Текст книги "Свадьба века: Фальшивая жена драконьего генерала (СИ)"

Автор книги: Ника Калиновская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 20 страниц)

Глава 37. Откровенный разговор

– Да, двойник. – я видела, что слова давались ему нелегко, но Кайл заставил себя выдохнуть ровнее. – Но речь сейчас не обо мне.

Мой благоверный смотрел внимательно, почти бесстрастно, и от этого внутри становилось только холоднее.

– Кто ты такая на самом деле? – продолжил он. – И как связана с моей… с племянницей короля?

Я заметила – он не сказал «моей супругой». Даже не попытался притвориться. И почему-то это резануло сильнее, чем должен был резать подобный пустяк. Хотя какое мне вообще дело? Я ведь тоже никак не могла претендовать на роль его жены… Глупости. Сейчас совершенно не время думать о подобном.

Я заставила себя вдохнуть, чуть приподняв подбородок. Если уж рассказывать – то всё сразу. Пусть решаем дальше вместе, а не строим хрупкие башни из недомолвок.

– Аня, – начала я, чувствуя, как ладони становятся влажными. – Меня зовут Анна Павлова.

Его взгляд едва заметно дрогнул, словно внутри качнулся рычаг.

– И да, – продолжила, – я племянница Александра Павлова. Того самого, кто… по всей видимости, сейчас занимает трон Мильтарии.

Слова повисли в воздухе тяжело и почти осязаемо. Голос мой прозвучал ровно – хотя сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди и сбежать отсюда раньше меня.

– Я не хотела тебя обманывать, – добавила тише. – Но если мы хотим выбраться из этой путаницы, лучше выкладывать всё сразу. Без игр.

Я встретилась с драконом взглядом, и впервые за весь разговор испугалась не того, что он скажет – а того, что может промолчать. Мой муженёк отвернулся на секунду, проводя ладонью по лицу, и я уловила, как в этом жесте смешались раздражение, усталость и нечто похожее на растерянность.

Ему понадобилось время, чтобы принять услышанное и сложить картину: двойник, король, племянница, чужой мир, свадьба, я – не Аннет… и всё это в один вечер. Слишком много, даже для дракона с неплохими нервами.

Мой собеседник чуть нахмурился, а его взгляд потемнел, словно он пересматривал в памяти десятки деталей, которые раньше считал странностями Аннет, а теперь пытался примерить их на меня. На реальную меня. Я видела, как Кайл перебирает варианты и как внутри него борется желание мне верить с потребностью убедиться, что его снова не водят за нос.

Наконец он выдохнул, медленно, будто отпуская что-то тяжелое.

– То есть ты хочешь сказать, что не узнала своего дядю во дворце? – произнёс ровно, но я уловила в тоне тонкую и острую ноту недоверия.

Я усмехнулась от того, насколько подозрительно действительно выглядела моя версия событий.

– А как бы ты отреагировал, – парировала, – если бы увидел своего родственника там, где его не должно быть?

Мой собеседник слегка приподнял бровь, не перебивая.

– Сначала я была шокирована, но позже решила, что это всего лишь ещё один слишком похожий человек. И… мы не так уж много общались, сама понимаешь, ведь явсё время боялась выдать себя. Не забывай об этом, – добавила мягче, чем планировала.

Почему-то сейчас мне до боли хотелось убедить его. Не оправдаться, а именно убедить. Добиться, чтобы Кайл поверил мне, хоть немного, хоть на шаг. Потому что в противном случае мы оба снова окажемся на разных берегах одной и той же пропасти.

– У тебя всё так просто получается, что я даже диву даюсь, – шумно выдохнул мой муженёк, резко развернувшись и начиная мерить комнату шагами. В его движениях сквозила раздражённость, слишком резкая, чтобы быть только следствием моего признания. – Вот только как я могу верить той, кто с первой минуты рядом со мной – врала?

Да ладно?Меня будто щёлкнуло. Горячая смесь обиды и отчаяния поднялась в груди.

– А у меня был выбор? – шагнула вперёд, сокращая расстояние между нами. – Сам бы ты как поступил?

Мужчина резко остановился, словно от удара о стену.

– Ты сам всегда был со мной честен? – вырвалось у меня прежде, чем я успела себя остановить. – А ведь тебе ничего не угрожало в отличие от меня…

Тишина упала мгновенно, тяжёлая, будто в комнате внезапно стало меньше воздуха. И только тогда до меня дошло, что я сказала. Кайл медленно повернул голову, прищурившись. В его глазах светился не гнев, нет. Что-то куда опаснее: внимательность, сосредоточенная, как взгляд хищника, который услышал шерох в траве.

– Ты о чём? – его голос стал ниже… и от этого мне было только страшнее.

Мой собеседник сделал шаг ко мне. Ещё один. И третий – почти вплотную.

– Говори, – бросил он, нависая надо мной так, что я почувствовала его дыхание на своей щеке.

Отступать было некуда – позади уже была стена, и я сглотнула, понимая, что пути назад нет.

– Почему ты мне не сказал… об опасности драконьей сущности для человека? – слова с трудом сходили с языка, но остановиться было невозможно. – Почему вёл себя так, будто это всего лишь страсть?

Я вскинула взгляд, пытаясь удержать его взглядом – хотя сердце билось так, будто вот-вот выпрыгнет.

– Что это тогда было? – продолжила я, уже почти шёпотом. – Попытка соблазнить несговорчивую жену? Или… что?

Смысл последней фразы повис между нами, словно натянутая струна – стоит коснуться, и всё сорвётся в перезвон. Его широченные плечи перекрывали половину света, и казалось, что весь мир сузился до расстояния в несколько сантиметров – между его взглядом и моим вопросом.

И именно от его следующей реакции зависело, что будет дальше.

Глава 38. Её слёзы

Кайл Вилтроу

Вот тебе и «ничего не знающая попаданка» – та самая тихая, растерянная девчонка, которую я когда-то счёл нуждающейся в защите, неожиданно обернулась человеком, способным не только день за днём уводить меня от истины, но и так уверенно держаться в чужом мире, будто выросла среди драконов, придворных интриг и двусмысленных намёков, которыми живёт этот мир. И чем дольше я смотрел на неё, тем отчётливее ощущал, что под этой кажущейся хрупкостью скрывается нечто куда более сложное, чем простое желание выжить. Девушка явно знала больше, чем пыталась показать, и во мне нарастала уверенность, что значительную часть правды Аня всё ещё прятала, причём весьма искусно.

Я тут я понял, что должен надавить, заставить её дрогнуть, вывести из равновесия, потому что иногда именно в таких трещинах и прорывается настоящая суть человека.

– А что, если это был мой способ проверить тебя? – произнёс, не особенно веря собственным словам, потому что прекрасно знал: никакой хитроумной проверки не было. Была только слепая, необъяснимая страсть, смешанная с древним инстинктом, который я едва удержал тогда, в тот момент, когда должен был быть сильнее. Но признаться в этом я не мог – слишком многое в этой женщине уже нарушило привычный порядок, и мне хотелось хотя бы сохранить иллюзию контроля.

Однако Аня ответила совсем не так, как я ожидал.

– Ты едва не сжёг меня, – её голос звучал не испуганно, а почти вызывающе, и именно эта твёрдость заставила меня внутри сжаться, словно кто-то резко дёрнул за нерв. – Разве проверка стоила такого риска? Или хочешь сказать, что ты контролировал себя?

Она шагнула ко мне ближе, и в этой уверенности было что-то настолько неуместное для, казалось бы, потерянной девушки, что я невольно задержал дыхание.

– Очень сомневаюсь, – продолжила она, не отводя взгляда, – иначе бы ты не сбежал так сразу.

И вот этот удар оказался самым точным.

Меня словно окатило ледяной водой: резкий, обжигающий холод пронёсся по позвоночнику, не оставляя ни единой возможности скрыть от самого себя очевидное. Она поняла. Она заметила то, что я всеми силами пытался спрятать – слабость, страх, тот миг, когда дракон внутри меня рванулся слишком резко, слишком жадно, слишком близко к грани, и я, вместо того чтобы признаться, выбрал бегство, потому что только так мог гарантировать её безопасность.

Моя супруга не просто видела, она читала меня, как открытый свиток, и это осознание сбило с меня всю оставшуюся браваду. Я стоял перед девушкой, чувствуя, как в груди медленно сжимается что-то неприятно острое – не ярость или раздражение, а странная смесь смятения, обескураженности и той самой уязвлённой гордости, которую редко испытывает дракон, осознающий, что его просчитали.

И самый неудобный вопрос всплыл в голове сам собой:

Кем же ты на самом деле являешься, Аня, если способна видеть меня насквозь?

– Откуда ты это узнала? Кто тебе сказал? – голос сам по себе сорвался на более низкий, и я, почти не замечая, сделал шаг вперёд, сокращая между нами расстояние, пока не навис над своей собеседницей так близко, что мог слышать, как ускорилось её дыхание. – Ты ни с кем не общалась, это я точно знаю. А Мередит в жизни бы не выдала тебе ни слова. Так кто это был?

Я видел, как моя жена мгновенно напряглась, словно зверёк, загнанный в угол, но сейчас мне нужно было другое – правда: чистая, без попыток увернуться, без полуправды, которой она меня кормила с самой первой встречи.

– Может, тебе это рассказал твой дядя? – я не удержался от резкой нотки, потому что имя Александра Павлова вспыхнуло в голове, словно искра над сухими ветками. – Тот самый дядя, который с таким рвением пытался подсунуть мне свою «племянницу»? Ведь это псевдокороль шепнул тебе о драконьей сущности?

Мне нужно было знать.Мне необходимо было понять, кто она: союзник, ошибка судьбы… или угроза, которой я сам позволил войти в свою жизнь.

Я видел, что давлю сильнее, чем намеревался. Знал, что голос стал опасно низким, что тень дракона мелькнула в моих движениях, и всё же не мог остановиться – страх, ревность, уязвлённость, всё смешалось и толкало меня вперёд. И когда наконец её губы дрогнули, я замолчал – не потому что надо было, а потому что девушка заговорила:

– Книга… – едва слышно, почти шёпотом, словно боялась, что звук собственного голоса разобьёт последние остатки хрупкого самообладания. – Я прочитала это в книге, которую… украла у тебя.

Я остолбенел. Не этого я ждал, не в эту сторону направлял свои подозрения, и уж точно не рассчитывал увидеть то, что увидел дальше.

В глазах Ани блеснули слёзы – тихие, яростно сдерживаемые, опасно близкие к тому, чтобы всё-таки сорваться и прорваться наружу. И в тот миг я почувствовал, как во мне что-то болезненно дернулось, потому что я прекрасно понимал: это не слёзы манипуляции, не попытка выкрутиться или уйти от темы. Это была реакция человека, которого прижали слишком сильно – и который всё равно говорил правду.

– Я покажу тебе… – голос её сорвался, и от этого становилось только больнее. – Я правда не вру…

Ещё мгновение – и девушка действительно бы расплакалась, и я, чёрт побери, в полной мере осознал, что это не она довела ситуацию до края, а я сам – своим давлением, своими подозрениями, своим страхом увидеть правду, которая могла оказаться слишком неудобной.

И в этот момент то, что я считал яростью, оказалось совсем другим – страхом от мысли, что я снова сделал ей больно.

Глава 39. То, что между нами

Мы перешли в комнату моей супруги через смежную дверь, и стоило мне переступить порог, как она моментально ожила – будто только что вырвалась из-под тяжёлого давления моего внимания – и уверенным шагом направилась к кровати. Я ещё подумал, что так действует человек, который знает, что найдёт то, что ищет, и готов доказать это в ту же секунду.

Аня сунула руку под подушку, будто точно помнила, где спрятала книгу. Пальцы нащупали пустоту. Лёгкая складка между её бровями мелькнула, появилась, исчезла – и снова вернулась, когда она перевернула подушку другой стороной, затем взялась за вторую, отбрасывая её в сторону так, словно то, что она ищет, обязано было лежать именно здесь, на своём месте.

Не найдя, девушка уже с поспешной раздражённостью откинула одеяло, заглянула под него, приподняла угол матраса, будто книга могла провалиться туда каким-то чудом.

Но чуда не произошло.

– Где она? – её голос сорвался на растерянный шёпот, и в нём было достаточно искреннего удивления, чтобы на миг поколебать моё раздражение.

Тем не менее я нахмурился. Слишком уж хорошо моя жёнушка до этого держалась, слишком уверенно шла за доказательствами – и теперь стоит, бледная и растерянная, будто не понимает, что происходит.

Неужели она действительно пытается обвести меня вокруг пальца? Но тогда почему, к демонам, я ей верю?

Я уже собирался подойти ближе, чтобы задать этот вопрос вслух – спокойно, но требовательно – когда в тишине комнаты вдруг раздалось знакомое мягкое дрожание магии, стеклянный отклик, будто серебряная струна была задета пальцем.

Переговорный артефакт активировался сам. Похоже, кто-то настойчиво пытался выйти на связь со мной. И мгновение, в котором я хотел прижать Анну к ответу, рассыпалось, как пепел под пальцами. Мягкое дрожание артефакта усилилось, и едва я коснулся кристалла, над ним вспыхнул символ королевской канцелярии. Голос секретаря Его Величества зазвучал тихо, но бесспорно – так передают не просьбы, а распоряжения:

– Лорд Вилтроу, правитель требует вашего немедленного прибытия во дворец. ДЕло срочное.

Артефакт погас, будто обрубив все пути для возражений, и тишина стала ещё плотнее.

Я медленно поднял взгляд – и столкнулся с глазами своей супруги. Она стояла посреди комнаты, всё ещё растерянная из-за исчезнувшей книги, но сейчас в её взгляде нарастала тревога, равная той, что расползалась у меня внутри.

Проклятье.

Я должен ехать прямо сейчас. Но передо мной стояла женщина, которой я не мог доверять. Женщина, которая мне лгала. Женщина, которая читала книги о драконьей сущности и… при этом смотрела на меня так, будто не желала причинить вред.

Я провёл рукой по лицу, пытаясь сосредоточиться.

Взять её с собой?В теории – да. Тогда она будет под моим контролем, на виду, я не дам ей исчезнуть, и жёнушка ничего не сможет провернуть за моей спиной.

Но…

А если вдруг они действительно сговорились, и Анна выдаст меня своему дяде? А если расскажет о настоящем короле, которого я укрываю?

Оставить её здесь? Оставить – значит рисковать куда сильнее. Она может сбежать или найти другого союзника. Чёрт! И что мне делать? Связать? Картинка тут же скользнула в голове, и я застыл. Одного только образа хватило, чтобы я с тихим раздражением выдохнул.

Нет. У меня даже мысли такой не должно быть. Не с ней.

Я сделал шаг, потом другой – медленно, словно приближался к опасной, непредсказуемой магии – и всё это время она молчала, только следила за каждым моим движением, словно животное, загнанное в угол, но всё ещё пытающееся сохранять достоинство.

– Кайл? – голос моей супруги дрогнул. – Что происходит?

Я остановился перед ней, глядя сверху вниз, ощущая, как тяжелее становится воздух между нами.

Какой выбор я сделаю?

Себе я уже ответил. Но вот вслух – пока нет.

– Мне нужно уйти на время, – произнёс наконец, чувствуя, как решение, едва выкованное в голове, всё ещё отзывается неровным эхом внутри, и Анна, к моему удивлению, лишь тихо кивнула, без тени упрёка или раздражения, будто заранее приняла тот факт, что моё появление и уходы – часть той сумятицы, в которую её втянула судьба. – И я не знаю, что с тобой делать, – продолжил, позволяя себе ту редкую честность, которой обычно не делюсь ни с кем. – Со мной ты пойти не можешь, но и одну оставить здесь я тебя не могу… – усталое признание сорвалось само, и я, ожидая хотя бы лёгкой колкости в ответ, ничего подобного не услышал.

–Ты можешь оставить меня с Эдгаром. Думаю, ему ты полностью доверяешь, – неожиданно подала жёнушка идею, и я непроизвольно прищурился, рассматривая её, словно впервые увидел в этой девушке не испуганную беглянку, а человека, который пусть и потерян, но всё же думает трезво и удивительно чётко.

– Так и поступим, – согласился я, потому что время сжималось вокруг меня, превращаясь в стянутую петлю.

Псевдокороль явно что-то заподозрил – иначе не было бы этого срочного вызова во дворец, этого холодка, который пробежал по спине, стоило лишь вспомнить тон его секретаря через переговорный артефакт.

Я быстро собрался, пытаясь не показать, что мысли всё ещё мечутся: беспокойство о том, что Анна может выдать себя при первой же неловкости; страх, что её настоящий дядя уже где-то рядом; раздражение, что мне приходится принимать решения, которые, возможно, окажутся неверными. Но выбора у меня не было.

А стоило выйти в коридор, и уже через шаг я заметил дворецкий, который будто ждал именно нашего появления. Анна оставалась всё это время рядом, и мы оба направились к Эдгару, который, как всегда, стоял прямой, надёжный и почти каменный, – идеальное убежище для человека, которому требуется защита.

Девушка остановилась рядом с мужчиной, легко коснулась его локтя, подтверждая своё согласие остаться, и на мгновение обернулась ко мне.

– Удачи, – тихо сказала она, но в этом коротком слове было больше спокойствия, чем я ожидал, а затем добавила, почти шёпотом, но уверенно: – Мы будем ждать тебя дома.

И в этот момент я понял, что уходить стало чуть тяжелее, чем должно было быть.

Глава 40. Подозрения псевдокороля

Дорога во дворец пролетела быстро, но не потому, что моя карета неслась особенно резво, просто мысли, беспорядочно сыплющиеся в голове, заглушали всё вокруг, от городского шума до собственных тревожных вздохов. И лишь когда я ступил на мрамор крыльца, а прохладный воздух внутреннего двора ударил в лицо, то понял, что вернулся туда, где стены сами по себе давят тяжестью власти, а каждый шаг отзывается эхом, будто предупреждая: здесь решения имеют цену.

На входе меня встретил Лард – неизменно прямой, собранный, с морщинками у глаз, которые выдавали вечный недосып и неизменную преданность короне. Интересно… его тоже подменили? Или всё-таки псевдокоролю удалось найти подход к старику, который десятилетиями служил настоящему монарху и знал все нюансы двора лучше любого живущего хрониста?

– Его Величество ждёт вас, – произнёс секретарь чуть наклонив голову, и в его голосе прозвучало что-то напряжённое и едва уловимое, будто он сам не до конца понимал, что сейчас происходит.

Мы двинулись в сторону королевского крыла по совершенно пустому коридору, где обычно сновали слуги, рыцари, советники, а теперь царили тишина и странная, почти гнетущая неподвижность. Это молчание пропитывало всё вокруг: стены, шаги, даже воздух, который казался сухим и тяжёлым, как бывает перед надвигающейся бурей.

Если псевдокороль так торопил… дело действительно не терпело отлагательств. Но с чем связано это внезапное нетерпение? Он что-то узнал? Кого-то поймал? Или, наоборот, начал терять контроль и теперь хватался за любую возможность удержать власть? Мысли цеплялись одна за другую, как звенья невидимой цепи, стягивая грудь всё сильнее.

Мы подошли к массивной двери кабинета, и Лард, тяжело выдохнув, отворил её, впуская меня внутрь. Затем, вполголоса пожелав удачи – или мне показалось? – аккуратно прикрыл за собой дверь, оставляя меня наедине с монархом… или тем, кто умело носил его облик.

– Добрый вечер, Ваше Величество, – произнёс я, стараясь удержать спокойствие, и псевдокороль медленно поднял на меня свой взгляд.

Он смотрел слишком внимательно – будто пытался разом прочитать все мои мысли.

– Добрый… если он вообще может быть добрым, – проворчал псевдоправитель, нахмурив брови так, будто вечер уже заранее разочаровал его. Он неторопливо отложил документы, лежащие перед ним на массивном столе, жестом указал мне на диванчик у стены и сам направился туда с видом человека, который понимает: сейчас будет разговор, о котором он, возможно, пожалеет, но всё равно произнесёт каждое слово.

Мужчина взял в руки графин с янтарным напитком – тот тихо зазвенел о стекло – и разлил жидкость в два коротких тяжелых стакана, один из которых плавным движением подтолкнул ко мне. Я принял его, но пить не стал, лишь медленно повернул в пальцах, наблюдая за тем, кто выдавал себя за монарха. Он же, словно намеренно затягивая разговор, тоже не спешил – сидел, откинувшись чуть назад, будто слушал тишину, а на самом деле выстраивал в голове очередную комбинацию.

Несколько затянувшихся минут гнетущего молчания заставили меня мысленно перебрать все возможные варианты развития событий: от беглецов, которых я скрываю, до худшего расклада – разоблачения. Но всё, как оказалось, было куда проще… и одновременно сложнее, потому что удар наносился с неожиданной стороны.

– Моя племянница… – Александр Павлов запнулся лишь на долю секунды, но этой паузы хватило, чтобы я почувствовал, как воздух в комнате становится чуть плотнее. – Тебе не кажется, что она какая-то странная в последнее время?

Я уставился на своего собеседника действительно удивлённо, не играя – просто не знал, куда он клонит. Пожал плечами, будто признавая очевидное: я не слишком общался с Аннет до церемонии, а после…

– Ваше Величество, – выдохнул я ровно, чуть наклоняясь вперёд, чтобы подчеркнуть внимательность, – а что вы имеете в виду под "странностями"? Мне бы хотелось понимать, о чём именно идёт речь.

Мне действительно была нужна информация. Всё – Аннет, исчезнувшая книга, странное поведение самого псевдокороля – складывалось в головоломку, в которой не хватало ключевого фрагмента. И если он решил начать разговор именно с Анны… значит, этот фрагмент лежит где-то совсем рядом.

– Нетипичное поведение, например… странные вопросы, – произнёс псевдокороль почти рассеянно, но я уловил в этих словах небрежную наживку. Он будто бы невзначай бросал её на стол между нами, проверяя, потянусь ли я. Если бы Аня действительно была его сообщницей, если бы они действовали заодно, он бы не стал так мягко и почти лениво подводить меня к сомнениям. Наоборот – уверял бы в её благоразумии, защищал, уводил разговор в сторону. Но мой собеседник делал прямо противоположное.

Внутри я облегчённо выдохнул – едва ощутимо, на уровне мышечного напряжения, которое на секунду отпустило. Но снаружи я сохранил только сдержанную растерянность, ту, что логично выглядела бы с позиции мужа, который и сам не понимает, что творится с его супругой.

– Мы не слишком много общаемся, – проговорил я ровно, позволяя фразе осесть в воздухе. – У Аннет свои дела, а у меня работа.

Я позволил себе лёгкое движение плечами, словно признавая очевидную дистанцию между мужем и женой, которая никого не удивит.

– Если она и задаёт вопросы, то… – я чуть наклонил голову, делая вид, что пытаюсь вспомнить детали, – скорее о бытовом или о дворцовом распорядке. Ничего такого, что можно назвать подозрительным.

Правитель, внимательно наблюдавший за мной всё это время, чуть приподнял бровь – не возражая, но и не спешащий соглашаться. Он ждал. Выжидал. Прислушивался больше к моим паузам, чем к словам. И именно это заставило меня осторожно напрячься. Если он задаёт такие вопросы… значит, он уже что-то подозревает. Но что именно? То, что мне известно о подмене или что-то другое?