Текст книги "Свадьба века: Фальшивая жена драконьего генерала (СИ)"

Автор книги: Ника Калиновская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 20 страниц)

Глава 49. В логове противника

Дорога к зданию оказалась для меня отдельным испытанием, потому что этот мир буквально кричал о своей чуждости, и каждый шаг лишь усиливал ощущение, будто я оказался в ловушке, из которой не видно выходов. По широкой, идеально гладкой дороге проносились машины – металлические чудовища, ревущие, мигающие, скользящие с пугающей скоростью, – и я всякий раз невольно напрягался, когда очередная из них оказывалась слишком близко, словно готовая в любой момент свернуть и снести нас с пути. Аннет шла спокойно, не обращая на них внимания, и это спокойствие раздражало куда сильнее, чем сами механизмы.

Особенно меня поразили светофоры – странные столбы с мерцающими огнями, которые вдруг заставляли поток машин замирать, а затем столь же внезапно вновь приходить в движение. Я несколько раз ловил себя на том, что инстинктивно ищу в этих огнях магический узор или след артефакта, но, разумеется, не находил ничего, кроме холодной логики этого мира, построенного без магии, без потоков силы и без привычных ориентиров.

Будь рядом Аня, я бы, наверное, засыпал её вопросами, пытался понять устройство этого мира, слушал её объяснения, цепляясь за голос как за якорь, помогающий не потеряться окончательно. Но рядом была Аннет, и с ней я чувствовал себя не любопытным гостем, а загнанным в угол зверем, который идёт вперёд лишь потому, что отступать уже некуда. Каждый её жест, каждый взгляд я отмечал краем сознания, готовый в любой момент к ловушке, удару или очередной проверке.

И всё это время мои мысли упрямо возвращались к моей супруге. Где она сейчас? В безопасности ли, или её уже используют так же, как пытаются использовать меня? Мысль о предательстве жгла изнутри не хуже яда, а сам заговор казался слишком сложным и многоходовым, чтобы быть просто прихотью одного безумца. Здесь было чересчур много нитей, переплетённых между собой, а ещё много людей и сил, втянутых в эту игру.

Зачем всё это? Да, Александр Павлов получил почти неограниченную власть, доступ к магии, артефактам и возможностям, о которых в этом мире могли только мечтать, но что получила Аннет? Что могло понадобиться племяннице короля настолько сильно, что она решилась на предательство, рискнула всем и пошла против собственного рода? Этот вопрос не давал мне покоя, и чем ближе мы подходили к огромному зданию, возвышающемуся над улицей, тем яснее я понимал: ответ на него может оказаться куда опаснее, чем я готов был предположить.

Мы вошли внутрь, и здание тут же сомкнулось вокруг меня холодным и чуждым пространством, наполненным ровным гулом, эхом шагов и странной, почти стерильной атмосферой, в которой не было ни малейшего намёка на магию. Я замедлил шаг, позволяя Аннет идти на полшага впереди, а сам осматривался внимательно и без спешки, отмечая детали, которые обычный человек счёл бы фоном, но для меня складывались в единую картину.

Я давно чувствовал, что за нами следят, пусть и без помощи драконьего нюха или магических потоков. Взгляды скользили слишком вовремя, люди оказывались рядом слишком удобно, а пространство словно подталкивало нас именно туда, куда нужно было кому-то третьему. Это была не импровизация и не спонтанное похищение – передо мной разворачивалась тщательно продуманная и выверенная операция, где каждая мелочь имела значение. И всё же я пока не видел всей цепочки целиком: цель угадывалась достаточно ясно – им нужен был король, живой или устранённый, чтобы закрыть вопрос разоблачения, – но путь к этой цели оставался туманным. Меня явно собирались использовать, вот только как именно и в какой момент – это было тем самым недостающим звеном.

Пока я раздумывал, мы прошли глубже и остановились у стойки, за которой сидела симпатичная девушка с идеально выверенной улыбкой, слишком профессиональной, чтобы быть искренней. Она подняла на нас взгляд, словно уже знала, кто мы и зачем пришли, а рядом с ней переминался с ноги на ногу массивный охранник, чьё присутствие выглядело скорее декоративным, чем по-настоящему защитным. Я отметил это сразу: ни выправки, ни внутреннего напряжения, ни той собранности, что выдаёт человека, способного к реальному бою. Ширма, не более.

Настоящая опасность ощущалась иначе и совсем с другой стороны. Слева, у стеклянной стены, стояла влюблённая парочка – слишком близко друг к другу, слишком расслабленно и одновременно слишком внимательно следящая за происходящим. Они не смотрели прямо, но их присутствие цепляло внимание, словно скрытая пружина, готовая распрямиться в нужный момент. Я скользнул по ним взглядом, запоминая движения, дыхание, расстояние между нами, и внутренне усмехнулся.

Хорошо. Значит, игра началась всерьёз, и роли уже распределены. Осталось только понять, в какой момент они решат сделать следующий ход – и успею ли я к этому времени повернуть их тщательно выстроенный план против них самих.

Аннет уверенно приблизилась к стойке, словно бывала здесь не раз, и протянула сидящей за ней девушке плотную картонку с какими-то знаками и полосами. Та приняла её без лишних вопросов, опустила взгляд, внимательно всматриваясь, задержавшись на секунду дольше необходимого, после чего едва заметно кивнула, будто подтверждая собственные мысли. Карточка вернулась к Аннет, а взамен ей протянули другую – такую же на вид непримечательную, но явно обладавшую куда большим значением.

– Вот ваш пропуск, – произнесла незнакомка ровным, отточенным тоном, и в этой фразе не было ни тени сомнения, будто наш визит был заранее ожидаем.

Мы двинулись дальше, и я невольно замедлил шаг, разглядывая странные металлические ограждения, выстроенные линией поперёк пространства. Они выглядели почти смешно: невысокие, легко преодолимые, такие, через которые при желании можно было просто перешагнуть или перепрыгнуть. И всё же никто вокруг даже не помышлял о подобном – люди спокойно выстраивались в нужном порядке, подчиняясь негласному правилу, которое здесь, похоже, было сильнее любой охраны.

Аннет остановилась у одного из проходов и приложила выданный ей кусок картона к светящемуся окошку. В ответ раздался короткий сухой писк, и металлические створки беззвучно разошлись, освобождая нам путь. Мы прошли внутрь, и за спиной ограждения так же спокойно сомкнулись, словно подтверждая, что решение принято и оспариванию не подлежит.

Чуть дальше нас ждали гладкие металлические двери без ручек – холодные, цельные, совершенно чуждые моему пониманию. Я остановился перед ними, инстинктивно ища взглядом хоть какой-нибудь привычный элемент, но Аннет уже обернулась ко мне, заметив моё замешательство.

– Это лифт, – пояснила она спокойно. – На нём мы поднимемся на этаж моего дяди. Он на двадцать третьем, пешком было бы долго и сложно.

Я лишь пожал плечами, принимая её слова без возражений, и мысленно отступил на шаг, отдавая инициативу девушке. В этом мире она ориентировалась куда лучше меня, и сейчас мне оставалось лишь идти следом, внимательно наблюдая и запоминая каждую деталь.

Глава 50. Смена плана

Мы вошли внутрь, и Аннет без колебаний шагнула к панели, утыканной светящимися знаками, после чего уверенно нажала на цифру 23. Двери сомкнулись почти сразу, мягко, но неотвратимо, отрезая нас от остального мира и запечатывая в узкой металлической коробке, где воздух казался плотнее, а пространство – слишком тесным даже для двоих.

Меня накрыло неприятное ощущение замкнутости, будто стены подступили ближе, чем позволяла логика, и этот дискомфорт я почувствовал сразу всей кожей. Девушка же оставалась спокойной и почти расслабленной, словно подобные места были для неё привычными, и именно это спокойствие насторожило сильнее всего. Она стояла ровно, не сутулясь, но её взгляд то и дело скользил вверх, к чёрному кругу под самым потолком.

Я проследил за этим движением и тут же уловил странность: тёмный диск едва заметно мигал, меняя ритм, и в тот же миг меня накрыло тяжёлым, липким ощущением чужого внимания. За нами следили.  Похоже, это был местный артефакт наблюдения, не иначе, и от осознания этого внутри всё неприятно сжалось.

Именно тогда в моей голове начал складываться план – резкий, рискованный и до безумия опасный. Я понимал, что демонстрируемая покорность может обернуться ловушкой, из которой я уже не выберусь, но и идти напролом, не зная правил этого мира, было равносильно самоубийству. И всё же что-то подсказывало: если я позволю событиям развиваться дальше так, как этого хочет Аннет, я совершу ошибку, за которую расплачиваться придётся не только мне.

Мой взгляд скользнул к панели, где светящиеся цифры сменяли друг друга с пугающей неотвратимостью.

10. 11. 12.

Слишком быстро. Слишком уверенно.

13. 14.

Мы приближались к цели, и каждое новое число било по нервам сильнее предыдущего.

15. 16.

Чёрт.

Я краем уха уловил тихое дыхание за стеной. Оно было глубже и тяжелее, словно где-то внутри меня начинал ворочаться мой дракон, медленно просыпаясь, раздражённый и недовольный тем, что меня ведут туда, где ему явно не рады. И в этом едва ощутимом присутствии я вдруг нашёл подтверждение своим опасениям: назад пути почти не осталось, а значит, выбор придётся принимать прямо сейчас.

Решение пришло резко и без сомнений, будто его подсказал не разум, а инстинкт, и я действовал быстрее, чем успевал осмысливать собственные движения. В один прыжок я взмыл вверх и сорвал с потолка чёрный артефакт, пальцы сомкнулись на холодном металле, и в то же мгновение мигание в его глубине погасло, а липкое, давящее ощущение слежки исчезло так внезапно, словно его и не было вовсе.

Я двигался быстрее любого простого смертного. Аннет рядом со мной только начала поднимать взгляд вверх, ещё не понимая, что происходит, тогда как моя рука уже легла на панель, и я резко нажал на цифру 20, успев подумать лишь о том, что на двадцать третьем этаже нас, скорее всего, уже ждут. Возможно, и этажом выше. И этажом ниже. Но там у меня будет несколько секунд форы, а иногда именно они решают всё.

Лифт наконец остановился, и двери, как назло, раскрывались слишком медленно, растягивая драгоценное мгновение. Я не стал ждать. Схватившись за створки, рванул их в стороны, металл жалобно заскрежетал и едва не согнулся под силой, с которой я их раздвинул. Племянница короля наконец начала осознавать происходящее, её глаза расширились, губы приоткрылись, но мысли ещё не успели оформиться в слова – с момента моего прыжка прошла всего секунда.

Я не дал ей ни шанса опомниться. Подхватил девушку, легко закинув себе на плечо, и рванул прочь, в сторону лестницы, перескакивая ступени через одну и две сразу. Мы пронеслись вниз, и лишь на семнадцатом этаже я резко свернул, юркнув в проём и аккуратно придерживая дверь, чтобы она не хлопнула и не выдала нас эхом.

Три секунды. Ровно столько у нас было.

– Что ты делаешь? – наконец пришла в себя моя спутница, когда я уже был в конце коридора, выскочив на лестничную площадку и, не сбавляя хода, рванул… вверх. Да. Именно таков и был мой план.

– Советую помолчать, – хмуро бросил я, позволяя драконьей силе воли скользнуть в голос, тяжёлой, вязкой волной, от которой воздух будто уплотнился.

Я не верил, что девушка послушается, ей нельзя доверять. Это я уже понял окончательно, и это понимание было холодным, ясным и неприятно спокойным.

Аннет дёрнулась, собираясь возразить, но слова так и не сорвались с её губ. Осознание пришло к моей спутнице не сразу: сначала – растерянность во взгляде, затем тревога, и только потом понимание, что голос больше не принадлежит ей полностью. Пока она пыталась разобраться в происходящем, я уже перескакивал через ступени, поднимаясь выше, туда, где на табличках всё чаще мелькала заветная цифра.

Двадцать первый. Двадцать второй.

С каждым шагом я ощущал, как дракон звнутри меня окончательно просыпается, расправляя невидимые крылья, наполняя мышцы силой, а мысли – жёсткой и почти хищной ясностью. Если заговорщики ждали меня на двадцать третьем, то я сам приду к ним. Не как пешка, не как приманка, а как тот, кто ломает расстановку фигур одним движением.

И теперь вопрос был не в том, что они задумали, а в том, успеют ли они понять, что их игра уже пошла не по правилам.

Глава 51. План с двумя составляющими

Голоса я услышал ещё до того, как мы преодолели последний пролёт – глухие, самоуверенные и лениво перекатывающиеся по пространству, будто люди, которым давно объяснили, что опасности здесь не бывает. Я замедлился на мгновение, поставил Аннет на ноги, удерживая её за плечо ровно столько, сколько было нужно, чтобы она не пошатнулась, и жестом велел замереть, после чего осторожно и почти бесшумно выглянул из-за угла.

В коридоре у самой двери, ведущей в нужное крыло, топталась троица. Мощные, широкоплечие, в одинаковой форме и с характерной расслабленной осанкой тех, кто привык пугать видом, а не действием. Да, мышцы у них были наращены старательно, и каждый из них мог без труда свернуть шею обычному человеку, но в движениях читалась тяжеловесность, инерция, отсутствие настоящей скорости, и это сразу расставило всё по местам. В этом у меня было явное преимущество, и я собирался воспользоваться им без колебаний.

Медленно выдохнул, позволяя напряжению уйти из плеч, и в этот же момент внутри что-то окончательно щёлкнуло, словно задвижка, удерживавшая зверя. Дракон не вырывался наружу, не требовал формы и крыльев, но его сила уже текла по венам горячей, плотной волной, делая тело легче, движения – точнее, а мир вокруг – чуть замедленным, словно реальность любезно уступила мне темп. Я всё ещё оставался человеком, но это было лишь внешнее обстоятельство.

Следующего вдоха не понадобилось.

Я выскочил из укрытия и за доли секунды преодолел расстояние до двери, у которой дежурили охранники, настолько быстро, что их разговор ещё продолжался, а тела уже не успевали за происходящим. Первый даже не успел развернуться полностью, когда я ударил – коротко, выверено, вкладывая силу не в размах, а в точку, и массивное тело обмякло, словно из него внезапно вынули опору, оседая на пол без единого звука.

В этот момент коридор ещё не понял, что всё уже началось.

Второй среагировал быстрее, по крайней мере ему так показалось. Он рванул ко мне, уже поднимая руку, собираясь перехватить или ударить, но инерция собственного тела сыграла против него: я сместился вбок, позволив его движению пройти мимо, и добавил совсем немного – поворот корпуса, резкий толчок в уязвимую точку, и массивная фигура с глухим стуком врезалась в стену, после чего медленно сползла вниз, теряя ориентацию и сознание одновременно. Третий попытался отступить, осознав, что происходит нечто выходящее за рамки привычного сценария, но именно эта пауза и стала для него роковой: я оказался рядом прежде, чем мысль успела оформиться в действие, и короткий, выверенный удар оборвал стычку окончательно.

Коридор снова замер, будто ничего и не случилось.

Я быстро осмотрелся, скользя взглядом по дверям, углам, потолку, выискивая движение, отражение, тень, любое подтверждение того, что это лишь первый слой ловушки, но вокруг было пусто. Слишком пусто. Ощущение неправильности происходящего давило и неприятно зудело где-то под кожей, словно мир на мгновение сбился с ритма, однако я отмахнулся от этого чувства, заставив себя сосредоточиться. Времени на сомнения не было, и я это прекрасно понимал.

Где-то глубоко внутри тянуло, жгло, отзывалось глухой тревогой – я чувствовал, что моя супруга в опасности. И дело сейчас было даже не в том, что всё могло полететь в тартарары, что заговорщики как никогда близки к воплощению своего плана, что ставки зашкаливают и каждая ошибка могла стать последней. Я просто не мог остановиться. Не имел на это права. Я справлюсь – мысль была ясной и твёрдой, почти холодной, – главное сейчас найти Аню и больше никогда её не отпускать. А Аннет, псевдокороль и все прочие, кто решил поиграть в переворот и судьбы, никуда не денутся. С ними я разберусь позже, тщательно и без спешки.

Я обернулся и коротким жестом подозвал племянницу короля. Она послушно подошла, не задавая вопросов, не пытаясь возразить, и эта покорность резанула сильнее любого сопротивления. Слишком легко. Слишком гладко. Всё это всё больше напоминало не импровизацию, а заранее прописанный сценарий, где мне отводилась вполне определённая роль, и осознание этого злило, заставляя сжимать челюсти. Но другого пути у меня всё равно не было.

Всё же оставалась надежда, тонкая, но упрямая, что они по-прежнему считают меня беспомощным в этом мире, лишённым главного, ограниченным и загнанным. И пусть так. Пусть продолжают думать именно это. Потому что кое-что я всё-таки мог, и очень скоро им придётся об этом узнать.

Я проскользнул в кабинет первым, почти беззвучно, ожидая увидеть людей, артефакты, движение, хотя бы следы спешки, но вместо этого наткнулся на пугающую и выверенную пустоту. Просторное помещение с панорамными окнами, тяжелый стол, ровные линии, холодный порядок – здесь не было ни суеты, ни следов борьбы, ни даже ощущения, что сюда кто-то торопливо вбегал минуту назад. Всё выглядело так, словно меня ждали именно здесь и именно в таком виде.

Аннет вошла следом, и дверь за нами закрылась осторожно, почти заботливо, без хлопка и лишнего звука. И именно в этот миг я понял, что ловушка захлопнулась окончательно.

Слева пространство дернулось, будто кто-то резко потянул за ткань реальности, и я кожей ощутил разрыв – неровный, чужеродный и будто удерживаемый насильно. А в следующую секунду воздух разрезали тяжелые медленные аплодисменты, от которых неприятно свело виски. Я поморщился, уже зная, чей это был жест, и даже не стал оборачиваться сразу.

– А ты говорила, что тебе удастся уговорить его. Я же говорил, что Кайл не так глуп и отличит мою племянницу от тебя, – голос Александра Павлова прозвучал спокойно и почти насмешливо, когда он вышел из укрытия, словно из тени, которой в кабинете быть не должно.

Я буквально спиной ощутил, как Аннет напряглась и в ней вспыхнуло раздражение, тщательно спрятанное, но оттого не менее острое.

– Я сыграла безупречно, – процедила она, выходя из-за моего плеча и вставая чуть в стороне. – Просто его дракон не до конца уснул.

В её голосе сквозила досада, но не поражение, скорее укол по самолюбию, чем реальное признание ошибки.

– В любом случае наш генерал здесь, – продолжила она уже ровнее, и в этой ровности мне послышалось удовлетворение. – А значит, мы можем завершить ритуал.

Я резко обернулся к ней, наконец позволяя удивлению проступить наружу, потому что в этот момент понял, что упустил нечто важное, слишком увлёкся дорогой и не заметил, куда именно она ведёт.

– Какой ещё ритуал? – спросил медленно, ощущая, как внутри, под рёбрами, мой дракон окончательно просыпается: недовольный, настороженный и готовый рваться наружу, даже если этому миру это не понравится.

Глава 52. Ритуал

– О, здесь всё очень просто: мне нужно найти короля. Знаешь ли, не хотелось бы, чтобы он помешал нашим планам, – усмехнулся Александр Павлов, выходя из-за стола и неторопливо сокращая между нами расстояние. – А для этого мне нужна самая малость. Твоя кровь.

Я уставился на псевдоправителя, не скрывая растерянности. Внутри мгновенно вспыхнуло недоумение, слишком логичное, чтобы не выйти наружу: если я уже в их власти, если меня загнали в ловушку, проверили, ослаблен ли я, если вокруг полно артефактов и подготовленных людей – зачем весь этот спектакль? Они могли бы сцедить моей крови столько, сколько потребуется, без лишних слов и уж точно без согласия.

Похоже, эта мысль слишком явно отразилась на моём лице, потому как мой собеседник хмыкнул, бросив короткий взгляд в сторону Аннет, и слегка кивнул, словно передавая ей слово. Та тут же шагнула вперёд и с почти вежливой любезностью пояснила:

– Кровь должна быть отдана добровольно. Иначе артефакт не сработает.

Вот теперь что-то действительно не сходилось. Если речь шла лишь о крови правителя, то сам Павлов мог без проблем отдать свою, тем более добровольно, и искать короля без всяких сложных комбинаций с похищениями, двойниками и многоходовками. Зачем я? Зачем вся эта конструкция, если цель столь проста?

– А что, если я откажусь? – спокойно спросил, внимательно следя за их реакцией.

Это не было бравадой и уж точно не попыткой потянуть время. Я проверял границы, искал трещины в их уверенности, пытался понять, куда именно ведёт этот путь и какой следующий ход заговорщики приготовили.

– О, это будет очень и очень глупое решение, – мягко ответил Александр Павлов.

Он щёлкнул пальцами, и стена слева от него подёрнулась дымчатой рябью, словно реальность на мгновение перестала быть твёрдой. Иллюзия расползлась, истончаясь, и исчезла вовсе.

И тогда я увидел то, что она скрывала.

– Аня!

Я сделал шаг вперёд, даже не осознав этого движения, когда взгляд выхватил знакомый силуэт. Моя супруга была связана, удерживаемая моей домработницей Мередит, и даже сквозь расстояние и магическую преграду я почувствовал её напряжение, боль и страх, которые девушка пыталась скрыть.

В этот миг все вопросы о мотивах и сложностях перестали быть абстрактными. Заговор наконец обрел лицо, цену и цель.

– Так что? Поговорим о добровольной помощи? – произнёс Александр Павлов почти лениво, с той особой интонацией, за которой всегда прячется уверенность победителя.

Они прекрасно знали, на что давят. Знали, что я рано или поздно раскушу Аннет, и, значит, весь этот спектакль затевался вовсе не ради того, чтобы обмануть меня до конца. Их цель была глубже, грязнее и куда опаснее – поставить меня перед выбором, в котором выбора, по сути, не оставалось.

Я медленно выдохнул, не отрывая взгляда от Ани.

– Что от меня нужно? – произнёс наконец, ясно осознавая, что рисковать ею я не стану. Ни при каких условиях.

– Вот такой разговор мне нравится куда больше, – усмехнулся псевдокороль и скользнул взглядом к своей сообщнице. – А ты говорила, он холодный и чёрствый. Иногда нужно всего лишь впустить чувства в своё сердце, и тогда становится ясно: слабости есть у всех.

Аннет нахмурилась, переводя взгляд с Павлова на меня, и в этом выражении было всё – раздражение, сомнение и плохо скрываемая неприязнь.

– Посмотрим, насколько его чувства к этой замухрышке окажутся выше преданности королю и короне, – холодно бросила предательница, явно не разделяя самодовольства своего союзника.

Я сжал кулаки, заставляя себя сохранять внешнее спокойствие. Они считали, что уже победили и нашли мой предел. Вот только заговорщики ещё не понимали главного: если меня загнать в угол, то я буду драться не за корону и не за долг. Я буду драться за неё. И это была их самая опасная ошибка.

Мне указали на кресло, стоявшее чуть в стороне – слишком удобное для места, где собирались проливать кровь. Я машинально сжал зубы, собираясь проигнорировать этот жест и остаться стоять, показывая, что не намерен подчиняться даже в мелочах.

– Сядь, – спокойно, но безапелляционно произнёс псевдокороль. Я поднял на него взгляд. – Это не слишком приятный процесс, – продолжил он уже почти заботливо, – и мне нужно, чтобы ты не рухнул в самый неподходящий момент.

В его тоне не было ни угрозы, ни насмешки – лишь сухой расчёт. Именно это и настораживало сильнее всего. Такая «внимательность» рождалась не из сочувствия и уж точно не из желания облегчить мне участь. Нет. Им просто нельзя было, чтобы ритуал прервался. Ни на секунду.

Я медленно подошёл к креслу и сел, чувствуя, как напряжение стягивает плечи. Где-то внутри дракон глухо ворочался, недовольный происходящим, но всё ещё скованный рамками этого мира и навязанными условиями игры.

Александр Павлов внимательно следил за каждым моим движением, словно проверяя, не передумаю ли я в последний момент. Аннет же стояла чуть поодаль, скрестив руки на груди, и в её взгляде мелькнуло нечто похожее на предвкушение.

Они были уверены, что контролируют ситуацию. А я – что должен выдержать это до конца ради Ани. Даже если за это придётся заплатить куда большую цену, чем просто кровь.

Предавал ли я правителя? Вполне возможно. По крайней мере, со стороны это выглядело именно так. Впрочем, я сильно сомневался, что правитель и Кайл не просчитали подобный исход заранее. Слишком уж многое сходилось, слишком очевидной была эта ловушка. Да и у меня имелся собственный план – сырой, рискованный, но единственно возможный. Для начала я должен был втянуть предателей в игру, заставить их поверить, что я покорился их воле, что действую так, как им удобно. А дальше… дальше всё решат мгновения.

Я удобно разместился в кресле, позволив себе внешне выглядеть спокойным и почти безразличным, но взгляд мой не отрывался от происходящего. Ко мне поднесли странный артефакт – массивный, холодно поблёскивающий, он напоминал шлем, лишённый изящества и созданный явно не для защиты. От него исходило неприятное давление, словно сама вещь была жива и уже тянулась к моему разуму.

Дракону я отдал приказ заранее. Короткий, жёсткий и не допускающий сомнений: если станет опасно – вытащить меня, не считаясь ни с чем. Пусть Павлов и Аннет думают, что мои умения здесь сведены к жалким остаткам и что этот мир надёжно сковал мою истинную сущность. Они ошибались. Я знал это так же отчётливо, как знал собственное дыхание.

А перед тем как артефакт коснулся меня, я ещё раз проверил доступ к силе. Не торопясь и осторожно, словно нащупывая пульс. И в ответ внутри тут же шевельнулось знакомое, древнее и опасное тепло. Дракон откликнулся мгновенно – без слов и колебаний. Моя истинная сущность была рядом: настороженная, собранная, готовая рвануться вперёд, стоит мне лишь позволить.

Я чуть глубже вдохнул и позволил уголкам губ дрогнуть в тени усмешки. Пусть считают, что я уже проиграл. Это будет их самой дорогой ошибкой.