна комнаты моей невесты? Вдруг юркий мальчишка проскочил мимо меня и кинулся ко входу, но его успел задержать швейцар.

– Куды летишь? – мужчина перегородил путь сорванцу.

– К барыне! Варвара из окна сигануть собирается! – выпалил на одном дыхании паренёк и проскочил под рукой швейцара в подъезд.

Уж не о моей ли невесте шла речь? Проверять не было времени, я поспешил обойти дом и скоро оказался во дворе. Сердце пропустило удар, когда я увидел в открытом окне Варвару и свисающие связанные тряпки. Что она задумала? Неужто правда прыгать собралась? Чуя недоброе, я кинулся вперёд, не спуская глаз с девицы.

Варя ухватилась за тряпки и бросилась вниз. Вот же отчаянная! Я чуть не упал, запнувшись о что-то. Послышались крики, и тучная рыжеволосая женщина выглянула в окно.

– Варвара! Не чуди! – грозилась, по всей видимости, родственница моей невесты, болтающейся сейчас на свисающей из окна тряпке.

Я торопился как мог, боясь, что девица упадёт и покалечится. Щедрина что-то прокричала, повернувшись в комнату. Мне оставалась пара шагов, как вдруг…

– Готово!

– Мама!

Прямо на меня летела Варвара. Я выставил руки и поймал девушку, не успев понять, что произошло. Мы оба упали на землю – точнее я, а Варвара оказалась лежащей на мне. Руки сами обхватили девичий стан, крепко держа её. Мы смотрели друг на друга, приходя в себя. Какие у неё всё же красивые глаза. Носа коснулся едва уловимый аромат сочного персика и мяты, исходящий от пряди рыжих волос, которая щекотала мою щеку.

– Александр Митрофанович, это вы? – девушка едва дышала, смотря на меня.

– Как видите, я, Варвара Михайловна. Не могла бы вы с меня слезть. Неудобно как-то на земле лежать, – скривился я, ощутив боль в лопатках. Всё же приземление не было столь мягким.

– Отпустите меня, и я встану, – поёрзала она, слегка дёрнувшись. Ах, точно – я убрал руки с её спины.

– Варвара! Это ещё кто? – завопил противный женский голос.

Девушка шустро подскочила и подняла голову к окну.

– Знакомьтесь, Алевтина Эдуардовна! Островский Александр Митрофанович – мой работадатель. Я переезжаю к нему в дом, чтобы присматривать за его сыном, – гордо заявила Варвара, пока я поднимался на ноги и отряхивал упавшую шляпу.

– Что?! Как это переезжаешь? А ну стой! Я не позволю! – грозила кулаком Щедрина.

– Варька, чего удумала? Быстро домой! – в оконном проёме рядом с женщиной появилась точная её копия. Наверное, дочь.

– Ну уж нет! Дудки! – моя невеста приставила к носу большой палец и подразнилась по-детски. – Я уезжаю! Живите как хотите, только без меня! Имею полное право работать, где хочу!

– Прошка, зови городового! Племянницу мою обесчестить собираются! – заорала Щедрина тому самому мальчонке, который бежал к ней недавно, чтобы сообщить о побеге племянницы. Парнишка кивнул и сиганул на улицу.

Во дворе становилось людно. Кто-то высунулся из окна, услышав шум, кто-то вышел во двор и стал невольным свидетелем разыгравшегося представления.

– Простите, сударыня, вы ошибаетесь. Я человек чести, и даже в мыслях не было позорить вашу племянницу, – сказал истинную правду. – Мне действительно нужна гувернантка для моего пятилетнего сына.

– Ничего не хочу знать! Я не позволю! – орала женщина на весь двор. – Варька, быстро домой!

– Уважаемая, – еле произнёс это неподходящее слово, – полный двор свидетелей вас не смущает? Почему ваша племянница опасным образом покинула дом? Вы её заперли против воли? Городовой будет кстати. Пусть зафиксирует нарушение.

– Что?! Да как вы смеете? – лицо у Щедриной пошло красными пятнами. Она опасливо посмотрела в сторону выхода на улицу.

– Маман, может, правда отпустить Варьку? – дочка женщины неуверенно кивнула в сторону кузины. – Пущай едет к этому франту. Хоть глаза мозолить не будет. Уедет, и поделом, мы за неё больше не в ответе.

Щедрина прищурилась, посмотрев на дочь. В её глазах загорелась подленькая идея.

– А пущай уматывает! Ежели что случится, я не виноватая! – злорадная ухмылка растянулась на её губах.

Раздался свисток – по двору важной и быстрой походкой вышагивал городовой в белом кителе с контр-погонами, на боку у него в ножнах болталась длинная шашка, которую горожане называли «селёдкой». Он важно подкрутил пышные усы, остановившись под окном.

– Прапорщик Иванков прибыл на вызов. Что у вас тут случилось? – суровый взгляд почему-то направил сразу на меня.

– Простите, господин городовой, неувязочка вышла, – залебезила Щедрина, высунувшись ещё больше из окна. – Мы уже разобрались во всём. Ваших услуг не требуется.

– Тьфу ты! Я вам мальчик на побегушках, что ли? – покачал он головой, разворачиваясь в сторону выхода.

– Погодите, господин Иванков, – я шагнул к городовому, тронув его за плечо. – Прошу вас, будьте свидетелем. Вот барышня Варвара Михайловна Бахметева, двадцати лет от роду, – я указал на девушку, – устраивается ко мне в дом гувернанткой, чтобы сына моего воспитывать. А вот эта сударыня, Щедрина Алевтина, – я ткнул пальцем вверх, – тётушка девицы, не выпускает её из дома. Варваре пришлось лезть в окно и рисковать жизнью, чтобы покинуть свою комнату.

– И-и-и не правда это всё! – запинаясь, возмутилась женщина. – Я уже отпустила Варвару. Пусть идёт работает, хватит на шее у меня сидеть!

Племянница молча поджала губы, посмотрев на тётушку. Умничка, не стоит показывать свой характер перед городовым.

– Вот, господин городовой, засвидетельствуйте: сударыня Щедрина разрешила барышне Бахметевой работать у меня гувернанткой, – улыбнулся я, довольный, что всё вышло именно так, как я хотел. – Ежели поступит заявление в участок от сударыни на племянницу, не принимайте его. Барышня Бахметева по собственной воле покинула дом.

– Понял, – важно кивнул городовой. – Зафиксирую в журнале как положено.

– Благодарю вас, – я пожал ему руку, незаметно сунув монету, так сказать, для закрепления договора.

– Всего доброго, – полицейский убрал руку в карман, а другой подкрутил ус, отдал честь и пошёл восвояси.

– Спасибо, – еле слышно прошептала Варя, облегчённо выдохнув.

– Давайте вашу котомку, – я забрал из рук девушки вещи. – Кучер уже заждался. Прощайте, сударыни, – я поклонился обеим Щедриным и надел шляпу.

– Даст бог – свидимся ещё, – донёсся голос молодой особы из окна.

Обязательно свидимся, сударыни, когда Варварино наследство перейдёт в мои руки. Но пока вам об это знать не надобно.

Усадив невесту в карету, я взглянул ещё раз на доходный дом. Ради такого приданого я готов ещё раз спасти барышню. Надеюсь, после венчания всё уладится и я заживу счастливо фиктивной семейной жизнью, занимаясь любимым делом.

– Кузьма, езжай на Кузнецкий мост, в салон мод, – велел я кучеру и сам запрыгнул в карету, сев напротив барышни. Экипаж тут же тронулся с места.

– Мы едем за платьем? – захлопала ресницами будущая супруга.

– Да. Довольно на сегодня приключений, – ухмыльнулся я.

– Простите, – она потупила взор. – Вы сильно ушиблись?

– Пустяки, не берите в голову, Варвара Михайловна. Впредь старайтесь не предпринимать подобных опасных шагов. Я не хочу быть дважды вдовцом.

– Щедрина заперла меня в комнате и грозилась неделю держать на хлебе и воде, – вздохнула девушка, поправив выбившуюся прядь волос. – Может, пока едем, вы расскажете мне о первой жене?

Я направил взгляд в окно. Говорить об Анастасии не хотелось. Ворошить прошлое не люблю, но всё же не стоит скрывать от Варвары грустную историю её предшественницы.

Глава 13. Грустная история

Варя

– Когда мне исполнилось двадцать пять лет, отец решил женить меня на дочери своего близкого друга, – Островский начал рассказ, глядя в окно. – Я был не против, так как Анастасию знал с детства. Кроткая, милая барышня. Она хорошо играла на пианино и любила цветы. Из неё бы вышла идеальная жена и мать, но судьба распорядилась иначе.

Он замолчал на пару секунд, собираясь с мыслями. Я терпеливо ждала продолжения, не смея торопить Александра.

– Свадьбу играли в имении. Конец августа выдался жарким и сухим, – снова заговорил он, бросив на меня момолётный взгляд. – Недалеко от деревни остановился табор цыган, и барон вместе с женой пожаловал прямо на торжество. Он попросил разрешения брать из деревенского колодца воду для своего народа. В обмелевшей реке вода цвела и была непригодна для питья. Я, конечно, разрешил. Жена барона в благодарность предложила погадать новобрачным. Анастасия с радостью согласилась. Я никогда не верил в гадания, особенно цыганские, а тут не знаю, что нашло на меня. Наверное, цыганка как-то воздействовала. Сначала она разложила карты для невесты, уединившись с ней в отдельной комнате. Анастасия вышла из гостиной довольная – видимо, гадалка сказала ей что-то хорошее, в отличие от меня. Полагаю, не хотела расстраивать невесту и наговорила ей то, что Анастасия ждала услышать.

Островский умолк, покачав головой, снова переживая этот момент.

– Когда Азалия разложила карты передо мной, она нахмурилась и заявила, что мой род проклят. Все жёны у мужчин будут умирать в родах. Это напрягло меня, ведь моя мать действительно не выжила, родив меня.

– Вы поверили шарлатанке? – удивилась я. Неожиданно слышать подобные вещи от учёного.

– Не особо. Подумал, простое совпадение. Когда супруга сообщила, что беременна, я, конечно, обрадовался и решил сделать всё, чтобы она удачно разродилась. Договорился с опытной акушеркой, самой лучшей в городе. Она периодически осматривала Анастасию, говорила, что беременность типичная и всё протекает хорошо. Схватки начались вовремя, но что-то пошло не так. Родовая деятельность была слабой, жена сутки промучилась, и было решено отвезти её в больницу. Хирург сделал кесарево сечение, сына спасли, а мою жену нет. Она не перенесла операцию.

– Сочувствую вам, – мне искренне было жаль бедняжку. – Но проклятий не существует. Я думаю, это простое совпадение. Медицине ещё далеко до… – чуть было не сказала «до уровня двадцать первого века», но вовремя прикусила язык, – до совершенства. Хирургическое вмешательство нередко заканчивается плачевно.

– Вы правы, Варвара Михайловна, но я не собираюсь проверять во второй раз, есть на моём роду проклятие или нет, – мужчина сдвинул брови к переносице.

– Поэтому вы до сих пор не женились?

– И по этой причине тоже. Если женюсь, то никаких детей, – отрезал он. – Наш будущий брак в этом плане просто идеальный. У меня уже есть сын, о нём и буду заботиться.

– Вот и правильно, вам следует уделять больше внимание Грише, – улыбнулась я. А сама с облегчением подумала: как хорошо, что Островский не будет штурмовать мою спальню. Нет, я не верю в проклятия, но всё складывается удачно, раз брак у нас фиктивный.

– Мы приехали, – только произнёс мой жених, и карета остановилась возле ателье с красивой вывеской «Салонъ мадамъ Нинѣль».

В глаза сразу бросились манекены в новомодных платьях: туалеты красивые, элегантные и явно стоят прилично.

– Вот это да… – восторженно выдохнула я, разглядывая наряды.

– Нравится? Лучший салон в Москве, и цены тут приемлемые, – Островский первый покинул карету и помог выйти мне, взяв за руку.

Когда Александр толкнул дверь, прозвенел мелодичный колокольчик. Я оказалась в раю, иначе не скажешь. Мягкие диваны, дорогие шторы, манекены в одеждах, на столике журналы мод.

– Добрый день, – к нам вышла миловидная женщина лет сорока в опрятном платье в полоску. – Меня зовут Татьяна Владимировна. Чем могу быть полезной?

И тут началось: примерка одного платья, второго… Мне нравились все. Конечно, это были не свадебные наряды, а для выхода в свет, например в театр или на званый ужин. Тем не менее выглядели они ничуть не хуже: элегантные, с юбкой годе и небольшим шлейфом, пышными рукавами до локтя – такая нынче мода в одна тысяча восемьсот девяносто первом году. Правда, пока ещё носили кринолины для придания юбкам объёма снизу.

Островский остался скучать в зале и пить кофе из маленькой фарфоровой чашечки, пока я стояла в примерочной перед большим зеркалом. Жених полностью доверил мне выбор, так как «видеть невесту в свадебном платье плохая примета». Вот и отлично, выберу то, что хочу! И я остановилась на том платье, которое лучше всего мне подошло, – из нежного шёлка с лёгким голубым отливом.

– Бельё будете смотреть? – улыбнулась сотрудница салона. – Чулки?

– Буду! – уверенно кивнула я.

Голова шла кругом от счастья. За два года, что я здесь живу, ни разу ничего себе не покупала, донашивая то, что имелось в моём скудном гардеробе. Только вздыхала, глядя на витрины магазинов и понимая, что наряды мои давно вышли из моды. Щедрина совсем не выделяла денег на меня, зато Зойку свою ненаглядную одевала с иголочки. Целая комната в доме отведена для одежды кузины.

Наконец-то я смогу обновить гардероб. Кажется, мой будущий муж не жмот. К тому же он приобретёт намного больше после нашего венчания. Так что пусть потратится сначала на невесту.

– Давайте ещё примерим парочку платьев для прогулки и для дома, – обратилась я к Татьяне.

– Замечательно. Ваш жених сказал, что нужно ещё вечерний наряд вам подобрать, – продолжала радовать меня сотрудница салона.

– Вечерний? Это же отлично!

Теперь меня точно не остановить!

Глава 14. Собрание

Александр

Что это? Продавщица носила и складывала возле дивана груду коробок, а я молча стоял, пытаясь рассмотреть и посчитать их количество. Может, у меня после падения просто двоится в глазах? Ан нет. Невеста определенно одна, а не стоит рядом с таким же рыжеволосым близнецом.

– Это всё? – с надеждой спросил я женщину, напряжённо улыбнувшись.

– Нет, пару платьев нужно подогнать по фигуре, завтра доставим к вам домой, – порхала сотрудница салона над коробками. – Адрес только назовите, Александр Митрофанович.

– Хорошо. Выписывайте счёт, – еле выдавил я, посмотрев на Варвару. Девушка стояла в новом голубом платье и сияла, как начищенный самовар. Она точно решила меня разорить.

– Александр Митрофанович, как вам платье? – невеста покружилась, довольная выбранным нарядом. – По-моему, мне очень идёт.

– Чудесно, – вымолвил я, прикидывая в уме, сколько денег придётся выложить за это женское счастье.

– Спасибо вам большое, – она зарделась лёгким румянцем.

– Не за что. – Вздох невольно вырвался из груди.

Зато Варвара стала выглядеть прилично, всё же новая одежда ей была необходима. Видимо, Щедрина совершенно не выделяла денег на наряды племянницы. Ладно, пусть радуется. Когда женщина счастлива, она не мучает своего мужа придирками. Внесу лепту, так сказать, в наш «счастливый союз».

Сотрудница притащила счёт на внушительную сумму, которой у меня с собой, конечно, не было, и я выписал банковский чек. С собой мы взяли только пару коробок, остальное обещали доставить завтра.

Честно говоря, я жутко утомился, ожидая Варвару и даже проголодался.

Приехав домой, я с облегчением вздохнул. Взяв невесту за руку, повёл её на второй этаж.

– Вот, Варвара Михайловна, ваша комната, – я открыл перед ней дверь. – Располагайтесь. Кузьма принесёт ваши вещи. Евдокия все разложит. Она вчера подготовила комнату для вас.

Девушка прошла по комнате, разглядывая интерьер.

– Это спальня принадлежала вашей жене? – она взглянула на меня, задумавшись.

– Да, но вы не переживайте, её вещей здесь давно нет. Комната просторная, вам, надеюсь, хватит личного пространства.

– Конечно хватит. Здесь уютно. И гардеробная комната имеется? – Варвара заметила дверь, действительно ведущую в гардеробную.

– Всё верно. За ней следует ванная комната.

– С настоящей чугунной ванной? – она удивлённо распахнула веки.

– Не жалею денег на удобства, – меня взяла гордость, что я сумел удивить невесту. – Два года назад добился того, чтобы подвели электричество в дом.

– Вижу, – Варвара задрала голову, посмотрев на люстру. – Радует, что вы идёте в ногу со временем, Александр Митрофанович. В доходном доме на Тверской тоже провели электричество три года назад.

– Замечательно, – я улыбнулся. – Варвара, давайте уже обращаться друг к другу по имени. Всё же скоро станем супругами.

– Хорошо, – она кивнула. – После венчания нам нужно будет съездить в имение Луговое, чтобы уволить управляющего и нанять нового. К тому же нужно представить вас прислуге в качестве нового хозяина.

– Обязательно съездим и Григория с собой возьмём. Я давно обещал ему рыбалку. В Луговом же есть река или озеро? – воодушевился я из-за того, что наконец-то смогу уделить время сыну.

– Да… кажется, – неожиданно замялась она.

– Вы не знаете? – удивился я.

– Я с десяти лет не была в Луговом – Щедрина отправила меня учиться в Мариинку, поэтому уже подзабыла, как далеко находится речка от имения, – девушка потупила взор, поджав губы.

– Ладно, разберёмся.

– Барин, куды это? – В открытые двери зашёл Кузьма, неся коробки из кареты. Следом за ним в комнате появилась горничная.

– В гардеробную неси, – указал я на дверь. – Евдокия, разбери покупки.

– Конечно, Александр Митрофанович, – покорно кивнула горничная. – Вы сегодня дома останетесь или, по обыкновению, отправитесь в собрание на обед?

– В собрание, Евдокия, – вспомнил я, что сегодня вторник, а значит, нужно будет поехать в Купеческий клуб.

Женщина последовала за кучером в гардеробную.

– Вы уезжаете? – Варвара удивлённо посмотрела на меня.

– Да, к сожалению, не могу пропустить традиционный вторничный обед. В Купеческом собрании назначена встреча с одним важным человеком. У меня к вам, Варвара, будет большая просьба, – было неловко говорить, но другого выхода я не видел. – Дело в том, что я недавно уволил гувернантку. Евдокия не успевает за Григорием приглядывать, у неё по дому и так дел хватает. Не могли бы присмотреть за моим сыном?

– Как долго будет длиться ваш обед? – её тонкие брови сдвинулись к переносице.

– Часа три-четыре, не дольше, – уверенно ответил я, хотя меня терзали смутные сомнения по этому поводу. Ведь в собрании сегодня выступает хор Анны Захаровны. Придётся уйти раньше.

– Хорошо, я пригляжу за Гришей, – согласилась моя спасительница.

– Благодарю, – я даже поклонился девушке. – Обещаю, завтра же найму новую гувернантку, как только выйдет объявление в газете.

– Только не задерживайтесь, пожалуйста, – она строго посмотрела на меня исподлобья.

– Постараюсь. Не буду вам мешать устраиваться на новом месте, – мне не терпелось уйти в кабинет и проверить все бумаги, что я подготовил для встречи.

– Спасибо вам большое, Александр, за сегодняшний шопинг… то есть я хотела сказать, за посещение салона, – девушка прикусила губу.

– Пустяки, – отмахнулся я, откланявшись. – Увидимся вечером.

Я провёл пару часов в кабинете, занимаясь делами. Забегал Григорий, и я с полчаса учил его чтению, раз пока гувернантки нет. Предупредил его, чтобы не чудил, пока меня не будет дома. Он пообещал вести себя хорошо.

В три часа после полудня я отправился в купеческое собрание, где сливки предпринимательского общества собираются на вторничные обеды. Я договорился о встрече с Феррейном, хочу предложить ему сотрудничество по реализации парфюмерии – Феррейн владел не только аптеками и магазинами, но и стеклодувной фабрикой, а я очень нуждался в красивых флаконах для первой партии своих о-де-колонов. Я не так давно вступил в клуб, ища новые знакомства. И вот мне повезло, неделю назад познакомился со стариком Феррейном.

Карета остановилась возле двухэтажного особняка на Большой Дмитровке. Именно тут учредители Купеческого клуба уже много лет арендуют дом у Салтыковых-Мятлевых.

Войдя внутрь, я снял шляпу, крепче сжав кожаную папку с бумагами. Вдохнул аппетитные ароматы, которые вырывались из открытых дверей ресторана. Кажется, сегодня подают стерляжью уху и знаменитую двенадцатиярусную кулебяку.

В зале собралось много народу, в большинстве мужчины. С жёнами сюда приходили только на семейные мероприятия, например на бал или концерт. Купеческий клуб был местом отдыха, кто-то проигрывал в карты целое состояние, и в то же время здесь совершались большие сделки.

Музыканты играли незатейливую мелодию, и рыжеволосая девица пела весёлую песню на французском с рязанским акцентом. Зато псевдоним у неё, наверное, Жюли или Колетт.

– Александр, сюда! – мне помахал мой компаньон Куликин. Савелий приехал раньше меня. Он встал из-за стола, за которым сидели Феррейн с сыном.

– Доброго дня, господа, – я склонил голову перед мужчинами. – Рад видеть вас, Владимир Карлович и Вальдемар Владимирович, – пожав руки мужчинам, я сел на свободный стул.

– Взаимно, Александр Митрофанович, – из-под пышных седовласых усов мужчины виднелась улыбка. – Давайте отложим дела на потом, а то на голодный желудок плохо думается, – он кивнул на папку у меня под мышкой.

– Как скажете, Владимир Карлович, – согласился я, заметив краем глаза приближающегося официанта. Он принёс на подносе графины с морсами и чистые стаканы.

Во время трапезы мы говорили о чём угодно, только не о делах. Время нещадно шло, а Феррейн даже не заикался о договорённости, словно тянул время. Вот уже кулебяка съедена до крошки и чай стынет в чашках, а мы всё слушаем пение шансонеток. Где кстати, обещанные певицы Анны Захаровны?

Только подумал об этом, как на полукруглую сцену вышла шикарная блондинка в красном платье с таким глубоким декольте, что два выпирающих полухолмика притягивали взгляд, как магниты. Полилась лирическая музыка, девушка разомкнула алые пухлые губы и запела. Как только раздался бархатный голос певицы, в зале сразу стало тихо, только гитарные струны выдавали нежные аккорды.

Я замер, словно заколдованный, слушая романс.

– Святые угодники, кто она? – прошептал Савелий, озвучив мои мысли и жадно разглядывая красавицу.

– Дора Грей, восходящая звезда у Анны Захаровны, – тихо ответил Вальдемар. – Вы ещё не слышали о ней?

– Нет, – я наконец-то смог выдохнуть, – но желаю познакомиться.

– Тогда придётся ехать в ресторан Апельсина, – ухмыльнулся собеседник. – Анна Захаровна не позволит здесь своим певичкам знакомиться с членами клуба.

– Хоть на край света… – слова сами слетели с моих губ, а я уже забыл, зачем вообще приехал сюда.