Текст книги "Коронация пешки (СИ)"

Автор книги: Оксана Кас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 25 страниц)

Глава 13
Выбранный путь

После той памятной вечеринки Наён пристала к кузену, попросив подробнее рассказать ей о связи их семьи с семьей Нам. И про брак ради бизнеса, и про свадьбу, отмененную из-за измены, и про уход Нам Гаона из издательства, ставший причиной крупной ссоры дяди с мамой.

История казалась невероятной, но Наён сама нашла ее подтверждение. В Корее принято делать свадебные фото до свадьбы. Делают красивую фотосессию, рассылают эти фотографии вместе с приглашениями – здесь так принято. Перебирая старые семейные альбомы, Наён нашла конверт из крафтовой бумаги. Внутри – негативы и несколько фотографий. Мама в свадебном платье и какой-то мужчина в костюме рядом.

Не нужно быть гением, чтобы понять – это отец Хару. Красивый. Хару на него почти не похож. У этого мужчина строгие, немного грубоватые черты лица. Он высокий, с очень светлой кожей, взгляд такой… как будто немного с вызовом. Не с агрессией, а, скорее, чем-то вроде желания посоревноваться. Как мама могла отказаться от такого красивого парня и выйти за Манхи? С ним она никогда не могла каблуки надеть, потому что он выше ее всего на несколько сантиметров. И растолстел быстро. И ладно, если бы любил маму до одури, комплименты бы говорил и подарками заваливал. Нет, он только орал. Характер отвратный. Обаятельным его тоже сложно назвать…

По словам кузена, в то время расторжение помолвки из-за случайной интрижки жениха – это был нонсенс, особенно в договорных браках. Они же до свадьбы не спали вместе, сходили всего на пару свиданий. И тогда, и сейчас, что уж скрывать, все считали, что мужчине нужна физическая близость, он терпеть до свадьбы не может, поэтому и ищет развлечения на стороне. Вот если бы измена была в браке – это другое дело.

При условии, что вся мамина супружеская жизнь с Манхи – это сплошные измены, ее скандал из-за интрижки молодого жениха действительно казался лицемерием.

С другой стороны – не Наён жаловаться, что тот брак не состоялся. Учитывая всё, что Наён теперь знает о семье Нам… Вряд ли у мамы могла бы быть продолжительная интрижка с папой, если бы ее законным мужем был Нам. А учитывая, как папа относится к Хару и его дедушке… Наён бы вообще не родилась, потому что никакого романа бы не было.

Разумеется, Наён не могла не думать о том, что ей бы тоже могли устроить договорной брак. Вот если бы она была на месте мамы, а Хару – на месте своего отца, у них бы все было совсем иначе.

Бред, конечно, Наён сама прекрасно это понимает.

Еще ей казалось, что дедушка вообще не хочет, чтобы она встречалась с Хару. И здесь «встречалась» – это в значении видеться лично, про свидания и говорить не стоит. Хару бывал у них дома несколько раз, но её в это время в доме не было, дедуля специально все так подстраивал.

Может, это и к лучшему. Хару играет с дедушкой в шахматы, она с ними сидеть на может. Что ей делать? Ждать в коридорчике? Разливать чай, когда позовут? Скорее всего, дедушка просто бережет ее гордость, чтобы она не выглядела слишком влюбленной дурочкой, как в тот день, когда она прибежала на фотосессию.

На дедушку Наён не обижалась… ладно, уже не обижалась – сначала вполне себе обиделась, благо что ума хватило эту обиду держать при себе. Вот было бы стыдно, если бы она дедуле все высказала, а он бы ей потом… прочитал лекцию о достойном поведении молодой девушки.

Наён понимала, что происхождение Хару не останется в тайне. Не после того, как на вечеринке компании его представили куче людей.

И это стало проявляться уже после Чхусока. На Хару стали подписываться корейские бренды и медийные личности, которые слабо связаны с к-поп индустрией. Знаменитый корейский пианист. Певица, выступающая в традиционном корейском жанре. Художник. Парень, который создал популярное приложение и недавно стал миллионером. Фанаты понимали, что все эти люди не будут подписываться на Хару просто так, особенно – в период затишья у группы.

Наён было приятно осознавать, что именно она знает о причинах этого «подозрительного оживления» брендов. Но даже она не могла представить, к чему все это приведет.

Началось-то все ожидаемо. Вышла статья, где рассказывалось, что Хару из старой знатной семьи. Вскользь упоминалось, что его дедушка был бизнесменом. Фанаты, разумеется, тут же начали это обсуждать. Потом вышло несколько статей о том, что Нам Гаон владел издательством Sanho, а айдол Хару – его внук. Но дальше… Наён показалось, что мир немного сошел с ума.

Это не было безумием в чистом виде, просто… Вечером опубликовали более полную статью про судьбу клана Нам в начале двадцатого века. И почему-то эта статья вызвала больше интереса у публики, чем первая, про самого Хару. Уже к полуночи клан Нам был в топе всех обсуждений. С утра вышла еще одна статья на историческую тему, она тоже взлетела в рейтингах. Хару временно отошел на второй план, публика радостно обсуждала историю клана Нам.

Фанаты, конечно, были немного в растерянности. Еще никто не сталкивался с тем, чтобы в сети обсуждали далеких предков их кумиров. Но ничего, быстренько собрались, начали писать комментарии, напоминать о Хару под каждой статьей про его клан. Когда вышли вырезки из дневников Нам Ёнджуна, роуз временно сошли с ума. Шутки и мемы про кошатников Нам заполнили соцсети. Кто-то даже придумал клану девиз: «Благородство. Бледность. Котики.». То, что все Нам обладали достаточно светлой кожей, было понятно по некоторым фотографиям.

В субботу все парни Black Thorn начали писать сообщения в своих новых аккаунтах в DaySay. Наён подписалась на всех. В момент, когда их профили стали активны, приложение ненадолго «легло» – прилив посетителей был слишком высоким. Потом, правда, проблем с входом не было. В сети сплетничали, что такая реакция наверняка из-за Хару – многим интересно, что он будет писать у себя.

Первым делом Хару поздоровался, потом предупредил о начале стрима. После стрима выложил фото котенка.

Котенок был чертовски милым – пушистый, с большими глазами и умильным выражением мордочки. Но Наён удивилась, что взяли котенка русской лесной кошки. Вот у крестной живет русская голубая, которая кажется… наверное, кот такой породы был бы больше похож на Хару внешне, чем тот милый пушистик, который теперь живет у него. Интересно, а Хару примет от нее в подарок третьего кота? Нет, о таком подарке точно нужно спрашивать заранее, котенка на полку не поставишь…

Хару опубликовал и второе фото: на верхней лежанке кошачьего комплекса спит пятнистый Куки, чуть пониже – пушистый Джелли. Очень милое и домашнее фото получилось. Хотя фанаты больше обсуждали задний план. Из огромного панорамного окна, у которого стояла лежанка, открывался вид на внутренний дворик в традиционном стиле. Молоденький клен с оранжевыми листьями, кусты гибискуса, что-то, застеленное черным полиэтиленом. Было видно, что и деревья, и кусты пересадили недавно. За деревом тоже панорамные окна, но они так бликуют на фото, что кажутся непроницаемыми. Виден кусочек неба, но никакие посторонние крыши над крышами дома Хару не торчат.

Но важнее всего было то, что фанаты поняли по этому фото – Хару с семьей переехал в какой-то традиционный дом. Через несколько часов вычислили и примерно в какой – Хару ведь сам упомянул, что его прадедушка был дружен с архитектором Им, а у того на Википедии есть отдельная ссылка о построенных им домах в традиционном стиле. Возникли вопросы – чей это дом по бумагам. В Корее невозможно оставить в тайне факт покупки недвижимости. Данные эти доступны любому гражданину, просто не всегда это вовремя обнаруживают. Когда семья Хару съехала из старого дома, фанаты поставили ботов на отслеживание сделок по приобретению имущества: если бы имя Нам Хару возникло в графе покупателя или продавца – это бы не осталось незамеченным. Но он ничего не покупал и не продавал.

Адреса дома ни у кого не было, в районе Хару у домов высокие заборы и сложно понять, где традиционный дом, а где современный. Да и традиционных домов там навалом. Найти по карте тоже нельзя – частную собственность отображают схематически. Если сасэны проследят за Хару, то смогут по точному адресу узнать имя владельца, но до этого момента никто не узнает, что семья Нам живет в доме, который принадлежит Им Минхёку.

Обсуждали ли в сети, что семьи Им и Нам достаточно тесно связаны? Без сомнения. Говорили ли, что Хару соврал, что Им Минсо взяла его в группу, не зная, из какой он семьи? Еще как говорили. Но все это тонуло в куче другой информации, которая однозначно никак не унижала Хару.

Наён в эти дни казалось, что она тонет в огромной куче разрозненной информации, которая лишь косвенно касалась Хару. Ей вроде и было любопытно, но ко вторнику возникло чувство пресыщения: не хотелось ничего читать, разбираться… переживать. Уже и так понятно, что фанаты не позволили хейтерам выдавать догадки за действительность, а широкую общественность вообще не особо интересовало, по блату Хару стал айдолом, или сам. Многие вообще писали, что у Хару такая внешность, что это скорее он сделал одолжение своему продюсеру, чем она ему.

Интернет сошел с ума. До субботы все обсуждали преимущественно историю, но с субботы по вторник в ленте Наён творилась полная неразбериха. Исторические факты про клан Нам, истории про прадедушку Хару, красивые видео с Хару, споры – тянула ли Минсо его наверх, или он сам всего добился, потом опять фоточки красивого Хару. Про Нам Гаона, к слову, почти не говорили, потому что людей, которым помог Нам Хансу, оказалось очень много, большая часть сплетен была сосредоточена на нем. Нам Гаона, кстати, считали скорее неудачником, который не смог удержать семейное состояние. Но фанаты Хару тоже не позволяли оскорблять человека, которого Хару так любит.

В среду утром Наён твердо решила, что у нее цифровой детокс. Она не будет заходить в социальные сети, не будет читать новости и писать комментарии. Первым желанием было даже установить себе запрет на приложения социальных сетей, но она передумала. Вдруг появится что-то действительно срочное и интересное?

К обеду она поняла, что тратила на социальные сети нереально много времени. Она успела съездить на частный урок танцев, прочитать несколько глав книги, разобрала свой гардероб, пообедала с дедулей, а потом… пошла за ним в кабинет. В комнате она уже все сделала, сто раз пожалев, что так рано встала. Если она сейчас туда вернется – снова провалится в бесцельный скроллинг социальных сетей.

– Неужели надоело лентяйничать? – иронично спросил дедушка, когда Наён уселась на диван в его кабинете.

– Я слишком много времени провожу с телефоном в руках, – ответила Наён, – А занятия танцами и твоими курсами для 'корейской благородной девицы" у меня стоят по одному в день.

– Возможно, стоит заняться чем-то еще? – в тоне дедушке по-прежнему сквозила ирония.

Наён сбросила тапочки на пол и подтянула колени к груди.

– Я не знаю, чем мне заниматься. Возвращаться в США не хочу. Раньше там хотя бы крестная была, а сейчас? Совсем одна.

– Там учится твой кузен, – напомнил дедушка.

– Прости, дедуль, но я не настолько умна, чтобы поступить в Гарвард на бакалавриат, – ворчливо заметила Наён.

Дедушка хмыкнул, соглашаясь.

– А что насчет корейских университетов? – спросил он. – Ты подумала?

– К вашему… нашему Сунын я не готова, там нужно было начинать зубрить еще полгода назад. И в корейской истории я полный профан – из газет за последнее время узнала больше, чем за всю свою прошлую жизнь. Экзамен я не сдам, это точно.

Дедушка покивал головой:

– Да, да. Радует, что ты трезво оцениваешь свои силы. Но я могу устроить тебя в частный университет по целевому гранту. Это законно, не переживай. Насколько помню, результаты американских экзаменов у тебя достаточно хорошие?

– В Гарвард и МТИ не поступила бы, конечно… но в Колумбийский меня могли взять, – сказала Наён с некоторой гордостью.

Когда она сдала экзамены экстерном, американские преподаватели хвалили ее, показывали – куда она проходит по баллам, если не претендовать на стипендию, разумеется. Колумбийский – дорогой университет, стипендий там немного, учиться могут далеко не все. Поэтому и проходной балл чуть ниже, чем в университетах, где талантливые, но бедные, могут рассчитывать на снижение платы за обучение.

– Так что насчет корейского университета? – напомнил о себе дедушка.

– Можно попробовать, – осторожно ответила Наён. – А журналисты потом не будут писать, что я поступила, не сдавая экзаменов?

– У тебя действующие американские результаты, – ответил дедушка, – Это ничего не нарушает… наши юристы проверили.

Он открыл один из ящиков своего стола и достал пухлую стопку цветных буклетов, протянув Наён. Она посмотрела. Частные университеты Кореи.

– Наверху те, где рейтинг выше, чем ближе к концу – тем менее престижный университет. Было бы неплохо, если бы ты выбрала из верхних пяти, – сказал дедушка.

– Тогда почему только их не оставили? – весело спросила Наён, уже открывая верхний буклет.

– Мы ведь не знаем, кем ты хочешь быть, – ответил дедушка. – Сверху буклеты университетов с современными профессиями – программирование, экономика, реклама, дизайн. Но, если идти в науку, медицину, или… не знаю – вдруг ты хочешь детей в школе учить? В общем, за такими специальностями идут в государственные вузы, частные этому учат реже, они в рейтинге ниже. Если ты действительно решишь стать учителем младших классов – черт с ним, с престижем, выбирай любой. Но если специальность есть в перечне более рейтинговых университетов… думаю, ты и сама понимаешь.

Наён кивнула. Когда она была маленькой, то говорила, что хочет быть учителем. Причин было две. Первая – у нее была очень классная учительница в младшей школе, Наён ее просто обожала. Вторая – ей нравилось объяснять что-то другим детям (даже если им и не всегда хотелось это слушать). Удивительно, но уже к десяти годам эта страсть всех всему учить у нее прошла сама собой. Сейчас она сильно сомневалась, что из нее получится учитель. Медик… точно нет. А чтобы заниматься наукой, нужно любить науку, Наён же до сих пор с содроганием вспоминает лабораторные занятия в школе.

– Я подумаю, – ответила Наён. – Когда мы проходили тесты по профориентации, мне советовали менеджмент, бизнес и коммуникации. Думаю, я выберу какой-нибудь менеджмент…

– Если так – советую остановиться на PR, – заметил дедушка, – Это профессия не была бы лишней в компании. Кто-то ведь должен готовить пресс-релизы и проверять интервью твоих кузенов, не так ли?

Наён задумчиво наклонила голову. Интересно. Работать со СМИ, следить за обликом компании в обществе… Почему бы и нет? Ведь ей действительно пока всё равно, кем она будет работать.

* * *

Сообщения в сообществе группы Black Thorn:

Так как многие роуз запутались, мы решили выпустить информационный пост, который касается только Хару. Пожалуйста, прочтите внимательно, не распространяйте дезинформацию и исправляйте тех, кто публикует ее в комментариях в сети.

Частично подтвержденная информация (слова инсайдеров, фото или видеоподтверждения нет): 24 сентября Хару и продюсер Им Минсо посетили частную вечеринку SB Group. Точная цель визита неизвестна. Версии две. Первая – Хару пригласили, потому что семья Со знакома с семьей Нам. Вторая – Хару и продюсер Им искали инвесторов. Как известно, у Black Thorn были заметные проблемы после скандала с бывшим мембером, поэтому и возникло такое предположение. Это – разумные варианты, мы предпочитаем придерживаться этих двух версий.

На вечеринке гости узнали в Хару наследника семьи, которая была достаточно известна еще в девяностые. Отсюда все неожиданные подписки на Хару, рекомендации совершенно незнакомых людей и музыка группы в фойе Национального Музея.

25 октября, через месяц после вечеринки, вышла статья, где говорилось о семье Хару, там же была краткая история его клана. Статья вышла в издании, которое не принадлежит телеканалу NBS и не имеет явной связи с той же семьей Со. Статья про Хару не была спланированной акцией NBS, New Wave ее не заказывали и никому за нее не платили. Все началось еще за месяц до выхода статьи, просто мы не смогли сразу понять причины тех событий.

Видел ли Хару ее заранее, учитывая его пост с чехлом телефона в технике наджон чильги? Возможно. Или нет. Он сам сказал, что заказал чехол одновременно с телефоном, а телефон купил практически сразу после выхода – его релиз был на неделе перед Чхусоком. Индивидуальный заказ чехла в традиционной технике выполняли почти месяц, чехол пришел 24 октября, в тот же день Хару его показал фанатам. Вероятность того, что ему просто не терпелось поделиться покупкой, тоже достаточно велика, не нужно обвинять его в коварном расчете, не имея для этого никаких доказательств.

Теперь вернемся к истории семьи Хару. Про его клан все пишут правдиво, там нести полную чушь рискуют только явные хейтеры Хару и просто идиоты. Клан старый, подлинность его истории подтвердили на самом высоком уровне. Поэтому мы сразу переходим к тому, что известно о мужчинах Нам во временном отрезке «после пятидесятых годов».

Не нужно писать, что прадедушка Хару, Нам Хансу – герой войны. Он был ребенком (подростком, но ближе к возрасту ребенка) во время Второй мировой войны, героем был прапрадедушка Хару, он погиб. Медали у Нам Хансу есть, но все они получены «за вклад в оборону государства», то есть, уже за научную деятельность.

О Нам Хансу известно немного. Его докторскую диссертацию невозможно найти в архивах: скорее всего, она засекречена. Он очень быстро продвигался по службе. После стажировки в США не покидал пределы страны. Есть предположения, чем именно он занимался, но это не так уж важно. Работал он над ядерной программой, или нет, неважно. Он все равно был военным ученым, который многое сделал для страны.

Известно, что Нам Хансу помог очень многим людям. В комментарии мы вынесли ссылки на посты в социальных сетях, где люди рассказывают, чем именно он помогал их родителям или бабушкам-дедушкам.

Связь с архитектором Им неоспорима. В нескольких интервью архитектор Им упоминает Нам Хансу как человека, который заменил ему отца, практически воспитал его после достижения семнадцати лет. Да, архитектор Им много и часто говорил о Нам Хансу. Как и некоторые другие.

Но мы хотим отметить, что абсолютно во всех рассказах речь идет не о деньгах, они там фигурируют лишь косвенно. Нам Хансу давал крышу над головой, еду, возможность учиться, сам часто занимался с этими людьми, помогал им получить первую работу. Денег у ученого, пусть даже и у заведующего военной лабораторией, было не так уж много. Не бедствовали, но и не шиковали.

Бизнес дедушки Хару был успешен, не нужно распространять дезинформацию, очерняя этого человека раньше времени. Пока неизвестно, по какой причине он покинул издательство Sanho. После его ухода само издательство (не считая отделения, которое издает модные журналы) начало терять доходы. В начале нулевых закрылись практически все корейские журналы и газеты, до сих пор издается только одна новостная газета, известна она тем, что бесплатно распространяется среди сотрудников SB Group. В общем, уход Нам Гаона отразился на показателях издательства не лучшим образом. И не нужно говорить, что тогда вся периодика терпела убытки, это неправда. Массово закрываться газеты начали уже ближе к концу нулевых, а не в конце девяностых. Второе издательство Нам Гаона первоначально было успешным, причина закрытия неизвестна, потому что рейтинги тех лет были неплохими. Вероятно, причина в каких-то интригах, которые нам пока неизвестны. И это касается не только ухода из Sanho, но и краха второго бизнеса.

Про отца Хару по-прежнему ничего не известно! Не нужно строить безумные предположения, этим вы только делаете хуже. Неважно, по какой причине Хару о нем не говорит: это его выбор, мы должны его уважать.

Хотим обратить ваше внимание на некоторые нюансы. Им Минсо не брала Хару в свою группу «по блату». Хару прошел жесткий отбор шоу на выживание, он от «просто красивого мальчика» дошел до «талантливого айдола» в рамках одного шоу, свое место он полностью заслужил. Мы все были свидетелями того, как он становился изумительным артистом. Его назначение лидером группы тоже не должно вызывать вопросов у преданных фанатов. В то время был, конечно, другой кандидат на эту роль, но мы все знаем, где он теперь… Руководство поступило очень мудро, выбрав Хару. Парни в группе говорили, что Хару и так всегда был лидером, потому что с момента заселения в общежитие они все искали поддержки именно у него. Шэнь считает, что Хару назначили лидером, глядя на их поведение. Поверим и мы Шэню.

Фотосессии Им Минхёка. Их у Хару было уже две, обе произвели фурор. Вероятно, Им Минхёк действительно выбрал Хару из-за связи с его семьей, но быть в любимчиках у фотографа – не преступление. Фотосессии прекрасные, Хару отработал их на высшем уровне – это самое главное.

Ну и в финале. Происхождение Хару открывает ему многие дороги, которые обычно недоступны айдолам-новичкам. У него хорошая репутация, наша задача – не позволить хейтерам ее очернить.

/

* Спасибо за пост. Многое стало понятно.

/

* Предположений о том, чем занимался Нам Хансу, достаточно много. Участие в ядерной программе, которое ему внезапно приписали (скорее даже – в чем его обвинили) доказать невозможно. Но его работы могли быть засекречены и по другим причинам. Он мог участвовать в создании противоракетной обороны страны. Мог быть создателем любого типа корейского оружия. Мог разрабатывать систему безопасности чего-то. У нас нет ровным счетом ничего, что бы касалось сферы его деятельности, ядерные испытания в стране не проводились, собственных ракет нет. Людям стоит успокоиться и перестать обвинять замечательного человека в том, чего он не совершал. Ведь, даже если работал над ядерным оружием, он никого не взорвал и никакой геноцид не устраивал.

** Спасибо, что сказали это вслух. А то придрались к секретной деятельности ученого, будто он лично кого-то убивал.

/

* Я помню фотосессию Хару для китайского Vogue с Им Минхёком. Это чистое искусство. Обложка Хару, скорее всего, войдет в топ лучших обложек этого года. И я не думаю, что существует актер, айдол или модель, который бы подошел для той концепции лучше.

** Полностью с вами согласна! Им Минхёк снял нечто невероятное, без Хару такая картинка бы не получилась.

*** Китайский Vogue – эта та фотосессия в стиле «современного вампира»? Там еще был жутковатый клатч в виде сердца…

**** Именно она.

***** Эта лучшая мужская фотосессия этого года! Не знала, что ее снимал Им Минхёк.

/

* Мне бабушка сказала, что Семьи Нам и Со, которые владеют SB Group, должны были породниться в конце девяностых. Говорят, что Со Юнби должна была выйти замуж за сына Нам Гаона… получается – за отца Хару.

** Что⁈ Звучит невероятно. А доказательства есть?

*** У меня – нет. Но, думаю, не будет проблемой найти газеты того времени со светской хроникой. По словам бабушки, это примерно 1996–1999 годы, должна была быть новость о помолвке.

**** Если это правда, то ситуация складывается весьма интригующе. SB Group в девяностых вложились в Sanho, это было еще до ухода Нам Гаона. Как журналисты пропустили, что его уход произошел из-за разрыва помолвки?

***** Они могут знать, но не говорить. Или просто не проверяли еще светские новости того времени – информация об уходе Нам Гаона есть в официальных архивных документах, он ведь продал свою долю. Такие вещи проще найти через поиск, все давно оцифровано. А вот со светскими новостями Кореи сложнее. У газет уже были свои сайты, но там публиковали не всё, новости о помолвке и ее расторжении могут быть только в печатных изданиях. Наверное, сейчас эти статьи ищут.