![](/files/books/160/oblozhka-knigi-ostrov-koldunov-si-368969.jpg)
Текст книги "Остров Колдунов (СИ)"
Автор книги: Ольга Белошицкая
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 33 страниц)
– У меня нет ничего, что могло бы послужить приношением, – сказала она растерянно.
– Подождите немного…
Он вручил ей факел, вышел из святилища, и через некоторое время вернулся, держа в руке веточку хвары.
– Слишком просто, конечно, но за неимением лучшего сойдет, – улыбнулся он. – Главное в данном случае – чтобы от всего сердца.
Лейт подошла к чаше. Темная безликая фигура пугала ее. Койе в представлении ее народа олицетворяла неподвластное разуму животное начало. «Научи меня любить, – попросила она. – И сделай так, чтобы меня тоже любили. Сильно-сильно. Всю жизнь».
И, набравшись храбрости, положила веточку в черную, глубокую чашу.
28. В Ард Элларе
(Сезон Холода, Ард Эллар. Небольшой харран)
Когда Рек отъелся и отоспался, он сразу же заявил, что раз домой ему путь заказан, значит, нужно осваиваться на новом месте. Его не удивило, что путь через подземные чертоги привел их в одну из долин Ард Эллара, о котором у них в столице ходили нелепые слухи. Осмотревшись, он решил, что место не такое уж и дремучее, а доброжелательное отношение обитателей его и вовсе очаровало. Он с удовольствием рассказывал приютившей его семье о своих злоключениях, начиная с ареста, тюрьмы и допросов, красочно описывал магические штучки Дьявольского каньона, красоту пещер и стычку с загадочными существами. Послушать его собирался весь харран – так здесь называлось небольшое поселение на одной стороне реки, имевшее своего голову – ахра, а по вечерам приходили гости с другого берега. Слухи о двух чужеземцах, выбравшихся живьем из Каньона и прошедших через подземный лабиринт Джар Дахар, о котором здесь рассказывали легенды одна страшнее другой, распространились по всему Очагу – так местные жители называли все харраны, разбросанные по долине. Рек, надо сказать, в грязь лицом не ударил: к своему рассказу он добавил описание бедствий, обрушившихся на Карру. Его слушали и переспрашивали, каждый новый гость заставлял начинать все с начала, но повторения Река не утомляли. Едва ему подливали инты на травах, он готов был начинать хоть с собственного рождения.
Тэйн не принимал участия в вечерних посиделках. Он вообще старался избегать скоплений людей, довольствуясь обществом ахра. Тот с интересом расспрашивал о событиях за пределами Ард Эллара. Уже и сюда, в глухомань, добрались слухи о беспорядках в Майре, но поскольку только обитатели пограничных Очагов рисковали выбираться в чужую страну для торговли, достоверных новостей было негусто. Узнав о разрушении и осквернении майрских святилищ и бунте против Острова, ахр с досадой качал головой.
– Некоторые наши хэльды тоже ведут себя странно, но чтобы так… – он помолчал, потом спросил. – Выходит, там не осталось ни одного иллара?
– Не знаю, может, кто-то и остался, – ответил Тэйн печально. – Теперь они спрятались и долго не решатся заявить о себе.
– Вам повезло, что вы остались живы. Вам вообще повезло, – ахр с улыбкой развел руками. – Выбраться живым из Каньона Дьяволов, найти выход из лабиринта Дахар… Столкнуться с нечистями и уйти от них невредимыми…
– Под Илломайном есть точно такой же лабиринт, – задумчиво сказал Тэйн. – Я часто там бывал… Мы его исследовали. И тварей этих я уже однажды видел.
Ахр кивнул.
– Я слышал, что Ард Эллар и Поднебесный Хребет Риаллара когда-то очень давно, еще в самом начале Великого Круговорота, были единым горным массивом. Он занимал треть суши Теллара, но позже некая катастрофа расколола твердь Теллара на два континента.
Да, об этом немало говорилось в старых хрониках, вспомнил Ройг. Неудивительно, что здешние подземные чертоги и Джар Ил так похожи, если предположить, что когда-то давно они были единым подгорным царством. А существа…
– Что касается нечистей, – заговорил ахр, предвосхитив его вопрос, – наши разведчики пещер иногда сталкиваются с ними в глубинных залах Дахара, но на поверхности их никогда не видели. Кажется, они боятся света. Бойцы они не слишком умелые, но яростные и ловкие. Нападают, не задумываясь, и так же быстро сматываются с поля боя, если чувствуют, что победы им не видать. На правой руке у них есть лишних два пальца с ядовитой железой, но яд не смертельный…
Смертельного яда им только не хватает, с раздражением подумал Ройг.
Ему надо было срочно восстанавливать силы, желательно на Круге власти, чтобы выяснить судьбу Джерхейна и Вельга. То, что Вельг ни разу так и не попытался найти его через хэльд Окно, заставляло Тэйна теряться в догадках. Напрашивались выводы: либо он уверен, что Ройг мертв, либо не может добраться до хэльда, либо его самого уже нет в живых. В последнее не верилось, поскольку из них троих Вельг меньше всего походил на иллара, да и осторожен был не в пример им. Скорее, он сошел бы за мелкого торговца или на проводника карны Дороги – небольшого роста, плотный, круглолицый, с мягкими вьющимися волосами, в вечно мятом тхоне, с поясом, на котором не было ни одного кольца для ножен. Джерхейн, в отличие от него, всегда привлекал внимание, но вряд ли кто-либо принял бы Джера за иллара.
В харране не было своего святилища, но по словам ахра, Круг Власти лежал выше по склону, совсем недалеко от каменного кольца ограды, узкой лентой охватывавшей поселение, а святилище с традиционной галереей хэльдов находилось на другом берегу реки, в стороне от остальных харранов. С трудом преодолев апатию, Ройг только на третий день отправился искать Круг Власти. Его преследовали муторные головокружения, чередующиеся с приступами усталости; он с трудом заставлял себя реагировать на происходящее, отвечать на вопросы хозяина дома, выслушивать рассказы Река об особенностях местного быта. Иногда апатия затягивала его в сонную одурь, отчего он часами лежал неподвижно. Хозяин дома, крепкий немолодой мужик карны Колоса – земледелец, пытался расшевелить его, как мог, но потерпел поражение. Под конец он решил, что их святость чужедальний иллар немного не в себе после свалившихся на его голову испытаний, и оставил его в покое.
Круг Власти отыскался легко – окружавшие его черные каменные столбы были видны издалека, единственное, что затруднило путь, это долгий подъем по склону. Прозрачная поверхность гладкой, идеально круглой глыбы Круга Власти была подернута пепельной дымкой, потеряв кристальную прозрачность. Тэйн подумал, что отрезанный от мира, замкнутый в своих границах Ард Эллар пострадал от творившихся на Телларе безобразий меньше всего. Жизнь харрана текла спокойно и размеренно, войн здесь не помнили вот уже много десятков лет, к древним богам относились почтительно, соблюдали все ритуалы и обычаи, Кэлленар чтили, как нигде в Наземном мире, и общая беда затронула Ард Эллар меньше всех. Но все-таки затронула.
Он обошел Круг Власти от столба к столбу, затем, сам не зная почему, огляделся по сторонам, медленно шагнул вперед и замер на краю глыбы, ожидая, пока горячий поток огненных иголочек-мурашек прокатится по телу, изгонит боль и усталость, сонливость и апатию. Вскоре он ощутил знакомое тепло и закрыл глаза… И неожиданно почувствовал такую сильную жгучую боль в бедре, что потерял равновесие и рухнул на поверхность камня, как подкошенный, с трудом сдержав вопль и вцепившись в ногу руками. И тут же их отдернул, обжегшись еще сильнее. Кубарем скатившись с Круга Власти и ругаясь последними словами, он содрал с себя ганчи, в которых на месте кармана дымилась теперь большущая дыра. Вывалившиеся из него камешки, с которыми он боялся расставаться, так и таская их с собой, лежали теперь на поверхности каменного круга и слабо светились и слегка пульсировали красным, то становясь ярче, то потухая. Тэйн склонился над ними, опасливо следя за изменениями и одновременно раздумывая, как бы поднять их – оба камняраскалились, о чем свидетельствовали дыра на месте кармана и ожог на коже. Более того, сам Круг Власти явно не остался равнодушным к этому происшествию – от него тоже пошел жар, он нагревался, чем дальше, тем больше, испуская ярко-красный свет.
Тэйн отступил назад, оглядываясь в поисках какой-нибудь палки, чтобы с ее помощью сбросить камни с Круга; не найдя принялся со страхом наблюдать, что произойдет дальше. Прямо на его глазах Круг Власти полыхнул огненным столбом высотою в два человеческих роста, а затем пламя опало так же неожиданно, как и появилось. Ройг опасливо приблизился. Оба камня лежали на краю Круга в целости и сохранности. Он протянул руку и неожиданно обнаружил, что они почти остыли. Тогда он снял их с поверхности, потрогал гладкий, чуть теплый круг, отнес артефакты подальше и снова поднялся на глыбу.
Опасаясь, что Круг окончательно потерял свои свойства, он закрыл глаза, но возрождающий силы приток энергии нахлынул в точности, как и раньше, и он спрыгнул на землю, чувствуя себя заново рожденным – обычное ощущение после Круга. Постояв рядом, вернулся и принес артефакты, решив повторить эксперимент. Положил сначала один, затем второй камешек, подождал, ожидая реакции, но ни артефакты, ни Круг и не думали меняться. Он стоял долго, насколько хватило терпения, потом взял их в руки, поднялся на край глыбы, готовый бросить их и отскочить, как только они начнут нагреваться, но так ничего и не дождался. Разочарованный, он вздохнул, сунул камни в другой карман и, собираясь возвращаться в харран, оглянулся на Круг. И только тут заметил едва различимую перемену. Серой поволоки на Круге больше не было – он снова стал чист и прозрачен, как и раньше, гладкая поверхность заблестела, отражая плывущие по небу мелкие облака-перышки.
Вот оно как, сказал Ройг сам себе, вытащил камни и уставился на них с восторженным изумлением. А островитяне-то не врали. Эти вещички действительно имеют ценность. И какую…
В голове сразу же вспыхнул целый рой предположений и вопросов, и, обдумывая их, он отправился обратно в харран, чтобы переодеться – не ходить же с дырой в штанах… Сразу после обеда он собирался наведаться в местное святилище девяти богов.
С точки зрения столичного иллара местное святилище казалось крохотным. С трех сторон к нему были пристроены кихты – здешние хижины, сложенные из крупных, неправильной формы валунов, крыши которых были выложены разноцветными глиняными черепками. Кихты стояли здесь еще с древнейших времен, Тэйн сразу понял это по кладке и раствору, соединявшему камни. Секрет этого темно-зеленого вещества был давно утерян; стены Риан Ал Джара держались на этой же сверхпрочной смеси, расколоть которую не смогло ни время, ни многочисленные осады.
Харраны на добрых две трети состояли из старых кихтов, и еще множество каменных каркасов без крыш и дверей стояло пустыми в стороне от поселений. В каждом из них имелись высокие, до потолка, столбы хэльда Тепло, встроенные в стены прозрачные шары, которые сами начинали светиться с наступлением темноты, и хэльд Очаг на кухне – три матово-черных круга, которые нагревались, когда на них что-нибудь ставили. К сожалению, старые дома-кихты в Риалларе почти не сохранились, и только в самых дальних илломайнских деревнях еще можно было найти жилища, целиком зависящие от древней магии. Глядя, как хозяин кихта, в котором обитали они с Реком, заботливо полирует светильники кусочком кожи, Тэйн подумал с завистью, что с удовольствием поселился бы в таком доме. Все под рукой, и ходить никуда не надо.
В одном из кихтов рядом со святилищем была устроена конюшня для арритов. Там он и нашел местного иллара, который, похоже, только что вернулся с прогулки. По рассказам местных, тот регулярно объезжал окрестные кихты, чтобы узнать, не требуется ли где-нибудь его помощь.
Иллара он застал за весьма прозаической работой – чисткой аррита. На парне – а он был едва старше Ройга – были только домотканая жилетка с кистями понизу да брюки, и Тэйн, по привычке отыскивая на руке клеймо, поначалу решил, что ошибся. Спросив, как найти иллара, он получил ответ, что видит оного перед собой, и едва удержался от взволновавшего его вопроса – а где же традиционное для всех илларов клеймо? Руки парня были чисты, ни татуировок, ни вживленных под кожу камней… Вкратце объяснив, как он оказался в Ард Элларе, Тэйн попросил разрешения воспользоваться хэльдом Окно. Молодой иллар смутился и, проводив гостя в другой кихт, где он предложил ему присесть и перекусить, заговорил:
– К сожалению, некоторые хэльды у нас почему-то отказали… В том числе и этот. Вам придется добраться до другого святилища, там хэльд Окно пока что работает. Я могу дать вам аррита…
Тэйн кивнул.
– Это беда всего Наземного мира, а не только ваша. Видели бы вы, что творится в Майре, – ответил он.
– Слышал, – кивнул молодой иллар. – До меня дошли обрывки рассказа вашего спутника, – улыбнулся он. Потом заметил, что Ройг все еще пытается отыскать глазами клеймо и ответил. – У меня его нет. Я учился не на Острове.
– Не на Острове? – изумился Тэйн. – Где же тогда?
– Здесь, в Ард Элларе. В Очаге Солнца сохранились некоторые книги Кэлленара, и у нас существует своя собственная школа кэн-ли. Поэтому у нас нет клейм – ни один из наших илларов никогда не покидает пределов Ард Эллара.
Потрясенный Ройг молчал. Потом, глядя на коллегу слегка безумными от волнения глазами, пробормотал:
– Почему же никто на Телларе об этом не знает? Почему вы молчите? Это же… выход. Своя школа… Да будь у нас своя школа, искусство бы сейчас не умирало… и Остров был бы не нужен!
Парень покачал головой.
– Островные колдуны нас бы уничтожили. Зачем им конкуренция? Мы делаем все, чтобы скрыть нашу школу даже от остального мира. Вообще-то я обязан сообщить в Очаг Солнца, что вы узнали нашу тайну… Обычно они находят чужаков и делают сними то же самое, что делают островитяне со всеми, кто возвращается на Теллар – запирают воспоминания. Или убивают.
Тэйн вспомнил рассказы Кимра об Ард Элларе, и медленно кивнул. Замкнутое, консервативно-традиционное общество, жестко закрытое от остальных, весьма ревностно охраняющее свои границы и свои тайны. Неудивительно…
– Значит, вы говорите, хэльд Окно не действует, – вернулся он к тому, что привело его сюда. – Можно взглянуть?
Молодой иллар повел его в святилище, показал галерею хэльдов и сам остановился в дверях, ожидая, что Ройг, разочаровавшись, вернется и продолжит разговор. Тэйн подошел к хэльду Окно, нарисовал перед его лазурной поверхностью урд-знак и стал ждать реакции. Если хэльд отказал, поверхность так и останется неподвижно-голубой, если же нет…
Каменный овал хэльда мигнул, слабо засветился и отразил расплывчатую фигуру Ройга и иллара, стоящего у дверей.
Тэйн улыбнулся.
– Работает.
– Вчера еще молчал, – пробормотал иллар недоуменно. – Ничего не понимаю, – он стал оглядывать хэльды так, будто ожидал от них какого-нибудь подвоха. – Как отказал с самого начала сезона Ветров, так ведь и стоял… – он направился к другому хэльду, почти в самом конце галереи. – Хэльд Погода тоже молчал.
Они оба приблизились к матово-белому каменному цветку, в чашечке которого стояла вода. Иллар протянул к нему руки, Тэйн услышал и увидел длинную цепочку урда, полыхнувшую зеленым; сам бы он ограничился всего двумя урд-знаками, воспроизводимыми мысленно и одним инициирующим жестом. Он взглянул на воду еще до того, как парень закончил. Гладкая поверхность воды подернулась рябью, потом рябь прошла, появилось ясное чистое небо, яркое солнце, по поверхности снова заплескались волны, а края цветочной чаши стали на ощупь холодными, как лед. Холодно, солнечно, ветрено – вот что означали картинки в чаше. Иллар заглянул туда, погладил края цветка и, покачивая головой, отошел назад.
– Совсем ничего не понимаю, – буркнул он. – Этот не работал еще с Пробуждения. – Надо будет связаться со школой.
Он поспешно вышел, оставив Ройга наедине с хэльдом Окно. Тэйн представил Джерхейна и инициировал хэльд. Матовая голубая поверхность ожила быстрее, чем обычно, словно давно ожидала от него команды. Ройг увидел скромную деревянную кровать, на которой лежал его друг, укрытый одеялом до подбородка. Глаза его были закрыты, грудь медленно поднималась и опускалась. Он спал, даже похрапывал немного. Признаков болезни Ройг не заметил.
Он стал осторожно перемещать картину, скользя взглядом по скромному убранству комнаты. Чистенько и уютно. На стене обычный хэльд Тепло – работает. Одеяло – сверху грубое, шерстяное, снизу и по бокам – обшитое разноцветными лоскутами. Просто и со вкусом. Хотелось поговорить, расспросить Джера, что случилось, но, убедившись, что тот в безопасности, Тэйн решил его не беспокоить. Похоже, тот остановился где-то по пути домой, чтобы передохнуть. И, судя по деталям убранства, уже не в Карре.
Он погасил хэльд, подождал немного, представил Вельга и снова инициировал Окно. Вельга он увидел верхом на аррите, на дороге, ведущей через лес. Пейзаж был родной, риалларский, только южный. Видимо, Вельг уже подъезжал к Дарнейту.
Ройг добавил еще фразу урда, и там, прямо перед Вельгом, на дороге, должен был возникнуть небесно-голубой овал, а в нем– его собственное лицо. Вельг резко натянул поводья, с трудом справившись с арритом. Какое-то время он молча ждал, потом неуверенно спросил:
– Кто это?
– Я, – ответил Ройг недоуменно. Он что, ослеп?
– Я так и знал, что ты выкрутился, – на лице Вельга появилось нечто похожее на радость. – Мне не очень-то верилось, что тебя разоблачили и прикончили.
Тэйн молча разглядывал своего бывшего спутника. Почему он не с Джерхейном? Или после его исчезновения каждый из них решил идти своей дорогой? Об этом он и спросил в первую очередь.
– Джерхейн… – Вельг замялся. – Видишь ли… мне трудно об этом говорить, но он… он погиб.
Ройг хмыкнул.
– Я только что разглядывал его через хэльд. Живого и здорового. Не поговорил только потому, что он спал. Так что можешь не переживать. Или радоваться?
Вельг заметно растерялся.
– Я… мы нашли его аррита и вещи на западной дороге. Я искал его везде, где мог, пытался и через хэльд, но только один раз и меня самого чуть не схватили, – забормотал он, нервно оправдываясь. – Я решил, что он отправился домой, не дождавшись меня и тебя, и там, по пути, с ним что-то случилось. Одежда была в крови, и я решил… что уже не найду его.
Тэйн сухо кивнул. Видимо, Вельг не особо утруждался поисками, решил он. Растеряв обоих компаньонов, он решил, что благоразумнее вернуться домой. Что ж, мудрое решение. Или он лжет? Джеров аррит-то был в стойле тем вечером, когда они оба исчезли.
– А почему ты не пытался связаться со мной? Тоже решил, что уже не найдешь? – спросил он язвительно.
– ты знаешь, что тебя не видно в хэльде? – огрызнулся Вельг, неожиданно закипая. – Даже сейчас я разговариваю с тобой, глядя на темное пятно! Я много раз пытался связаться! Каждый раз овал Окна чернеет, я не вижу не то что бы тебя – вообще никого и ничего. Между прочим, там, на Острове, они тоже пытались, и неоднократно! И не только сейчас! Ты пропал из Окон давным давно! – Вельг уже почти кричал, – и после этого ты хочешь, чтобы я лез в петлю, пробираясь к единственному уцелевшему в Карре Окну?
– Да уж, гораздо проще объявить нас обоих мертвыми и спокойно свалить домой!
Возникла пауза, во время которой Вельг кусал губы, а Тэйн лихорадочно пытался сообразить, по каким причинам он перестал отражаться в поисковых хэльдах. Может, найденные им два камушка-артефакта создают помехи?
Вельг заговорил первым.
– Где ты находишься?
– В Ард Элларе. Буду искать следующий артефакт.
– Совсем недавно ты кричал, что это трюк, чтобы выманить тебя и Джерхейна из Эргалона, а теперь сам рвешься на поиски? – спросил Вельг со злостью.
– Я действительно изменил свое мнение о задании Агваллара. Так можешь Кимру и доложить. Исправился, мол, Ройг. Прощенья просит и обещает служить и дальше. А ты, скотина, катись домой и продолжай стучать. Свидимся – сочтемся.
И он резко погасил Окно. Слова Вельга требовалось проверить.
Он повернулся к хэльду Зеркало и быстро оживил его. Большое вогнутое зеркало вспыхнуло, как и всегда перед тем, как выдать результат, но потом мгновенно погасло. Он жестом активировал его снова, но результат повторился. Тэйн отыскал хэльд Истина, который выявлял скрываемое, вплоть до тайных желаний, но с ним произошло то же самое – начав работать как надо, хэльд погас. Ройг снова вернулся к Зеркалу, применяемому целителями для диагностики болезней, и попытался повторно – с тем же печальным результатом. Постояв в недоумении, он медленно вышел из святилища.
Хэльды по-прежнему слушались его, но он сам словно перестал для них существовать.
Спросить, что ли, здешнего иллара? Нет, не стоит, вряд ли тот знает ответ. А вот о следующем владельце артефакта, который, по словам Кимра, обитал в Ард Элларе, можно и поспрашивать, вдруг тот хоть что-нибудь да слышал?
Иллар ждал его на прежнем месте, в маленьком соседнем кихте, расставив кувшины и разложив нехитрую закуску. Они выпили по первому кубку, поели, потом молодой иллар попросил Ройга рассказать о положении в Карре и о Дьявольском Каньоне. Тэйн неохотно пустился в объяснения, уделив особое внимание аномалиям Каньона. После второго кубка он спросил молодого иллара, не слышал ли тот хотя бы случайно о человеке по имени Ригойн – так звали хозяина следующего камешка.
– Конечно, – ответил тот с улыбкой. – Ригойн – один из высших учителей Очага Солнца. Он преподавал нам историю миров. Насколько я знаю, он до сих пор живет и работает в Очаге.
Тэйн осторожно перевел дыхание. Так просто? Путь сам приведет его в земную школу Кэлленара, туда, куда теперь ему хотелось попасть больше всего на свете. И Свод. Книги Свода тут, на Телларе…
– Какие еще Книги Свода есть в Очаге Солнца? – спросилон, стараясь выглядеть рассеянным и небрежным.
– Арта Аш Ар, Книга Памяти. Арта Син Рен, Книга Круговорота, и Арта Сач Сал, Книга без названия.
– Как туда попасть? – спросил он, скрывая волнение. – Я должен отыскать человека по имени Ригойн и передать ему послание.
– Я могу связать тебя с ним через хэльд, – предложил иллар.
– Это очень… непростой вопрос, – возразил Тэйн. – Мне нужно лично. Ты можешь предупредить его обо мне, но я должен встретиться с ним сам.
– Хорошо, – кивнул иллар. – Я дам тебе карту.
Карта нашлась в маленькой библиотеке святилища. Подробная, очень старая, потертая на сгибах, но вполне приличная карта Ард Эллара. Иллар нарисовал Ройгу путь до Очага Солнца, дав некоторые пояснения, чтобы облегчить дорогу. Он предложил ему своего аррита, но Ройг отказался, заявив, что возьмет скакуна в том харране, где временно остановился. Под приятную беседу они доели и допили все, что было на столе, пустились в воспоминания, углубились в специфичные вопросы кэн-ли, а когда Тэйн вспомнил, что ему пора возвращаться, ночное солнце уже давно взошло, иллар не пустил его в обратный путь, и ему пришлось заночевать в святилище. Он хотел увидеть сон-воспоминание, такой, какие снились ему раньше, хотел вспомнить конец обучения, Книги, в особенности то место, где они находились, однако ничего у него не вышло – после долгих попыток вызвать образы из памяти он заснул без сновидений, будто провалился в темный и бездонный колодец.